Решение № 2-1/2017 2-1/2017(2-432/2016;)~М-433/2016 2-432/2016 М-433/2016 от 14 февраля 2017 г. по делу № 2-1/2017

Дело 2-1/2017


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

15 февраля 2017 года с. Александровское

Александровский районный суд Ставропольского края

в составе: председательствующего Штанько Т.Г.

при секретаре Магомадовой М.Х.,

с участием истца ФИО1, ответчика Ш., представителя ответчиков, адвоката Александровской Ак, Ревякина Ю.А., представившего ордер от ДД.ММ.ГГГГ №с 017627 и удостоверение от ДД.ММ.ГГГГ №, рассмотрев в открытом судебном заседании в зале Александровского районного суда гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к Ш. и Ш. о возмещении материального ущерба, упущенной выгоды и морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 обратился в суд с иском о возмещении материального ущерба, упущенной выгоды и морального вреда. В обоснование иска указал следующее:

ДД.ММ.ГГГГ между ИП, главой КФХ ФИО1 и Министерством сельского хозяйства <адрес> заключено соглашение о развитии на территории сельских поселений и межселенных территориях <адрес> семейной животноводческой фермы на базе крестьянского(фермерского) хозяйства сроком на 5 лет и как получатель гранта получил денежные средства в размере № рублей. После получения указанной суммы и на условиях соглашения им приобретены коровы калмыцкой породы на общую сумму №, которых он приобрел по договору купли-продажи сельскохозяйственных животных № от ДД.ММ.ГГГГ у ООО «Контракт-Эл» в количестве 65 голов.

ДД.ММ.ГГГГ примерно в 15 часов он выпасал принадлежащий ему скот, во время чего примерно 11 голов коров поломали ограждение, установленное им на берегу реки Калаус и перешли на противоположный берег, на земельные угодья, принадлежащие Ш. Когда он направился к руслу реки, чтобы завернуть скотину, в этот момент к реке подъехал автомобиль УАЗ Хантер темного цвета, принадлежащий Ш., из которого вышло трое мужчин с охотничьими ружьями, двое из которых были Ш. и Ш. третий мужчина ему не был знаком. Все трое открыли огонь по коровам, после которой все трое мужчин уехали в сторону села Северного. Часть коров убежала, одна из коров не смогла идти, так как была ранена, в связи с чем ему пришлось её забить. При этом он вызвал мясников из <адрес> и из села Александровского, которыми были обнаружены две пули. По данному факту возбудили уголовное дело по ст.167 часть 1 УК РФ. Данная корова была галштинской молочной породы возрастом около 5 лет, стоимость которой около № рублей, при этом корова была стельная и должна была отелиться. Позже вечером он обнаружил еще у двух коров калмыцкой породы возрастом 8 лет, огнестрельные ранения, обе стельные, каждая стоимостью № рублей. Спустя месяц, ДД.ММ.ГГГГ, он был вынужден дорезать корову, которая была истощена, что показало вскрытие, что корова сдохла в результате полученных огнестрельных ранений. Он был ознакомлен дознавателем ОД отдела МВД по <адрес> с заключением баллистической экспертизы, которая показала, что пули, вытащенные из тушки коровы, были выпущены из охотничьего ружья, принадлежащего Ш.

Своими действиями Ш. и Ш. преднамеренно зная о последствиях, производили выстрелы из ружей не в воздух, а по животным, чем причинили ему материальный ущерб в сумме №, так как коровы были стельные. Он по вине ответчиков потерял будущий приплод, что является существенной упущенной выгодой, а также одна из коров была молочной породы и приносила в месяц от 4000 рублей за молочную продукцию. В связи с чем упущенная выгода составила № рублей, а именно, стоимость одного теленка около № рублей и № рублей молочные продукты. Кроме того, ему причинен моральный вред, который он оценивает в № рублей и просит взыскать с ответчиков.

В судебном заседании истец ФИО1 исковые требования поддержал и с учетом уточнения суду показал, именно от действий ответчиков ему причинен материальный ущерб, так как он был очевидцем, как ответчики стреляли в его коров. Корову галштинской породы пришлось дорезать, вторая корова через 1 месяц сдохла по причине сепсиса организма, двух других коров пришлось дорезать. Помимо этого, ему причинен моральный вред, выразившийся в том, что действиями ответчиков он был не только напуган, но и расстроен. Просил иск удовлетворить в полном объеме, взыскать с ответчиков в его пользу, ИП главы КФХ ФИО1, причиненные убытки в размере № рублей, № рублей упущенной выгоды, моральный вред в сумме № рублей, а всего № рублей, а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 28450 рублей.

Ответчик Ш. в судебное заседание не явился, представил письменное заявление о рассмотрении дела в его отсутствие с участием представителя, адвоката Ревякина Ю.А., исковые требования не признал.

Представитель ОД Отдела МВД России по <адрес> ФИО2 в судебное заседание не явилась, представила письменное заявление о рассмотрении дела в её отсутствие.

В силу ст. 167 ГПК РФ суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствии ответчика Ш. и представителя Представитель ОД Отдела МВД России по <адрес> ФИО7

Ответчик Ш. в судебном заседании иск не признал по доводам, изложенным в письменных возражениях и приобщенных к материалам дела, а также суду пояснил, что в указанное истцом время и месте, о котором утверждает истец, он и его сын не находился, что подтверждено билингами, представленными органам предварительного следствия, кроме того, заключение баллистической экспертизы, на которую ссылается истец, опровергается заключением специалиста от ДД.ММ.ГГГГ №А-И/16, также сумма ущерба истцом не подтверждена доказательствами. В связи с чем просит в удовлетворении иска отказать.

Представитель ответчиков, адвокат Ревякин Ю.А. считал, что истцом избран ненадлежащий способ защиты своего права, в обоснование исковых требований представлены недопустимые доказательства, не доказан факт противоправного поведения ответчиков, по указанным основаниям просил в иске отказать.

Выслушав истца, ответчика Ш.., представителя ответчиков, адвоката Ревякина Ю.А., исследовав письменные доказательства и оценив эти доказательства с учетом требований закона об их допустимости, относимости и достоверности, как в отдельности, так и их взаимной связи в совокупности, а установленные судом обстоятельства с учетом характера правоотношений сторон и их значимости для правильного разрешения спора, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 55 ГПК РФ доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств; никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы; суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности; при оценке документов или иных письменных доказательств суд обязан с учетом других доказательств убедиться в том, что такие документ или иное письменное доказательство исходят от органа, уполномоченного представлять данный вид доказательств, подписаны лицом, имеющим право скреплять документ подписью, содержат все другие неотъемлемые реквизиты данного вида доказательств; при оценке копии документа или иного письменного доказательства суд проверяет, не произошло ли при копировании изменение содержания копии документа по сравнению с его оригиналом, с помощью какого технического приема выполнено копирование, гарантирует ли копирование тождественность копии документа и его оригинала, каким образом сохранялась копия документа; суд не может считать доказанными обстоятельства, подтверждаемые только копией документа или иного письменного доказательства, если утрачен и не передан суду оригинал документа, и представленные каждой из спорящих сторон копии этого документа не тождественны между собой, и невозможно установить подлинное содержание оригинала документа с помощью других доказательств.

Истцом в подтверждение принадлежности ему на праве собственности коров представлено соглашение № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенное с Министерством сельского хозяйства <адрес> о развитии на территории сельских поселений и межселенных территориях <адрес> семейной животноводческой фермы на базе крестьянского(фермерского) хозяйства сроком на 5 лет, и глава КФХ ФИО1, как получатель, включен в состав участников Программы и ему определён грант на развитие семейной животноводческой фермы в размере № рублей (л.д.16-20).

Во исполнение указанного Соглашения на основании договора купли-продажи сельскохозяйственных животных № от ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО3 КФХ ФИО1 купил у ООО «Контракт-Эл» 65 голов КРС калмыцкой породы по цене 100 рублей за 1 кг веса, цена за одну голову составляет № рублей (л.д.21-28).

В обоснование чего подтвердил, что коровы, в которых ДД.ММ.ГГГГ стреляли ответчики, приобретены по указанному договору купли-продажи.

В подтверждение стоимости коров истцом представлена информация исполнительного директора некоммерческого партнерства «Ставропольский союз производителей и преработчиков продукции животноводства», согласно которой цена за продукцию животноводства за 1 кг живой массы крупного рогатого скота молочных пород (черно-пестрые) телки-180- 200 рублей, нетели-220-240 рублей; за 1 кг живой массы КРС мясных пород (калмыцкая0:коровы-80-100 рублей, телки-140-150 рублей, нетели-130-140 рублей (л.д.31).

В подтверждение падежа одной коровы калмыцкой породы истцом представлены копии протокола вскрытия и акт от ДД.ММ.ГГГГ (л.д.29-31.32), согласно которым при вскрытии коровы калмыцкой породы возрастом 8 лет красной масти установлены следы от дроби и установлен диагноз перитонит и последующий сепсис общего организма.

Суд отмечает, что данные документы добыты истцом спустя месяц со дня событий, имевших место ДД.ММ.ГГГГ, и несут в себе сомнения о том, что объектом вскрытия была именно корова, в которую стреляли при обстоятельствах, указанных истцом в исковом заявлении.

Заявляя требования о взыскании упущенной выгоды, истцом не представлено и в судебном заседании не добыто допустимых доказательств, подтверждающих то, что коровы были стельными, а также приносили молочную продукцию.

Также истцом в обоснование иска заявлено о том, что по данному факту возбуждено уголовное дело по ст. 167 ч.1 УК РФ в отношении Ш.. и Ш. а также заключение баллистической экспертизы, подтвердившее, что пули изъятые из тушки коровы, выпущены из охотничьего ружья, принадлежащего Ш..

Оценивая представленные истцом доказательства, суд отмечает, что они не могут свидетельствовать о подтверждении обстоятельств, изложенных в иске, поскольку не несут в себе необходимой информации для подтверждения факта причинения ущерба именно действиями ответчиков.

Согласно ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Таким образом, законодателем определено, что в предмет доказывания по спорам о возмещении убытков входят: факт противоправного поведения; факт наличия убытков (их размер); факт наличия причинно-следственной связи между противоправным поведением и возникшими убытками; факт вины причинителя вреда (убытков). Виновность нарушителя в причинении вреда, в нарушении договорных обязательств предполагается (презюмируется), поскольку не доказано иное и на ответчике лежит бремя доказательства отсутствия своей вины в нарушении внедоговорного обязательства.

В данном случае истцом не представлено допустимых доказательств, подтверждающих факт причинения ему ущерба в объеме, указанном в иске, размер ущерба и причинную связь между поведением причинителя вреда и наступившим вредом.

Представленная истцом информация о стоимости 1 кг живого веса КРС не применима, поскольку истцом не представлено доказательств, подтверждающих возраст, вес животных, сведений о гибели всех заявленных животных, равно как и доказательства, подтверждающие, что указанные коровы находились в собственности истца. Поскольку представленный им договор купли-продажи не несет в себе идентифицирующих признаков по предмету договора купли-продажи, из его содержания нельзя прийти к однозначному выводу, что погибшие коровы приобретены были именно по договору от ДД.ММ.ГГГГ.

Кроме того, факт противоправного поведения ответчиков также не нашел своего подтверждения в судебном заседании, а постановление о возбуждении уголовного дела в отношении Ш.. и Ш.. не служит доказательством о виновности и противоправности поведения ответчиков, а отсутствие доказательств, подтверждающих причинение вреда, свидетельствует об отсутствии причинной связи между поведением ответчиков и наступившим вредом.

Из материалов дела следует, что в обоснование иска, в частности, факта противоправного поведения, размера ущерба, ФИО1 сослался лишь на устные пояснения, которые носят предположительный характер, несмотря на то, что доказательства должны иметь безусловный и бесспорный характер и не основываться на предположениях и домыслах. Истец не подтвердил изложенные им факты письменными либо иными допустимыми доказательствами, несмотря на то, что судом как в ходе подготовки дела к судебном разбирательству, так и в судебном заседании, разъяснялось право и предлагалось на предоставление доказательств, подтверждающих обстоятельства, на которых истец основывает свои исковые требования.

Требование истца о взыскании морального вреда, суд находит необоснованными по следующим основаниям.

Согласно части 2 статьи 1099 ГК РФ моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, сформулированной в п.2 Постановления Пленума от ДД.ММ.ГГГГ № « «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. При этом следует учитывать, что статьей 131 Основ гражданского законодательства Союза ССР и республик установлена ответственность за моральный вред, причиненный гражданину неправомерными действиями, и в том случае, когда в законе отсутствует специальное указание о возможности его компенсации. Статьей 151 первой части Гражданского кодекса Российской Федерации, которая введена в действие с ДД.ММ.ГГГГ, указанное положение сохранено лишь для случаев причинения гражданину морального вреда действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе, в частности, Законе РФ о защите прав потребителей, в Трудовом кодексе РФ.

По указанным обстоятельствам в удовлетворении исковых требований о взыскании компенсации морального вреда необходимо отказать.

Статья 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации предусматривает обязанность доказывания, согласно которой каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Данное требование закона истцом не выполнено. Совокупность обстоятельств. Установленных в судебном заседании, свидетельствует об отсутствии правовых оснований для удовлетворения исковых требований, в связи с чем во взыскании в пользу ИП ФИО3 КФХ ФИО1 с Ш. и Ш.. материального ущерба в размере № рублей, № упущенной выгоды, моральный вред в сумме № рублей необходимо отказать.

Поскольку в удовлетворении исковых требований истцу отказано, следовательно, в силу ст. 98 ГПК РФ понесенные истцом судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере № рублей не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст.1064, 1099 ГК РФ, ст. 55, 67, 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ,

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении исковых требований ИП главы КФХ ФИО1 к Ш., Ш. о возмещении материального ущерба, упущенной выгоды и морального вреда, отказать.

Решение суда может быть обжаловано в судебную коллегию по гражданским делам Ставропольского краевого суда в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме с подачей жалобы через Александровский районный суд Ставропольского края.

Судья Т.Г.Штанько.