Апелляционное определение № 33-258/2025 33-4401/2024 от 15 декабря 2025 г.

Председательствующий по делусудья ФИО1

Дело № 33-258/2025 (33-4401/2024)(дело в суде 1 инст. № 2-1201/2024)УИД 75RS0003-01-2024-002109-14


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Судебная коллегия по гражданским делам Забайкальского краевого суда в составе:

председательствующего судьи Погореловой Е.А.

судей краевого суда Епифанцевой С.Ю. и Казакевич Ю.А.,

при секретаре Балагуровой А.Г.

с участием прокурора Батуевой А.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании в г. Чите 16 декабря 2025 г. гражданское дело по иску ФИО2 к ФИО3 о компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе ФИО3

на решение Железнодорожного районного суда г. Читы от 24 сентября 2024 г.

Заслушав доклад судьи Погореловой Е.А., судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

ФИО2 16 июля 2024 г. обратился в суд с вышеназванным иском, ссылаясь на приговор мирового судьи судебного участка № 6 Железнодорожного судебного района г. Читы от 28 марта 2024 г., которым ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, за то, что 5 августа 2022 г. около 10 часов 30 минут, находясь около мусорных контейнеров между домом № по <адрес> в <адрес> и домом № по <адрес> в <адрес>, причинил ему легкий вред здоровью. В результате неправомерных действий ответчика истцу были причинены моральные и физические страдания, которые истец оценивает в размере 300 000 руб. и просит взыскать с ответчика.

Определением суда от <Дата> для дачи заключения по делу привлечен прокурор Железнодорожного районного суда <адрес>.

Решением Железнодорожного районного суда г. Читы от 24 сентября 2024 г., требования ФИО2 удовлетворены частично. С ФИО3 в пользу ФИО2 взыскана компенсация морального вреда в размере 40 000 руб. В удовлетворении остальной части иска отказано. С ФИО3 в доход местного бюджета взыскана госпошлина в размере 300 руб.

С решением суда не согласился ответчик ФИО3, в апелляционной жалобе просит решение суда изменить, в возмещении морального вреда отказать в полном объеме. Ссылаясь на обстоятельства причинения легкого вреда здоровья ФИО2, на несогласие с приговором суда, указывает, что ФИО2 оценил свою царапину на голове в размере 300 000 руб., с чем он не согласен. Вместе с тем, она получена исключительно по его вине из-за его противозаконных и общественно опасных действий, непосредственно связанных с раскопкой чужой придомовой территории многоквартирного <адрес> в <адрес>. В действительности именно эти действия ФИО2 явились причиной получение им травмы - царапины на голове. Выражает несогласие с суммой в сорок тысяч рублей, в которую суд оценил царапину ФИО2 Более того, сумма в сорок тысяч рублей несоразмерна травме, которую он получил. Из справки от 5 августа 2022 г. компьютерной томографии головы ФИО2, следует, что никаких видимых и невидимых изменений, смещений, проломов и даже сотрясения головного мозга, не установлено. В исковом заявлении ФИО2 ссылается на головные боли, однако никаких повреждений головы у него не выявлено. У ФИО2 и до этого случая болела голова, поскольку у него имеются другие хронические заболевания, в частности гипертоническая болезнь и другие заболевания. При этом прокуратур об этом умолчала, скрыла справки, имеющиеся у них в наличии о болезнях ФИО2 Считает, что прокурор является заинтересованной, стороной. По его мнению ФИО2 испытывал просто легкие неудобства из-за того, что ему пришлось ходить в поликлинику по месту жительства, где ФИО2 смазывали маленький, и незаметный стежок на волосистой части головы зеленкой. ФИО2 испытывал только незначительные переживания, которые нельзя оценить в сорок тысяч рублей, поскольку ФИО2 не был прикован к постели, являлся трудоспособным, получал пенсию, мог ходить, и выполнять домашнюю работу, постоянно ходил в отделение полиции ОП «Железнодорожный», и в прокуратуру железнодорожного района требуя и настаивая на возбуждении уголовного дела в отношении него. Доказательств того, что у ФИО2, поменялся обычный образ жизни, он не мог водиться с внучкой, не представлено, как и доказательств того, что до этого он ей занимался.. Считает, что ФИО2 пользуется своими правами недобросовестно в нарушение процессуальных прав ответчика, в том числе тем, что не предоставил исковое заявление со всеми приложенными к нему документами, а суд в нарушение п. 6 ст. 132 ГПК РФ не оставил иск без движения, принял его, а на его жалобу суд предложил ему самому ознакомиться с материалами дела и снять копии дела. Данные обстоятельства были установлены в ходе предварительного судебного заседания, однако судья не приняла к ФИО2 мер воздействия. Считает, что суд первой инстанции не верно определил юридически значимые обстоятельства по делу, доказательства, в полной мере не учел факты о незаконной прокопке ФИО2 траншеи. При вынесении решения судом не применена правовая позиция, изложенная в Определении Верховного Суда РФ от 22 октября 2019 г. № 23-КГ19-6 о запрете вновь оспаривать факты, правоотношения сторон в силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ, а также Постановление Конституционного Суда РФ от 21.12.2011 № 30-П. Не приняла во внимание и тот факт, что ответчик по состоянию плохого здоровья, не может работать, доходов не имеет. Сведения о заболевании имеются в материалах уголовного дела, в том числе медицинские документы о частной госпитализации в больницы. Тот факт, что он оплачивает коммунальные платежи за свою квартиру и не имеет долгов, это заслуга его родственников, которые поддерживают его и оплачивают все коммунальные платежи. Сумма в 40000 руб. является для него не реальной, несправедливой, не разумной и не соответствующей ране на голове ФИО2 и действительным его страданиям, степень которых ни чем, кроме приговора суда от 28 марта 2024г не доказана, и который не является окончательным. Исходя из медицинских справок ФИО2, он посещал поликлинику исключительно для того, чтобы получить медицинскую справку о посещении, но не из-за болезни, недобросовестно пользовался правами больного из корыстных побуждений, намеренно обманывал врачей.

В возражениях на апелляционную жалобу истец просит в удовлетворении апелляционной жалобы ФИО3 отказать, производство по ней прекратить.

Ответчик ФИО3, будучи извещенным о времени и месте апелляционного рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствии в связи с плохим состоянием здоровья.

В связи с изложенным, судебная коллегия считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся в судебное заседание участвующих в деле лиц на основании ст.167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив законность и обоснованность принятого решения в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе в порядке ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, изучив материалы дела, выслушав истца ФИО2, возражавшего против доводов апелляционной жалобы, заключение прокурора Батуевой А.П. о законности постановленного судом решения, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 1 ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации основаниями для отмены или изменения решения суда в апелляционном порядке являются: неправильное определение обстоятельств, имеющих значение для дела; недоказанность установленных судом первой инстанции обстоятельств, имеющих значение для дела; несоответствие выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела; нарушение или неправильное применение норм материального права или норм процессуального права.

Таких оснований для отмены обжалуемого судебного постановления в апелляционном порядке судом первой инстанции не допущено.

В соответствии с требованиями статьи 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и статьей 151 настоящего Кодекса. Моральный вред, причиненный действиями (бездействием), нарушающими имущественные права гражданина, подлежит компенсации в случаях, предусмотренных законом. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда.

В силу статьи 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (часть 2 статьи 1101 ГК РФ).

На основании пункта 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

В соответствии с частью 4 статьи 42 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации (далее - УПК РФ) по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

На основании части 4 статьи 61 ГПК РФ, вступивший в законную силу приговор суда по уголовному делу обязателен для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого вынесен приговор суда, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

В силу разъяснений, изложенных в абзаце 2 пункта 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года N 23 «О судебном решении», принимая решение по иску, вытекающему из уголовного дела, суд не вправе входить в обсуждение вины ответчика, а может разрешать вопрос лишь о размере возмещения.

Как правильно установлено судом и следует из материалов дела, приговором мирового судьи судебного участка № 6 Железнодорожного судебного района г. Читы от 28 марта 2024 г. ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 Уголовного кодекса Российской Федерации и ему назначено наказание в виде 7 (семи) месяцев ограничения свободы.

Постановлением Железнодорожного районного суда г. Читы от 14 июня 2024 г. указанный приговор оставлен без изменения и вступил в законную силу 14 июня 2024 г.

Вышеуказанными судебными актами установлено, что 5 августа 2022 г. в период времени 10 часов 00 минут до 11 часов 35 минут ФИО3 находился около мусорных контейнеров между домом № по <адрес> в <адрес> и домом № по <адрес> в <адрес>, где у него произошел словесный конфликт с ранее ему не знакомым ФИО2, в связи с тем, что последний копал траншею на придомовой территории, а также выражался нецензурной бранью в адрес его сожительницы ФИО4 В это момент у ФИО3, испытавшего к ФИО2 острую личную неприязнь на почве конфликта, внезапно возник преступный умысел на причинение ФИО2 легкого вреда здоровью. Осуществляя задуманное, ФИО3 поднял с земли фрагмент кирпича и нанес им один удар в лобную часть головы ФИО2, причинив ему телесное повреждение в виде раны в лобной области, которая вызвала кратковременное расстройство здоровья на срок не более трех недель и по этому признаку квалифицируется как повреждение, причинившее легкий вред здоровью.

Обращаясь в суд, ФИО2 указал, что действиями ФИО3, установленными вступившим в законную силу приговором суда ему причин моральный вред, физические и нравственные страдания, выразившихся в нервных переживаниях в результате полученной травмы, а также в результате регулярного посещения мирового судьи по уголовному делу, не позволявшего ему куда-то выехать, пройти лечение, выслушивания лжи со стороны обвиняемого и его представителя, нарушивших психологическое благополучие его семьи.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанции, принимая во внимание установленные вступившим в законную силу приговором мирового судьи судебного участка № 6 Железнодорожного судебного района г. Читы от 28 марта 2024 г. обстоятельства пришел к выводу о том, что причинение морального вреда ФИО2 является доказанным и взыскал в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 40 000 руб.

Судебная коллегия оснований не согласиться с указанными выводами суда первой инстанции не имеет, полагает их обоснованными.

К числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека относится право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью, которое является производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции Российской Федерации.

Согласно п. 1 ст. 150 Гражданского кодекса РФ жизнь, здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Пунктом 2 статьи 150 Гражданского кодекса РФ определено, что нематериальные блага защищаются в соответствии с названным кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье).

В соответствии с п. 14 названного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья).

Из изложенного следует, что моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен.

Основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ и ст. 151 Гражданского кодекса РФ (п. 1 ст. 1099 ГК РФ).

В соответствии со статьей 1064 Гражданского кодекса РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Обязанность компенсации морального вреда может быть возложена судом на причинителя вреда при наличии предусмотренных законом оснований и условий применения данной меры гражданско-правовой ответственности, а именно: физических или нравственных страданий потерпевшего; неправомерных действий (бездействия) причинителя вреда; причинной связи между неправомерными действиями (бездействием) и моральным вредом; вины причинителя вреда (статьи 151, 1064, 1099 и 1100 ГК РФ). Вина в причинении морального вреда предполагается, пока не доказано обратное. Отсутствие вины в причинении вреда доказывается лицом, причинившим вред (п. 12 вышеназванного Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации).

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В абзацах втором и четвертом пункта 32 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010 N 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что поскольку потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела.

В пункте 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. N 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснено, что суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно пункту 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33, тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни.

При определении размера компенсации морального вреда суду необходимо устанавливать, допущено причинителем вреда единичное или множественное нарушение прав гражданина или посягательство на принадлежащие ему нематериальные блага.

Под индивидуальными особенностями потерпевшего, влияющими на размер компенсации морального вреда, следует понимать, в частности, его возраст и состояние здоровья, наличие отношений между причинителем вреда и потерпевшим, профессию и род занятий потерпевшего (абзац 1 пункта 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

При определении размера компенсации морального вреда судом должны учитываться требования разумности и справедливости (пункт 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В связи с этим сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания (статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации), устранить эти страдания либо сгладить их остроту.

Судам следует иметь в виду, что вопрос о разумности присуждаемой суммы должен решаться с учетом всех обстоятельств дела, в том числе значимости компенсации относительно обычного уровня жизни и общего уровня доходов граждан, в связи с чем исключается присуждение потерпевшему чрезвычайно малой, незначительной денежной суммы, если только такая сумма не была указана им в исковом заявлении (пункт 30 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33).

Снижая заявленный истцом размер компенсации морального вреда с 300 000 руб. и определяя его в размере до 40 000 руб., суд первой инстанции учел в совокупности фактические обстоятельства дела, индивидуальные особенности истца, степень причинения ему физических страданий, вызванных причинением легкого вреда здоровью, противоправное поведение самого истца, явившегося поводом для совершения преступления.

Судебная коллегия, исходя из того, что жизнь и здоровье человека представляют наивысшую ценность, также принимает во внимание форму и степень вины ответчика, характер повреждений, длительность лечения. Сумма компенсации морального вреда, взысканная судом, отвечает нормативным положениям, регулирующим вопросы компенсации морального вреда и определения ее размера, а также разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению.

Доводы апелляционной жалобы ответчика о том, что сумма в размере 40 000 руб. не соразмерна полученной истцом травме, поскольку компьютерная томография никаких видимых изменений у истца не показала, сотрясения головного мозга, изменений, смещений, проломов также не было, а головная боль у ФИО2 была связана с гипертонической болезнью, судебная коллегия полагает необоснованными, поскольку степень тяжести причиненного истцу вреда здоровью установлена в ходе проведенных судебно-медицинских экспертиз по уголовному делу, по которому ФИО3 признан виновным в умышленном причинении ФИО2 легкого вреда здоровью.

Данное обстоятельство в силу положений ст. 61 Гражданского процессуального кодекса не доказываются вновь и не подлежат оспариванию.

Кроме того, из материалов дела следует и установлено в ходе рассмотрения дела, что после инцидента с ФИО3 истец был доставлен в ГУЗ «Краевая клиническая больница» с рвано-ушибленной раной в теменной области, ему была проведена первичная хирургическая обработка раны с последующим наложением швов. В течение недели после этого истец испытывал физическую боль, в течение двух недель находился под наблюдением врача-хирурга в поликлинике по месту жительства, где ему оказывали медицинскую помощь в виде обработки раны, снятия швов. Также он получал лечение в виде обезболивающих уколов. Несмотря на то, что истец является пенсионером, не работает, вместе с тем получение травмы негативно сказалось на его жизнедеятельности, он не мог вести привычный образ жизни.

Несогласие ответчика с размером взысканной компенсации морального вреда само по себе не является основанием к отмене либо изменению вынесенного судебного постановления, поскольку моральный вред вызван страданиями истца в связи с причинением вреда здоровью, которые заведомо носят индивидуальный характер, определяются личным восприятием произошедшего; оценка характера, степени, глубины причиненного заявителю морального вреда относится к исключительной компетенции суда и является результатом оценки конкретных обстоятельств дела, исходя из положений статьи 151, статьи 1101 ГК РФ. Несогласие с данной оценкой основанием к отмене либо изменению решения суда в соответствии с положениями ст. 330 ГПК РФ не является.

Оснований для изменения взысканной судом первой инстанции суммы компенсации морального вреда в пользу истца по доводам апелляционной жалобы и имеющимся в деле материалам судебная коллегия не усматривает.

Определенный судом размер компенсации морального вреда не является завышенным и согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости, позволяющими, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой не допустить неосновательного обогащения потерпевшего.

Суд апелляционной инстанции при этом отмечает, что компенсация морального вреда не подлежит точной стоимостной оценке, а потому, учитывая вышеизложенные обстоятельства и применяя общее правовое предписание к конкретным обстоятельствам дела, суд первой инстанции принял решение в пределах предоставленной ему законом свободы усмотрения, что не может рассматриваться как нарушение прав и законных интересов сторон спора.

Ссылку ФИО3 в жалобе на то, что истец не предоставил ему исковое заявление со всеми приложенными к нему документами, а суд при этом предложил ему ознакомиться с материалами дела, не приняв к ФИО2 никаких мер ответственности, судебная коллегия во внимание не принимает.

Добросовестность участников гражданских отношений (ст. 10 ГК РФ), в том числе при осуществлении гражданских прав, предполагается (ст. 35 ГПК РФ).

Обязанность прикладывать к исковому заявлению уведомление о вручении или иные документы, подтверждающие направление другим лицам, участвующим в деле, копий искового заявления и приложенных к нему документов, которые у других лиц, участвующих в деле, отсутствуют, предусмотрена пунктом 6 статьи 132 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как видно из дела, и следует из пояснений истца в судебном заседании 28 августа 2024 г. при подаче искового заявления в суд истец представил в суд почтовую квитанцию о направлении ФИО3 копии искового заявления с описью, которые направил по адресу: <адрес>, пояснив, что ФИО3 в квартире № <адрес> не проживает.

Вместе с тем, ответчик, будучи надлежащим образом извещенный о дате первого судебного заседания, обратился с ходатайством об ознакомлении с материалами дела, соответственно распорядился своими процессуальными правами по своему усмотрению, что не может являться доказательством нарушения судом процессуальных норм.

Ссылка ответчика на тяжело имущественное положение, с указанием на плохое состояние здоровья, частую госпитализацию, не возможность в виду этого работать, подлежит отклонению, поскольку сама по себе недостаточность ли отсутствие у ответчика денежных средств не является безусловным основанием для уменьшения размера компенсации морального вреда, причиненного в результате виновных действий ответчика.

В ходе рассмотрения дела ФИО3 в суд апелляционной инстанции представлены сведения о наличии у него задолженности за коммунальные услуги, которые выставлены ФИО3 по адресу: 2- <адрес><адрес> ресурсоснабжающими организациями АО «Водоканал Чита, ООО «Олерог+», ПАО «ТГК № 14», ООО «РУЭК-ГРЭС», которые приобщены судебной коллегией к материалам дела в качестве новых доказательств. Вместе с тем данные обстоятельства не могут являться основанием для снижения размера компенсации морального вреда, поскольку бремя расходов по содержанию жилого помещения является обязанностью собственника данного жилого помещения и не исключает обязанность по возмещению потерпевшему морального вреда.

Кроме того, согласно представленной ответчиком копии Справки МСЭ №, приобщенной к материалам дела в качестве нового доказательства, ФИО3 28 августа 2025 г. признан инвали<адрес> группы по общему заболеванию бессрочно, является получателем пенсии по инвалидности в размере 10 588,90 руб., что подтверждается представленной справкой по операции ПАО «Сбербанк» от 21 ноября 2025 г., также приобщенной судебной коллегией к материалам дела в качестве нового доказательства.

При этом само по себе признание истца 28 августа 2025 г. инвали<адрес> группы не может являться основанием для снижения размера взысканной компенсации морального вреда, поскольку на момент рассмотрения дела судом первой инстанции (24 сентября 2024 г.) он инвалидом не являлся.

По смыслу закона, материальное положение лица определяется совокупностью всех факторов, составляющих общую картину - наличием в собственности движимого и недвижимого имущества, предметов домашней обстановки, имущественных прав и обязанностей, наличием иждивенцев, а не только наличием или отсутствием дохода у лица в определенный период времени.

Таких доказательств ответчиком ни в суд первой, ни в суд апелляционной инстанции представлено не было, поэтому обстоятельства, на которые ссылается в апелляционной жалобе ответчик, на правильность определения судом размера денежной компенсации морального вреда не влияет.

В целом, доводы жалобы истца направлены на несогласие ответчика с приговором суда и обстоятельствами причиненной истцу травмы, что в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации недопустимо.

При разрешении спора, судом первой инстанции правильно определены юридически значимые обстоятельства дела, правильно применены нормы материального и процессуального права, собранным по делу доказательствам дана надлежащая правовая оценка, выводы суда в полной мере соответствуют обстоятельствам дела.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение принятого решения и предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судом не допущено. Доводов, опровергающих правильность выводов суда, апелляционная жалоба не содержит.

С учетом изложенного, судебная коллегия не усматривает оснований, предусмотренных ст. 330 ГПК РФ, для отмены решения по доводам апелляционной жалобы.

Руководствуясь статьей 328 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Железнодорожного районного суда г. Читы от 24 сентября 2024г. оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в трехмесячный срок со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Восьмой кассационный суд общей юрисдикции путем подачи кассационной жалобы через суд первой инстанции.

Председательствующий

Судьи

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 15 января 2026 г.