Решение № 2-569/2020 2-569/2020(2-6468/2019;)~М-5753/2019 2-6468/2019 М-5753/2019 от 14 июля 2020 г. по делу № 2-569/2020

Дело № 2-569/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 июля 2020 года город Архангельск

Октябрьский районный суд города Архангельска в составе председательствующего судьи Вербиной М.С., при секретаре Шариной Ю.Л., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к Министерству финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда в размере 200 000 рублей.

В обоснование исковых требований указано, что 30 апреля 2019 года по месту жительства истца по адресу: <...>, произведен обыск, в ходе которого были изъяты ноутбук, жесткий диск, рутокен, мобильный телефон, модем, CD и DVD-R дисков. Изъятые предметы были осмотрены сотрудниками следственного органа. Изъятое в ходе обыска имущество возвращено только после его осмотра органами предварительного следствия. Обыск в жилище в судебном порядке признан незаконным. В связи с этим, подлежат признанию незаконными действия органа предварительного следствия по изъятию и осмотру принадлежащего истцу имущества. Вследствие незаконного обыска, изъятия и осмотра предметов нарушены конституционные права истца: на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну; право на тайну переписки, телефонных переговоров; неприкосновенность жилища; право частной собственности; право на труд; право на судебную защиту.

По определению суда к участию в деле в качестве соответчика было привлечено Министерство внутренних дел Российской Федерации, в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, УМВД России по Архангельской области, заместитель начальника следственного управления УМВД России по Архангельской области ФИО2

В ходе рассмотрения дела истец исковые требования уточнил, просил взыскать компенсацию морального вреда с надлежащего ответчика.

Кроме того, истец отказался от указанного в качестве основания иска нарушения права на судебную защиту, выразившегося в не извещении истца о судебном заседании по вопросу законности обыска, не направлении копии судебного постановления о признании обыска незаконным, без изменения суммы исковых требований.

В судебном заседании истец ФИО1, представитель истца – адвокат Кычин А.М. уточненные исковые требования поддержали, просили удовлетворить.

Представитель ответчика МВД России, а также третьего лица УМВД России по Архангельской области ФИО3, действующий на основании доверенностей, с иском не согласился, просил в удовлетворении заявленных требований отказать по основаниям, изложенным в возражениях. Просил учесть, что истцом не представлено доказательств морального вреда, а также незаконности следственных действий по изъятию и осмотру предметов.

Третье лицо заместитель начальника следственного управления УМВД России по Архангельской области ФИО2 в судебное заседание не явился, извещен о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом.

По определению суда в соответствии с ч. 3 ст. 167 ГПК РФ дело рассмотрено судом при данной явке.

Заслушав явившихся лиц, исследовав материалы дела, а также материалы уголовного дела № 1-292/2019, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 25 Конституции Российской Федерации жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения.

В развитие указанного конституционного положения ст. 3 Жилищного кодекса Российской Федерации также закрепляет правило о том, что никто не вправе проникать в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан иначе как в предусмотренных настоящим Кодексом целях и в предусмотренных другим федеральным законом случаях и в порядке или на основании судебного решения. Проникновение в жилище без согласия проживающих в нем на законных основаниях граждан допускается в случаях и в порядке, которые предусмотрены федеральным законом, только в целях спасения жизни граждан и (или) их имущества, обеспечения их личной безопасности или общественной безопасности при аварийных ситуациях, стихийных бедствиях, катастрофах, массовых беспорядках либо иных обстоятельствах чрезвычайного характера, а также в целях задержания лиц, подозреваемых в совершении преступлений, пресечения совершаемых преступлений или установления обстоятельств совершенного преступления либо произошедшего несчастного случая.

Согласно ст. 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, ст. 23 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на неприкосновенность частной жизни, личной и семейной тайны.

Из Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 23 марта 1999 года № 5-П, Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 08 апреля 2010 года № 524-О-П, следует, что обыск в жилище относится к числу тех следственных действий, которые существенным образом ограничивают конституционные права лица, в том числе права на неприкосновенность жилища и тайну частной жизни; в связи с этим лицу, в жилище которого был произведен обыск, во всяком случае должна быть обеспечена возможность судебной защиты своих прав и законных интересов.

Относительно обыска в жилище и изъятия имущества Европейский Суд по правам человека неоднократно указывал, что государство в целях получения доказательств по определенным правонарушениям может считать необходимым прибегнуть к таким мерам, однако причины для этого должны быть соответствующими и достаточными, обеспечивающими в каждом конкретном случае пропорциональность осуществляемого вмешательства в право гражданина на уважение его жилища поставленной законной цели, т.е. правовое регулирование и практика должны предоставлять лицам, подвергнутым обыску, надлежащую и эффективную защиту от злоупотреблений (Постановление от 7 июня 2007 года по делу «Смирнов против России»).

Согласно ч. 1 ст. 5 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» органы (должностные лица), осуществляющие оперативно-розыскную деятельность, при проведении оперативно-розыскных мероприятий должны обеспечивать соблюдение прав человека и гражданина на неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, неприкосновенность жилища и тайну корреспонденции.

В соответствии с ч. 2 ст. 8 Федерального закона от 12 августа 1995 года № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» проведение оперативно-розыскных мероприятий, которые ограничивают конституционные права человека и гражданина на тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых, телеграфных и иных сообщений, передаваемых по сетям электрической и почтовой связи, а также право на неприкосновенность жилища, допускается на основании судебного решения и при наличии информации о признаках подготавливаемого, совершаемого или совершенного противоправного деяния или о лицах, подготавливающих, совершающих или совершивших противоправное деяние, по которому производство предварительного следствия обязательно, а также о событиях или действиях (бездействии), создающих угрозу государственной, военной, экономической, информационной или экологической безопасности Российской Федерации.

На основании ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Права потерпевших от преступлений и злоупотреблений властью охраняются законом, а государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба (ст. 52 Конституции Российской Федерации).

Из содержания названных конституционных норм следует, что действия (или бездействие) органов государственной власти или их должностных лиц, причинившие вред любому лицу, влекут возникновение у государства обязанности этот вред возместить, а каждый пострадавший от незаконных действий органов государственной власти или их должностных лиц наделяется правом требовать от государства справедливого возмещения вреда.

В силу ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению. Вред возмещается за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

На основании п. 2 ст. 1070 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены статьей 1069 настоящего Кодекса.

Исходя из содержания указанных статей в их взаимосвязи, следует, что ответственность субъектов, перечисленных в ст. 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации, наступает на общих основаниях, при наличии специальных условий, выражающихся в причинении вреда противоправными действиями при осуществлении административно-властных полномочий.

В соответствии со ст. 150 Гражданского кодекса Российской Федерации жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом (п. 1).

Нематериальные блага защищаются в соответствии с настоящим Кодексом и другими законами в случаях и в порядке, ими предусмотренных, а также в тех случаях и пределах, в каких использование способов защиты гражданских прав (ст. 12) вытекает из существа нарушенного нематериального блага или личного неимущественного права и характера последствий этого нарушения. В случаях, если того требуют интересы гражданина, принадлежащие ему нематериальные блага могут быть защищены, в частности, путем признания судом факта нарушения его личного неимущественного права, опубликования решения суда о допущенном нарушении, а также путем пресечения или запрещения действий, нарушающих или создающих угрозу нарушения личного неимущественного права либо посягающих или создающих угрозу посягательства на нематериальное благо (пункт 2).

Согласно п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса Российской Федерации основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными настоящей главой и ст. 151 настоящего Кодекса.

Как указано в абзаце втором ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда.

Исходя из правовой позиции, изложенной в п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 (ред. от 06.02.2007) «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда» од моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

По смыслу указанных выше правовых норм для возмещения истцу морального вреда достаточно установления факта причинения такого вреда в результате незаконных действий должностных лиц, при этом на причинителе вреда лежит бремя доказывания правомерности его поведения, а также отсутствия его вины.

Судом установлено, что 30 апреля 2019 года руководителем следственного органа – заместителем начальника СУ УМВД России по Архангельской области майором юстиции ФИО2 возбуждено уголовное дело № 11901110016000050 по ст. 212.1 Уголовного кодекса Российской Федерации в отношении ФИО4

Производство предварительного следствия по данному уголовному делу было поручено следственной группе под руководством заместителя начальника СУ УМВД России по Архангельской области майором юстиции ФИО2

На основании постановления о производстве обыска в жилище в случаях, не терпящих отлагательства, вынесенного руководителем следственного органа – заместителем начальника СУ УМВД России по Архангельской области майором юстиции ФИО2 30 апреля 2019 года, произведен обыск в жилище ФИО1 по адресу: <...>.

Из материалов дела следует, что ФИО1 проживал в указанном жилом помещении на основании договора аренды жилого помещения.

Из протокола обыска от 30 апреля 2020 года следует, что ФИО1 присутствовал в ходе обыска жилого помещения.

Из пояснений, данный истцом в судебном заседании, следует, что в связи с производством обыска он испытывал переживания, чувства неловкости перед близкими и знакомыми.

Доказательств, опровергающих указанные обстоятельства, в материалы дела не представлено.

Постановлением судьи Ломоносовского районного суда г. Архангельска от 02 мая 2019 года по материалу № 3/12-85/2019 производства обыска в жилище по адресу: <...> признано незаконным.

При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу, что проведенным в отсутствие согласия ФИО1 обыском в жилище, впоследствии признанным незаконным, затронуты личные неимущественные права истца на неприкосновенность жилища и частной жизни.

Нарушение этих прав, гарантированных Конституцией Российской Федерации, неизбежно сопровождается нравственными страданиями, поскольку негативно отражается на психологическом состоянии лица.

Факт нарушения прав истца установлен постановлением судьи Ломоносовского районного суда г. Архангельска от 02 мая 2019 года, которым проведение обыска в жилище ФИО1, расположенном по адресу: <...>, признано незаконным, и в силу ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в дополнительном доказывании не нуждается.

При этом между неправомерными действиями должностных лиц и последствиями в виде причинения морального вреда имеется причинно-следственная связь, поскольку нравственные страдания ФИО1 испытывал по поводу нарушения незаконным обыском своих личных неимущественных прав.

На основании изложенного, в связи с незаконным проведением обыска в жилище в пользу истца подлежит взысканию компенсация морального вреда за счет казны Российской Федерации.

В то же время суд не находит правовых оснований для удовлетворения требований истца о взыскании компенсации морального вреда, основанных на незаконности действий органа предварительного следствия по изъятию в ходе обыска принадлежащего истцу имущества (ноутбука, жесткого диска, рутокена, мобильного телефона, модема, CD и DVD-R дисков), осмотра указанных предметов, а также не своевременном возвращении изъятых предметов, поскольку доказательств незаконности указанных действий должностных лиц следственного органа истцом вопреки ст. 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации не представлено, в материалах дела доказательств незаконности указанных действий не имеется.

В силу ч. 1 ст. 123 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации действия (бездействие) и решения дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа, прокурора и суда могут быть обжалованы в установленном настоящим Кодексом порядке участниками уголовного судопроизводства, а также иными лицами в той части, в которой производимые процессуальные действия и принимаемые процессуальные решения затрагивают их интересы.

Из пояснений истца следует, что действия должностных лиц следственного органа, связанные с изъятием предметов в ходе обыска, осмотром изъятых в ходе обыска предметов, а также длительным невозвращением изъятых предметов, истцом в порядке, установленном ст.ст. 124-125 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации не обжаловались; незаконными в указанном порядке не признавались.

Доводы представителя истца о том, что признание незаконным обыска в жилище истца, влечет признание судом незаконности всех последующих совершенных органами предварительного следствия процессуальных действий, суд полагает ошибочными.

При разрешении гражданского дела в порядке, установленном Гражданским процессуальным кодексом Российской Федерации, суд не наделен правом давать оценку законности действий и решений дознавателя, начальника подразделения дознания, начальника органа дознания, органа дознания, следователя, руководителя следственного органа.

В материалах уголовного дела № 1-292/2019 в отношении ФИО4, рассмотренного Октябрьским районным судом г. Архангельска 27 сентября 2019 года, вступившего в законную силу 29 ноября 2019 года, доказательств признания действий следователя, руководителя следственного органа незаконными по изъятию предметов в ходе обыска в жилище ФИО1, осмотру указанных предметов, а также невозвращению изъятых предметов не имеется.

Постановлением судьи Ломоносовского районного суда г. Архангельска от 02 мая 2019 года признан незаконным только обыск в жилище.

При указанных обстоятельствах, правовых оснований для взыскания в пользу истца компенсации морального вреда в связи с изъятием имущества истца в ходе обыска, осмотром изъятых предметов, несвоевременным возвращением изъятых предметов, суд не усматривает.

Доказательств нарушения прав истца на тайну переписки, телефонных переговоров, права частной собственности, права на труд, истцом в материалы дела также не представлено.

По правилам ст. 1071 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях, когда в соответствии с настоящим Кодексом или другими законами причиненный вред подлежит возмещению за счет казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования, от имени казны выступают соответствующие финансовые органы, если в соответствии с пунктом 3 статьи 125 настоящего Кодекса эта обязанность не возложена на другой орган, юридическое лицо или гражданина.

В соответствии с ч. 1 ст. 125 Гражданского кодекса Российской Федерации в случаях и в порядке, предусмотренных федеральными законами, указами Президента Российской Федерации и постановлениями Правительства Российской Федерации, нормативными актами субъектов Российской Федерации и муниципальных образований, по их специальному поручению от их имени могут выступать государственные органы, органы местного самоуправления, а также юридические лица и граждане.

В силу пп. 1 п. 3 ст. 158 Бюджетного кодекса Российской Федерации главный распорядитель средств федерального бюджета, бюджета субъекта Российской Федерации, бюджета муниципального образования выступает в суде соответственно от имени Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в качестве представителя ответчика по искам к Российской Федерации, субъекту Российской Федерации, муниципальному образованию о возмещении вреда, причиненного физическому лицу или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления или должностных лиц этих органов, по ведомственной принадлежности, в том числе в результате издания актов органов государственной власти, органов местного самоуправления, не соответствующих закону или иному правовому акту.

Указанной нормой Бюджетного кодекса Российской Федерации обязанность по предоставлению интересов Российской Федерации и казны Российской Федерации возложена на главных распорядителей средств бюджета по ведомственной принадлежности.

Согласно Федерального закона от 29 ноября 2018 года № 459-ФЗ «О федеральном бюджете на 2019 год и на плановый период 2020 и 2021 годов», пп. 100 п. 2 Положения о Министерстве внутренних дел Российской Федерации, утвержденного Указом Президента РФ от 21 декабря 2016 года № 699, Министерство внутренних дел Российской Федерации является субъектом бюджетного планирования и осуществляет функции главного распорядителя бюджетных средств, главного администратора доходов бюджета, главного администратора источников финансирования дефицита бюджета.

ФИО1 предъявлен иск, в обоснование которого истец ссылается на неправомерные действия должностных лиц УМВД России по Архангельской области.

По смыслу приведенных выше нормативных положений по искам о возмещении причиненного в результате незаконных действий (бездействия) сотрудников министерства внутренних дел за счет казны Российской Федерации выступает Министерстве внутренних дел Российской Федерации.

На основании изложенного, суд приходит к выводу о наличии правовых оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 к ответчику Министерству внутренних дел Российской Федерации. В иске к ответчику Министерству финансов Российской Федерации полагает необходимым отказать.

Принимая во внимание конкретные обстоятельства, касающиеся проведения обыска, его последствия, индивидуальные особенности истца, степень его нравственных страданий, степени вины ответчика, отсутствие для истца наступления тяжких последствий, а также учитывая принципы разумности и справедливости, суд полагает возможным определить компенсацию морального вреда, подлежащей взысканию с Министерства внутренних дел Российской Федерации в пользу ФИО1 в сумме 10 000 рублей.

Руководствуясь ст.ст. 194 - 199 ГПК РФ,

решил:

исковое заявление ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации, Министерству внутренних дел Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с Министерства внутренних дел Российской Федерации за счет средств казны Российской Федерации в пользу ФИО1 денежную компенсацию морального вреда в размере 10 000 рублей 00 копеек.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к Министерству финансов Российской Федерации - отказать

Решение может быть обжаловано в Архангельский областной суд в течение месяца со дня изготовления решения суда в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд города Архангельска.

Председательствующий М.С. Вербина

Решение суда в окончательной форме изготовлено 21 июля 2020 года.

Председательствующий М.С. Вербина