Решение № 2-16/2022 2-211/2021 2-3/2024 2-3/2024(2-7/2023;2-16/2022;2-211/2021;2-3612/2020;)~М-3268/2020 2-3612/2020 2-7/2023 М-3268/2020 от 27 мая 2024 г. по делу № 2-16/2022

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Центральный райсуд <адрес> в составе

председательствующего Путиловой Н.А.

при секретаре Корягиной А.В.

рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Новокузнецке

28 мая 2024 г.

дело по иску ФИО1 к Федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по <адрес>-Кузбассу» Минтруда России, Государственному автономному учреждению здравоохранения <адрес> «Новокузнецкая городская клиническая больница № имени Г.П. Курбатова», Министерству Финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

К. В.В. обратилась в суд с иском к ответчикам Федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по <адрес>-Кузбассу» Минтруда России, Государственному автономному учреждению здравоохранения <адрес> №Новокузнецкая городская клиническая больница № имени Г.П. Курбатова», Министерству Финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда. Просит суд взыскать с каждого ответчика в свою пользу компенсацию морального вреда в размере 400 000 руб.

Мотивирует свои требования тем, что с июня 2015 она работала в должности шихтовщика 3 разряда цеха № в ОАО «Кузнецкие ферросплавы».

ДД.ММ.ГГГГ при выполнении трудовых обязанностей была травмирована. В результате полученной <данные изъяты> была уволена по состоянию здоровья - в связи с невозможностью исполнять обязанности шихтовщика 3 разряда. Ей были выданы рекомендации МЛПУ «Городская клиническая больница №» ( в настоящее время ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница № имени Г.П. Курбатова») по переводу на другую работу в связи с невозможностью продолжать трудовую деятельность в прежней должности.

Решением Кузнецкого районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу, было установлено, что <данные изъяты> была получена при исполнении трудовых обязанностей, и именно с ней она находилась на лечении с августа 2015 по ноябрь 2016.

Направление на медико-социальную экспертизу ГБУЗ КО НГКБ № ей было направлено лишь ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно заключению БМСЭ № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ частичный <данные изъяты> не повлек нарушений функций организма, не ограничивает основные категории жизнедеятельности: самообслуживание, самостоятельное передвижение, трудовую деятельность, что не требует мер социальной защиты и не является основанием для установления инвалидности.

Не согласившись с заключением БМСЭ, она была обследована ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России.

Согласно Акту № от ДД.ММ.ГГГГ нарушений здоровья в результате полученной <данные изъяты> не наступило, трудоспособность не утрачена.

Не согласившись с заключением МСЭ, она обжаловала его в Центральный районный суд <адрес>. В рамках рассмотрения иска была назначена экспертиза для установления утраты ее трудоспособности, проведение которой было поручено ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России, по заключению которого ей была установлена утрата профессиональной трудоспособности 30%.

До получения заключения ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России, ФКУ ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ, заключение БМСЭ № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России от ДД.ММ.ГГГГ (акт №) было отменено и с ДД.ММ.ГГГГ ей была установлена утрата профессиональной трудоспособности 30 %.

По результатам повторного переосвидетельствования в апреле 2020 ей была установлена утрата профессиональной трудоспособности 30 %.

Истец полагает, что в результате несвоевременного ее направления врачами НГКБ № на медико-социальную экспертизу для установления утраты трудоспособности, только через 4 года после <данные изъяты>, полученной в ДД.ММ.ГГГГ, а также отказа в установлении ей утраты трудоспособности, она в течение длительного времени она не могла обратиться в КРОФСС для получения страховых выплат, пройти программу реабилитации, и получить иные меры социального характера.

Из-за отсутствия необходимого лечения, состояние ее здоровья ухудшается, функции травмированной руки снизились, в связи с чем, она не может найти работу, не имеет доходов, не получает ежемесячные страховые выплаты.

Полагает, что действиями ответчиков ей причинен моральный вред, который оценивает в размере 400 000 руб. с каждого ответчика.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ произведена замена ненадлежащего ответчика ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России надлежащим ответчиком - Министерство финансов Российской Федерации и привлечено к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ к участию в деле в качестве соответчика привлечено Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации, ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России.

В судебном заседании также установлено, что 26.09.2019г. ГБУЗ КО « Новокузнецкая городская клиническая больница №» прекратила свою деятельность путем присоединения к ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница № имени Г.П.Курбатова»

В ходе судебного разбирательства истец уточнила исковые требования – просит взыскать с ответчика ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №» в свою пользу компенсацию морального вреда в сумме 500 000 руб., взыскать с ответчика ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России в пользу истца компенсацию морального вреда в сумме 400 000 руб., расходы по оплате услуг экспертов в сумме 230185,72 руб. (108385,72 руб. и 121800 руб.)

В судебном заседании истец К. В.В. и ее представитель ФИО2, действующая на основании ордера, настаивали на удовлетворении уточненных заявленных требований.

Представитель ответчика ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России - ФИО3, действующая на основании доверенности в судебном заседании, заявленные требования не признала.

Представитель ответчика ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница № имени Г.П.Курбатова» ФИО4, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала.

Представитель ответчика Министерства финансов Российской Федерации ФИО5, действующая на основании доверенности, в судебном заседании заявленные требования не признала.

Суд, выслушав истца, представителей ответчиков, заслушав заключение помощника прокурора Коровиной Е.А., изучив письменные материалы дела, приходит следующему:

Положениями статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее по тексту также Федеральный закон от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ) под профессиональной трудоспособностью понимается способность человека к выполнению работы определенной квалификации, объема и качества, а под степенью утраты профессиональной трудоспособности - выраженное в процентах стойкое снижение способности застрахованного осуществлять профессиональную деятельность до наступления страхового случая.

В соответствии с пунктом 3 статьи 11 Федерального закона от 24 июля 1998 г. N 125-ФЗ степень утраты застрахованным профессиональной трудоспособности устанавливается учреждением медико-социальной экспертизы.

Во исполнение указанного Федерального закона Правительством Российской Федерации принято Постановление от 16 октября 2000 г. N 789 "Об утверждении Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее по тексту также Правила N 789).

В силу пунктов,2,3,4,7 Правил N 789 Степень утраты профессиональной трудоспособности устанавливается в процентах на момент освидетельствования пострадавшего, исходя из оценки потери способности осуществлять профессиональную деятельность вследствие несчастного случая на производстве и профессионального заболевания, в соответствии с критериями определения степени утраты профессиональной трудоспособности, утверждаемыми Министерством труда и социальной защиты Российской Федерации по согласованию с Министерством здравоохранения Российской Федерации.

Одновременно с установлением степени утраты профессиональной трудоспособности учреждение медико-социальной экспертизы при наличии оснований определяет нуждаемость пострадавшего в медицинской, социальной и профессиональной реабилитации, а также признает пострадавшего инвалидом.

Освидетельствование пострадавшего проводится в учреждении медико-социальной экспертизы по месту его жительства либо по месту прикрепления к государственному или муниципальному лечебно-профилактическому учреждению здравоохранения (далее именуется - учреждение здравоохранения).

Освидетельствование пострадавшего в учреждении медико-социальной экспертизы проводится по обращению Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации (далее - страховщик), работодателя (страхователя) или пострадавшего (его представителя) при наличии документа, подтверждающего факт несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, либо по определению судьи (суда).

Документами, подтверждающими факт несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, являются:

акт о несчастном случае на производстве или акт о профессиональном заболевании;

решение суда об установлении факта несчастного случая на производстве или профессионального заболевания;

заключение государственного инспектора по охране труда либо других должностных лиц (органов), осуществляющих контроль и надзор за состоянием охраны труда и соблюдением законодательства о труде, о причинах повреждения здоровья или медицинское заключение о профессиональном заболевании, выданные в порядке, действовавшем до вступления в силу Федерального закона "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний".

Учреждение здравоохранения осуществляет необходимые диагностические, лечебные и реабилитационные мероприятия и по их результатам оформляет и выдает пострадавшему направление в учреждение медико-социальной экспертизы на освидетельствование для установления степени утраты профессиональной трудоспособности (п. 9)

В судебном заседании установлено, что ДД.ММ.ГГГГ К. В.В. получила при исполнении своих трудовых обязанностей в ОАО «Кузнецкие ферросплавы» <данные изъяты>.

С ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ К. В.В. находилась на излечении в связи с полученной <данные изъяты>.

Акт о несчастном случае на производстве не составлялся.

Работодатель истца - ОАО «Кузнецкие ферросплавы» в письме на запрос Федеральной службы по труду и занятости от ДД.ММ.ГГГГ сообщает, что в представленных листках нетрудоспособности К. В.В. указан код 01 (<данные изъяты>), в листках нетрудоспособности с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ указан код 02 (<данные изъяты>), код 04 (несчастный случай на производстве или его последствия) в листках нетрудоспособности истца не указан.

При проведении расследования обстоятельств, имевших место ДД.ММ.ГГГГ, работодатель указал, что К. В.В. о произошедшем с ней несчастным случае никого не известила, никому из работников, работавших с ней в тот день, не сообщила, доработала свою смену до конца, закончив уборку рабочего места.

К. В.В. обратилась в суд с требованием к ОАО «Кузнецкие ферросплавы» о признании полученной <данные изъяты> ДД.ММ.ГГГГ производственной.

Решением Кузнецкого районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ суд обязал ОАО «Кузнецкие ферросплавы» составить акт о несчастном случае на производстве, признал <данные изъяты>, полученную К. В.В. ДД.ММ.ГГГГ несчастным случаем, связанным с производством, с ответчика был взыскан моральный вред в размере 30000 рублей, поскольку надлежащим ответчиком по требованиям о компенсации морального вреда в связи с несчастным случаем на производстве является работодатель (страхователь) или лицо, ответственное за причинение вреда (п. 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10.03.2011 №2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний»).

Исполняя решение суда от 03.04.2017г, работодатель составил Акт о несчастном случае на производстве, с которым истец не согласилась и в дальнейшем обратилась за защитой своих прав в суд.

Согласно решению Кузнецкого районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившим в законную силу ДД.ММ.ГГГГ акт о несчастном случае на производстве признан незаконным в части выводов комиссии об отсутствии вины работодателя в причинении вреда здоровью К. В.В., п. 8.2 акта признан незаконным в части неуказания степени тяжести полученного К. В.В. повреждения здоровья, с работодателя взыскана компенсация морального вреда в размере 20 000 рублей.

ДД.ММ.ГГГГ работодателем ОАО «Кузнецкий ферросплавы» был составлен Акт № о несчастном случае на производстве.

К. В.В. вновь обратилась в суд с иском к АО «Кузнецкий ферросплавы», ГБУЗ КО « Новокузнецкая городская клиническая больница №», в котором просила признать акт № о несчастном случае на производстве, составленный 31.07.2018г. в связи с травмой ДД.ММ.ГГГГ. в части выводов комиссии о степени тяжести полученной травмы незаконным, оспаривала диагноз, указанный в п.8.2 Акта формы Н-1, оспаривала медицинское заключение о характере полученных ею повреждений здоровья, просила взыскать компенсацию морального вреда.

Решением Кузнецкого райсуда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ., вступившим в законную силу, в удовлетворении требований К. В.В. было отказано.

ДД.ММ.ГГГГ. К. В.В. впервые обратилась с заявлением на имя главврача ГБУЗ НГКБ № с просьбой выдать ей направление на МСЭ в связи с полученной производственной <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ на основании представленных документов, подтверждающих акт полученной <данные изъяты> на производстве, К. В.В. было выдано направление на медико-социальную экспертизу. Цель направления – это определение степени утраты профессиональной трудоспособности, в соответствии с п. 7 постановления Правительства РФ от 16.10.2000 № 789 «Об утверждении Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний» освидетельствование пострадавшего в учреждении медико-социальной экспертизы проводится по обращению Фонда социального страхования Российской Федерации (далее - страховщик), работодателя (страхователя) или пострадавшего (его представителя) при наличии документа, подтверждающего факт несчастного случая на производстве или профессионального заболевания, либо по определению суда.

ДД.ММ.ГГГГ К. В.В. была освидетельствована Бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда Р.., по результатам освидетельствования степень утраты профессиональной трудоспособности и группа инвалидности не установлены.

ДД.ММ.ГГГГ в связи с обжалованием истца освидетельствования, К. В.В. очно освидетельствована экспертным составом № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России, решение Бюро № филиала ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда Р. подтверждено.

ДД.ММ.ГГГГ К. В.В. была освидетельствована экспертным составом № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>-Кузбассу» Минтруда России. По результатам освидетельствования К. В.В. на период с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ.

Решением Центрального райсуда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ были признаны незаконными решения Бюро № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» от ДД.ММ.ГГГГ и ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда Р. от ДД.ММ.ГГГГ.

При очередном освидетельствовании в Бюро № - филиала ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>-Кузбассу» Минтруда России ФИО1 на период ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ установлено 30% утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

Если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда (часть 1 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред (часть 2 статьи 151 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 15.11.2022 № 33 « О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» разъяснил, что права и свободы человека и гражданина признаются и гарантируются согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации, каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом (статьи 17 и 45 Конституции Российской Федерации).

Одним из способов защиты гражданских прав является компенсация морального вреда (статьи 12, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее также - ГК РФ).

Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Суд полагает, что ответчиками не были совершены действия, которые нарушили бы личные неимущественные права истца К. В.В. либо посягали на принадлежащие ей от рождения или в силу закона нематериальные блага. Вред здоровью истца их действиями не установлен.

Так, направление на медико-социальную экспертизу К. В.В. было выдано своевременно в соответствии с п. 9 постановления Правительства РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «Об утверждении Правил установления степени утраты профессиональной трудоспособности в результате несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний».

До ДД.ММ.ГГГГ у ответчика ГБУЗ НГКБ № отсутствовали основания для выдачи направления на медико-социальную экспертизу для определения степени утраты профессиональной трудоспособности, с момента обращения и до апреля 2019, поскольку К. В.В. не было представлено документов, подтверждающих факт полученной производственной <данные изъяты>

К. В.В. ДД.ММ.ГГГГ впервые обратилась за медицинской помощью в поликлинику № ГБУЗКО «НГКБ №» с жалобой на болевой <данные изъяты>, развившегося после подъема тяжести, был <данные изъяты> О производственной <данные изъяты> истец не сообщила, а также документы, подтверждающие факт полученной ею <данные изъяты> на производстве, не представила.

Срок временной нетрудоспособности по данному заболеванию составил 15 месяцев (с 2015 - 2016), в соответствии с п. 13 приказа Минздравсоцразвития Р. от ДД.ММ.ГГГГ №н «Об утверждении Порядка выдачи листков нетрудоспособности» при сроке временной нетрудоспособности, превышающем 15 календарных дней, решение вопроса дальнейшего лечения и выдачи листка нетрудоспособности осуществляется врачебной комиссией.

По решению врачебной комиссии при благоприятном клиническом и трудовом прогнозе листок нетрудоспособности может быть выдан в установленном порядке до дня восстановления трудоспособности, но на срок не более 10 месяцев, а в отдельных случаях (<данные изъяты>) на срок не более 12 месяцев, с периодичностью продления по решению врачебной комиссии, не реже чем, через 15 календарных дней.

До ДД.ММ.ГГГГ К. В.В. проходила <данные изъяты> лечение ГБУЗ «НГКБ №».

С ДД.ММ.ГГГГ по 2016 включительно истец проходила курс <данные изъяты> реабилитационных мероприятий в лечебном учреждении ГБУЗ «НГКБ №». За время

наблюдения проводилась консультация с нейрохирургом, главным травматологом <данные изъяты>.

В указанный период К. В.В. не было заявлено о полученной <данные изъяты>, как о производственной, от работодателя АО «Кузнецкие ферросплавы» в адрес ГБУЗ «НГКБ №» документы, подтверждающие факт получения производственной <данные изъяты> на производстве, так же не поступали.

ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ после проведения необходимых диагностических, лечебных и реабилитационных мероприятий истец была направлена на медико-социальную экспертизу для установления инвалидности, для разработки (коррекции) индивидуальной программы реабилитации инвалида, в соответствии с п. 15 постановления Правительства РФ от 20.02.2006 № 95 «О порядке и условиях признания лица инвалидом» гражданин направляется на медико-социальную экспертизу медицинской организацией независимо от ее организационно-правовой формы, органом, осуществляющим пенсионное обеспечение, либо органом социальной зашиты населения с письменного согласия гражданина (его законного или уполномоченного представителя).

Согласно п.16 постановления Правительства РФ от 20.02.2006 № 95 медицинская организация направляет гражданина на медико-социальную экспертизу после проведения необходимых диагностических, лечебных и реабилитационных или абилитационных мероприятий при наличии данных, подтверждающих стойкое нарушение функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами.

Согласно п. 19 постановления Правительства РФ от 20.02.2006 № 95, в случае если медицинская организация, орган, осуществляющий пенсионное обеспечение, либо орган социальной защиты населения отказали гражданину в направлении на медико-социальную экспертизу ему выдается справка, на основании которой гражданин (его законный или уполномоченный представитель) имеет право обратиться в бюро самостоятельно.

В соответствии с приказом Управления здравоохранения № от ДД.ММ.ГГГГ проведен комиссионный разбор случая <данные изъяты> истца с председательствующим к.м.н., ведущим специалистом УЗ по травматологии и ортопедии ФИО6

Комиссией было рекомендовано:

продолжить физическую реабилитацию (занятия с реабилитологом на кафедре медицинской реабилитологии и рефлексотерапии ГБОУ ДПО «НГИУВ»);

продолжить социальную реабилитацию. Оформить посыльный лист в БМЭ общего профиля. Консультация в центре занятости, обзор возможных профессий;

провести консультацию врача эндокринолога с результатом МРТ <данные изъяты>.

ДД.ММ.ГГГГ по направлению на медико-социальную экспертизу ГБУ3 «НГКБ №» истец освидетельствована в ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>» Минтруда России Бюро медико-социальной экспертизы № с диагнозом - <данные изъяты>.08.2015 - <данные изъяты> привело к стойким незначительным нарушениям статодинамической функции не ограничивающих основные категории жизнедеятельности: самообслуживание, самостоятельное передвижение, трудовая деятельность, что не требует мер социальной защиты и не является основанием для установления группы инвалидности.

При проведении медико-социальной экспертизы экспертами, в том числе, исследовались и учитывались медицинские показатели и социальные (образование, род деятельности, занимаемая должность), а также совокупность всех показателей, которые могут повлиять на основные критерии жизнедеятельности человека.

ДД.ММ.ГГГГ на основании заключения врачебной комиссии истец К. В.В. с учетом общего клинического состояния пациента, была выписана к труду и выдано медицинское заключение с рекомендациями трудоустройства, без физических и статических нагрузок на верхние конечности в течение 6 месяцев.

В мае 2018 на основании решения Кузнецкого районного суда Новокузнецка от ДД.ММ.ГГГГ в соответствии с приказом Минздравсоцразвития Р. от ДД.ММ.ГГГГ № «Об определении степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве» АО «Кузнецкие Ферросплавы» обратилось в ГБУЗ КО «НГКБ №» для составления учетной формы № на К. В.В.

Не нашли своего подтверждения и доводы истца о том, что лечение после полученной ею производственной травмы проводилось ответчиком ГБУ3 «НГКБ №» некачественное.

Полагая, что ГБУЗ КО «НГКБ №» ненадлежащим образом оказывало ей медицинские услуги, ей неверно был установлен диагноз, назначено неправильное лечение, что ухудшило ее самочувствие и продлило срок ее лечение, К. В.В. обратилась в суд с иском к лечебному учреждению с требованиями компенсации морального вреда и возмещении материального ущерба.

Решением Орджоникидзевского райсуда <адрес> от 13.03.2017г в удовлетворении иска К. В.В. было отказано, решение суда вступило в законную силу.

Определением суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена судебно- медицинская экспертиза.

Согласно заключению комиссионной экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ <адрес>вого бюро СМЭ установление состояние здоровья К. В.В. на момент проведения текущей экспертизы не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии, т.к. согласно Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «об утверждении порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации», установление состояние здоровья отнесено к компетенции врачебной комиссии медицинской организации имеющей соответствующую лицензию и действующей в соответствии с Порядком создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации.

Причинно-следственная связь между направлением К. В.В. на МСЭ и установлением решением суда факта производственной травмы через два года - отсутствует.

Оценка возможности избежать тех или иных последствий, отличных от имеющихся, в зависимости от тех или иных условий, отличных от имеющихся не входит в компетенцию судебно-медицинской комиссии в связи с отсутствием соответствующих научно-обоснованных методик, рекомендованных М3 РФ к применению в экспертной практике.

На современном тапе развития травматологии эффективной считается реабилитация, которая соответствует SMART (конкретность, измеряемость, достижимость, актуальность, реализация во времени) и назначаемая сразу после купирования воспалительного процесса и <данные изъяты>

Определение суда от ДД.ММ.ГГГГ по делу была назначена дополнительная судебно- медицинская экспертиза.

Согласно выводам заключения ГБУЗ Иркутское областное Бюро судебно-медицинской экспертизы № от ДД.ММ.ГГГГ анамнез и клинические проявления (ДД.ММ.ГГГГ вручную с помощью лопаты выполняла уборку кварцита с пола на поверхность ленточного конвейера на высоту менее двух метров, после поднятия тяжестей появились <данные изъяты>), заключение МРТ <данные изъяты> от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты>) и результаты оперативного вмешательства от ДД.ММ.ГГГГ (<данные изъяты> не выявлено) указывают на то, что в августе 2015 К. В.В. была получена травма в виде <данные изъяты>

Появление <данные изъяты> после физической нагрузки ДД.ММ.ГГГГ явилось основанием для обращения истицы за медицинской помощью в поликлинику по месту жительства. При обращении на амбулаторный прием ДД.ММ.ГГГГ диагноз «<данные изъяты>, был установлен врачом-травматологом обоснованно, в соответствии с анамнезом заболевания и клинической картиной на момент ее обращения за медицинской помощью. Была назначена <данные изъяты>, местное лечение, а так же рекомендовано обратиться на консультацию к <данные изъяты>. Как следует из медицинской документации, К. В.В. с первых дней после «травмы» получала необходимое медикаментозное лечение, физиопроцедуры. В связи с сохраняющимся <данные изъяты>, в разумные сроки (ДД.ММ.ГГГГ) было назначено и проведено (ДД.ММ.ГГГГ) дополнительное обследование МРТ <данные изъяты>

<данные изъяты>, после чего назначена консультация специалистов (нейрохирург, травматолог-<данные изъяты>). При отсутствии должного эффекта <данные изъяты> лечения в течение месяца, по результатам МРТ - исследования от ДД.ММ.ГГГГ решен вопрос о плановой госпитализации пациентки в <данные изъяты> отделение ГБУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №» для прохождения курсового консервативного лечения (госпитализирована ДД.ММ.ГГГГ с диагнозом <данные изъяты> По окончанию лечения (курс лечебно-медикаментозных блокад, антиоксидантов, миорелаксантов, нестероидных <данные изъяты> препаратов, витаминотерапии, физиолечения, ЛФК), пациентка была выписана с незначительным улучшением (уменьшение интенсивности и продолжительности <данные изъяты> на <данные изъяты> этап лечения, во время которого было продолжено медикаментозное лечение согласно рекомендациям при выписке. В последующем, в связи с отсутствием эффекта от консервативной терапии, пациентке предложено альтернативное <данные изъяты> лечение - ДД.ММ.ГГГГ выполнена плановая диагностическая <данные изъяты> не выявлено). При выписке из травматолого-ортопедического отделения № ГАУЗ КО «Новокузнецкая городе клиническая больница №», истице было рекомендовано послеоперационное реабилитационное лечение - ЛФК, массаж и физиолечение. В последующем К. В.В. дважды проходила стационарное лечение в ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница №», где были выполнены плановые оперативные вмешательства (ДД.ММ.ГГГГ <данные изъяты>) с последующим назначением послеоперационного реабилитационного лечения. Кроме того, на этане <данные изъяты> наблюдения К. В.В. проводилось лечение с назначением соответствующей медикаментозной терапии, лечебных блокад, ЛФК, массажа, иглорефлексотерапии, физиолечения.

Таким образом, анализ представленной медицинской документации позволяет сделать вывод том, что тактика лечения К. В.В., выбранная с первых дней после возникновения <данные изъяты>, являлась обоснованной, соответствовала имеющейся клинической картине на момент обращения и результатам проведенного обследования, тактика лечения корректировалась в зависимости от клинической ситуации - истице проводили необходимые лечебные, включая <данные изъяты> и реабилитационные мероприятия направленные на уменьшение дегенеративно-воспалительных проявлений <данные изъяты>. При подобного рода <данные изъяты> основным методом лечения является консервативный, а при отсутствии должного эффекта от консервативного лечения и при наличии показаний может быть выполнено плановое <данные изъяты>. В данном случае, <данные изъяты>, требующей срочного оперативного вмешательства на <данные изъяты>, у К. В.В. в августе ДД.ММ.ГГГГ не имелось.

Каких-либо дефектов оказания медицинской помощи, которые в свою очередь могли бы привести к развитию неблагоприятных последствий (появлению <данные изъяты>) у К. В.В., не установлено.

На момент проведения настоящей экспертизы у К. В.В. в соответствии с результатами очного осмотра в ГБУЗ ИОБСМЭ ДД.ММ.ГГГГ имеется нарушение здоровья в виде резко выраженной <данные изъяты>

<данные изъяты>

В настоящий момент судебная медицина, как раздел медицинской науки, не располагает возможностью отвечать на вопросы сослагательного наклонения («что бы было?» или «могло наступить?»), так как при производстве экспертизы рассматриваются результаты конкретных действий в виде реальных, свершившихся событий, исходов <данные изъяты> и их взаимосвязи с оказанной медицинской помощью. В связи с этим, ответить в категоричной форме на вопрос определения суда о возможности/невозможности предотвратить наступление неблагоприятных последствий в той мере, в какой ухудшение имеется на момент проведения экспертизы, а так же восстановить функцию правой верхней конечности, при соблюдении определённых предполагаемых условий не представляется возможным. Вероятность неблагоприятных последствий для здоровья пациента сохраняется даже при своевременном, полном и квалифицированном лечении <данные изъяты>, в том числе при выполнении оперативного вмешательства и раннем реабилитационном лечении.

Оснований сомневаться в достоверности указанных экспертных заключений не имеется, экспертизы произведены с использованием необходимых законодательных актом, стандартов и правил экспертной деятельности, указанные заключения признаются судом достоверными, допустимыми, относимыми, достаточным доказательством, поскольку составлены с учетом требований действующего законодательства. Эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения.

Истцом К. В.В. не представлено доказательств, которые поставили бы под сомнение выводы заключений экспертов.

Также не усматривается нарушение прав истца со стороны ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес> - Кузбассу» Минтруда России.

При получении ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес> - Кузбассу» Минтруда России направления на медико-социальную экспертизу услуга по предоставлению проведения медико-социальной экспертизы К. В.В. была оказана своевременно, решением экспертного состава № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес> - Кузбассу» Минтруда России № от ДД.ММ.ГГГГ 30% утраты профессиональной трудоспособности установлено К. В.В. с момента первичного обращения за установлением степени утраты профессиональной трудоспособности, т. е. с ДД.ММ.ГГГГ

В своем исковом заявлении К. В.В. указывает что до настоящего времени не получает страховые выплаты от КРОФСС РФ, однако, степень утраты профессиональной трудоспособности установлена К. В.В. несколько лет назад, что указывает на иные причины неполучения от Фонда социального страхования страховых выплат.

Также истец указывает что НГКБ № выдало направление на МСЭ только через 4 года после получения травмы, что не соответствует действительности.

Впервые направление на МСЭ для установления группы инвалидности по последствиям бытовой травмы ДД.ММ.ГГГГ было выдано МБЛПУ «Городская клиническая больница №» <адрес> ДД.ММ.ГГГГ, далее ДД.ММ.ГГГГ, направления на МСЭ для установления степени утраты профессиональной трудоспособности по последствиям производственной травмы от ДД.ММ.ГГГГ МБЛПУ «Городская клиническая больница №» <адрес> были выданы ДД.ММ.ГГГГ и ДД.ММ.ГГГГ, акт о несчастном случае на производстве № был составлен работодателем ДД.ММ.ГГГГ (согласно решению Кузнецкого районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, вступившего в законную силу ДД.ММ.ГГГГ). По утверждению представителя ГАУЗ КО «Новокузнецкая городская клиническая больница № истец впервые обратилась за направлением на МСЭ ДД.ММ.ГГГГ, до указанной даты у ответчика не было оснований для выдачи истцу направления на МСЭ, поскольку отсутствовал акт о несчастном случае на производстве.

Согласно заключению № от ДД.ММ.ГГГГ составленному <адрес>вым бюро СМЭ установление состояние здоровья К. В.В. на момент проведения текущей экспертизы не входит в компетенцию судебно-медицинской экспертной комиссии, т.к. согласно Приказа Министерства здравоохранения и социального развития РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «об утверждении порядка создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации», установление состояние здоровья отнесено к компетенции врачебной комиссии медицинской организации имеющей соответствующую лицензию и действующей в соответствии с Порядком создания и деятельности врачебной комиссии медицинской организации.

Причинно-следственная связь между направлением К. В.В. на МСЭ и установлением решением суда факта производственной травмы через два года – отсутствует.

Оценка возможности избежать тех или иных последствий, отличных от имеющихся, в зависимости от тех или иных условий, отличных от имеющихся не входит в компетенцию судебно-медицинской комиссии в связи с отсутствием соответствующих научно-обоснованных методик, рекомендованных МЗ РФ к применению в экспертной практике.

На современном тапе развития травматологии эффективной считается реабилитация, которая соответствует SMART (конкретность, измеряемость, достижимость, актуальность, реализация во времени) и назначаемая сразу после купирования воспалительного процесса и <данные изъяты>, который возникает впервые или при <данные изъяты>.

Исходя из установленных обстоятельств, представленных суду доказательств, судом установлено, что действиями ответчиков личные неимущественные права истца не нарушены, из представленных истцом доказательств не усматривается вины ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес>-Кузбассу Минтруда Р., при получении ФКУ «ГБ МСЭ по кемеровской области-Кузбассу» Минтруда России направления на медико-социальную экспертизу услуга по предоставлению проведения медико-социальной экспертизы К. В.В. была оказана своевременно, решением экспертного состава № ФКУ «ГБ МСЭ по <адрес> - Кузбассу» Минтруда России № от ДД.ММ.ГГГГ 30% утраты профессиональной трудоспособности установлено К. В.В. с момента первичного обращения за установлением степени утраты профессиональной трудоспособности, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ, степень утраты профессиональной трудоспособности установлена К. В.В. более года назад, что свидетельствует об отсутствии оснований для компенсации морального вреда.

Суд приходит к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения требований истца

К. В.В. к Федеральному казенному учреждению «Главное бюро медико-социальной экспертизы по <адрес>-Кузбассу» Минтруда Р., Государственному автономному учреждению здравоохранения <адрес> №Новокузнецкая городская клиническая больница № имени Г.П. Курбатова», Министерству Финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда, следовательно, в удовлетворении требований истца следует отказать в полном объеме.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска ФИО1 к Федеральному казенному учреждению « Главное бюро медико-социальной экспертизы по <адрес>-Кузбассу» Минтруда России, Государственному автономному учреждению здравоохранения <адрес> «Новокузнецкая городская клиническая больница № имени Г.П. Курбатова», Министерству Финансов Российской Федерации о компенсации морального вреда отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Кемеровский облсуд через Центральный райсуд <адрес> в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Решение в окончательной форме изготовлено 03 июня 2024.

Председательствующий: (подпись)

Верно. Судья: Н.А.Путилова

Подлинный документ подшит в деле №2-3/2024 Центрального районного суда <адрес>