Приговор № 1-129/2017 от 19 сентября 2017 г. по делу № 1-129/2017

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Чебаркуль Челябинской области 20 сентября 2017 года

Чебаркульский городской суд Челябинской области в составе председательствующего судьи Классен С.В., при секретаре Омельченко А.В., с участием государственного обвинителя – ст. помощника Чебаркульского горпрокурора ФИО1, потерпевшей Р., подсудимого ФИО2, защитника адвоката Малькова С.П., представившего удостоверение и ордер, рассмотрев материалы уголовного дела № 1-129/17 в отношении

ФИО2, родившегося ДД.ММ.ГГГГ в <адрес>, <данные изъяты> проживающего и зарегистрированного по адресу <адрес>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч.4 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

ФИО2 умышленно причинил тяжкий вред здоровью Г.., отчего по неосторожности наступила смерть Г., при следующих обстоятельствах:

В один из дней в период времени с 01 января 2017 года по 07 января 2017 года, по адресу: <адрес>, между находившимися в состоянии алкогольного опьянения ФИО2 и его отцом Г. на почве личных неприязненных отношений, обусловленных употреблением алкогольных напитков, а также бытовыми причинами, аморальным поведением Г., произошла ссора. У ФИО2 в ходе ссоры возник и сформировался преступный умысел, направленный на причинение Г. тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека.

Реализуя свой преступный умысел, направленный на причинение тяжкого вреда здоровью Г., опасного для жизни человека, неосторожно относясь к последствиям в виде смерти потерпевшего, действуя умышленно, из личной неприязни к последнему, ФИО2, применяя значительную физическую силу, целенаправленно нанес Г. не менее 18 ударов ногами в жизненно-важную часть тела – переднюю поверхность грудной клетки слева и справа, от ударов Г. потерял равновесие, упал и ударился головой о стену.

Своими умышленными преступными действиями ФИО2 причинил Г.:

тупую травму грудной клетки, в комплекс которой вошли: кровоподтеки передней поверхности грудной клетки слева; перелом 6 ребра слева по среднеключичной линии; множественные переломы ребер справа по различным анатомическим линиям, полные, поперечные и косопоперечные, прямые и непрямые, без повреждений пристеночной плевры, с образованием в правой половине грудной клетки подвижных участков грудной стенки по типу «реберных клапанов»; трещины внутренней поверхности 6 ребра по линии, расположенной между задней подмышечной и лопаточной, которая осложнилась развитием двустороннего гнойно-фиброзного плеврита (воспаление плевры легких) и правостороннего гидроторакса (скопление жидкости в плевральной полости) со всем комплексом входящих в нее повреждений по признаку опасности для жизни относящуюся к категории тяжкий вред здоровью;

субдуральную гематому в стадии организации с формированием капсулы, с повторными кровоизлияниями, мелкоочаговое кровоизлияние в мягкой мозговой оболочке, степень тяжести которых в связи с их неопределившемся исходом, не установлена.

В результате указанных умышленных преступных действий ФИО2 потерпевшему Г. был причинен тяжкий вред здоровью, повлекший по неосторожности его смерть, которая наступила в результате тупой травмы грудной клетки, осложнившаяся развитием двухстороннего гнойно-фибринозного плеврита (воспаления плевры легких) и правостороннего гидроторакса (скопление жидкости в плевральной полости), 21 января 2017 года в <адрес>.

Подсудимый ФИО2 с предъявленным обвинением согласился и показал, что в декабре 2016 года к нему домой пришел отец, с которым он долгое время не поддерживал отношения, попросился жить. В <адрес> они стали проживать вдвоем, периодически употребляли спиртные напитки. С 29 декабря 2016 года у подсудимого и его отца был запой, в период с 01 января 2017 года по 07 января 2017 года между ними произошла ссора. ФИО2 испытывал неприязнь к отцу давно, а несоблюдение Г правил гигиены, вывело подсудимого из себя. В ходе разговора он высказал отцу свои претензии, тот стал фыркать, обижать сына. Затем Г. стал кричать, прыгать. Тогда подсудимый пнул его ногами 2-3 раза по бокам грудной клетки. Отец упал, ударился головой о стену, у него была кровь в области уха, подсудимый затем затирал ее со стены. ФИО2 пояснил, что не знает, отчего наступила смерть его отца, но не исключает, что от его ударов. Отец не жаловался в последующем на свое здоровье, возможно, опасаясь, что останется без жилья. На следующий день ФИО2 переживал из-за произошедшего, попросил прощения у отца. Ни о каких других избиениях отец ему не рассказывал. После их конфликта у Г. появился синяк под глазом. Подсудимый полагал, что его отец ушибся в квартире в нетрезвом состоянии. Кроме того, видел у отца синяки на правом боку, они появились после их конфликта. У Г. постоянно были синяки на теле, так как он падал в квартире, поскольку шел ремонт. 21 января 2017 года утром ФИО2 зашел в комнату отца, обнаружил его мертвым, он был обнажен, прикрыл его пледом;

При этом подтвердил свои показания в протоколах допросов подозреваемого от 24 января 2017 года (т.1 л.д.159-164), обвиняемого от 24 января 2017 года (т.1 л.д.178-182), от 22 марта 2017 года (т.1 л.д.188-195, 201-204), оглашенные в порядке ст. 276 УПК РФ, из которых следует, что по адресу: <адрес> он проживает с 2014 года. Его отец Г., до того момента как стал проживать с ним, проживал у К. Около одного месяца назад, может быть числа 18 декабря 2016 отец, по какой-то причине, ушел от К. и пришел, попросился жить у него, на что он не возражал. Квартира, в которой он в настоящее время проживает – двухкомнатная, он проживает в комнате, расположенной по коридору слева, а отец стал проживать в комнате, расположенной по коридору справа, их комнаты расположены друг напротив друга. Г.., за время их совместного проживания, злоупотреблял спиртными напитками, пил в основном спирт, часто они выпивали вместе. В состоянии алкогольного опьянения Г. свое поведение не контролировал, что выражалось в том, что мог разбрасывать окурки по квартире, мог справить нужду в любом месте в квартире, не пытаясь пойти в туалет. Такое поведение отца ФИО2 не устраивало, о чем он ему делал постоянные замечания, но тот на них никак не реагировал, продолжал себя вести аналогичным образом. В период с 01 января 2017 года до 07 января 2017 года Г-вы находились в квартире вдвоем, отмечали Новогодние праздники, выпивали спиртное. В один из дней указанного периода, в вечернее время, между ними произошла ссора. В тот момент они находились в квартире вдвоем, сидели в комнате подсудимого и распивали спиртное, отец располагался в кресле, расположенном при входе в комнату справа, а ФИО2 сидел на диване. Ссора произошла из-за того, в тот день отец справил нужду на кровати. ФИО2 стал высказывать отцу по этому поводу претензии, разозлился, встал с дивана, подошел к отцу, поднял его с кресла и повел его в комнату, где тот спал и показал на диван. После этого он привел отца в свою комнату, после чего, стоя лицом к нему, нанес ему около пяти ударов левой и правой ногами по бокам, в область ребер, соответственно удары приходились в левую и правую боковую часть тела. Удары ногами он наносил, отрывая ногу от пола, размахиваясь, и нанося удар как бы сбоку. Сколько именно ударов он нанес в левую боковую часть тела и правую боковую часть тела своему отцу, он указать затрудняется, так как не запоминал и находился в тот момент в состоянии алкогольного опьянения. От полученных ударов, Г., находившийся в состоянии алкогольного опьянения, не удержался на ногах и упал на пол. Больше ударов Г. он не наносил. При падении Г. ударился левым ухом о стену комнаты. После этого, он поднял отца с пола и увел его спать в его комнату. Это был единственный конфликт, в ходе которого он применил к своему отцу физическую силу. В тот момент они были с отцом квартире только вдвоем. На следующее утро отец встал, сходил в магазин за спиртным, они выпили с ним, он попросил у него прощения за свой поступок, отец сказал ему, что все нормально, и попросил больше его не трогать. При этом на какие-то болевые ощущения Г. не жаловался и жалоб на свое здоровье не высказывал. После того случая отца больше никто не бил. С того случая и до момента своей смерти отец находился у него дома, при этом на протяжении всего этого времени, отец каждый день употреблял спиртное. Также после того случая, отец периодически выходил из дома, ходил в магазин, а затем возвращался домой, где продолжал употреблять спиртное. О том, что отец падал или его кто-то бил, когда тот выходил в магазин, он ничего не говорил. После того, как ФИО2 побил отца, тот выходил в магазин не более четырех раз за весь этот период. Помимо его Г. никто не избивал, и он ему никаких жалоб на это не высказывал. Отец только травмировался при неоднократных падениях в помещении квартиры. Накануне своей смерти, то есть 20 января 2017 года Г. также употреблял спиртное, как обычно лег спать у себя в комнате, кроме их двоих в квартире никого не было. Утром 21 января 2017 года ФИО2 зашел в комнату к отцу и обнаружил, что тот не подает признаков жизни, после чего он сообщил о происшедшем в полицию. Вину в предъявленном ему обвинении в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 111 УК РФ ФИО2 признает полностью. Он признает, что в один из дней с 01 по 07 января 2017 года подверг своего отца Г. избиению, а именно нанес ему более пяти ударов ногами по бокам, как слева, так и справа. Происходили эти события в его квартире. Смерти своему отцу он не желал, он не намеревался его убить, просто он его разозлил своим поведением, и он на некоторое время утратил над собой контроль, не мог контролировать свою агрессию. После произошедшего он взял себя в руки и извинился перед отцом. Причиной избиения послужило то, что отец справлял нужду прямо в квартире, где попало, и не хотел убирать. Его задевало то, что отец портит сделанный им ремонт, а также то, что он вынужден убирать за ним, хотя он способен сам за собой ухаживать. Своей причастности к смерти отца он не отрицает;

Подсудимый пояснил, что противоречия в показаниях с данными в суде, полагает незначительными, не придал им значения при допросе. Признает, что причинил тяжкий вред здоровью отца, кроме него никто Г. не бил. Состояние алкогольного опьянения и негативное отношение к отцу, приступ ярости, явились поводом для совершения преступления. О содеянном сожалеет и раскаивается, смерти отцу не желал.

Виновность подсудимого ФИО2 в совершении вышеописанного преступного деяния подтверждается следующими доказательствами:

Показаниями в суде потерпевшей Р., что подсудимый ее брат, о том, что с ним стал проживать его отец, она узнала в декабре 2016 года, она приходила домой к подсудимому в декабре 2016 года. Между ним и отцом были нормальные отношения, они вместе употребляли спиртные напитки, в гости к ним приходили К. и Ш. Кроме того, Г. приходил к ней в конце декабря 2016 года, жаловался на проблемы с руками, жаловался на боли, говорил, что собирается умирать, и отказывался лечиться. Брат сообщал ей, что отец не выполняет правила гигиены, отказывается мыться. Подсудимого потерпевшая характеризует положительно, полагает, что он не мог избить отца. В январе 2017 года она домой к брату не приходила. О смерти Г. она узнала от снохи, после ее звонка вызвала полицию и пошла в квартиру брата, там увидела труп его отца. Подсудимый был растерян, не понимал, что произошло. Р. видела, что у Г. на боку кровоподтек. Брат рассказал ей, что ночью заходил в комнату к отцу, тот был жив, утром обнаружил его мертвым;

показаниями в суде свидетеля О.., что подсудимый является ее мужем, последнее время они проживали раздельно, это было связано с ремонтом в квартире и злоупотреблением ФИО2 спиртными напитками. ФИО2 проживает по адресу <адрес>, в декабре 2016 года с ним стал проживать его отец. Г. негде было жить, сын взял его к себе. Свидетель приходила в квартиру мужа 14 декабря 2016 года. Г. был в порядке, она предложила ему снять отдельную квартиру, так как он получал пенсию. Г. не жаловался на здоровье, внешних повреждений у него не было, он сидел в кресле, потом двигался, курил. Были видны следы распития спиртных напитков в квартире. ФИО2 однажды говорил, что у отца проблемы с гигиеной. 21 января 2017 года Г. позвонил жене на работу, сказал, что отец умер. Накануне муж звонил ей, говорил, что отец ушел куда-то, пришел в двенадцать часов. Затем утром сообщил об его смерти. Кроме того, свидетель пояснила, что 01 января 2017 года была в квартире, муж и его отец были пьяны, телесных повреждений у них не было. У свекра руки были черные, он полагал, что это от спирта, к врачам не обращался;

показаниями в суде свидетеля К., что он состоит с подсудимым в дружеских отношениях. ФИО2 долгое время искал своего отца, нашел его в конце 2016 года, у того был сахарный диабет, почернели руки, он не соблюдал правила гигиены, сын заставлял его мыться, следить за собой. Они вместе жили, в комнате отца был неприятный запах. За два-три дня перед смертью Г. К. заходил к ним домой, Г. ушел снимать деньги с книжки и пропал, вернулся на следующий день, у него были повреждения, в больницу он не обращался. Затем видел Г. уже мертвым, подсудимый позвонил, сообщил о смерти отца. К пришел к ним вместе со Ш., видел на диване в комнате труп Г., он лежал на боку, был обнажен. Подсудимый сказал, что накануне смерти отец жаловался на боли, держался за бок, за неделю до смерти он днем куда-то уходил, возвращался вечером. В присутствии К. между отцом и сыном Г-выми ссор не было, ударов отцу подсудимый не наносил. В январе 2017 года Г. в присутствии К. держался за бока при ходьбе, кашлял с кровью, он выходил из своей комнаты и возвращался обратно, сын носил ему в комнату еду, в больницу ехать Г. отказывался. После смерти Г. свидетель видел, что у него на теле с правого бока было черно-желтое пятно, ссадина;

Показаниями в суде свидетеля Ш., что с подсудимым он состоит в приятельских, соседских отношениях, часто заходил к нему домой. Вместе с подсудимым стал проживать его отец, они употребляли спиртные напитки, отец ФИО2 часто уходил из дома на 5-6 часов, потом возвращался. Ш. заходил домой к ФИО2 3 или 4 января 2017 года, Г. старший хрипел, на лице у него был синяк. Он сказал, что упал, когда шел из магазина. О смерти Г. свидетель узнал от подсудимого. ФИО2 пришел к нему, сказал, что вроде как отец умер, это было утром. Ш. видел тело отца ФИО2, повреждений на нем не заметил;

При этом полностью подтвердил свои показания в протоколе допроса от 21 марта 2017 года (т.1 л.д.125-128), оглашенные в порядке ч.3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что ФИО2 является его знакомым. Примерно с середины декабря 2016 года у ФИО2 в квартире поселился его отец – Г. В тот период, когда в квартире ФИО2 поселился его отец и до момента смерти этого мужчины он в квартире был всего трижды, при том третий раз в момент обнаружения трупа, соответственно Г. он видел два раза. Первый раз он был в декабре 2016 года, затем он приходил к ФИО2 01 января 2017 года, а на третий раз ФИО2 сам позвал его, сообщив, что его отец умер. Г.. в те моменты спиртное употреблял вместе с ними. Когда они распивали спиртное, между ними конфликтов не было, распитие происходило мирно, никто не дрался. В те два раза, то есть в декабре 2016 года и 01 января 2017 года он не видел на Г. какие-либо травмы. Он вел себя как обычный нормальный здоровый человек, на открытых от одежды его частях тела травм он не видел. Кроме того, жалоб Г. на избиение с чьей-либо стороны не высказывал. 21 января 2017 года ФИО2 пришел к нему домой и сообщил, что его отец умер. Они пришли в квартиру, в одной из комнат Ш. увидел труп Г. Он сразу обратил внимание на то, что на трупе Г. присутствуют травмы, а именно ему показалось, что на трупе имелись синяки в области одного бока и спины, были обширные гематомы. На вопрос о травме, ФИО2 ответил, что якобы его отец пришел с улицы избитым. В период со 2 по 21 января 2017 года Ш. у Г-вых не был, однако 16 или 17 января 2017 года он заходил к ФИО2 занять денег, видел, что Г. сидит в кресле, у Г-вы оба болели с похмелья и вид у них был соответствующий;

Ш. свои показания подтвердил, пояснил, что запамятовал, что видел повреждения на трупе Г., кроме того, пояснил, что к ФИО2 приходили он и К., удары Г. не наносили;

рапортом ст. следователя СО по г. Чебаркулю СУ СК РФ по Челябинской области ФИО. об обнаружении признаков преступления от 21 января 2017 года, из которого следует, что в следственный отдел по городу Чебаркулю из Межмуниципального отдела МВД России «Чебаркульский» Челябинской области поступило сообщение о том, что 21 января 2017 года в помещении квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, обнаружен труп Г. с видимыми признаками насильственной смерти – многочисленными гематомами грудной клетки и головы (л.д. 10);

протоколом осмотра места происшествия и трупа от 21 января 2017 года, в ходе которого осмотрена квартира, расположенная по адресу: <адрес>, где в одной из комнат обнаружен труп Г.. При осмотре трупа обнаружены повреждения в виде ссадин правого и левого предплечья, губ и носа, а также гематомы в области правой и левой боковой поверхности грудной клетки, представлена фототаблица (л.д. 12-22);

рапортом помощника дежурного Межмуниципального отдела МВД РФ "Чебаркульский" Челябинской области ФИО об обнаружении признаков преступления от 21 января 2017 года, из которого следует, что 21 января 2017 года в 10 часов 55 минут в дежурную часть Межмуниципального отдела МВД России «Чебаркульский» поступило сообщение от Р.. об обнаружении трупа Г. в квартире, расположенной по адресу: <адрес> (л.д. 28);

заключением эксперта № 53 от 17 марта 2017 года, из которого следует, что смерть Г. наступила от тупой травмы грудной клетки, в комплекс которой вошли: кровоподтеки передней поверхности грудной клетки слева, перелом 6 ребра слева по среднеключичной линии; множественные переломы ребер справа по различным анатомическим линиям, полные, поперечные и косопоперечные, прямые и непрямые, без повреждения пристеночной плевры, с образованием на правой половине грудной клетки подвижных участков грудной клетки по типу «реберных клапанов», трещины внутренней поверхности 6 ребра по линии расположенной между задней подмышечной и лопаточной. Данная травма осложнилась развитием двухстороннего гнойно-фибринозного плеврита (воспаления плевры легких) и правостороннего гидроторакса (скопление жидкости в плевральной полости), со всем комплексом входящий в нее повреждений по признаку опасности для жизни относится к категории тяжкого вреда здоровью. Между причинением данной травмы и наступлением смерти потерпевшего имеется прямая причинно-следственная связь. Все повреждения, входящие в комплекс тупой травмы грудной клетки, образовались прижизненно, одновременно, от неоднократных травматических воздействий твердыми тупыми предметами с ограниченной поверхностью соударения в область грудной клетки. При этом на передней поверхности грудной клетки слева имеются следы не менее 4 травматических воздействий; на правой половине грудной клетки (по различным поверхностям) имеются следы не менее 14 травматических воздействий. Повреждения, обнаруженные в области грудной клетки потерпевшего, могли образоваться при обстоятельствах, указанных обвиняемым ФИО2, а именно от «ударов ногами в область ребер слева и справа». После причинения вышеуказанного комплекса повреждений потерпевший мог совершать какие-либо самостоятельные действия, в том числе передвигаться, но объем этих действий был ограничен и постепенно уменьшался по мере нарастания осложнений. С момента травмы до наступления смерти имел место временной промежуток, исчисляемый неделями (не менее 1-3 недель). Кроме того, при исследовании трупа были обнаружены следующие повреждения: 1. Кровоподтеки и ссадины головы, кровоизлияния в мягкие ткани головы, кровоподтеки правой голени, ссадины верхних и нижних конечностей. Данные повреждения образовались прижизненно, от действия твердых тупых предметов, не менее чем за 10-14 суток до наступления смерти, возможно, в одно время с тупой травмой грудной клетки, не повлияли на наступление смерти, не привели к расстройству здоровья и расцениваются как не причинившие вреда здоровью. При этом в области головы имелись следы не менее 8 травматических воздействий; на верхних конечностях – не менее 6 следов травматических воздействий; на нижних конечностях – не менее 4 следов травматических воздействий. Кровоподтеки на верхних конечностях могли образоваться в процессе борьбы или самообороны. 2. Субдуральная гематома в стадии организации с формированием капсулы, с повторными кровоизлияниями, мелкоочаговое кровоизлияние в мягкой мозговой оболочке. Данные повреждения образовались прижизненно, от действия твердых тупых предметов в область головы потерпевшего, не менее чем за 1-3 недели до наступления смерти, возможно, в одно время с другими повреждениями, не повлияли на наступление смерти. Установить количество нанесенных травматических воздействий, а также степень тяжести данных повреждений в связи с их не определившимся исходом, не представилось возможным (л.д. 49-56);

показаниями в суде эксперта ФИО., что ею была проведена судебно-медицинская экспертиза трупа Г.. Обнаруженные у Г. телесные повреждения в области грудной клетки не характерны для падения, об этом свидетельствуют множественные, расположенные на различных поверхностях повреждения, их различный характер. Повреждения грудной клетки могли быть причинены в результате ударов ногами. Давность причинения данных повреждений – от 1 до 3 недель до смерти, но не более 2 месяцев, поскольку заживление ребер не произошло. Обнаруженные у Г. повреждения в области грудной клетки были причинены одномоментно, избиение было одно, признаков вторичного травмирования не выявлено. Субдуральная гематома могла быть причинена одновременно с повреждениями грудной клетки, не исключается, что при падении;

протоколом явки с повинной ФИО2 от 24 января 2017 года, из которого следует, что ФИО2, находясь в своей квартире по адресу: <адрес>, нанес своему отцу Г. не менее пяти ударов ногами по туловищу из-за произошедшей ссоры. Подсудимый пояснил суду, что данная явка с повинной дана им добровольно и он подтверждает изложенные в ней обстоятельства (л.д. 34);

протоколом проверки показаний подозреваемого ФИО2 от 24 января 2017 года, в ходе которой ФИО2 привел участников следственного действия в свою квартиру, расположенную по адресу: <адрес>, где продемонстрировал, как в ходе ссоры со своим отцом Г. нанес ему не менее пяти ударов ногами по бокам в область ребер слева и справа, но конкретизировать куда именно и сколько ударов нанес не смог. ФИО2 пояснил, что от его ударов Г. упал на пол, на левый бок, при падении ударился левой частью головы, ухом о стену, на стене ближе к полу осталась кровь, которую он в последствии замыл. После падения ударов отцу не наносил, удерживая, проводил его в комнату и усадил на диван; представлена фототаблица, на которой ФИО2 демонстрирует нанесение ударов на манекене (л.д. 165-173);

заключением эксперта № 109 от 18.02.2017, из выводов которого следует, что ФИО2 <данные изъяты>. <данные изъяты> (л.д. 74-76);

Приведенные доказательства в совокупности полностью подтверждают виновность подсудимого ФИО2 в совершении вышеописанного преступного деяния, не доверять им у суда нет оснований, т.к. они получены с соблюдением требований уголовно-процессуального законодательства, согласуются между собой и дополняют друг друга. Допустимость и достоверность исследованных доказательств не вызывает сомнений, а их совокупность достаточна для вывода о виновности подсудимого в совершении инкриминируемого деяния.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют, о том, что на почве личных неприязненных отношений ФИО2 умышленно нанес своему отцу множество ударов ногами в область грудной клетки справа и слева, в результате чего умышленно причинил ему повреждения, квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, от которых по неосторожности наступила смерть Г., кроме подсудимого никто другой ударов Г. в область грудной клетки не наносил, - это вытекает из приведенных материалов дела, признательных показаний подсудимого в суде и на предварительном следствии, показаний свидетелей К. и Ш., показаний судебно-медицинского эксперта ФИО

У суда нет оснований сомневаться в объективности и достоверности выводов, содержащихся в заключение судебно-медицинской экспертизы трупа Г., поскольку экспертиза проведена компетентным специалистом, выводы которого основаны на выполнении соответствующих исследований и надлежащим образом мотивированы.

Между наступлением по неосторожности смерти Г. и причинением подсудимым тяжкого вреда его здоровью, имеется причинно-следственная связь. В судебном заседании ФИО2 в ходе допроса пояснил о нанесении меньшего количества ударов своему отцу, чем указано в обвинительном заключении, затем признал вину в нанесении всех указанных ударов, пояснил, что никто другой насилие к его отцу не применял и обнаруженные экспертом у него повреждения образовались от его действий, при этом полностью признал вину в содеянном. Оценивая данные показания, суд полагает их избранным способом защиты подсудимого. Из представленных суду доказательств следует, что обнаруженные на трупе Г. повреждения грудной клетки не могли быть причинены в результате падения, а также установлена непричастность других лиц к совершению преступления.

Совершение подсудимым преступления в состоянии алкогольного опьянения подтверждается вышеприведенными показаниями ФИО2 в суде и в ходе предварительного следствия, а также показаниями свидетелей О., К. и Ш. о систематическом употреблении алкоголя подсудимым.

Преступные действия ФИО2 суд квалифицирует по ст. 111 ч.4 УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего, так как ФИО2 из личных неприязненных отношений, умышленно нанося с силой удары ногами Г. в область тела, грудной клетки, осознавая, что это опасно для здоровья пострадавшего, что причинение тяжкого вреда его здоровью возможно, неизбежно, своими действиями причинил Г. тупую травму грудной клетки, относящуюся к категории тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, осложнившуюся развитием двухстороннего гнойно-фибринозного плеврита и правостороннего гидроторакса, что повлекло по неосторожности наступление смерти Г., а также иные телесные повреждения.

Оснований для переквалификации преступных действий подсудимого не имеется: из показаний подсудимого в суде и на предварительном следствии в ходе проверки показаний на месте, следует, что Г. реальной угрозы для жизни и здоровья подсудимого не представлял, активного сопротивления ему не оказывал. Суд пришел к выводу об отсутствии в действиях ФИО2 признаков необходимой обороны, а также превышения пределов необходимой обороны. Признаков совершения подсудимым, находившимся в состоянии алкогольного опьянения, преступления в состоянии аффекта не установлено.

У суда не имеется сомнений по поводу вменяемости и психического состояния ФИО2, личность его судом исследована, допрошен он сам, его сестра и супруга, в отношении подсудимого была проведена амбулаторная судебная психиатрическая экспертиза, установлено, что ФИО2 осознавал фактический характер своих действий и их общественную опасность, мог руководить ими.

В соответствии со ст.ст. 6, 43, 60 УК РФ при назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности преступления, и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающее наказание, а также влияние наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

ФИО2 совершеннолетний, ранее не судим, <данные изъяты>, по месту жительства характеризуется посредственно.

Согласно ст. 15 УК РФ преступление, которое совершил ФИО2, относится к категории особо тяжких. С учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не усматривает оснований для изменения категории преступления на менее тяжкую.

В качестве смягчающих обстоятельств суд учитывает явку с повинной ФИО2, его активное способствование раскрытию и расследованию преступления, признание вины, раскаяние, аморальное поведение потерпевшего, послужившее поводом к совершению преступления привлечение к уголовной ответственности впервые, <данные изъяты>, мнение потерпевшей о смягчении наказания ФИО2.

В качестве отягчающего обстоятельства суд, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, обстоятельства его совершения и личность виновного признает совершение ФИО2 преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя, поскольку состояние опьянения повлияло на поведение подсудимого, формирование у него умысла на совершение преступления.

Учитывая изложенное, характер и степень общественной опасности преступления, суд полагает назначить подсудимому наказание в виде лишения свободы, оснований для применения ч.1 ст. 62 УК РФ не имеется. Несмотря на признание судом наличия по делу обстоятельств, смягчающих наказание ФИО2, суд, с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, данных о личности подсудимого, не усматривает оснований для назначения наказания с применением ст. 64 УК РФ. Оснований для применения ст. 73 УК РФ нет. При определении размера наказания суд учитывает обстоятельства престпления, смягчающие и отягчающее обстоятельства, отказ Г. от обращения за медицинской помощью после причинения ФИО2 ему телесных повреждений, что усугубило наступившие последствия, влияние наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи. По мнению суда, с учетом данных о личности ФИО2, является не целесообразным назначение подсудимому дополнительного наказания в виде ограничения свободы.

Отбывание наказания подсудимому суд определяет согласно ст. 58 УК РФ в исправительной колонии строгого режима.

Гражданский иск по уголовному делу не заявлен.

На основании изложенного и руководствуясь ст.307- 309 УПК РФ, суд

приговорил:

признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 111 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком 8 (восемь) лет 6 (шесть) месяцев с отбыванием в исправительной колонии строгого режима.

Срок отбытия наказания ФИО2 исчислять с 20 сентября 2017 года. Зачесть в срок отбытия наказания содержание ФИО2 под стражей с 24 января 2017 года по 19 сентября 2017 года.

Меру пресечения ФИО2 оставить без изменения в виде заключения под стражу, до вступления приговора суда в законную силу.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Челябинский областной суд через Чебаркульский городской суд в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный в ней вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Председательствующий