Решение № 2-569/2021 2-569/2021(2-9267/2020;)~М-7878/2020 2-9267/2020 М-7878/2020 от 11 июля 2021 г. по делу № 2-569/2021

Дело №2-569/21


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г.Владикавказ 12 июля 2021 года.

Советский районный суд г.Владикавказа РСО-Алания в составе председательствующего судьи Тлатова К.А., при секретаре Базаевой А.А., с участием прокурора Солтановой Ф.Д., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» о признании приказа о прекращении трудового договора незаконным и его отмене, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» (далее СОГПИ), в котором просила признать приказ (распоряжение) № от 27 июля 2020г. о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1 (увольнении), доцентом кафедры русской филологии, преподавателем СПО государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» незаконным и отменить его, восстановить ФИО1 на работе в прежней должности доцента кафедры русской филологии, преподавателя СПО государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт», взыскать с государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» в её пользу заработную плату за время вынужденного прогула за период с 04.03.2020г. по день восстановления на работе, взыскать с государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» в её пользу в счет денежной компенсации морального вреда 100000 рублей.

В ходе рассмотрения настоящего дела представитель ФИО1 - ФИО2, действующий на основании нотариально удостоверенной доверенности, изменил исковые требования в части взыскания с государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» в пользу ФИО1 заработной платы за время вынужденного прогула за период с 04.03.2020г. по день восстановления на работе; с учетом изменения данных исковых требований просил суд взыскать с государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 28.03.2020г. по 11.06.2021г. в сумме 461580 (четыреста шестьдесят одна тысяча пятьсот восемьдесят) рублей 14 (четырнадцать) копеек.

В ходе рассмотрения судом настоящего гражданского дела представитель истца ФИО2 уточнил данные исковые требования в части размера и периода взыскания суммы среднего заработка и с учётом уточнений просил суд взыскать с государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» в пользу ФИО1 средний заработок за время вынужденного прогула за период с 28.03.2020г. по 12.07.2021г. в сумме 491234 (четыреста девяносто одна тысяча двести тридцать четыре) рубля 73 (семьдесят три) копейки.

В остальной части заявленные истцом исковые требования изменены не были.

В обоснование исковых требований, с учётом их дополнений и уточнений ФИО1 и её представитель ФИО2 указали, что ФИО1 приказом № от 27.07.2020г. была уволена из СОГПИ на основании подпункта «а» п.6 ст.81 Трудового кодекса РФ с 04.03.2020г. Членом профсоюзной организации работников СОГПИ ФИО1 не является, поэтому при её увольнении учёт мнения выборного профсоюзного органа был не нужен. Работодатель при применении в качестве взыскания к ней увольнения пропустил месячный срок, предоставленный ему для этого ст.193 ТК РФ. Взыскание на ФИО1 было наложено спустя более 3-х месяцев со дня предполагаемого совершения ею проступка. Работодатель бездействовал, с работником не связывался, о причинах неявки ФИО1 на работу знал, при этом письменных объяснений у неё не требовал.

На территории РСО-Алания был установлен режим нерабочих дней с сохранением заработной платы в связи с распространением новой коронавирусной инфекции, который в соответствии с Указами Президента РФ и Указами Главы РСО-Алания в отношении образовательных организаций высшего образования на территории РСО-Алания был установлен с 28.03.2020г. по 10.07.2020г. В связи с этим ФИО1 считает, что прогул фактически продолжался у неё только до 27.03.2020г. включительно. Таким образом, последним возможным днём наложения на неё оспариваемого взыскания может быть только 27 апреля 2020г.

В период с 05.03.2020г. по 27.03.2020г. отсутствие ФИО1 на рабочем месте было неуважительным. При этом, однако, с 28.03.2020г. по 30.06.2020г. прогула ФИО1 не совершала, так как дни в означенный период были нерабочими, в связи с чем в её пользу подлежит взысканию средний заработок за время вынужденного прогула за период с 28.03.2020г. по 12.07.2021г.

Незаконными, по мнению ФИО1, действиями работодателя ей был причинён моральный вред, который она просит взыскать с ответчика в порядке ст.237 Трудового кодекса РФ.

В судебном заседании истец ФИО1 и её представитель ФИО2 исковые требования с учётом их изменений поддержали по основаниям, изложенным в исковом заявлении, а также письменных дополнениях и уточнениях к исковому заявлению; просили суд иск удовлетворить.

Представитель ответчика – адвокат Задоя Д.В., действующий на основании ордера адвоката и выданных ему ответчиком доверенностей, исковые требования ФИО1 не признал и просил суд отказать в их удовлетворении в полном объёме.

В представленных суду письменных возражениях на иск представитель ответчика указал, что 02.03.2020г. истец ФИО1 явилась в СОГПИ для подписания дополнительного соглашения от 02.03.2020г. к трудовому договору. 05.03.2020г. на имя ректора СОГПИ поступила докладная записка и.о. заведующей кафедры русской филологии ФИО14 о том, что 05.03.2020г. ФИО1 не явилась на работу и отсутствовала на рабочем месте в течение всего рабочего дня, о чём был составлен соответствующий акт, в котором было зафиксировано, что причина отсутствия ФИО1 не ясна, на контакт она не выходит. В последующем аналогичные акты об отсутствии ФИО1 на рабочем месте составлялись вплоть до 30.06.2020г., то есть до выхода педагогических работников СОГПИ в ежегодный оплачиваемой отпуск. О причинах отсутствия ФИО1 на рабочем месте с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. работодателю (ответчику) известно не было.

03.07.2020г. ректор СОГПИ направила ФИО1 телеграмму, в которой просила дать объяснения по поводу её отсутствия на рабочем месте и представить документы, подтверждающие уважительность причин её отсутствия на работе. 05.07.2020г. в СОГПИ по почте поступили объяснения ФИО1 о причинах её отсутствия на работе. После получения указанных объяснений работодатель (ответчик) пришёл к выводу, что ФИО1 отсутствовала на работе в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. по неуважительной причине, связи с чем, учитывая тяжесть совершённого ФИО1 дисциплинарного проступка, степень её вины, отсутствие уважительных причин неявки на работу работодатель принял решение об увольнении ФИО1 по подпункту «а» п.6 ст.81 Трудового кодекса РФ (прогул) с 04.03.2020г.

О причинах отсутствия ФИО1 на работе в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. ответчику стало известно 05.07.2020г. – в день получения от неё объяснений о причинах её отсутствия на работе. При длительном прогуле месячный срок со дня обнаружения проступка исчисляется не с первого дня прогула, а с последнего, так как только после возвращения лица, совершившего прогул, станет известно, какова его причина и может ли быть применено дисциплинарное взыскание. Следовательно, дисциплинарное взыскание к ФИО1 было применено не позднее одного месяца со дня обнаружения ответчиком проступка после получения от неё объяснений 05.07.2020г. Таким образом, процедура привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности была проведена ответчиком в соответствии с нормами Трудового кодекса РФ.

На территории РСО-Алания режим нерабочих дней с сохранением заработной платы в период действия ограничительных мер в связи с распространением новой коронавирусной инфекции в отношении педагогических работников СОГПИ с 06.04.2020г. по 10.07.2020г. не устанавливался. Следовательно, в указанный период истец должна была осуществлять трудовую деятельность в СОГПИ.

Факт отсутствия истца ФИО1 на работе по неуважительной причине и неисполнения возложенных на неё трудовых обязанностей в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. подтверждается вступившим в законную силу решением Советского районного суда г.Владикавказа РСО-Алания от 03.07.2020г. по делу №2-484/2020. Следовательно, с учётом положений ч.2 ст.61 ГПК РФ обстоятельства неуважительности причин неявки ФИО1 на работу в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. не должны доказываться вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении настоящего гражданского дела.

В связи с тем, что названные исковые требования ФИО1 являются незаконными и необоснованными, требования о компенсации ей морального вреда также не подлежат удовлетворению.

Выслушав истца, представителей сторон, заслушав заключения прокурора и представителя Государственной инспекции труда в РСО-Алания, полагавших иск не подлежащим удовлетворению, исследовав материалы рассматриваемого гражданского дела, суд приходит к выводу об отсутствии основании к удовлетворению исковых требований ФИО1 в силу следующего.

Судом установлено, что на основании приказа государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении) от 27.07.2020г. № действие трудового договора от 05.09.2006г. №б/н было прекращено, доцент кафедры русской филологии по основной должности, преподаватель СПО - по совмещению ФИО1 была уволена с 04.03.2020г. за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей (прогул) по подпункту «а» пункта 6 ст.81 Трудового кодекса РФ.

Основанием для увольнения послужили записка заведующей кафедрой русской филологии СОГПИ ФИО3 от 05.03.2020г. об отсутствии ФИО1 на рабочем месте, акты об отсутствии на рабочем месте ФИО1 за период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г., объяснительная записка от ФИО1 от 04.07.2020г.

Согласно ч.1 ст.192 Трудового кодекса РФ за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить следующие дисциплинарные взыскания: замечание, выговор, увольнение по соответствующим основаниям.

Согласно положениям ч.3 ст.192 Трудового кодекса РФ к дисциплинарным взысканиям, в частности, относится увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктами 5, 6, 9 или 10 части первой статьи 81 Трудового кодекса РФ.

Согласно подпункту «а» пункта 6 ст.81 ТК РФ трудовой договор может быть расторгнут работодателем в случаях однократного грубого нарушения работником трудовых обязанностей - прогула, то есть отсутствия на рабочем месте без уважительных причин в течение всего рабочего дня (смены), независимо от его (её) продолжительности, а также в случае отсутствия на рабочем месте без уважительных причин более четырёх часов подряд в течение рабочего дня (смены).

Как следует из материалов дела, истец ФИО1 отсутствовала на рабочем месте в СОГПИ с 05.03.2020г. по 30.06.2020г.

При этом сама ФИО1 и её представитель ФИО2 в судебном заседании и своих письменных дополнениях и уточнениях к исковому заявлению не отрицали, что в период с 05.03.2020г. по 27.03.2020г. истец отсутствовала на рабочем месте по неуважительной причине и факт совершения ею прогула в указанный период признавали.

Доказательств уважительности причин своего отсутствия на рабочем месте в указанный период истец суду не представила.

В обоснование уважительности своего отсутствия на рабочем месте в период времени с 28.03.2020г. по 30.06.2020г. истец и её представитель ФИО2 ссылались на установление на территории Республики Северная Осетия-Алания режима нерабочих дней с сохранением заработной платы в связи с распространением новой коронавирусной инфекции, который, по их мнению, в соответствии с Указами Президента Российской Федерации и Указами Главы Республики Северная Осетия-Алания был установлен в отношении образовательных организаций высшего образования на территории Республики Северная Осетия-Алания с 28.03.2020г. по 10.07.2020г.

В соответствии с п.1 Указа Президента РФ от 25.03.2020г. №206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней» с 30 марта по 3 апреля 2020г. были установлены нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы.

Согласно п.2 данного Указа он не распространяется на работников:

а) непрерывно действующих организаций;

б) медицинских и аптечных организаций;

в) организаций, обеспечивающих население продуктами питания и товарами первой необходимости;

г) организаций, выполняющих неотложные работы в условиях чрезвычайных обстоятельств, в иных случаях, ставящих под угрозу жизнь или нормальные жизненные условия населения;

д) организаций, осуществляющих неотложные ремонтные и погрузочно-разгрузочные работы.

Педагогические работники образовательных учреждений в перечень работников, перечисленных в п.2 Указа Президента РФ от 25.03.2020г. №206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней», не входят.

Таким образом, в период с 30.03.2020г. по 03.04.2020г. для педагогических работников СОГПИ были установлены нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы.

В связи с этим акты об отсутствии на рабочем месте ФИО1 от 30.03.2020г. №97, от 31.03.2020г. №98, от 01.04.2020г. №99, от 02.04.2020г. №100, от 03.04.2020г. №101 не могут быть приняты судом во внимание в качестве надлежащих (допустимых) доказательств по делу.

В соответствии с п.1 Указа Президента РФ от 02.04.2020г. №239 «О мерах по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» с 04 по 30 апреля 2020г. включительно были установлены нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы.

Согласно подпункту «ж» п.4 данного Указа он не распространяется на организации, определённые решениями высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации исходя из санитарно-эпидемиологической обстановки и особенностей распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в субъекте Российской Федерации.

Согласно п.5 данного Указа он может распространяться на системообразующие, а также научные и образовательные организации по согласованию с Правительством Российской Федерации.

В соответствии с п.1 Указа Президента РФ от 28.04.2020г. №294 «О продлении действия мер по обеспечению санитарно-эпидемиологического благополучия населения на территории Российской Федерации в связи с распространением новой коронавирусной инфекции (COVID-19)» с 6 по 8 мая 2020г. включительно были установлены нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы.

Согласно подпункту «ж» п.3 данного Указа он не распространяется на организации, определённые решениями высшего исполнительного органа государственной власти субъекта Российской Федерации исходя из санитарно-эпидемиологической обстановки и особенностей распространения новой коронавирусной инфекции (COVID-19) в субъекте Российской Федерации.

Согласно п.4 данного Указа он может распространяться на системообразующие, а также на научные и образовательные организации по согласованию с Правительством Российской Федерации.

Подпункт 7.1 п.7 Указа Главы РСО-Алания от 27.03.2020г. №105 «О мерах по реализации Указа Президента РФ от 25.03.2020г. №206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней» предписывал с 28 марта по 12 апреля 2020г. органам исполнительной власти Республики Северная Осетия-Алания, осуществляющим функции учредителей образовательных организаций Республики Северная Осетия-Алания, реализующих программы высшего образования, среднего профессионального образования, программы начального общего, основного общего и среднего общего образования и дополнительного образования, объявить каникулы в указанных образовательных организациях.

Пункт 6 Указа Главы РСО-Алания от 09.05.2020г. №151 «О внесении изменения в Указ Главы РСО-Алания от 27.03.2020г. №105 «О мерах по реализации Указа Президента РФ от 25.03.2020г. №206 «Об объявлении в Российской Федерации нерабочих дней» предписывал с 28.03.202г. по 31.05.2020г. включительно приостановить посещение обучающимися государственных образовательных организаций, предоставляющих дошкольное, общее, дополнительное образование, профессиональных образовательных организаций, образовательных организаций высшего образования, организаций физической культуры и спорта с обеспечением реализации образовательных программ с применением электронного обучения и дистанционных образовательных технологий в порядке, определяемом администрацией образовательной организации.

Указами Главы РСО-Алания от 29.05.2020г. №165, от 11.06.2020г. №175, от 26.06.2020г. №199 действие данного положения продлевалось до 10.07.2020г.

Приведённые выше нормативные правовые акты не устанавливали режим нерабочих дней с сохранением заработной платы для педагогических работников образовательных организаций РСО-Алания, осуществляющих программы высшего образования, среднего профессионального образования, программы начального общего, основного общего и среднего общего образования и дополнительного образования в период с 04.04.2020г. по 10.07.2020г.

Положениями главы 52 Трудового кодекса РФ, устанавливающей особенности регулирования труда педагогических работников, и принятыми в соответствии с ними иными нормативными правовыми актами также не предусмотрено освобождение педагогических работников от исполнения возложенных на них должностных обязанностей в период объявления в образовательной организации каникул для обучающихся в течение учебного года.

Имеющиеся в материалах дела приказы Министерства образования и науки РСО-Алания и приказы СОГПИ также не устанавливали режим нерабочих дней с сохранением заработной платы для педагогических работников СОГПИ на период с 04.04.2020г. по 10.07.2020г. Напротив, указанными актами регламентировалась работа педагогических работников СОГПИ в указанный период.

Так согласно приказу СОПГИ от 17.03.2020г. №30/1-д с 18.03.2020г. по 23.03.2020г. в СОГПИ приостанавливался учебный процесс по причине отсутствия большого количества студентов (п.1). Деканам и заведующим кафедрами было поручено обеспечить дистанционную работу со студентами (п.2).

На основании приказа СОГПИ от 20.03.2020г. №32/1-д временно, с 24.03.2020г. до 12.04.2020г., образовательный процесс в СОГПИ был приостановлен, и ВУЗ перешел на реализацию программ с применением электронного обучения и дистанционных образовательных технологий (п.1).

Согласно приказам СОГПИ от 06.04.2020г. №38/1-д, 30.04.2020г. №40/1-д, от 12.05.2020г. №41/1-д, от 12.05.2020г. №41/2-д, от 01.06.2020г. №43/1-д, от 15.06.2020г. №46/1-д профессорско-преподавательский состав СОГПИ продолжал дистанционный режим реализации образовательного процесса вплоть до 30.06.2020г. При этом преподавателям предусматривалась возможность осуществления деятельности на рабочем месте по личному усмотрению при строгом соблюдении санитарных норм.

Согласно п.27 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дел о восстановлении на работе следует иметь в виду, что при реализации гарантий, предоставляемых Кодексом работникам в случае расторжения с ними трудового договора, должен соблюдаться общеправовой принцип недопустимости злоупотребления правом, в том числе и со стороны работников.

В судебном заседании представитель истца ФИО2 сообщил, что в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. ФИО1 на работу в СОГПИ не являлась, свои трудовые обязанности не исполняла.

В этой связи суд считает, что ссылка представителя истца на то, что работодатель не ознакомил ФИО1 с указанными выше приказами, является с её стороны злоупотреблением правом.

Кроме того, требования о признании данных приказов незаконными и их отмене, истцом не заявлялись.

Следовательно, с 04.04.2020г. по 30.06.2020г. ФИО1 должна была осуществлять свои должностные обязанности доцента кафедры русской филологии и преподавателя СПО СОГПИ.

В связи с этим суд приходит к выводу, что ФИО1 отсутствовала на своём рабочем месте в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. по неуважительной причине, то есть совершила прогул.

Указанные обстоятельства подтверждаются имеющимися в материалах дела копиями актов об отсутствии ФИО1 на рабочем месте, составленными ответчиком за период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г., за исключением актов от 30.03.2020г. №97, от 31.03.2020г. №98, от 01.04.2020г. №99, от 02.04.2020г. №100, от 03.04.2020г. №101, которые были составлены в нерабочие дни с сохранением за работниками заработной платы.

Кроме того, суд принимает во внимание доводы представителя ответчика, приведенные им в письменных возражениях на иск, о том, что обстоятельства неуважительности причин неявки ФИО1 на работу в СОГПИ в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. были установлены вступившим в законную силу решением Советского районного суда г.Владикавказа РСО-Алания от 03.07.2020г. по гражданскому делу №2-484/2020.

В указанном решении Советский районный суд г.Владикавказа РСО-А установил, что ФИО1 должна была с 31.10.2019г. выходить на работу и исполнять возложенные на неё должностной инструкцией обязанности, в том числе - устные и письменные поручения соответствующих лиц, что ФИО1 по настоящее время не исполняет (абз.5 стр.6 решения).

То есть суд установил, что ФИО1 должна была выходить на работу в период с 31.10.2019г. по день вынесения решения суда (03.07.2020г.).

При этом суд признал причины неявки ФИО1 на работу неуважительными и сделал вывод, что ФИО1 сама нарушает нормы действующего трудового законодательства, на основании которых разработана её должностная инструкция, локальных актов (абз.1 стр.7 решения).

Согласно ч.1 ст.193 Трудового кодекса РФ до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Согласно материалам дела 03.07.2020г. ответчик направил ФИО1 телеграмму, в которой ей предлагалось незамедлительно явиться к ректору СОГПИ и дать объяснения по поводу её отсутствия на рабочем месте и представить документы, подтверждающие уважительность причин такого отсутствия.

04.07.2020г. ФИО1 направила на имя ректора СОГПИ ФИО15 объяснения, в которых сообщила, что она отсутствовала на работе с 31.10.2020г. по 03.07.2020г. в связи с отказом администрации СОГПИ обеспечить её работой и восстановить её на работе в соответствии с решением Советского районного суда г.Владикавказа с соблюдением норм действующего законодательства.

Указанное объяснение было получено ректором СОГПИ ФИО15 05.07.2020г., что подтверждается её визой на данных объяснениях.

Согласно ч.3 ст.193 Трудового кодекса РФ дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учёт мнения представительного органа работников.

27.07.2020г. ответчиком был издан приказ № о прекращении (расторжении) трудового договора с работником (увольнении), на основании которого действие трудового договора от 05.09.2006г. №б/н было прекращено, доцент кафедры русской филологии - по основной должности, преподаватель СПО СОГПИ - по совмещению ФИО1 была уволена с 04.03.2020г. за однократное грубое нарушение работником трудовых обязанностей (прогул) по подпункту «а» пункта 6 ст.81 Трудового кодекса РФ.

Довод представителя истца о том, что ответчик узнал о причинах прогула ФИО1 17.03.2020г. в судебном заседании по гражданскому делу №2-484/2020, рассматривавшемуся Советским районным судом г.Владикавказа РСО-Алания, в котором присутствовал представитель СОГПИ – адвокат Гусиев В.Э., суд находит несостоятельным по следующим основаниям.

С учётом положений ст.ст.35, 39 ГПК РФ истец вправе представлять доказательства и участвовать в их исследовании, задавать вопросы другим лицам, участвующим в деле, свидетелям, экспертам и специалистам; заявлять ходатайства, в том числе об истребовании доказательств; давать объяснения суду в устной и письменной форме; приводить свои доводы по всем возникающим в ходе судебного разбирательства вопросам, возражать относительно ходатайств и доводов других лиц, участвующих в деле, изменять основания или предмет иска.

При этом истец и его представитель не наделены обязанностью сообщать суду правдивые объяснения, не несут ответственность, предусмотренную Уголовным кодексом Российской Федерации, за дачу заведомо ложного показания и за отказ от дачи показаний по мотивам, не предусмотренным федеральным законом, как, например, свидетель (ст.70 ГПК РФ).

Согласно ст.97 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств (ч.1). Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы (ч.2). Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности (ч.3).

Результаты оценки доказательств суд обязан отразить в решении, в котором приводятся мотивы, по которым одни доказательства приняты в качестве средств обоснования выводов суда, другие доказательства отвергнуты судом, а также основания, по которым одним доказательствам отдано предпочтение перед другими (ч.4).

Следовательно, оценить объективность данных истцом и её представителем объяснений в ходе рассмотрения Советским районным судом г.Владикавказа РСО-Алания гражданского дела №2-484/2020 суд мог только в совещательной комнате при вынесении решения по делу и отразить результаты оценки доказательств при составлении мотивированного решения по делу.

Также следует отметить, что при привлечении работника к дисциплинарной ответственности работодатель должен обладать объективными данными, однозначно указывающими на совершение работником проступка.

Вместе с тем привлечение ФИО1 к дисциплинарной ответственности за прогул в период рассмотрения Советским районным судом г.Владикавказа РСО-Алания гражданского дела №2-484/2020 было сопряжено с большим риском принятия ответчиком неправомерного решения, поскольку данный суд мог признать причины отсутствия ФИО1 на рабочем месте уважительными (вынужденным прогулом).

Кроме того, адвокат Гусиев В.Э., участвовавший в рассмотрении данного гражданского дела, не являлся работодателем или непосредственным руководителем ФИО1

Таким образом, доказательств того, что ответчик узнал о неуважительности причин отсутствия ФИО1 на рабочем месте за пределами срока, установленного ч.3 ст.193 Трудового кодекса РФ, истцом не предоставлено.

С учётом положений подпункта «а» п.6 ст.81 Трудового кодекса РФ, ч.1 ст.192 Трудового кодекса РФ каждый день прогула является самостоятельным основанием для привлечения работника к дисциплинарной ответственности.

Учитывая длящийся характер прогула ФИО1, который продолжался в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г., месячный срок, установленный ч.3 ст.193 Трудового кодекса РФ, по общему правилу следует исчислять не с первого дня её прогула, а с последнего.

Практически аналогичной позиции придерживается Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации, которое в своем письме от 12.02.2021г. №14-2/ООГ-1238 дало разъяснения, что при длительном прогуле месячный срок со дня обнаружения проступка исчисляется не с первого дня прогула, а с последнего, так как только после возвращения лица, совершившего прогул, станет известно, какова его причина и может ли быть применено дисциплинарное взыскание.

В связи с этим суд также учитывает то обстоятельство, что ФИО1 на работу в СОГПИ так и не вышла; это даёт основания суду сделать вывод о том, что о причинах отсутствия ФИО1 на рабочем месте в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. ответчику достоверно стало известно 05.07.2020г. - в день получения от ФИО1 по почте письменных объяснений.

Таким образом, суд исходит из того, что именно в этот момент ответчик обнаружил, что ФИО1 отсутствовала на рабочем месте в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. по неуважительной причине, то есть обнаружил совершенный ею проступок.

Следовательно, установленный ч.3 ст.193 Трудового кодекса РФ месячный срок применения дисциплинарного взыскания за длительный прогул, совершённый ФИО1 в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г., необходимо исчислять с 05.07.2020г. – со дня обнаружения проступка ответчиком.

Как установлено судом, приказ о привлечении ФИО1 к дисциплинарной ответственности в виде увольнения был издан СОГПИ 27.07.2020г., то есть в течение месяца со дня обнаружения дисциплинарного проступка.

Согласно ч.4 ст.193 Трудового кодекса РФ по общему правилу дисциплинарное взыскание не может быть применено позднее шести месяцев со дня совершения проступка.

Учитывая период прогула ФИО1 (с 05.03.2020г. по 30.06.2020г.), шестимесячный срок со дня совершения ею проступка ответчиком пропущен не был.

Таким образом, суд исходит из того, что дисциплинарное взыскание к ФИО1 (в виде увольнения за длительный прогул, совершенный ею в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г.) было применено ответчиком в установленные Трудовым кодексом РФ сроки.

Согласно ч.5 ст.192 Трудового кодекса РФ при наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершённого проступка и обстоятельства, при которых он был совершён.

Согласно п.38 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.03.2004г. №2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела о восстановлении на работе лица, уволенного по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, работодатель обязан представить доказательства, свидетельствующие о том, что работник совершил одно из грубых нарушений трудовых обязанностей, указанных в этом пункте. При этом следует иметь в виду, что перечень грубых нарушений трудовых обязанностей, дающих основание для расторжения трудового договора с работником по пункту 6 части первой статьи 81 Кодекса, является исчерпывающим и расширительному толкованию не подлежит.

С учётом указанных выше обстоятельств и представленных стороной ответчика доказательств факт отсутствия ФИО1 на рабочем месте в СОГПИ в период с 05.03.2020г. по 30.06.2020г. по неуважительной причине, то есть совершение ею прогула, суд считает доказанным.

Сроки применения дисциплинарного взыскания к ФИО1 ответчиком не нарушены.

Таким образом, с учётом тяжести совершённого ФИО1 дисциплинарного проступка (прогула), который квалифицируется Трудовым кодексом РФ как грубое нарушение работником трудовых обязанностей, длительный характер нарушения (с 05.03.2020г. по 30.06.2020г.), а также отсутствие уважительных причин её неявки на работу, применение ответчиком к ФИО1 дисциплинарно взыскания в виде увольнения по подпункту «а» п.6 ст.81 Трудового кодекса РФ суд признаёт обоснованным.

Согласно ч.6 ст.193 Трудового кодекса РФ приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трёх рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

27.07.2020г. ответчик направил ФИО1 телеграмму, в которой уведомил её о расторжении с ней трудового договора (увольнении) за прогул в соответствии с подпунктом «а» п.6 ст.81 ТК РФ, необходимости явиться в отдел кадров СОГПИ для ознакомления с приказом о прекращении (расторжении) трудового договора №60/1-к от 27.07.2020г.

03.08.2020г. ФИО1 была ознакомлена с приказом от 27.07.2020г. №60/1-к, что подтверждается её росписью в указанном приказе.

С учётом указанных выше обстоятельств оснований для признания приказа ответчика от 27.07.2020г. № о прекращении (расторжении) трудового договора с ФИО1 (увольнении), доцентом кафедры русской филологии, преподавателем СПО СОГПИ незаконным и его отмене у суда не имеется.

В связи с законностью привлечения ФИО1 к дисциплинарной ответственности в соответствии с подпунктом «а» п.6 ст.81 Трудового кодекса РФ и с учётом положений ч.ч.1, 2, 9 ст.394 Трудового кодекса РФ оснований для восстановления ФИО1 на работе в прежней должности доцента кафедры русской филологии, преподавателя СПО СОГПИ, взыскания с ответчика в её пользу среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 28.03.2020г. по 12.07.2021г. в размере 491234,73 рублей, взыскании компенсации морального вреда в размере 100000 рублей суд также не усматривает.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска ФИО1 к государственному бюджетному образовательному учреждению высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт» о признании приказа (распоряжения) ГБОУ ВО «СОГПИ» № от 27 июля 2020 года о прекращении (расторжении) трудового договора (увольнении) незаконным и его отмене, восстановлении ФИО1 на работе в должности доцента (по основной должности), преподавателя СПО (по совмещению) кафедры русской филологии государственного бюджетного образовательного учреждения высшего образования «Северо-Осетинский государственный педагогический институт», взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула за период с 28 марта 2020 года по 12 июля 2021 года в сумме 491234 рубля 73 копейки, взыскании компенсации морального вреда в размере 100000 рублей – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Судебную коллегию по гражданским делам Верховного суда РСО-А в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Тлатов К.А.