Решение № 2-643/2019 2-643/2019~М-603/2019 М-603/2019 от 11 ноября 2019 г. по делу № 2-643/2019

66RS0050-01-2019-000901-31

Дело № 2-643/2019 Мотивированное
решение составлено 12.11.2019.

Р Е Ш Е Н И Е

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г.Североуральск 05 ноября 2019 года

Североуральский городской суд Свердловской области в составе: председательствующего Сармановой Э.В.,

при секретаре судебного заседания Александровой О.И.,

с участием старшего помощника прокурора г.Североуральска Вершининой Е.А.,

представителя истца ФИО1 – ФИО2, действующей на основании нотариально удостоверенной доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

представителя ответчика общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» - ФИО3, действующего на основании доверенности № от ДД.ММ.ГГГГ,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к обществу с ограниченной отвественностью «Русская инжиниринговая компания» о взыскании компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие производственной травмы,

У С Т А Н О В И Л :

ФИО1 обратился в суд с иском к ООО «Русская инжиниринговая компания» о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие производственной травмы, указав в обоснование, что он работал в филиале ООО «РУС-Инжиниринг в г. Североуральске Свердловской области с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ электрослесарем. ДД.ММ.ГГГГ с ним произошел несчастный случай на производстве ввиду того, что сойдя с кресла монокатной кресельной дороги (далее МКД) на посадочной площадке, потерял равновесие и упал на стоящего ниже по выработке ФИО6, сбив его с ног. Они оба упали на наклонный настил посадочной площадки и скатились по почве горной выработки, получив телесные повреждения. В результате несчастного случая ему был выставлен диагноз: <данные изъяты> Указанные повреждения относятся к категории тяжелых, что подтверждается медицинским заключением о характере полученных повреждений здоровья и в результате несчастного случая на производстве и степени тяжести от ДД.ММ.ГГГГ. После несчастного случая ДД.ММ.ГГГГ ему была проведена операция, он проходил лечение с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в горбольнице №. Его лечение проходило длительно (с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ), общий срок нетрудоспособности составил 8 месяцев. Согласно справки серии МСЭ-2017 № от ДД.ММ.ГГГГ ему установлено 30 процентов утраты профессиональной трудоспособности. Фондом социального страхования ему произведены страховые выплаты. Он (ФИО1) по настоящее время испытывает боли в области позвоночника, грудной клетки, не может долго находиться в наклонном состоянии, не может долго работать физически, у него быстро наступает усталость, все это причиняет физические и нравственные страдания. Факта грубой неосторожности в действиях пострадавшего комиссией, расследовавшей несчастный случай, не установлено.

Коллективным договором филиала ООО «РУС-Инжиниринг» в г.Североуральске вопрос о выплате компенсации морального вреда при частичной утрате профессиональной трудоспособности не урегулирован. Ответчик предложил истцу компенсацию морального вреда в размере 45 000 руб., однако он (ФИО1 считает данную сумму несоразмерной его физическим и нравственным страданиям.

Сославшись на ст.ст. 151, 1064, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст.ст. 22, 212, 237 Трудового кодекса Российской Федерации, он (ФИО7) просил суд взыскать с ООО «Русская инжиниринговая компания» в его пользу компенсацию морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве, в размере 300 000 рублей.

Истец ФИО1 и его представитель ФИО2 в судебном заседании требование о компенсации морального вреда поддержали в полном объеме, просили иск удовлетворить по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении.

Представитель ответчика ООО «Русская инжиниринговая компания» ФИО3 исковые требования признал в части компенсации морального вреда в размере 45 000 рублей, дополнительно суду пояснил, что в ходе расследования произошедшего несчастного случая на производстве, комиссией установлена вина не только должностных лиц ООО «РУС-Инжиниринг», но и вина пострадавших работников, в том числе и истца. В акте о нечастном случае на производстве № от ДД.ММ.ГГГГ в пунктах 9 и 10 указано на личную неосторожность ФИО1 и на нарушение им норм безопасности, а именно пункта 6 Правил пользования монокатной кресельной дорогой, в которой указано, что перевозка на МДК материалов, инструмента – запрещена. При этом тот факт, что комиссия не установила факт грубой неосторожности, не исключает вину ФИО6, выраженную в форме умышленного игнорирования и нарушения правил безопасности, что привело к падению и получению травм. Грубая неосторожности выдела в акте формы Н-1 в связи с тем, что её наличие может влиять на размер выплат, назначаемых ФСС, в сторону уменьшения. Кроме того, ответчиком приняты меры для продолжения работы истца в ООО «РУС-Инжиниринг» и сохранения трудовых отношений между работником и работодателем. Учитывая тот факт, что после несчастного случая медицинские ограничения не позволяли истцу работать по своей профессии, ДД.ММ.ГГГГ на заседании кадровой комиссии было принято решение перевести ФИО1 электрослесарем (слесарем) дежурным и по ремонту оборудования шахтной поверхности энергослужбы ЦРТО шахты «Черемуховская». В целях возмещения затрат на лечение ответчиком оказана материальная помощь истцу в размере 13 010,60 рублей. При этом представители ответчика неоднократно встречались с истцом в целях урегулирования вопроса о размере компенсации, на встречах ФИО1 озвучивался желаемый размер компенсации в 150 000 рублей. Письмом работодателя от ДД.ММ.ГГГГ истцу предложена компенсация морального вреда 45 000 рублей исходя из установленного в ООО «РУС-Инжиниринг» порядка компенсации морального вреда в связи с полученным профессиональным заболеванием, при котором выплачивается 1 500 рублей за каждый процент утраты трудоспособности, однако от предложенной суммы истец отказался. С учетом изложенного считает, что заявленный истцом размер компенсации завышенным, просил суд удовлетворить исковые требования о компенсации морального вреда в размере 45 000 рублей.

Выслушав объяснения сторон, исследовав письменные материалы дела, заслушав заключение ст.помощника прокурора, полагавшего иск подлежащим удовлетворению, суд приходит к следующему.

Как усматривается из материалов дела, истец состоял в трудовых отношениях с ООО «РУС-Инжиниринг» с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, был принят на работу электрослесарем (слесарем) дежурным и по ремонту оборудования 5 разряда подземного участка внутришахтного транспорта цеха по ремонту технологического оборудования шахты «Черемуховская» в прядке перевода.

Приказом от ДД.ММ.ГГГГ трудовой договор расторгнут по инициативе работника (по собственному желанию) по п.3 ч.1 ст. 77 Трудового кодекса Российской Федерации (л.д.7-10).

Согласно акту формы Н-1 о несчастном случае на производстве от ДД.ММ.ГГГГ с истцом произошел несчастный случай ДД.ММ.ГГГГ в 13:30 час., в результате которого ФИО1 получил повреждение здоровья.

Из медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве и степени их тяжести № от ДД.ММ.ГГГГ (форма 315/у) следует, что ФИО1 выставлен диагноз: <данные изъяты> Степень тяжести тяжелая.

Основной причиной несчастного случая указано на неудовлетворительную организацию производства работ.

Факта грубой неосторожности в действиях пострадавших комиссией не установлено (п.10.3 Акта о несчастном случае на производстве).

Таким образом, судом установлено, что истец ФИО1 при исполнении трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором, получил производственную травму в результате несчастного случая на производстве.

Вопреки доводам представителя ответчика в действиях пострадавшего – истца ФИО1 не установлено ни противоправных действий, ни какой-либо грубой неосторожности. Указано лишь на личную неосторожности в действиях пострадавших ввиду отсутствия контроля за передвижением пострадавших в течение смены руководителем смены, выдавшем письменный и устный наряд ДД.ММ.ГГГГ во 2 смену.

Согласно справке серии МСЭ-2017 № от ДД.ММ.ГГГГ, выданной ФКУ «ГБ МСЭ по Свердловской области», ФИО1 по последствиям производственной травмы установлена степень утраты профессиональной трудоспособности в размере 30 процентов с ДД.ММ.ГГГГ до ДД.ММ.ГГГГ. Определена дата очередного освидетельствования – ДД.ММ.ГГГГ.

Истец, как в момент причинения травмы, так и в период длительного лечения испытывал значительные болевые ощущения – физические страдания, и продолжает их испытывать в настоящее время. Более того, характер полученных им травм, а также характер лечения не позволяют истцу вести привычный активный образ жизни, что помимо физических страданий привело к нанесению истцу и значительных нравственных страданий, которые усугублялись как длительностью лечения, так и последствиями травмы (постоянные головные боли, головокружения).

В соответствии со ст.219 Трудового кодекса Российской Федерации каждый работник имеет право на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, в том числе на получение достоверной информации об условиях и охране труда на рабочем месте, о существующем риске повреждения здоровья, а также мерах по защите от воздействия вредных и (или) опасных производственных факторов; обеспечение охраны труда за счет средств работодателя.

В силу ст.22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда, возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены настоящим Кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Аналогичное закреплено и в ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации, согласно которой обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно ст.151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Из смысла названной нормы гражданского права следует, что моральный вред – это физические и нравственные страдания. Моральный вред подлежит взысканию в случае нарушения неимущественных прав гражданина.

На основании п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из разъяснений, содержащихся в п.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда» от 20.12.1994 года за №10 (в редакции от 25.10.96 N 10, от 15.01.98 N 1, от 06.02.2007 N 6) под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Согласно пункту 3 статьи 8 Федерального закона РФ N 125-ФЗ от 24.07.1998 "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев и профессиональных заболеваний" возмещение морального вреда, причиненного в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием, осуществляется причинителем вреда.

Как следует из пояснения истца ФИО1 и из представленных им доказательств, при исполнении трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором, в результате несчастного случая на производстве, истец получил производственную травму, в связи с чем, испытал и продолжает испытывать сильные болевые ощущения – физическую боль, а также значительные нравственные страдания, поскольку после происшедшего истец не может вернуться к полноценной жизни.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что в результате несчастного случая на производстве истцу ФИО1 был причине моральный вред.

В данном случае причинителем вреда является работодатель истца– ООО «Русская инжиниринговая компания».

На основании ст.237 Трудового кодекса Российской Федерации моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

В действующем Коллективном договоре ООО «РИК» размер и порядок возмещения морального вреда, причиненного работнику при исполнении обязанностей, обусловленных трудовым договором, не определен, соглашения между истцом ФИО1 и работодателем ООО «РИК» по данному вопросу не достигнуто.

Истец причиненный ему моральный вред оценил в 300 000 рублей.

Суд полагает, что с учетом всех обстоятельств дела, характера производственной травмы, степени её тяжести, степени и характера причиненных истцу физических и нравственных страданий, индивидуальных особенностей потерпевшего, а также в соответствии с принципами разумности и справедливости, суд соглашается с размером морального вреда, указанным истцом.

Указанная сумма, по мнению суда, будет учитывать все вышеприведенные критерии и будет отвечать требованиям разумности и справедливости.

Таким образом, с ответчика в пользу истца в возмещение морального вреда подлежит взысканию 300 000 руб.

В соответствии с ч.1 ст.103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, пропорционально удовлетворенной части исковых требований. В этом случае взысканные суммы зачисляются в доход бюджета, за счет средств которого они были возмещены, а государственная пошлина – в соответствующий бюджет согласно нормативам отчислений, установленным бюджетным законодательством Российской Федерации.

Заявленное истцом требование о компенсации морального вреда относятся к требованиям неимущественного характера, которое в соответствии с п.3 ч.1 ст.333.19 Налогового кодекса Российской Федерации подлежит оплате госпошлиной физическими лицами в размере 300 рублей. Следовательно с ответчика подлежит взысканию госпошлина в доход государства в размере 300 рублей.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст.194-199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

Р Е Ш И Л :

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» в пользу ФИО1 в возмещение морального вреда, причиненного повреждением здоровья вследствие производственной травмы, 300 000 (Триста тысяч) рублей.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Русская инжиниринговая компания» государственную пошлину в доход государства в сумме 300 (Триста) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд через Североуральский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Э.В. Сарманова

Копия верна