Решение № 2-210/2019 2-210/2019~М-110/2019 М-110/2019 от 10 сентября 2019 г. по делу № 2-210/2019

Дело №2-210/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

Село Верхний Услон

Республики Татарстан 10 сентября 2019 года

Верхнеуслонский районный суд Республики Татарстан в составе:

Председательствующего судьи Тюфтиной О.М.,

При секретаре судебного заседания Савенковой С.С.,

Рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о признании недействительными договоров дарения жилого дома и земельного участка, записей в ЕГРН, свидетельств о регистрации права собственности, признании права собственности на жилой дом и земельный участок,

Установил:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка недействительным, в обосновании указав, что 19 сентября 2013 года между истцом и сестрой ФИО2 по семейным обстоятельствам был заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>. Устно было оговорено, что потом эта недвижимость будет ответчиком истцу возвращена. Без ведома истца в октябре 2017 года ответчик подарила вышеуказанную недвижимость дочери истца ФИО3, в связи с чем истец просит признать договор дарения недействительным.

В дальнейшем истец неоднократно увеличивала исковые требования, привлекла в качестве второго ответчика ФИО3, указав, что подарила спорную недвижимость сестре ФИО2 для того, чтобы та смогла взять кредит под залог этой недвижимости, устно было оговорено, что потом она отдаст жилой дом и земельный участок обратно истцу. За все годы с 2012 года коммунальные платежи и налоги оплачивал истец. Потом без ее ведома ФИО2 в октябре 2017 года подарила жилой дом и земельный участок дочери истца ФИО3. В связи с чем истец просит признать договоры дарения между истцом и ФИО2 от 02.09.2013 и между ФИО2 и ФИО3 от 25.10.2017 недействительными по причине противоправности основам правопорядка и обязать ФИО2 вернуть истцу жилой дом и земельный участок.

Далее истец изменила основания иска, указав, что договор дарения от 02.09.2013 является ничтожной сделкой в силу мнимости, кроме того, является кабальной сделкой, в связи с чем истец просит признать этот договор дарения недействительным и применить последствия его недействительности, признав недействительным договор дарения от 25.10.2017, признать записи в ЕГРН на имя ФИО2 и ФИО3 недействительными, признать свидетельства о регистрации права собственности на имя ответчиков недействительными и признать за истцом право собственности на спорный жилой дом и земельный участок.

Представитель ответчика ФИО2 в судебном заседании исковые требования не признала, пояснив, что истец не является стороной сделки от 25.10.2017, не являлась на тот момент собственником спорного имущества. Кроме того. Не представлено доказательств, что сделка недействительна по причине ее противоправности основам правопорядка, допрошенные свидетели являются близкими родственниками и заняли позицию истца. Кроме того, просит применить срок исковой давности к исковым требованиям истца и отказать в иске.

Ответчик ФИО3 в судебное заседание не явилась, представила возражения, в котором указала, что исковые требования не признает, истцу было известно о состоявшемся договоре дарения от 25.10.2017, поскольку она жила в этом доме с мамой с его постройки и до замужества, а также с 2016 года после развода и до отъезда в Крым. Оснований для признания данной сделки недействительной не имеется, поскольку на момент 2017 года истец собственником данной недвижимости не являлась. Кроме того, просит применить срок исковой давности к исковым требованиям истца и отказать истцу в иске.

В ходе судебного заседания истцом были предложены условия мирового соглашения, по условиям которого она выкупает примерно за 1 000 000 рублей свою долю у ответчика ФИО3, при этом дом оформляется в собственность истца и двух ее внуков – детей ФИО3. Однако после согласия ответчика ФИО3 на данные условия мирового соглашения (выкуп за 830 000 рублей и оформление недвижимости на троих (истца и двух детей) и подготовку его проекта – т.1, л.д.211-212, истец от заключения мирового соглашения отказалась.

Исследовав материалы дела, отказной материал №2154/125, выслушав стороны, свидетелей, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 166 Гражданского кодекса Российской Федерации, 1. Сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу статьи 169 этого же кодекса, Сделка, совершенная с целью, заведомо противной основам правопорядка или нравственности, ничтожна и влечет последствия, установленные статьей 167 настоящего Кодекса. В случаях, предусмотренных законом, суд может взыскать в доход Российской Федерации все полученное по такой сделке сторонами, действовавшими умышленно, или применить иные последствия, установленные законом.

Мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

На основании статьи 179 этого же кодекса, 1. Сделка, совершенная под влиянием насилия или угрозы, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

2. Сделка, совершенная под влиянием обмана, может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Обманом считается также намеренное умолчание об обстоятельствах, о которых лицо должно было сообщить при той добросовестности, какая от него требовалась по условиям оборота.

3. Сделка на крайне невыгодных условиях, которую лицо было вынуждено совершить вследствие стечения тяжелых обстоятельств, чем другая сторона воспользовалась (кабальная сделка), может быть признана судом недействительной по иску потерпевшего.

Статья 181 Гражданского кодекса Российской Федерации регламентирует, что срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Судом установлено, что 02.09.2013 истец ФИО1, являясь собственником жилого дома с кадастровым номером № общей площадью 92,40 кв.м. и земельного участка с кадастровым номером №, расположенных по адресу: <адрес>, подарила вышеуказанное недвижимое имущество ответчику ФИО2, последняя, в свою очередь, данные жилой дом и земельный участок приняла в дар (т.1 гражданского дела л.д.54-55).

25.10.2017 ответчик ФИО2 подарила спорное недвижимое имущество ответчику ФИО3, последняя, в свою очередь, его в дар приняла (т.1 гражданского дела л.д.64-65).

В настоящее время собственником вышеуказанного жилого дома и земельного участка является ФИО3.

Заявляя о ничтожности первой сделки, истец говорит суду о кабальности сделки и мнимости договора дарения от 02.09.2013, подтверждая это оплатой коммунальных платежей, несением расходов на ремонт, доводом о необходимости предоставления ФИО2 указанного имущества в качестве залога при заключении договора ипотеки и свидетельскими показаниями.

Однако довод стороны истца о передаче в дар спорной недвижимости на имя ФИО4 для того, чтобы последняя смогла заключить кредитный договор и предоставить принадлежащее ей имущество (в данном случае – недвижимость в селе Верхний Услон) в ипотеку, является необоснованным, поскольку как видно из документов, представленных истцом, и дела правоустанавливающих документов Управления Росреестра по Республике Татарстан, спорное имущество в залог банкам не предоставлялось.

Также не свидетельствует о мнимости сделки и довод стороны истца о том, что ею оплачивались коммунальные платежи и расходы на ремонт, так как ответчиками не оспаривается фактическое проживание истца в спорном жилом доме и пользованием им и земельным участком, что согласуется с позицией ответчика ФИО2 о предоставлении в пользование истцу спорной недвижимости, а истец, в свою очередь, несет определенные расходы на его содержание.

Довод стороны истца о том, что ответчик ФИО2 не проживала в спорном жилом доме, также не свидетельствует о мнимости сделки, поскольку ФИО2 имеет постоянное место жительства и регистрации в <адрес>. Кроме того, закон не содержит обязанность покупателя проживать и быть зарегистрированном в приобретенном им жилом доме.

Ссылка истца на то, что ответчик ФИО3 при регистрации первой сделки в 2013 году была представителем одаряемой ФИО2, а при второй в 2017 году – самой одаряемой, что является нарушением закона, является также необоснованной, поскольку закон подобных ограничений не содержит.

Доказательств того, что договор дарения от 02.09.2013 совершен под влиянием обмана, насилия, угрозы, злонамеренного соглашения, а также вследствие тяжелых обстоятельств на крайне невыгодных для себя условиях, истцом суду не представлено.

Также стороной истца в подтверждении мнимости сделки заявлен довод о том, что она вместе с сестрами обсуждала необходимость проверить ее супруга, с которым она недавно вступила в брак, на серьезность его намерений, вследствие чего они решили вывести спорное имущество из наследственной массы, чтобы он, как инвалид, не мог претендовать на обязательную долю в наследстве после смерти ФИО1. Данный довод в суде подтвердили допрошенные свидетели. Однако суд не считает, что данный довод является основанием для удовлетворения исковых требований, поскольку не подтверждает ничтожность спорной сделки от 02.09.2017 и не говорит о ее мнимости, а, наоборот, свидетельствует о намерении истца передать недвижимое имущество иному лицу.

Исходя из вышеизложенных обстоятельств, суд критически относится к показаниям допрошенных в суд свидетелей – родственников истца, заявивших о неприязненных отношениях между истцом и ответчиками, о намерении истца подарить жилой дом и земельный участок лишь на бумаге для передачи имущества в ипотеку банку.

Кроме того, суд считает заслуживающим внимание довод ответчиков о применении к исковым требованиям ФИО1 срока исковой давности.

Как видно из материалов дела, истец считает и доказывает суду, что договор дарения от 02.09.2013 является ничтожной сделкой. Следовательно, срок исковой давности для данной категории сделок составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Как видно из текста договора о принятии дара одаряемой ФИО2, исполнение договора началось 02.09.2013. Таким образом, срок исковой давности истек 02.09.2016. С исковым заявлением о признании договора дарения недействительным истец обратилась в Верхнеуслонский районный суд Республики Татарстан 12 марта 2019 года. С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что истцом пропущен срок исковой давности. Уважительность причин пропуска срока исковой давности истцом не указана. С заявлением о восстановлении срока исковой давности истец не обращалась.

Кроме того, как указано представителем истца в судебном заседании, о ничтожности сделки истец знала с самого начала ее оформления.

Поскольку суд пришел к выводу об оставлении без удовлетворения исковых требований ФИО1 о признании недействительным договора дарения от 02.09.2013, также подлежат оставлению без удовлетворения и производные из основного иска требования о применении последствий недействительности сделки: о признании недействительным договор дарения от 25.10.2017, признании записей в ЕГРН на имя ФИО2 и ФИО3 недействительными, признании свидетельств о регистрации права собственности на имя ответчиков недействительными и признании за истцом права собственности на спорный жилой дом и земельный участок.

На основании изложенного и, руководствуясь ст.ст.194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к ФИО2 и ФИО3 о признании недействительными договоров дарения жилого дома и земельного участка, записей в ЕГРН, свидетельств о регистрации права собственности, признании права собственности на жилой дом и земельный участок оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Верховный Суд Республики Татарстан в течение месяца со дня составления решения суда в окончательной форме.

Председательствующий: О.М.Тюфтина