Приговор № 1-66/2018 от 15 июля 2018 г. по делу № 1-66/2018

Дело № 1-66/2018


П Р И Г О В О Р

Именем Российской Федерации

город Каменск – Уральский

Свердловской области 16 июля 2018 года

Синарский районный суд г. Каменска – Уральского Свердловской области в составе председательствующего судьи Серебряковой Т.В.

при секретаре судебного заседания Вараксиной Е.С.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора г. Каменска-Уральского Павлова Д.В.,

потерпевшего М.А.,

его представителя адвоката Савкиной Н.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника подсудимого – адвоката Карпова Б.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании уголовное дело в отношении

ФИО1, <*****>, несудимого;

в порядке ст. 91 УПК РФ не задерживавшегося, мера пресечения в отношении которого в виде подписки о невыезде избрана (дата) (том 2 л.д. 20,21),

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации,

У С Т А Н О В И Л:

Подсудимый ФИО1, являясь лицом, управляющим автомобилем, нарушил правила дорожного движения, что повлекло по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью потерпевшего М.А., при следующих обстоятельствах.

20 августа 2017 года около 22 часов 35 минут в темное время суток, ФИО1, управляя технически исправным автомобилем ВАЗ 21093 государственный регистрационный знак №, двигался по второстепенной дороге проезжей части переулка Исетский в г. Каменске-Уральском Свердловской области, со стороны ул. Красных Орлов. Приближаясь к пересечению с улицей Ленина, в условиях неограниченной видимости, заметил по ходу своего движения дорожный знак 2.4 «Уступите дорогу» Правил дорожного движения Российской Федерации (ПДД РФ), установленный перед перекрестком и регламентирующий очередность проезда перекрестков, однако ФИО1 небрежно отнесся к требованию данного дорожного знака и дорожной обстановке, а именно не убедился в отсутствии транспортных средств, движущихся по проезжей части улицы Ленина, являющейся главной дорогой, не уступил дорогу автомобилю ВАЗ 111740 государственный регистрационный знак №, двигавшемуся по проезжей части ул. Ленина слева направо относительно нахождения автомобиля ВАЗ 21093 государственный регистрационный знак №, продолжил движение через перекресток с поворотом налево, в результате чего допустил столкновение с указанным автомобилем ВАЗ 111740 государственный регистрационный знак № под управлением М.А. Своими действиями ФИО1 нарушил п. 13.9 ПДД РФ, требующего от водителя транспортного средства, движущегося по второстепенной дороге, на перекрестке неравнозначных дорог, уступить дорогу транспортным средствам, приближающимся по главной, независимо от направления их дальнейшего движения. В результате столкновения М.А. причинены телесные повреждения в виде закрытого оскольчатого перелома правой вертлужной впадины со смещением отломков, вывиха правого бедра, ссадины области правого надколенника, области правой наружной лодыжки, которые в совокупности квалифицируются как тяжкий вред здоровью, повлекший за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи.

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании отношение к предъявленному обвинению не высказал, его защитник адвокат Карпов Б.А. указал, что ФИО1 виновным себя в совершении данного преступления не признает полностью, а предъявленное обвинение считает абсурдным.

Однако, по мнению суда, вина подсудимого ФИО1 в совершении изложенного выше преступления подтверждается, а доводы подсудимого об отсутствии в его действиях состава преступления опровергаются совокупностью следующих доказательств: протоколами осмотра места происшествия, осмотра предметов, заключениями экспертиз: судебно-медицинской, автотехнической, показаниями потерпевшего М.А., свидетелей З., М.В., Г., П.Д., П.А., эксперта А.

Так, из рапорта ст. дежурного дежурной части ОБ ДПС ГИБДД МО МВД России «Каменск-Уральский» следует, что 20 августа 2017 года в 22:35 часов на перекрестке ул. Ленина – пер. Исетский водитель автомобиля ВАЗ 21093 государственный регистрационный знак № ФИО1 при выезде со второстепенной дороги не предоставил право преимущественного проезда и допустил столкновение с двигавшимся по главной дороге автомобилем ВАЗ 111740 государственный регистрационный знак № под управлением М.А. В результате дорожно-транспортного происшествия водители получили травмы и были доставлены в городскую больницу (том 1 л.д. 5).

Из протокола осмотра места совершения административного правонарушения следует, что 20 августа 2017 года был осмотрен участок дороги по ул. Ленина. Было установлено, что проезжая часть имеет уклон; покрытие асфальт, сухое; дорога имеет два направления движения шириной 12 метров, на проезжей части нанесена горизонтальная разметка 1.1. Перекресток является нерегулируемым. Место происшествия находится в районе действия дорожных знаков 2.4, 3.4, 2.1, 8.3.1, 8.23, 3.24, 3.27. Участок дороги имеет искусственное освещение. Автомобили ВАЗ 21093 и ВАЗ 111740 расположены за пределами проезжей части. Следы торможения автомобиля ВАЗ 111740 спаренные, сплошные, со смазанным отпечатком протектора, длиной 48,7 м, начало следов в 5,8 м от левого края проезжей части, конец в 0,0 м от левого края проезжей части ул. Ленина. Признаки направления движения транспортного средства по направлению следов торможения. Разброс осколков передних фонарей, стекол, обломки бамперов, кузова обоих транспортных средств разбросаны на проезжей части ул. Ленина в районе места столкновения (том 1 л.д. 19-23).

Указанные в протоколе осмотра места совершения административного правонарушения обстоятельства отражены в схеме места дорожно-транспортного происшествия, в которой указаны место столкновения, следы торможения автомобиля ВАЗ 111740 и расположение автомобилей после дорожно-транспортного происшествия, в фототаблицах изображено место дорожно-транспортного происшествия, следы торможения автомобиля ВАЗ 111740 (том 1 л.д. 24, 25-29).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля сотрудник ГИБДД П.Д. подтвердил, что составлял схему места ДТП, при этом место столкновения автомобилей было определено исходя из зафиксированных на месте ДТП следов торможения автомобиля ВАЗ 111740, осколков стекол, а также со слов участника ДТП – водителя автомобиля ВАЗ 21093 ФИО1 Все участники ДТП подписали схему, каких-либо замечаний не высказывали. Потерпевший М.А. подписал схему на следующий день, никаких возражений и замечаний не высказывал, не заявлял, что не согласен с указанным на схеме местом столкновения автомобилей.

Повреждения, полученные транспортными средствами в результате дорожно-транспортного происшествия, зафиксированы в протоколах осмотра транспортных средств.

Из протокола осмотра транспортного средства ВАЗ 111740 следует, что на автомобиле имеются внешние повреждения, деформация крыши кузова, капота, переднего бампера, решетки радиатора, радиатора ДВС, переднего правого крыла, передней правой двери, правого порога кузова, переднего левого крыла, переднего лобового стекла, переднего правого зеркала заднего вида, КПП, рулевого колеса, передней панели салона, передней правой и левой блок фары, передней подвески, передней шины правого колеса (том 1 л.д. 42).

Из протокола осмотра транспортного средства ВАЗ 21093 следует, что на автомобиле имеются внешние повреждения, деформация крыши кузова, переднего левого крыла, переднего бампера, капота, передней подвески, решетки радиатора, радиатора ДВС, переднего правого крыла, передней правой двери, передней панели приборов, переднего левого сидения, лобового стекла, стекла передней левой двери, передней правой и левой блок фары, переднего стеклоочистителя, рулевой колонки, смещения ДВС, смещения ИПП (том 1 л.д. 43).

Из совокупности показаний свидетеля З. в судебном заседании и в ходе предварительного следствия (том 1 л.д. 107-108), следует, что он является сотрудником ГИБДД и 20 августа 2017 года выезжал на место ДТП. Было установлено, что автомобиль ВАЗ 21093 выехал со второстепенной дороги пер. Исетский на главную, а автомобиль ВАЗ 111740 двигался по главной дороге по ул. Ленина со стороны пер. Санаторный в сторону ул. Карла Маркса. Свидетель отбирал объяснения с участников ДТП. Водитель автомобиля ВАЗ 111740 пояснял, что двигался по главной дороге, увидел, что с пер. Исетский выезжает автомобиль ВАЗ 21093, избегая столкновения, водитель автомобиля ВАЗ 111740 применил торможение. Водитель ВАЗ 21093 пояснил, что выезжал с пер. Исетский на ул. Ленина, выполнял поворот налево. Увидев ВАЗ 111740, который двигался по ул. Ленина, ускорил движение, но избежать столкновения не смог.

Из заключения автотехнической экспертизы №, 1785 от 20 декабря 2017 года следует, что первоначальный контакт при столкновении произошел между передней частью переднего бампера автомобиля ВАЗ 111740 и левой частью передней бампера автомобиля ВАЗ 21093, при этом угол между продольными осями транспортных средств составлял около 120-140 градусов. Место столкновения автомобилей ВАЗ 21093 и ВАЗ 111740 располагалось на проезжей части ул. Ленина на полосе движения, предназначенной для движения в сторону пер. Санаторный, в непосредственной близости от изменения направления следов торможения автомобиля ВАЗ 111740, а именно на расстоянии около 7,1 м от правого (по ходу движения автомобиля ВАЗ 111740) края проезжей части ул. Ленина и на расстоянии 12,1 м от угла дома № 159 А по ул. Ленина, при этом угол между продольными осями транспортных средств составлял около 130 градусов. Скорость автомобиля ВАЗ 111740 перед началом торможения составляла не менее 102,6 км/ч. Расстояние, на котором автомобиль ВАЗ 111740 находился от места столкновения, установленного экспертным путем, в момент возникновения опасности с применением мер к торможению определяется равным 72,2 м. Остановочный путь автомобиля ВАЗ 111740 при экстренном торможении в условиях места происшествия определяется равным 23,6 м при скорости 40,0 км/ч, 42,6 м при скорости 60,0 км/ч и 98,6 м при установленной скорости 102,6 км/ч. Расстояние, на котором автомобиль ВАЗ 111740 находился от места столкновения, установленного экспертным путем, при времени движения автомобиля ВАЗ 21093 в опасном направлении через перекресток от начала выезда на проезжую часть ул. Ленина до столкновения в 3 секунды с учетом тормозного пути, определяется равным 88,0 м. Водитель ВАЗ 111740 располагал технической возможность остановиться до места столкновения со скоростью 40,0 и 60,0 км/ч, и не располагал технической возможностью остановиться до места столкновения при движении с установленной скоростью 102,6 км/ч в заданный момент возникновения опасности. В условиях данного дорожно-транспортного происшествия водитель ВАЗ 111740 должен был руководствоваться п. 10.1 ПДД с учетом требований дорожного знака 3.24 «Ограничение скорости 40 км/ч». В условиях данного дорожно-транспортного происшествия водитель ВАЗ 21093 должен был руководствоваться п. п. 8.1, 13.9 ПДД (том 1 л.д. 145-150).

Из заключения автотехнической экспертизы №, 1876 от 25 декабря 2017 года следует, что непосредственно перед возникновением опасной дорожной ситуации автомобиль ВАЗ 21093 двигался по пер. Исетский в направлении ул. Ленина, а автомобиль ВАЗ 111740 двигался по ул. Ленина в направлении пер. Исетский по встречной для его направления движения полосе проезжей части, то по полосе, предназначенной для движения в сторону пер. Исетский. Далее автомобиль ВАЗ 21093 начал маневр поворота налево с выездом на ул. Ленина в направлении пер. Санаторный, приблизительно в это время с учетом возможности водителя автомобиля ВАЗ 111740 определить опасность для движения, водитель автомобиля ВАЗ 111740 предпринял экстренное торможение. К моменту первоначального контакта автомобиль ВАЗ 111740 двигался прямолинейно в заторможенном состоянии по проезжей части ул. Ленина в сторону пер. Исетский по полосе предназначенной для движения в сторону пер. Санаторный, а автомобиль ВАЗ 21093 осуществляя маневр поворота налево, двигался по проезжей части ул. Ленина и выезжал на полосу, предназначенную для движения в сторону пер. Санаторый.

Имеющиеся на транспортных средствах повреждения в целом характерны для столкновения, которое по механизму является перекрестным. Затем транспортные средства перемещались совместно, при этом автомобиль ВАЗ 111740 получил импульс справа под действием которого его траектория отклонилась влево, а автомобиль ВАЗ 21093 под воздействием импульса, полученного в результате столкновения, изменил траекторию движения и начал двигаться в сторону ул. Карла Маркса и в сторону правого (относительно направления движения автомобиля ВАЗ 111740) края проезжей части по ул. Ленина.

После столкновения и после выхода из контакта транспортные средство продолжали движение до места остановки следующим образом:

- автомобиль ВАЗ 111740 продолжал прямолинейное движение со смещением влево, выехал за пределы проезжей части по ул. Ленина, пересек обочину и остановился, наехав на препятствие – дом;

- автомобиль ВАЗ 21093 продолжил движение в сторону ул. Карла Маркса и в сторону правого (относительно направления движения автомобиля ВАЗ 111740) края проезжей части ул. Ленина, наиболее вероятно с разворотом по часовой стрелке.

Возможность обнаружения водителем какого-либо препятствия на дороге зависит от большого числа факторов, не поддающихся полному учету, таких как освещенность, прозрачность атмосферы, светоотражающие свойства препятствия и фона, на котором оно выделяется, наличия света фар встречного транспорта, продольного профиля проезжей части, изгиба дороги и т.д. Она также зависит от субъективных качеств водителя, оценка которых выходит за пределы компетенции эксперта, поэтому установление наличия либо отсутствия ограничения видимости для водителя при движении со стороны п. Ленинский в центру города возможно лишь экспериментально в условиях, максимально приближенных к дорожным условиям при ДТП (том 1 л.д. 154-156).

Из заключения автотехнической экспертизы № от 28 мая 2018 года следует, что скорость автомобиля ВАЗ 21093 в момент столкновения составляла не менее 19,26 км/ч. Время, за которое автомобиль ВАЗ 111740 преодолел расстояние, указанное в п. 5 заключения эксперта №, 1785, с момента возникновения опасности с применением мер к торможению до места столкновения с автомобилем ВАЗ 21093 определяется равным 2,9 с. Расстояние, на котором автомобиль ВАЗ 21093 находился от места столкновения в момент нахождения автомобиля ВАЗ 111740 от места столкновения на расстоянии, указанном в п. 5 заключения эксперта №, № при равномерном (без изменения скорости) движении определяется равным 15,5 м. Тормозной пусть автомобиля ВАЗ 21093 при экстренном торможении определяется равным 3,7 м. Остановочный путь автомобиля ВАЗ 21093 при экстренном торможении определяется равным 9,0 м. Водитель автомобиля ВАЗ 21093 ФИО1 располагал технической возможностью остановиться до места столкновения в случае обнаружения опасности, в момент нахождения автомобиля ВАЗ 111740 от места столкновения на расстоянии, указанном в п. 5 заключения эксперта №, №. Однако следует учитывать, что расстояние, на котором находился автомобиль ВАЗ 21093 от места столкновения (15,5 м), определено при условии равномерного (без изменения скорости) движения автомобиля ВАЗ 21093. При ином характере движения данное расстояние может отличаться от расчетного.

В случае движения автомобиля ВАЗ 111740 по полосе проезжей части ул. Ленина, предназначенной для движения в сторону ул. Карла Маркса, при установленной скорости, расстояние от правого (относительно направления движения автомобиля ВАЗ 111740) края проезжей части до задней части автомобиля ВАЗ 21093, определяется равным 4,1 м. Данного расстояния с учетом ширины автомобиля ВАЗ 111740 достаточно для разъезда транспортных средств. Однако, поскольку автомобиль ВАЗ 21093 не освободил полосу, предназначенную для движения в сторону ул. Карла Маркса, полностью, нельзя исключить возможность столкновения данных транспортных средств. При условии движения автомобиля ВАЗ 111740 по полосе проезжей части ул. Ленина, предназначенной для движения в сторону ул. Карла Маркса, с разрешенной скоростью 40 км/ч, автомобиль ВАЗ 21093 успевал полностью освободить данную полосу, что исключает возможность столкновения данных транспортных средств.

Автомобиль ВАЗ 21093 за время движения автомобиля ВАЗ 111740 на расстоянии, указанном в п. 5 заключения №, № с разрешенной скоростью 40 км/ч, успевал завершить маневр поворота налево. Следовательно, опасность для движения создавал водитель автомобиля ВАЗ 111740, поскольку двигался по полосе проезжей части ул. Ленина, предназначенной для движения в сторону пер. Санаторный, то есть на полосе встречного движения, выезд на которую в данном месте запрещен требованиями дорожной разметки 1.1.

Для установления факта способствования автомобиля Форд данному ДТП, а также любых иных расчетов, связанных с движением автомобиля Форд, необходимы исходные данные, позволяющие привязать параметры движения данного автомобиля к движению любого из участников ДТП (ВАЗ 21093 и ВАЗ 111740). (том 2 л.д. 131-137).

Допрошенный в судебном заседании эксперт А. подтвердил правильность выводов сделанных экспертиз, а также указал, что выводы, отраженные в п.п. 7-8 заключения №, являются ответами на поставленные в постановлении о назначении экспертизы вопросы, и не согласуются с фактическими обстоятельствами дела. Вывод о том, что именно М.А. создавал опасность для движения, поскольку двигался по встречной полосе, дан при условии, что потерпевший двигался со скоростью 40 км/ч, тогда водитель ФИО1 успевал закончить маневр поворота налево. Поскольку было установлено, что потерпевший двигался со скоростью, значительно превышающей 40 км/ч, то вопрос о том, чьи действия привели к дорожно-транспортному происшествию, является правовым, и не входит в компетенцию эксперта-автотехника. Кроме того, в вопросе 4 заключения № неверно указано название автомобиля, что является технической опечаткой. Следует читать «тормозной путь автомобиля ВАЗ 21093 при экстренном торможении определяется равным 3,7 м».

Из протокола осмотра места происшествия и прилагаемой к нему схемы и иллюстрационной таблицы следует, что проезжая часть ул. Ленина от пер. Исетский в направлении пер. Санаторный просматривается без ограничений на расстоянии в 218,2 метра (том 1 л.д. 163-192).

Из протокола осмотра места происшествия и прилагаемой к нему схемы и иллюстрационной таблицы следует, что проезжая часть ул. Ленина от пер. Исетский (от угла дома № 159 а по ул. Ленина) в направлении пер. Санаторный просматривается без ограничений на расстояние 84,3 и 100,1 м, что соответствует расстоянию в 72,2 и в 88,0 метра, установленных в п. 5 и 7 заключения эксперта №, №, на которых автомобиль ВАЗ 111740 находился от места столкновения и в момент возникновения опасности с применением мер к торможению (том 1 л.д. 194-225).

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля П.А. пояснил, что расследовал уголовное дело в отношении ФИО1, в ходе расследования он дважды осматривал место происшествия, в том числе и с целью установить обзорность и видимость для водителя ФИО1 При повторном осмотре он руководствовался в том числе и теми расстояниями, которые были установлены экспертом в ходе автотехнической экспертизы (заключение №, №).

В судебном заседании было осмотрено вещественное доказательство – видеозапись, на которой зафиксировано движение транспортных средств непосредственно перед ДТП, а также фотоиллюстрации с места ДТП.

Из протокола осмотра предметов следует, что был осмотрен компакт-диск с видеозаписью и фотоматериалами, при просмотре видеозаписи было зафиксировано движение транспортных средств ВАЗ 21093 и ВАЗ 111740 непосредственно перед столкновением (том 1 л.д. 226-252).

Из протокола осмотра места происшествия и прилагаемой к нему фототаблицы следует, что был осмотрен участок ул. Ленина в г. Каменске-Уральском и дом № 160 по ул. Ленина, на фасаде которого расположена видеокамера (том 1 л.д. 257-262).

Свидетель Г. в судебном заседании пояснил, что проживает в доме № по ул. Ленина, на его доме установлена видеокамера, которая направлена на пер. Исетский. В августе 2017 года передал видеозапись с камеры наблюдения, на которой зафиксированы обстоятельства, предшествовавшие столкновению, сотруднику ГИБДД и отцу водителя ВАЗ 111740.

Из показаний потерпевшего М.А. следует, что 20 августа 2017 года около 22:30 часов он управлял технически исправным автомобилем ВАЗ 111740 государственный регистрационный знак №, двигался по ул. Ленина со стороны пер. Санаторный в сторону ул. Карла Маркса. Было темно, из наружного освещения горел один фонарь, на его машине были включены ближний свет фар и передние противотуманные фары. В машине он находился один, не был пристегнут ремнем безопасности. Перед ним двигался автомобиль Форд со скоростью около 40 км/ч, который он решил опередить, тем более, ширина дороги позволяла это сделать. Включив левый сигнал поворота, он перестроился, стал опережать Форд, при этом его скорость составляла около 70 км/ч, уже выехав на полкорпуса вперед Форда, он заметил, что с второстепенной дороги выезжает автомобиль ВАЗ, в это время он находился на расстоянии примерно 20-100 метров от автомобиля ВАЗ. С целью предотвращения столкновения, он применил экстренное торможение и инстинктивно вывернул руль влево. Однако столкновения избежать не удалось. Он въехал передней частью своего автомобиля в переднюю левую часть автомобиля подсудимого. В результате дорожно-транспортного происшествия он получил следующие травмы: закрытый оскольчатый перелом правой вертлужной впадины, вывих правой бедренной кости, а также многочисленные ссадины. Длительное время он проходил лечение, мог передвигаться только на костылях, в стационаре ему была сделана операция, поставлена пластина на задний край вертлужной впадины. Из-за травмы его не взяли в армию, он не смог продолжать работать по специальности, поскольку врачи рекомендовали исключить работу на тракторе. Виновным в ДТП считает водителя ФИО1, который выезжая со второстепенной дороги, не уступил дорогу водителю, двигавшемуся по главной дороге.

Из показаний свидетеля М.В. следует, что 20 августа 2017 года от своего сына – потерпевшего М.А. он узнал о дорожно-транспортном происшествии, после чего сразу приехал на место ДТП, где видел автомобили ВАЗ 111740 и ВАЗ 21093, у которых были повреждены передние части кузова. В дальнейшем со слов сына узнал, что тот двигался по ул. Ленина в сторону ул. Карла Маркса, стал опережать автомобиль Форд, в этот момент увидел автомобиль ВАЗ 21093, который выезжал со стороны пер. Исетский и не уступал ему (потерпевшему) дорогу. Избегая столкновения, М.А. применил торможение и вывернул руль влево, но избежать столкновения не мог.

Из справки ГБУЗ СО «Городская больница г. Каменск-Уральский» следует, что 20 августа 2017 года в отделение травматологии поступил М.А. с диагнозом перелом правой вертлужной впадины, вывих головки правой бедренной кости (том 1 л.д. 31).

Согласно заключению эксперта № от 21 ноября 2017 года у М.А. при поступлении в травматологическое отделение ГБУЗ СО «Городская больница г. Каменска-Уральского» 20 августа 2017 года и в последующие дни обнаружены закрытый оскольчатый перелом правой вертлужной впадины со смещение отломков, вывих правого бедра, ссадины области правого наколенника, области наружной лодыжки, которые могли образовать как от удара (ударов) тупым твердым предметом (предметами), так и при соударении о таковой, давностью образования менее 1 суток на момент обращения за медицинской помощью 20 августа 2017 года, в совокупности повлекли за собой значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть, независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, и квалифицируются как тяжкий вред здоровью (том 1 л.д. 116-117).

Из протокола об административном правонарушении от 04 октября 2017 года следует, что 20 августа 2017 года около 22:35 часов М.А. на перекрестке ул. Ленина – пер. Исетский управлял транспортным средством ВАЗ 111740 в зоне действия знака 3.24 «Ограничение максимальной скорости 40 км/ч» со скоростью 97,1 км/ч, превысив установленную скорость на 57.1 км/ч, чем нарушил п. 10.1 ПДД (том 1 л.д. 46).

Постановлением должностного лица ГИБДД от 11 октября 2017 года М.А. признан виновным в нарушении п. п. 10.1, 10.2 ПДД, а именно в превышении установленной скорости движения на 57,1 км/ч, то есть в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 3 ст. 12.9 КоАП РФ, ему назначено наказание в вилле штрафа в размере 1000 рублей (том 1 л.д. 98).

Согласно информации, предоставленной МКУ «УГХ», на перекрестке ул. Ленина и пер. Исетский имелась дорожная разметка 1.1 (том 1 л.д. 64-65).

Из протокола об административном правонарушении от 04 октября 2017 года следует, что 20 августа 2017 года около 22:35 часов М.А. управлял транспортным средством ВАЗ 111740 на перекрестке ул. Ленина – пер. Исетский выехал на полосу, предназначенную для встречного движения, обозначенную горизонтальной разметкой 1.1, разделяющей транспортные потоки противоположных направлений, чем нарушил п. 1.3, п. 9.1 ПДД (том 1 л.д. 49).

Постановлением по делу об административном правонарушении от 07 ноября 2017 года, вынесенным мировым судьей судебного участка № 1 Синарского судебного района г. Каменска-Уральского, М.А. признан виновным в выезде транспортного средства на полосу, предназначенную для встречного движения, обозначенную дорожной разметкой 1.1, то есть в нарушении п. 1.3 и 9.1 ПДД, то есть в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, ему назначено наказание в виде лишения права управления транспортного средства на срок 4 месяца. Решением Синарского районного суда г. Каменска-Уральского Свердловской области от 13 декабря 2017 года постановление мирового судьи от 07 ноября 2017 года оставлено без изменения (том 1 л.д. 99-100, 101-102).

Из протокола об административном правонарушении от 24 августа 2017 года следует, что 20 августа 2017 года около 22:35 часов М.А. на перекрестке ул. Ленина – пер. Исетский управлял транспортным средством ВАЗ 111740 с непристегнутым ремнем безопасности, чем нарушил п. 2.1.2 ПДД (том 1 л.д. 57).

Согласно акта медицинского освидетельствования и результатов химико-токсилогического исследования состояние опьянения у М.А. не установлено (том 1 л.д. 50, 51).

Подсудимый ФИО1 в судебном заседании не оспаривал, что 20 августа 2017 года около 22:35 часов он двигался на автомобиле ВАЗ 21093 государственный регистрационный знак № по пер. Исетский со стороны ул. Красных Орлов в сторону ул. Ленина, заметил знак 2.4, снизил скорость, выполнял маневр левого поворота на ул. Ленина, где произошло столкновение с автомобилем ВАЗ 111740 под управлением потерпевшего. Не оспаривал, что потерпевшему в результате дорожно-транспортного происшествия были причинены повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью.

Из заключения эксперта № от 22 сентября 2017 года следует, что у ФИО1 при обращении за медицинской помощью обнаружена «ушибленная» рана области правого коленного сустава. Такая рана может образоваться в результате ударного воздействия тупого твердого предмета. Рана подвергалась первичной хирургической обработке с наложением швов, что может свидетельствовать о давности причинения раны – менее 1 суток на момент обращения за медицинской помощью 20 августа 2017 года, повлекла за собой кратковременное расстройство здоровья продолжительностью менее 3-х недель, и квалифицируется как легкий вред здоровью (том 1 л.д. 124-125).

Таким образом, исследовав все доказательства, представленные стороной обвинения, суд приходит к убеждению, что их совокупности достаточно для вывода о виновности подсудимого ФИО1 в нарушении лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшего по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

Поскольку судом достоверно установлено, что ФИО1 20 августа 2017 года около 22 часов 35 минут, управляя автомобилем ВАЗ 21093, в нарушении п. 13.9 ПДД, в зоне действия знака 2.4 ПДД, не убедился в отсутствии транспортных средств, движущихся по проезжей части ул. Ленина, являющейся главной дорогой, не уступил дорогу автомобилю ВАЗ 111740, двигавшемуся по проезжей части ул. Ленина слева направо относительно автомобиля ВАЗ 21093, продолжил движение через перекресток с поворотом налево, в результате чего допустил столкновение с автомобилем ВАЗ 111740 под управлением М.А. В результате столкновения М.А. причинены телесные повреждения, которые квалифицируются как тяжкий вред здоровью. При этом между нарушением ФИО1 п. 13.9 ПДД и причинением тяжкого вреда здоровью М.А. имеется прямая причинно-следственная связь.

Подсудимый ФИО1 при управлении автомобилем ВАЗ 21093 не предвидел возможности наступления общественно-опасных последствий своих действий, хотя при необходимой внимательности и предусмотрительности должен был и мог их предвидеть, то есть совершил преступление по неосторожности в виде небрежности.

На основании изложенного суд квалифицирует действия ФИО1 по ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности причинение тяжкого вреда здоровью человека.

При этом судом в основу приговора в качестве доказательств виновности подсудимого кладутся исследованные в судебном заседании письменные доказательства, протоколы осмотров, заключения экспертиз, показания свидетелей З., М.В., Г., П.Д., П.А., эксперта А., а также показания потерпевшего М.А. и подсудимого ФИО1 в части, не противоречащей установленным судом обстоятельствам.

Анализ указанных доказательств показывает, что все они добыты с соблюдением установленного уголовно-процессуальным законом порядка и являются допустимыми. Они полностью согласуются между собой, дополняют друг друга, в своей совокупности образуют единую и целостную картину преступных событий, что позволяет суду достоверно и полно установить фактические обстоятельства дела и прийти к выводу о виновности ФИО1 в предъявленном ему обвинении.

Вывод эксперта о характере, времени и последствиях повреждений потерпевшего М.А. не вызывают сомнений в своей объективности, поскольку сделан квалифицированным специалистом и согласуется с иными доказательствами по уголовному делу.

Каких-либо сведений о заинтересованности свидетелей, эксперта или потерпевшего при даче показаний в отношении подсудимого, оснований для оговора ими ФИО1 судом не установлено, сведений о наличии у них какой-либо корыстной заинтересованности в исходе данного уголовного дела судом также не установлено, не назвала таковых и сторона защиты, тем более, что основные возражения сторона защита высказывала о правовой оценке действий ФИО1

В судебном заседании потерпевший М.А. пояснял, что двигался со скоростью около 70 км/ч, а не 102,6 км/ч, как это отражено в заключении эксперта, совершая маневр опережения автомобиля Форд, при этом из своей полосы он не выезжал, а увидев выезжавший со второстепенной дороги автомобиль ВАЗ 21093 вывернул руль влево, поэтому столкновение произошло на середине дороги, а не на встречной для него полосе, как это указано в схеме места дорожно-транспортного происшествия. Данные показания потерпевшего суд признает недостоверными, поскольку они противоречат установленным судом обстоятельствам дела, в частности, схеме места совершения дорожно-транспортного происшествия, которая подтверждается протоколом осмотра места совершения административного правонарушения, где описаны следы торможения автомобиля ВАЗ 111740, наличие осколков на проезжей части ул. Ленина, заключениям автотехнической экспертизы, признанных судом достоверными. Со схемой места совершения дорожно-транспортного происшествия М.А. знакомился, каких-либо возражений не высказывал, что подтвердил в судебном заседании свидетель ФИО2 экспертиза была проведена квалифицированным специалистом, выводы эксперта сомнений у суда не вызывают. При этом суд полагает, что показания потерпевшего М.А. являются его субъективным отношением к произошедшим событиям и не свидетельствуют об оговоре подсудимого ФИО1 В остальной части показания потерпевшего М.А. у суда сомнений не вызывают.

По существу предъявленного обвинения подсудимый ФИО1 пояснил, что осуществляя поворот налево с второстепенной дороги на главную, он убедился в безопасности своего маневра, остановившись перед перекрестком, заблаговременно включив указатель левого поворота, а также посмотрев направо и налево. Справа никаких помех не было, слева по ул. Ленина двигался автомобиль Форд. Поскольку автомобиль Форд находился на значительном расстоянии (около 100 м), он посчитал, что успеет завершить маневр поворота налево. После чего начал движение с небольшой скоростью. После завершения маневра, произошло лобовое столкновение с автомобилем ВАЗ 111740 под управлением потерпевшего. Изначально он (ФИО1) подумал, что столкнулся с автомобилем Форд, поскольку автомобиля ВАЗ 111740 он на дороге не видел. Столкновение произошло на встречной для автомобиля ВАЗ 111740 полосе движения. Поскольку он свой маневр поворота налево завершил, находился на своей полосе движения, считает, что в его действиях отсутствует состав преступления, а причинение вреда здоровью потерпевшего не находится в причинной связи с его (ФИО1) действиями, тем более, что сам потерпевший грубо нарушил правила дорожного движения, выехав на полосу встречного движения со скоростью более 100 км/ч, что объективно подтверждается постановлениями о привлечении М.А. к административной ответственности, заключениями автотехнических экспертиз, схемой места ДТП.

Однако суд показания ФИО1 о том, что маневр поворота он завершил, а между автомобилями произошло лобовое столкновение, признает недостоверными, поскольку они противоречат совокупности собранных по делу доказательств и не подтверждаются исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, из протокола осмотра транспортных средств и фотографий с места происшествия следует, что основные повреждения автомобилей ВАЗ 111740 и ВАЗ 21093 находятся с передней стороны, что подтверждается и заключениями автотехнической экспертизы №, № и №, 1876, в соответствии с которыми основные повреждения автомобиля ВАЗ 111740 находятся с передней стороны, направление деформации спереди назад, а основные повреждения автомобиля ВАЗ 21093 находятся с передней стороны, направление деформации спереди назад и слева направо. То есть первоначальный контакт при столкновении произошел передней частью переднего бампера автомобиля ВАЗ 111740 и левой частью переднего бампера автомобиля ВАЗ 21093, при этом угол между продольными осями транспортных средств составлял 120-140 градусов. Имеющиеся на транспортных средствах повреждения в целом характерны для перекрестного столкновения. В судебном заседании эксперт А. также подтвердил свои выводы, указав, что для лобового столкновения повреждения, имевшиеся на автомобиле ВАЗ 21093, нехарактерны. Поэтому показания подсудимого ФИО1 о том, что он завершил маневр поворота налево и полностью находился на своей полосе движения, а столкновение было лобовым, суд признает недостоверными.

Показания ФИО1 о том, что начиная маневр поворота налево он убедился в безопасности своего маневра, увидев слева только автомобиль Форд, который находился на расстоянии около 100 м, после чего начал движение, а автомобиль ВАЗ 111740 он не видел и не мог видеть, поскольку этому мог помешать изгиб и уклон дороги, а также проезжавший автомобиль Форд, суд расценивает как избранную подсудимым линию защиты с целью избежать уголовной ответственности. Данные показания подсудимого противоречат протоколам осмотра места происшествия, которые проводил следователь в ходе предварительного следствия, фототаблицам с места происшествия, из которых следует, что обзорность и видимость на данном участке дороги ничем не ограничена, изгиб и уклон дороги не препятствуют видимости в направлении обзора с места водителя автомобиля ВАЗ 21093. Из показаний подсудимого ФИО1 и потерпевшего М.А., а также осмотренной видеозаписи следует, что на момент дорожно-транспортного происшествия на дороге находилось всего три участника дорожного движения – автомобили подсудимого и потерпевшего, а также автомобиль Форд, который двигался в попутном направлении с автомобилем под управлением потерпевшего М.А. Каких-либо других автомобилей на дороге не было. Из осмотренной видеозаписи следует, что у всех автомобилей горели внешние световые приборы. Из показаний потерпевшего М.А. следует, что при приближении к перекрестку, он видел выезжавший со второстепенной дороги с пер. Исетский автомобиль под управлением ФИО1

ФИО1, управляя автомобилем, двигаясь в темное время суток, в условиях, позволяющих при необходимом внимании и предусмотрительности обнаружить двигающийся по главной дороге автомобиль ВАЗ 111740 под управлением М.А., не убедился в отсутствии имеющих преимущественное право проезда транспортных средств, продолжил движение, в результате чего произошло столкновение. Из этого очевидно следует, что при должном внимании и соблюдении п. 13.9 ПДД ФИО1 так же имел возможность видеть приближающийся по главной дороге автомобиль ВАЗ 111740.

Несостоятельными являются доводы стороны защиты о том, что обнаружению движущегося автомобиля ВАЗ 111740 мешало двигавшееся транспортное средство Форд, поскольку по смыслу п. 13.9 ПДД ФИО1 в условиях недостаточного обзора проезжей части главной дороги, которую он намеревался пересечь, не имел права начинать движения, поскольку не убедился в том, что его действия не создают помехи имеющим преимущественное право проезда транспортным средствам.

Доводы стороны защиты о неполноте предварительного следствия, в частности не проведении следственного эксперимента для определения видимости для водителя ФИО1, являются несостоятельными, так как имеющаяся совокупность доказательств является достаточной для выводов о виновности подсудимого в инкриминируемом ему преступлении. Следователь в целях определения видимости и обзорности проводил в ходе предварительного следствия осмотр места происшествия, результаты которого зафиксированы в соответствующих протоколах.

Доводы стороны защиты о нахождении потерпевшего М.А. в состоянии опьянения в момент ДТП объективно ничем не подтверждаются. В отношении М.А. проводилось медицинское освидетельствование, в результате которого состояние опьянения установлено не было. Каких-либо оснований не доверять акту медицинского освидетельствования и результатам химико-токсилогического исследования у суда не имеется.

Вопреки доводам стороны защиты, превышение потерпевшим М.А. скорости движения транспортного средства и его выезд на полосу, предназначенную для встречного движения, не находится в прямой причинной связи с дорожно-транспортным происшествием, поскольку М.А. имел установленное Правилами дорожного движения преимущество в движении, двигаясь по главной дороге, и правомерно полагал, что ФИО1, управляя автомобилем, находясь в зоне действия дорожного знака 2.4 «Уступите дорогу», предоставит ему такое право. По смыслу п. 13.9 Правил дорожного движения Российской Федерации, водитель при выезде на главную дорогу со второстепенной, должен уступить дорогу всем транспортным средствам, приближающимся по главной, вне зависимости от того по какой полосе дороги они осуществляют движение.

Вместе с тем, подсудимый не выполнил требования указанного дорожного знака и п. 13.9 ПДД, выехал на перекресток, при этом не убедился в безопасности и в том, что не создаст помеху для движения иным транспортным средствам, в том числе автомобилю под управлением потерпевшего М.А., который имел преимущественное право проезда перекрестка, и допустил столкновение с указанным автомобилем, в результате чего потерпевший получил телесные повреждения, повлекшие тяжкий вред здоровью.

Таким образом, именно указанное нарушение Правил дорожного движения ФИО1 явилось причиной дорожно-транспортного происшествия, и оно состоит в прямой причинной связи с наступившими последствиями.

Вместе с тем, поскольку судом достоверно установлено, что потерпевший М.А. превысил разрешенный и безопасный скоростной режим, т.е. нарушил п. п. 10.1, 10.2 ПДД, что подтверждается как заключением эксперта, так и протоколом об административном правонарушении и постановлением должностного лица ГИБДД о привлечении М.А. к административной ответственности по ст. 12.9 КоАП РФ, а также выехал на полосу встречного движения, то есть нарушил п. 1.3 и 9.1 ПДД, что подтверждено схемой места дорожно-транспортного происшествия и постановлением мирового судьи о привлечении М.А. к административной ответственности по ч. 4 ст. 12.15 КоАП РФ, суд полагает, что нарушение водителем ВАЗ 111740 указанных Правил дорожного движения безусловно должно быть признано в качестве смягчающего наказание ФИО1 обстоятельства.

При назначении меры и срока наказания суд, руководствуясь ст. 60 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает характер и степень общественной опасности преступления, личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие его наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

По характеру общественной опасности подсудимым совершено преступление, которое отнесено законом к категории преступлений небольшой тяжести, посягает на безопасность дорожного движения.

При оценке степени общественной опасности суд учитывает, что преступление совершено по неосторожности.

В качестве сведений о личности подсудимого суд учитывает, что ФИО1 ранее не судим, имеет постоянное место жительства, проживает с супругой, длительное время трудоустроен, на учете у врача-психиатра и у врача-нарколога не состоит, положительно характеризуется по месту жительства и по месту работы, каких-либо отрицательных характеристик в материалы уголовного дела не представлено.

При назначении наказания суд, руководствуясь ч. 2 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, учитывает в качестве смягчающих наказание ФИО1 обстоятельств положительные характеристики подсудимого, а также нарушение потерпевшим М.А. п. п. 10.1, 10.2, 2.1.2, 1.3, 9.1 Правил дорожного движения.

Обстоятельств, отягчающих наказание ФИО1, судом не установлено.

Учитывая характер совершенного преступления, конкретные обстоятельства дела, совокупность смягчающих наказание обстоятельств, отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, принимая во внимание данные о личности подсудимого, который ранее не судим, к уголовной ответственности не привлекался, суд считает необходимым назначить подсудимому ФИО1 наказание, предусмотренное санкцией статьи, в виде ограничения свободы. Именно такое наказание, в соответствии с положениями ч. 2 ст. 43 Уголовного кодекса Российской Федерации, будет максимально способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений.

При этом суд считает возможным не назначать ФИО1 дополнительное наказание в виде лишение права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, на основании ч. 3 ст. 47 Уголовного кодекса Российской Федерации, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного, который согласно алфавитной карточке всего один раз привлекался к административной ответственности за нарушение правил дорожного движения в сентябре 2016 года, грубых нарушений не допускал, штраф уплатил вовремя, кроме того, подсудимый работает водителем, данная работа является для него единственным источником дохода.

Оснований для применения ст. 64 Уголовного кодекса Российской Федерации и назначения подсудимому менее строгого наказания, не предусмотренного санкцией статьи, суд не усматривает, поскольку по делу не установлено каких-либо исключительных обстоятельств, связанных с поведением ФИО1 во время и после совершения преступления, и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления.

Оснований для изменения категории преступления и применения положений ч. 6 ст. 15 Уголовного кодекса Российской Федерации с учетом фактических обстоятельств преступления и степени его общественной опасности, суд не усматривает.

Поскольку судом не установлено смягчающих наказание обстоятельств, предусмотренных п. «и» и (или) «к» ч. 1 ст. 61 Уголовного кодекса Российской Федерации, оснований для применения положений ч. 1 ст. 62 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется.

Правовых оснований для применения в отношении подсудимого ст. 82 Уголовного кодекса Российской Федерации не имеется, поскольку у ФИО1 нет детей в возрасте до 14 лет.

Потерпевшим М.А. заявлен гражданский иск о компенсации морального вреда в сумме 500 000 рублей. В судебном заседании М.А. поддержал заявленный иск в полном объеме. Подсудимый ФИО1 гражданский иск не признал полностью.

При определении размера компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1101 ГК РФ суд учитывает характер нравственных страданий М.А., определенный наступившими последствиями, поскольку по делу установлено и не оспаривается никем из участников процесса, что потерпевшему был причинен закрытый оскольчатый перелом правой вертлужной впадины со смещением отломков, вывих правого бедра, ссадины в области правого надколенника, в области наружной лодыжки, что повлекло значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть независимо от исхода и оказания (неоказания) медицинской помощи, что квалифицировано как тяжкий вред здоровью.

В связи с полученными травмами с 21 августа 2017 года по 02 февраля 2018 года потерпевший находился на лечении, с 28 августа по 12 сентября 2017 года находился на стационарном лечении в травматолого-ортопедическом отделении № 1 Уральского института травматологии и ортопедии, ему была проведена операция – остеосинтез заднего края вертлужной впадины пластиной, длительное время находился на амбулаторном лечении. В настоящее время в связи с характером травмы, потерпевший испытывает боли в ноге, не может долго ходить, вынужден воздерживаться от физических нагрузок, его не взяли в армию по состоянию здоровья, он вынужден был уволиться с работы, в настоящее время не может работать по полученной специальности – тракторист, поскольку ему было рекомендована работа, не связанная с повышенной вибрацией.

Также при определении размера компенсации морального вреда в соответствии со ст. 1101 ГК РФ суд учитывает обстоятельства, при которых потерпевшему были причинены нравственные страдания.

Принимая во внимание перечисленные обстоятельства с учетом принципа разумности, справедливости и соразмерности, учитывая также имущественное состояние подсудимого, суд приходит к выводу о необходимости частичного удовлетворения заявленных М.А. требований, и считает возможным взыскать с подсудимого ФИО1 в пользу потерпевшего М.А. в счет компенсации морального вреда денежные средства в размере 300 000 рублей.

Потерпевшим также заявлены требования о компенсации процессуальных издержек в размере 15 000 рублей, связанных с оплатой услуг адвоката за составление искового заявления и представление его интересов в ходе предварительного следствия и в судебном заседании. Сумма расходов по оплате услуг представителя потерпевшего - адвоката Савкиной Н.А. в размере 15000 рублей подтверждена документально, представлены квитанция № от 01 марта 2018 года и ордеры адвоката, следовательно, подлежит возмещению в силу п. 1.1 ч. 2 ст. 131 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек или уменьшения указанной суммы не имеется с учетом сложности уголовного дела и фактического объема оказанной юридической помощи.

После вступления приговора в законную силу вещественное доказательство по уголовному делу – компакт-диск, в соответствии с ч. 3 ст. 81 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации хранить при уголовном деле.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 303-309 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П Р И Г О В О Р И Л:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, в соответствии с которой назначить наказание в виде ограничения свободы на срок 01 (ОДИН) год 06 (ШЕСТЬ) месяцев.

В соответствии со ст. 53 Уголовного кодекса Российской Федерации ФИО1 установить следующие ограничения: не выезжать за пределы муниципальных образований «город Каменск-Уральский и Каменский городской округ» и не изменять место жительства или пребывания без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденным наказания в виде ограничения свободы.

Возложить на ФИО1 обязанность - являться два раза в месяц для регистрации в вышеуказанный орган.

Меру пресечения ФИО1 – подписку о невыезде и надлежащем поведении оставить без изменения до вступления приговора в законную силу, после чего отменить.

Гражданский иск, заявленный потерпевшим М.А., удовлетворить частично.

Взыскать со ФИО1 в пользу М.А. в возмещение расходов по оплате услуг представителя 15 000 (пятнадцать тысяч) рублей; компенсацию морального вреда 300 000 (триста тысяч) рублей.

Вещественное доказательство по уголовному делу – компакт-диск с фотоиллюстрациями и видеозаписью хранить при уголовном деле.

Приговор может быть обжалован в Свердловский областной суд путем подачи апелляционной жалобы или представления через Синарский районный суд в течение 10 дней со дня его провозглашения, осужденным, содержащимся под стражей, – в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции, о назначении защитника, вправе пригласить защитника либо отказаться от услуг защитника при рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Приговор изготовлен в машинописном варианте в совещательной комнате и является подлинником.

Судья: Т.В. Серебрякова