Апелляционное определение № 33-6598/2026 от 3 мая 2026 г.

Дело № 33-6598/2026 (№ 2-245/2026)

УИД: 66RS0005-01-2025-004731-43

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 04.05.2026

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г. Екатеринбург

22.04.2026

Судебная коллегия по гражданским делам Свердловского областного суда в составе:

председательствующего Ильиной О.В.,

судей Хамиевой Ю.Р.,

ФИО1,

при ведении протокола с использованием средств аудиозаписи помощником судьи Истоминой А.А.,

рассмотрела в открытом судебном заседании путем проведения видеоконференц-связи гражданское дело по иску ФИО2 к федеральному государственному автономному учреждению «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса) Министерства обороны Российской Федерации» в лице филиала «Центральный» об оспаривании решения о снятии с учета нуждающихся в жилых помещениях и восстановлении на учете,

по апелляционной жалобе истца на решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 27.01.2026.

Заслушав доклад судьи Хамиевой Ю.Р., объяснения участников процесса, судебная коллегия

установила:

ФИО2 обратился с иском к Филиалу "Центральный" ФГАУ «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» (ФГАУ "Росжилкомплекс") МО РФ об оспаривании решения, восстановлении на учете нуждающихся в жилых помещениях с даты подачи заявления о постановке на учет, указав в обоснование, что решением ФГАУ "Росжилкомплекс" № 15 от 01.08.2024 майор запаса ФИО2 снят с учета нуждающихся в жилых помещениях. Решение мотивировано тем, что в соответствии с выпиской из ЕГРН, бывшей супругой ФИО3 в период брака с военнослужащим ФИО2, было приобретено жилое помещение на праве единоличной собственности, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью 49,9 кв. м. (договор купли-продажи квартиры от 08.04.2016). ФИО2 имеет равное право собственности на жилое помещение по вышеуказанному адресу. При определении уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения ФИО2 подлежит учету 1/2 (24,95 кв. м.) доля жилого помещения, приобретенного его супругой во время брака. С данным решением истец не согласен, поскольку фактически брачные отношения между ним и его супругой были прекращены еще в 2015 году. С 2015 года истец с супругой совместное хозяйство не вели, проживали отдельно. Приобретённая в кредит, на денежные средства по договору целевого жилищного займа от 28.03.2016, квартира ФИО3 в г. <адрес> 14.04.2016 является её единоличной собственностью и не может учитываться при определении уровня обеспеченности ФИО2 жилым помещением. Просил признать решение ФГАУ "Росжилкомплекс" от 01.08.2024 № 15 о снятии ФИО2 с учета нуждающихся в жилых помещениях – незаконным; обязать ФГАУ "Росжилкомплекс" восстановить ФИО2 на учете нуждающихся в жилых помещениях с даты подачи заявления о постановке на учет, взыскать с ответчика в пользу истца расходы по оплате госпошлины.

Судом к участию в деле в качестве соответчиков привлечены: ФГАУ «Центральное управление жилищно-социальной инфраструктуры (комплекса)» Министерства обороны Российской Федерации и Министерство обороны Российской Федерации.

Представитель ответчиков Филиала "Центральный" ФГАУ "Росжилкомплекс" и ФГАУ "Росжилкомплекс" МО РФ ФИО4, действующий на основании доверенности, в судебном заседании против удовлетворения иска возражал, пояснил, что решением 01.08.2024 ФИО2 правомерно снят с учета нуждающихся в жилых помещениях, поскольку его супругой ФИО3 в период брака с военнослужащим ФИО2, приобретено жилое помещение на праве единоличной собственности, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью 49,9 кв. м. (договор купли-продажи квартиры от 08.04.2016). ФИО2 имеет равное право собственности на жилое помещение по вышеуказанному адресу. Сведения о наличии в совместной собственности супругов вышеуказанной квартиры ФИО2 не указал. При определении уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения ФИО2 подлежит учету 1/2 доля (24,95 кв.м.) жилого помещения, приобретенного его супругой во время брака, что учитывается при определении уровня обеспеченности ФИО2 жилым помещением. Следовательно, уровень обеспеченности ФИО2 составляет 24.95 кв.м. (49,9/2=24,95), что выше учетной нормы, установленной законом города Москвы от 14.06.2006 № 29 -10 кв. м., в избранном истцом месте проживания, и в силу п.2 ч. 1 ст. 51 Жилищного Кодекса Российской Федерации исключает признание его нуждающимся в жилом помещении. Просил в удовлетворении иска отказать.

Третье лицо ФИО5 направила суду письменный отзыв, в котором просила иск ФИО2 удовлетворить, указав в обоснование, что квартира, приобретенная ФИО5 на средства НИС, не является совместной собственностью супругов по прямому указанию закона и судебной практики. Шведов не имеет и не может иметь прав на данную квартиру, поскольку не является стороной договора целевого жилищного займа; средства НИС не являются совместным доходом; снятие с учета нуждающихся незаконно, так как основано на ошибочном понимании правовой природы средств НИС. Восстановление на учете является единственно законным решением, поскольку фактическое жилищное обеспечение ФИО6 не произошло.

Обжалуемым решением исковые требования оставлены без удовлетворения.

С таким решением не согласился истец, им подана апелляционная жалоба, в которой он просит решение суда отменить, как незаконное, необоснованное и принять по делу новое решение которым исковые требования удовлетворить.

В обоснование доводов жалобы указано на неправомерное применение ст.34 Семейного кодекса Российской Федерации. Суд не учел, что раздел квартиры фактически дает бывшему супругу часть средств федерального бюджета, предназначенных только участнику накопительно - ипотечной системы, что может привести к неосновательному обогащению бывшего члена семьи военнослужащего за счет государственных средств и нарушить целевой характер НИС. Средства НИС носят строго целевой характер и предоставляются конкретному военнослужащему для решения его жилищного вопроса. Не учтено, что стоимость квартиры составляет 3 400 000 руб., из которых 1651298,72 руб. – средства НИС, площадь квартиры 49,9 кв.м., стоимость одного квадратного метра- 68136,27 руб. (3400000/49,9). Площадь, соответствующая средствам НИС - 24,23 кв.м. (1651 298,72/68136,27). Оставшаяся площадь распределяется между членами семьи - 25,67 (49,9-24,23). Каждый член семьи получает по 6,42 кв.м., что противоречит нормам обеспеченности. Также судом не учтено, что истец не производил вложений собственных средств в данное недвижимое имущество. Истцом были представлены доводы о фактическом прекращении брачных отношений в 2015 году, однако суд не принял мер к всестороннему исследованию данного обстоятельства, ограничившись формальной констатацией даты расторжения брака. Не учтены письменные пояснения третьего лица (бывшей супруги) ФИО5, которая подтвердила факт раздельного проживания с 2015 года и указывала на единоличный характер права собственности на квартиру. Суд не установил, имел ли истец фактическую возможность пользоваться спорной квартирой, учитывая также конфликтный характер отношений между бывшими супругами. Суд ошибочно применил механический расчет, не учитывая фактическое количество проживающих в квартире. В дополнительных письменных пояснениях, истец также ссылается, что разделу подлежит часть стоимости, уплаченная в браке – 77,7 %, в связи с чем, площадь приходящаяся на ФИО6 составит 7,75 кв.м., что менее учетной нормы 10 кв.м.

Представитель истца ФИО7 в судебном заседании доводы апелляционной жалобы поддержала, представитель ответчика ФИО4 возражал относительно доводов жалобы, просил решение суда оставить без изменения.

Остальные участники процесса в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте слушания дела надлежащим образом. Информация о движении дела была своевременно размещена на официальном сайте Свердловского областного суда в сети интернет: http://www.ekboblsud.ru, которая доступна для всех участников процесса.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия с учетом положений статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации сочла возможным рассмотреть дело в отсутствие участвующих в деле лиц.

Заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность судебного решения в пределах доводов жалобы в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия приходит к следующему.

Судом установлено и материалами дела подтверждается, что ФИО2 проходил военную службу, приказом начальника Федерального управления по безопасному хранению и уничтожению химического оружия от 15.11.2018 №46, досрочно уволен с военной службы в запас в связи с организационно-штатными мероприятиями, общая продолжительность военной службы составила 21 год.

ФИО2 и ФИО3 (в настоящее время-Быкова) с <дата> состояли в браке, который прекращен <дата>, на основании решения мирового судьи судебного участка Кизнерского района Удмуртской Республики от 17.12.2018, которым удовлетворены исковые требования ФИО2 к ФИО3 о расторжении брака и определено место жительства несовершеннолетних детей Ш.А.Е., <дата> г.р. и Ш.Т.Е., <дата> г.р., с матерью. Решение вступило в законную силу 17.01.2019.

В период прохождения службы, 15.09.2017 ФИО2 был принят на учет военнослужащих, нуждающихся в жилых помещениях, по избранному месту жительства г. Москва, составом семьи три человека (военнослужащий ФИО2, дочь Ш.Т.Е., сын – Ш.А.Е.), со статусом «очередник», с формой обеспечения «жилищная субсидия».

24.06.2024 и 22.07.2024 ФИО2 обратился в ФГАУ "Росжилкомплекс" с заявлением о снятии с учета нуждающихся в обеспечении жилыми помещениями несовершеннолетнего сына Ш.А.Е. и дочь Ш.Т.Е., в связи с расторжением брака и отсутствием факта совместного проживания военнослужащего с детьми.

Решением ФГАУ "Росжилкомплекс" МО РФ от 26.07.2024 № 84, дети военнослужащего Ш.А.Е. и Ш.Т.Е. сняты с учета нуждающихся в жилых помещениях, в связи с утратой оснований, дающих им право на обеспечение жилым помещением, по причине отсутствия факта совместного проживания с военнослужащим ФИО2

По результатам проверки учетного дела ФИО2, решением ФГАУ "Росжилкомплекс" МО РФ от 01.08.2024 № 15 ФИО2 снят с учета нуждающихся в жилых помещениях, поскольку его супругой ФИО3 в период брака с ним приобретено жилое помещение на праве единоличной собственности, расположенное по адресу: <адрес>, общей площадью 49,9 кв. м. (договор купли-продажи квартиры от 08.04.2016). ФИО2 имеет равное право собственности на жилое помещение по вышеуказанному адресу. Сведения о наличии в совместной собственности супругов вышеуказанной квартиры ФИО2 не указал. При определении уровня обеспеченности общей площадью жилого помещения ФИО2 подлежит учету 1/2 (24,95 кв. м.) доля жилого помещения, приобретенного его супругой во время брака, что учитывается при определении уровня обеспеченности ФИО2 жилым помещением. Уровень обеспеченности ФИО2 составляет 24.95 кв. м. (49,9/2=24,95), что выше учетной нормы, установленной законом города Москвы от 14.06.2006 № 29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения» (10 кв. м.) - в избранном истцом месте проживания, что в силу пункта 2 части 1 статьи 51 Жилищного Кодекса Российской Федерации исключает признание его нуждающимся в жилом помещении.

Истец с данным решением не согласен, так как фактически брачные отношения между ним и его супругой были прекращены в 2015 году. С 2015 года истец с супругой совместное хозяйство не вели, проживали отдельно. Приобретённая в кредит, на денежные средства по договору целевого жилищного займа от 28.03.2016, квартира ФИО3 в г. <адрес> 14.04.2016 является её единоличной собственностью и не может учитываться при определении уровня обеспеченности ФИО2 жилым помещением, в связи с чем обратился с настоящим иском.

Разрешая заявленные требования, судом было установлено, что ФИО8 также проходила военную службу по контракту и является участником накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих.

В целях реализации права на жилище, 28.03.2016 между Министерством обороны Российской Федерации (заимодавец) и ФИО3 (заемщик) был заключен договор целевого жилищного займа №1602/00212526 предоставляемого участнику накопительно-ипотечной системы, которым заемщику был предоставлен целевой жилищный заем в размере 1651 298 руб. 72 коп. в целях приобретения жилого помещения по адресу: <адрес>, стоимостью 3400 000 руб.

На основании свидетельства о праве участника накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих на получение целевого жилищного займа, ФИО3 28.03.2016 по кредитному договору от 28.03.2016 №40917, заключенному с ПАО «Сбербанк», предоставлен целевой кредит в размере 1148701 руб. 28 коп. на приобретение квартиры по адресу: <адрес>, общей площадью 49,9 кв.м., стоимостью 3400 000 руб., сроком на 106 месяцев.

В период брака сторон по договору купли-продажи квартиры от 08.04.2016, заключенному между Ш.И.А. (продавец) и ФИО3 (покупатель), в собственность последней передана квартира, стоимость которой определена сторонами договора в размере 3 400 000 руб. При этом условиями договора (п. 2.3 договора) установлено, что 1651298 руб. 72 коп. уплачиваются за счет средств, предоставленных по договору целевого жилищного займа, а 1148701 руб. 28 коп. - за счет кредитных средств банка, предоставляемых по договору (п. 2.2 договора), остальные денежные средства - собственные средств покупателя (800000 руб.).

Установив указанные обстоятельства, суд пришел к выводу, что приобретенная сторонами в период брака квартира за счет участия одного из супругов в накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих, в отсутствие доказательств фактического прекращения брачных отношений между супругами Ш-выми с 2015 года, является их совместной собственностью, следовательно, уровень обеспеченности ФИО2 жилым помещением составляет 24.95 кв. м. (49,9/2=24,95), что выше учетной нормы, установленной законом города Москвы от 14.06.2006 № 29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения» (10 кв. м.) - в избранном истцом месте проживания, что в силу п. 2 ч.1 ст. 51 Жилищного Кодекса Российской Федерации исключает признание его нуждающимся в жилом помещении, в связи с чем истец был правомерно снят с учета нуждающихся в жилых помещениях.

Судебная коллегия соглашается с решением суда.

В силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью. К имуществу, нажитому супругами во время брака (общему имуществу супругов), относятся доходы каждого из супругов от трудовой деятельности, предпринимательской деятельности и результатов интеллектуальной деятельности, полученные ими пенсии, пособия, а также иные денежные выплаты, не имеющие специального целевого назначения (суммы материальной помощи, суммы, выплаченные в возмещение ущерба в связи с утратой трудоспособности вследствие увечья либо иного повреждения здоровья, и другие). Общим имуществом супругов являются также приобретенные за счет общих доходов супругов движимые и недвижимые вещи, ценные бумаги, паи, вклады, доли в капитале, внесенные в кредитные учреждения или в иные коммерческие организации, и любое другое нажитое супругами в период брака имущество независимо от того, на имя кого из супругов оно приобретено либо на имя кого или кем из супругов внесены денежные средства.

В соответствии с разъяснениями, данными в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 5 ноября 1998 г. N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 129, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или кем внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Раздел общего имущества супругов производится по правилам, установленным статьями 38, 39 Семейного кодекса Российской Федерации и статьей 254 Гражданского кодекса Российской Федерации. Стоимость имущества, подлежащего разделу, определяется на время рассмотрения дела (пункт 15).

В статье 36 Семейного кодекса Российской Федерации приводится перечень оснований, при наличии которых имущество считается принадлежащим на праве собственности одному из супругов.

Таким имуществом является имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью. Вещи индивидуального пользования (одежда, обувь и другие), за исключением драгоценностей и других предметов роскоши, хотя и приобретенные в период брака за счет общих средств супругов, признаются собственностью того супруга, который ими пользовался. Исключительное право на результат интеллектуальной деятельности, созданный одним из супругов, принадлежит автору такого результата.

В соответствии с п. 1 ст. 15 Федерального закона от 27.05.1998 N 76-ФЗ "О статусе военнослужащих" государство гарантирует военнослужащим обеспечение их жилыми помещениями в форме предоставления им денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений либо предоставления им жилых помещений в порядке и на условиях, установленных настоящим Федеральным законом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, за счет средств федерального бюджета.

Право военнослужащих на жилище в рамках указанного закона реализуется в форме предоставления военнослужащим и совместно проживающим с ними членам их семей федеральным органом исполнительной власти, в котором федеральным законом предусмотрена военная служба, субсидии для приобретения или строительства жилого помещения либо жилых помещений, находящихся в федеральной собственности, по выбору указанных граждан в собственность бесплатно или по договору социального найма.

Кроме того, п. 15 ст. 15 данного Закона предусмотрена возможность реализации указанного права военнослужащих в соответствии с Федеральным законом от 20 августа 2004 г. N 117-ФЗ "О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих" путем участия в накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих, которая предполагает выделение денежных средств на приобретение или строительство жилых помещений.

В силу п. 1, 2 ч. 1 ст. 4 Федерального закона от 20 августа 2004 г. N 117-ФЗ "О накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих" реализация права на жилище участниками накопительно-ипотечной системы осуществляется посредством: формирования накоплений для жилищного обеспечения на именных накопительных счетах участников и последующего использования этих накоплений; предоставления целевого жилищного займа.

Учитывая изложенное, суд пришел к правильному выводу, что поскольку на приобретение квартиры бывшими супругами были затрачены денежные средства, полученные ФИО3 по накопительно-ипотечной системе, которая является одной из форм жилищного обеспечения, реализуемого за счет средств федерального бюджета, то на указанный объект недвижимости распространяется режим совместно нажитого имущества, предусмотренный ст. 34 Семейного кодекса Российской Федерации.

В своем Определении от 14 мая 2018 г. N 863-О Конституционный Суд Российской Федерации указывал, что государственные гарантии жилищных прав военнослужащих, установленные, в частности, в ст. 15 Федерального закона "О статусе военнослужащих", направлены на обеспечение потребностей в жилище как непосредственно самих военнослужащих, так и членов их семей, что служит укреплению социальной базы исполнения гражданами обязанностей по защите Отечества и реализации тем самым требований ст. ст. 40 и 59 Конституции Российской Федерации на основе уважения и защиты государством семьи, материнства, отцовства и детства.

Таким образом, обеспечение жильем военнослужащих является мерой государственной поддержки. Приобретаемое военнослужащим жилое помещение в рамках накопительно-ипотечной системы жилищного обеспечения военнослужащих должно являться собственностью не только военнослужащего, но и членов его семьи. Данное положение соответствует принципу семейного законодательства о равенстве супругов, а также конституционному праву на жилище, как военнослужащего, так и членов его семьи.

При этом, исходя из толкования статей 34, 39 Семейного кодекса Российской Федерации и п. 15 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака" законодательство в сфере семейных отношений устанавливает презумпцию общности доходов, а также долговых обязательств супругов в период брака (при отсутствии брачного договора), предполагает, что полученные в период брака кредитные и заемные средства были израсходованы на нужды семьи.

Как установлено, в период приобретения квартиры за счет средств НИС и кредитных средств, Ш-вы состояли в браке. Каких-либо достоверных доказательств прекращения брачных отношений между сторонами в 2015 году, совместного не проживания, конфликтных отношений не представлено. Напротив, согласно материалам дела, в 2017 году Шведов встал на учет военнослужащих, нуждающихся в жилых помещениях, составом семьи три человека (он и дети), несмотря на то, что как он утверждает, семья проживала раздельно. В этой связи, позиция истца и третьего лица в рамках рассматриваемого дела не может быть признана состоятельной, направлена на жилищное обеспечение ФИО2 (без раздела совместно нажитого имущества) за счет средств федерального бюджета, в то время как мера государственной поддержки уже была предоставлена его семье.

Принимая во внимание, что спорная квартира была приобретена в период брака, в том числе, за счет участия одного из супругов в накопительно-ипотечной системе жилищного обеспечения военнослужащих, а также за счет кредитных средств по договору, заключенному в период брака, и собственных средств, в отношении которых сведений о принадлежности их только ФИО6, в деле не имеется (и доводы жалобы указанное обстоятельство не опровергают), то суд пришел к правильному выводу, что на приобретенное имущество распространяется режим совместно нажитого имущества и она подлежит разделу между супругами в равных долях, в связи с чем доводы жалобы, содержащие иной расчет в отношении раздела квартиры, подлежат отклонению.

При таких обстоятельствах, даже при распределении площади квартиры (49,9 кв.м.) на 4 членов семьи (с учетом детей), уровень обеспеченности ФИО2 жилым помещением составит 12,47 кв. м. (49,9/4), что выше учетной нормы, установленной законом города Москвы от 14.06.2006 № 29 «Об обеспечении права жителей города Москвы на жилые помещения» (10 кв. м.).

Учитывая изложенное, судебная коллегия приходит к выводу о том, что доводы апелляционной жалобы не содержат правовых оснований к отмене решения суда, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, а также к выражению несогласия с произведенной судом оценкой представленных по делу доказательств, не содержат фактов, не проверенных и не учтенных судом первой инстанции при рассмотрении дела и имеющих юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияющих на обоснованность и законность судебного постановления, либо опровергающих выводы суда первой инстанции, в связи с чем являются несостоятельными и не могут служить основанием для отмены решения суда.

Предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации оснований для отмены решения суда не имеется.

Руководствуясь п. 1 ст. 328, ст. 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

определила:

решение Октябрьского районного суда г. Екатеринбурга от 27.01.2026 оставить без изменения, апелляционную жалобу истца - без удовлетворения.

Председательствующий О.В. Ильина

Судьи Ю.Р. Хамиева

ФИО1