Апелляционное определение № 33-4057/2026 от 8 апреля 2026 г.

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ

91RS0007-01-2025-001083-71; Дело № 2-891/2025; 33-4057/2026

Председательствующий суда первой инстанции:

ФИО1


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

9 апреля 2026 года судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Крым в составе:

председательствующего судьи судей при секретаре

Сыча М.Ю., ФИО2, ФИО3, ФИО4,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО5, ФИО6 к ФИО7, третье лицо – Государственный комитет по государственной регистрации и кадастру Республики Крым, ФИО8, о признании отсутствующим права собственности и о признании права собственности по приобретательной давности,

по апелляционной жалобе ФИО5, ФИО6 на решение Белогорского районного суда Республики Крым от 19 ноября 2025 года,

заслушав доклад судьи Сыча М.Ю. об обстоятельствах дела, содержании обжалуемого решения, апелляционной жалобы, судебная коллегия, -

У С Т А Н О В И Л А:

19.05.2025 ФИО5, ФИО6 обратились в суд с исковым заявлением к ФИО7, в котором просили:

- признать отсутствующим право собственности ФИО7 на жилой дом площадью 48,1 кв.м, земельный участок площадью 600 кв.м, по адресу: <адрес>;

- признать за ФИО6 и ФИО5 право собственности на жилой дом площадью 48,1 кв.м, и земельный участок площадью 600 кв.м, по адресу: <адрес> в порядке приобретательной давности.

В обоснование иска истцы указывали на то, что они проживают по адресу: <адрес> с февраля 2001 года. Данное домовладение они приобрели у ответчика путем обмена на строительный материал ракушку в количестве 3 000 штук.

Истцы полагают, что приобрели право собственности на указанное недвижимое имущество в силу приобретательной давности, поскольку они владеют спорным домом длительное время, добросовестно, беспрерывно, а ответчик не интересуется судьбой недвижимого имущества, не проживает в нем.

Решением Белогорского районного суда Республики Крым от 19 ноября 2025 года в удовлетворении иска ФИО5 и ФИО6 отказано.

Не согласившись с решением суда, ФИО5, ФИО6 принесли апелляционную жалобу, в которой просят решение суда отменить, принять новое, которым иск удовлетворить.

Апеллянты указывают, в частности, на то, что поскольку истцы владеют жилым домом и земельным участком на протяжении более 15 лет, считают, что они приобрели право собственности на данное недвижимое имущество в силу приобретательной давности.

ФИО5, ФИО6, а также их представитель в судебном заседании коллегии судей доводы апелляционной жалобы поддержали.

Представитель ФИО7 в судебном заседании суда апелляционной инстанции возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, извещены надлежащим образом о дате, времени и месте рассмотрения дела, об уважительности причин неявки суд не уведомили.

Руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), судебная коллегия полагает возможным рассмотреть дело при данной явке.

Проверив материалы дела, законность и обоснованность обжалуемого решения, обсудив доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия приходит к следующему выводу.

Одной из процессуальных гарантий права на судебную защиту в целях правильного рассмотрения и разрешения судом гражданских дел являются нормативные предписания части 1 статьи 195 ГПК РФ, устанавливающие, что решение суда должно быть законным и обоснованным.

В пунктах 2 и 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19 декабря 2003 года № 23 «О судебном решении» разъяснено, что решение является законным в том случае, когда оно принято при точном соблюдении норм процессуального права и в полном соответствии с нормами материального права, которые подлежат применению к данному правоотношению, или основано на применении в необходимых случаях аналогии закона или аналогии права (часть 1 статьи 1, часть 3 статьи 11 ГПК РФ).

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании (статьи 55, 59 - 61, 67 ГПК РФ), а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов.

Согласно статье 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом. Суд определяет, какие обстоятельства имеют значение для дела, какой стороне надлежит их доказывать, выносит обстоятельства на обсуждение, даже если стороны на какие-либо из них не ссылались.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пунктах 5 и 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 июня 2008 года № 11 «О подготовке гражданских дел к судебному разбирательству», под уточнением обстоятельств, имеющих значение для правильного разрешения дела, следует понимать действия судьи и лиц, участвующих в деле, по определению юридических фактов, лежащих в основании требований и возражений сторон, с учетом характера спорного правоотношения и норм материального права, подлежащих применению. В случае заблуждения сторон относительно фактов, имеющих юридическое значение, судья на основании норм материального права, подлежащих применению, разъясняет им, какие факты имеют значение для дела и на ком лежит обязанность их доказывания (статья 56 ГПК РФ). При определении закона и иного нормативного правового акта, которым следует руководствоваться при разрешении дела, и установлении правоотношений сторон следует иметь в виду, что они должны определяться исходя из совокупности данных: предмета и основания иска, возражений ответчика относительно иска, иных обстоятельств, имеющих юридическое значение для правильного разрешения дела.

Из изложенных норм процессуального закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что выводы суда об установленных им фактах должны быть основаны на доказательствах, исследованных в судебном заседании. При этом бремя доказывания юридически значимых обстоятельств между сторонами спора подлежит распределению судом на основании норм материального права, регулирующих спорные отношения, а также требований и возражений сторон.

Судебная коллегия полагает, что решение суда приведенным критериям законности и обоснованности судебного акта в полной мере не соответствует.

Судом установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО7 является собственником земельного участка, расположенного по адресу: <адрес>, для строительства и обслуживания жилого дома и хозяйственных строений, площадью 0,6 га, на основании свидетельства о праве собственности от 13.02.2014 (т. 1 л.д. 26).

Названное свидетельство выдано по результатам утверждения технической документации, разработанной по заказу ФИО7, во исполнение решения исполнительного комитета Белогорского городского совета АР Крым от 24.12.1997 года о передаче в частную собственность земельного участка для строительства и обслуживания жилого дома и хозяйственных построек ФИО7 по адресу: <адрес> (т. 1 л.д. 28-50).

Ранее указанный земельный участок передавался семье ФИО7 на основании решения Зеленогорского сельского совета народных депутатов Белогорского района Крымской АССР от 04.07.1991, с составлением акта выноса в натуру земельного участка индивидуального застройщика, генерального плана и проекта застройки (т. 1 л.д. 59-66).

По результатам приведения правоустанавливающих документов в соответствии с нормами законодательства Российской Федерации спорному земельному участку присвоен 29.08.2016 кадастровый №, а 21.04.2025 произведена государственная регистрация спорного участка (т. 2 л.д. 98-100).

На указанном земельном участке расположен жилой дом с кадастровым номером №, площадью 48,1 кв.м. 1992 года постройки, право на который зарегистрировано за ФИО7 14.07.2025 (т. 2 л.д. 125-129).

В судебном заседании истцы подтвердили и не опровергается стороной ответчика, что с февраля 2001 года ФИО5, ФИО6 стали проживать по адресу: <адрес>.

В судебном заседании свидетели ФИО9, ФИО10, ФИО11, ФИО12, ФИО13, ФИО14 подтвердили факт проживания истцов ФИО5, ФИО6 по адресу: <адрес> с 2001 года, при этом указав, что истцы владеют домовладением в целом и содержат его.

Также в материалах дела имеются доказательства, свидетельствующие об оплате ресурсоснабжающим организациям ФИО15 истцами с 2014 года за пользование ресурсами по адресу: по адресу: Республика <адрес> и задолженности не имеется.

Разрешая заявленный спор, суд первой инстанции, сославшись на наличие у ФИО7 зарегистрированного права собственности на жилой дом и земельный участок в ЕГРН, а также на то, что он не отказался от своего имущества, пришел к выводу, что предоставленные истцами доказательства не подтверждают наличие оснований для признания за ними права собственности на спорное недвижимое имущество в силу приобретательной давности.

Суд апелляционной инстанции с такими выводами суда первой инстанции согласиться не может.

В силу пункта 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности.

В соответствии с этим гражданские права и обязанности возникают: из договоров и иных сделок, предусмотренных законом, а также из договоров и иных сделок, хотя и не предусмотренных законом, но не противоречащих ему; из решений собраний в случаях, предусмотренных законом; из актов государственных органов и органов местного самоуправления, которые предусмотрены законом в качестве основания возникновения гражданских прав и обязанностей; из судебного решения, установившего гражданские права и обязанности; в результате приобретения имущества по основаниям, допускаемым законом; в результате создания произведений науки, литературы, искусства, изобретений и иных результатов интеллектуальной деятельности; вследствие причинения вреда другому лицу; вследствие неосновательного обогащения; вследствие иных действий граждан и юридических лиц; вследствие событий, с которыми закон или иной правовой акт связывает наступление гражданско-правовых последствий.

В силу пункта 3 статьи 218 названного кодекса в случаях и в порядке, предусмотренных данным кодексом, лицо может приобрести право собственности на имущество, не имеющее собственника, на имущество, собственник которого неизвестен, либо на имущество, от которого собственник отказался или на которое он утратил право собственности по иным основаниям, предусмотренным законом.

Статья 344 Гражданского кодекса Украины (действующего на момент вступления истца в члены кооператива) содержит обстоятельства, имеющие значение для дела, которые должен доказать истец: законность объекта владения; добросовестность владения; открытость владения; длительность владения и его непрерывность.

Владение имуществом должно быть добросовестным, то есть чтобы лицо при завладении имуществом не знало и не могло знать об отсутствии у него оснований для приобретения права собственности. Вместе с тем факт осведомленности лица о том, что оно не является собственником вещи, не исключает добросовестности владения при условии, что завладение имуществом не произошло с нарушением норм права.

Такое владение должно быть открытым, то есть очевидным для всех других лиц, при этом владелец должен относиться к этому имуществу, как к собственному (эксплуатировать, принимать необходимые меры для содержания имущества в надлежащем состоянии и т.д.). Сокрытие владельцем своего владения имуществом является нарушением этого требования.

Владение имуществом должно быть непрерывным в течение установленных законом сроков (в соответствии с ч. 2 ст. 344 ГК лицо, владеющее имуществом, ко времени своего фактического владения может присоединить время, в течение которого этим имуществом владело лицо, чьим наследником (правопреемником) оно есть).

В соответствии со статьей 234 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо - гражданин или юридическое лицо, - не являющееся собственником имущества, но добросовестно, открыто и непрерывно владеющее как своим собственным недвижимым имуществом в течение пятнадцати лет либо иным имуществом в течение пяти лет, приобретает право собственности на это имущество (приобретательная давность). Право собственности на недвижимое и иное имущество, подлежащее государственной регистрации, возникает у лица, приобретшего это имущество в силу приобретательной давности, с момента такой регистрации. Течение срока приобретательной давности в отношении вещей, находящихся у лица, из владения которого они могли быть истребованы в соответствии со статьями 301 и 305 данного кодекса, начинается не ранее истечения срока исковой давности по соответствующим требованиям (пункты 1, 4).

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», возможность обращения в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности вытекает из статей 11 и 12 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которым защита гражданских прав осуществляется судами путем признания права. Поэтому лицо, считающее, что стало собственником имущества в силу приобретательной давности, вправе обратиться в суд с иском о признании за ним права собственности.

Как указано в пункте 15 указанного постановления, давностное владение является добросовестным, если лицо, получая владение, не знало и не должно было знать об отсутствии основания возникновения у него права собственности; давностное владение признается открытым, если лицо не скрывает факта нахождения имущества в его владении. Принятие обычных мер по обеспечению сохранности имущества не свидетельствует о сокрытии этого имущества; давностное владение признается непрерывным, если оно не прекращалось в течение всего срока приобретательной давности; владение имуществом как своим собственным означает владение не по договору. По этой причине статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не подлежит применению в случаях, когда владение имуществом осуществляется на основании договорных обязательств (аренды, хранения, безвозмездного пользования и т.п.).

Согласно абзацу первому пункта 16 приведенного выше постановления по смыслу статей 225 и 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, право собственности в силу приобретательной давности может быть приобретено на имущество, принадлежащее на праве собственности другому лицу, а также на бесхозяйное имущество.

По смыслу указанных выше положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, давностное владение является добросовестным, если, приобретая вещь, лицо не знало и не должно было знать о неправомерности завладения ею, то есть в тех случаях, когда вещь приобретается внешне правомерными действиями, однако право собственности в силу тех или иных обстоятельств возникнуть не может. При этом лицо владеет вещью открыто, как своей собственной, то есть вместо собственника, без какого-либо правового основания (титула).

Наличие титульного собственника само по себе не исключает возможность приобретения права собственности другим лицом в силу приобретательной давности.

При этом Гражданский кодекс Российской Федерации не содержит запрета на приобретение права собственности в силу приобретательной давности, если такое владение началось по соглашению с собственником или иным лицом о последующей передаче права собственности на основании сделки, когда по каким-либо причинам такая сделка не была заключена и переход права собственности не состоялся (лицо, намеренное передать вещь, не имеет соответствующих полномочий, не соблюдена форма сделки, не соблюдены требования о регистрации сделки или перехода права собственности и т.п.).

Наличие возможности предъявить иные требования, в частности о понуждении к заключению сделки, о признании сделки действительной, о регистрации сделки или права собственности, о признании права собственности на основании сделки и т.п., само по себе не исключает возможности приобрести право собственности в силу приобретательной давности при наличии соответствующих условий. Таких ограничений статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации не содержит.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В силу указанных положений закона при наличии одновременно нескольких предусмотренных законом оснований для приобретения права собственности или нескольких способов защиты гражданских прав гражданин или юридическое лицо вправе по своему усмотрению выбрать любое из них.

Иное означало бы не предусмотренное законом ограничение гражданских прав.

Обращаясь в суд с иском о признании права собственности в силу приобретательной давности, истцы указывали, что их владение спорным имуществом началось с 2001 года, являлось открытым, непрерывным и добросовестным.

Так, ФИО5, ФИО6 исходили из того, что они приобрели спорный дом и земельный участок у ФИО7 в 2001 году, в счет купли-продажи которых передали последнему 3000 шт. камня-ракушечника.

Владение спорным имуществом осуществлялось открыто, как своим собственным, никакое иное лицо в течение всего их владения не предъявляло своих прав на данное жилое помещение и не проявляло к нему интереса как к своему собственному.

Указанные обстоятельства также подтвердили допрошенные в судебном заседании суда первой инстанции свидетели.

Представитель ФИО7 в судебном заседании не оспаривал факта получения от истцов указанных строительных материалов, указывая на то, что фактически их передача являлась предварительной оплатой в счет приобретения истцами спорного имущества.

Указанные истцами обстоятельства пользования спорным имуществом с 2001 года ФИО7 под сомнение не ставились.

Интерпретация спорных правоотношений ФИО7 сводилась к тому, что спорное имущество передавалась истцам, исключительно в пользование. В тоже время, приведя в соответствие правоустанавливающие документы на земельный участок и оформив право собственности на дом в 2025 году ФИО7, с указанием на то, что стоимость имущества в результате длительности правоотношений существенно изменилась, предлагал истцам приобрести его, доплатив 1 000 000 руб.

В тоже время представитель ФИО7 в судебном заседании указал, что какие-либо письменные соглашения об аренде спорным имуществом между сторонами не составлялись, при этом не опровергалось, что оформлением прав на земельный участок в 2014 году занимался ФИО5, на основании выданной ФИО7 доверенности.

Доказательств контроля в содержании спорного имущества на протяжении 25 лет ФИО7 не представлено, тогда как истцами на спорном участке возведены хозяйственные строения к дому, произведены мощения участка.

Таким образом, судом неправильно применена статья 234 Гражданского кодекса Российской Федерации и не исследованы обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения спора.

Суд первой инстанции должным образом не проверил основания приобретения истцами права собственности на испрашиваемое имущество, содержащиеся в пункте 1 статьи 234 Гражданского кодекса Российской Федерации, в силу приобретательной давности с учетом всех представленных в материалы дела доказательств, не дал им правовую оценку, и без соответствующего обоснования сделал вывод о неправомерности заявленного иска.

Оценив имеющиеся в деле доказательства в их совокупности по правилам статьи 67 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к выводу, что у истцов в равных долях возникло право собственности на спорные дом и земельный участок в силу приобретательной давности.

При этом судебная коллегия не может не учитывать, что регистрация права собственности на спорные дом и земельный участок за ФИО7 не может являться основанием для отказа в иске, поскольку даже наличие титульного собственника не является препятствием для признания права собственности в силу приобретательной давности (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 02.06.2020 № 4-КГ20-16).

Осведомленность давностного владельца о наличии титульного собственника сама по себе не означает недобросовестности давностного владения (Определение Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 22.10.2019 № 4-КГ19-55).

ФИО7 не опровергнуто, что с момента вступления истцов в результате внешне правомерных действий во владение спорным домом и земельным участком, таковое осуществлялось истцами открыто непрерывно как своим собственным, никакое иное лицо в течение срока владения не предъявляло своих прав на это имущество и не проявляло к нему интереса.

Кроме того, судебная коллегия не может согласиться с тем, что суд первой инстанции, отразив показания свидетелей в мотивировочной части в поддержу доводов истцов, надлежащую правовую оценку им при вынесении судебного акта не произвел.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении иска по необоснованности требований, не указал о необъективности свидетельских пояснений, перед дачей которых свидетелям разъяснена уголовная ответственность за отказ от дачи показаний и за дачу заведомо ложных показаний. Тогда как ФИО7 также названные показания не опровергались.

Относительно требований истцов о признании отсутствующим права собственности ФИО7 на жилой дом площадью 48,1 кв.м, земельный участок площадью 600 кв.м, по адресу: <адрес>, судебная коллегия не может не учитывать следующего.

Согласно правовой позиции, изложенной в абзаце 4 пункта 52 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29 апреля 2010 года «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», в случаях когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (в том числе, если право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

По смыслу указанных разъяснений, иск о признании зарегистрированного права или обременения отсутствующим является исключительным способом защиты, применение данного способа защиты возможно при условии исчерпания иных способов защиты (признания права, виндикация) и установленного факта нарушения прав и законных интересов заинтересованного лица.

Заявленные исковые требования о признании отсутствующим права собственности ответчика на спорное имущество являются исключительным способом защиты нарушенного права, который применяется лишь при отсутствии спора о праве, правом на предъявление такого иска имеет лицо, владеющее этим имуществом и обладающее на него зарегистрированным правом.

При таких обстоятельствах, допущенные судом нарушения норм материального и процессуального права являются основанием для отмены решения суда первой инстанции с принятием нового решения о частичном удовлетворении иска.

Руководствуясь ст. ст. 328 - 330 ГПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А:

Решение Белогорского районного суда Республики Крым от 19 ноября 2025 года отменить.

Постановить новое решение, которым иск ФИО5, ФИО6 удовлетворить частично.

Признать за ФИО5, ФИО6 право собственности на жилой дом площадью 48,1 кв.м, с кадастровым номером №, и земельный участок площадью 600 кв.м, с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>, в порядке приобретательной давности в равных долях.

Указанное решение суда является основанием для внесения в ЕГРН сведений о прекращении права собственности ФИО7 на жилой дом с кадастровым номером №, и земельный участок с кадастровым номером №.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Председательствующий судья судьи

Сыч М.Ю. ФИО2 ФИО3

Мотивированное апелляционное определение составлено 16.04.2026 г.