Решение № 2-104/2020 2-104/2020(2-1976/2019;)~М-1545/2019 2-1976/2019 М-1545/2019 от 10 февраля 2020 г. по делу № 2-104/2020

Дело № 2-104/2020


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

2 2020 года

Советский районный суд города Новосибирска в составе:

председательствующего судьи Толстик Н.В.

при секретаре Улямаевой Е.А.

с участием

истца ФИО1

представителя истца ФИО2

представителя ответчика ФИО3

представителя ответчика ФИО4,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ООО «МаксКом Центр» о защите прав потребителя,

у с т а н о в и л:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ООО «МаксКом Центр» о защите прав потребителя, в котором просила:

- взыскать с ответчика уплаченную за товар денежную сумму в размере 166 040 рублей; компенсацию морального вреда в сумме 15 000 рублей; неустойку в сумме 99 624 рубля; штраф за несоблюдение требований потребителя в добровольном порядке в размере 50 процентов от суммы, присужденной в пользу потребителя, судебные расходы.

Исковые требования обоснованы следующим. 12.02.2018 между истцом и ответчиком заключен договор купли-продажи комплекта мебели №, в соответствии с которым ответчик обязался передать в собственность истца кровать с мягким изголовьем, подъемным механизмом и ортопедической решеткой на общую сумму 166 040 рублей. Истец оплатил товар в полном объеме, что подтверждается кассовым чеком от 12.02.2018 и квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 05.05.2018. Мебель была доставлена истцу 10.05.2018. При приемке мебели были обнаружены недостатки. Окончательно мебель была доставлена после ремонта изголовья 30.05.2018. При передаче товара истице была передана инструкция по эксплуатации мебели, все пункты которой соблюдались. В течение гарантийного срока были обнаружены недостатки товара, а именно – наличие скрипа кровати, что делает невозможным использование кровати по прямому назначению. В декабре 2018 года истица обратилась к ответчику с просьбой устранить выявленные недостатки. Сотрудники сервисной службы попытались исправить выявленные недостатки, однако кровать продолжала скрипеть. Дальнейшие просьбы об устранении недостатка продавцом игнорировались. 10.06.2019 ответчику была вручена претензия с требованием расторгнуть договор купли-продажи товара и вернуть уплаченную за него денежную сумму. Требование ответчик в добровольном порядке не удовлетворил, поскольку не считает выявленные дефект производственным. Истица обратилась в Союз «Новосибирская торгово-промышленная палата» для проведения товароведческой экспертизы. Согласно заключению эксперта № от 05.07.2019 были обнаружены деформации в виде прогиба вниз и сплющивания металлического профиля каркаса для ламелей и наличие скрипа. Механические повреждения и нарушения правил эксплуатации кровати не установлены. В выводах эксперта указано, что кровать имеет дефекты производственного характера, которые образовались из-за нарушения технологического процесса на стадии конструирования: не обеспечивается жесткость и прочность металлических комплектующих. При наличии таких дефектов нарушены потребительские и прочностные (технические) свойства мебели для лежания. Ввиду наличия дефекта (скрип) невозможно использовать кровать по функциональному назначению, не обеспечивается необходимая комфортабельность во время сна и отдыха. Указанные обстоятельства явились основанием для обращения в суд с настоящим иском.

В судебном заседании ФИО1, ее представитель ФИО2 исковые требования поддержали, дали соответствующие объяснения.

Представители ответчика ФИО3 и ФИО4, действующие на основании доверенности, возражали относительно заявленных требований по основаниям, изложенным в письменном отзыве (л.д.57-60, 133-134, 140-141).

Согласно доводам ответчика, заявленные недостаток товара не является недостатком производственным, за который несет ответственность продавец. Истец обратилась к ответчику с претензией, содержащей требование о возврате за товар уплаченных денежных средств. Ответчик провел осмотр изделия, при котором было выявлено, что на ортопедической решетке сняты матрасодержатели, которые предусмотрены конструкцией изделия. В результате этого были созданы условия для проявления деформации ортопедической решетки. При подъеме решетки матрас смещался вплотную к изголовью. Далее при закрытии подъемного механизма матрас зажимался между изголовьем и решеткой, что мешало полному закрытию и полноценной эксплуатации изделия по прямому назначению. Из-за такого положения матраса для опускания решетки необходимо было прикладывать значительные усилия, превышающие допустимую нагрузку на раму. Это привело к деформации ортопедической решетки, которая приняла дугообразную форму. Центральная часть рамы выгнулась вверх. При этом производственного брака в изделии нет. Таким образом, продавец не может нести ответственность за недостатки товара, которые возникли по вине потребителя.

По мнению ответчика, представленное истцом экспертное заключение <данные изъяты> не может являться доказательством наличия в товаре недостатка производственного характера, за который отвечает продавец, и не может являться подтверждением того, что данные недостаток является существенным и неустранимым. В исследовательской части данного заключения допущен ряд ошибок, в связи с чем, выводы могут быть некорректными.

Также ответчик обращает внимание на то, что стороны заключили смешанные договор, содержащий в себе признаки как договора купли-продажи, так и договора по изготовлению мебели. Рассматриваемая кровать изготовлена для истца по индивидуальному проекту. Истец не обращался к ответчику с требованием об устранении недостатков, а сразу в претензии потребовал возвратить уплаченную за товар денежную сумму, что противоречит положениям статьи 29 Закона РФ «О защите прав потребителей». Несмотря на то, что выявленные недостатки носят эксплуатационный характер, в ответе на претензию ответчик предлагал истице заказать (по себестоимости) привести и установить раму ортопедической решетки. Истец отказался от проведения ремонта и обратился в суд. В деле отсутствуют доказательства, что выявленные недостатки являются существенными и неустранимыми, в связи с чем, оснований для возврата уплаченных за товар денежных сумм не имеется.

Представитель третьего лица ООО «Катарина Риччи» в судебное заседание не явился, был извещен, представил в дело письменный отзыв, исходя из которого считает заявленные требования не подлежащими удовлетворению (л.д.144-146).

Руководствуясь пунктом 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд принимает решение о рассмотрении дела в отсутствие третьего лица, извещенного о времени и месте рассмотрения дела.

Выслушав участников процесса, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как установлено судом, 12.02.2018 между ООО «МаксКом Центр» (продавец) и ФИО1 (покупатель) заключен договор купли-продажи комплекта мебели №, в соответствии с условиями которого продавец обязался передать в собственность покупателя комплект мебели, а покупатель обязался оплатить и принять товар в наименовании, ассортименте, количестве и по цене, согласно условиям договора, спецификации (приложение 1) и иных приложений, являющихся неотъемлемыми частями договора (л.д.4-5).

В силу пункта 1.2 договора в качестве образца сторонами используется конкретная модель мебели базового названия, выбранная покупателем на основании ознакомления последнего с образцом товара (мебелью) в торговой точке продавца. В параметры модели базового назначения могут быть внесены изменения по письменному согласованию сторон. Согласование комплектации и внешнего вида мебели производится путем составления спецификации.

Исходя из спецификации, являющейся приложением к договору купли-продажи комплекта мебели № от 12.02.2018, ответчик обязался передать в собственность истца изготовленную по индивидуальному проекту кровать с мягким изголовьем, подъемным механизмом и ортопедической решеткой на общую сумму 166 040 рублей (л.д.6-9).

Учитывая предмет рассматриваемого договора, суд соглашается с позицией ответчика о том, что данный договор носит смешанный характер, сочетает в себе признаки купли-продажи и выполнения работ по изготовлению мебели под заказ по индивидуальному проекту.

ФИО1 оплатила товар в полном объеме, что подтверждается кассовым чеком от 12.02.2018 и квитанцией к приходному кассовому ордеру № от 05.05.2018 (л.д.12).

Мебель была доставлена истцу 10.05.2018. При приемке мебели были обнаружены недостатки. Окончательно мебель была доставлена после ремонта изголовья 30.05.2018 (л.д.13). При передаче товара истице была передана инструкция по эксплуатации мебели (л.д.10).

В соответствии с пунктом 5.4 договора № за исключением случаев, предусмотренных настоящим договором, на товар (мебель) устанавливается гарантийный срок 24 месяца, а на сопутствующие товары – 12 месяцев, если более короткий срок не предусмотрен организацией-изготовителем мебели. Начало гарантийного срока начинается с момента передачи товара. Гарантия не распространяется на повреждения, вызванные неправильной эксплуатацией товара, а также на механические и другие повреждения по вине покупателя или третьих лиц.

В течение гарантийного срока ФИО1 были обнаружены недостатки товара, затрудняющие использование кровати по назначению, а именно – наличие скрипа в области изголовья и в области центральной части кровати.

В декабре 2018 года истица обратилась к ответчику с просьбой устранить выявленные недостатки.

Первое обращение к ответчику по вопросу недостатков товара было сделано в устной форме, вместе с тем, факт наличия такого обращения объективно подтверждается представленными в дело доказательствами, в частности, объяснениями самого ответчика, который в процессе рассмотрения дела не отрицал, что сотрудники его сервисной службы в декабре 2018 года на основании обращения истицы выезжали по месту ее жительства, производили осмотр товара на предмет выявления недостатков, применяли специальные средства в целях исключения скрипа кровати.

Кроме того, тот факт, что первоначально истица обратилась к ответчику по поводу скрипа кровати по истечению первых 8 месяцев ее эксплуатации, подтверждается ответом от 19.06.2019 на письменную претензию ФИО1 от 10.06.2019 (л.д.14,15).

Первоначальные требования ФИО1 устранить выявленные недостатки (скрип кровати) сотрудниками сервисного Ц. ответчика выполнены не были, что послужило основанием к тому, что 24.05.2019 ФИО1 повторно обратилась к ответчику по вопросу сохранившихся дефектов. Помимо объяснений истицы, данные обстоятельства также подтверждаются ответом на претензию от 19.06.2019 (л.д.15).

Учитывая изложенное, суд находит необоснованной позицию ответчика в той части, что истица изначально обратилась к ответчику с письменной претензией о расторжении договора и возврате уплаченной за товар денежной суммы. Такая позиция ответчика опровергается материалами дела.

Поскольку недостатки товара (скрип кровати) не были устранены ответчиком и на основании повторного обращения истицы, 10.06.2019 она обратилась к ответчику с письменной претензией, в которой потребовала возвратить уплаченную за товар денежную сумму (л.д.14).

19.06.2019 ответчиком в адрес ФИО1 был направлен ответ на письменную претензию, в котором ответчик отказал в удовлетворении требований о возврате уплаченных за товар денежных средств, ссылаясь на то, что выявленные недостатки носят эксплуатационный характер и обусловлены действиями самого потребителя, нарушившим правила использования кровати (кровать эксплуатировалась со снятыми матрасодержателями, что привело к деформации ортопедической решетки) (л.д.15).

Истица обратилась в <данные изъяты> для проведения товароведческой экспертизы.

Согласно заключению эксперта № от 05.07.2019 были обнаружены деформации в виде прогиба вниз и сплющивания металлического профиля каркаса для ламелей и наличие скрипа (металлического, глухого) в нагруженном состоянии в месте подвижного соединения металлических составляющих «спального места кровати», с правой стороны на участке деформированного металлического профиля. Проявление скрипа вызвано трением металлических составляющих в результате деформации, отсутствию плотности соединения деталей и отсутствию пористых упругих материалов. Вышеуказанный дефект кровати (скрип) образовался в результате сборки изделия без учета весовых нагрузок на мебельные детали. Механические повреждения и нарушения правил эксплуатации кровати не установлены.

В выводах эксперта указано, что кровать имеет дефекты производственного характера, которые образовались из-за нарушения технологического процесса на стадии конструирования: не обеспечивается жесткость и прочность металлических комплектующих. При наличии таких дефектов нарушены потребительские и прочностные (технические) свойства мебели для лежания. Дефекты, вызванные конструкторской недоработкой, являются неустранимыми и не устраняются проведением ремонтно-восстановительных работ. Ввиду наличия дефекта (скрип) невозможно использовать кровать по функциональному назначению, не обеспечивается необходимая комфортабельность во время сна и отдыха (л.д.18-29).

Определением Советского районного суда г. Новосибирска от 21.10.2019 по ходатайству ответчика, оспаривающего выводы приведенного выше заключения, по делу была назначена судебная товароведческая экспертиза, проведение которой было поручено Новосибирской городской торгово-промышленной палате (л.д.78-79).

На разрешение эксперта поставлены следующие вопросы:

- имеются ли в товаре – кровати, изготовленной по индивидуальному проекту, с мягким изголовьем, подъемным механизмом и ортопедической решеткой - недостатки качества (в частности, недостатки в конструкции подъемного механизма)?

- если да, то в чем именно выражаются недостатки качества, что является причинами их возникновения, являются ли они производственными или эксплуатационными?

- соответствует ли металл, из которого изготовлены конструкции кровати, обязательным требованиям, которые предъявляются к материалам для изготовления подобного рода конструкций?

- являются ли имеющиеся недостатки (при наличии) устранимыми? Если да, каковы временные и материальные затраты на устранение выявленных недостатков? Следует ли, что выявленные недостатки качества после их устранения (если устранимы) будут выявляться неоднократно или проявляться вновь?

Согласно выводам судебной экспертизы, изложенным в заключении №,

- в предъявленной кровати имеется искривление/деформация двух боковых элементов металлической рамы жесткого основания в виде выпуклой дуги на высоту 15 мм (ответ на первый вопрос);

- причиной возникновения установленного недостатка являются механические повреждения, образовавшиеся в результате нарушения правил эксплуатации потребителем при прикладывании больших усилий, то есть кровать эксплуатировалась с недопустимой степенью нагрузки (ответ на второй вопрос);

- металл, из которого изготовлена конструкция кровати, соответствует обязательным требованиям, которые предъявляются к материалам для подобного рода конструкций, что подтверждается наличием предоставленных документов: декларация о соответствии ТС №RU Д-RU.АЛ92.В.04175, декларация о соответствии ТС №RU Д-RU.МЛ20.В.00028, что соответствует требованиям безопасности мебельной продукции ТР ТС 025/2014 «О безопасности мебельной продукции» (ответ на третий вопрос);

- имеющиеся недостатки являются устранимыми. Общая стоимость замены основания кровати составит 13 167 рублей 90 копеек. При наличии основания кровати на складе продавца нужного размера, произвести замену возможно в течение одного рабочего дня. После ремонта с заменой поврежденного жесткого основания кровать можно использовать по прямому назначению в течение длительного времени, при условии соблюдения правил эксплуатации с обязательным наличием матрасодержателей (л.д.98-112).

В соответствии с пунктом 3 статьи 86 Гражданского процессуального кодекса РФ заключение эксперта для суда необязательно и оценивается судом по правилам, установленным в статье 67 настоящего Кодекса. Несогласие суда с заключением должно быть мотивировано в решении или определении суда.

Согласно статье 67 Гражданского процессуального кодекса РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы. Суд оценивает относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.

Оценивая приведенное выше заключение судебной экспертизы №, выполненное экспертами <данные изъяты>, суд относится к его выводам критически, при этой исходит из следующего.

Так, при ответе на основополагающий вопрос относительно характера выявленных недостатков (производственные или эксплуатационные) эксперт в исследовательской части заключения указывает следующее:

- при изучении материалов дела (л.д.15) установлено, что в процессе эксплуатации потребителем были сняты матрасодержатели, в результате чего при подъеме матрас смещался вниз к изголовью и зажимался между решеткой и изголовьем, чем мешал при опускании кровати вниз. В результате нарушения конструкции кровати потребителем, при закрывании кровати в результате прикладывания больших усилий начали возникать напряженные деформации металлической рамы, повлекшие деформацию двух боковых элементов металлической рамы жесткого основания. Таким образом, установлено, что кровать эксплуатировалась с недопустимой степенью нагрузки, что является нарушением правил эксплуатации. Данный недостаток является механическим повреждением, образовавшимся в результате прикладывания больших усилий в процессе индивидуальной эксплуатации (п.7.10 заключения, л.д.104).

Из анализа исследовательской части заключения следует, что приведенные выше выводы эксперт делает на основании изучения материалов дела, при этом за основу принимает ответ на претензию (л.д.15), данный истице стороной ответчика, в котором изложена субъективная оценка обстоятельств дела.

При этом, непосредственно в процессе экспертного исследования степень нагрузки на кровать экспертом не измерялась, прикладываемые усилия не замерялись, допустимая нагрузка в заключении не указана, в связи с чем, выводы эксперта в указанной части суд находит необоснованными.

Как следует из прослушанной судом аудиозаписи, фиксирующей процесс проведения судебной экспертизы, исследование проводилось исключительно с установленными на кровать матрасодержателями. На предложение истца снять матрасодержатели и провести замеры нагрузок в таком состоянии, эксперт ответила отказом.

При таком подходе проведенное исследование нельзя признать полным, объективным и учитывающим все обстоятельства дела.

Следует отметить, что при ответе на вопрос относительно того, соответствует ли металл, из которого изготовлены конструкции кровати, обязательным требованиям, которые предъявляются к материалам для изготовления подобного рода конструкций, эксперт ссылается исключительно на представленные ответчиком документа: декларацию о соответствии ТС №RU Д-RU.АЛ92.В.04175 и декларацию о соответствии ТС №RU Д-RU.МЛ20.В.00028.

Вместе с тем, декларация о соответствии ТС №RU Д-RU.АЛ92.В.04175 от 24.08.2015 (л.д.114) выдана в отношении бытовой мебели: диваны, диваны-кровати. Объектом же экспертизы является кровать, то есть иной вид мебели, имеющий другие механизмы трансформации.

Декларация о соответствии ТС №RU Д-RU.МЛ20.В.00028 от 26.11.2018 (л.д.118), на которую ссылается эксперт, действительна с даты регистрации, то есть с 26.11.2018. Данная декларация соответствия получена через 6 месяцев после покупки кровати (договор купли-продажи от 12.02.2018, кровать впервые доставлена 10.05.2018).

Таким образом, ответ эксперта относительно соответствия примененного в конструкции кровати металла основан на документах, не имеющих отношения к исследуемой кровати. При этом, никакие измерения и исследования металла, из которого изготовлена конструкция кровати, экспертом не проводились. Таким образом, вывод эксперта о том, что металл соответствует обязательным требованиям, ничем не подтвержден.

При таких обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что обоснованные ответы на вопросы №2 и №3 экспертом, по сути, не даны. Учитывая изложенное, вызывают сомнения и выводы эксперта относительно возможности устранения выявленных недостатков.

Учитывая изложенное, суд не принимает выводы судебной экспертизы в качестве допустимого доказательства по делу.

Судом на обсуждение участников процесса выносился вопрос относительно назначения по делу дополнительной или повторной экспертизы по тем же вопросам.

Соответствующее ходатайство об участников процесса не поступило, стороны просили принять решение по представленным в дело доказательствам.Учитывая изложенное, при принятии решения суд, прежде всего, исходит из распределения бремени доказывания по рассматриваемой категории споров.

Как разъяснил Верховный суд Российской Федерации в пункте 28 постановления пленума от 28 июня 2012 года №17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, статья 1098 ГК РФ).

Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (пункт 6 статьи 18, пункты 5 и 6 статьи 19, пункты 4,5 и 6 статьи 29 Закона).

В соответствии с пунктом 6 статьи 18 Закона РФ «О защите прав потребителя» продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер отвечает за недостатки товара, на который не установлен гарантийный срок, если потребитель докажет, что они возникли до передачи товара потребителю или по причинам, возникшим до этого момента.

В отношении товара, на который установлен гарантийный срок, продавец (изготовитель), уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер отвечает за недостатки товара, если не докажет, что они возникли после передачи товара потребителю вследствие нарушения потребителем правил использования, хранения или транспортировки товара, действий третьих лиц или непреодолимой силы.

В силу пункта 4 статьи 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» исполнитель отвечает за недостатки работы (услуги), на которую не установлен гарантийный срок, если потребитель докажет, что они возникли до ее принятия им или по причинам, возникшим до этого момента.

В отношении работы (услуги), на которую установлен гарантийный срок, исполнитель отвечает за ее недостатки, если не докажет, что они возникли после принятия работы (услуги) потребителем вследствие нарушения им правил использования результата работы (услуги), действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Таким образом, поскольку недостатки изготовленного и проданного товара в рассматриваемом случае были обнаружены и заявлены истицей в пределах гарантийного срока, именно на продавца ООО «МаксКом Центр» было возложено бремя доказывания того обстоятельства, что выявленные недостатки возникли после передачи изготовленного товара потребителю в результате нарушения им правил эксплуатации товара.

Вместе с тем, совокупность представленных в дело доказательств не позволяет установить, что выявленные недостатки явились результатом нарушения ФИО1 правил использования кровати.

По доводам ответчика, скрип кровати обусловлен деформацией ортопедической решетки кровати, которая (деформация), образовалась в результате эксплуатации кровати с демонтированными матрасодержателями.

Вместе с тем, прямая причинно-следственная связь между демонтажем матрасодержателей и деформацией ортопедической решетки совокупностью представленных в дело доказательств не подтверждается.

Истица последовательно отрицала, что подъемный механизм кровати эксплуатировался ею с открученными матрасодержателями, поясняла, что внутренний короб кровати используется ею только для хранения верхней одежды, в связи с чем, каждодневной эксплуатации не подвергается, подъемный механизм кровати используется редко.

Указанные доводы истицы ответчиком не опровергнуты. Ссылки ответчика о том, что деформация ортопедической решетки образовалась в результате чрезмерных нагрузок на кровать, в результате эксплуатации подъемного механизма кровати с открученными матрасодержателями, не подтверждены относимыми и допустимыми доказательствами.

При этом, к таким доказательствам не могут быть отнесены результаты исследований, проведенных специалистами ООО «МаксКомЦентр» в рамках рассмотрения претензии ФИО1, поскольку данное доказательство исходит от заинтересованной стороны, оспаривается стороной истца, не отвечает признакам объективности (л.д.154).

По таким же причинам к объективным доказательствам не могут быть отнесены и результаты исследований, проведенных представителями ООО «Катерина Риччи» (изготовителем мебели) (л.д.142).

Исследованная судом видеозапись испытаний мебели, проведенных представителями ООО «Катерина Риччи», свидетельствует о том, что такие испытания проводились в отношении иной мебели, отличающейся от кровати истца, изготовленной по индивидуальному проекту. Данное обстоятельство также говорит о том, что проведенные испытания не могут иметь доказательственного значения для настоящего дела.

Доводы ответчика о том, что недостатки товара носят эксплуатационный характер, опровергаются выводами экспертного заключения №, составленного экспертами Новосибирской торгово-промышленной палаты», которое, по мнению суда, не имеет существенных недостатков, ставящих под сомнение достоверность выводов эксперта.

При таких обстоятельствах, суд находит недоказанными доводы ответчика о том, что выявленные недостатки возникли по причинам нарушения потребителем правил использования товара.

При таких обстоятельствах, за выявленные недостатки в силу абзаца второго пункта 6 статьи 18 и пункта 4 статьи 29 Закона о защите прав потребителей ответственность должен нести ответчик ООО «МаксКом Центр».

Разрешая исковые требования ФИО1 о возврате за уплаченной за товар денежно суммы, суд учитывает следующее.

В соответствии со статьей 18 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель в случае обнаружения в товаре недостатков, если они не были оговорены продавцом, по своему выбору вправе:

потребовать замены на товар этой же марки (этих же модели и (или) артикула);

потребовать замены на такой же товар другой марки (модели, артикула) с соответствующим перерасчетом покупной цены;

потребовать соразмерного уменьшения покупной цены;

потребовать незамедлительного безвозмездного устранения недостатков товара или возмещения расходов на их исправление потребителем или третьим лицом;

отказаться от исполнения договора купли-продажи и потребовать возврата уплаченной за товар суммы. По требованию продавца и за его счет потребитель должен возвратить товар с недостатками.

В соответствии со статьей 29 Закона РФ «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору потребовать:

безвозмездного устранения недостатков выполненной работы (оказанной услуги);

соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги);

безвозмездного изготовления другой вещи из однородного материала такого же качества или повторного выполнения работы. При этом потребитель обязан возвратить ранее переданную ему исполнителем вещь;

возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами.

Удовлетворение требований потребителя о безвозмездном устранении недостатков, об изготовлении другой вещи или о повторном выполнении работы (оказании услуги) не освобождает исполнителя от ответственности в форме неустойки за нарушение срока окончания выполнения работы (оказания услуги).

Потребитель вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги) и потребовать полного возмещения убытков, если в установленный указанным договором срок недостатки выполненной работы (оказанной услуги) не устранены исполнителем. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора.

Как установлено выше, заключенный ФИО1 и ООО «МаксКом Центр» договор носит смешанный характер, сочетает в себе признаки купли-продажи и выполнения работ по изготовлению мебели по индивидуальному проекту.

Вместе с тем, даже при квалификации договора в качестве договора о выполнении работ по изготовлению мебели, в рассматриваемом случае имеются основания для отказа истицы от договора с возвращением уплаченной за изготовленный товар денежной суммы, поскольку первоначально заявленные истицей требования о безвозмездном устранении недостатков (в декабре 2018 года) не были выполнены до июня 2019 года.

При таких обстоятельствах, вопрос о существенности выявленных недостатков, не имеет определяющего значения, поскольку невыполнение требования потребителя о безвозмездном устранении недостатков является самостоятельным основанием для отказа потребителя от договора.

Принимая во внимание изложенное, суд приходит к выводу о том, что исковые требования ФИО1 в части взыскания с ответчика уплаченной за изготовленный и проданный товар денежной суммы в размере 166 040 рублей являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

При этом суд считает необходимым возложить на ФИО1 обязанность возвратить ООО «МаксКом Центр» кровать с мягким изголовьем, подъемным механизмом и ортопедической решеткой, приобретенную по договору купли-продажи комплекта мебели №.

Разрешая исковые требования в части взыскания с ответчика неустойки за невыполнение в установленный срок требований потребителя о возврате уплаченных за товар денежных средств, суд приходит к следующему.

В соответствии со статьей 22 Закона о защите прав потребителей требования потребителя о соразмерном уменьшении покупной цены товара, возмещении расходов на исправление недостатков товара потребителем или третьим лицом, возврате уплаченной за товар денежной суммы, а также требование о возмещении убытков, причиненных потребителю вследствие продажи товара ненадлежащего качества либо предоставления ненадлежащей информации о товаре, подлежат удовлетворению продавцом (изготовителем, уполномоченной организацией или уполномоченным индивидуальным предпринимателем, импортером) в течение десяти дней со дня предъявления соответствующего требования.

В соответствии с пунктом 1 статьи 23 Закона о защите прав потребителей за нарушение предусмотренных статьей 20, 12 и 22 настоящего Закона сроков, а также за невыполнение (задержку выполнения) требования потребителя о предоставлении ему на период ремонта (замены) аналогичного товара продавец (изготовитель, уполномоченная организация или уполномоченный индивидуальный предприниматель, импортер), допустивший такие нарушения, уплачивает потребителю за каждый день просрочки неустойку (пеню) в размере одного процента цены товара.

Как установлено судом, требование о возврате уплаченной за товар денежной суммы впервые предъявлено ФИО1 продавцу товара в претензии от 10.06.2019 (л.д.14).

Претензия оставлена без исполнения, требование о возврате уплаченной за товар денежной суммы ООО «МаксКом Центр» не выполнено.

При таких обстоятельствах, на основании приведенных выше норм права имеются правовые основания для взыскания с ООО «МаксКом Ц.» в пользу потребителя ФИО1 неустойки, предусмотренной статьей 23 Закона о защите прав потребителей.

Неустойка в рассматриваемом случае подлежит исчислению с 21 июня 2019 года (по истечению 10 дней со дня получения претензии с соответствующим требованием).

В своем иске истец ограничивает размер неустойки периодом с 21.06.2019 по 19.08.2019 (60 дней).

В силу пункта 3 статьи 196 Гражданского процессуального кодекса РФ суд принимает решение по заявленным истцом требованиям.

Размер неустойки за период с 21.06.2019 по 19.08.2019 составляет 99 624 рубля.

Расчет неустойки следующий: 166 040 (цена товара) * 1 : 100 * 60 дней = 99 624 рубля.

Вместе с тем, в соответствии с положениями статьи 333 Гражданского кодекса РФ если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Конституционный суд РФ в Определении от 21 декабря 2000 года N 263-О разъяснил, что предоставленная суду возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе, которые направлены против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки, то есть, по существу на реализацию требований статьи 17 Конституции РФ, согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц. Именно поэтому в пункте 1 статьи 333 ГК РФ речь идет не о праве суда, а по существу о его обязанности установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате правонарушения.

По смыслу названной нормы закона уменьшение неустойки является правом суда. Наличие оснований для снижения и определение критериев соразмерности определяются судом в каждом конкретном случае самостоятельно, исходя из установленных по делу обстоятельств.

Верховный Суд Российской Федерации в пункте 34 Постановления Пленума от 28 июня 2012 года N 17 "О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей" разъяснил, что применение статьи 333 Гражданского Кодекса Российской Федерации по делам о защите прав потребителей возможно в исключительных случаях и по заявлению ответчика с обязательным указанием мотивов, по которым суд полагает, что уменьшение размера неустойки является допустимым.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений, а также принципа осуществления гражданских прав своей волей и в своем интересе (статья 1 Гражданского Кодекса Российской Федерации) размер неустойки может быть снижен судом на основании статьи 333 Гражданского Кодекса Российской Федерации только при наличии соответствующего заявления со стороны ответчика.

Ответчиком заявлено ходатайство о применении к рассматриваемым отношениям положений статьи 333 Гражданского кодекса РФ и о снижении неустойки как явно несоответствующей последствиям нарушенного обязательства.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 года №7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса РФ об ответственности за нарушением обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Учитывая размер неустойки за 60 дней (99 624 рубля) в соотношении с размером цены договора (166 040 рублей), суд полагает, что неустойка в данном случае превышает возможные убытки истца, в связи с чем, признает заслуживающими внимания доводы ответчика о наличии оснований для снижения неустойки по правилам статьи 333 Гражданского кодекса РФ.

Расценивая заявленную неустойку как явно несоответствующую последствиям нарушенного обязательства, суд снижает ее до разумных пределов до суммы 30 000 рублей.

Требования истца о компенсации причиненного действиями ответчика морального вреда также подлежат частичному удовлетворению.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Статья 15 Закона РФ «О защите прав потребителей» предусматривает возможность компенсации потребителю морального вреда, причиненного в результате нарушения прав потребителя, при наличии вины второй стороны в обязательстве. Размер компенсации морального вреда определяется судом и не зависит от размера возмещения имущественного вреда. Компенсация морального вреда осуществляется независимо от возмещения имущественного вреда и понесенных потребителем убытков.

Поскольку судом установлена ответственность продавца ООО «МаксКом Центр», вытекающая из продажи изготовленного товара ненадлежащего качества, суд находит обоснованным и подлежащим удовлетворению требования истца о компенсации морального вреда как потребителю.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд принимает во внимание степень вины нарушителя, степень физических и нравственных страданий истца, и находит обоснованной и справедливой сумму в размере 5000 рублей.

В соответствии с пунктом 6 статьи 13 Закона о защите прав потребителей при удовлетворении судом требований потребителя, установленных законом, суд взыскивает с изготовителя (исполнителя, продавца, уполномоченной организации или уполномоченного индивидуального предпринимателя, импортера) за несоблюдение в добровольном порядке удовлетворения требований потребителя штраф в размере пятьдесят процентов от суммы, присужденной судом в пользу потребителя.

Пункт 46 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 28 июня 2012 г. N 17 «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» дает разъяснение, что указанный выше штраф подлежит взысканию в пользу потребителя независимо от того, заявлялось ли такое требование суду.

Учитывая изложенного, суд принимает решение о взыскании с ООО «МаксКом Центр» в пользу ФИО1 суммы штрафа в размере 100 520 рублей ((166 040 + 30 000 + 5000) : 2).

В соответствии со статьей 98 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

В силу статьи 100 Гражданского процессуального кодекса РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 №1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» разумными следует считать такие расходы на оплату услуг представителя, которые при сравнимых обстоятельствах обычно взимаются за аналогичные услуги. При определении разумности могут учитываться объем заявленных требований, цена иска, сложность дела, объем оказанных представителем услуг, время, необходимое на подготовку им процессуальных документов, продолжительность рассмотрения дела и другие обстоятельства.

Поскольку исковые требования удовлетворяются судом, истец имеет право на возмещение понесенных судебных издержек.

Истицей заявлено требование о взыскании с ответчика расходов на оплату услуг представителя в сумме 15 000 рублей.

Учитывая объем работы, выполненной представителем истца, принимая во внимание категорию и сложность рассматриваемого дела, продолжительность и результат его рассмотрения, время, необходимое для подготовки представленных в дело документов, суд принимает решение о взыскании с ООО «МакКом Центр» в пользу ФИО1 в счет компенсации расходов на оплату юридических услуг денежной суммы в размере 15 000 рублей.

На основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса РФ с ответчика в доход бюджета подлежит взысканию государственная пошлина пропорционально удовлетворенным требованиям в размере 5120 рублей.

На основании вышеизложенного и руководствуясь статьями 98, 196-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Исковые требования ФИО1 - удовлетворить.

Взыскать с ООО «МаксКом Центр» в пользу ФИО1 плаченную за товар сумму в размере 166 040 рублей, неустойку в сумме 30 000 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 5000 рублей, штраф в сумме 100 520 рублей, расходы на оплату юридических услуг в сумме 15000 рублей.

Обязать ФИО1 возвратить ООО «МаксКом Центр» кровать с мягким изголовьем, подъемным механизмом и ортопедической решеткой, приобретенную по договору купли-продажи комплекта мебели №.

Взыскать с ООО «Макс Ком Центр» в доход бюджета государственную пошлину в сумме 5120 рублей.

Разъяснить сторонам, что настоящее решение может быть обжаловано ими в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме в Новосибирский областной суд путем подачи апелляционной жалобы через суд, вынесший решение.

Мотивированное решение составлено 21 февраля 2020 года

Судья Н.В. Толстик