Апелляционное постановление № 22-861/2017 от 22 мая 2017 г. по делу № 22-861/2017

Дело №


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

<адрес> ДД.ММ.ГГГГ

Ивановский областной суд в составе:

председательствующего судьи ФИО2,

при секретаре ФИО3,

с участием:

осужденного ФИО1,

защитника ФИО4,

потерпевших А.и Н.,

представителя потерпевшего А. – адвоката ФИО5,

прокурора ФИО6,

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу потерпевшего А. на приговор Палехского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ, по которому

ФИО1 осужден по ст.107 ч.1 УК РФ к ограничению свободы на срок 2 года.

В соответствии с ч.1 ст.53 УК РФ, в течение срока наказания ФИО1 установлены следующие ограничения:

- без согласия специализированного государственного органа, осуществляющего надзор за отбыванием осужденными наказания в виде ограничения свободы, не изменять место жительства или пребывания и не выезжать за пределы территории муниципального образования области;

- не покидать место жительства или пребывания в период с 22 часов до 06 часов следующего дня; не посещать объекты общественного питания, осуществляющие продажу алкоголя в розлив,-

и возложена обязанность являться в указанный специализированный государственный орган на регистрацию два раза в месяц.

Гражданский иск потерпевшего А. удовлетворен частично, и в его пользу с ФИО1 взыскано: в возмещение материального ущерба «СУММА»; в счет компенсации морального вреда – «СУММА».

Заслушав доклад председательствующего, изложившего краткое содержание при-говора, существо апелляционной жалобы и возражений государственного обвинителя, выслушав выступления: потерпевших Н. и А. и представителя последнего - ФИО5,- поддержавших жалобу; осужденного и защитника ФИО4 - возражавших против ее удовлетворения; прокурора ФИО6 - полагавшего приговор подлежащим оставлению без изменения,- суд

установил:

ФИО1 признан виновным в убийстве С. в состоянии аффекта, вызванного длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим аморальным поведением потерпевшей, совершенном «ДАТА» в период «ВРЕМЯ» на участке местности, расположенном перед домом «АДРЕС», при обстоятельствах, подробно изложенных в приговоре.

В апелляционной жалобе потерпевший А. просит приговор отменить, а уголовное дело в отношении ФИО1 - возвратить прокурору,- и в обоснование указывает следующее:

- анализ показаний осужденного, данных в период предварительного расследования, свидетельствует о намерении ФИО1 ввести следствие и экспертов, проводивших судебную психолого-психиатрическую экспертизу, в заблуждение относительно его вменяемости и состояния во время совершения преступления;

- в день убийства ФИО1 находился у своего дома, и доказательств того, что С. подходила к нему и оскорбляла, не имеется;

- при допросах ФИО1 не предупреждался об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, в связи с чем мог давать любые показания;

- показания ФИО1 в явке с повинной исключают его нахождение в состоянии аффекта, поскольку в явке он сообщил, что, решив убить С., позвонил дочери, которая не смогла его успокоить, а затем взял полено и пошел к потерпевшей;

- судом необоснованно приняты во внимание и признаны непротиворечивыми показания свидетелей З. и П., К. и Б. об аморальном поведении погибшей:

- показания дочери осужденного К., данные в ходе предварительного следствия, оглашались в связи с наличием существенных противоречий между ними и данными в суде;

- установлено, что К. просила соседей подписать чистый лист бумаги, на котором затем составила положительную характеристику отца, впоследствии опровергнутую;

- свидетели З. и П., употреблявшие спиртное совместно с ФИО1, заинтересованы в оговоре погибшей, что подтверждается поведением в судебном заседании З., который улыбался, радовался и одобрял совершенное в отношении С. преступление;

- суд необоснованно посчитал, что показания свидетелей Н., Г., Т. и Р., Х. и Д., В., Ж. и М., И., Ц., Ф. и Ш., положительно охарактеризовавших С., не опровергают выводы о систематическом аморальном поведении последней в отношении ФИО1;

- отягчающими обстоятельствами следовало признать совершение преступления из мести за правомерные действия других лиц, а также с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение; совершение преступления в отношении беззащитного или беспомощного лица; совершение преступления с особой жестокостью; совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя;

- смягчающим обстоятельством незаконно признано заглаживание причиненного преступлением вреда путем принесения извинений, поскольку до начала судебного разбирательства ФИО1 ни разу не извинился и не принял мер к возмещению материального вреда, а его извинения в адрес потерпевшего, прочитанные в суде «по бумажке», не были искренними;

- с учетом неверной юридической оценки действий ФИО1, данной органами предварительного следствия, и отсутствия указания на приведенные выше обстоятельства, отягчающие наказание, обвинительное заключение составлено с нарушениями требований уголовно-процессуального закона, в связи с чем уголовное дело подлежало возвращению прокурору.

В возражениях государственный обвинитель указывает на отсутствие оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, поскольку фактические обстоятельства дела установлены судом правильно, действия осужденного получили надлежащую правовую оценку, и наказание назначено в пределах санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ с учетом наличия смягчающих обстоятельств.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы, приведенные в апелляционной жалобе и при ее рассмотрении, и возражения осужденного, защитника, государственного обвинителя и прокурора, выслушав выступления сторон в прениях и последнее слово ФИО1, судебная коллегия не находит оснований для отмены или изменения приговора.

Как следует из материалов уголовного дела, выводы суда о виновности осужденного основаны на надлежаще исследованных в судебном заседании доказательствах, должный анализ и правовая оценка которых приведены в приговоре, в частности:

- явке ФИО1 с повинной и его показаниях, данных на предварительном следствии, включая их проверку на месте, о том, что на протяжении нескольких десятков лет у него сложились неприязненные отношения со С., проживавшей по соседству. Она постоянно высказывала ему претензии, бранилась, оскорбляла его самого и его семью и желала скорейшей смерти ему и его близким. Очередной конфликт произошел между ними «ДАТА» по поводу того, что его собака укусила С., которая также ругала его за то, что он необоснованно обвиняет ее в смерти мужа. Утром «ДАТА», когда он, находясь в раздраженном состоянии из-за произошедшего накануне конфликта, перевозил дрова, С. вновь пришла и стала оскорблять его и его семью и высказывать пожелания смерти. Не выдержав, решил ее убить, взял полено, проследовал за ней, и, когда она повернулась, ударил поленом по голове, от чего С. упала;

- показаниях потерпевшего А., являющегося сыном погибшей, о неприязненных отношениях, сложившихся между матерью и ФИО1, который был инициатором происходивших конфликтов. Осужденный является лживым человеком, не считается с чужим мнением, а в состоянии алкогольного опьянения - ведет себя неадекватно;

- показаниях свидетелей З. и П., которые «ДАТА» около «ВРЕМЯ» слышали, как С. в течение примерно «ВРЕМЯ» кричала на занимавшегося уборкой дров ФИО1, оскорбляла его, высказывая пожелания смерти ему и его близким. Подобные ссоры происходили между ними изо дня в день, и ФИО1 жаловался, что не знает, что делать из-за надоевшей ему ругани;

- показаниях свидетеля К., являющейся дочерью осужденного, о том, что многократно присутствовала при конфликтах, на протяжении многих лет происходивших между отцом и С., которая постоянно оскорбляла не только его, но и мать;

- оглашенных показаниях свидетеля Б. о том, что между ее соседями - С. и ФИО1 - имелась давняя вражда. Погибшая была человеком завистливым, конфликтным, склочным, «злым на язык». «ДАТА» собака ФИО1 укусила С., и на этой почве между ними произошел очередной конфликт. Вечером «ДАТА» слышала, как С. вновь ругала из-за собаки ФИО1, при этом голоса последнего слышно не было;

- показаниях свидетеля Е., принимавшего от ФИО1, голос которого дрожал, телефонное сообщение об убийстве женщины на улице «АДРЕС», и согласующейся с ними аудиозаписи указанного разговора, в соответствии с которой ФИО1 не смог назвать фамилию потерпевшей и номер своего дома;

- показаниях свидетелей О., Ч. и оглашенных – Щ.,- о нахождении ФИО1 к моменту прибытия следственно-оперативной группы в возбужденном, очень эмоциональном состоянии;

- результатах осмотра места происшествия – участка местности возле дома «АДРЕС», в ходе которого на расстоянии 4,3 м от угла дома обнаружен труп С. с ранами на голове, а в шести метрах - полено со следами вещества, похожего на кровь, и волосом;

- заключении судебно-биологической экспертизы о том, что происхождение имевшихся на полене крови и отжившего волоса не исключается от С.;

- заключении судебно-медицинской экспертизы о причине смерти С., которой явилась открытая черепно-мозговая травма в виде: оскольчатого перелома свода и основания черепа в правых теменной и височной областях; диффузных кровоизлияний под мягкой мозговой оболочкой; очагов ушиба головного мозга; ушибленных ран мягких тканей правой теменной области и массивного кровоизлияния в мягких тканях головы. Указанная травма образовалась от не менее двух воздействий тупого предмета с ограниченной контактирующей поверхностью с приложением травмирующих сил в правую часть теменной области головы;

- заключении медико-криминалистической экспертизы о том, что ушибленная рана на кожном лоскуте от трупа С. образовалась в результате удара тупого предмета с ограниченной контактирующей поверхностью. Возможность причинения указанной раны от воздействия поленом не исключается;

- заключениях комплексных судебных психолого-психиатрических экспертиз о нахождении ФИО1 в момент совершения преступления в состоянии кумулятивного аффекта. Выявлено наличие «данные изъяты». На фоне длившегося десятилетиями конфликтного взаимодействия очередная ссора с потерпевшей привела к развитию у ФИО1 состояния выраженного эмоционального возбуждения, которое не снижало своей интенсивности и по механизму «последней капли» привело к развитию аффективного взрыва.

Вопреки доводам, изложенным в апелляционной жалобе, суд объективно оценил с точки зрения относимости, допустимости и достоверности приведенные выше и иные представленные сторонами доказательства, и тщательно проанализировал имеющиеся в них противоречия и причины этого.

Так, суд обоснованно признал достоверными показания ФИО1 о длительности нахождения в состоянии конфликта со С. и поведении последней, а также о событиях, происходивших «ДАТЫ», и высказанных потерпевшей оскорблениях, не выдержав которые, решил убить ее.

Приведенные показания осужденного, во-первых, являются последовательными на протяжении всего досудебного производства по делу (в суде ФИО1 воспользовался правом, предоставленным в соответствии со ст. 51 Конституции РФ), а во-вторых, подтверждаются иными исследованными судом доказательствами, в частности:

- показаниями свидетелей З. и П., К. и Б., которые, в свою очередь, согласуются с показаниями потерпевшего А. в части сложившихся у погибшей и ФИО1 неприязненных отношениях, а также причин последнего конфликта между ними. Утверждение потерпевших о наличии у перечисленных свидетелей оснований для оговора погибшей опровергается содержанием их показаний, в которых, кроме прочего, отмечены положительные черты характера С. и отрицательные - ФИО1,- что свидетельствует о проявленной ими объективности. Кроме того, сообщенные указанными свидетелями сведения о склонности погибшей к конфликтам согласуются с показаниями Х., В., Ф. и других приведенных в апелляционной жалобе свидетелей, каждый из которых, охарактеризовав С. исключительно положительно, тем не менее, отметил, что «на обиды она отвечала прямо и резко, могла ответить, что угодно», «всегда говорила правду в глаза, не юлила и могла что-нибудь «ляпнуть»», «ее беда была в том, что она любила говорить правду»;

- показаниями свидетелей Е., О., Ч. и Щ., описавших состояние ФИО1 вскоре после причинения им смерти потерпевшей, совершение которого он не пытался скрыть, инициировав приезд сотрудников полиции;

- согласующейся с ними аудиозаписью телефонного разговора ФИО1 с сотрудником дежурной части отдела полиции. В соответствии с указанной записью осужденный – в том числе после попыток Е., принимавшего сообщение о преступлении, уточнить обстоятельства происшедшего - не смог назвать ни фамилию потерпевшей, по соседству с которой проживал более сорока лет, ни номер собственного дома;

- заключениями психолого-психиатрических экспертиз, в том числе проведенной ФГБУ, о нахождении ФИО1 в момент совершения преступления в состоянии кумулятивного аффекта.

Доводы потерпевших о том, что ФИО1, будучи хитрым и изворотливым, а также имея в числе друзей сотрудников правоохранительных органов, обладающих специальными познаниями, сумел ввести экспертов в заблуждение относительно своего состояния во время совершения преступления, и, соответственно, о недостоверности выводов экспертных комиссий, суд апелляционной инстанции признает несостоятельными, поскольку они опровергаются сведениями об уровне образования осужденного и наличии у него психического расстройства, сопровождающегося снижением памяти и замедленностью мышления, а также следующим:

- аналогичностью заключений двух экспертных комиссий, каждая из которых – по результатам проведенных независимо друг от друга исследований – пришла к выводу о нахождении ФИО1 в состоянии аффекта, и уровнем квалификации экспертов, большинство которых имеют ученые степени и стаж работы от 16 до 36 лет;

- использовавшимися экспертными комиссиями методами исследований, которыми - наряду с клинической беседой с подэкспертным - являлись, в частности, медицинское наблюдение, экспериментально-психологическое тестирование, патопсихологический эксперимент и психологический анализ материалов уголовного дела (причем, показаний не только ФИО1, но также свидетелей, включая Х. и Д., Н., приведенных выше сотрудников полиции, и потерпевшего А.).

Сообщенные ФИО1 в явке с повинной сведения о телефонном звонке дочери, имевшем место до совершения убийства С., могущие поставить под сомнение наличие необходимой для аффективного взрыва внезапности реакции осужденного, не опровергают достоверность анализируемых экспертных заключений:

- как правильно установлено судом первой инстанции на основании оценки представленных доказательств, в частности: протоколов выемки и осмотра информации о детализации входящих соединений на абонентский номер, принадлежащий К.,- в действительности ФИО1 звонил дочери уже после причинения смерти потерпевшей;

- ошибочное восприятие осужденным последовательности происходивших событий не только не опровергает достоверность экспертных заключений, но дополнительно подтверждает правильность приведенных в них выводов о том, что протекание у ФИО1 эмоциональной реакции сопровождалось «данные изъяты».

Дав оценку с точки зрения достаточности для разрешения уголовного дела всем исследованным доказательствам в совокупности, суд первой инстанции пришел к мотивированному выводу о доказанности вины ФИО1 в совершении именно инкриминированного ему, но не более тяжкого деяния, с чем судебная коллегия согласна.

С квалификацией действий осужденного по ст.107 ч.1 УК РФ, как убийство в состоянии аффекта, вызванного длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим аморальным поведением потерпевшей, судебная коллегия также согласна. Правильность такой юридической оценки подтверждается установленными судом первой инстанции фактическими обстоятельствами дела, свидетельствующими о том, что осужденный совершил убийство, находясь в состоянии аффекта, а именно:

- нахождением ФИО1 в длительной психотравмирующей ситуацией, возникшей в связи с систематическим аморальным поведением потерпевшей, с которой у него с «ДАТА» сложились враждебно-неприязненные отношения;

- причинами и обстоятельствами ссоры, произошедшей между осужденным и С. за несколько минут до причинения последней смерти, а также субъективным восприятием ФИО1 высказываний потерпевшей, приведшим по механизму «последней капли» к развитию аффективного взрыва;

- характером насилия, примененного к С., которой осужденный нанес два удара в правую часть теменной области головы, являющуюся местом сосредоточения жизненно важных органов человека;

- использованием в качестве орудия деревянного полена, то есть предмета, который, с одной стороны, находился под рукой у ФИО1, а с другой – с учетом его веса и твердости - при применении для причинения телесных повреждений обладает большими поражающими свойствами;

- значительной силой нанесенных ударов, о чем свидетельствует причинение потерпевшей перелома свода и основания черепа;

- наступившими последствиями в виде тяжкого вреда здоровью С., скончавшейся на месте через непродолжительное время.

Изложенное также свидетельствует о несостоятельности доводов потерпевших и представителя одного из них, аналогичных приведенным в судебных прениях и обоснованно отвергнутым судом первой инстанции, о совершении ФИО1 умышленного убийства С.

Назначенное ФИО1 наказание соответствует требованиям ст.ст.6, 43, 60 и 61 УК РФ, характеру и степени общественной опасности совершенного преступления, данным о личности виновного, в том числе обстоятельствам, смягчающим наказание, а также влиянию назначенного наказания на исправление осужденного и условия жизни его семьи.

В соответствии с положениями ст.61 ч.1 п.п.«и, к» и ч.2 УК РФ суд признал ряд обстоятельств смягчающими наказание ФИО1, а именно: явку с повинной; активное способствование раскрытию и расследованию преступления; заглаживание вреда, причиненного преступлением, путем принесения извинений потерпевшему; полное признание вины; раскаяние в содеянном; пенсионный возраст; наличие государственной награды и звания ветерана труда; установление инвалидности и имеющиеся хронические заболевания. С учетом правильно установленных судом первой инстанции фактических обстоятельств дела и юридической оценки действий осужденного, оснований для признания каких-либо обстоятельств, в том числе приведенных в апелляционной жалобе, отягчающими наказание ФИО1 не имеется.

Дав должную оценку характеру и степени общественной опасности совершенного преступления и оценив изложенные выше и иные сведения о личности виновного, то есть, приняв во внимание все обстоятельства, влияющие на вид и размер наказания, суд пришел к выводу о необходимости назначения ФИО1 наказания в виде ограничения свободы.

В соответствии с ч.1 ст.56 УК РФ осужденному, совершившему впервые преступление небольшой тяжести, наказание в виде лишения свободы может быть назначено только при наличии отягчающих обстоятельств, предусмотренных ст.63 УК РФ, или только если соответствующей статьей Особенной части Уголовного Кодекса РФ лишение свободы предусмотрено как единственный вид наказания.

Преступление, предусмотренное ч.1 ст.107 УК РФ, отнесено уголовным законом к категории небольшой тяжести и наказывается исправительными работами на срок до двух лет, либо ограничением свободы на срок до трех лет, либо принудительными работами на срок до трех лет, либо лишением свободы на тот же срок.

Согласно положениям ч.7 ст.53.1 УК РФ, принудительные работы не назначаются ряду категорий лиц, в том числе мужчинам, достигшим шестидесятилетнего возраста.

С учетом приведенных положений закона и сведений о личности ФИО1, суд определил ему максимально строгий из видов наказания, которые могут быть назначены лицу, совершившему впервые преступление, предусмотренное ч.1 ст.107 УК РФ.

При таких обстоятельствах - вопреки доводам потерпевших, приведенным в ходе апелляционного рассмотрения уголовного дела,- назначенное судом наказание, которое по своему виду и размеру отвечает закрепленным в уголовном законе целям исправления осужденного, а также принципам справедливости и гуманизма, нельзя признать чрезмерно мягким и подлежащим усилению.

Из материалов уголовного дела, включая протокол судебного заседания, следует, что:

- судебное разбирательство проведено с участием подсудимого и защитника, каждому из которых были предоставлены равные с государственным обвинителем, потерпевшим и его представителем права, то есть с соблюдением принципа состязательности в условиях равенства сторон;

- все ходатайства участников процесса рассмотрены судом в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона, в том числе закрепленными в ст.ст.271, 276, 281, 285 и 286 УПК РФ;

- требования ст.ст.50 Конституции Российской Федерации и 75 УПК РФ о том, что при осуществлении правосудия не допускается использование доказательств, полученных с нарушением закона, судом первой инстанции выполнены;

- судебное следствие закончено при отсутствии ходатайств о его дополнении, в том числе со стороны потерпевшего и его представителя, которые согласились с завершением судебного следствия при имевшейся явке и исследованных доказательствах;

- судебные прения, в которых участвовали государственный обвинитель, потерпевший и его представитель, а также подсудимый и защитник, проведены в соответствии с положениями ст.292 УПК РФ, после чего подсудимому было предоставлено последнее слово.

Таким образом, нарушений уголовно-процессуального закона, которые путем лишения и ограничения прав участников уголовного судопроизводства, в том числе со стороны обвинения, повлияли на постановление законного и обоснованного приговора, судом первой инстанции не допущено.

С учетом приведенных обстоятельств, судебная коллегия считает состоявшееся судебное решение законным, обоснованным и справедливым, а основания для его изменения и, соответственно, для удовлетворения апелляционной жалобы потерпевшего – отсутствующими.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

Приговор Палехского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ в отношении ФИО1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшего А. - без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу с момента оглашения и может быть обжаловано в Ивановский областной суд в кассационном порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Председательствующий: ФИО2