Апелляционное определение № 33-3927/2026 от 19 апреля 2026 г.

Судья Захаренко В.В. УИД 38RS0036-01-2025-007869-65

Судья-докладчик Шашкина Е.Н. № 33-3927/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

20 апреля 2026 года г. Иркутск

Судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда в составе:

судьи-председательствующего Васильевой И.Л.,

судей Шашкиной Е.Н., Коваленко В.В.,

при секретаре Журавлевой А.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-182/2026 по иску ФИО1 к обществу с ограниченной ответственностью «Авто Сиб» о компенсации морального вреда,

по апелляционной жалобе ФИО2,

на решение Свердловского районного суда г. Иркутска от 4 февраля 2026 года,

УСТАНОВИЛА:

ФИО1 обратилась с иском к ООО «Авто Сиб», в его обоснование указала, что Дата изъята около (данные изъяты) час. ФИО3, управляя автобусом (данные изъяты), государственный регистрационный номер Номер изъят, следовал по <адрес изъят> в <адрес изъят>, со стороны <адрес изъят> в направлении <адрес изъят>, и при повороте направо на <адрес изъят> допустил наезд на мать истца ФИО6, проходившую проезжую часть по нерегулируемому пешеходному переходу. В результате наезда ФИО6 причинены тяжкие телесные повреждения, она госпитализирована в медицинское учреждение, где впоследствии скончалась.

По данному факту Дата изъята возбуждено уголовное дело Номер изъят по обвинению ФИО3 в преступлении, предусмотренного ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Последствием произошедшего Дата изъята дорожно-транспортного происшествия стали нравственные и физические нравственные страдания, а именно ухудшение здоровья, связанное с постоянными скачками давления, гибель родного и близкого ей человека сама по себе является сильнейшим травмирующим фактором, необратимым обстоятельством нарушающим ее психологическое благополучие, неимущественное право на семейные связи, истец испытывает нравственные страдания ввиду безвременной утраты своей матери ФИО6

ФИО1 просила суд взыскать с ООО «Авто Сиб» в свою пользу компенсацию морального вреда в размере (данные изъяты) рублей.

Решением Свердловского районного суда г. Иркутска от Дата изъята исковые требования ФИО1 удовлетворены; с ООО «Авто Сиб» в пользу ФИО1 взысканы в счет компенсации морального вреда (данные изъяты) рублей; с ООО «Авто Сиб» в доход местного бюджета взыскана государственная пошлина в размере 3 000 рублей.

Не согласившись с решением суда третье лицо ФИО2 обратилась с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить и принять по делу новое решение. В обоснование жалобы указано, что в рассматриваемый в рамках данного дела период индивидуальный предприниматель ФИО3 самостоятельно осуществлял и реализовывал свою деятельность, в трудовых и иных приравненных к ним отношениях с ООО «Авто Сиб» не состоял, в качестве предпринимателя выполнял обязательства, предусмотренные договором оказания услуг. По мнению апеллянта, именно ФИО3 обязан возместить причиненный ущерб, убытки и (или) моральный вред вследствие ненадлежащего оказания услуг, в том числе третьим лицам. Установление данных правоотношений между указанными лицами имеет существенное значение для дела. Суд первой инстанции не исследовал все фактические обстоятельства по делу, и не вправе был ограничиваться установлением формальных условий. Суд первой инстанции при определении размера компенсации морального вреда не привел мотивы и не обосновал, по какой причине пришел к выводу о том, что сумма в размере (данные изъяты) рублей является разумной и справедливой для компенсации причиненных истцу нравственных и физических страданий. Суд также не принял во внимание, что факт родственных отношений сам по себе не является достаточным основанием для удовлетворения требований о компенсации морального вреда при причинении вреда жизни гражданина.

В возражениях прокурор Свердловского района г. Иркутска просил оставить решение Свердловского районного суда г. Иркутска без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

На основании ч. 3 ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Иркутского областного суда рассмотрела дело в отсутствие лиц, участвующих в деле, при надлежащем извещении их о времени и месте рассмотрения дела.

Заслушав доклад судьи Иркутского областного суда Шашкиной Е.Н., заключение прокурора Милько А.М., поддержавшую решение суда первой инстанции, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии с ч. 1 ст. 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия приходит к следующему.

В соответствии с ч. 4 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу и постановления суда по делу об административном правонарушении обязательны для суда, рассматривающего дело о гражданско-правовых последствиях действий лица, в отношении которого они вынесены, по вопросам, имели ли место эти действия и совершены ли они данным лицом.

Приговором Свердловского районного суда г. Иркутска от Дата изъята и апелляционным постановлением Иркутского областного суда от Дата изъята установлено, что в период с 9-45 часов до 9-47 часов Дата изъята ФИО3, управляя технически исправным механическим транспортным автобусом (данные изъяты), государственный регистрационный номер Номер изъят, принадлежащем на праве собственности ФИО2, в нарушение требований пунктов 13.1, 14.1, абз. 2 п. 10 Правил дорожного движения, допустил наезд правой боковой частью кузова автобуса на левую боковую часть тела пешехода ФИО6 и переезд задними правыми колёсами её обеих ног.

В результате данного ДТП пешеходу ФИО6 причинены телесные повреждения, причинившие тяжкий вред здоровью, опасный для жизни человека, вызвавший расстройство жизненно важных функций организма человека, которое не может быть компенсировано организмом самостоятельно и обычно заканчивается смертью (угрожающее жизни состояние); ушитая рвано-ушибленная рана лобной области справа, которое по степени тяжести причинённого вреда здоровью расценивается как причинившее лёгкий вред здоровью, по признаку кратковременного расстройства здоровья (менее 21 дня); кровоподтёк верхнего века правого глаза, которое по степени тяжести причинённого вреда здоровью расценивается как не причинившее вред здоровью.

Смерть ФИО6 наступила Дата изъята в ОГБУЗ «Иркутская городская клиническая больница № 3» от тупой травмы (данные изъяты).

Действия ФИО3 квалифицированы в соответствии с ч. 3 ст. 264 Уголовного кодекса Российской Федерации, как нарушение лицом, управляющим автомобилем, правил дорожного движения, повлекшее по неосторожности смерть человека, привлекли его к уголовной ответственности.

Транспортное средство (данные изъяты), государственный регистрационный номер Номер изъят, которым управлял ФИО3, на момент ДТП принадлежал на праве собственности ФИО2, что подтверждается карточкой учета транспортного средства, а водитель автобуса ФИО3 состоял с ООО «Авто Сиб» в гражданско-правовых правоотношениях, что подтверждается договором на оказание услуг от Дата изъята Номер изъят

Разрешая заявленные исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что смерть матери истца состоит во взаимной причинной связи с неправомерными действиями водителя ФИО3, который в момент происшествия управлял автобусом по поручению и в интересах ООО «Авто Сиб», в связи с чем, привлек последнего к ответственности за вред, причиненный истцу.

Судебная коллегия с данными выводами суда первой инстанции соглашается, поскольку они соответствуют обстоятельствам дела, основаны на правильном толковании и применении норм материального и процессуального права, не вызывают у судебной коллегии сомнений в их законности и обоснованности.

В силу пп. 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Как следует из п. 1 ст. 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации, юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей. Применительно к правилам, предусмотренным настоящей главой, работниками признаются граждане, выполняющие работу на основании трудового договора (контракта), а также граждане, выполняющие работу по гражданско-правовому договору, если при этом они действовали или должны были действовать по заданию соответствующего юридического лица или гражданина и под его контролем за безопасным ведением работ.

Согласно п. 1 ст. 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

В пункте 19 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 года № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что согласно ст. ст. 1068, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации не признается владельцем источника повышенной опасности лицо, управляющее им в силу исполнения своих трудовых (служебных, должностных) обязанностей на основании трудового договора (служебного контракта) или гражданско-правового договора с собственником или иным владельцем источника повышенной опасности.

Вступившим в законную силу и имеющим преюдициальное значение для настоящего спора апелляционным постановлением Иркутского областного суда от 6 августа 2025 года установлено, что водитель ФИО3 в момент дорожно-транспортного происшествия управлял автобусом Ютонг ZK6121HQ, государственный регистрационный номер <***>, принадлежащим апеллянту ФИО2 и переданного в аренду ООО «Авто Сиб», имеющему лицензию на перевозку пассажиров и свидетельство об осуществлении перевозок по регулярному маршруту.

Кроме того, судебным постановлением установлено, что в момент дорожно-транспортного происшествия ФИО3 осуществлял рейс по установленному для ООО «Авто Сиб» маршруту и по его поручению.

При установленных обстоятельствах вывод суда первой инстанции о том, что лицом, ответственным за причинение вреда истцу, является законный на момент ДТП владелец источника повышенной опасности ООО «Авто Сиб», а не управляющий автобусом водитель ФИО3, имеющий статус индивидуального предпринимателя, соответствует вышеприведённым нормам права и установленным по делу обстоятельствам, а доводы апелляционной жалобы ФИО2 в указанной части несостоятельны.

В силу ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как следует из положений ст. 38 Конституции Российской Федерации, а также ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (п. 1 ст. 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Жизнь и здоровье человека - личные неимущественные блага, не имеющие денежной оценки.

В силу положений ст. ст. 1064, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда членам семьи, потерявшим близкого человека, определяется в денежном выражении.

Тяжесть причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом заслуживающих внимания фактических обстоятельств дела, к которым могут быть отнесены любые обстоятельства, влияющие на степень и характер таких страданий. При определении размера компенсации морального вреда судам следует принимать во внимание, в частности: существо и значимость тех прав и нематериальных благ потерпевшего, которым причинен вред (например, характер родственных связей между потерпевшим и истцом); характер и степень умаления таких прав и благ (интенсивность, масштаб и длительность неблагоприятного воздействия), которые подлежат оценке с учетом способа причинения вреда (например, причинение вреда здоровью способом, носящим характер истязания, унижение чести и достоинства родителей в присутствии их детей), а также поведение самого потерпевшего при причинении вреда (например, причинение вреда вследствие провокации потерпевшего в отношении причинителя вреда); последствия причинения потерпевшему страданий, определяемые, помимо прочего, видом и степенью тяжести повреждения здоровья, длительностью (продолжительностью) расстройства здоровья, степенью стойкости утраты трудоспособности, необходимостью амбулаторного или стационарного лечения потерпевшего, сохранением либо утратой возможности ведения прежнего образа жизни (пункт 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15.11.2022 № 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

Доводы апелляционной жалобы о том, что наличие родственных отношений само по себе не является основанием для взыскания компенсации морального вреда, судебной коллегией отклоняются как несостоятельные.

Погибшая в дорожно-транспортном происшествии ФИО6 приходится истцу матерью, что подтверждается повторным свидетельством о рождении Номер изъят Номер изъят от Дата изъята .

Согласно справке о заключении брака от Дата изъята Номер изъят между ФИО4 и ФИО9 заключен брак, после заключения брака присвоены фамилии мужу, жене – ФИО20.

При определении размера компенсации морального вреда судом первой инстанции приняты во внимание конкретные обстоятельства дела, а именно обстоятельства дорожно-транспортного происшествия, поведение ответчика и отношение к произошедшему, характер родственных отношений истца с ФИО6, степень переживаний истца.

Кроме того, судом также приняты во внимание пояснения истца, из которых следует, что она по настоящее время испытывает нравственные страдания в связи с невосполнимой утратой, смертью ее матери ФИО6, которая одна воспитывала ее и сестру. Истец испытывала глубокую привязанность и любовь, в связи с чем, в силу гибели ее матери у истца возникли проблемы со сном, она до настоящего времени находится в подавленном эмоциональном состоянии.

Таким образом, судебная коллегия не находит причин не согласиться с выводами суда первой инстанции о том, что смерть ФИО6 в связи с произошедшим дорожно-транспортным происшествием является тяжелейшим событием в жизни истца, поскольку потеря близкого человека является необратимым обстоятельством, нарушающим психическое благополучие, а также неимущественное право на родственные и семейные связи, что неоспоримо должно оцениваться причинившим нравственные страдания, и должно рассматриваться в качестве переживания, влекущего состояние стресса и эмоционального расстройства. Факт причинения истцу морального вреда не вызывает сомнений и является очевидным.

Апелляционная жалоба ФИО2 не содержит доводов, которые могли бы повлиять на законность принятого судебного решения.

Судом тщательно проанализированы все представленные сторонами доказательства, выводы суда надлежащим образом мотивированы, со ссылкой на установленные по делу обстоятельства и подлежащие применению нормы права.

Доводы апелляционной жалобы не свидетельствуют о нарушении судом норм материального и процессуального права, не содержат каких-либо обстоятельств, которые не были предметом исследования суда или опровергали бы выводы судебного решения, а по существу сводятся к иному толкованию действующего законодательства, иной субъективной оценке исследованных судом доказательств и установленных обстоятельств, в связи с чем на законность и обоснованность состоявшегося судебного акта не влияют.

Оснований, предусмотренных ст. 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, для отмены либо изменения судебного постановления не установлено.

В силу изложенного решение суда является правильным и отмене по доводам апелляционной жалобы не подлежит.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации,

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Свердловского районного суда г. Иркутска от 4 февраля 2026 года по данному гражданскому делу оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Судья-председательствующий И.Л. Васильева

Судьи Е.Н. Шашкина

В.В. Коваленко

Мотивированное апелляционное определение изготовлено 27 апреля 2026 года.