Решение № 2-396/2020 2-396/2020(2-6464/2019;)~М-5228/2019 2-6464/2019 М-5228/2019 от 19 февраля 2020 г. по делу № 2-396/2020

Дело № 2-396/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

20 февраля 2020 года город Новосибирск

Ленинский районный суд г. Новосибирска в лице судьи Герасиной Е.Н.,

при секретаре судебного заседания Аверине Н.С.,

с участием истца (ответчика по встречному иску) ФИО1,

представителя ответчика (истца по встречному иску) ФИО3,

прокурора Александровой Н.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО2 о взыскании материального ущерба, компенсации морального вреда,

по встречному иску ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО2, в котором просил: взыскать с ответчика в счет возмещения материального ущерба денежные средства в размере 106 216 руб., в счет возмещения морального вреда денежную компенсацию в размере 20 000 руб., судебные расходы по оплате государственной пошлины 3 625 руб., по оплате юридических услуг 5 000 руб.

В обоснование иска указал на следующие обстоятельства. 23.01.2019 около 12-30 часов истец ФИО1 на автомобиля Тойота Хариер проезжал около дома № № по ул. Котовского, рядом с которым был припаркован автомобиль Шкода г/н № с открытой дверью со стороны водителя. Поскольку открытая дверь мешала проезду, истец подал звуковой сигнал. Водитель Шкоды закрыл дверь, а истец, проехав дальше, остановился около своего дома по ул. Котовского, д. № В это же время рядом с его автомобилем остановился автомобиль Шкода, которым как стало известно впоследствии, управлял водитель ФИО2 (ответчик). Истец, находясь в салоне своего автомобиля, открыл окно. ФИО2 стал кричать и брызнул в лицо ФИО1 из газового баллончика, причинив физическую боль. После того, как истец вышел из автомобиля, в ответ ФИО2 брызнул еще два раза в лицо из газового баллончика и нанес два удара кулаком левой руки в область лица с правой стороны. От воздействия газа истец чувствовал боль и жжение в глазах, не мог видеть из-за слезотечения, кроме того, от удара по лицу сломался и выпал верхний зубной протез. Истец никаких ударов ответчику не наносил.

После конфликта ФИО1 обратился за медицинской помощью в ГБУЗ «Городская клиническая больница № 16» по адресу: г. Новосибирск, пер.1-й ФИО4, №, в этот же день обратился с заявлением в полицию, в возбуждении уголовного дела отказано, о чем вынесено постановление.

Указанными действиями ответчика истцу причинен материальный вред, в связи с поломкой зубного протеза в результате двух ударов кулаком в лицо. Для восстановления зубного протеза истец обратился в ГАУЗ НСО «Клиническая стоматологическая поликлиника № 1», где были оказаны медицинские услуги на сумму 106 216,10 руб.

Кроме того, действиями ответчика, причинившего химический ожог лица и глазных яблок, причинен моральный вред, выразившийся в физических страданиях.

Не согласившись с доводами иска, ФИО2 обратился в суд со встречным иском к ФИО1, в котором просил взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб.

В обоснование встречного иска указал на следующие обстоятельства. Распыление ФИО2 газового баллончика в лицо ФИО1 было осуществлено исключительно в целях самозащиты себя, супруги и несовершеннолетнего ребенка, поскольку когда ФИО2 подъехал к его автомобилю, пытаясь поговорить, ФИО1 сразу занял враждебную позицию, начав оскорблять и попытался использовать пистолет, достав его из бардачка автомобиля. В дальнейшем ФИО1 повторно использовал свой пистолет на улице, в связи с чем, ФИО2 воспользовался своим баллончиком, действуя в состоянии необходимой обороны.

Как полагает ФИО2, ФИО1 сам своими необдуманными умышленными действиями допустил возникновение конфликта, в действиях же ответчика (истца по встречному иску) не было умысла и вины.

С заявленной суммой компенсации морального вреда ответчик не согласен, полагая ее неразумной, несправедливой, чрезмерно завышенной.

Поскольку ФИО1 причинил ФИО2, жене и ребенку нравственные страдания, выражающиеся в перенесенных переживаниях (вследствие направления пистолета), стрессе, пережитом страхе за себя и семью, учитывая, что жена перенесла также негативные эмоции, переживания, стресс и страх, наблюдая все произошедшее со стороны, ФИО2 просил взыскать компенсацию морального вреда в размере 50 000 руб., из которых: по 20 000 руб. за ФИО2 и его жену, 10 000 руб. – за несовершеннолетнего ребенка.

В судебном заседании истец (ответчик по встречному иску) ФИО1 требования первоначального иска и доводы в их обоснование поддержал в полном объеме, против требований встречного иска возражал, оспаривая в части обстоятельства, указанные ответчиком, и утверждая, что свой пистолет он достал после того, как ФИО2 применил газовой баллончик.

Ответчик ФИО2 в суд не явился, извещен надлежащим образом.

Представитель ответчика (истца по встречному иску) ФИО2 – ФИО3 в судебном заседании требования встречного иска поддержал в полном объеме, в удовлетворении иска ФИО1 просил отказать в полном объеме, поскольку применил способы самозащиты, вред в виде поломки протеза не причинял, ударов ФИО1 не наносил.

Прокурор ФИО5 в судебном заседании дала заключение о обоснованности иска ФИО1 в части компенсации морального вреда, отсутствии оснований для удовлетворения требования о взыскании материального ущерба, а также об отсутствии оснований для удовлетворения требований встречного иска о компенсации морального вреда.

Выслушав пояснения сторон, допросив свидетелей, изучив письменные материалы дела, в том числе материалы проверки, проведенной сотрудниками полиции, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1064 Гражданского кодекса РФ, вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно статье 151 Гражданского кодекса РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

В силу статьи 1101 Гражданского кодекса РФ, компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме (пункт 1). Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (пункт 2).

Как следует из материалов дела и установлено в ходе судебного разбирательства, 23.01.2019 во дворе домов № № и № № по ул. Котовского в г. Новосибирске между ФИО1, управлявшим автомобилем Тойота Хариер, и водителем автомобиля Шкода ФИО2 произошел конфликт.

Конфликт начался с того, что автомобиль Шкода, со слов истца, мешал его проезду, вследствие чего ФИО1 применил звуковой сигнал. После чего ФИО2 на своем автомобиле вместе с женой и малолетним ребенком проследовал за автомобилем ФИО1, где конфликт продолжился.

Из совокупности фактических обстоятельств дела вывод о том, что конфликт был инициирован только одной стороной, не представляется возможным. Так, ФИО1 звуковой сигнал применен в нарушение п. 19.10 Правил дорожного движения, согласно которым, звуковые сигналы могут применяться только для предупреждения других водителей о намерении произвести обгон вне населенных пунктов; в случаях, когда это необходимо для предотвращения дорожно-транспортного происшествия. В настоящем случае движение водителем осуществлялось в пределах населенного пункта, по придомовой территории, реальной опасности возникновения ДТП не имелось, и водитель имел реальную возможность проехать, при доказанности того, что открытая дверь мешала проезду, не прибегая к использованию звукового сигнала. При этом, водитель ФИО2 также имел возможность избежать продолжения конфликта, однако решил продолжить разбирательство, проследовав на своем автомобиле, вместе с женой и ребенком, за ФИО1, в чем какой-либо необходимости судом не усматривается.

В ходе данного конфликта, обстоятельства которого со слов его участников, пояснений в судебном заседании, противоречивы, ФИО1 причинен вред в виде химического ожога конъюктивы и роговицы глаз, что подтверждено объективными доказательствами: справкой врача-травматолога-ортопеда ГБУЗ НСО «ГП № 16» от 23.01.2019, установившего диагноз: химический ожог обоих глазных яблок, лица (л.д. 24), заключением эксперта ГБУЗ НСО «НОБ СМЭ» от 12.02.2019 (л.д. 78).

Факт применения газового баллончика в отношении ФИО1 ФИО2 не отрицал. Доводы об его использовании в качестве средства самообороны суд отклоняет, поскольку доказательств тому, что применению газового баллончика предшествовали действия истца, угрожающие самому причинителю вреда или другим лицам, и эта опасность при данных обстоятельствах не могла быть устранена иными средствами, - не представлено.

Согласно письменным объяснениям ФИО2 от 30.01.2019, отобранным сотрудником полиции через непродолжительное время после произошедшего, до возбуждения гражданского дела: «сел в автомобиль, поехал за ним и догнал у дома № № по ул. Котовского, поравнявшись, открыл окно, спросил, зачем он это делает, в ответ водитель выразился нецензурной бранью, полез в бардачок и достал предмет, что это было я (ФИО2) не разобрал, после чего, испугавшись, взял свой перцовый баллончик и брызнул в сторону водителя, после чего стал разворачиваться … в этот момент водитель Тойоты стоял на дороге и держал в руке «Удар» перцовый баллончик …» (из материала проверки КУСП № 1333(19).

Данными пояснениями ФИО2 опровергаются его доводы встречного иска о том, что предмет, который имелся у ФИО1, был воспринят им как боевое огнестрельное оружие, поскольку из данных пояснений, напротив, следует, что «удар» как средство самообороны был идентифицирован верно.

Из объяснений ФИО1 от 23.01.2019, отобранных сотрудником полиции, следует, что ФИО1 « … не понял его (ФИО2) возмущений, спросил у него, почему он кричит, после чего мужчина брызнул из газового баллона в лицо, я (ФИО1) испытал физическую боль …»

К показаниям свидетеля ФИО9 о том, что сначала ФИО1 направил на них пистолет, а затем ФИО2 брызнул из баллончика, суд относится критически, так как свидетель является супругой ответчика, а потому заинтересована в исходе дела.

Согласно медицинским документам, ожог глаз, полученный ФИО1, не влечет за собой кратковременное расстройство здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности, расценивается как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Вместе с тем, исходя из характера полученных повреждений, их последствий в виде физической боли, слезотечения, а также в связи с необходимостью назначенного врачом лечения (л.д. 24), суд полагает установленным факт причинения ФИО1 физических и нравственных страданий (морального вреда), который подлежит компенсации.

Учитывая небольшую тяжесть наступивших последствий (вред здоровью, подлежащий правовой квалификации с определением степени тяжести, не причинен), степень страданий истца, связанных с его индивидуальными особенностями (обусловленными общим состоянием здоровья, пожилым возрастом), степень вины ответчика, совокупность фактических обстоятельств дела, в том числе, наличие вины в конфликте обеих сторон, размер компенсации морального вреда, заявленного к возмещению – 20 000 рублей, суд находит завышенным.

Руководствуясь принципом разумности, исходя их характера и объема нравственных и физических страданий, причиненных истцу, суд считает соразмерной компенсацию морального вреда в 5 000 рублей.

Требование иска ФИО1 о возмещении материального ущерба по изготовлению новых зубных протезов суд находит не подлежащим удовлетворению, поскольку стороной истца, в нарушение требований статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, не представлено доказательств, отвечающих требованиям о достоверности, допустимости, относимости и достаточности, в подтверждение того, что ответчик ФИО2 является причинителем данного вреда и между его действиями и наступившими для истца убытками имеется прямая причинно-следственная связь.

Так, из протокола принятия устного заявления ФИО1 не следует, что в результате конфликта был сломан его зубной протез. В его письменных пояснениях указано, что удар был в область левого глаза (при этом в иске указано, что в правый глаз), физическую боль от ударов не испытывал, от удара выпал протез, его не нашел.

Ответчик ФИО2 факт нанесения ударов, от которых мог быть поврежден протез или выпал, последовательно оспаривал.

Достоверных доказательств нанесения таких ударов не имеется. Так, в справке врача-травматолога-ортопеда от 23.01.2019 по результатам осмотра ФИО1 установлено: гиперемия лица, боль, гиперемия, кровоизлияния обоих глазных яблок, лица, жалобы при обращении: на место ожога, потерю зрения, анамнез: неизвестный газовым баллончиком брызнул в лицо, диагноз: химический ожог обоих глазных яблок, лица (л.д. 12). Каких-либо жалоб относительно иных повреждений от пациента не поступало.

Из выписки из медицинской карты амбулаторного больного ФИО1 от 09.02.2019 следует, что установлен диагноз: химический ожог конъюктивы и роговицы глаза, из жалоб: боли в поясничном отделе позвоночника, иных жалоб не имелось (л.д. 11)

Не зафиксировано повреждений в области челюстных суставов и в заключении судебно-медицинской экспертизы от 12.02.2019, выполненной через продолжительное время после конфликта (через 20 дней), установлена только гематома верхнего века.

Как пояснил ФИО1 в судебном заседании, в ходе конфликта он не падал. Соответственно, установить, в результате каких именно действий ФИО2 зубной протез был сломан или утрачен – не представляется возможным.

Сама по себе утрата протеза (из первоначально данных пояснений истца следовало, что протез выпал) не свидетельствует о его поломке и необходимости изготовления нового.

К показаниям свидетеля ФИО6 в судебном заседании о том, что ФИО1 жаловался, что у него выбили зубной протез, суд относится критически, поскольку данный свидетель находится с истцом в дружеских отношениях, очевидцем произошедшего не была, с какой стороны на лице у истца была гематома, пояснить не смогла.

Критической оценке подлежат и показания свидетеля ФИО7 (бывшей супруги истца), согласно которым, на лице у истца было покраснение (причина которого свидетелю не известна), во рту и истца не было протеза нижней челюсти, она нашла его кусочек на улице. Данные показания противоречат показаниям ФИО1 о том, что протез был сломан верхний.

Свидетель ФИО8 в суде пояснил, что видел только, как ФИО1 держался за лицо, промывал глаза, повреждений на лице не заметил, не приглядывался.

Свидетель ФИО9 (супруга ФИО2) факт нанесения ФИО2 ударов отрицала, пояснила, что ФИО1 не падал, не ударялся.

Кроме того, из представленных суду документов следует, что ФИО1 оказаны услуги по изготовлению и установке двух новых съемных протезов (верхнего и нижнего) стоимостью 106 216,10 руб., при том, что из пояснений истца – сломан в результате конфликта был только один. Также, согласно представленной на судебный запрос информации из ГАУЗ НСО «КСП № 1» следует, что стоимость протезирования увеличилась по сравнению с ранее имевшимся у ФИО1 зубным протезом, так как из предложенных двух вариантов пациент принял решение об изготовлении бюгельного съемного протеза, более дорогого по стоимости (л.д. 88).

При изложенных обстоятельствах требование иска о возмещении ответчиком полной стоимости оказанных истцу стоматологических услуг нельзя признать законным, обоснованным, подлежащим удовлетворению.

В соответствии с частью 1 статьи 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные в настоящей статье судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований

На основании части 1 статьи 100 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, по ее письменному ходатайству суд присуждает с другой стороны расходы на оплату услуг представителя в разумных пределах.

Как следует из материалов гражданского дела, 10.07.2019 между ИП ФИО10 (исполнителем) и ФИО1 (заказчиком) заключен договор на оказание юридических услуг по изучению документов, проведению устных консультаций, подготовке искового заявления. За оказанные услуги, согласно условиям договора, по квитанции от 10.07.2019, оплачено 5 000 руб.

Учитывая частичное удовлетворение исковых требований, требование о возмещении судебных расходов по оказанию юридических услуг представляется законным и обоснованным.

Вместе с тем, указанные к взысканию расходы суд находит чрезмерными, не соответствующими сложности дела и объему оказанной представителем помощи.

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пунктах 10 и 11 Постановления от 21 января 2016 года N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела" разъяснил, что лицо, заявляющее о взыскании судебных издержек, должно доказать факт их несения, а также связь между понесенными указанным лицом издержками и делом, рассматриваемым в суде с его участием.

Разрешая вопрос о размере сумм, взыскиваемых в возмещение судебных издержек, суд в целях реализации задачи судопроизводства по справедливому публичному судебному разбирательству, обеспечения необходимого баланса процессуальных прав и обязанностей сторон вправе уменьшить размер судебных издержек, в том числе расходов на оплату услуг представителя, если заявленная к взысканию сумма издержек носит явно неразумный (чрезмерный) характер.

Учитывая объем и характер оказанных представителем юридических услуг (подготовка искового заявления), принимая во внимание частичное удовлетворение исковых требований, исходя из принципа разумности и обоснованности судебных расходов, суд считает возможным заявление о возмещении судебных расходов удовлетворить частично, взыскав в пользу истца расходы на оплату услуг представителя в размере 1 000 рублей.

Пропорционально размеру удовлетворенных судом требований, возмещению подлежат судебные расходы по оплате государственной пошлины, что составит 300 руб. (за требование о взыскании компенсации морального вреда, в соответствии со ст. 333.19 НК РФ).

При разрешении требований встречного иска ФИО2 к ФИО1 о взыскании компенсации морального вреда суд не находит оснований для удовлетворения данных требований ввиду следующих обстоятельств.

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса РФ, основаниями для компенсации морального вреда являются действия, нарушающие личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также другие основания, предусмотренные законом.

На нарушение конкретных личных неимущественных прав, умаление нематериальных благ (к числу которых в соответствии со статьей 150 ГК РФ отнесены жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, право свободного передвижения, право на имя и другие) истец ФИО2 не указал, доказательств наличия прямой причинно-следственной связи между действиями ФИО1 и вредом, в соответствии с требованиями статьи 56 Гражданского процессуального кодекса РФ, не привел.

Не доказан и сам факт претерпевания ФИО2 либо его несовершеннолетним ребенком каких-либо физических или нравственных страданий.

Полномочий на обращение в суд в защиту прав и законных интересов своей супруги у истца ФИО2 не имеется, учитывая, что последняя в дееспособности не ограничена, ее законным представителем истец не является.

Принимая во внимание совокупность фактических обстоятельств дела, а именно активную роль в конфликте обеих его сторон, применение ФИО2 средства самообороны (газового баллончика) наравне с ФИО1, вывод о причинении ФИО2 морального вреда демонстрацией ответчиком средства самообороны не представляется возможным.

Вред здоровью истца по встречному иску либо его близким родственникам в результате конфликта не причинен.

Предусмотренных законом оснований для компенсации морального вреда в настоящем случае не имеется.

Руководствуясь статьями 194 – 199 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО2 в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 5 000 рублей, в возмещение судебных расходов: по оплате государственной пошлины 300 рублей, по оплате юридических услуг 1 000 рублей. В удовлетворении требований в остальной части отказать.

В удовлетворении требований встречного иска ФИО2 отказать.

Решение может быть обжаловано в Новосибирский областной суд в течение месяца с момента его изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 05.03.2020.

Судья (подпись) Е.Н. Герасина

Подлинник решения суда находится в гражданском деле № 2-396/2020 Ленинского районного суда г. Новосибирска.