Апелляционное определение № 33-10552/2025 33-217/2026 от 4 февраля 2026 г.

УИД 34RS0038-01-2025-000507-29

судья Чурюмов А.М. дело № 33-217/2026


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

г.Волгоград 5 февраля 2026 года

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда в составе:

председательствующего судьи Марчукова А.В.,

судей Ждановой С.В., Абакумовой Е.А.,

при ведении протокола помощником судьи Давидян С.К.,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-682/2025 по иску ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о применении недействительной ничтожной (притворной) сделки, о признании недействительной сделки купли-продажи, о взыскании денежных средств, по встречному иску ФИО3 к ФИО1 об определении порядка пользования жилым домом, о возложении обязанности не чинить препятствий в пользовании жилым домом и земельным участком,

по апелляционной жалобе ФИО3

на решение Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 23 июля 2025 года.

Заслушав доклад судьи Волгоградского областного суда Ждановой С.В., судебная коллегия

установила:

ФИО1 обратилась в суд с иском к ФИО2, ФИО4 и ФИО3 о применении недействительной ничтожной (притворной) сделки, о признании недействительной сделки купли-продажи, о взыскании денежных средств. В обосновании требований указала, что она является собственником 2/3 доли в праве собственности на домовладение и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> Остальные доли в праве на указанные выше объекты недвижимости (по 1/6 каждый) принадлежат ФИО2 и ФИО4, право собственности у которых возникло в результате принятия наследства после смерти отца ФИО5.

19 февраля 2025 года между ФИО2 и ФИО3 был заключен договор дарения, по которому ФИО2 подарил ФИО3 принадлежащее ему имущество в виде 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и 1/6 доли в праве собственности на земельный участок.

На основании договора купли-продажи, заключенного 25 февраля 2025 года между продавцом ФИО2, действующим от имени ФИО4, и покупателем ФИО3, ФИО4 продала принадлежащие ей 1/6 долю в праве собственности на жилой дом и 1/6 долю в праве собственности на земельный участок ФИО3 за 1 500 000 рублей.

ФИО3 заявила свои права на указанное выше имущество, с чем ФИО1 не согласна, полагая, что при отчуждении спорного имущества ФИО2 и ФИО4 не было соблюдено её преимущественное право

сособственника на приобретение долей.

С учётом уточнённых исковых требований ФИО1 просила:

- применить последствия недействительности ничтожной (притворной) сделки дарения 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и 1/6 доли земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенной между ФИО2 и ФИО3 19 февраля 2025 года;

- признать недействительной сделку купли-продажи 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и 1/6 доли земельного участка, расположенных по тому же адресу, заключенную между ФИО4 в лице её представителя ФИО2 и ФИО3 25 февраля 2025 года;

- прекратить право собственности ФИО3 на поименованное выше имущество, полученное в результате указанных выше сделок;

- перевести на ФИО1 права и обязанности покупателя по договору купли-продажи спорного имущества от 25 февраля 2025 года;

- признать право собственности за ФИО1 на 1/6 долю в праве собственности на жилой дом и 1/6 долю земельного участка; взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 денежные средства в размере 1 500 000 рублей.

Не признавая исковые требования ФИО1, ФИО3 в свою очередь обратилась в суд со встречным иском к ФИО1, указав в обоснование, что ей на праве собственности принадлежит 1/3 доля земельного участка и 1/3 доля распложённого на нём жилого дома по адресу: <...>, пользоваться которыми она не может из-за препятствий, чинимых ФИО1

С учётом уточнённых исковых требований ФИО3 просила определить порядок пользования жилым домом следующим образом: ФИО3 предоставить в пользование комнату № 7 (площадью 13 кв. м), ФИО1 – комнату № 4 (15 кв. м) и комнату № 5 (13,2 кв. м); кухню-гостиную, холл, санузел, ванную, прихожую, котельную, гараж предоставить в общее совместное пользование; обязать ФИО1 не чинить ФИО3 препятствий в пользовании жилым домом; взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей, расходы по оплате услуг представителя в размере 23 000 рублей.

Решением Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 23 июля 2025 года исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о применении недействительной ничтожной (притворной) сделки, о признании недействительной сделки купли-продажи, о взыскании денежных средств удовлетворено. Применены последствия недействительности ничтожной (притворной) сделки дарения 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и 1/6 доли земельного участка, заключенной между ФИО2 и ФИО3 19 февраля 2025 года. Признана недействительной сделка купли-продажи 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и 1/6 доли земельного участка, заключенная 25 февраля 2025 года между ФИО4 в лице представителя по доверенности ФИО2 и ФИО3 Переведены на ФИО1 права и обязанности покупателя на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом и на 1/6 долю земельного участка по договору купли-продажи от 25 февраля 2025 года, заключенному между ФИО4 и ФИО3 Прекращено право собственности ФИО3 на 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и 1/6 доли в праве собственности на земельный участок. Признано право собственности за ФИО1 на 1/6 долю в праве собственности на жилой дом и 1/6 долю в праве собственности на земельный участок, расположенных по адресу: <адрес> Взысканы с ФИО1 в пользу ФИО3 денежные средства в размере 1 500 000 рублей.

В удовлетворении встречного иска ФИО3 к ФИО1 об определении порядка пользования жилым домом, возложении обязанности не чинить препятствий в пользовании жилым домом и земельным участком отказано.

В апелляционной жалобе ФИО3 оспаривает законность и обоснованность судебного постановления, просит его отменить. Указывает на нарушение судом норм материального и процессуального права при принятии решения.

Истец ФИО1, ответчики ФИО2 и ФИО4, нотариус г.Волжского Волгоградской области ФИО6 в судебное заседание не явились, о месте и времени судебного заседания были извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили, об отложении дела не просили. Интересы ответчика ФИО4, проживающей в другом государстве, место жительства которой неизвестно, в суде апелляционной инстанции представляет назначенный судебной коллегией в порядке статьи 50 Гражданского кодекса Российской Федерации адвокат Погосов А.Э.

При таких данных судебная коллегия, руководствуясь статьёй 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, пришла к выводу о возможности рассмотрения дела при установленной явке.

Поскольку судом первой инстанции дело было рассмотрено в отсутствие ответчика ФИО4, проживающей в Соединённом Королевстве Британии и Северной Ирландии, не извещённой надлежащим образом о месте и времени рассмотрения дела, определением от 20 ноября 2025 года судебная коллегия перешла к рассмотрению дела по правилам производства в суде первой инстанции без учёта особенностей, предусмотренных главой 39 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Данное обстоятельство в силу требований части 4 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации влечёт безусловную отмену решения Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 23 июля 2025 года.

После перехода судебной коллегией к рассмотрению спора по правилам производства в суде первой инстанции, ответчик ФИО2 по электронной почте направил в суд заявления от 10 декабря 2025 года и от 15 января 2026 года, с просьбой признать заключенный между ним и ФИО3 19 февраля 2025 года договор дарения договором купли-продажи, сославшись на то, что в действительности его воля была направлена на совершение сделки купли - продажи принадлежащей ему доли. В подтверждение этого ФИО2 к заявлению приложена расписка от 20 ноября 2025 года о получении им от ФИО3 за 1/6 долю жилого дома и земельного участка денежной суммы в размере 1 500 000 рублей (т.2 л.д.72-75).

В связи с указанным обстоятельством представителями ФИО1 – ФИО7 и ФИО8 были уточнены исковые требования, согласно которым истец просит:

- применить последствия недействительности ничтожной (притворной) сделки дарения 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и 1/6 доли земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, <адрес> заключенной между ФИО2 и ФИО3 19 февраля 2025 года, удостоверенный нотариусом г.Волгограда ФИО9, зарегистрированный в реестре за № <...>

- признать недействительной сделку купли-продажи 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и 1/6 доли земельного участка, расположенных по тому же адресу, заключенную между ФИО4 в лице её представителя ФИО2 и ФИО3 25 февраля 2025 года;

- перевести на ФИО1 права и обязанности приобретателя 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом и 1/6 доли в праве собственности на земельный участок по сделке, заключенной между ФИО2 и ФИО3 от 19 февраля 2025 года;

- перевести на ФИО1 права и обязанности покупателя по договору купли-продажи спорного имущества от 25 февраля 2025 года;

- прекратить право собственности ФИО3 на 1/3 (1/6 + 1/6) долю поименованное выше имущество, полученное в результате указанных выше сделок;

- признать право собственности за ФИО1 на 1/3 (1/6 + 1/6) долю в праве собственности на жилой дом и 1/3 (1/6 + 1/6) долю земельного участка;

- взыскать с ФИО1 в пользу ФИО3 денежные средства в размере 1 500 000 рублей, размещённые на депозитном счёте Управления Судебного департамента в Волгоградской области.

ФИО3 также уточнила заявленные исковые требования, дополнив к ранее заявленным требование о признании ничтожным договора дарения, заключенного между ней и ФИО2 19 февраля 2025 года; о применении правил, установленных для договора купли-продажи; договор дарения переквалифицировать в договор купли-продажи, в соответствии со статьёй 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Третье лицо – нотариус нотариального округа город Волгоград ФИО9 просила в удовлетворении иска ФИО1 о признании недействительным договора дарения, отказать.

Представитель ФИО4 – адвокат Погосов А.Э. просил в удовлетворении иска ФИО1 к ФИО4 отказать.

Судебная коллегия, выслушав лиц, участвующих в деле, исследовав представленные по делу доказательства, приходит к следующему.

Согласно части 2 статьи 209 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать своё имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

По смыслу данной нормы собственник вправе отчуждать своё имущество в собственность другим лицам, если это не нарушает охраняемые законом интересы других лиц.

В соответствии с пунктом 2 статьи 246 Гражданского кодекса Российской Федерации участник долевой собственности вправе по своему усмотрению продать, подарить, завещать, отдать в залог свою долю либо распорядиться ею иным образом с соблюдением при её возмездном отчуждении правил, предусмотренных статьёй 250 настоящего Кодекса.

При этом в соответствии со статьёй 250 Гражданского кодекса Российской Федерации, при продаже доли в праве общей собственности постороннему лицу, остальные участники долевой собственности имеют преимущественное право покупки продаваемой доли по цене, за которую она продаётся, и на прочих равных условиях, кроме случая продажи с публичных торгов.

Согласно пункту 3 названной статьи, при продаже доли с нарушением преимущественного права покупки, любой другой участник долевой собственности имеет право в течение трёх месяцев требовать в судебном порядке перевода на него прав и обязанностей покупателя.

Статьёй 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна.

По основанию притворности может быть признана недействительной лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю участников сделки. Намерения одного участника на совершение притворной сделки недостаточно. Стороны должны преследовать общую цель и достичь соглашения по всем существенным условиям той сделки, которую прикрывает юридически оформленная сделка.

Как разъяснено в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25) в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно.

К сделке, которую стороны действительно имели в виду (прикрываемая сделка), с учётом её существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

По смыслу действующего законодательства притворная сделка ничтожна потому, что не отражает действительных намерений сторон. Общим правилом является применение закона, относящегося к прикрытой сделке, при этом она представляет собой произвольную комбинацию условий, прав и обязанностей, не образующих известного Кодексу состава сделки, и также может выходить за рамки гражданских сделок. Применение закона, относящегося к прикрытой сделке, состоит в оценке именно тех её условий, которые указаны в законах, на которые ссылается истец.

Для признания сделки недействительной по мотиву её притворности необходимо установить, что воля обеих сторон была направлена на совершение сделки, отличной от заключенной, а также что сторонами в рамках исполнения притворной сделки выполнены все существенные условия прикрываемой сделки.

В соответствии с разъяснениями, данными судам в пунктах 88, 91 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 25, применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учётом её существа и содержания применяются относящиеся к ней правила (пункт 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пунктам 1, 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учётом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Доказывание этих обстоятельств, исходя из общего правила распределения обязанностей по доказыванию, предусмотренного статьёй 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, возлагается на лицо, предъявившее соответствующие исковые требования.

Как установлено судебной коллегией и следует из материалов дела, истец ФИО1 доводилась супругой ФИО5, а ответчики ФИО2 и ФИО4 являются детьми ФИО5 от предыдущего брака.

ФИО5 умер 11 января 2023 года. После его смерти открылось наследственное имущество в виде жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>

ФИО1 является собственником 2/3 доли на указанные выше объекты недвижимого имущества.

Истец и ответчики являются наследниками, принявшими наследство после смерти ФИО5

ФИО2 и ФИО4 обращались в суд с иском к ФИО1 о признании за ними право собственности в порядке наследования после смерти отца ФИО5 на спорное имущество.

Решением Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 17 апреля 2024 года исковые требования ФИО4 и ФИО2 удовлетворены частично. Признано за ФИО2 и ФИО4 право собственности в порядке наследования после смерти отца ФИО5 на 1/6 долю (каждому) в праве собственности на жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес> В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО2, ФИО4 отказано. Встречные исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО4 о взыскании расходов на погребение удовлетворены. Взысканы с ФИО2, ФИО4 в пользу ФИО1 расходы на погребение наследодателя, с каждого по 64 758 рублей.

Государственная регистрация права общей долевой собственности произведена за ФИО2 и ФИО4 3 февраля 2025 года.

В телеграммах, направленных ФИО2 и ФИО4 в адрес ФИО1 3 октября 2024 года, ответчики сообщили о намерении продать свои доли жилого дома по 1 000 000 рублей за каждую долю и земельного участка – за 500 000 рублей за каждую долю, и предлагали ей, как лицу, имеющему преимущественное право покупки, сообщить им о своём решении (т.1 л.д.205-206).

Как пояснила судебной коллегии представитель ФИО1 - ФИО8, указанные телеграммы истец получала, была согласна выкупить указанные доли, однако стороны не пришли к соглашению о цене долей, в связи с чем с представителями ФИО2 и ФИО4 обсуждался вопрос о проведении оценки спорного имущества. Спустя время она узнала, что ответчики продали свои доли.

Так, 19 февраля 2025 года между ФИО2 (даритель) и ФИО3 (одаряемая) был заключен договор дарения доли жилого дома и земельного участка, по условиям которого ФИО2 передана в дар ФИО3 1/6 доля жилого дома и 1/6 доля земельного участка, расположенные по адресу: <адрес> Указанные доли стороны договора оценили в размере их кадастровой стоимости: жилого дома - 282 968 рублей 51 копейка, земельного участка - 56 110 рублей (т.1 л.д.65-66).

Государственная регистрация данной сделки и перехода права собственности к ФИО3 произведена 20 февраля 2025 года (т.2 л.д.76-83).

25 февраля 2025 года между ФИО4 (продавец) в лице представителя ФИО2, действовавшего на основании нотариально удостоверенной доверенности от 22 ноября 2024 года, и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи, по условиям которого ФИО4 передана в собственность ФИО3 1/6 доля жилого дома и 1/6 доля земельного участка, расположенные по адресу: <адрес>. Указанные доли стороны договора оценили по кадастровой стоимости: жилого дома - 282 968 рублей 51 копейка, земельного участка - 56 110 рублей (т.1 л.д.65-66).

Государственная регистрация данной сделки и перехода права собственности к ФИО3 произведена 26 февраля 2025 года (т.2 л.д.84-87).

На момент рассмотрения дела в спорном жилом доме зарегистрирована и проживает ФИО1

В период рассмотрения дела судом апелляционной инстанции от ФИО2 по электронной почте поступило заявление от 9 декабря 2025 года о приобщении к делу расписки от 20 ноября 2025 года, из которой следует, что он получил от ФИО3 денежные средства за 1/6 долю жилого дома и земельного участка в размере 1 500 000 рублей, в связи с чем ФИО2 просил признать договор дарения от 19 февраля 2025 года, заключенный между ним и ФИО3, договором купли-продажи (т.2 л.д.72, 73).

ФИО3 в судебном заседании подтвердила факт передачи ею ФИО2 денежной суммы в размере 1 500 000 рублей в счёт уплаты за 1/6 долю жилого дома и земельного участка ФИО2

Из объяснений ответчиков ФИО2 и ФИО3, данных в суде апелляционной инстанции, следует, что стороны оспариваемого договора дарения в родственных отношениях не состоят, до заключения сделки не были знакомы, проживают в разных городах, ФИО3, согласно сведениям из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, является индивидуальным предпринимателем, основным видом деятельности которой является операции с недвижимым имуществом за вознаграждение или на договорной основе, дополнительным – покупка и продажа собственного жилого недвижимого имущества (т.1 л.д.10-21).

Каких-либо убедительных доводов, обосновывающих безвозмездный характер совершённой сделки – договора дарения от 19 февраля 2025 года ФИО2 и ФИО3 не представили.

Таким образом, исходя из представленных в деле доказательств, учитывая, что между ФИО2 и ФИО3 отсутствовали какие-либо отношения, которыми мог быть обусловлен безвозмездный характер отчуждения постороннему лицу, деятельность которого напрямую связана с совершением сделок с недвижимым имуществом, дорогостоящего недвижимого имущества, а также принимая во внимание расписку, заявление ФИО2, пояснение и заявление ФИО3 о том, что ФИО3 выкупила долю ФИО2 за 1 500 000 рублей, в связи с чем они просили считать договор дарения договором купли-продажи, руководствуясь статьями 166, 167, 170, 246, 250, 572 Гражданского кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения, изложенные в пункте 87 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 25, судебная коллегия приходит к выводу о том, что оспариваемый договор дарения, заключенный между ФИО2 и ФИО3 19 февраля 2025 года, является притворной сделкой, то есть был совершён с целью прикрыть договор купли-продажи доли ФИО2 в праве общей долевой собственности в жилом доме и земельном участке. Заключение этой сделки лишило ФИО1 возможности воспользоваться преимущественным правом их покупки.

В соответствии с абзацем 2 пункта 2 статьи 223 Гражданского кодекса Российской Федерации, недвижимое имущество признаётся принадлежащим добросовестному приобретателю (пункт 1 статьи 302) на праве собственности с момента такой регистрации, за исключением предусмотренных статьей 302 настоящего кодекса случаев, когда собственник вправе истребовать такое имущество от добросовестного приобретателя.

По смыслу положений статьи 250 Гражданского кодекса Российской Федерации, именно собственник продаваемого имущества и именно в письменной форме обязан известить остальных участников долевой собственности о намерении продать свою долю.

Поскольку предложение о продаже своей доли ФИО4 было направлено ФИО1 до регистрации за собой права собственности, а после надлежащего оформления права собственности 3 февраля 2025 года такое предложение ФИО1 не направлялось, то оснований считать, что ФИО4 надлежащим образом исполнила свою обязанность по извещению другого участника долевой собственности о намерении продать свою долю, не имеется.

Узнав о свершившихся сделках 19 и 25 февраля 2025 года, ФИО1 14 марта 2025 года обратилась в суд с настоящим исковым заявлением, тем самым высказав свое намерение приобрести принадлежащие ФИО2 и ФИО4 по 1/6 доли жилого дома и земельного участка.

Согласно представленным ФИО1 в материалы дела чеку по операции от 3 июля 2025 года, а также платёжному поручению от 3 июля 2025 года № 357723, денежные средства в размере 700 000 рублей и 800 000 рублей внесены истцом на счёт в УСД в Волгоградской области в счёт подтверждения намерений выкупить долю ФИО4 и с целью исполнимости решения суда.

После того, как стало известно, что 20 ноября 2025 года ФИО2 продал ФИО3 принадлежащие ему доли имущества в размере 1 500 000 рублей, ФИО1 внесла на депозитный счёт Волгоградского областного суда 1 500 000 рублей в счёт приобретения доли имущества ФИО2

Поскольку судебной коллегией установлен факт нарушения ответчиками ФИО2 и ФИО4 преимущественного права ФИО1 на приобретение долей имущества, то подлежит защите право истца путём перевода на неё прав и обязанностей покупателя спорных долей.

С учётом установленных судебной коллегией обстоятельств, договор дарения от 19 февраля 2025 года, заключенный между ФИО2 и ФИО3 следует признать недействительным в связи с его притворностью, применить последствия недействительности ничтожной сделки, применить к сделке правила о договоре купли-продажи, перевести на ФИО1 права и обязанности по договору купли-продажи по 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и земельный участок. С ФИО1 в пользу ФИО3 подлежат взысканию денежные средства в размере 3 000 000 рублей за счёт денежных средств, находящихся на депозитном счёте Волгоградского областного суда в размере 1 500 000 рублей (чеки по операции ПАО Сбербанк от 13 и 14 января 2026 года), и денежных средств, находящихся на депозитном счёте в Управлении Судебного департамента в Волгоградской области в размере 1 500 000 рублей (чек по операции от 3 июля 2025 года и платёжное поручение от 3 июля 2025 года № <...>).

При этом решение суда является основанием для внесения соответствующих записей в Единый государственный реестр недвижимости о замене собственника 1/3 доли домовладения и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>

Поскольку оснований для признания недействительным договора купли-продажи доли, принадлежащей ФИО4, заключенного между ФИО2, действующим от имени ФИО4 и ФИО3 судебной коллегией не установлено, в удовлетворении данных исковых требований ФИО1 необходимо отказать.

Учитывая, что требования истца ФИО1 удовлетворены, и к последней перешло право собственности на спорное имущество, то требования ФИО3 по встречному иску об определении порядка пользования спорным жилым домом, о возложении на ФИО1 обязанности не чинить ФИО3 препятствий в пользовании жилым домом, о взыскании с ФИО1 в пользу ФИО3 судебных расходов, не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь статьёй 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда

определила:

решение Среднеахтубинского районного суда Волгоградской области от 23 июля 2025 года отменить, принять по делу новое решение.

Исковые требования ФИО1 к ФИО2, ФИО3, ФИО4 о применении недействительной ничтожной (притворной) сделки, о признании недействительной сделки купли-продажи, о взыскании денежных средств, удовлетворить частично.

Признать недействительным договор дарения недвижимого имущества в виде 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером № <...> и 1/6 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № <...>, расположенных по адресу: <адрес> заключенный между ФИО2 и ФИО3 20 февраля 2025 года, удостоверенный нотариусом г.Волгограда ФИО9, зарегистрированный в реестре за № <...>

Прекратить право собственности ФИО3 на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером № <...> и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № <...> расположенные по адресу: <адрес>

Признать за ФИО1 (№ <...>) право собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером № <...> и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № <...>, расположенные по адресу: <адрес>

Взыскать с ФИО1 (№ <...>) в пользу ФИО3 (№ <...>) в счёт оплаты 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером № <...> и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № <...> расположенные по адресу: <адрес> денежные средства в размере 1 500 000 рублей, внесённые на депозитный счёт Волгоградского областного суда.

Возложить на финансово-бухгалтерский отдел Волгоградского областного суда обязанность перечислить денежные средства, внесённые ФИО1 на основании платёжных документов: чек по операции от 13 января 2026 года, чек по операции от 14 января 2026 года с депозитного счёта Волгоградского областного суда (расчётный счёт № <...> в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей на расчётный счёт ФИО3 № <...>, банк получателя: Волгоградское отделение № <...> ПАО Сбербанк, № <...>, корреспондентский счёт: № <...>, почтовый адрес банка: <адрес>.

Настоящее решение является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости записи о государственной регистрации права ФИО3 на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером № <...> и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № <...>, расположенные по адресу: <адрес> внесения записи в части вновь признанных прав ФИО1 на указанное недвижимое имущество.

Перевести права и обязанности покупателя по заключенному между ФИО4 в лице её представителя ФИО2 и ФИО3 договору купли-продажи от 25 февраля 2025 года 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером <.......>

Прекратить право собственности ФИО3 на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером № <...> и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № <...>, расположенные по адресу: <адрес>, пер.Лазоревый, <адрес>.

Признать за ФИО1 (№ <...>) право собственности на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером № <...> и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № <...>, расположенные по адресу: <адрес>

Взыскать с ФИО1 (№ <...>) в пользу ФИО3 (№ <...>) в счёт оплаты 1/6 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером № <...> и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № <...>, расположенные по адресу: <адрес> денежные средства в размере 1 500 000 рублей, внесённые на депозит Управления Судебного департамента в Волгоградской области.

Возложить на Управление Судебного департамента в Волгоградской области обязанность перечислить денежные средства, внесённые ФИО1 на основании платёжных документов: чек по операции от 3 июля 2025 года, платёжное поручение от 3 июля 29025 года № <...>, с депозитного счёта в размере 1 500 000 (один миллион пятьсот тысяч) рублей на расчётный счёт ФИО3 № № <...>, банк получателя: Волгоградское отделение <.......>

Настоящее решение является основанием для исключения из Единого государственного реестра недвижимости записи о государственной регистрации права ФИО3 на 1/6 долю в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером № <...> и 1/6 долю в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером № <...> расположенные по адресу: <адрес> и внесения записи в части вновь признанных прав ФИО1 на указанное недвижимое имущество.

В удовлетворении исковых требований ФИО1 о признании недействительной сделку купли-продажи 1/6 доли в праве собственности на жилой дом и 1/6 доли земельного участка, расположенных по тому же адресу, заключенную между ФИО4 в лице её представителя ФИО2 и ФИО3 25 февраля 2025 года отказать.

В удовлетворении встречного иска ФИО3 к ФИО1 об определении порядка пользования жилым домом, возложении обязанности не чинить препятствий в пользовании жилым домом и земельным участком отказать.

Апелляционное определение может быть обжаловано в Четвёртый кассационный суд общей юрисдикции в течение трёх месяцев со дня изготовления мотивированного текста апелляционного определения.

Председательствующий:

Судьи:

Мотивированное апелляционное

определение изготовлено 17 февраля 2026 года.