Апелляционное постановление № 10-28/2025 от 21 сентября 2025 г. по делу № 1-7/42/2025

Дело № 10-28/2025


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

22 сентября 2025 года г. Псков

Псковский городской суд Псковской области в составе:

председательствующего судьи Жежеруна Д.Н.,

при секретаре Кондрашёнок О.Б.,

с участием прокурора Студентс Е.Н.,

защитника – адвоката Фомичевой А.Ю.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению прокурора прокуратуры г. Псков на постановление мирового судьи судебного участка № 42 г. Псков от 15.04.2025, которым в отношении:

ФИО1, данные изъяты, не судимого,

прекращено уголовное дело и уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, по основанию, предусмотренному ст. 28 УПК РФ, то есть в связи с деятельным раскаянием.

Выслушав доклад судьи Жежеруна Д.Н., выступление прокурора Студентс Е.Н., поддержавшей доводы апелляционного представления, ФИО1 и его адвоката Фомичевой А.Ю., которые возражали относительно удовлетворения требований прокурора, изложенных в апелляционном представлении, суд апелляционной инстанции,

У С Т А Н О В И Л:

Постановлением мирового судьи судебного участка № 42 г.Псков от 15.04.2025 в отношении ФИО1 прекращено уголовное дело и уголовное преследование по обвинению в совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, по основанию, предусмотренному ст. 28 УПК РФ, то есть в связи с деятельным раскаянием.

Отменена мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

Процессуальные издержки по делу отнесены на счет федерального бюджета.

Преступление совершено 04.07.2024 в г.Псков при обстоятельствах, подробно изложенных в постановлении.

В апелляционном представлении прокурор выражает несогласие с постановлением суда, считает его незаконным и необоснованным. Цитируя положения ст. 75 УК РФ и разъяснения Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности», обращает внимание, что в материалах уголовного дела отсутствуют сведения о принятии ФИО1 должных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления законных прав потерпевшего, снижения степени общественной опасности. Считает, что судом оставлено без внимания, что в процессе совершения преступления ФИО1 использовал в качестве оружия горлышко от разбитой бутылки, что, по мнению прокурора, свидетельствует о повышенной степени общественной опасности, как самого преступления, так и личности ФИО1 Указывает на то, что материалами дела не подтвержден факт принесения ФИО1 извинений потерпевшему, а также на то, что судом не дана оценка возмещения вреда, причиненного преступлением. Полагает, что судом не приняты во внимание фактические обстоятельства дела, характер и степень общественной опасности совершенного преступления. Просит постановление в отношении ФИО1 отменить, уголовное дело передать на новое рассмотрение.

В суде доводы апелляционного представления прокурор поддержал.

Лицо, в отношении которого уголовное дело и уголовное преследование прекращено – ФИО1, а также его защитник Фомичева А.Ю. в судебном заседании возражали относительно доводов апелляционного представления, указывая на то, что ФИО1 принесены извинения потерпевшему, которым приняты, при этом претензий к ФИО1 потерпевший не имел, в связи с чем у суда имелись все основания для прекращения дела.

Проверив материалы уголовного дела с учетом доводов апелляционного представления, выслушав мнение участников процесса, суд апелляционной инстанции приходит к следующему.

В соответствии со ст. 389.15 УПК РФ основаниями отмены или изменения судебного решения в апелляционном порядке, наряду с прочими, являются существенное нарушение уголовно-процессуального закона и неправильное применение уголовного закона.

По данному уголовному делу таких нарушений не допущено.

В соответствии с требованиями п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» обращено внимание судов на то, что освобождение от уголовной ответственности является отказом государства от ее реализации в отношении лица, совершившего преступление (в частности, от осуждения и наказания такого лица). Посредством применения норм главы 11 УК РФ реализуются принципы справедливости и гуманизма. Исходя из этого по каждому уголовному делу надлежит проверять, имеются ли основания для применения к лицу, совершившему преступление, положений статей 75, 76, 76.1, 76.2 или 78 УК РФ.

Согласно статье 6 УК РФ наказание и иные меры уголовно-правового характера, применяемые к лицу, совершившему преступление, должны быть справедливыми, то есть соответствовать характеру и степени общественной опасности преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного.

В порядке ч. 1 ст. 28 УПК РФ суд вправе прекратить уголовное преследование в отношении лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести, в случаях, предусмотренных ч. 1 ст. 75 УК РФ.

В соответствии с ч. 1 ст. 75 УК РФ лицо, впервые совершившее преступление небольшой или средней тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию и расследованию этого преступления, возместило ущерб или иным образом загладило вред, причиненный этим преступлением, и вследствие деятельного раскаяния перестало быть общественно опасным.

В силу п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» по смыслу ч. 1 ст. 75 УК РФ освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием возможно при условии выполнения всех перечисленных в ней действий или тех из них, которые с учетом конкретных обстоятельств лицо имело объективную возможность совершить.

Деятельное раскаяние может влечь освобождение от уголовной ответственности только в том случае, когда лицо вследствие этого перестало быть общественно опасным. Разрешая вопрос об утрате лицом общественной опасности, необходимо учитывать всю совокупность обстоятельств, характеризующих поведение лица после совершения преступления, а также данные о его личности.

В соответствии с п. 2.1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27.06.2013 № 19 «О применении судами законодательства, регламентирующего основания и порядок освобождения от уголовной ответственности» под заглаживанием вреда (ч. 1 ст. 75, ст. 76.2 УК РФ) понимается имущественная, в том числе денежная, компенсация морального вреда, оказание какой-либо помощи потерпевшему, принесение ему извинений, а также принятие иных мер, направленных на восстановление нарушенных в результате преступления прав потерпевшего, законных интересов личности, общества и государства.

Следуя правовой позицией Конституционного суда РФ, сформулированной в Определении № 2257-О от 26.10.2017, в каждом конкретном случае при рассмотрении дела необходимо оценивать достаточность принятых после совершения преступления виновным лицом действий для того, чтобы оценить уменьшение общественной опасности содеянного, что позволило бы освободить его от уголовной ответственности.

Различные уголовно наказуемые деяния влекут наступление разного по своему характеру вреда, и поэтому предусмотренные ст. 75 УК РФ действия, направленные на заглаживание такого вреда и свидетельствующие о снижении степени общественной опасности преступления, нейтрализации его вредных последствий, не могут быть одинаковыми во всех случаях, а определяются в зависимости от особенностей конкретного деяния.

Данные требования судом первой инстанции при принятии решения о прекращении уголовного дела в отношении ФИО1 выполнены.

Инкриминируемое ФИО1 преступление, предусмотренное п. «в» ч. 2 ст.115 УК РФ, относится к категории преступлений небольшой тяжести.

Как следует из материалов дела, в судебном заседании защитником заявлено ходатайство о прекращении уголовного дела в связи с деятельным раскаянием подсудимого, которым ходатайство поддержано, при этом судом ему разъяснялось право возражать относительно прекращения уголовного дела.

Прекращая уголовное дело в отношении ФИО1, суд учитывал позицию государственного обвинителя, который был согласен на прекращение уголовного дела в отношении ФИО1

Обосновывая возможность прекращения уголовного дела в связи с деятельным раскаянием суд установил, что ФИО1 ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности, обратился с явкой с повинной, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, раскаялся в содеянном и принес извинения потерпевшему.

Разрешая вопрос об утрате ФИО1 общественной опасности, судом первой инстанции учтена вся совокупность обстоятельств, характеризующих его поведение после совершения преступления, а также данные о нахождении на его иждивении 5 несовершеннолетних детей.

Таким образом, все условия, необходимые для освобождения ФИО1 от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, судом выполнены.

С учетом изложенного суд первой инстанции, в том числе выслушав мнение государственного обвинителя о наличии поводов для прекращения уголовного дела по заявленным основаниям, пришел к обоснованному выводу о прекращении уголовного дела на основании ч. 1 ст. 28 УПК РФ и ч. 1 ст. 75 УК РФ.

Последствия прекращения уголовного преследования по данному основанию ФИО1 понятны, вместе с тем в судебном заседании суда апелляционной инстанции ему дополнительно разъяснено право возражать против прекращения дела, а также юридические последствия прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям, в том числе лишения его права на возмещение вреда, причиненного уголовным преследованием, то есть возмещения лишений, понесенных лицом в результате уголовного преследования.

Согласно материалам дела, ФИО1 после совершения преступления (04.07.2024) покинул его место, после чего добровольно вернулся, где его обнаружили сотрудники полиции, которым он 04.07.2024 дал объяснение, изобличающее себя, затем, в этот же день, от ФИО1, путем составления протокола о явке с повинной, получена явка с повинной. После возбуждения уголовного дела (дата возбуждения 08.08.2024), ФИО1 дал признательные показания (24.08.2024), а также принимал участие в следственном эксперименте (15.12.2024), детализировав свои действия в процессе совершения преступления.

Таким образом, ФИО1 в день совершения преступления явился с повинной, указав о причастности к инкриминируемому деянию, как до возбуждения уголовного дела, так и в ходе предварительного расследования и в суде признавал вину, что указывает на его активное способствование раскрытию и расследованию преступления с момента его совершения, в том числе и на его деятельное раскаяние в содеянном.

Вопреки доводам апелляционного представления факт совершения ФИО1 преступления с использованием предмета – горлышка бутылки в качестве оружия, а также причинение этим предметом телесных повреждений потерпевшему, не может являться безусловным основанием для отказа в прекращении уголовного дела по ст. 75 УК РФ, поскольку запрета на освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием при совершении преступления, предусмотренного п. «в» ч. 2 ст. 115 УК РФ, уголовный и уголовно-процессуальный закон не содержит.

Суд обращает внимание, что степень общественной опасности преступлений находит свое отражение, в том числе в отнесении их законодателем к определенной категории: от преступления небольшой тяжести до особо тяжкого преступления. Преступление, совершенное ФИО1, отнесено к категории преступлений небольшой тяжести, то есть законодатель относит рассматриваемое преступление к категории преступлений с наименьшей степенью общественной опасности.

Доводы апелляционного представления о том, что принесение извинений ФИО1 потерпевшему ничем объективно не подтверждены, помимо пояснений самого ФИО1, опровергаются материалами дела, в том числе объяснением И.А. (потерпевший) – « … от написания заявления я отказываюсь, претензий к данному мужчине не имею», показаниями представителя потерпевшего И.Л. – « … А. в последующем мне пояснил, что претензий к ФИО1 не имеет и готов с ним примириться», показаниями свидетеля С.О. – « … телесные повреждения ему были нанесены ФИО1, с которым он после конфликта общался. Также А. мне пояснил, что претензий к ФИО1 он не имеет … ».

Вышеуказанные обстоятельства не позволяют суду согласиться с доводами апелляционного представления об отсутствии извинений в адрес потерпевшего со стороны ФИО1, при этом суд учитывает, что потерпевший, который мог бы подтвердить или опровергнуть факт извинений, погиб, а все неустранимые сомнения при производстве по уголовному делу должны трактоваться в пользу обвиняемого.

Позиция прокурора в апелляционном представлении о том, что суд в недостаточной мере оценил обстоятельства, связанные с возмещением вреда потерпевшему, носит субъективный характер и обусловлена тем, что фактически прокурор не согласен с позицией суда о достаточности принесения извинений для наличия вывода о том, что ФИО1 загладил вред, причиненный преступлением.

Вместе с тем, указанная выше позиция прокурора не основана на материалах уголовного дела, которые не содержат сведений о том, что потерпевшим в адрес ФИО1 заявлены какие-либо требования о возмещении вреда, а потому не ясно, какие, по мнению прокурора, дополнительные действия по заглаживанию вреда нужно было совершить ФИО1, который принес свои извинений перед потерпевшим и тот не имел к нему претензий.

Аргументы автора апелляционного представления об отсутствии со стороны ФИО1 деятельного раскаяния по тому основанию, что он не перестал быть общественно опасным, объективно ничем не подтверждены, а потому несостоятельны.

Материалами дела подтверждено, что ФИО1 сразу же после совершения преступления от правоохранительных органов не скрывался, активно способствовал раскрытию и расследованию преступления, извинился перед потерпевшим, после совершения преступления и до принятия судом оспариваемого решения новых преступлений не совершал и к административной ответственности не привлекался, не официально работает, проживает с сожительницей и воспитывает 5 несовершеннолетних детей, замечаний со стороны соседей не имеет.

Указанная совокупность обстоятельств, характеризующих поведение ФИО1 после совершения преступления, позволяет суду сделать вывод о том, что ФИО1 вследствие деятельного раскаяния перестал быть общественно опасным, к выводу о чем пришел суд первой инстанции и сомнений к чему нет у суда апелляционной инстанции.

Несовпадение внутреннего убеждения судьи, при рассмотрении уголовного дела в отношении ФИО1, с мнением прокурора не может быть оценено как допущенное нарушение уголовного и уголовно-процессуального законов, влекущее отмену судебного решения.

Таким образом, существенных нарушений уголовного и уголовно-процессуального законов, которые могли являться основаниями для отмены либо изменения в апелляционном порядке постановления суда, не допущено, в связи с этим оснований для удовлетворения апелляционного представления прокурора не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 389.1-389.36 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л :

Постановление мирового судьи судебного участка № 42 г.Псков от 15.04.2025 в отношении ФИО1 отставить без изменения, апелляционное представление прокурора – без удовлетворения.

Апелляционное постановление вступает в законную силу немедленно и может быть обжаловано в кассационном порядке, предусмотренном главой 47.1 УПК РФ, в Третий кассационный суд общей юрисдикции в г. Санкт-Петербург.

Судья Д.Н. Жежерун