Решение № 2-1389/2020 2-1389/2020~М-1140/2020 М-1140/2020 от 27 сентября 2020 г. по делу № 2-1389/2020

Дело № 2-1389/2020 г.

УИД 33RS0014-01-2020-001846-42.


Р Е Ш Е Н И Е

и м е н е м Р о с с и й с к о й Ф е д е р а ц и и

28 сентября 2020 года.

Муромский городской суд Владимирской области в составе

председательствующего судьи Бабеншевой Е.А.

при секретаре Желтовой Э.В.

с участием прокурора Бекетовой Т.Н.

истца ФИО1, представителя истцов адвоката Хрипачевой А.А., представителей ответчика ФИО2 и адвоката Гавриловой Е.В., представителя третьего лица ФИО3, третьего лица ФИО4 рассмотрел в открытом судебном заседании в городе Муроме гражданское дело по иску ФИО1, ФИО5 к МУК «Дворец культуры городского округа Навашинский» о взыскании компенсации морального вреда,

у с т а н о в и л:

ФИО1 и ФИО5 обратились в суд с иском к МУК «Дворец культуры городского округа Навашинский» и просят взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в пользу каждого истца по 200 000 руб.

В обоснование исковых требований истцы указали в иске, что 03 декабря 2015 года с их мамой и бабушкой ФИО4 произошел несчастный случай на производстве в фойе дворца культуры г. Навашино, о чем составлен акт о несчастном случае от 21 декабря 2015 года. В больнице ФИО4 был поставлен диагноз (данные изъяты) 15 декабря 2015 года ФИО4 проведена первая операция, 18 апреля 2016 года проведена повторная операция и поставлен диагноз (данные изъяты) Решением Муромского городского суда в пользу ФИО4 с МУК «Дворец культуры городского округа Навашинский» взыскана компенсация морального вреда в сумме 300 000 руб. Таким образом, ФИО4 находилась на больничном с 03 декабря 2015 года по 01 июня 2016 года. Большую часть этого времени ФИО4 не могла самостоятельно вставать с постели, требовала постоянного ухода за собой, при этом ее мучили сильные боли. Все это время уход за ней осуществляла дочь ФИО1 и внук ФИО5 Уход заключался в приготовлении пищи, помощи в умывании, одевании, минимальному передвижению по квартире, в моральной поддержке. ФИО5 рос с бабушкой с самого детства, их отношения всегда были очень близкими, поэтому случившееся с бабушкой потрясло его, изменило уклад его жизни, принесло тревогу и обеспокоенность. Физические и моральные страдания ФИО4 стали и страданиями истцов, переживаниями на протяжении всего периода болезни. Свои нравственные страдания истцы оценивают в 200 000 руб. каждому.

Истец ФИО1 в судебном заседании исковые требования поддержала. Истец и ее представитель адвокат Хрипачева А.А. указали, что после выписки ФИО4 из стационара за ней нужен был уход, ежедневные перевязки, бинтование нижних конечностей, почасовой прием лекарственных препаратов, кормление, протирание. В этот период времени истец ФИО1, несмотря на недомогание и высокую температуру была вынуждена работать, так как ее доход в этот период являлся основным, в результате чего, вследствие перенесенного гриппа ей был поставлен диагноз (данные изъяты) который является неизлечимым. Все это время ухода за матерью было тяжелым и физически и морально. Ее график работы составлял два дня работы два дня выходных. Когда она находилась на работе за ФИО4 ухаживал ее внук. Он разогревал пищу, приносил лекарственные препараты. Поскольку уход за ФИО4 требовался каждодневно, сыну пришлось бросить секцию. Когда она находилась дома, то сын также помогал ухаживать за бабашкой, помогал (данные изъяты) и другое.

Истец ФИО5, будучи надлежаще извещенным, в судебное заседание не явился, представил дополнения к иску, в которых указал, бабушка является для него близким человеком, которая заменила ему маму. Лечение бабушки шло на протяжении долгого периода времени. Бабушка была прикована к постели, они с мамой ее обмывали полотенцами. (данные изъяты) Все это время он не имел возможности общаться с друзьями, посещать секцию. Кроме того, он сильно переживал за бабушкино здоровье, понимал, что травма доставляет ей физические и моральные страдания. В указанный период времени также заболела его мама, которая с простудой ходила на работу, поскольку ее заработная была основным источник дохода семьи. В связи с чем полагает, что исковые требования подлежат удовлетворению в полном объеме.

Представители ответчика МУК «Дворец культуры городского округа Навашинский» директор ФИО2 и адвокат Гаврилова Е.В. иск не признали, указали, что право на возмещение морального вреда вследствие причинения вреда здоровью носит личностный характер, таким правом обладает только сам потерпевший, так как именно ему причинены физические и нравственные страдания. Потерпевшая ФИО4 воспользовалась своим правом на взыскание компенсации морального вреда. Решением Муромского городского суда в пользу ФИО4 с ответчика взыскана компенсация морального вреда в сумме 300 000 руб. Таким образом, ФИО4 реализовала свое право на компенсацию морального вреда, а ее родственники могли бы требовать компенсацию морального вреда вследствие испытания нравственных страданий только в связи со смертью потерпевшего. Кроме того, нравственные страдания истцов, а именно осуществление ухода, тревога и обеспокоенность, обусловлены не посягательством на принадлежащие истцам личные неимущественные права или другие нематериальные блага, поскольку исполнение обязанностей дочери и внука являются составляющими статуса дочери и внука. Также полагают, что обращение в суд с настоящим иском спустя четыре года является злоупотреблением правом. Кроме того, ФИО4 не установлена какая-либо группа инвалидности, образ ее жизни не поменялся, она продолжает работать МУК «Дворец культуры городского округа Навашинский». То, что истцы приводят в обоснование своих нравственных страданий, нельзя охарактеризовать как моральный вред. Уход за родителем это обязанность и она не свидетельствует о наличии морального вреда. Не подтверждено материалами дела, что внук перестал посещать секции именно из-за бабушки. Повторная операция проведена ФИО4 в связи с получением другой травмы. Кроме того, уже в декабре 2015 года ФИО4 было рекомендовано привставать. Полагают, что образ жизни истцов в связи с указанными обстоятельствами не поменялся, в связи с чем отсутствуют основания для взыскания компенсации морального вреда. Кроме того, к заявленным требованиям просили применить срок исковой давности.

Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Управления культуры, спорта и молодежной политики администрации городского округа Навашинский ФИО3 исковые требования не признала, полностью поддержала возражения ответчика, указала, что в соответствии с решениями Муромского городского суда ФИО4 выплачено 618 902 руб. в качестве компенсации морального вреда, расходов на приобретение лекарств, утраченный заработок. Истцами не представлено доказательств причинения им морального вреда, поскольку после получения ФИО4 травмы, истцы продолжали жить своей привычной жизнью. ФИО1 продолжала работать, ФИО5 учиться. Никаких последствий для истцов, связанных с получением ФИО4 травмы не имеется. ФИО4 группа инвалидности не установлена, она продолжает работать. Доводы ФИО1 о том, что вследствие необходимости работать в период ее ухода за матерью у нее развилось заболевание, не нашли своего подтверждения. Не доказано причинение морального вреда и ФИО5, поскольку его уход за бабушкой заключался только в подогреве пищи и подачи лекарств.

Третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4 в судебном заседании исковые требования просила удовлетворить. Указала, что на ее лечение нужны были большие денежные средства, поэтому ее дочь все это время продолжала работать, даже будучи заболевшей и с температурой. Ее внук в связи с получением ей травмы очень переживал. После школы он сразу шел домой, а впоследствии перестал посещать и секцию, что бы быть с ней рядом. Внук помогал ей делать физические упражнения. В период, когда дома не было ни дочери, ни внука, то за ней приходила ухаживать подруга дочери.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, показания свидетеля, исследовав письменные доказательства, заключение прокурора, полагавшей, что имеются основания для взыскания компенсации морального вреда в пользу ФИО1, ФИО5 представлено недостаточно доказательств несения моральных страданий, размер которого оставила на усмотрение суда, суд находит иск подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 208 ГК РФ исковая давность не распространяется на требования о защите личных неимущественных прав и других нематериальных благ, кроме случаев, предусмотренных законом.

Таким образом, требования ответчика о применении срока исковой давности к требованиям истцов о взыскании компенсации морального вреда удовлетворению не подлежат.

В судебном заседании установлено, что ФИО4, а также ее дочь ФИО1 и внук ФИО5 зарегистрированы и совместно проживают по месту жительства по адресу: ....

В силу ч. 2 ст. 61 ГПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Муромского городского суда от 26 апреля 2016 года, вступившим в законную силу, в пользу ФИО4 с МУК «Дворец культуры городского округа Навашинский» взыскана компенсация морального вреда в сумме 300 000 руб.

Решением Муромского городского суда от 28 июля 2016 года, вступившим в законную силу, в пользу ФИО4 с МУК «Дворец культуры городского округа Навашинский» взыскан утраченный заработок за период с 03 декабря 2015 года по 01 июня 2016 года в сумме 133 114 руб. 62 коп., расходы на медицинские услуги в сумме 105 280 руб., расходы на приобретение лекарственных и медицинских препаратов в сумме 25 507 руб. 80 коп.

Данными решениями установлено, что ФИО4 состояла в трудовых отношениях с муниципальным учреждением культуры «Дворец культуры городского округа Навашинский», работая хормейстером на 0,5 ставки (по совместительству).

0 3.12.2015 г. ФИО4, находясь на работе во Дворце культуры г. Навашино Нижегородской области, примерно в 11 час. 30 мин. проходя через фойе, поскользнулась на паркетном полу и упала, в результате чего получила травму - (данные изъяты), после чего была госпитализирована сначала в ГБУЗ НО «Навашинская ЦРБ», затем в НУЗ «Отделенческая больница на станции Муром» ОАО РЖД, где была помещена в травматолого-ортопедическое отделение и 15.12.2015 г. прооперирована.

Согласно заключению эксперта № 397 от 12.04.2016 г. у ФИО4 имеет место (данные изъяты)

Это телесное повреждение было причинено возможно при падении потерпевшей с высоты собственного роста в результате поскальзывания и ударе о горизонтальную плоскость с каким-либо покрытием, влечет за собой тяжкий вред здоровью, как вызывающее значительную стойкую утрату общей трудоспособности не менее чем на одну треть.

Как следовало из выписного эпикриза (ИБ № 2080/289) от 22.04.2016 г., в связи с полученной 03.12.2015 г. производственной травмой ФИО4 в НУЗ «Отделенческая больница на станции Муром» ОАО РЖД 18.04.2016 г. была проведена повторная операция и выставлены следующие диагнозы: (данные изъяты)

Согласно выводам акта № 1 формы Н-1 (повторного) о несчастной случае на производстве, утвержденного директором Дворца культуры ФИО6, причинами несчастного случая, произошедшего 03.12.2015 г. с хормейстером Дворца культуры ФИО4 явились:

1. Допуск к производству работ хормейстера ФИО4, не прошедшей в установленном порядке обучения безопасным методам и приемам выполнения работ. Нарушена ч.9 ст.212 ТК РФ.

2. Работодатель не обеспечил безопасность работников при эксплуатации здания Дворца культуры. Нарушена ч.2 ст.212 ТК РФ.

3. Хормейстер проявила неосторожность при движении по паркетному полу холла Дворца культуры. Нарушена ст.21 ТК РФ (работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда).

Лица, допустившие нарушение требований охраны труда:

1. ФИО6 - директор МУК «Дворец культуры и библиотечного обслуживания» допустила к производству работ хормейстера ФИО4, не прошедшую в установленном порядке обучение безопасным методам и приемам выполнения работ. Тем самым нарушила требования ч.9 ст.212 ТК РФ.

2. ФИО6 - директор МУК «Дворец культуры и библиотечного обслуживания» не обеспечила безопасность работников при эксплуатации здания Дворца культуры. Тем самым нарушила требования ч.2 ст.212 ТК РФ.

3. ФИО4 - хормейстер проявила неосторожность при движении по паркетному полу холла Дворца культуры. Тем самым нарушила требования ст.21 ТК РФ (работник обязан соблюдать требования по охране труда и обеспечению безопасности труда). Вина пострадавшей не усматривается.

Из сообщений ГБУЗ НО « Навашинская ЦРБ» и медицинской карты следовало, что истец находилась на лечении в данной больнице с 03 декабря 2015 г. по 08 декабря 2015 г. с диагнозом (данные изъяты) где ей было оказано лечение в рамках ОМС в виде нестероидных противовоспалительных препаратов, иммобилизации сустава и наложение дератационного сапожка. Провести полное лечение полученной травмы не было возможности, так как необходимо (данные изъяты) Провести полное лечение было бы возможно при направлении в Областную больницу имени Семашко в рамках ОМС по квоте как высокотехнологическая помощь. Также в сообщении указано, что больная ФИО4 сама в добровольном порядке решила оперироваться в Муромской железнодорожной больнице, в связи с чем ее письменных отказов или согласий на оперативное лечение в Областную больницу имени Семашко не имеется.

Согласно справке НУЗ Отделенческая больница на станции Муром ОАО «РЖД», а также содержанию медицинской карты истец проходила лечение с 09 декабря 2015 г. по 25 декабря 2015 г. с диагнозом (данные изъяты) ей проведено оперативное лечение: (данные изъяты) В справке указано на лечение в травмотолого-ортопедическом отделении на платной основе в виду отсутствия необходимого финансирования из территориального фонда ОМС.

Истцу выданы листки нетрудоспособности с 03 декабря 2015 г. по 31 декабря 2015 г.

Впоследствии истец находилась на амбулаторном лечении у хирурга до 16 апреля 2016 года, о чем представлены листки нетрудоспособности с кодом причины нетрудоспособности - несчастный случай на производстве и его последствия.

С 17 апреля 2016 г. по 22 апреля 2016 г. истец проходила вновь лечение в НУЗ Отделенческая больница на станции Муром ОАО «РЖД» с диагнозом (данные изъяты) состояние после остеосинтеза пластиной (2013г.). Сопутствующее заболевание: (данные изъяты) (данные изъяты). Однако после перенесенной травмы 03 декабря 2015г. и операции 15 декабря 2015 г. с началом нагрузки появились выраженные боли (данные изъяты). (данные изъяты). Истцу выданы листки нетрудоспособности с 17 апреля 2016г по 29 апреля 2016 г.

Впоследствии истец находилась на амбулаторном лечении у хирурга в период до 01 июня 2016 г., о чем имеются листки нетрудоспособности с кодом причины нетрудоспособности - несчастный случай на производстве и его последствия.

В связи с полученными травмами истцы ФИО1 и ФИО5 в период лечения ФИО4 осуществляли постоянный уход, оказывали помощь, поскольку в силу полученного увечья она сама не могла обслуживать себя и нуждалась в постоянном постороннем уходе.

Так, истцы указали, что ежедневно проводили с ФИО4 влажные процедуры, зарядку, помогали принимать пищу и лекарственные препараты. В зависимости от графика работы ФИО1, кто то всегда находился дома, что бы осуществлять присмотр за ФИО4, либо дочь, либо внук, который был вынужден прекратить общение с друзьями и посещение секции.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО7 суду пояснила, что находится в дружеских отношениях с ФИО4 и ФИО1 В период болезни ФИО4 был нарушен обычный уклад жизни семьи. ФИО1 приходилось работать с утра и до позднего вечера поскольку семье были необходимы деньги на лечение ФИО4 В выходные дни ФИО8 осуществляла полный уход за матерью. Внуку ФИО5 приходилось сразу после школы идти домой, что бы осуществлять уход за бабушкой, помогать ей принимать пищу, а также лекарственные препараты. Кроме того, внук очень сильно переживал по поводу здоровья бабушки, беспокоился.

В соответствии с п.1 ст.1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) вред, причинённый личности или имуществу гражданина подлежит возмещению в полном объёме лицом, причинившим вред.

В соответствии со ст. 1068 ГК РФ юридическое лицо либо гражданин возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

В соответствии со ст.1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Согласно ст. 212 Трудового кодекса Российской Федерации обязанности по обеспечению безопасности условий и охраны труда в организации возлагается на работодателя, который обязан: обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ и оказанию первой помощи пострадавшим на производстве, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; недопущение к работе лиц, не прошедших в установленном порядкеобучение и инструктаж по охране труда, стажировку и проверку знаний требований охраны труда; информирование работников об условиях и охране труда на рабочих местах, о риске повреждения здоровья, предоставляемых им гарантиях, полагающихся им компенсациях и средствах индивидуальной защиты.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

Согласно ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

В соответствии со ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как указывалось выше ФИО1 и ФИО5 являются соответственно дочерью и внуком ФИО4

К числу общепризнанных, основных, неотчуждаемых прав и свобод человека, подлежащих государственной защите, относятся прежде всего право на жизнь (часть 1 статьи 20 Конституции Российской Федерации) как основа человеческого существования, источник всех других основных прав и свобод, и право на охрану здоровья (часть 1 статьи 41 Конституции Российской Федерации), которое также является высшим для человека благом, без которого могут утратить значение многие другие блага.

Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (статья 18 Конституции Российской Федерации).

Из изложенного следует, что государство должно защищать право граждан на жизнь и здоровье, обеспечивать его реализацию, уделяя надлежащее внимание вопросам предупреждения произвольного лишения жизни и здоровья, а также обязано принимать все разумные меры по борьбе с обстоятельствами, которые могут создать прямую угрозу жизни и здоровью граждан.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда", под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий, и др.

Отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не всегда означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда (абзац третий пункта 4 названного постановления Пленума).

Исходя из приведенных нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. В статье 151Гражданского кодекса Российской Федерации закреплены общие правила по компенсации морального вреда без указания случаев, когда допускается такая компенсация. Поскольку возможность денежной компенсации морального вреда обусловлена посягательством на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, само по себе отсутствие в законодательном акте прямого указания на возможность компенсации причиненных нравственных или физических страданий по конкретным правоотношениям не означает, что потерпевший не имеет права на возмещение морального вреда.

Из содержания искового заявления следует, что требования о компенсации морального вреда были заявлены ФИО1 и ФИО5, в том числе в связи с тем, что лично им в связи с травмированием, произошедшим с ФИО4 также причинены нравственные страдания, выразившиеся в ощущениях бессилия от невозможности помочь близкому человеку, непрекращающегося чувства тревоги, от неизвестности за дальнейшую судьбу ФИО4, невозможности их самих лично продолжать активную общественную жизнь, факт изменения обычного образа жизни семьи, чем нарушено их неимущественное право на родственные и семейные связи.

Согласно статье 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.

Семейная жизнь в понимании статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и прецедентной практики Европейского Суда по правам человека охватывает существование семейных связей как между супругами, так и между родителями и детьми, в том числе совершеннолетними, между другими родственниками.

Статьей 38 Конституции Российской Федерации и корреспондирующими ей нормами статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что семья, материнство, отцовство и детство в Российской Федерации находятся под защитой государства.

Семейное законодательство исходит из необходимости укрепления семьи, построения семейных отношений на чувствах взаимной любви и уважения, взаимопомощи и ответственности перед семьей всех ее членов, недопустимости произвольного вмешательства кого-либо в дела семьи, обеспечения беспрепятственного осуществления членами семьи своих прав, возможности судебной защиты этих прав (пункт 1 статьи 1 Семейного кодекса Российской Федерации).

Из Конвенции о защите прав человека и основных свобод в ее взаимосвязи с нормами Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса Российской Федерации, положениями статей 150, 151 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что семейная жизнь, семейные связи - это неимущественное благо, относящееся к категории неотчуждаемых и не передаваемых иным способом нематериальных благ, принадлежащих каждому человеку от рождения или в силу закона. В случае причинения вреда жизни и (или) здоровью гражданина требования о компенсации морального вреда могут быть заявлены родственниками и другими членами семьи такого гражданина, поскольку, исходя из сложившихся семейных связей, характеризующихся близкими отношениями, духовным и эмоциональным родством между членами семьи, возможно причинение лично им (то есть членам семьи) нравственных и физических страданий (морального вреда) в связи с причинением вреда здоровья их близкому родственнику. В данном случае не наступает правопреемство в отношении права на компенсацию морального вреда, поскольку такое право у членов семьи лица, которому причинен вред жизни или здоровью, возникает в связи со страданиями, перенесенными ими вследствие нарушения принадлежащих им неимущественных благ, в том числе семейных связей.

В связи с изложенным, исковые требования ФИО1 и ФИО5 о взыскании компенсации морального вреда подлежат удовлетворению.

Доводы стороны ответчика об отсутствии оснований для взыскания компенсации морального вреда являются несостоятельными.

При определении размера компенсации морального вреда суд принимает во внимание требования разумности и справедливости, степень и характер нравственных страданий ФИО1 и ФИО5, что лично им в связи травмированием, произошедшим с ФИО4, были причинены нравственные страдания, выразившиеся в ощущении бессилия от невозможности ему помочь в связи с фактической утратой здоровья близким человеком, не способным в период болезни к нормальной жизни и, как следствие, - невозможностью самих родственников лично продолжать активную общественную жизнь, в необходимости нести постоянную ответственность за состояние близкого человека, осуществляя за ним регулярный уход и контроль, а также в том, что полученная ФИО4 Л,В. травма повлекли изменения в привычном образе жизни семьи, привели к ограничению свободного времени и рабочего графика по причине осуществления постоянного ухода за ФИО4, то есть в нарушении их неимущественного права на родственные и семейные связи.

Таким образом, при определении размера компенсации морального вреда суд, руководствуясь ст.ст. 151, 1099-1101 ГК РФ, учитывая при этом характер и объем причиненных ФИО1 и ФИО5 нравственных страданий, фактические обстоятельства, при которых был причинен моральный вред и наступившие последствия, требования разумности и справедливости, полагает возможным взыскать в пользу истца ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 30 000 руб., в пользу истца ФИО5 компенсацию морального вреда в сумме 20 000 руб. При этом суд учитывает тот факт, что на ФИО1 также легла обязанность периодически обращаться в лечебные учреждения за выпиской рецептов для матери.

Вместе с тем, довод стороны истцов, что данная семейная ситуация находится в прямой причинно-следственной связи с ухудшением здоровья ФИО1 является предположительным, в связи с чем судом отклоняется.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

р е ш и л:

Иск ФИО1, ФИО5 удовлетворить.

Взыскать с МУК «Дворец культуры городского округа Навашинский» в пользу ФИО5 компенсацию морального вреда в сумме 20 000 рублей.

Взыскать с МУК «Дворец культуры городского округа Навашинский» в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в сумме 30 000 рублей.

На решение могут быть поданы апелляционные жалобы или представление во Владимирский областной суд через Муромский городской суд в течение месяца со дня составления судом мотивированного решения.

Председательствующий Е.А.Бабеншева

Мотивированное решение составлено 05 октября 2020 года.