Решение № 2-400/2021 2-400/2021~М-270/2021 М-270/2021 от 17 июня 2021 г. по делу № 2-400/2021

дело №2-400/2021

мотивированное
решение изготовлено 18.06.2021г.

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Алапаевск 15 июня 2021 года

Алапаевский городской суд Свердловской области в составе:

председательствующего судьи Арзамасцевой Л.В.,

при секретаре Прилуцких И.Г.,

с участием: истца ФИО6, его представителя адвоката Бочкаревой А.П., действующей на основании ордера от 12.05.2021,

ответчика ФИО7, ее представителя адвоката Барышниковой А.И., действующей на основании доверенности от 21.04.2021,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО6 к ФИО7 о признании договора дарения недвижимости недействительным,

УСТАНОВИЛ:

ФИО6 обратился в суд с иском к ФИО7 о признании договора дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенного между ФИО6 и ФИО7, недействительным, применить последствия недействительности сделки, возвратив жилой дом и земельный участок в собственность ФИО6, исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись регистрации права собственности № от 30.12.2020 года и запись регистрации права собственности № от 30.12.2020 года.

В обоснование заявленных требований истец ФИО6 в иске указал, что он проживает и зарегистрирован в жилом доме, расположенном в <адрес>, который является его единственным жильем. Жилой дом он приобрел по договору купли-продажи от 09.02.1976. В период с 1996 по 21.01.2021 проживал совместно с ФИО7, вели совместное хозяйство, вместе воспитывали ее дочь <данные изъяты>, истец считал их своей семьей. У истца имеется ряд хронических заболеваний: <данные изъяты>.

Общее состояние здоровья характеризуется <данные изъяты>.

Вследствие возраста и имеющихся заболеваний не может самостоятельно выполнять домашнюю работу, быстро устает при ходьбе, не может понимать тяжести, по состоянию здоровья нуждается в посторонней помощи. <данные изъяты>

Последние три года ФИО7 периодически предлагала ему оформить на нее право собственности на дом и земельный участок, мотивируя тем, что в случае необходимости постоянного ухода за ним, она осуществлять такой уход не будет, так как имущество достанется по наследству его детям, а она, не являясь наследником, ничего не получит.

В 2018г. истец с ответчиком собирались к нотариусу, но когда ответчик узнала, что истец намерен оформить завещание на нее, т.е. при жизни переоформлять на нее право собственности не будет, она не стала заходить к нотариусу.

В декабре 2020г., когда истец заболел, ФИО7 снова стала настаивать переоформить на нее право собственности на дом и земельный участок, мотивируя тем, что если он умрет, то его дети выгонят ее из дома. Обещала, что если он сляжет и будет нуждаться в ее помощи, то она будет за ним ухаживать до самой смерти, достойно его похоронит. Истец согласился с ее требованиями, 29.12.2020 они съездили в МФЦ, где истец подписал договор, который не прочитал. Утром 21.01.2021 ФИО7 получила выписки из ЕГРН о регистрации права собственности на жилой дом и земельный участок, а после обеда ушла из дома и не вернулась, перестала отвечать на звонки. Оказалось, что она ушла в свою квартиру по адресу: <адрес>. Истец предлагал ответчику вернуть дом и земельный участок, но она отказывается, или предлагает выкупить у нее дом за один миллион рублей.

Жилой дом и земельный участок истец ФИО7 не передавал, как жил, так и продолжает жить в доме, продолжает пользоваться земельным участком, оплачивать коммунальные услуги. В настоящее время истец себя обслуживает как может, но часто приходится просить соседей, чтобы помогли достать овощи из подполья, включить стиральную машину, отремонтировать водосливной желоб и др.

На основании ст.166,167,170 ГК РФ, считает, что сделка между ним и ФИО7 является мнимой, просит признать договор дарения на основании данных норм недействительным и применить последствия недействительности сделки.

Представитель истца адвокат Бочкарева А.П. в ходе судебного заседания доводы истца поддержала, также указала, что имеются основания для признании договора дарения недействительным в связи с мнимостью. Также указала, что допрошенные свидетели подтвердили, что в декабре 2020г. истец чувствовал себя плохо. Он считал дом своей собственностью и после заключения договора продолжил там проживать и нести расходы по его содержанию. Договор дарения не содержит условие о проживании истца, хотя все лица, участвующие в деле подтвердили, что ничего не изменилось после заключения договора. Право пользования истца спорным жилым домом в настоящее время не оспаривается ответчиком. Отказ ответчика от встречного иска не свидетельствует о том, что в дальнейшем по другим основаниям ответчик не обратится с иском в суд к ФИО6, в целях его выселения. ФИО7 в ходе судебного заседания подтвердила, что договор дарения заключался на случай смерти, сделка является мнимой, так как заключена в целях того, чтобы родные ФИО6 не могли претендовать на данное имущество.

Ответчик ФИО7 в ходе судебного заседания возражала против удовлетворения заявленных исковых требований, указав, что в период с 1991 по 21.01.2021 она проживала с ФИО6 по адресу: <адрес>, с ними также проживала ее дочь <данные изъяты>, между ними сложились семейные отношения, но брак не был зарегистрирован. В январе 2021 ФИО6 повел себя очень грубо по отношению к ней, в очередной раз применил физическую силу, и она была вынуждена уехать к своей дочери, у которой проживает на сегодняшний день.

Примерно 2 года назад в 2018г. ФИО6 лежал в больнице <данные изъяты>, после этого стал предлагать оформить на ее имя жилой дом и земельный участок, расположенные по адресу: <адрес>. Данное имущество он хотел переоформить на нее, так как в случае его смерти, чтобы ей что-то осталось после него. У ФИО6 есть 3-е взрослых детей от предыдущего брака, и в случае его смерти его наследниками являются только его дети.

В данном доме они с ФИО6 проживали продолжительное время, она также вкладывала денежные средства в содержание данного дома и они совместно значительно улучшили его состояние, повысили его рыночную стоимость.

В декабре 2020 ФИО6 не болел, состояние его здоровья было обычным, к врачам он не обращался. ФИО6, так же как и она, имеет ряд заболеваний, свойственных для людей пожилого возраста, но какого-либо риска для ФИО6, они не представляют. В декабре 2020г. ФИО6 в очередной раз предложил оформить договор дарения, после чего у знакомого юриста она оформила договор дарения, с которым ФИО6 внимательно ознакомился, после чего подписал его, они с ФИО6 приехали в МФЦ, где зарегистрировали данный договор, состояние здоровья ФИО6 было нормальным, он ни на что не жаловался.

Ответчик ФИО7 заявила встречный иск о признании ФИО6 прекратившим право пользования и выселении, от которого в ходе рассмотрения дела отказалась. Данный отказ принят судом.

Представитель ответчика адвокат Барышникова А.И. в ходе судебного заседания доводы ответчика ФИО7 поддержала, также указав, что исходя из обоснования исковых требований, истец ссылается не на мнимость, а на притворность сделки, указывая на то, что якобы истец с ответчиком договорились, что если истец сляжет и будет нуждаться в постоянном постороннем уходе, то ФИО7 будет ухаживать за ним до самой смерти, достойно его похоронит, таким образом фактически истец указывает на то, что якобы между ними было достигнуто согласие по всем существенным условиям договора ренты с пожизненным содержанием. ФИО7 отрицает наличие указанной договоренности между ней и истцом ФИО6, как условие заключения договора дарения. Вопреки доводам истца, ответчик осуществила действия по вступлению во владение и пользование жилым домом и земельным участком. Из жилого помещения ФИО7 пришлось вынужденно выехать к дочери, в доме оставались все ее вещи, в том числе документы на жилой дом и земельный участок. Факт проживания ФИО6 в спорном жилье не свидетельствует о притворности сделки, поскольку собственник в силу предоставления ему законом полномочий вправе предоставить принадлежащее ему жилое помещение для проживания иных лиц. Таким образом, достоверных доказательств притворности сделки, а именно, доказательств того, что воля обеих сторон при заключении договора купли-продажи была направлена на заключение договора ренты (или какого-либо иного договора), истцом не предоставлено. Равно как и не предоставлено доказательств того, что договор дарения заключался сторонами с намерением создать правовой факт – переход права собственности, но без каких либо реальных последствий – фактического вступления во владение и пользование имуществом ФИО7

Представитель привлеченного к участию в деле в качестве третьего лица Управления федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Свердловской области в судебное заседание не явился, в направленном в суд письменном отзыве просил рассмотреть дело в свое отсутствие, принять решение на усмотрение суда, указал, что ничьих прав на недвижимое имущество в силу своей компетенции, Управление оспаривать не может. В отзыве указал, что по сведениям Единого государственного реестра недвижимости имеется запись о праве собственности ФИО7 на жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>, дата регистрации 30.12.2020, регистрационные записи соответственно № на жилой дом и № на земельный участок.

Свидетель ФИО1 в ходе судебного заседания пояснил, что является знакомым ФИО6 В телефонном разговоре 30.12.2020г. ФИО6 ему пояснил, что чувствовал себя очень плохо и решил все имущество переписать на Н., так как боялся, что если с ним что случится, кто будет за ним ухаживать. После того как она получила документы на дом, на следующий день уехала от него к сестре.

Свидетель ФИО2 в ходе судебного заседания пояснил, что является знакомым ФИО6 В телефонном разговоре 30-31.12.2020 ФИО6 пояснил ему, что сильно болел и в таком состоянии дом переписал на Н., так как было очень плохо и он думал, что умрет. Она ему обещала, что будет его «дохаживать» в случае, если с ним что случится и он по состоянию здоровья не сможет себя обслуживать.

Свидетель Свидетель №1 в ходе судебного заседания пояснил, что он является соседом ФИО6, знает, что сейчас ФИО6 проживает один, ранее с ним проживала ФИО7 Так как ФИО6 старый и больной человек, он помогал ему пару раз достать картофель из овощной ямы, в начале апреля 2021 помогал ему отнести дрова в ограду дома. ФИО6 жаловался ему, что он болеет, в декабре 2020г также помогал грузить плуг, когда ФИО6 продавал трактор, внешне было заметно, что ФИО6 болеет. Также ФИО6 рассказывал ему, что сильно болел и переписал дом, конкретных обстоятельств не сообщил.

Свидетель ФИО3 в ходе судебного заседания пояснил, что является соседом ФИО6, он помогал ему включить стиральную машинку, телевизор настроить, телефон настроить. ФИО6 рассказывал ему, что заболел и переписал дом на ФИО7, об условиях сделки ничего не говорил.

Свидетель ФИО4 в ходе судебного заседания пояснила, что она является дочерью истца и ответчика. Отец и мать жили на протяжении 30 лет, отец подарил матери дом, чтобы у нее был «тыл» на случай, если с ним что случится. После заключения договора дарения ничего не изменилось между ними, они также продолжали проживать в доме. 21.01.2021 мать пришла в ней с сумкой дамской, сказала, что ушла, подробностей не рассказывала. Думает, что у матери просто «накипело», так как отец грубоват временами бывает. Мать боялась обратно возвращаться. Полагает, что наличие других детей у отца повлияло на заключение договора дарения.

Свидетель ФИО4 в ходе судебного заседания пояснила, что является знакомой ответчика ФИО7, с которой ранее работала. В декабре 2020 они созванивались и ФИО7 сказала ей, что Саша подарил ей дом – просто так, никаких условий не было. Высказала предположение, что ФИО7 выехала из дома, в связи с наличием конфликтов с ФИО6, точную причину выезда не смогла пояснить.

Свидетель ФИО5 в ходе судебного заседания пояснила, что она ранее работала с ответчиком ФИО7, между ними сохранились приятельские отношения, они часто созванивались. Знает, что ФИО7 проживала по <адрес>, затем выехала. ФИО7 спрашивала у нее, где можно сделать дарственную, так как ФИО6 желает подарить ей дом. Со слов ФИО7 знает, что она ушла от ФИО6, так как начались угрозы и притеснения с его стороны. Также пояснила, что зимой видела как ФИО6 убирал снег возле дома, помощников у него не видела.

Заслушав истца, его представителя, ответчика, его представителя, показания свидетелей, исследовав материалы гражданского дела, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Для дарителя последствием совершения сделки дарения является прекращение права собственности на принадлежащее ему имущество без возмездного предоставления взамен (п. 1 ст. 572 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Следовательно, по делу необходимо установить, была ли направлена воля истца на передачу права собственности на свое имущество без возмездного предоставления взамен и передачу такого права именно при совершении сделки.

Согласно п.1 и п.2 ст.166 Гражданского кодекса РФ, сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

В случаях, когда в соответствии с законом сделка оспаривается в интересах третьих лиц, она может быть признана недействительной, если нарушает права или охраняемые законом интересы таких третьих лиц.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

Согласно п.1 и п.2 ст.167 Гражданского кодекса РФ, недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу ст.170 Гражданского кодекса РФ, мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

Исходя из смысла приведенной нормы, для признания сделки мнимой необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие условия этой сделки правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2016г. № «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 Гражданского кодекса РФ).

Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании п.1 ст.170 Гражданского кодекса РФ.

Как следует из материалов настоящего гражданского дела, 29.12.2020г. между ФИО6, <данные изъяты>, и ФИО7, <данные изъяты>, заключен договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>.

Право собственности ФИО7 на спорные жилой дом и земельный участок зарегистрировано 30.12.2020г., записи о регистрации права собственности № от 30.12.2020 года и № от 30.12.2020, что подтверждается выписками из Единого государственного реестра недвижимости об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости от 05.04.2021.

Как следует из справки МКУ «Дирекция единого заказчика» № от 16.03.2021г., ФИО6 зарегистрирован по данному адресу: <адрес>, с 03.03.1976г. по настоящее время, зарегистрирован один.

Согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости о правах отдельного лица на имевшиеся (имеющиеся) у него объекты недвижимости от 02.04.2021, ФИО7 принадлежат на праве собственности земельный участок и жилой дом, расположенные по адресу: <адрес> – на основании договора дарения от 29.12.2020, а также квартира, расположенная по адресу: <адрес>.

Ответчик ФИО7 зарегистрирована по адресу <адрес> – с 30.05.2013, сто следует из сведений отдела по вопросам миграции граждан МО МВД России «Алапаевский».

Согласно уведомления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии от 19.05.2021, за ФИО6 прав на недвижимое имущество не зарегистрировано.

Как следует из представленных документов и пояснений сторон, реальные правовые последствия для сторон, предусмотренные для договора дарения, не наступили. После совершения оспариваемой сделки каких-либо распорядительных действий в отношении спорных объектов недвижимого имущества ответчик ФИО7 не совершила.

Указанные обстоятельства свидетельствуют, что сделка дарения фактически носила формальный характер.

На время заключения договора дарения истец ФИО6 как проживал в единственном принадлежащем ему жилище – спорном жилом доме, так и после заключения договора дарения также продолжил проживать в спорном доме, возделывать земельный участок, продолжал пользоваться указанным имуществом, нести бремя содержания после сделки, что не оспаривалось сторонами. При том, что договором дарения не предусмотрено право истца пользоваться спорным имуществом.

Ссылка стороны ответчика на то, что ФИО7 производилась оплата коммунальных услуг коммунальных услуг в декабре 2020г.- январе 2021г не свидетельствует о реализации правомочий собственника по владению, пользованию или распоряжению данным имуществом, поскольку связаны с тем, что ответчик проживала в спорном доме и, как следует из пояснений сторон, совместно с истцом несла расходы по содержанию спорного имущества.

Установленные судом обстоятельства свидетельствуют о том, что при совершении сделки дарения объекта недвижимости истец не имел волеизъявления на безоговорочный и безвозмездный отказ от права собственности на спорное имущество, полагал, что одаряемый взамен будет осуществлять уход за ним, нести бремя его содержания, а также осуществлять иные действия, связанные с указанным объектом, при этом, спорное имущество останется в пользовании истца.

Как следует из материалов дела, спорный дом является единственным жильем для истца ФИО6 Из объяснений сторон и их представителей и установленных судом фактических обстоятельств, очевидно, что у ФИО6 не было цели на отчуждение права на владение и распоряжение спорным домом и земельным участком. В данном случае отказ от указанных правомочий по владению и распоряжению единственным жильем в отсутствие реальной возможности приобретения иного жилого помещения, является нелогичным.

Таким образом, объективные обстоятельства оспариваемой сделки свидетельствуют о том, что оспариваемый договор дарения от 29.12.2020г. был совершен лишь для вида, без намерения создать соответствующие ему правовые последствия.

С учетом изложенного, оспариваемый договор дарения является недействительным по основанию его мнимости.

Суд считает применить последствия недействительности сделки, возвратить стороны в первоначальное положение.

Применить последствия недействительности сделки, возвратить стороны в первоначальное положение.

Признать за ФИО6 право собственности на жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером 66:32:0404009:43, расположенные по адресу: <адрес>.

Исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись регистрации права собственности № от 30.12.2020 года и запись регистрации права собственности № от 30.12.2020 года.

Согласно ч. 1 ст. 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы пропорционально удовлетворенным требованиям.

Требования ФИО6 удовлетворены, поэтому с ответчика ФИО7 в его пользу подлежат взысканию расходы по уплате госпошлины в размере 300,00 руб. и почтовые расходы в размере 210,04 руб.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 198, 199 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО6 к ФИО7 о признании договора дарения недвижимости недействительным, удовлетворить.

Признать недействительным договор дарения жилого дома и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, заключенный между ФИО6 и ФИО7 29.12.2020.

Применить последствия недействительности сделки, возвратить стороны в первоначальное положение.

Признать за ФИО6 право собственности на жилой дом с кадастровым номером № и земельный участок с кадастровым номером №, расположенные по адресу: <адрес>.

Исключить из Единого государственного реестра недвижимости запись регистрации права собственности № от 30.12.2020 года и запись регистрации права собственности № от 30.12.2020 года.

Взыскать с ФИО7 в пользу ФИО6 расходы по оплате госпошлины в размере 300 руб. и почтовые расходы в размере 210,04 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Свердловский областной суд в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме с подачей жалобы через Алапаевский городской суд.

Судья Л.В. Арзамасцева