Апелляционное определение № 33-10292/2025 от 14 января 2026 г.

Судья Завьялов О.М.

Дело № 33-10292/2025

УИД № 59RS0001-01-2024-006558-74

Мотивированное
апелляционное определение изготовлено 15 января 2026 года.

АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

Город Пермь 22 декабря 2025 года

Судебная коллегия по гражданским делам Пермского краевого суда всоставе председательствующего Казакова М.В.,

судей Бабиновой Н.А., Лобанова В.В.,

при секретаре судебного заседания Штейниковой Н.С.,

с участием прокурора Степановой Е.П.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-174/2025 по иску ФИО1 к федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «Пермский государственный национальный исследовательский университет» о признании приказов об увольнении незаконными, восстановлении на работе, взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула, компенсации морального вреда

по апелляционной жалобе истца ФИО1 на решение Дзержинского районного суда г.Перми от 17 сентября 2025 года.

Заслушав доклад судьи Лобанова В.В., объяснения истца ФИО1, его представителя ФИО2, представителя ответчика ФИО3, заключение прокурора Степановой Е.П., полагавшего, что отсутствуют основания для отмены или изменения решения суда, исследовав материалы дела, судебная коллегия

у с т а н о в и л а:

24 сентября 2024 года истец ФИО1, дата года рождения, обратился в суд с иском к ответчику федеральному государственному автономному образовательному учреждению высшего образования «Пермский государственный национальный исследовательский университет» (далее также – ФГАОУ ВО «ПГНИУ»), просил:

- признать незаконным приказ ответчика от 27 августа 2024 года № ** об увольнении истца на основании пункта 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации,

восстановить ФИО1 на работе в структурном подразделении Лицей с углублённым изучением отдельных учебных предметов в должности учителя,

- признать незаконным приказ ответчика от 27 августа 2024 года № ** об увольнении истца по пункту 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации,

восстановить ФИО1 на работе в структурном подразделении физико-математический институт в должности старший преподаватель кафедры высшей математики,

- взыскать с ответчика в пользу истца:

средний заработок за время вынужденного прогула в период с 30 августа 2024 года по 30 августа 2025 года в размере 209 292 руб. в должности учителя, в размере 472 920 руб. в должности старшего преподавателя,

компенсацию морального вреда в сумме 500000 руб.,

в возмещение судебных расходов 83 950 руб.

В обоснование исковых требований указано на то, что с 1 сентября 2019 года истец в соответствии с трудовым договором от 20 марта 2019 года № ** работал в ФГАОУ ВО «ПГНИУ», структурное подразделение: физико-математический институт/кафедра высшей математики, в должности старшего преподавателя,

14 сентября 2022 года истец заключил с ответчиком ещё один трудовой договор № **, в соответствии с которым работал в структурном подразделении: Лицей с углублённым изучением отдельных учебных предметов, - в должности учителя на условиях внутреннего совместительства,

27 мая 2024 года проректору по учебной работе поступила коллективная жалоба от родителей и детей 10 технологического, 10 социально-гуманитарного, 11социально-гуманитарного, 11 технологического, 11 естественно-научного классов в отношении истца и директора лицея ФГАОУ ВО «ПГНИУ» Н.,

истец не согласен с обвинениями, приведёнными в жалобе на него, считает их надуманными, унижающими его честь и достоинство,

30 августа 2024 года истцу предложили ознакомиться и подписать приказы о его увольнении с должности старшего преподавателя по основному месту работы и с должности учителя, занимаемую им по совместительству, на основании пункта 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации,

истец считает увольнение незаконным, поскольку доводы жалобы от 27 мая 2024 года являются надуманными, не соответствуют действительности, основания для увольнения истца отсутствовали, ответчиком нарушены процедура увольнения и срок привлечения к дисциплинарной ответственности,

полагает, что ответчик надлежащим образом не уведомил истца о проведении работодателем внутреннего расследования по жалобе от 27 мая 2024 года, не ознакомил истца с ходом данного расследования, нарушил срок привлечения истца к дисциплинарной ответственности,

не имея на то оснований, уволил по одному и тому же основанию как с должности, занимаемой им по основному месту работы, так и с должности, занимаемой им по совместительству в другом структурном подразделении, то есть за одно нарушение с истцом расторгли два трудовых договора, при этом жалоба была написана родителями и учениками лицея.

Ответчик в суда первой инстанции просил отказать в удовлетворении иска полностью, полагая, что трудовые права истца не нарушены.

Решением Дзержинского районного суда г. Перми от 17 сентября 2025 года постановлено исковые требования ФИО1 к ФГАОУ ВО «ПГНИУ» оставить без удовлетворения.

В апелляционной жалобе истец просит указанное решение суда отменить, принять по делу новое решение, которым исковые требования удовлетворить в полном объёме, считает, что не доказаны установленные судом первой инстанции обстоятельства, имеющие значение для дела, выводы суда первой инстанции, изложенные в решении суда, не соответствуют обстоятельствам дела, нарушены нормы материального и процессуального права, что привело к принятию неправильного решения суда,

истец и его представитель в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержали доводы апелляционной жалобы.

Ответчик представил письменные возражения относительно доводов апелляционной жалобы истца, просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу оставить без удовлетворения,

представитель ответчика в судебном заседании суда апелляционной инстанции поддержал указанные возражения.

Исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, возражений относительно неё, проверив законность и обоснованность состоявшегося решения по правилам статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе, судебная коллегия не нашла оснований к отмене или изменению решения суда.

Как следует из материалов дела и установлено судом апелляционной инстанции на основании имеющихся в деле доказательств, 20 марта 2019 года между ФГАОУ ВО «ПГНИУ» и ФИО1 заключён трудовой договор, согласно которому ФИО1 принят на работу в должности преподавателя с местом работы в колледже профессионального образования Университета и началом работы в указанной должности с 1 сентября 2019 года (пункты 1.1, 1.2, 1.4 трудового договора),

также между истцом и ФГАОУ ВО «ПГНИУ» 10 сентября 2019 года, с учётом дополнительного соглашения к нему, заключён трудовой договор, согласно которому ФИО1 принят на работу на должность старшего преподавателя на кафедру высшей математики механико-математического факультета, в последующем приказом от 11 апреля 2024 года № ** истец переведён на должность старшего преподавателя физико-математического института (л. д. 22 - 23, 76 оборот – 77, 80 – 81 т. 1).

Согласно Положению о физико-математическом институте, утверждённом приказом ректора ФГАОУ ВО «ПГНИУ» от 25 апреля 2024 года № 341, Институт является структурным подразделением ФГАОУ ВО «ПГНИУ» без статуса юридического лица, обеспечивающим осуществление образовательной деятельности ФГАОУ ВО «ПГНИУ» по основным программам высшего образования,

задачами Института в области воспитательной деятельности являются формирование у обучающихся общей и профессиональной культуры, гражданской позиции, накопление, сохранение и преумножение нравственных, культурных и научных ценностей общества;

формирование у обучающихся гражданской позиции, способности к труду и жизни в условиях современной цивилизации и демократии,

права и обязанности работников Института определяются должностными инструкциями, разработанными и утверждёнными в установленном порядке (подпункт «а» пункт 1.3, пункты 2.4, 5.6 Положения) (л. д. 175 – 179 т. 2).

В соответствии с должностной инструкцией старшего преподавателя, утверждённой приказом ректора ФГАОУ ВО «ПГНИУ» от 10 мая 2017 года №454, к особым условиям допуска к работе, является: отсутствие ограничений на занятие педагогической деятельностью, установленных законодательством Российской Федерации,

к необходимым знаниям и умениям относятся меры ответственности за жизнь и здоровье обучающихся, находящихся под руководством педагогических работников;

установление педагогических целесообразных взаимоотношений с обучающимися; соблюдение норм педагогической этики, установление педагогических целесообразных взаимоотношений с обучающимися для обеспечения достоверного оценивания,

к должностным обязанностям относится участие в воспитательной работе с обучающимися, уважение человеческого достоинства, чести и репутации студентов (положения пунктов 1.4, 1.5, 1.6, 2.20, 2.23 Должностной инструкции).

В последующем согласно трудовому договору от 14 сентября 2022 года, с учётом дополнительных соглашений к нему, заключённому с Университетом, истец обязался выполнять работу в должности учителя в Лицее с углублённым изучением отдельных учебных предметов, начиная с 15 сентября 2022 года (пункты 1.1., 1.2., 1.4. Трудового договора) (л. <...>, 31 - 32, 66 оборот – 73 т. 1).

Согласно Положению о Лицее с углублённым изучением отдельных учебных предметов, утверждённому ректором ФГАОУ ВО «ПГНИУ» 28 июля 2022 года, лицей является структурным подразделением ФГАОУ ВО «ПГНИУ», созданным на основании решения Учёного совета и приказа ФГАОУ ВО «ПГНИУ»,

предметом деятельности лицея являются: реализация основных и дополнительных общеобразовательных программ. Образовательная деятельность по реализации основных общеобразовательных программ среднего общего образования, дополнительных общеобразовательных программ по приоритетным направлениям профильного обучения. В рамках этих видов деятельности работники лицея решают задачи: формирование общей культуры личности обучающихся на основе усвоения содержания образовательных программ углублённого изучения предметов, создание предпосылок для осознанного выбора и последующего освоения профессиональных образовательных программ; развитие навыков социальной адаптации; воспитание гражданственности и патриотизма (пункты 1.1 - 1.3, подпункт 1 пункта 2.2, подпункты 10 - 12 пункта 2.3 Положения) (л. д. 140 – 148 т. 2).

Согласно приказу от 27 августа 2024 года № ** ФИО1 уволен с должности учителя Лицея с углублённым изучением отдельных учебных предметов по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации, с 30 августа 2024 года на основании акта внутреннего расследования от 24 июня 2024 года, жалобы от родителей и детей, обращений обучающихся (л. д. 26 т. 1),

на основании приказа от 27 августа 2024 года № ** уволен с должности старшего преподавателя кафедры высшей математики по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации, с 30 августа 2024 года на основании акта внутреннего расследования от 24 июня 2024 года (л. д. 25 т. 1).

Основанием, послужившим к увольнению истца, явилась поступившая 28 мая 2024 года на имя проректора по учебной работе ФГАОУ ВО «ПГНИУ» жалоба от родителей и детей 10 технологического класса, 10 социально-гуманитарного класса, 11 социально-гуманитарного класса, 11 технологического класса, 11 естественно-научного класса, из содержания которой следует, что со стороны ФИО1 имеют место быть действия, которые порочат честь и достоинство как обучающихся, так и учителя (л. д. 113 – 116 т. 1).

Согласно протоколу заседания комиссии от 3 июня 2024 года, созданной согласно распоряжению от 31 мая 2024 года № **, по рассмотрению жалобы от 28 мая 2024 года по факту нарушения профессиональной этики и психологического насилия со стороны учителя математики лицея с углублённым изучением отдельных предметов ФГАОУ ВО «ПГНИУ» ФИО1 (с материалами, дополняющими обращение: аудиозаписями, видеозаписью, скриншотами сообщений электронной почты), комиссия решила: провести внутренне расследование по фактам, описанным в жалобе,

в срок до 24 июня составить акт расследования и в срок до 25 июня предоставить его и.о. ректора для принятия решения по существу (л. д. 117 т. 1).

По доводам обращения, содержащимся в жалобе, 28 мая 2024 года от ФИО1 были получены объяснения, в которых он указал, что доводы не соответствуют действительности, указанные в жалобе утверждения отрицает, указывает, что никого не оскорблял, напротив, многократно проводил тренинги и разборы заданий ЕГЭ, чтобы создать в учениках уверенность, что ЕГЭ будет благополучно написано (л. <...> т. 1).

Согласно акту внутреннего расследования от 24 июня 2024 года, комиссией по результатам рассмотрения коллективного обращения родителей и обучающихся лицея, письменных показаний обучающихся и родителей, аудио- и видео доказательств, а также анализа дополнительных пояснений обучающихся установлен факт систематического применения преподавателем лицея ФГАОУ ВО «ПГНИУ» ФИО1 методов воспитания, связанных с физическим и (или) психическим насилием над личностями воспитанников лицея ФГАОУ ВО «ПГНИУ» (задокументированные случаи 4 декабря 2023 года, 6 мая 2024 года) (л.д. 118 – 120 т. 1).

Обстоятельства, изложенные в описательной части акта внутреннего расследования от 24 июня 2024 года соответствуют содержанию представленным в материалы дела жалобе, обращениям учащихся к проректору по учебной работе, а также аудио-видео материалам (л. д. 113 - 116, 141 - 148, 187 т. 1).

Также согласно акту комиссией рекомендовано прекратить трудовые отношения с преподавателем лицея ФГАОУ ВО «ПГНИУ» ФИО1, а лицам, непосредственно пострадавшим от действий ФИО1, предоставить доступ к ресурсам ФГАОУ ВО «ПГНИУ» по психологической помощи и консультированию в целях восстановления их психологического состояния,

указанные выводы и рекомендации, согласно заключению комиссии, также основаны на заключении Центра психолого-педагогической помощи ФГАОУ ВО «ПГНИУ», из которого следует, что из текстов обращения детей видно, что педагог негативно оценивает потенциал когнитивного развития, интеллектуальные возможности обучающихся, способствуя тем самым формированию у несовершеннолетних детей низкой самооценки, образовательной дезориентации, повышенной тревожности, что может в дальнейшем привести к деструктивным формам поведения (агрессии, дезадаптации, суицидальным рискам, аддикциям, другое),

также в заключении указано на то, что анализ текстов обращений детей показывает, что обучающиеся жалуются на оскорбления и унижение достоинства со стороны педагога; из текстов обращений детей видно, что педагог обесценивает личность учащихся; педагог допускает стигматизацию личности, навешивание ярлыков, а методика преподавания не соответствует возрастным особенностям детей подросткового возраста,

в связи с нарушением педагогом методики преподавания для лиц подросткового возраста, личностных границ обучающихся, не соблюдением требований к обеспечению психологической безопасности образовательного пространства, рекомендовано: не допускать данного педагога к образовательному процессу с несовершеннолетними обучающимися (л. д. 127 – 130 т. 1).

Допрошенная в судебном заседании суда первой инстанции свидетель Г. пояснила, в частности, что работает в ФГАОУ ВО «ПГНИУ» проректором по учебной работе, истец работал учителем в лицее и преподавателем на кафедре в физико-математическом институте, поступали многочисленные жалобы от родителей и учащихся лицея в связи с применением ФИО1 мер, связанных с психологическим насилием в отношении обучающихся, была создана комиссия, которая проводила внутреннее расследование, по результатам которого была рекомендация ректору в дальнейшем не рассматривать данного сотрудника в качестве работника; факты, которые вскрылись в лицее, дали основание для принятия такого решения,

жалобы были, как устные, так и письменные, из содержания которых следовало, что истец унижает достоинство учеников лицея своими высказываниями, называя их оскорбительными словами, высказывался об их интеллектуальных способностях, что они неспособные, ни на что не годные, принижал их качества; родители говорили, что дети рыдали, просили разобраться,

считает, что такое недопустимо, педагогически неправильно; выводы были сделаны на основании письменной жалобы от школьников, родителей, аудиозаписей, на которых были высказывания истца, были скриншоты его переписки, где он также писал такие слова, которые являются недопустимыми.

Допрошенная в судебном заседании суда первой инстанции свидетель П. пояснила, в частности, что истца знает как коллегу по лицею, является тьютором в технологическом классе, в котором истец преподавал астрономию и проявлял оскорбительное отношение к классу, где были девочки с разным цветом волос, и к которым он обращался по их цвету волос. Когда дети задавали вопросы, истец говорил некорректно, и тогда дети приходили к свидетелю и повально жаловались на преподавателя. Свидетель обращалась к директору лицея о неподобающем поведении истца. При направлении истцу детьми работ по электронной почте даваемые истцом ответы на работы являлись некорректными, которые в последующем учащимися пересылались свидетелю. В связи с чем свидетель снова приходила к директору лицея с имеющейся проблемой. При обращении к истцу, что так нельзя, и свидетель не позволит обижать свой класс, истец отвечал, что это не дело свидетеля, поскольку это предмет истца. Также был момент с математикой, когда истец, ведя математику, не объяснял темы и говорил детям, что они глупые и им этого не надо. После чего дети приходили к свидетелю и просили объяснить. Свидетель обратилась к Г. об отстранении преподавателя, потому что нельзя унижать детей, нельзя не давать им знания. Когда истец ушёл, классу понадобился целый год, чтобы дети исправили оценки, неправомерно поставленные. Изначально свидетель не поверила, подумала, что истец не может их оскорблять, это педагогическая этика, почему должна плохо думать о преподавателе? Однако когда дети записывали для свидетеля выступление детей, туда попали комментарии истца. Свидетель считает, что истец психологически давил на детей, что недопустимо. Если открыть любую переписку с любым ребёнком – там будет 3 неприемлемые формулировки.

Допрошенная в судебном заседании суда первой инстанции свидетель Л. пояснила, в частности, что истца знает как преподавателя лицея, так как является председателем родительского комитета, и общалась со всеми родителями и детьми лицея. Приходя в кабинет к директору Н., слышала, как истец оскорблял детей, находясь в коридоре, человек не соответствует нормам педагогической этики и нормам федерального закона об образовании. Дети пришли из разных школ, пришли получать образование, а не выслушивать оскорбления учителя. Родителями было принято решение написать жалобу, написали 2 жалобы, Н. прикрывала истца на момент её преподавательской деятельности, и на это никак не реагировала. Дети сделали несколько аудиозаписей, их потом передали проректору Г. Истец высказывал оскорбления. Также согласно видеозаписи, когда ставился вопрос о пересдаче, истец говорил, что дети могут прийти, но от этого ничего не поменяется, так как знаний у них нет. Детям, когда задавали вопросы, он говорил оскорбления, ничего не объяснял. Истец говорил, что работает на кафедре, а в лицей приходит развлекаться, и то, что у него есть документ, дающий ему это право. Истец ещё работал, когда собирались писать жалобу, поэтому часть детей боялись высказываться, потому что не знали, уволят истца или нет. Некоторые скидывали «скриншоты», где дети отправляют истцу исследовательские проекты, а в ответ получали неприемлемые ответы.

Допрошенная в судебном заседании суда первой инстанции свидетель Б. пояснила, в частности, что является родителем ребёнка, обучающегося в лицее при ФГАОУ ВО «ПГНИУ», в котором преподавал истец. При обращении свидетеля к истцу с вопросом, как помочь дочери, свидетель получил ответ, что ребёнок не очень умный, и нечего делать в лицее, что пробел вся база, необходимо брать репетиторов и заниматься. Работы были всегда с двойкой без пояснений, при этом дочь окончила гимназию с отличием, ездила в специализированные лагеря, в том числе в «Артек», проблем с учёбой не было, всегда была отличницей, однако, проучившись два месяца в лицее, сразу потеряла знания с «5» на «2», что для неё маловероятно. Ребёнок приходил с лицея с истериками, слезами, психозом, в связи с чем потребовалось обращение к психологу. Дочь жаловалась, что называл непристойными словами. Впоследующем она также была инициатором жалобы, подписала жалобу на имя ректора. Свидетель сама магистр биологии и преподаватель высшей школы.

9 сентября 2024 года истец обратился к работодателю с заявлением о выдаче копии приказов (о приёме на работу, переводе, увольнении и других);

копий трудового договора со всеми дополнительными соглашениями;

справок о размере заработной платы за период с сентября 2022 года по август 2024 года;

копии акта внутреннего расследования от 24 июня 2024 года;

копии жалобы от родителей и детей;

копии обращения обучающихся, -

которые ответчиком получены, согласно общедоступным сведения отслеживания по почтовому идентификатору (ШПИ), 17 сентября 2024 года (л. д. 87 – 89 т. 1),

ответ на указанное заявление направлен истцу 30 сентября 2024 года (л. д. 65 т. 1).

Установив приведённые выше обстоятельства, оценив по правилам статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации имеющиеся в деле доказательства, суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 62, 84.1, 237, 336 Трудового кодекса Российской Федерации о выдаче документов, связанных с работой, и их копий, об общем порядке оформления прекращения трудового договора, возмещении морального вреда, причинённого работнику, дополнительных основаниях прекращения трудового договора с педагогическим работником, а также руководителем, заместителем руководителя государственной или муниципальной образовательной организации высшего образования и руководителем её филиала, части 9 статьи 13, пунктов 2, 3 части 1 статьи 48 Федерального закона от 29 декабря 2012 года № 273-ФЗ «Об образовании в Российской Федерации» об общих требованиях к реализации образовательных программ, обязанностях и ответственности педагогических работников, постановил по делу вышеуказанное решение об отказе в удовлетворении исковых требований полностью.

Делая такие выводы, суд первой инстанции обоснованно исходил из того, что у работодателя имелись достаточные основания для увольнения истца с работы 30 августа 2024 года на основании пункта 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации как с должности учителя в структурном подразделении Лицей с углублённым изучением отдельных учебных предметов, так и с должности старший преподаватель кафедры высшей математики в структурном подразделении физико-математический институт, порядок увольнения соблюдён в соответствии с нормами действующего трудового законодательства.

Отказывая в удовлетворении исковых требований о признании незаконными приказов от 27 августа 2024 года № **, № **, суд исходил из того, что Лицей с углублённым изучением отдельных учебных предметов и физико-математический институт являются структурными подразделениями ФГАОУ ВО «ПГНИУ» без образования статуса юридического лица, то есть являются составными частями единой организации, обеспечивающие осуществление образовательной деятельности, в задачи которых входит, в том числе, воспитательная деятельность, связанная с развитием личности обучающихся, при этом как в должностной инструкции учителя, так и в должностной инструкции старшего преподавателя устанавливается обязанность осуществлять обучение и воспитание обучающихся с уважением их чести и достоинства, что, в свою очередь, предполагает отсутствие разделения ответственности за совершение действий, имевших место у одного работодателя и совершенных одним лицом, в зависимости от совершения таких действий в той или иной педагогической должности, поскольку сам вид действий является недопустимым как по отношению к ученикам лицея, так и по отношению к студентам вне зависимости от отсутствия жалоб от последних.

Не установив оснований для удовлетворения требований о признании приказов от 27 августа 2024 года № **, № ** недействительными, восстановлении на работе, суд не усмотрел и оснований для удовлетворения требований о взыскании среднего заработка за время вынужденного прогула и компенсации морального вреда.

Судебная коллегия полагает, что, разрешая спор по существу, суд правильно определил обстоятельства, имеющие юридическое значение для данного дела, и применил нормы материального права, регулирующие возникшие по делу правоотношения, не допустив в ходе рассмотрения дела нарушений норм материального и процессуального права.

Доводами апелляционной жалобы истца указанные выводы не опровергнуты.

Доводы апелляционной жалобы истца о том, что:

- не имелось оснований для расторжения двух трудовых договоров с истцом на основании пункта 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации, истец продолжал работу в качестве учителя и после поступления 28 мая 2024 года жалобы на его действия,

- истец незаконно привлечён к дисциплинарной ответственности в виде увольнения дважды, по двум должностям, тогда как не установлено наличия жалоб на действия истца со стороны студентов,

- пояснения свидетелей стороны ответчика, допрошенных в судебном заседании суда первой инстанции, не могут быть приняты судом во внимание и лежать в основе решения суда, поскольку данные показания носят заинтересованный характер,

- суд необоснованно отказал в принятии в качестве надлежащего доказательства пояснений директора лицея Н., которые поддерживают правовую позицию истца,

- судом не принято во внимание нарушение порядка привлечения к дисциплинарной ответственности и увольнения истца,

- при рассмотрении дела в суде первой инстанции рассматривалась возможность заключения мирового соглашения на условии изменения формулировки основания увольнения истца на увольнение по собственному желанию, -

отклоняются судебной коллегией как несостоятельные, не соответствующие фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, имеющимся в деле доказательствам и нормам материального и процессуального права.

Принимая приказы о прекращении трудовых отношений с истцом, работодатель обоснованно исходил из того, что, работая с детьми, истец должен осуществлять обучение и воспитание обучающихся с учётом их психофизического развития и состояния здоровья, а также специфики преподаваемых предметов, способствовать формированию общей культуры личности, социализации, освоения общеобразовательных программ учётом требований федерального государственного образовательного стандарта среднего общего образования; осуществлять поддержку и сопровождение личности развития обучающихся, выявлять их образовательные запросы и потребности, вести сбор данных о планах и намерениях обучающихся, их интересах, склонностях, мотивах, сильных и слабых сторон, помогать обучающимся в выявлении и решении индивидуальных проблем, связанных с освоением общеобразовательных программ; уважать честь и достоинство обучающихся и других участников образовательных отношений (подпункты 1, 6, 9 пункта 2.1 должностной инструкции), а не негативно оценивать потенциал когнитивного развития, интеллектуальные возможности обучающихся, способствуя тем самым формированию у несовершеннолетних детей низкой самооценки, образовательной дезориентации, повышенной тревожности, что может в дальнейшем привести к деструктивным формам поведения.

Судебная коллегия полагает, что доводы истца о том, что он лишь требовал усвоение преподаваемого им предмета учащимися, и не желал завышать оценки для улучшения рейтинга учебного учреждения, не могут быть признаны уважительными причинами действий истца по применению методов воспитания, связанных с психическим насилием над личностью обучающихся.

Вопреки доводам апелляционной жалобы, судом первой инстанции обоснованно приняты во внимание показания свидетелей, подтверждающих неправомерные действия истца по отношению к учащимся образовательного учреждения, также судом мотивирован вывод о достоверности таких показаний, не имеется оснований не доверять им,

судом обоснованно не приняты в качестве надлежащего доказательства письменные пояснения директора лицея Н., поскольку по общему правилу не могут быть приняты в качестве письменных доказательств пояснения лиц, являющихся очевидцами событий, которые могут быть допрошены по гражданскому делу в качестве свидетелей.

Подлежат отклонению доводы апелляционной жалобы о том, что давшие заключение в отношении действий истца лица не являются экспертами, которые наделены соответствующим правом на дачу какого либо заключения, так как суд первой инстанции обоснованно признал представленное ответчиком заключение Центра психолого-педагогической помощи ФГАОУ ВО «ПГНИУ» надлежащим письменным доказательством по делу, а не заключением судебной экспертизы, и дал ему оценку в совокупности с другими доказательствами по делу,

стороной истца не представлено иное заключение, которое бы подтверждало правовую позицию истца.

Не являются основанием для отмены или изменения решения суда по настоящему делу доводы апелляционной жалобы истца о том, что не имелось оснований для расторжения трудового договора с истцом как старшим преподавателем кафедры высшей математики в структурном подразделении физико-математический институт на основании пункта 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации, так как не установлено наличия жалоб на действия истца со стороны студентов, поскольку суд первой инстанции сделал правильный вывод о том, что Лицей с углублённым изучением отдельных учебных предметов и физико-математический институт являются структурными подразделениями ФГАОУ ВО «ПГНИУ», составными частями единой организации, обеспечивающие осуществление образовательной деятельности, в задачи которых входит, в том числе, воспитательная деятельность, связанная с развитием личности обучающихся, при этом как в должностной инструкции учителя, так и в должностной инструкции старшего преподавателя устанавливается обязанность осуществлять обучение и воспитание обучающихся с уважением их чести и достоинства, что, в свою очередь, предполагает отсутствие разделения ответственности за совершение действий, имевших место у одного работодателя и совершенных одним лицом, в зависимости от совершения таких действий в той или иной педагогической должности, поскольку сам вид действий является недопустимым как по отношению к ученикам лицея, так и по отношению к студентам вне зависимости от отсутствия жалоб от последних.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы о том, что судом не принят во внимание нарушенный порядок привлечения к дисциплинарной ответственности и увольнения истца, судебная коллегия исходит из того, что в соответствии с положениями части третьей статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации не является дисциплинарным взысканием увольнение работника по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 336 настоящего Кодекса.

С коллективной жалобой учащиеся лицея и их родители обратились к работодателю истца 28 мая 2025 года,

объяснения по обстоятельствам, изложенным в жалобе, истцом даны также 28 мая 2025 года,

на основании распоряжения от 31 мая 2024 года № ** создана комиссия по рассмотрению жалобы, заседание которой состоялось 3 июня 2024 года,

акт внутреннего расследования, с учётом заключения специалистов-психологов, составлен 24 июня 2024 года,

согласно приказу от 10 июня 2024 года № ** истцу как учителю лицея предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск с 4 июля 2024 года по 28 августа 2024 года,

также приказом от 19 июня 2024 года № ** истцу как старшему преподавателю кафедры высшей математики физико-математического факультета предоставлен ежегодный основной оплачиваемый отпуск с 3 июля 2024 года по 25 августа 2024 года,

истец с приказами от 27 августа 2024 года № **, № ** ознакомлен 30 августа 2024 года, о чём истец указывает в исковом заявлении (л. д. 111 - 120, 127 – 131 т. 1).

Таким образом, 24 июня 2024 года в течение месяца с даты поступления ответчику 28 мая 2024 года жалобы на действия истца ответчик провёл необходимую проверку, получил объяснения от истца и установил совершение истцом действий по применению методов воспитания, связанных с психическим насилием над личностью обучающихся,

действия, указанные в пункте 2 статьи 336 Трудового кодекса Российской Федерации, являлся длящимися, при этом носят скрытый характер и не могут быть обнаружены работодателем иначе только как при обращении с жалобой на соответствующие действия истца.

Истец уволен 30 августа 2024 года после окончания его очередного отпуска, в котором он находился с 4 июля 2024 года по 25 августа 2024 года, своевременно ознакомлен с приказами об увольнении.

Судебная коллегия полагает, что нарушений в проведении процедуры увольнения истца работодателем не допущено, решение об увольнении принято в разумный срок (с учётом длительного нахождения истца в очередном отпуске) после установления ответчиком совершения истцом действий по применению методов воспитания, связанных с психическим насилием над личностью обучающихся.

Иных доводов, которые могли бы служить основаниями для отмены или изменения решения суда, апелляционная жалоба не содержит.

Принимая во внимание указанные обстоятельства, оснований к отмене или изменению решения суда по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 328, 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Дзержинского районного суда г.Перми от 17 сентября 2025 года оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО1 оставить без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи