Приговор № 1-286/2017 от 27 сентября 2017 г. по делу № 1-286/2017

Дело № 1-286/2017


ПРИГОВОР ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Ульяновск 27 сентября 2017 года

Судья Засвияжского районного суда г. Ульяновска Кашкарова Л.П.,

с участием государственных обвинителей Кунгурова С.Ю., Васина Д.А.,

подсудимого ФИО1,

защитника-адвоката Родионовой О.В., представившей удостоверение №, ордер № от 07.09.2017 г.,

при секретаре Никифоровой Л.Е.,

а также с участием потерпевшего ФИО10,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО1, <данные изъяты>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 2 п. «з» УК РФ,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1 совершил умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Преступление совершено им в Засвияжском районе г. Ульяновска при следующих обстоятельствах.

Так, 13.06.2017 в период времени с 01 часа 00 минут до 03 часов 09 минут, более точное время не установлено, в <адрес>, между ФИО1 и ФИО10 на почве личных неприязненных отношений произошла ссора, в ходе которой у ФИО1 возник умысел на причинение тяжкого вреда здоровью ФИО10 Во исполнение своего преступного умысла, в вышеуказанные время и месте ФИО1, осознавая противоправный характер своих действий, в ходе ссоры с потерпевшим приискал нож – предмет, обладающий большой поражающей способностью, после чего, используя нож в качестве оружия, умышленно с целью причинения тяжкого вреда здоровью потерпевшего, со значительной силой нанес данным ножом не менее 6 ударов в область расположения жизненно-важных органов ФИО10 – грудную клетку, шею, верхнюю и нижнюю конечности.

Своими умышленными преступными действиями ФИО1 причинил ФИО10 колото-резаное, слепое, проникающее ранение груди (колото-резаная рана расположена на уровне 4-го межреберья слева по окологрудинной линии), сопровождающееся по ходу раневого канала сквозным ранением верхней доли левого легкого, сквозным ранением перикарда, слепым ранением правого желудочка сердца и развитием левостороннего гемоторакса (излитие крови в плевральную полость) и гемоперикарда (излитие крови в полость перикарда), которое причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Кроме того, ФИО1 своими умышленными преступными действиями причинил ФИО10 колото-резаное, непроникающее слепое ранение мягких тканей по задней поверхности шеи между остистыми отростками 6-7 шейных позвонков; колото-резаное, слепое ранение мягких тканей на наружной поверхности (ближе к передней поверхности) правого бедра в нижней трети; две резаные раны мягких тканей на передней поверхности шеи слева с переходом на левую боковую поверхность шеи; резаную рану мягких тканей на передне-наружной поверхности левого предплечья в нижней трети, которые причинили (каждое повреждение в отдельности) легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Допрошенный в судебном заседании подсудимый ФИО1 вину признал частично, пояснив, что в ночь на 13.06.2017 он находился в квартире своей девушки ФИО8 кухне находились мать последней – ФИО9 и ее сожитель – ФИО10. Он (ФИО1), ФИО22 и ФИО10 находились в состоянии алкогольного опьянения. Около 2-3 часов ночи он зашел на кухню, где увидел, что ФИО10 размахивает ножом перед спящей ФИО9, угрожает ей убийством. Опасаясь за жизнь и здоровье ФИО9, он ударил ФИО10 кулаком по лицу, от чего тот упал и уронил нож. Подняв нож, он (ФИО1) отложил его в сторону и отвернулся от ФИО10, пил воду. В это время увидел, что ФИО10 схватил нож и попытался нанести ему удар в область живота, угрожая при этом ему убийством. Восприняв действия ФИО10 реально и опасаясь за свои жизнь и здоровье, он перенаправил руку ФИО10 с ножом в область грудной клетки последнего и нанес ему удар ножом. Затем он нанес ФИО10 еще несколько ударов в область грудной клетки. От ударов ФИО10 сел на диван, стал выражаться нецензурной бранью в адрес ФИО9 и ее дочерей, угрожал им, после этого он (ФИО1) лезвием ножа провел по горлу ФИО10. Последний откинулся на диван, захрипел, после этого он (ФИО1) с мобильного телефона вызвал сотрудников скорой помощи и полиции. Просит учесть, что нанося удары ФИО10, он защищался от его неправомерных действий. Тем самым, причинил тяжкий вред здоровью потерпевшему ФИО10 при превышении пределов необходимой обороны. В содеянном раскаивается.

В протоколе явки с повинной, ФИО1 признал нанесение неоднократных ударов ножом потерпевшему (т. 1 л.д. 41-43).

При проверке показаний на месте ФИО1 дал в целом аналогичные показания и продемонстрировал действия ФИО2, а также свои действия по нанесению ударов ножом потерпевшему (т. 1 л.д. 56-62).

Проанализировав показания ФИО1 в совокупности с другими доказательствами по делу, суд приходит к выводу, что ФИО1, не отрицая нанесение ударов ножом потерпевшему, но заявляя о причинении тяжкого вреда здоровью при превышении пределов необходимой обороны, пытается таким образом смягчить свою ответственность за содеянное. Показания ФИО1 в части якобы противоправных действиях потерпевшего ФИО10 по отношению к ФИО9 и к нему самому не соответствуют фактическим обстоятельствам дела и не подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств, а потому суд не берет их за основу при вынесении приговора.

Несмотря на занятую подсудимым позицию по предъявленному обвинению, вина ФИО1 в совершении инкриминируемого преступления нашла свое подтверждение исследованными в судебном заседании доказательствами.

Так, из показаний потерпевшего ФИО10 следует, что он проживает совместно с ФИО9 по адресу: <адрес> 12.06.2017 вечером ФИО9 с дочерьми, а также парнем, как выяснилось впоследствии – Б-вым, уехали в центр города. Оставшись в квартире, он (ФИО10) употреблял спиртные напитки, сильно опьянел, лег спать на диване в кухне. Проснувшись ночью, он увидел, что рядом с ним спит его сожительница, а около умывальника стоит незнакомый мужчина, как выяснилось потом- ФИО1, друг его падчерицы. Он (ФИО10) был спросонья, находился в состоянии алкогольного опьянения, и подумал, что это посторонний незаконно проник к ним в квартиру. Он стал замахиваться кулаками на ФИО1, нанес ли ему при этом удары– не помнит. Затем он почувствовал острую боль в области груди, шеи, у него потекла кровь. Он потерял сознание, очнулся в реанимации, увидел, что у него имеются телесные повреждения от нанесенных ранений. Ранее телесных повреждений у него не было, все обнаруженные у него ранения были причинены Б-вым. Каких-либо угроз и оскорблений ФИО1, а также своей сожительнице и ее дочерям он (ФИО10) не высказывал, ножом никому не угрожал и не замахивался им, нож в руках не держал.

В ходе очной ставки ФИО10 дал в целом аналогичные показания, пояснив, что перед ФИО9 и ФИО1 он ножом не размахивал, никому не угрожал, причинить телесные повреждения не пытался (т. 1 л.д. 116-119).

При проверке показаний на месте ФИО10 продемонстрировал в каком положении он находился когда увидел ФИО1, где находился ФИО1, а также местонахождение ножей – рядом с умывальником, то есть в месте где пил воду ФИО1 (т. 1 л.д. 128-131).

Вопреки доводам стороны защиты, объективность показаний потерпевшего ФИО10 об обстоятельствах совершения ФИО1 в отношении него преступления не вызывают сомнений, поскольку они в целом по фактическим обстоятельствам дела являются последовательными, согласуются с показаниями свидетелей и подтверждаются совокупностью исследованных судом доказательств.

Судом установлено, что оснований для оговора ФИО1 со стороны потерпевшего ФИО10 не имеется. Ранее между ними никаких конфликтов не было, неприязненные отношения между ними отсутствуют. Каких-либо сведений о заинтересованности потерпевшего при даче показаний в отношении подсудимого, оснований для его оговора, равно как и противоречий в его показаниях по обстоятельствам дела, ставящих эти показания под сомнение, и которые повлияли или могли повлиять на выводы суда о виновности ФИО1 судом не установлено.

Обстоятельства, изложенные ФИО10 в своих показаниях, объективно подтверждаются показаниями свидетелей и материалами дела.

Из показаний свидетеля ФИО9 следует, что 12.06.2017 вечером, когда она с дочерьми и Б-вым пришли к ним домой, ее сожитель ФИО10 спал на диване в кухне. Она легла рядом с последним, уснула. ФИО1 ушел спать в другую комнату. Ночью 13.06.2017 ее разбудили сотрудники полиции и скорой помощи. Она увидела, что ФИО10 лежит без сознания, весь в крови. Испугавшись, она ушла в другую комнату, где ФИО1 рассказал ей, что ФИО10 угрожал ей ножом пока она спала. Может пояснить, что она и ФИО10 действительно конфликтовали 12.06.2017, но ФИО1 при этом не присутствовал. ФИО10 не мог угрожать ей убийством и размахивать перед ней ножом, так как ФИО10 никогда ножом ей и дочерям не угрожал, ножом на них не намахивался. Кроме того, во время ее сна ФИО10 никогда на нее не нападал.

Свидетель ФИО11 дала в целом аналогичные показания, пояснив кроме того, что ФИО2 никогда не угрожал ей, ее сестре и маме ножом либо другими предметами, оснований опасаться ФИО2 никогда не было.

Согласно показаниям свидетеля - фельдшера скорой помощи ФИО12, ДД.ММ.ГГГГ по прибытии в <адрес>, она и второй фельдшер ФИО13 обнаружили ранее незнакомого ФИО10 с множественными колото-резаными ранениями, которого госпитализировали в медицинское учреждение. ФИО10 находился в тяжелом состоянии.

Свидетель ФИО13 дал в целом аналогичные показания по обстоятельствам обнаружения ФИО10 и его госпитализации.

Обстоятельства, изложенные ФИО12 и ФИО13 в своих показаниях, объективно подтверждаются копией карты вызова скорой помощи (т. 1 л.д. 154).

Из показаний свидетеля – сотрудника полиции ФИО14 следует, что 13.06.2017 он совместно с ФИО50, находясь на дежурстве, прибыли по адресу: <адрес>, где обнаружили ФИО10 с множественными колото-резаными ранениями. Там же находился ФИО1, который не препятствовал сотрудникам скорой помощи в оказании медицинской помощи потерпевшему. Какого-либо давления на ФИО1 не оказывалось.

Свидетель ФИО15 дал в целом аналогичные показания по обстоятельствам выезда по вышеуказанному адресу.

Из показаний свидетеля оперуполномоченного ФИО16 следует, что 13.06.2017 он в составе следственно-оперативной группы проехал по адресу: <адрес> В ходе осмотра места происшествия ФИО1 добровольно указал на нож, которым наносил телесные повреждения потерпевшему. Какого-либо давления на ФИО1 не оказывалось.

Обстоятельства, изложенные потерпевшим и свидетелями в своих показаниях, а также виновность ФИО1 в совершении указанного преступления, подтверждаются кроме того следующими доказательствами:

- протоколом осмотра места происшествия, согласно которому в ходе осмотра <адрес> были обнаружены и изъяты 3 кухонных ножа, 1 марлевый тампон со смывом вещества бурого цвета, следы рук (т. 1 л.д. 13-18);

- протоколом выемки, согласно которому у оперуполномоченного ФИО52 изъята одежда потерпевшего ФИО10, в которой он находился в момент причинения ему телесных повреждений и которая ранее была изъята ФИО52 в больнице (т. 1 л.д. 97-99);

- протоколом осмотра предметов, согласно которому осмотрены: одежда потерпевшего ФИО10 со следами похожими на кровь; аудиозапись вызова Б-вым сотрудников полиции и скорой помощи; нож с рукояткой белого цвета, изъятый в ходе осмотра места происшествия, на нем имеются следы похожие на кровь, длина ножа 328 мм. (т. 1 л.д. 222-226);

- заключениями судебно-биологических экспертиз, согласно которым на марлевом тампоне-смыве, на клинке ножа с рукояткой белого цвета, изъятых в ходе осмотра места происшествия, а также на одежде потерпевшего обнаружена кровь человека, происхождение которой от ФИО10 не исключается (т. 1 л.д. 193-201, 202-207, 208-214);

- заключением судебно-дактилоскопической экспертизы, согласно которому след пальца руки, изъятый с бутылки водки в ходе осмотра места происшествия <адрес>, оставлен средним пальцем правой руки ФИО1 (т. 1 л.д. 174-176);

- заключением медико-криминалистической судебной экспертизы, согласно которому колото-резаные ранения на теле ФИО10 могли образоваться в результате воздействия клинком ножа с рукояткой белого цвета (т. 1 л.д. 184-192);

- заключением судебно-медицинской экспертизы, согласно которому у ФИО10 выявлены следующие повреждения: колото-резаное, слепое, проникающее ранение груди (колото-резаная рана расположена на уровне 4-го межреберья слева по окологрудинной линии), сопровождающееся по ходу раневого канала сквозным ранением верхней доли левого легкого, сквозным ранением перикарда, слепым ранением правого желудочка сердца и развитием левостороннего гемоторакса (излитие крови в плевральную полость) и гемоперикарда (излитие крови в полость перикарда), которое причинило тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни; колото-резаное, слепое непроникающее ранение мягких тканей по задней поверхности шеи между остистыми отростками 6-7 шейных позвонков; колото-резаное, слепое ранение мягких тканей на наружной поверхности (ближе к передней поверхности) правого бедра в нижней трети; две резаные раны мягких тканей на передней поверхности шеи слева с переходом на левую боковую поверхность шеи; резаную рану мягких тканей на передне-наружной поверхности левого предплечья в нижней трети, которые причинили (каждое повреждение в отдельности) легкий вред здоровью по признаку кратковременного расстройства здоровья.

Повреждения у ФИО10 могли быть получены незадолго (за несколько минут, часов) до его поступления в больницу (дата и время поступления– 13.06.2017 в 04.30), что не исключает возможности их образования 13.06.2017 (т. 1 л.д. 179-181).

Приведенные доказательства, согласуются между собой, с другими доказательствами по делу. Выводы экспертиз научно обоснованы и не вызывают сомнений в объективности. Осмотры места происшествия, осмотры предметов проведены в соответствии с требованиями действующего законодательства РФ. Оснований для признания доказательств недопустимыми не имеется.

Ссылка защиты о недопустимости протокола допроса ФИО1 в качестве обвиняемого от 28.07.2017 является несостоятельной.

Допрошенный в судебном заседании в качестве свидетеля следователь ФИО17 пояснил, что протоколы допросов ФИО1, иных следственных действий с его участием составлялись с его слов, искажений не допускалось. При допросах и иных следственных действиях с участием ФИО1 присутствовал адвокат. С протоколами допросов ФИО1 и его адвокат знакомились, расписывались. Какого-либо давления на Бочкова не оказывалось, последний добровольно давал показания.

При этом суд полагает необходимым отметить, что допросы ФИО1 проведены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона с разъяснением ему процессуальных и конституционных прав в присутствии защитника – адвоката, то есть в условиях, исключающих какое-либо воздействие на него, при обеспечении права на защиту. ФИО1 разъяснялось предусмотренное ст. 51 Конституции РФ право не свидетельствовать против себя.

При этом ни Б-вым, ни его адвокатом, который являлся гарантом соблюдения его прав и законных интересов, никаких замечаний по ходу допросов и содержанию протоколов, а также отводов следователю заявлено не было. Правильность записи во всех протоколах допросов удостоверены подписью подсудимого и его адвоката.

Тем самым, доводы защиты о том, что протокол допроса ФИО1 в качестве обвиняемого от 28.07.2017 является недопустимым доказательством, признаются судом несостоятельными.

Суд, оценив собранные по делу и исследованные в судебном заседании доказательства в их совокупности, находит вину подсудимого ФИО1 в содеянном установленной и квалифицирует его действия:

- по ст. 111 ч. 2 п. «з» УК РФ как умышленное причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, с применением предмета, используемого в качестве оружия.

Квалифицируя действия ФИО1 по ст. 111 ч. 2 п. «з» УК РФ, суд исходит из того, что в судебном заседании достоверно и бесспорно установлено наличие у ФИО1 умысла на причинение тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека. Действия ФИО1 имели целенаправленный характер: нанося удар ножом (предметом, обладающим большой поражающей способностью) в область расположения жизненно-важных органов потерпевшего – в область грудной клетки, шеи и другим частям тела подсудимый преследовал цель причинения потерпевшему тяжкого вреда здоровью, подтверждением чему является наличие у последнего телесных повреждений, которые причинили в том числе тяжкий вред здоровью по признаку опасности для жизни.

О направленности умысла ФИО1 на причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью свидетельствуют, в частности, способ и орудие преступления, характер и локализация телесных повреждений. При этом локализация, механизм причинения телесных повреждений исключают случайный характер их причинения, а с учетом характера телесных повреждений и места их нанесения, причинение потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, находится в причинно-следственной связи с действиями ФИО1

Доводы подсудимого и защитника о том, что ФИО1 при причинении телесного повреждения потерпевшему действовал при превышении пределов необходимой обороны, проверялись судом и не нашли своего объективного подтверждения.

В судебном заседании достоверно установлено, что в момент нанесения ударов ножом потерпевшему со стороны последнего отсутствовало какое-либо общественно опасное посягательство на жизнь ФИО1, никакой необходимости в применении мер защиты у подсудимого не было.

Обстановка на месте происшествия, характер действий потерпевшего и ФИО1 свидетельствует о наличии у ФИО1 неприязненных отношений к ФИО10, в связи с чем ФИО1 с целью причинения тяжкого опасного для жизни человека вреда здоровью нанес потерпевшему удары ножом в область расположения жизненно-важных органов, причинив в том числе тяжкий вред здоровью потерпевшему. При этом суд приходит к выводу, что в сложившейся обстановке ФИО1 был абсолютно свободен в выборе линии поведения, в том числе и отличной от той, которую он избрал – применение насилия к потерпевшему. В судебном заседании установлено, что мотивом данного преступления явилась личная неприязнь, сложившаяся у подсудимого к потерпевшему.

Суд также не усматривает в действиях ФИО1 состояния аффекта, о чем свидетельствует отсутствие у него характерной динамики развития эмоциональных реакций, отсутствие выраженных изменений сознания и дезорганизации поведения.

То обстоятельство, что по заключению судебно-медицинской экспертизы у ФИО1 обнаружена ссадина передней поверхности левого плеча в нижней трети (т.1 л.д. 172-173), не свидетельствует о том, что данное телесное повреждение ему ножом причинил потерпевший, как об этом утверждает ФИО1 Так, из показаний потерпевшего следует, что он (ФИО2) ножом никому не угрожал и не замахивался им, нож в руках не держал.

Версия подсудимого о том, что со стороны потерпевшего в отношении подсудимого имело место посягательство на его жизнь и здоровье, по мнению суда, выдвинута с целью реализации своего права на защиту от предъявленного обвинения. Данная версия не нашла своего объективного подтверждения исследованными судом доказательствами и является надуманной.

При таких обстоятельствах каких-либо сомнений в виновности ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 2 п. «з» УК РФ, у суда не имеется, суд считает вину подсудимого доказанной.

Согласно заключению судебно-психиатрической экспертизы, ФИО1 психическим расстройством не страдает и не страдал на момент инкриминируемого ему деяния; в момент совершения преступления он болезненных расстройств психики, в том числе и временного характера, также не обнаруживал и мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий, либо руководить ими; в принудительных мерах медицинского характера не нуждается (т. 1 л.д. 177-178).

С учетом выводов заключения судебно-психиатрической экспертизы, обстоятельств совершения преступления, данных о личности подсудимого, а также его поведения в судебном заседании, которое не вызывает у суда сомнений в его психической полноценности, суд признает ФИО1 вменяемым и подлежащим уголовной ответственности.

Допрошенная в судебном заседании в качестве свидетеля мать подсудимого ФИО1 охарактеризовала сына с положительной стороны, пояснила, что по характеру сын спокойный, доброжелательный, помогал в домашних делах, ухаживал за престарелой бабушкой, имеет хронические заболевания.

При назначении наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности содеянного, данные о личности подсудимого, смягчающие наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на исправление ФИО1 и на условия жизни его семьи.

ФИО1 не судим, привлекался к административной ответственности, на учетах в психиатрической и наркологической больницах не состоит, по месту жительства характеризуется удовлетворительно, жалоб в отношении него не поступало.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств у ФИО1 суд признает и учитывает: частичное признание вины, раскаяние в содеянном, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, выразившегося в признании своей причастности к причинению тяжкого вреда здоровью потерпевшему и в указании на орудие преступления, явку с повинной, оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, состояние здоровья подсудимого и членов его семьи (наличие хронических заболеваний), принесение подсудимым извинений потерпевшему за содеянное.

Суд приходит к выводу о наличии у ФИО1 смягчающих наказание обстоятельств – явки с повинной, активное способствование раскрытию и расследованию преступления, предусмотренных п. «и» ч. 1 ст. 61 УК РФ, а также - оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, предусмотренного п. «к» ч. 1 ст. 61 УК РФ. В судебном заседании достоверно установлено, что сразу после совершения преступления ФИО1 сообщил о своих преступных действиях в службу ГУ МЧС и дожидался приезда сотрудников скорой помощи и полиции, до прибытия которых зажимал раны потерпевшего полотенцем, пытался остановить кровь. Впоследствии ФИО1 на протяжении всего предварительного следствия указывал на свою причастность в причинении тяжкого вреда здоровью потерпевшего, а также указал на орудие преступления – нож, которым он нанес телесные повреждения ФИО2.

Суд не усматривает оснований для признания в качестве смягчающего наказания обстоятельства – «противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления». Доводы защиты о таком поведении потерпевшего опровергаются последовательными показаниями самого потерпевшего ФИО2 об отсутствии с его стороны угроз и оскорблений. В судебном заседании установлено, что нанесение потерпевшему ударов ножом Б-вым имело место в ходе обоюдной ссоры на почве личных неприязненных отношений.

Отягчающих наказание обстоятельств не имеется. Исходя из всех обстоятельств дела, исследованных судом характеризующих данных ФИО1, в том числе сведений о том, что ФИО1 на учете в наркологической больнице не состоит, суд не находит оснований для признания в качестве отягчающего наказания обстоятельства - совершение преступления в состоянии опьянения, вызванном употреблением алкоголя.

Несмотря на отсутствие отягчающих наказание обстоятельств, а также мнение потерпевшего, не настаивавшего на лишении свободы подсудимого, суд с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, обстоятельств совершенного ФИО1 преступления, данных о личности подсудимого, всех обстоятельств дела в совокупности, а также с учетом принципа разумности и справедливости назначаемого наказания, приходит к выводу о том, что достижение целей наказания, в том числе исправления ФИО1, возможно только в условиях его изоляции от общества, поскольку менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижения целей наказания.

Исходя из положений ст. 43 УК РФ суд считает, что иное наказание не будет способствовать восстановлению социальной справедливости, исправлению подсудимого и предупреждению совершения им новых преступлений.

Суд не находит оснований для назначения наказания с применением ст. 64, 73 УК РФ.

С учетом фактических обстоятельств преступления, степени его общественной опасности, оснований для изменения категории преступления в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ на менее тяжкую, не имеется.

Исходя из того, что в действиях ФИО1 имеют место смягчающие наказание обстоятельства, предусмотренные п. «и,к» ч. 1 ст. 61 УК РФ, суд назначает ему наказание с применением ст. 62 ч. 1 УК РФ.

С учетом всех установленных в судебном заседании обстоятельств, дополнительное наказание в виде ограничения свободы, предусмотренное санкцией ст. 111 ч. 2 УК РФ, суд находит возможным ФИО1 не назначать.

В соответствии с требованиями ст. 58 ч. 1 п. «б» УК РФ ФИО1 следует определить отбывание наказания в исправительной колонии общего режима.

В соответствии со ст. ст. 131 ч. 2 п. 5, 132 ч. 1 УПК РФ с подсудимого ФИО1 подлежат взысканию в доход федерального бюджета РФ и процессуальные издержки в виде сумм, выплаченных адвокату Горячеву Д.В. за оказание юридической помощи по назначению в ходе предварительного следствия, а именно 3300 руб. 00 коп. При этом судом учитывается семейное и материальное положение подсудимого, его возраст, возможность получения иного дохода, что позволит уплатить ему процессуальные издержки без ущерба для себя и своей семьи. Оснований для освобождения ФИО1 от уплаты процессуальных издержек не имеется.

При решении вопроса о судьбе вещественных доказательств суд руководствуется положениями ст. 81 УПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 303, 304, 307, 308, 309 УПК РФ, суд

П Р И Г О В О Р И Л :

Признать ФИО1 виновным в совершении преступления, предусмотренного ст. 111 ч. 2 п. «з» УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы на срок 5 лет с отбыванием в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения ФИО1 в виде заключения под стражей в учреждении ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Ульяновской области оставить без изменения до вступления приговора в законную силу.

Срок отбытия наказания ФИО1 исчислять с 13 июня 2017 года.

Взыскать с ФИО1 в доход федерального бюджета РФ процессуальные издержки в сумме 3300 рублей 00 копеек, затраченные на оплату труда адвоката Горячева Д.В. в ходе предварительного следствия.

Вещественные доказательства: нож, марлевый тампон - уничтожить; трико, трусы, носки – возвратить ФИО10, покрывало – возвратить ФИО58 2 CD диска с аудиозаписью и видеозаписью – хранить при материалах уголовного дела.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ульяновский областной суд через Засвияжский районный суд г. Ульяновска в течение 10 суток сo дня провозглашения, а осужденным– в тот же срок со дня вручения ему копии приговора.

В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе в течение 10 суток с момента получения копии приговора, а также в случае подачи апелляционного представления и апелляционных жалоб другими участниками процесса – в тот же срок с момента их получения ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции. При подаче апелляционной жалобы осужденный вправе пригласить адвоката (защитника) по своему выбору, отказаться от защитника. В случае неявки приглашенного защитника в течение 5 суток суд вправе предложить осужденному пригласить другого защитника, а в случае отказа – принять меры по назначению защитника по своему усмотрению.

Судья Л.П. Кашкарова