Апелляционное определение № 33-3089/2025 от 23 декабря 2025 г.

Судья Трифаченкова Т.А.

Дело №33-3089/2025 (№2-220/2024)

УИД 22RS0060-01-2024-000325-81


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

24 декабря 2025 г.

г.Барнаул

Судебная коллегия по гражданским делам Алтайского краевого суда в составе:

председательствующего

ФИО1,

судей

Меньшиковой И.В., ФИО2,

при секретаре

ФИО3,

с участием прокурора

ФИО4,

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по иску И.И.И. к Д.В.Ф. о возмещении материального и морального вреда

по апелляционным жалобам истца И.И.И., ответчика Д.В.Ф., апелляционному представлению прокурора Хабарского района Алтайского края на решение Хабарского районного суда Алтайского края от 8 октября 2024 г., дополнительное решение Хабарского районного суда Алтайского края от 20 февраля 2025 г.

Заслушав доклад судьи Меньшиковой И.В., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

И.И.И. обратился в суд с иском к Д.В.Ф. о взыскании денежной компенсации морального вреда, материального ущерба.

В обоснование иска указано, что 30 июня 2021 г. около 12 часов он прибыл на территорию ООО «КХ «Орловское», расположенную по адресу: <адрес>, на расстоянии около 8 км по направлению на северо-восток от <адрес>, где Д.В.Ф. и Д.А.А. осуществляли вывоз металла, разбирая не принадлежащий им склад. Он начал фиксировать происходящее на свой сотовый телефон. Д.В.Ф. попытался забрать телефон и нанес ему удар правым коленом в область лица, чем причинил физическую боль и телесные повреждения в виде закрытой тупой травмы костей лицевого скелета черепа в виде консолидированного перелома костей носа без смещения костных отломков. Данная травма образовалась от действия твердого тупого объекта и причинила средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья, а также кровоподтеки лобной области слева, окологлазничной области справа, левой ушной раковины с переходом на угол нижней челюсти справа, носа, которые образовались от ударных действий твердым тупым объектом (объектами). Также согласно сигнальному листу у него имелись жалобы на шум в голове, головокружение, боль в области плечевых суставов, левой лопатки, боль в области носа, отек носа, многочисленные ссадины лица с переходом на височную область. Следствием указанных телесных повреждений явилось искривление носовой перегородки, двусторонний хронический одонтогенный гайморит, хронический гипертрофический ринит, что подтверждается больничным листом. В связи с чем 13 мая 2024 г. ему проведена операция: септопластика, правосторонняя эндоскопическая гайморотомия (в пазухе на альвеолярной стенке обнаружена утолщенная слизистая), двусторонняя эндосопическая вазотомия, латероконхопексия, двусторонняя эндоскопическая этмоидотомия, левосторонняя щадящая частичная средняя конхотомия, пластика носового клапана слева, что подтверждается выпиской из истории болезни от 14 мая 2024 г.

По результатам дознания по уголовному делу 30 июня 2023 г. вынесено постановление о прекращении уголовного дела по основанию, предусмотренному пунктом 3 части 1 статьи 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с истечением сроков давности уголовного преследования.

С учетом фактических обстоятельств, причиненных нравственных и физических страданий, компенсацию морального вреда истец оценил в размере 1000000 рублей.

Действиями ответчика также причинен материальный ущерб в виде оплаты стоимости ремонта сотового телефона, расходов на лечение.

Ссылаясь на указанные обстоятельства, истец обратился в суд с настоящим иском, в котором, с учетом уточнения требований, просил взыскать денежную компенсацию морального вреда в размере 1000000 рублей, материальный ущерб в сумме 56785 рублей 50 копеек, в том числе: 2500 рублей – замена модуля телефона; 1500 рублей – прием врача; 1490 рублей – прием врача, осмотр, исследование; 2800 рублей – компьютерная томография; 24200 рублей- резекция носовой перегородки; 12800 рублей – септопластика, 7000 рублей – гайморотомия, фронтотомия; 4495 рублей 50 копеек – приобретение лекарственных препаратов.

Решением Хабарского районного суда Алтайского края от 8 октября 2024 г. исковые требования И.И.И. к Д.В.Ф. о взыскании компенсации морального и имущественного вреда удовлетворены частично. С Д.В.Ф. в пользу И.И.И. взыскана компенсация морального вреда в размере 30000 рублей. В остальной части требований отказано. С Д.В.Ф. в доход муниципального образования <адрес> Алтайского края взыскана государственная пошлина в сумме 300 рублей.

Дополнительным решением Хабарского районного суда Алтайского края от 20 февраля 2025 г. взыскано с Д.В.Ф. в пользу И.И.И. 2500 рублей в счет возмещения имущественного вреда. С Д.В.Ф. взыскана в доход муниципального образования <адрес> Алтайского края государственная пошлина в сумме 400 рублей.

В поданной на судебное решение апелляционной жалобе истец И.И.И. просит изменить решение суда, удовлетворив в полном объеме требования о взыскании имущественного вреда в размере 56 785 рублей 50 копеек, а также компенсации морального вреда, причиненного преступлением, в размере 1000000 рублей.

В обоснование доводов жалобы указывает на ненадлежащую судом оценку представленных доказательств, свидетельствующих о причинении вреда здоровью, а также имущественного вреда истцу. Вместе с тем, свидетели подтвердили, что видели И.И.И. непосредственно до конфликта с Д.В.Ф. без каких-либо телесных повреждений и следов крови, что в совокупности с заключениями экспертов указывает на то обстоятельство, что именно в период конфликта с Д.В.Ф. были причинены все повреждения, в том числе перелом костей носа. Несмотря на наличие возможности предположения того, что у ответчика не было умысла на перелом костей носа И.И.И., необходимо учитывать, что данные телесные повреждения возникли в результате действий ответчика Д.В.Ф.

Наряду с указанным, по мнению апеллятора, размер взысканной компенсации морального вреда несоизмерим с причиненными ему физическими и нравственными страданиями. Частично удовлетворив исковые требования, суд лишил истца возможности восстановить нарушенные права.

Кроме того, судом оставлены без внимания доводы о фактически понесенных истцом по вине ответчика материальных затратах.

Ответчик Д.В.Ф. в апелляционных жалобах просит об отмене решения и дополнительного решения суда в полном объеме, принятии по делу нового решения об отказе в удовлетворении исковых требований.

В обоснование жалобы ссылается на то, что суд неверно установил обстоятельства дела, неверно квалифицировал его действия по отношению к истцу как наличие конфликта, имеющего последствия в виде причинения физической боли истцу. Выводы суда о наличии ситуационного конфликта между сторонами ничем не обоснованы. Кроме того, судом не установлен сам факт причинения истцу физической боли в результате каких-либо действий со стороны ответчика.

По мнению ответчика, выводы суда о подтверждении свидетелем М.А.П. наличия конфликта между истцом и ответчиком не подтверждаются имеющимися в материалах гражданского дела доказательствами и являются предположениеми суда. М.А.П. достоверно не указывал на наличие конфликта между истцом и ответчиком. Данный свидетель пояснил, что предполагаемый конфликт был далеко от него, совершение ответчиком каких–либо противоправных действий по отношению к истцу, в том числе применение физических насильственных действий, не подтверждал. Имеющаяся в материалах дела видеозапись не подтверждает факта совершения физических действий по отношению к истцу. Телефон в момент съемки находился в руках у И.И.И., Д.В.Ф. действительно потянул руку в его сторону, но не для того, чтобы забрать телефон, это был машинальный жест обращения к И.И.И.

Кроме того, истец в судебных заседаниях давал разные пояснения, указывая на то, что он оступился, упал, не видел, кто его толкал, решил, что это именно Д.В.Ф.

Соответственно, доказательства тому, что Д.В.Ф. является лицом, причинившим моральный вред и материальный ущерб истцу, в материалах дела отсутствуют, также не представлено доказательств принадлежности сотового телефона И.И.И., его нахождения в спорный период времени на территории ООО «КХ «Орловское», при производстве уголовного дела идентификация телефона не производилась, последний вещественным доказательством не признавался. Актом выполненных работ от 30 июня 2021 г. также не подтверждается, что на ремонт представлен именно тот телефон, который принадлежал И.И.И., собственник телефона не указан, оснований полагать, что заказчик работ является собственником телефона, не имеется. Учитывая присутствие И.И.И. при осмотре помещений, территорий, что подтверждается протоколом осмотра, его нахождение в момент вменяемых событий на территории ООО «КХ «Орловское» до окончания рабочего времени, прохождение освидетельствования в медицинском учреждении в 17 часов, вызывает сомнение возможность обращения И.И.И. в тот же день (30 июня 2021 г.) с заказом на ремонт спорного телефона. При этом материалами дела не подтверждается факт его передачи исполнителю и обратно заказчику, телефон, в отношении которого проводились ремонтные работы, не идентифицирован с телефоном, который являлся предметом спора.

Прокурор Хабарского района Алтайского края в апелляционном представлении просил изменить решение суда в части, удовлетворить требования о взыскании материального вреда и увеличить размер взысканной компенсации морального вреда в соответствии с принципами разумности и справедливости.

В обоснование апелляционного представления приведены доводы о том, что суд в мотивировочной части решения не указал мотивов, по которым пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания имущественного вреда в полном объеме. Оценка исковым требованиям в части взыскания с ответчика материальных затрат в связи с повреждением и ремонтом телефона судом не дана.

Кроме того, судом не дана оценка исследованному в судебном заседании дополнительному заключению эксперта № 1351/283 от 16 сентября 2022 года, согласно которому образование телесных повреждений (в том числе закрытого перелома носа) при падении с высоты собственного роста на плоскость с приданием ускорения совместно с оппонентом, учитывая их множественность и локализацию, можно исключить. Оценка приобщенной истцом и исследованной в судебном заседании видеозаписи дана формально, без сопоставления с совокупностью других доказательств. Соответственно, при рассмотрении дела суд не обеспечил полноту исследования всех обстоятельств и доказательств, не принял мер к сопоставлению каждого из представленных сторонами доказательств с другими доказательствами, имеющимися в материалах дела.

В суде апелляционной инстанции прокурор Г.К.В. поддержала доводы представления, возражала против удовлетворения апелляционной жалобы ответчика.

Иные лица, участвующие в деле, в суд апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения гражданского дела извещены надлежаще, соответствующая информация размещена на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», об уважительности причин неявки судебную коллегию не уведомили, со стороны истца, представителя ответчика представлены заявления о рассмотрении дела в их отсутствие, что в силу части 3 статьи 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации является основанием рассмотрения гражданского дела при сложившейся явке.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, представления, проверив законность и обоснованность обжалуемого решения в соответствии с частью 1 статьи 327.1 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав заключение прокурора, судебная коллегия приходит к выводу о наличии оснований для отмены и изменения решения суда в связи с несоответствием выводов суда первой инстанции, изложенных в решении суда, обстоятельствам дела (пункт 3 части 1 статьи 330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации).

Как следует из материалов дела, 30 июня 2021 г. около 12 час. на территории ООО «КХ «Орловское», расположенной по адресу: <адрес>, на расстоянии около 8 км. по направлению на северо-восток от <адрес>, между Д.В.Ф. и И.И.И. произошел конфликт, в результате которого И.И.И. причинены телесные повреждения и поврежден принадлежащий ему сотовый телефон.

Определением УУП ОУУП и ПДН МО МВД России «Хабарский» от 30 июля 2021 г. в возбуждении дела об административном правонарушении по заявлению И.И.И. в отношении Д.В.Ф. по статье 6.1.1 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях отказано на основании пункта 2 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Постановлением врио дознавателя ГД МО МВД России «Хабарский» от 22 апреля 2022 г. по факту причинения И.И.И. вреда здоровью средней тяжести неустановленным лицом возбуждено уголовное дело *** по части 1 статьи 112 уголовного кодекса Российской Федерации.

Как следует из материалов уголовного дела, 25 марта 2022 г. И.И.И. обратился с заявлением о привлечении к уголовной ответственности Д.В.Ф., который 30 июня 2021 г. находился на территории ООО «КХ «Орловское», во время попытки завладеть принадлежащим заявителю телефоном нанес ему удар коленом в область носа и рукой в область нижней части уха.

Заключением эксперта КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № 1351, выполненным в рамках уголовного дела, установлено, что у И.И.И.. имели место следующие телесные повреждения: закрытый перелом костей носа, кровоподтеки в правой окологлазничной области (1), в области кончика носа (1). Эти повреждения могли образоваться от однократного удара твердым тупым объектом, в совокупности причинили средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше 3-х недель, так как для полной консолидации (сращения) данного перелома всегда требуется вышеуказанный срок (пункт 7.1 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 194н от 24 апреля 2008 г.). Образование данных повреждений, учитывая характер и локализацию, при падении с высоты собственного роста можно исключить. Кровоподтеки в лобной области слева (1), в области правой ушной раковины с переходом на угол нижней челюсти справа (1), участки осаднения в лобно-височной области слева с переходом на щечную область (1), в области левого плечевого сустава (1), которые образовались от воздействий твердыми тупыми объектами, не причинили вреда здоровью, так как не повлекли кратковременного расстройства здоровья или незначительную стойкую утрату общей трудоспособности (пункт 9 Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека, утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации № 194н от 24 апреля 2008 г.). Образование данных повреждений, учитывая их характер, локализацию, кроме кровоподтека в области правой ушной раковины с переходом на угол нижней челюсти справа, при падении с высоты собственного роста исключить нельзя. Все указанные выше повреждения возникли за 3-6 суток до момент осмотра (6 июля 2021 г.), что подтверждается данными объективного осмотра, в том числе цветом кровоподтеков, состоянием корочек на участках осаднений, то есть могли быть причинены 30 июня 2021 г. Диагноз «ЗЧМТ, сотрясение головного мозга» объективными данными не подтвержден, следовательно, судебно-медицинской оценке не подлежит. По имеющимся данным судить о травме 2-го пальца правой кисти, ее характере, давности образования, в том числе вероятности образования 30 июня 2021 г., не представляется возможным; каких-либо телесных повреждений на правой кисти в представленных медицинских документах в период с 30 июня 2021 г. до 9 августа 2021 г., в том числе и при осмотре судебно-медицинским экспертом 6 июля 2021 г., не зафиксировано.

Дополнительным заключением эксперта КГБУЗ «Алтайское краевое бюро судебно-медицинской экспертизы» № 1351/283 от 16 сентября 2022 г. установлено, что образование имеющихся на теле И.И.И. повреждений в виде закрытого перелома костей носа, кровоподтеков в правой окологлазничной области (1), в области кончика носа (1), кровоподтеков в лобной области слева (1), в области правой ушной раковины с переходом на угол нижней челюсти справа (1), участков осаднения в лобно-височной области слева с переходом на щечную область (1), в области левого плечевого сустава (1), при падении с высоты собственного роста с приданием ускорения совместно с оппонентом, учитывая их характер, множественность и различную локализацию, можно исключить.

Постановлением дознавателя ГО МО МВД России «Хабарский» от 23 июня 2023 г. уголовное дело № ***, возбужденное 22 апреля 2021 г. по части 1 статьи 112 Уголовного кодекса Российской Федерации, прекращено на основании пункта 3 части 1 статьи 24 Уголовно- процессуального кодекса Российской Федерации, за истечением сроков давности уголовного преследования. При этом, лицо, совершившее преступление, не установлено.

Обращаясь в суд с настоящим иском, И.И.И. указывал на наличие оснований для взыскания с Д.В.Ф. компенсации морального вреда в связи с причинением вреда здоровью, а также убытков в виде расходов на лечение и оплаты стоимости восстановительного ремонта поврежденного телефона.

Разрешая исковые требования, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 151, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, данными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации отДД.ММ.ГГ *** «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», установив причинение в результате действий Д.В.Ф. И.И.И. физической боли и нравственных страданий, связанных с нарушением права на личную неприкосновенность, пришел к выводу о наличии оснований для возложения на ответчика Д.В.Ф. гражданско-правовой ответственности в виде денежной компенсации морального вреда в размере 30000 рублей, с учетом обстоятельств дела, характера полученных телесных повреждений, степени физических и нравственных страданий потерпевшего И.И.И., его индивидуальных особенностей. Отказывая в удовлетворении требований о возмещении истцу расходов на лечение, суд первой инстанции исходил из недоказанности причинения истцу вреда здоровью средней тяжести действиями ответчика.

Удовлетворяя требования о возмещении понесенных истцом расходов по оплате стоимости ремонта сотового телефона в размере 2500 рублей, суд первой инстанции исходил из доказанности факта причинения материального ущерба истцу в связи с повреждением принадлежащего ему сотового телефона в результате действий ответчика Д.В.Ф.

Судебная коллегия соглашается с выводами суда первой инстанции о наличии оснований для возмещения истцу материального и морального вреда, вместе с тем не соглашается с установленным размером компенсации морального вреда, поскольку выводы суда в указанной части не соответствуют фактическим обстоятельствам дела.

На основании пунктов 1, 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Обязательство вследствие причинения вреда возникает при наличии и совокупности следующих оснований: противоправного деяния (бездействия), наличия вреда, причинно-следственной связи между противоправным деянием и наступившими последствиями (вредом), вины лица, ответственного за вред.

Презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт причинения вреда, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии со статьей 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу части 2 статьи 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Как разъяснено в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Под физическими страданиями следует понимать физическую боль, связанную с причинением увечья, иным повреждением здоровья, либо заболевание, в том числе перенесенное в результате нравственных страданий, ограничение возможности передвижения вследствие повреждения здоровья, неблагоприятные ощущения или болезненные симптомы, а под нравственными страданиями - страдания, относящиеся к душевному неблагополучию (нарушению душевного спокойствия) человека (чувства страха, унижения, беспомощности, стыда, разочарования, осознание своей неполноценности из-за наличия ограничений, обусловленных причинением увечья, переживания в связи с утратой родственников, потерей работы, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, раскрытием семейной или врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию, временным ограничением или лишением каких-либо прав и другие негативные эмоции) (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении (пункт 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (пункт 26 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 г. №33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

Из текста искового заявления и пояснений истца И.И.И., данных в суде первой инстанции, следует, что ДД.ММ.ГГ Д.В.Ф. в ходе конфликтной ситуации пытался забрать у истца сотовый телефон с целью пресечения ведения съемки, нанес ему удар в область затылка и правого уха, а затем- правым коленом в область лица, отчего И.И.И. упал на левый бок. В это время Д.А.А. нанес ему удар в височно-лобную часть ботинком.

Согласно пояснениям, данным И.И.И. ДД.ММ.ГГ в ходе производства по уголовному делу, ДД.ММ.ГГ он приехал на территорию ООО КХ «Орловское», где находились Д.В.Ф., Д.А.А., М.П.И. и мужчина по имени Геннадий, фамилию которого не знает, которые занимались резкой металлоконструкций. Он начал снимать происходящее на камеру сотового телефона. М.А. попросил прекратить снимать. В этот момент телефон рукой схватил Д.В.Ф., И.И.И., с целью не допустить, чтобы у него вырвали из рук телефон, второй рукой также схватился за телефон, прижав его руками к животу и руку Д.В.Ф., попытавшись вывернуться от Д.В.Ф., в этот момент почувствовал боль в области правого уха и челюсти, и понял, что его ударил Д.В.Ф. свободной рукой, так как одну его руку он удерживал вместе с телефоном. От данного удара он наклонился вперед (согнулся), в этот момент увидел движущееся ему в лицо правое колено ноги Д.В.Ф., а затем почувствовал острую резкую боль в области носа, отчего упал на левый бок. В это время увидел, что к нему приближается Д.А.А., который схватил руками за указательный палец правой руки, которыми он удерживал телефон, и стал разжимать пальцы. В этот момент увидел взмах ноги Д.А.А. и почувствовал удар в левую височную часть головы, после чего выпустил телефон из рук. Очнувшись увидел, что рядом с ним находились Д.В.Ф. и Д.А.А., в руках у Д.В.Ф. находился принадлежащий ему телефон.

Пояснения аналогичного содержания даны И.И.И. ДД.ММ.ГГ

Ответчик Д.В.Ф. в ходе судебного разбирательства отрицал свою причастность к причинению телесных повреждений И.И.И., указывал, что ДД.ММ.ГГ он подошел к И.И.И. и поднял правую руку, чтобы тот убрал телефон. И.И.И. схватил его руку, прижал к себе и развернулся. Он находился сзади И.И.И., который удерживал его руку, пятился назад, споткнулся и упал лицом вниз на левый бок. Он упал сверху И.И.И. Затем он встал, телефон И.И.И. лежал на земле, он взял телефон и отнес И.И.И., который уже находился в автомобиле.

Из пояснений Д.В.Ф., данных сотруднику полиции ДД.ММ.ГГ, следует, что после того, как И.И.И. проигнорировал замечание по поводу прекращения ведения съемки, он пошел в сторону И.И.И. Подойдя к И.И.И. он левой рукой пытался забрать телефон, для того чтобы прекратить видеозапись. В этот момент И.И.И., пряча телефон, обхватил своей правой рукой его левую руку в районе предплечья и прижал к себе. Д.В.Ф. отталкивал И.И.И. своим телом с территории бывшего склада, а также пытался освободить свою руку. В этот момент И.И.И., не удержавшись на ногах, стал падать на левую сторону лицом вниз, продолжая держать его за руку, в связи с этим он упал своим телом на И.И.И. Он увидел лежащий на земле телефон, принадлежащий И.И.И., подняв его, отнес в автомобиль, в котором находился И.И.И.

Свидетель М.А.П. в судебном заседании пояснил, что летом 2021 г. он и рабочий приехали забирать металл в <адрес>. Пригласил его Д.В.Ф., он работал на грузовом автомобиле на крановой установке. И.И.И. начал его снимать, говорил, что они воры. Конфликт между И.И.И. и Д.В.Ф. происходил далеко от него, прошло много времени он не помнит, что там произошло. После оглашения показаний, данных им при производстве по уголовному делу, он их подтвердил, пояснив, что тогда лучше помнил произошедшее.

Из показаний М.А.П., данных им при производстве по уголовному делу, следует, что ДД.ММ.ГГ Б.Г.Г., а также Д.А.А. и Д.В.Ф. находились на территории ООО «КХ «Орловское», резали и грузили металл. Примерно в 11 час. 10 мин. к ним подошел И.И.И. и начал снимать их на телефон. Он и Д.В.Ф. делали И.И.И. замечание по поводу видеосъемки, но последний не реагировал. Тогда Д.В.Ф. подошел к И.И.И., попытался забрать телефон и стал выталкивать его с территории бывшего склада. И.И.И., не удержавшись на ногах, упал на землю лицом вниз, Д.В.Ф. упал на него сверху. К ним подошел Д.А.А. и помог Д.В.Ф. вытащить руку из-под И.И.И. Последний поднялся с земли и ушел в свой автомобиль.

Свидетель Б.Г.Г. пояснил в суде первой инстанции, что дату не помнит, они с М.А.П. резали металл недалеко от <адрес>. Приехал И.И.И., начал их фотографировать. Он продолжил работать, а когда повернулся, то увидел, что И.И.И. лежит на траве, Д.В.Ф. освобождал из-под него руку. Когда И.И.И. подходил к ним, следов побоев на нем не было, когда поднимался с земли, на лице у него было что-то красное.

Согласно пояснениям свидетеля Б.Г.Г., данным ДД.ММ.ГГ в ходе производства по уголовному делу, ДД.ММ.ГГ к ним подошел И.И.И., который стал снимать на телефон, что они грузят металл. На замечание М.А.А. он не отреагировал, в это время к И.И.И. подошел Д.В.Ф., который хотел забрать у него телефон и сделал ему также замечание, чтобы он прекратил видеосъемку. После чего Д.В.Ф. попытался оттолкнуть И.И.И. в сторону автомобиля, принадлежащего последнему, не удержавшись на ногах, последний упал на землю лицом вниз, Д.В.Ф. упал сверху на И.И.И. В это время к ним подошел Д.А.А., И.И.И. поднялся и ушел в свой автомобиль. После чего Д.В.Ф. поднял с земли мобильный телефон, принадлежащий И.И.И., и отнес его последнему. Каких-либо ударов Д.В.Ф. и Д.А.А. И.И.И. не наносили.

Свидетель П.С.И. пояснил, что дату не помнит, летом работал на территории «Орловское», в 3-4 км. от с. Свердловское, разбирали шифер. Недалеко находился М.А.П., они разбирали железо. Подошел И.И.И., сказал, что его избили Д., на лице у И.И.И. была кровь, он попросил телефон, чтобы позвонить в полицию.

Пояснения аналогичного содержания даны П.С.И. в ходе производства по уголовному делу.

Из пояснений Ч.П.И., данных в ходе производства по уголовному делу ДД.ММ.ГГ, следует, что он не являлся очевидцем произошедшего конфликта между И.И.И., Д.В.Ф. и Д.А.А., когда к мехтоку около 12-20 часов подъехал И.И.И., то он увидел у него на лице кровь, И.И.И. пояснил, что его избили Д.В.Ф. и Д.А.А.

Пояснения аналогичного содержания даны в ходе производства по уголовному делу Б.Н.С., Р.В.К.

Из просмотренной видеозаписи, предоставленной на флэш-носителе истцом, следует, что Д.В.Ф. протянул руку по направлению к телефону, который находился в руках И.И.И., после чего слышен крик и запись прерывается.

Таким образом, из совокупности представленных по делу доказательств следует, что ДД.ММ.ГГ между Д.В.Ф. и И.И.И. произошел конфликт, в ходе которого Д.В.Ф. с целью воспрепятствования фиксации И.И.И. действий ответчика на камеру сотового телефона попытался забрать последний у И.И.И., который перехватил его руку, в связи с чем Д.В.Ф. нанес один удар рукой по голове в затылочную область, а затем- правым коленом в область лица И.И.И., после чего И.И.И. вместе с Д.В.Ф. упали на землю, в результате чего истцом получены телесные повреждения в виде закрытого перелома костей носа, кровоподтеки в правой окологлазничной области (1), в области кончика носа (1), в области правой ушной раковины с переходом на угол нижней челюсти справа (1).

Вина Д.В.Ф. подтверждается пояснениями истца И.И.И., показаниями свидетелей П.С.И., Ч.П.И., Б.Н.С., Р.В.К., которые являются логичными и последовательными, не противоречат совокупности других доказательств, заключению эксперта, с учетом его дополнений, согласно которому полученные истцом телесные повреждения могли образоваться от воздействия твердыми тупыми объектами, в том числе, закрытый перелом костей носа, кровоподтеки в правой окологлазничной области, в области кончика носа- от однократного удара твердым тупым объектом, причинили средней тяжести вред здоровью по признаку длительного расстройства здоровья на срок свыше 3-х недель, их причинение при падении с высоты собственного роста с приданием ускорения совместно с оппонентом исключено. У суда апелляционной инстанции не имеется оснований не доверять заключению медицинской экспертизы с учетом ее дополнений, поскольку исследования проведены экспертами, имеющими необходимую квалификацию и специальные познания в соответствующей области. В заключениях описано произведенное исследование, указаны сделанные на его основании выводы, приведены их обоснования, заключения являются обоснованными, последовательными, а исследовательские части составлены в соответствии с применяемыми экспертами нормативной и методической литературой. При этом, в судебном заседании достоверно установлено отсутствие у И.И.И. каких-либо телесных повреждений до произошедшего конфликта и их наличие после рассматриваемого события. Свидетели П.С.И., Ч.П.И., Б.Н.С., Р.В.К. не являлись очевидцами рассматриваемых событий, о факте причинения И.И.И. телесных повреждений Д.В.Ф. им известно со слов самого истца, который после произошедшего конфликта рассказал о случившемся, демонстрировал причиненные телесные повреждения, кроме того, они видели следы крови на лице И.И.И. Обстоятельства произошедшего между И.И.И. и Д.В.Ф. конфликта были указаны свидетелями М.А.П., Б.Г.Г. Противоречий в пояснениях И.И.И., свидетелей Ч.П.И., Б.Н.С., Р.В.К., П.С.И., а также в показаниях свидетелей М.А.П., Б.Г.Г. в части возникновения конфликта между И.И.И. и Д.В.Ф. не имеется.

Суд апелляционной инстанции не принимает во внимание показания свидетелей М.А.П., Б.Г.Г., отрицавших факт нанесения Д.В.Ф. удара И.И.И., поскольку последние в момент вменяемых событий действовали в интересах Д.А.А. и Д.В.Ф., также возражали против осуществления И.И.И. видеосъемки, показания свидетелей в указанной части противоречат представленным доказательствам, в том числе заключениям судебной медицинской экспертизы.

Доводы ответчика Д.В.Ф. об отсутствии правовых оснований для взыскания денежной компенсации морального вреда по мотиву того, что он не является причинителем вреда, являются необоснованными, опровергаются совокупностью представленных по делу доказательств, подтверждающих факт причинения вреда здоровью И.И.И. в результате неправомерных действий ответчика Д.В.Ф. Оспаривая свою причастность в причинении средней тяжести вреда здоровью, Д.В.Ф. не представил суду достоверных доказательств отсутствия своей вины.

При этом суд апелляционной инстанции находит доводы жалобы И.И.И. и апелляционного представления в части наличия правовых оснований для возмещения истцу понесенных расходов на лечение в виде получения консультаций и оплаты медицинских услуг, заслуживающими внимание по следующим основаниям.

Обращаясь в суд с иском о взыскании расходов на лечение в общем размере 54285 рублей 50 копеек, истец указал, что в результате неправомерных действий ответчика ему причинен вред здоровью и он нуждался в медицинских услугах, в том числе в проведении операции септопластики, правосторонней эндоскопической гайморотомии, двусторонней эндоскопической вазотомии, латероконхопексии, двусторонней эндоскопической этмоидотомии, левосторонней частичной средней конхотомии, пластики носового клапана слева, которые ему оказаны в медицинском центре «НАРМЕД», приобретении лекарственных препаратов.

Из материалов дела следует, что 1 марта 2024 г. И.И.И. Клиникой «Стоматологическая поликлиника» выдано направление с указанием диагноза: киста правой гайморовой пазухи, хронический гайморит.

23 апреля 2024 г. между ИП Т.Е.В. и И.И.И. заключен договор *** на оказание платных медицинских услуг- амбулаторно-поликлинического приема по оториноларингологии, стоимостью 1500 рублей, оплата которого истцом произведена в полном объеме, истцу установлен диагноз: правосторонний хронический кистозный гайморит, искривление носовой перегородки, рекомендовано оперативное лечение в плановом порядке.

23 апреля 2024 г. между И.И.И. и ИП З.А.В. заключен договор возмездного оказания медицинских услуг, по условиям которого заказчику И.И.И. оказана медицинская услуга МСКТ: ППН, стоимостью 2800 рублей, оплата которой произведена в полном объеме, что подтверждается представленным чеком.

23 апреля 2024 г. между ООО «Консультативно-диагностический центр «Детское здоровье» и И.И.И. заключен договор на оказание платных медицинских услуг ***, в соответствии с которым заказчику оказаны на возмездной основе медицинские услуги в виде консультации оториноларинголога, стоимостью 1490 рублей, оплата которых подтверждается чеком. По результатам осмотра установлен диагноз: хронический синусит, двусторонний хронический кистозный гайморит, искривление перегородки носа, хронический вазомоторный ринит, рекомендовано оперативное лечение в плановом порядке.

Из представленного договора на оказание платных медицинских услуг № 5 от 8 мая 2024 г., кассового чека от 13 мая 2024 г. следует, что истцом произведена оплата медицинских услуг Медицинского центра «НАРМЕД» по осмотру, резекции носовой перегородки, вазотомии в размере 24200 рублей.

На основании договора на оказание платных медицинских услуг № *** от ДД.ММ.ГГ г., И.И.И. произведена оплата за оперативное лечение: септопластика, гайморотомия, стоимостью 19800 рублей, что подтверждается чеками об оплате от ДД.ММ.ГГ

Согласно выписке из истории болезни Медицинского центра «НАРМЕД» от ДД.ММ.ГГ, И.И.И. установлен диагноз: искривление носовой перегородки, двусторонний хронический этмоидит, правосторонний одонтогенный гайморит, хронический гипертрофический ринит. ДД.ММ.ГГ проведена операция: септопластика, правосторонняя эндоскопическая гайморотомия, двусторонняя эндоскопическая вазотомия, латероконхопексия, двусторонняя эндоскопическая этмоидотомия, левосторонняя щадящая частичная средняя конхотомия, пластика носового клапана слева.

Истцом приобретены лекарственные препараты (7 мая 2024 г., 14 мая 2024 г., 20 мая 2024 г.) на общую сумму 4495 рублей 50 копеек.

Объем и характер возмещения вреда, причиненного повреждением здоровья, определены в статье 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В силу пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В соответствии с Постановлением Конституционного Суда Российской Федерации от 31 января 2025 г. № 4-П «По делу о проверке конституционности статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО5» признан пункт 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования он не дает оснований для отказа в возмещении разумных и обоснованных расходов, понесенных на лечение лицом, которое могло получить лечение повреждения здоровья бесплатно в рамках программы обязательного медицинского страхования, но избрало платное лечение, соответствующее клиническим рекомендациям, в случаях, когда иное повлекло (могло повлечь) для его здоровья неблагоприятные последствия. Выявленный в настоящем Постановлении конституционно-правовой смысл пункта 1 статьи 1085 Гражданского кодекса Российской Федерации является общеобязательным, что исключает любое иное его истолкование в правоприменительной практике.

В подпункте "б" пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26 января 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина» разъяснено, что расходы на лечение и иные дополнительные расходы подлежат возмещению причинителем вреда, если будет установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение. Однако если потерпевший, нуждающийся в указанных видах помощи и имеющий право на их бесплатное получение, фактически был лишен возможности получить такую помощь качественно и своевременно, суд вправе удовлетворить исковые требования потерпевшего о взыскании с ответчика фактически понесенных им расходов.

Из приведенных положений закона и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации по их применению следует, что в случае причинения вреда здоровью гражданина расходы на его лечение и иные понесенные им дополнительные расходы, вызванные повреждением здоровья, подлежат возмещению такому гражданину (потерпевшему) причинителем вреда или иным лицом, на которого в силу закона возложена такая обязанность, при одновременном наличии следующих условий: нуждаемости потерпевшего в этих видах помощи и ухода, отсутствии права на их бесплатное получение, наличии причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и ухода и причиненным его здоровью вредом. При доказанности потерпевшим, имеющим право на бесплатное получение необходимых ему в связи с причинением вреда здоровью видов помощи и ухода, факта невозможности получения такого рода помощи качественно и своевременно, на лицо, виновное в причинении вреда здоровью, или на лицо, которое в силу закона несет ответственность за вред, причиненный здоровью потерпевшего, может быть возложена обязанность по компенсации такому потерпевшему фактически понесенных им расходов.

Исходя из предмета заявленных требований, юридически значимыми обстоятельствами по настоящему делу являлись: установление нуждаемости истца в расходах на лечение, наличие причинно-следственной связи между нуждаемостью потерпевшего в конкретных видах медицинской помощи и причиненным его здоровью вредом, объем лечения, отсутствие возможности у истца получить данную медицинскую помощь бесплатно.

Вместе с тем, судом первой инстанции вышеназванные юридически значимые обстоятельства не были установлены и не получили правовой оценки.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия в целях проверки доводов апелляционной жалобы о нуждаемости истца в указанных в иске медицинских услугах и установления юридически значимых по делу обстоятельств пришла к выводу о необходимости назначения по делу судебной медицинской экспертизы, производство которой поручено экспертному учреждению- АНО «Алтайское бюро независимой судебно-медицинской экспертизы».

Заключением комиссии экспертов ***гд/2025 установлено, что в результате перелома костей носа, полученного И.И.И. 30 июня 2021 г., у него развились следующие осложнения: искривление носовой перегородки, хронического гипертрофического и вазомоторного ринита и правостороннего хронического одонтогенного гайморита, стоящие в причинной связи с полученной травмой. В связи с полученной травмой и ее последствиями И.И.И. было показано в соответствии с верно установленным диагнозом в Алтайском ЛОР-центре, МЦ «НАРМЕД» проведение следующих оперативных вмешательств: септопластика, правосторонняя эндоскопическая гайморотомия, двусторонняя эндоскопическая вазотомия, латероконхопексия, двусторонняя эндоскопическая этмоидотомия, левосторонняя щадящая частичная средняя конхотомия, пластика носового клапана слева, а также были показаны следующие препараты: аква марис (в том числе в виде спрея); ципролет в таблетках 500 мг. х 20, монтелукаст, бифицин, дитамал спрей.

Судебная коллегия признает заключение судебной медицинской экспертизы АНО «Алтайское бюро независимой судебно-медицинской экспертизы» допустимым доказательством, а итоговый результат экспертного исследования – достаточным для установления юридически значимых для дела обстоятельств, поскольку исследование проведено экспертами, имеющими необходимую квалификацию и специальные познания в соответствующей области, экспертиза проведена комиссией в составе: В.П.А.- врача судебно-медицинского эксперта, Г.А.Г.- врача-отоларинголога высшей категории; эксперты предупреждены об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения, заключение выполнено с соблюдением требований, предъявляемых к производству экспертизы Федеральным законом от ДД.ММ.ГГ № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», а также требований статьи 86 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований сомневаться в правильности и обоснованности выводов судебной экспертизы у суда апелляционной инстанции не имеется.

Таким образом, заключением судебной экспертизы подтверждается наличие причинно-следственной между полученной ДД.ММ.ГГ травмой в виде закрытого перелома костей носа и наступившими негативными последствиями (осложнениями) в виде искривления носовой перегородки, хронического гипертрофического и вазомоторного ринита и правостороннего хронического одонтогенного гайморита; нуждаемость истца в медицинских услугах в виде получения консультаций и проведения операции для устранения искривления носовой перегородки, хронических этмоидита, гайморита, ринита, а также в приобретении заявленных в иске лекарственных препаратов.

Кроме того, согласно выписке из истории болезни, представленной ООО «Медицинский центр Нармед», И.И.И. рекомендованы следующие лекарственные препараты: ципролет 500, монтелукаст 10 мг., аква-марис, назонекс (мометазона фуроат).

Согласно сведениям ТФОМС Алтайского края от ДД.ММ.ГГ, И.И.И. застрахован в системе обязательного медицинского страхования и имеет право на бесплатное оказание медицинской помощи медицинскими организациями при наступлении страхового случая в объеме, установленном территориальной программой обязательного медицинского страхования. В соответствии с Территориальной программой обязательного медицинского страхования, являющейся составной частью Территориальной программы государственных гарантий бесплатного оказания гражданам медицинской помощи на 2024 г. и на плановый период 2025 и 2026 годов, утвержденной постановлением Правительства Алтайского края от 28 декабря 2023 г. № 543, гражданам (застрахованным лицам) оказывается первичная медико-санитарная помощь, включая профилактическую помощь, скорая медицинская помощь (за исключением санитарно-авиационной эвакуации), специализированная медицинская помощь, при заболеваниях и состояниях, указанных в разделе III Территориальной программы, в том числе при травмах, включая прием (консультацию) врача-оториноларинголога, проведение оперативного лечения (септопластика, правосторонняя эндоскопическая гайморотомия, двусторонняя эндоскопическая вазотомия, двусторонняя эндоскопическая этмоидотомия, левосторонняя конхотомия), инструментальных диагностических исследований (компьютерная томография придаточных пазух носа), при наличии медицинских показаний, по назначению лечащего врача, оформленному соответствующим направлением, с учетом порядков и стандартов медицинской помощи, на основе клинических рекомендаций, с учетом возможной очередности в медицинских организациях, участвующих в реализации территориальной программы обязательного медицинского страхования. Проведение латероконхопексии, пластики носового клапана слева программой обязательного медицинского страхования не гарантировано.

Из пояснений истца И.И.И., данных в суде первой инстанции, следует, что за получением платных услуг он обратился по рекомендациям врача-отоларинголога, поскольку по полису обязательного медицинского страхования таких оперативных вмешательств не проводят.

Принимая во внимание, что истец И.И.И. нуждался в проведенном оперативном лечении, что подтверждается выводами судебной медицинской экспертизы, при этом программой обязательного медицинского страхования не предусмотрено оказание медицинской помощи путем проведения оперативного лечения в виде латероконхопексии, пластики носового клапана, судебная коллегия приходит к выводу, что выбор истцом платного оказания медицинской помощи, соответствующей клиническим рекомендациям, обусловлен необходимостью получения лечения в полном объеме, в том числе, в той части, которая не гарантирована в рамках обязательного медицинского страхования, направлен на своевременность и срочность получения лечения с целью избежать негативных последствий для здоровья (вынужденное ожидание получения бесплатного лечения могло существенно ухудшить прогноз состояния здоровья истца или непропорционально увеличить время восстановления его здоровья).

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о наличии оснований для возмещения истцу за счет ответчика понесенных расходов на лечение в виде получения консультаций врачей, проведения обследований и оперативного лечения.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд апелляционной инстанции учитывает обстоятельства, при которых истцу были причинены телесные повреждения, возникновение между сторонами конфликтной ситуации по мотиву осуществления И.И.И. видеосъемки; нахождение сторон в общественном месте, где не запрещено производить видеосъемку; поведение сторон в ходе конфликта, отсутствие провокации со стороны потерпевшего, противоправный характер действий ответчика, направленных на воспрепятствование истцу в видеофиксации происходящих событий, в виде нанесения не менее одного удара коленом в область носа и рукой в область нижней части уха, объем, характер причиненных истцу телесных повреждений в виде закрытого перелома костей носа, кровоподтеков в правой окологлазничной области (1), в области кончика носа (1), в области правой ушной раковины с переходом на угол нижней челюсти справа (1), их механизм и локализация, а также тот факт, что причиненные телесные повреждения неизбежно привели к тому, что истец испытывал чувство физической боли как в момент произошедшего события, так и в процессе заживления ран, степень вины ответчика, которая характеризуется прямым умыслом, индивидуальные особенности истца, которому на момент произошедшего исполнился 61 год, характер перенесенных истцом нравственных страданий, испытывании переживаний в связи с совершением в отношении него неправомерных действий, необходимости дальнейшего прохождения лечения и получения медицинской помощи врачей-специалистов, в связи с возникновением негативных последствий в результате полученного повреждения в виде искривления носовой перегородки, хронического гипертрофического и вазомоторного ринита и правостороннего хронического одонтогенного гайморита.

В связи с вышеизложенным, судебная коллегия полагает необходимым определить размер денежной компенсации морального вреда, подлежащего возмещению истцу за счет ответчика, в сумме 100000 рублей, полагая, что данная сумма компенсации морального вреда является разумной и справедливой, отражающей глубину, степень, продолжительность и характер причиненных истцу физических и нравственных переживаний.

Оснований для взыскания компенсации морального вреда в большем размере судебная коллегия не усматривает.

Доводы ответчика об отсутствии оснований для взыскания в пользу истца расходов, связанных с оплатой стоимости восстановительного ремонта сотового телефона, являются необоснованными, направлены на оспаривание судебной оценки представленных по делу доказательств, оснований для пересмотра которой у суда апелляционной инстанции не имеется.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В пунктах 12,13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации). По общему правилу лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине (пункт 2 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство или причинившем вред. Вина в нарушении обязательства или в причинении вреда предполагается, пока не доказано обратное.

Таким образом, на истце лежала обязанность представления доказательств причинения вреда от действий ответчика, наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействиями) ответчика и причинением вреда, а также размера вреда. При представлении истцом доказательств данных обстоятельств, ответчик обязан представить доказательства отсутствия вины в причинении вреда.

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств следует, что конфликт между сторонами был обусловлен осуществлением И.И.И. видеозаписи на сотовый телефон, в результате действий ответчика Д.В.Ф. произошло падение находящегося в руках истца сотового телефона, что подтверждается совокупностью представленных по делу доказательств, в том числе пояснениями самого И.И.И., так и ответчика Д.А.Ф., а также Б.Г.Г., данными в ходе производства по уголовному делу. При этом, из объяснений И.И.И. следует, что сразу после произошедшего он обратился к П.С.И. с просьбой дать сотовый телефон с целью вызова сотрудников полиции, а далее по пути следования в Хабарскую ЦРБ он попросил Ш.А.Ю. сфотографировать имевшиеся у истца телесные повреждения. Данные обстоятельства нашли свое подтверждение в пояснениях свидетеля П.С.И., согласно которым И.И.И. ему сообщил о причинении ему Д. телесных повреждений, у него была кровь на лбу и щеке, попросил телефон, чтобы позвонить в полицию.

Согласно акту выполненных работ (заказ ***) от ДД.ММ.ГГ, в отношении устройства Xiaomi Redmi установлено наличие следов падений, выявлена неисправность в виде разбитого модуля, произведена его замена, стоимость работ составила 2500 рублей.

Установив факт повреждения принадлежащего истцу имущества- сотового телефона в результате действий ответчика, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии оснований для взыскания с Д.В.Ф. в пользу И.И.И. убытков в виде расходов по оплате стоимости восстановительного ремонта.

Доводы ответчика об отсутствии доказательств причинения материального ущерба истцу, принадлежности сотового телефона И.И.И., его нахождении в спорный период времени на территории ООО КХ «Орловское», направлены на оспаривание судебной оценки представленных доказательств. Ответчиком не представлено доказательств выполнения ремонтных работ в отношении иного сотового телефона, поврежденного при иных обстоятельствах. При этом, в акте выполненных работ указан заказчик И.И.И., доказательств, опровергающих принадлежность ему спорного устройства, не представлено. Доводы о невозможности передачи сотового телефона на ремонт в день произошедших событий, отсутствии идентификации сотового телефона, в отношении которого проводились ремонтные работы, с телефоном, который находился у И.И.И. в день происшествия, носят характер предположения и не принимаются судом апелляционной инстанции во внимание. То обстоятельство, что сотовый телефон не признавался в качестве вещественного доказательства, не свидетельствует о незаконности оспариваемого судебного акта, поскольку не лишает права истца на возмещение причиненного вреда.

В связи с изложенным, решение суда первой инстанции подлежит отмене в части отказа в удовлетворении требований о взыскании расходов по оплате медицинских услуг и лекарственных препаратов и изменению в части размера взысканной компенсации морального вреда.

В соответствии с частью 3 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если суд вышестоящей инстанции, не передавая дело на новое рассмотрение, изменит состоявшееся решение суда нижестоящей инстанции или примет новое решение, он соответственно изменяет распределение судебных расходов.

По правилам части 1 статьи 98 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Определением судебной коллегии по гражданским делам <адрес>вого суда от ДД.ММ.ГГ по делу назначена судебная медицинская экспертиза, проведение которой поручено экспертам АНО «АБН СМЭ». Оплата расходов по ее проведению возложена на истца И.И.И.

Согласно чеку по операции от ДД.ММ.ГГ (СУИП 951360260061ELWG) для обеспечения оплаты судебной экспертизы на лицевой (депозитный) счет <адрес>вого суда истцом И.И.И. внесены денежные средства в размере 78000 рублей, с указанием назначения платежа- проведение судебно-медицинской экспертизы по гражданскому делу *** (33-3089/2025).

В материалы дела представлено заключение комиссии экспертов ***гд/2025 и заявление директора АНО «АБН СМЭ» В.П.А. об оплате произведенной экспертизы.

Стоимость судебной медицинской экспертизы, выполненной в рамках настоящего дела, составила 76000 рублей, затраты на производство судебной экспертизы подлежат возмещению путем перечисления денежных средств с лицевого (депозитного) счета <адрес>вого суда в пользу экспертной организации АНО «АБН СМЭ».

В связи с вышеизложенным, в пользу истца И.И.И. с ответчика Д.В.Ф. подлежат взысканию судебные расходы по оплате судебной медицинской экспертизы в размере 76000 рублей.

На основании статьи 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика Д.В.Ф. в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 711 рублей 04 копейки, с учетом удовлетворенных требований имущественного и неимущественного характера, а также размера государственной пошлины, взысканной дополнительным решением суда.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 328-330 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Хабарского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ отменить в части отказа в удовлетворении требований о взыскании расходов по оплате медицинских услуг и лекарственных препаратов, принять в указанной части новое решение.

Взыскать с Д.В.Ф. (паспорт ***) в пользу И.И.И. (паспорт ***) расходы по оплате медицинских услуг и лекарственных препаратов в размере 54285 рублей 50 копеек.

Решение Хабарского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ изменить в части размера взысканной компенсации морального вреда, распределения судебных расходов.

Взыскать с Д.В.Ф. (паспорт ***) в пользу И.И.И. (паспорт ***) компенсацию морального вреда в размере 100000 рублей, судебные расходы по оплате судебной медицинской экспертизы в размере 76000 рублей.

Взыскать с Д.В.Ф. (паспорт ***) в доход муниципального образования <адрес> Алтайского края государственную пошлину в размере 711 рублей 04 копейки.

В остальной части решение Хабарского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ, дополнительное решение Хабарского районного суда Алтайского края от ДД.ММ.ГГ оставить без изменения, апелляционные жалобы истца И.И.И., ответчика Д.В.Ф., апелляционное представление прокурора <адрес> Алтайского края- без удовлетворения.

Председательствующий

Судьи:

Мотивированное апелляционное определение составлено 26 декабря 2025 г.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>