Решение № 02-0153/2026 02-0153/2026(02-3159/2025)~М-2793/2025 02-3159/2025 2-153/2026 М-2793/2025 М-4382/2025 от 18 марта 2026 г. по делу № 02-0153/2026

Дело №2-153/2026

УИД ***


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

19 марта 2026 года г. Москва

Зеленоградский районный суд города Москвы в составе председательствующего судьи Дроновой Ю.П., при секретаре судебного заседания Смирновой Т.Н., рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело №2-153/2026 по исковому заявлению АО «ЭЛВИС-НеоТек» к ФИО1 о взыскании денежных средств, встречному иску ФИО1 к АО «ЭЛВИС-НеоТек» о признании договора уступки права требования (цессии) ничтожной сделкой,

установил:

Истец АО «ЭЛВИС-НеоТек» обратился в суд с исковым заявлением к ФИО1 о взыскании денежных средств. В обосновании иска указал, что, 01 марта 2024 года между АО «ЭЛВИС-НеоТек» (Цедент) и гр. ФИО1 (Цессионарий) заключен Договор уступки требования (цессии) №**. Согласно условиям Договора, Цедент уступает Цессионарию, а Цессионарий принимает права требования и получения от должника Цедента - Общества с ограниченной ответственностью «НеоТек» части суммы задолженности в размере 38 350 000рублей по договору уступки требования (цессии) №** от 15 августа 2022 года, заключенному между АО «ЭЛВИС-НеоТек» и ООО «НеоТек», по которому ООО «НеоТек» приняло права требования и получения от должника ФИО2 суммы задолженности в размере 318 000 000 рублей по договору №** от 26.04.2022 об отчуждении исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности. Истец надлежащим образом исполнил обязательства по Договору уступки, передав Ответчику первичные документы, подтверждающие уступаемое право по акту приема-передачи от 01 марта 2024 года. Согласно п. **. Договора, Цена уступаемых по Договору прав требования и получения от должника Суммы задолженности, составляет 38 350 000 рублей. Пунктом ** Договора предусмотрен следующий порядок оплаты по Договору: до 31 декабря 2024 года - 7 670 000 рублей; до 31 декабря 2025 года - 11 600 500 рублей; до 28 февраля 2026 года - 19 079 500 рублей. Согласно п. ** Договора, за период с даты подписания Акта приема-передачи по дату полной оплаты Цессионарием Цены Договора Цессионарий уплачивает Цеденту плату (проценты) за отсрочку платежа в следующем размере: за отсрочку уплаты Цены договора в период с даты заключения Договора по 31 декабря 2024 года (включая такую дату), Цессионарий уплачивает Цеденту в качестве платы фиксированную сумму в размере 1 000 000 рублей, размер которой не зависит от фактического количества дней отсрочки в течение указанного периода. Цессионарий уплачивает указанную плату в течение 30 календарных дней с даты подписания Акта приема-передачи (п. **. Договор); за период с 01 января 2025 года по дату полной оплаты Цессионарием Цены Договора (включая обе этих даты) начисляются проценты за отсрочку платежа по ставке равной ключевой ставке, установленной соответствующим решением Центрального Банка РФ, действующей в соответствующий период рассрочки. Указанные проценты за отсрочку начисляются ежедневно на остаток задолженности по уплате Цены Договора, соответственно, из расчета 365 дней в году. Проценты за отсрочку, начисляемые на задолженность по уплате Цены Договора подлежат уплате одновременно с уплатой каждого платежа в счет уплаты Цены Договора в объеме, начисленном к дате совершения такого платежа (включая эту дату) (п. ** Договор). 23 мая 2024 года между Цедентом и Цессионарием был произведен зачет встречных однородных требований (Акт о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований) на общую сумму 1 000 000 рублей. Таким образом, Цессионарием была погашена задолженность по оплате, предусмотренной п. ** Договора, за отсрочку платежа в размере 1 000 000 рублей. 14 августа 2025 года между Цедентом и Цессионарием был произведен зачет встречных однородных требований на сумму 2 885 806 рублей 68 копеек (Заявление о зачете встречных требований исх. № **. Таким образом, Цессионарием была погашена часть задолженность по оплате, предусмотренной п. ** Договора. Однако, до настоящего времени Цессионарием обязательства по оплате задолженности не исполнены: не осуществлена оплата по договору в размере 4 784 193 рубля 32 копейки. 11 июля 2025 года в адрес Ответчика была направлена претензия исх. №** с требованиям о выплате суммы задолженности и неустойки. Ответ на претензию до настоящего времени не получен, задолженность не погашена. Истец просит взыскать с ФИО1 в пользу Акционерного общества «ЭЛВИС-НеоТек» задолженность по оплате за уступленные права (требования) по договору уступки требования (цессии) №** в размере: 4 784 193 руб. 32 коп., неустойку в размере 932 167 руб. 68 коп., государственную пошлину в размере 64 015 руб..

Уточнив исковые требования, истец окончательно просит суд взыскать с ФИО1 в пользу Акционерного общества «ЭЛВИС-НеоТек» задолженность по оплате за уступленные права (требования) по договору уступки требования (цессии) №** в размере 35 464 193 руб. 32 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 10.01.2025 по 05.03.2026 в размере 1 663 674 руб. 09 коп., государственную пошлину в размере 175 384 руб..

Ответчик ФИО1, не согласившись с исковыми требованиями, обратился в суд со встречным иском к АО «ЭЛВИС-НеоТек» о признании договора уступки права требования (цессии) ничтожной сделкой, в обоснование требований указал, что Договор цессии между истцом и ответчиком является недействительной сделкой (притворной), поскольку заключен с целью прикрыть иную сделку. Истинной целью Договора цессии было не отчуждение права требования, а выплата вознаграждения (премии) ФИО1, что прямо указывает на его притворный характер. Договор цессии от 01.03.2024 не отражает действительных намерений сторон и был совершен лишь для вида. Фактически он являлся частью одобренной Советом директоров АО «ЭЛВИС-НеоТек» схемы выплаты ФИО1 премии за успешное выполнение поставленных перед ним, как руководителем АО «Элвис-Неотек», задач. В частности, одной из важнейших задач, поставленных Советом директоров АО «ЭЛВИС-НеоТек» и учредителями перед Истцом, являлось возврат имущества (акций) в собственность Директоров АО «ЭЛВИС-НеоТек», необоснованно полученных ФИО2. Истец выполнил данную задачу, ФИО2 во внесудебном порядке вернул акции АО «ЭЛВИС-НеоТек» стоимостью 500 000 000руб. В связи с внутренними корпоративными ограничениями на размер выплачиваемых премий было решено оформить выплату премии в виде формальной «продажи права требования» по этой же самой сделке. Таким образом, Договор цессии прикрывал собой фактические трудовые/корпоративные отношения по выплате премии за выполнение управленческой функции и не содержал воли сторон на возникновение обычных гражданско- правовых обязательств по уступке. Договор цессии является инструментом давления в условиях корпоративного конфликта. На момент заключения Договора цессии (01.03.2024) и вплоть до 29.06.2025 ФИО1 являлся единоличным исполнительным органом АО «ЭЛВИС-НеоТек». На данный момент ФИО1 является акционером АО «ЭЛВИС-НеоТек» и владельцем **% акций Общества. Исковое заявление по настоящему делу было подано обществом 22.08.2025, то есть практически сразу после досрочного освобождения ФИО1 от должности по решению Совета директоров (Протокол № ** от 29.06.2025). Такая временная связь свидетельствует о том, что договор цессии изначально рассматривался обществом не как самостоятельная гражданско-правовая сделка, а как инструмент потенциального давления на Генерального директора, который мог быть использован в случае возникновения корпоративного конфликта. Использование формального договора цессии для создания искусственной финансовой зависимости руководителя от компании с последующим предъявлением требований сразу после утраты им управленческого статуса противоречит принципам добросовестности, разумности и справедливости и является злоупотреблением правом. Договор цессии № ** от 01.03.2024 является звеном в длинной цепочке уступок, восходящей к договору с ФИО2 от 26.04.2022. Для действительности уступки необходимо, чтобы первоначальное требование было реальным и существующим. Однако АО «ЭЛВИС-НеоТек», выступая в роли цедента и неся в соответствии с п. ** Договора ответственность за действительность передаваемого права, не представило суду и стороне каких-либо доказательств, подтверждающих реальность уступаемого требования. Поскольку притворная (прикрывающая) сделка совершается лишь для вида, одним из внешних показателей ее притворности служит несовершение сторонами тех действий, которые предусматриваются данной сделкой. Напротив, если стороны выполнили вытекающие из сделки права и обязанности, то такая сделка притворной не является. На притворность сделки также указывает тот факт, что АО «ЭЛВИС-НеоТек» передал ФИО1 по Договору цессии требование к своей дочерней компании – ООО «Неотек» (на момент передачи 100% доли в ООО «Неотек» принадлежало АО «ЭЛВИС- НеоТек»), Таким образом, формальная «продажа» права требования компании к самой себе (в рамках группы связанных лиц) лишена какого-либо экономического и правового смысла, кроме как создания видимости сделки. Сумма, за которую было «продано» право требования ФИО1 (38 350 000 руб.) в точности равна размеру самого требования, что нетипично для возмездной уступки и исключает какой-либо коммерческий интерес цессионария. Аналогичная тождественность сумм наблюдалась и в предшествующей уступке между АО «ЭЛВИС- НеоТек» и ООО «Неотек», что указывает на системный, искусственный характер всей цепочки, созданной не для реального перехода прав, а для формального обоснования выплаты. Просит признать ничтожным (недействительным) Договор уступки требования (цессии) №** от 01 марта 2024 года, заключенный между АО «ЭЛВИС-НеоТек» (Цедент) и ФИО1 (Цессионарий).

Представитель истца/ответчика по встречному иску АО «ЭЛВИС-НеоТек» по доверенности ФИО4 в судебном заседании исковые требования поддержала, пояснила, что ответчиком спорный Договор исполнен частично. Встречный иск не признала, поддержала доводы письменных возражений на встречный иск. Пояснила, что экономическая выгода ФИО1 вытекает из возможности продажи перешедших к нему акций. Реальность заключения спорного Договора подтверждается его частичным исполнением. Просила иск удовлетворить, во встречном иске отказать.

Ответчик/истец по встречному иску ФИО1, извещенный надлежащим образом, в судебное заседание не явился, обеспечил явку своего представителя по доверенности ФИО5, которая в судебном заседании, иск не признала, поддержала встречные исковые требования, по доводам, изложенным в письменных возражениях на иск, а также во встречном иске. Пояснила, что спорный Договор является притворной сделкой, поскольку прикрывал другую сделку о премировании ФИО1 в размере стоимости уступаемых прав. Премирование возможно только по соглашению всех акционеров. Однако вопрос о премировании на обсуждение не выносился, поскольку заранее известно, что указанный размер премирования согласован не будет. Вместе с тем спорный Договор не является экономически обоснованным. Оплату ФИО1 произвел за заключение Договора, а не его исполнение. Просила в иске отказать, встречный иск удовлетворить.

Третьи лица ООО «НеоТек», ФИО2, извещенные надлежащим образом, в судебное заседание не явились, явку представителей не обеспечили.

В соответствии со ст. 167 ГПК РФ суд определил рассмотреть дело при данной явке.

Заслушав объяснения явившихся лиц, изучив материалы дела, оценив представленные доказательства в их совокупности, с учетом требований ст. 56 ГПК РФ и по правилам ст. 67 ГПК РФ, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 12, 56, 57 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон, каждая сторона обязана доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений.

В соответствии с п. 1 ст. 8 Гражданского кодекса Российской Федерации гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, в частности из договоров и иных сделок.

Отношения сторон возникли из Договора уступки права требования и регулируются нормами параграфа 1 гл. 24 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также общими положениями гражданского законодательства о договоре.

Согласно п. 1 ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В соответствии со ст. 421 ГК РФ стороны свободны в заключении договора.

В соответствии с п. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В соответствии с п. 1 ст. 425 ГК РФ договор вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.

В соответствии со статьями 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом, односторонний отказ от их исполнения не допускается.

В силу п. 1 ст. 423 Гражданского кодекса РФ договор, по которому сторона должна получить плату или иное встречное представление за исполнение своих обязанностей, является возмездным. Договор предполагается возмездным, если из закона, иных правовых актов, содержания или существа договора не вытекает иное (п. 3 ст. 423 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно п. 1 ст. 388 Гражданского кодекса РФ уступка требования кредитором (цедентом) другому лицу (цессионарию) допускается, если она не противоречит закону.

В соответствии с п. 1 ст. 389.1 Гражданского кодекса РФ взаимные права и обязанности цедента и цессионария определяются Гражданским кодексом Российской Федерации и договором между ними, на основании которого производится уступка.

Судом установлено что, 01 марта 2024 гола между АО «ЭЛВИС-НеоТек» (Цедент) и ФИО1 (Цессионарий) заключен Договор уступки требования (цессии) №**, согласно которого Цедент уступает Цессионарию, а Цессионарий принимает права требования и получения от должника Цедента - Общества с ограниченной ответственностью «НеоТек» части суммы задолженности в размере 38 350 000 рублей, по договору уступки требования (цессии) №** от 15 августа 2022 года, заключенному между АО «ЭЛВИС-НеоТек» и ООО «НеоТек», по которому ООО «НеоТек» приняло права требования и получения от должника ФИО2, паспорт серии **; выдан ** Отделением ***, код подразделения **; зарегистрирован: *** суммы задолженности в размере 318 000 000 рублей по договору №** от 26.04.2022г. об отчуждении исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности.

Согласно п. ** Договора, Цена уступаемых по Договору прав требования и получения от должника Суммы задолженности, составляет 38 350 000 руб..

Пунктом ** Договора предусмотрен следующий порядок оплаты по Договору: до 31 декабря 2024 года - 7 670 000 рублей, до 31 декабря 2025 года - 11 600 500 рублей, до 28 февраля 2026 года - 19 079 500 рублей.

Согласно п. ** Договора, за период с даты подписания Акта приема-передачи по дату полной оплаты Цессионарием Цены Договора Цессионарий уплачивает Цеденту плату (проценты) за отсрочку платежа в следующем размере: за отсрочку уплаты Цены договора в период с даты заключения Договора по 31 декабря 2024 года (включая такую дату), Цессионарий уплачивает Цеденту в качестве платы фиксированную сумму в размере 1 000 000 рублей, размер которой не зависит от фактического количества дней отсрочки в течение указанного периода. Цессионарий уплачивает указанную плату в течение 30 календарных дней с даты подписания Акта приема-передачи; за период с 01 января 2025 года по дату полной оплаты Цессионарием Цены Договора (включая обе этих даты) начисляются проценты за отсрочку платежа по ставке равной ключевой ставке, установленной соответствующим решением Центрального Банка РФ, действующей в соответствующий период рассрочки. Указанные проценты за отсрочку начисляются ежедневно на остаток задолженности по уплате Цены Договора, соответственно, из расчета 365 дней в году. Проценты за отсрочку, начисляемые на задолженность по уплате Цены Договора подлежат уплате одновременно с уплатой каждого платежа в счет уплаты Цены Договора в объеме, начисленном к дате совершения такого платежа (включая эту дату) (п. **. Договор).

Истец надлежащим образом исполнил обязательства по Договору уступки, передав Ответчику первичные документы, подтверждающие уступаемое право по акту приема-передачи от 01 марта 2024 года, что не оспорено ответчиком.

11 июля 2025 года АО «ЭЛВИС-НеоТек» в адрес ФИО1 направлена претензия исх. №** с требованием о выплате суммы задолженности и неустойки. Требование оставлено без удовлетворения.

В соответствии с положениями статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора.

В соответствии с ч.1 ст.12, ч.1 ст.56, ч.1 ст.57 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон. Каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений. Доказательства представляются сторонами.

Как следует из представленного расчета задолженности, сумма задолженности по оплате за уступленные права (требования) по договору уступки требования (цессии) №** составляет: 35 464 193 руб. 32 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами за период с 10.01.2025 по 05.03.2026 - 1 663 674 руб. 09 коп.. Расчет соответствует условиям договора, ответчиком не оспорен.

Рассматривая встречные исковые требования ФИО1 к АО «ЭЛВИС-НеоТек» о признании договора уступки права требования (цессии) ничтожной сделкой, суд приходит к следующему.

Согласно п. 1 ст. 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Данная норма применяется в том случае, если стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать исполнения, при заключении сделки подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении.

Указанная норма гражданского законодательства направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота, и может быть применена в тех случаях, когда стороны, придав сделке требуемую форму и даже осуществив для вида ее формальное исполнение, фактически не преследуют достижения тех целей, которые должны наступить в результате заключения такой сделки.

Для признания сделки мнимой суд должен установить, что ее стороны не намеревались создать соответствующие ей правовые последствия, сделку фактически не исполняли и исполнять не желали, и правовые последствия, предусмотренные заключенной сделкой, не возникли. В подтверждение мнимости сделки заинтересованной стороне необходимо представить суду доказательства, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки.

Согласно позиции Верховного Суда Российской Федерации (Определение Верховного Суда РФ от 01.10.2015 № 307-ЭС15-12385) для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Согласно п. 86 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна (пункт 1 статьи 170 ГК РФ). Следует учитывать, что стороны такой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Например, во избежание обращения взыскания на движимое имущество должника заключить договоры купли-продажи или доверительного управления и составить акты о передаче данного имущества, при этом сохранив контроль соответственно продавца или учредителя управления за ним. Равным образом осуществление сторонами мнимой сделки для вида государственной регистрации перехода права собственности на недвижимое имущество не препятствует квалификации такой сделки как ничтожной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ.

Довод стороны ответчика/истца по встречному иску о том, что истинной целью Договора цессии было не отчуждение права требования, а выплата ФИО1 вознаграждения (премии), одобренной Советом директоров «АО «ЭЛВИС-НеоТек» за успешное выполнение поставленных перед ним задач, суд полагает несостоятельным, поскольку, в нарушении ст. 56 ГПК РФ, ответчиком/истцом по встречному иску не представлено доказательств одобрения Советом директоров «схемы выплаты ФИО1 премии», Решение Совета директоров, не представлено.

Довод стороны ответчика/истца по встречному иску о том, что «договор цессии является инструментом давления в условиях корпоративного конфликта», суд полагает несостоятельным, поскольку не представлено доказательств наличия корпоративного конфликта, а также не представлено разъяснений сущности предмета корпоративного конфликта (предмета спора) между ФИО1 и АО «ЭЛВИС-НеоТек», а ссылки на наличие в производстве Зеленоградского районного суда судебных споров не может свидетельствовать о наличии корпоративного конфликта, поскольку предметом споров являются гражданско-правовые взаимоотношения сторон и право каждой из сторон восстановить нарушенные права.

Также, не свидетельствует о наличии корпоративного конфликта и временная связь между досрочным освобождением ФИО1 от должности генерального директора и предъявление искового заявления в суд.

В обоснование заявленных встречных требований ответчик/истец по встречному иску ссылается на то, что Договор цессии №** от 01.03.2024 является звеном цепочки уступок, восходящей к Договору с ФИО2 от 26.04.2022 г. Для действительности уступки необходимо, чтобы первоначальное требование было реальным и существующим.

Как следует из предмета спорного Договора, Цедент уступает Цессионарию, а Цессионарий принимает права требования и получения от должника Цедента - Общества с ограниченной ответственностью «НеоТек» части суммы задолженности в размере 38 350 000 руб. по договору уступки требования (цессии) №** от 15 августа 2022 года, заключенному между АО «ЭЛВИС-НеоТек» и ООО «НеоТек», по которому ООО «НеоТек» приняло права требования и получения от должника ФИО2, паспорт серии ** выдан ** Отделением *** по району **, код подразделения **; зарегистрирован: *** суммы задолженности в размере 318 000 000 рублей по договору №** от 26.04.2022 об отчуждении исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности.

Следовательно, первоначальные требования вытекают из исполнения обязательств сторон по договору №** от 26.04.2022 об отчуждении исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности.

Предметом договору №** от 26.04.2022 об отчуждении исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности являлось передача исключительного права на результаты интеллектуальной деятельности: Топология микросхемы многофункционального микропроцессора VIP 1 (далее - РИД). Договор был исполнен Сторонами, РИД был передан, что подтверждается актом приема-передачи материалов, касающихся результатов интеллектуальной деятельности от 26 апреля 2022 года, (содержащийся в материалах дела).

Отчуждение исключительного права на РИД по указанному договору №** от 26.04.2022г. было зарегистрировано в Федеральной службе по интеллектуальной собственности (Роспатент), что подтверждается публикациями на официальном государственном ресурсе: **. Расчет по договору был произведен частично: 77 000 000 рублей - платежное поручение от 28.04.2022; 40 000 000 рублей - платежное поручение 18.05.2022; 20 000 000 рублей - обязательство было погашена путем взаимозачета встречных однородных требований (копия соглашения от 27.04.2022г. о взаимозачете).

Права требования получения от Должника ФИО2 задолженности по Договору в оставшейся части 318 000 000 рублей были уступлены от АО «ЭЛВИС-НеоТек» в пользу ООО «НеоТек» на основании Договора об уступки права требования №** от 26.04.2022.

На основании вышеизложенного суд приходит к выводу, что первоначальное требование было реальным и существующим, в связи, с чем довод ответчика/истца по встречному иску об отсутствии реальности уступаемого требования является несостоятельным.

Кроме того, суд полагает, что действительность договора также подтверждается собственноручно подписанным между ФИО1 и АО «ЭЛВИС-НеоТек» Актом о прекращении обязательств зачетом встречных однородных требований от 23 мая 2024 г., на общую сумму 1 000 000 руб..

В соответствии со статьей 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным, если заявление такого требования с учетом конкретных обстоятельств будет противоречить принципу добросовестности (пункт 3 статьи 1).

В соответствии с разъяснениями, изложенными в п. 6 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений ГК РФ о заключении и толковании договора», если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (п. 3 ст. 432 ГК РФ).

При наличии спора о действительности или заключенности договора суд, пока не доказано иное, исходит из заключенности и действительности договора и учитывает установленную в пункте 5 статьи 10 ГК РФ презумпцию разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений (п. 44).

Таким образом, по смыслу приведенных норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации, обязательства сторон могут возникать в результате заключения сторонами договора, как предусмотренного, так и не предусмотренного законом. Для заключения договора необходимо выражение согласованной воли двух сторон. При этом, если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным.

Как установлено судом, ответчик/истец по встречному иску ФИО1 приступил к исполнению Договора цессии, а именно: принял права требования задолженности к ООО «НеоТек», что подтверждается Актом приема-передачи права требования и документов; частично исполнил Договор цессии.

Доводы ответчика/истца по встречному иску о злоупотреблении правом со стороны истца/ответчика по встречному иску, суд находит несостоятельными ввиду следующего.

Согласно п. п. 1 и 5 ст. 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

По смыслу п. 5 ст. 10 ГК РФ злоупотребление правом не предполагается, а подлежит доказыванию в каждом конкретном случае.

Доказательств того, что действия истца/ответчика по встречному иску были направлены исключительно на причинение вреда ответчику/истцу по встречному иску, а также доказательств иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав, ответчиком/истцом по встречному иску не представлено.

Таким образом, оценивая представленные суду доказательства в их совокупности, суд полагает, что, доводы стороны ответчика/истца по встречному иску ФИО1 о признании договора уступки права требования (цессии) ничтожной сделкой не нашли своего подтверждения в ходе судебного разбирательства, поскольку ответчиком/истцом по встречному иску ФИО1 не представлено доказательств, которые бы подтверждали отсутствие направленности подлинной воли сторон при совершении оспариваемой сделки на создание правовых последствий, присущих данному виду сделки, в связи с чем, приходит к выводу об отказе во встречном иске ФИО1 к АО «ЭЛВИС-НеоТек» о признании Договора уступки требования (цессии) №** от 01 марта 2024 года ничтожной сделкой в полном объеме.

Вместе с тем, собранными по делу доказательствами установлено, что до настоящего времени оплата денежных средств по Договору уступки требования (цессии) №** от 01 марта 2024 года ответчиком/истцом по встречному иску не произведена.

С учетом вышеизложенного, суд считает иск АО «ЭЛВИС-НеоТек» к ФИО1 о взыскании задолженности Договору уступки требования (цессии) №** от 01 марта 2024 года в размере 35 464 193 руб. 32 коп., подлежащим удовлетворению.

Согласно п. 1 ст. 395 ГК РФ, в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Проценты, предусмотренные пунктом 1 статьи 395 ГК РФ, подлежат уплате независимо от основания возникновения обязательства.

Согласно ч. 3 ст. 395 ГК РФ, проценты за пользование чужими средствами взимаются по день уплаты суммы этих средств кредитору, если законом, иными правовыми актами или договором не установлен для начисления процентов более короткий срок.

Поскольку ответчик не исполнил денежное обязательство, с него подлежат взысканию проценты, рассчитанные в соответствии со ст. 395 ГК РФ. Расчет процентов, представленный истцом, судом проверен и признан арифметически верным. Иного расчета процентов ответчик не представил, расчет не оспорил.

Таким образом, исковые требования АО «ЭЛВИС-НеоТек» к ФИО1 о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами по Договору уступки требования (цессии) №** от 01 марта 2024 года за период с 10.01.2025 по 05.03.2026 в размере 1 663 674 руб. 09 коп., подлежат удовлетворению.

В соответствии с ч. 1 ст. 98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ, Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела», с ответчика/истца по встречному иску также подлежат взысканию документально подтвержденные расходы истца/ответчика по встречному иску по оплате государственной пошлины при подаче искового заявления в размере 175 384 руб..

На основании изложенного, руководствуясь, ст. ст. 309-310, 314, 333, 420, 421, 807-811 ГК РФ, ст. ст. 56, 67, 68, 98, 167,193-199 ГПК РФ, суд –

решил:

Иск АО «ЭЛВИС-НеоТек» (ИНН **) к ФИО1 (паспорт **) о взыскании денежных средств – удовлетворить.

Взыскать с ФИО1 в пользу АО «ЭЛВИС-НеоТек» задолженность по договору цессии в размере 35 464 193 руб. 32 коп., проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 1 663 674 руб. 09 коп., расходы по оплате государственной пошлины в размере 175 384 руб., а всего взыскать 37 303 251,41руб..

Во встречном иске ФИО1 к АО «ЭЛВИС-НеоТек» о признании договора уступки права требования (цессии) ничтожной сделкой – отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Московский городской суд через Зеленоградский районный суд города Москвы в течение месяца со дня принятия решения судом в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 25 марта 2026 года.

Судья Дронова Ю.П.