Решение № 2-998/2024 2-998/2024~М-869/2024 М-869/2024 от 18 октября 2024 г. по делу № 2-998/2024

Дело № 2-998/2024

УИД: 51RS0009-01-2024-001329-17

Мотивированное
решение изготовлено 18.10.2024

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 октября 2024 года г. Кандалакша

Кандалакшский районный суд Мурманской области в составе:

судьи Шевердовой Н.А.,

при секретаре Рахимовой Р.Р.,

с участием истца ФИО15,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Кандалакшского районного суда гражданское дело по иску

ФИО15

к Федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной Службы войск национальной гвардии Российской Федерации, Отдел по Мурманской области Центра охраны объектов топливно-энергетического комплекса,

об оспаривании приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности, взыскании компенсации морального вреда,

третье лицо – ПАО «ТГК-1» в лице филиала «Кольский» ПАО «ТГК -1»,

УСТАНОВИЛ:

ФИО15 обратился в суд с иском к Федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» (далее по тексту – ФГУП «Охрана», предприятие) об оспаривании приказа о привлечении к дисциплинарной ответственности и взыскании компенсации морального вреда. В обоснование своих требований указал, что с <дата> работает в должности <данные изъяты> в команде <номер> г. Кандалакша Отдела по Мурманской области Центра охраны объектов топливно-энергетического комплекса (филиал) ФГУП «Охрана» Федеральной службы войск национальной гвардии Российской Федерации. Приказом <номер>/л от <дата> к нему незаконно применено дисциплинарное взыскание в виде <данные изъяты>, основанием для привлечения к ответственности послужила претензия ПАО «ТГК-1» филиал «Кольский» <номер> от <дата>. Считает приказ о применении дисциплинарного взыскания незаконным, так как в приказе нет ссылки о нарушении трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором, при этом в соответствии со ст. 60 Трудового кодекса Российской Федерации «запрещается требовать от работника выполнения работы, не обусловленной трудовым договором». Также отмечает, что выводы и предложения, изложенные в претензии ПАО «ТГК-1» филиал Кольский от <дата>, являются надуманными и не соответствуют законодательству Российс кой Федерации, содержат элементы правового и юридического нигилизма.

На основании изложенного, истец просит отменить наложенное на него приказом <номер>/л от <дата> дисциплинарное взыскание в виде <данные изъяты>, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

В судебном заседании истец поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в иске.

Представители ответчика в судебном заседании участия не принимали, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом, представили ходатайство о рассмотрение дела в свое отсутствие, в удовлетворении иска просили отказать по основания, изложенным в письменных возражениях. В возражениях указали, что оспариваемый приказ вынесен по результатам служебной проверки, в ходе которой установлено совершение <данные изъяты> ФИО15 дисциплинарного проступка, при применении взыскания были учтены требования статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации в части, касающейся необходимости учета тяжести и обстоятельств совершения проступка, предшествующего поведения работника и его отношения к труду, и назначено наименее строгое взыскание.

Представители ПАО «ТГК-1» в лице филиала «Кольский» ПАО «ТГК -1» участие в судебном заседании не принимали, о времени и месте судебного заседания уведомлены надлежащим образом, в представленном отзыве полагали обжалуемый приказ от <дата><номер>/л правомерным, а исковые требования не подлежащими удовлетворению. Отметили, что учитывая характер совершенного проступка и обстоятельства его совершения дисциплинарное взыскание в виде <данные изъяты> не является надлежащей мерой ответственности за ненадлежащее исполнение ФИО15 должностных обязанностей по охране стратегического важного объекта топливно-энергетического комплекса, является слишком мягким. Указали, что, несмотря на осведомлённость о проведении учения, <данные изъяты> ФИО15 в нарушение инструктажа, требований инструкций, особых обязанностей постового поста <номер>, не осуществил контроль прохода работников станции на охраняемый элемент и не произвел осмотр вносимого имущества, что позволило условным нарушителям произвести закладку муляжа взрывного устройства.

Заслушав истца, исследовав материалы дела, допросив свидетелей, суд полагает иск не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В судебном заседании установлено, что ФИО15 на основании срочного трудового договора от <дата><номер> принят на работу в команду <номер> Мурманского филиала ФГУП «Ведомственная охрана» Министерства энергетики Российской Федерации на должность <данные изъяты>. Договор заключен на срок действия основного Договора на оказание услуг по физической охране производственных объектов филиала «Кольский» ПАО «ТГК-1» <номер> от <дата> (пункт 2.1 трудового договора); место работы определено – команда <номер> г. Кандалакша (пункт 1.7 трудового договора).

В последующем в указанный трудовой договор дополнительными соглашениями от <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата>, <дата> внесен ряд изменений. В частности, с <дата> пункт 1.3. изложен в следующей редакции: работодатель ФГУП «Охрана» Росгвардии предоставляет работнику работу в должности <данные изъяты> команды военизированной охраны <номер> отдела по Мурманской области Центра охраны объектов топливно-энергетического комплекса (филиала) ФГУП «Охрана» Росгвардии (отдел по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии); с <дата> в качестве работодателя указан – ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии. Срок трудового договора в соответствии с последним дополнительным соглашением к нему установлен на период действия Договора на оказание услуг по физической охране производственных объектов филиала «Кольский» ПАО «ТГК-1» <номер> от <дата> с дополнительными соглашениями <номер> от <дата>, <номер> от <дата>, <номер> от <дата>, <номер><дата>, <номер> от <дата>, № <дата>, <номер> на период с <дата> по <дата>.

Между ПАО «ТГК-1» (заказчик) и отделом по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии (исполнитель) <дата> заключено дополнительное соглашение <номер> к договору от <дата><номер> на оказание услуг по физической охране производственных объектов филиала «Кольский» ПАО «ТГК-1» (далее - договор), согласно которому исполнитель берет на себя обязательства обеспечить выполнение на постоянной основе обязательства по указанному договору надлежащим образом и в сроки, установленные договором, руководствуясь требованиями федеральным законов РФ, иных ведомственных нормативных документов, регламентирующих вопросы обеспечения безопасности объектов ТЭК в целях предотвращения актов незаконного вмешательства.

Предметом указанного договора является оказание услуг по: своевременному обнаружению и пресечению любых посягательств на целостность и безопасность производственных объектов филиала «Кольский», в том числе защита объектов от актов незаконного вмешательства; круглосуточная охрана объектов с использованием на объектах инженерно-технических средств охраны, услуга оказывается исполнителем с использованием боевого ручного стрелкового оружия и /или специальных средств; обеспечение на объектах пропускного и внутриобъектового режимов; предупреждение и пресечение преступлений и административных правонарушений на объектах; поиск и задержание на охраняемой территории лиц, незаконно проникших на территорию объектов; участие (по обращению заказчика) в учениях и тренировках, проводимых органами исполнительной власти или руководством заказчика на территории объектов и т.п.

Приказом директора Каскада Нивских ГЭС филиала «Кольский» ПАО «ТГК-1» от <дата><номер> «О подготовке и проведении учения» приказано подготовить и провести <дата> тактико-специальное учение на Нива ГЭС-3 Каскада Нивских ГЭС на тему: действия администрации Нива ГЭС-3 Каскада Нивских ГЭС, персонала и подразделения охраны при совершении (угрозе совершения) акта незаконного вмешательства; пунктом 3 ФИО1 установлено привлечь в качестве участников тактико-специального учения руководящий состав Каскада Нивских ГЭС, оперативный персонал Нива ГЭС-3 Каскада Нивских ГЭС и смену караула команды <номер> отдела по Мурманской области ЦОО ТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии, выполняющей задачи по охране Нива ГЭС-3.

Начальник <номер> команды отдела по Мурманской области ЦОО ТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии ФИО1 была ознакомлена с вышеуказанным приказом о проведении тактико-специального учения <дата> помощником директора по корпоративной защите КНГЭС ФИО2

<дата> представителем заказчика – Каскад Нивских ГЭС филиал «Кольский» ПАО ТГК-1 (далее - КНГЭС) проведено тактико-специальное учение на ГЭС-3 КНГЭС, целью которого являлась отработка действий администрации объекта ТЭК, персонала и подразделений охраны при совершении (угрозе совершения) акта незаконного вмешательства в деятельность объекта топливно-энергетического комплекса (далее - ТЭК).

<дата> помощником директора по корпоративной защите КНГЭС в адрес начальника отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии направлена претензия, в которой отражено, что <дата> в период времени с 09.20 по 10.00 представителем заказчика – помощником директора по корпоративной защите Каскада Нивских ГЭС филиала «Кольский» ПАО «ТГК-1» ФИО2 в целях определения эффективности системы физической защиты объекта ТЭК, в соответствии с требованиями ст. 18 Правил по обеспечению безопасности и антитеррористической защищенности объектов топливно-энергетического комплекса, утв. постановлением Правительства РФ от <дата><номер>-ДСП, проведено тактико-специальное учение на Нива ГЭС-3 Каскада Нивских ГЭС, целью которого была отработка действий администрации объекта ТЭК, персонала и подразделений охраны при совершении (угрозе совершения) акта незаконного вмешательств. По результатам проведения указанного учения караул команды <номер> отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии с задачей не справился. <данные изъяты> поста по охране критического элемента (пост <номер>) ФИО15 не выполнил свои особые обязанности, указанные в табеле постам, в части контроля прохода работников ГЭС-3 филиала «Кольский» ПАО «ТГК-1» и подрядчиков на трансформаторную площадку, а также в части обязанностей по осмотру вносимого личного имущества (сумок, портфелей, дипломатов и др.), что позволило нарушителю осуществить акт незаконного вмешательства (условно).

Заказчиком отмечено, что имеются основания говорить о халатном отношении <данные изъяты> ФИО15 к своим должностным обязанностям, а также нарушении условий договора, предусмотренных п. 2.1.5 в части обязанностей исполнителя производить личный осмотр и досмотр вещей, и о том, что <дата> услуга по охране Нива ГЭС-3 Каскада Нивских ГЭС филиала «Кольский» ПАО ТГК-1 оказана исполнителем не надлежащим образом. Отмечают, что неисполнение <данные изъяты> своих должностных и функциональных обязанностей может повлечь тяжкие последствия, а также снижает уровень антитеррористической защищенности объекта охраны, определенный паспортом безопасности, разработанным в соответствии с требованиями постановления Правительства РФ от <дата><номер> «Об утверждении Правил по обеспечению безопасности и антитеррористической защищённости объектов ТЭК».

На основании изложенного, заказчиком предложено в соответствии с п. 2.4.4 договора провести служебную проверку по выявленному факту ненадлежащего оказания услуги; исключить ФИО15 из состава караула и запретить доступ на охраняемые объекты филиала «Кольский» ТГК-1, рассмотреть вопрос о расторжении трудовых отношений с ФИО15, провести дополнительные инструктажи и занятия с личным составом команд с целью недопущения нарушения условий договора, руководству отдела усилить контроль и ответственность за профессиональным подходом к организации службы караулов и надлежащим исполнением должностных обязанностей согласно табелей постам лицами, входящими в состав караула.

По результатам проведения служебной проверки, начальником отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии вынесен приказ от <дата><номер>/л о применении к ФИО15 дисциплинарного взыскания в виде <данные изъяты>.

На основании статьи 11 Трудового кодекса Российской Федерации все работодатели (физические лица и юридические лица, независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

В соответствии со статьей 8 Трудового кодекса Российской Федерации работодатели, за исключением работодателей - физических лиц, не являющихся индивидуальными предпринимателями, принимают локальные нормативные акты, содержащие нормы трудового права, в пределах своей компетенции в соответствии с трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективными договорами, соглашениями.

Согласно статье 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник имеет право на: предоставление ему работы, обусловленной трудовым договором; своевременную и в полном объеме выплату заработной платы в соответствии со своей квалификацией, сложностью труда, количеством и качеством выполненной работы; отдых, обеспечиваемый установлением нормальной продолжительности рабочего времени, сокращенного рабочего времени для отдельных профессий и категорий работников, предоставлением еженедельных выходных дней, нерабочих праздничных дней, оплачиваемых ежегодных отпусков; защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами; возмещение вреда, причиненного ему в связи с исполнением трудовых обязанностей, и компенсацию морального вреда в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работник, в числе прочего, обязан: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором; соблюдать правила внутреннего трудового распорядка; соблюдать трудовую дисциплину.

По правилам статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации, работодатель имеет право требовать от работников исполнения ими трудовых обязанностей, привлекать работников к дисциплинарной ответственности в порядке, установленном настоящим Кодексом, иными федеральными законами. Работодатель обязан: соблюдать трудовое законодательство и иные нормативные правовые акты, содержащие нормы трудового права, локальные нормативные акты, условия коллективного договора, соглашений и трудовых договоров.

По правилам статьи 189 Трудового кодекса Российской Федерации дисциплина труда - обязательное для всех работников подчинение правилам поведения, определенным в соответствии с названным Кодексом, иными федеральными законами, коллективным договором, соглашениями, трудовым договором, локальными нормативными актами организации (часть 1).

В силу статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации за совершение дисциплинарного проступка, то есть неисполнение или ненадлежащее исполнение работником по его вине возложенных на него трудовых обязанностей, работодатель имеет право применить дисциплинарное взыскание, в том числе объявить замечание, наложить выговор или произвести увольнение по соответствующим основаниям. При наложении дисциплинарного взыскания должны учитываться тяжесть совершенного проступка и обстоятельства, при которых он был совершен.

Статьей 193 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что до применения дисциплинарного взыскания работодатель должен затребовать от работника письменное объяснение. Если по истечении двух рабочих дней указанное объяснение работником не предоставлено, то составляется соответствующий акт.

Непредоставление работником объяснения не является препятствием для применения дисциплинарного взыскания.

Дисциплинарное взыскание применяется не позднее одного месяца со дня обнаружения проступка, не считая времени болезни работника, пребывания его в отпуске, а также времени, необходимого на учет мнения представительного органа работников.

Приказ (распоряжение) работодателя о применении дисциплинарного взыскания объявляется работнику под роспись в течение трех рабочих дней со дня его издания, не считая времени отсутствия работника на работе. Если работник отказывается ознакомиться с указанным приказом (распоряжением) под роспись, то составляется соответствующий акт.

Согласно пункту 35 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» при рассмотрении дела об оспаривании дисциплинарного взыскания следует учитывать, что неисполнением работником без уважительных причин является неисполнение трудовых обязанностей или ненадлежащее исполнение по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей (нарушение требований законодательства, обязательств по трудовому договору, правил внутреннего трудового распорядка, должностных инструкций, положений, приказов работодателя, технических правил и т.п.).

Как разъяснено в пункте 53 постановления Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 17.03.2004 № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», обстоятельством, имеющим значение для правильного рассмотрения дел об оспаривании дисциплинарного взыскания или о восстановлении на работе и подлежащим доказыванию работодателем, является соблюдение им при применении к работнику дисциплинарного взыскания вытекающих из статей 1, 2, 15, 17, 18, 19, 54 и 55 Конституции Российской Федерации и признаваемых Российской Федерацией как правовым государством общих принципов юридической, а следовательно и дисциплинарной, ответственности, таких как справедливость, равенство, соразмерность, законность, вина, гуманизм. В этих целях работодателю необходимо представить доказательства, свидетельствующие не только о том, что работник совершил дисциплинарный проступок, но и о том, что при наложении взыскания учитывались тяжесть этого проступка и обстоятельства, при которых он был совершен (часть пятая статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации), а также предшествующее поведение работника, его отношение к труду.

В соответствии с частью 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ) каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований или возражений.

Согласно пунктам 4.1.1, 4.1.5, 4.1.7 трудового договора, заключенного между ФИО15 и ответчиком, работодатель имеет право: требовать от работника добросовестного выполнения обязанностей, возложенных на него Должностной инструкцией и Договором, Правилами внутреннего трудового распорядка, другими локальными нормативными актами Работодателя; привлекать Работника к дисциплинарной и материальной ответственности в порядке, установленном законодательством РФ; принимать локальные нормативные акты по направлению деятельности и касающиеся работы работника.

Пунктом 1.4 трудового договора работнику устанавливаются должностные обязанности в соответствии с должностной инструкцией, с которой работник был ознакомлен до приема на работу.

Пунктами 3.1.2, 3.1.6 заключенного с истцом трудового договора предусмотрено, что работник имеет право на: предоставление ему работы, обусловленной Договором; защиту своих трудовых прав, свобод и законных интересов всеми не запрещенными законом способами.

Согласно разделу 3.2. трудового договора, работник обязан: добросовестно исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него договором, должностной инструкцией, другими локальными нормативными актами и распорядительными документами работодателя; соблюдать действующее трудовое законодательство и локальные нормативные акты Работодателя, в том числе Правила внутреннего трудового распорядка; своевременно и точно исполнять распоряжения Работодателя и/или непосредственного руководителя (лица, его замещающего), устанавливаемые в устной или письменной форме.

Пунктами 3.2.11, 3.2.12 трудового договора установлено, что работник обязан осуществлять функции по обеспечению антитеррористической защищенности и охраны объектов заказчиков, с которыми заключены договоры на оказание услуг физической охраны; своевременно обнаруживать и пресекать любые посягательства на целостность и безопасность охраняемых объектов топливно-энергетического комплекса, в том числе противоправные действия (бездействия), связанные с попыткой совершения террористического акта, или покушение на совершение (далее - акты незаконного вмешательства). В этих целях: постоянно наблюдать за территорией, находящейся вблизи охраняемого объекта, а также за работниками охраняемого объекта подрядных организаций, выполняющих работы на его территории; выявлять вблизи охраняемого объекта, а также внутри охраняемого периметра признаки подготовки совершения диверсионно-террористических актов; выявлять несанкционированную фото и видео съемку объектов, фиксировать факты наблюдения за объектами.

Пунктом 3.2.14 трудового договора установлено, что работник обязан предупреждать и пресекать диверсионно-террористические акты (акты незаконного вмешательства) в отношении охраняемого объекта. В этих целях не допустить: незаконное проникновение на охраняемый объект (путем прохода, проезда, преодоления периметрального ограждения и со стороны водных акваторий), незаконное проникновение в локальные охраняемые зоны объекта заказчика, пронос (провоз) на охраняемый объект вооружения, взрывчатых веществ, самодельных взрывных устройств и их элементов.

В соответствии с пунктом 1.3 должностной инструкции <данные изъяты> отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии, утвержденной <дата>, с которой истец ознакомлен <дата>, <данные изъяты> выполняет задачу по охране и обороне порученного ему поста, а также обеспечивает контрольно-пропускной и внутриобъектовый режим.

Контролер в своей работе руководствуется правилами внутреннего распорядка, Конституцией РФ, Федеральным законом от 14.04.1999 № 77-ФЗ «О ведомственной охране», приказом ФГУП «Охрана» Росгвардии от <дата><номер>, Федеральным законом от 13.12.1996 № 150-ФЗ «Об оружии», внутренними приказами, федеральными законами российской Федерации, приказами ФГУП «Охрана» Росгвардии, нормативными актами МВД России, приказами, распоряжениями, указаниями ЦООТЭК (филиал) и настоящей инструкцией (п. 1.4).

Согласно п. 2.1 должностной инструкции, <данные изъяты> в числе прочего, обязан: бдительно охранять пост, продвигаясь по указанному маршруту и находясь в указанном в табеле постам месте внимательно осматривать подступы к посту, ограждение и докладывать по средствам связи о ходе несения службы в установленные табелем поста сроки.

Согласно п. 3.1. должностной инструкции, <данные изъяты> имеет право: требовать от работников, должностных лиц охраняемых объектов и других граждан соблюдения пропускного и внутриобъектового режима; проверять на охраняемых объектах у лиц документы, удостоверяющие их личность, а также документы, дающие право на выход (выход) лиц, въезд (выезд) транспортных средств, внос (вывоз), ввоз (вывоз) имущества на охраняемые объекты и с охраняемых объектов, производить досмотр.

Также в должностной инструкции имеется примечание, в котором указано: «Особые обязанности на каждый пост отражены в табеле постам».

Табелем постам караула <номер> команды отдела по Мурманской области ЦОО ТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии по охране Нива ГЭС-3 Каскада Нивских ГЭС филиала «Кольский» ПАО «ТГК-1», установлены особые обязанности постового в отношении 6 постов, в том числе поста <номер> (критический элемент ГЭС-3 трансформаторная подстанция). Как указано в табеле постам, пост <номер> является подвижным с функциями по допуску и досмотру людей, внутренний, суточный, с 09.00 до 09.00. В табеле прописаны особые обязанности постового на данном посту, в том числе контролер обязан:

- осуществлять контроль прохода работников ГЭС-3 и подрядчиков на трансформаторную подстанцию исключительно по списку, список сверять с представленными пропусками;

-при проверке пропусков сличать фотографию с личностью предъявителя пропуска. При обнаружении несоответствия фотографии с личностью предъявителя, пресечь попытку несанкционированного прохода на территорию трансформаторной подстанции, доложить начальнику караула и принять меры к изъятию пропуска и задержанию;

- осуществлять осмотр вносимого личного имущества (сумки, портфели, дипломаты и т.д.);

- при несении суточного дежурства на посту по допуску на трансформаторную площадку ГЭС-3 осуществлять наблюдение за лестничной площадкой и вестибюлем административного здания ГЭС-3. При обнаружении бесхозных сумок, пакетов, свертков или подозрительных предметов немедленно докладывать начальнику караула и действовать по его указанию;

- при обнаружении подозрительных лиц, лиц, нарушающих пропускной и внутриобъектовый режим, немедленно докладывать начальнику караула и действовать по его указанию;

- при нападении на постового или пост принять решительные действия к отражению нападения с использованием БРСО, специальных средств и физической силы в зависимости от развития обстановки;

- предотвращать любые попытки проникновения посторонних лиц на территорию трансформаторной площадки ГЭС-3, незаконного выноса материальных ценностей;

- строго соблюдать меры личной безопасности при несении службы на посту и правила обращения с оружием и со специальными средствами.

Приказом Каскада Нивских ГЭС филиала «Кольский» ПАО «ТГК-1» от <дата><номер> утверждена Инструкция о пропускном и внутриобъектовом режимах на Каскаде Нивских ГЭС филиала Кольский ПАО «ТГК-1» (И <номер>), согласованная с начальником отдела по Мурманской области ЦОО ТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии, которая определяет систему правовых охранных мероприятий, устанавливающих разрешающий порядок прохода (проезда), перемещения товарно-материальных ценностей на (с) территорию и (объекта), порядок поведения на территории объекта и ответственности за несоблюдение установленных требований на объектах КНГЭС. Ответственность за организацию пропускного и внутриобъектового режима, контроль его исполнения, обеспечение мероприятий по соблюдению требований пропускного режима возложены на помощника директора по корпоративной защите Каскада Нивских ГЭС, практическое осуществление пропускного режима - на начальника команд <номер>, <номер> (на Нива ГЭС-3), <номер>,<номер>,<номер> отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии.

Пунктом 3.1 указанной инструкции установлен порядок допуска на территорию критических элементов персонала КНГЭС, согласно которому допуск персонала на критические элементы осуществляется согласно списку лиц, допущенных для прохода на территорию трансформаторной подстанции, утвержденному главным инженером Каскада Нивских ГЭС и переданного начальнику караула. Для осуществления прохода на территорию объекта: персоналу, работникам подрядных организаций необходимо прибыть к начальнику караула, предъявить пропуск, для проверки личности прибывшего; начальнику караула проверить личность прибывшего со списком допущенных работников, наличие и правильность оформления служебной записки для прохода лиц на служебную территорию критического элемента, контролёру произвести запись о допуске на территорию критического элемента в Журнале регистрации лиц, допущенных на территорию соответствующего критического элемента. Начальнику караула направить караульного для проведения осмотра лиц, допущенного на территорию критического элемента, зарегистрированных в журнале, караульный направляется к входу на территорию критического элемента, производит осмотр личных вещей допущенных в соответствии с инструкцией ПВР и допускает на территорию критического элемента.

Пунктом 123 Положения по организации охраны объектов топливно-энергетического комплекса военизированными и сторожевыми подразделениями Центра охраны объектов топливно-энергетического комплекса (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии, утвержденного приказом ФГУП «Охрана» Росгвардии от <дата><номер>, определены обязанности <данные изъяты>: бдительно охранять пост; не отвлекаться, не выпускать из рук и никому не передавать оружие и специальные средства, включая лиц, которым он подчинен; продвигаясь по указанному маршруту или находясь с указанном в табеле постам месте, внимательно осматривать подступы к посту, ограждение и докладывать по средствам связи о ходе несения службы в установленном табелем поста сроки.

Для проведения служебной проверки по фактам нарушений, указанных в претензии ПАО «ТГК-1» по результатам проведенных учений в команде <номер> отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии, приказом начальника отдела от <дата><номер>-ОД создана комиссия по служебной проверке, в состав которой включены: председатель комиссии – и.о. заместителя начальника отдела по службе ФИО3, члены комиссии - специалист по охране труда ФИО4, старший специалист по кадрам ФИО5

В ходе проведения служебной проверки комиссией рассмотрены материалы: претензия заказчика от <дата> по факту ненадлежащего исполнения договорных обязательств, служебная записка начальника военизированной команды <номер> ФИО1 и помощника директора по корпоративной защите Каскада Нивских ГЭС филиала «Кольский» ПАО ТГК-1 ФИО2, объяснения ФИО15 и начальников караулов военизированной команды <номер> ФИО6 и ФИО7, а также ведомственные локальные нормативные акты, в соответствии с которыми контролеры ВОХР осуществляют свои должностные обязанности.

Проверкой установлено, что ФИО15, <дата> находясь на посту <номер> по охране критического элемента станции, при проведении заказчиком по договору тактико-специального учения при совершении (угрозе совершения) акта незаконного вмешательства, будучи ознакомленным с проведением тактико-специального учения, в нарушение своих должностных обязанностей контролера ВОХР команды <номер>, предусмотренных: п. 123 Приказа ФГУП «Охрана» Росгвардии <номер> от <дата>, п. 1.3. должностной инструкции <данные изъяты> отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиала) ФГУП «Охрана» Росгвардии, п. 3.1 «Инструкции о пропускном и внутриобъектовом режиме на Каскаде Нивских ГЭС филиала «Кольский» ПАО ТГК-1 И <номер>, Табеля постам караула команды <номер> отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии по охране Нива ГЭС-3 Каскада Нивских ГЭС не потребовал у работников станции пропуска, разрешающие им допуск на трансформаторную подстанцию, не произвел осмотр вносимого ими личного имущества (сумки, портфели, дипломаты и т.д.), что в итоге позволило условному нарушителю беспрепятственно осуществить несанкционированный проход на охраняемую территорию и пронести муляж взрывного устройства на критический элемент.

По результатам проведенного служебного расследования комиссией составлено письменное заключение от <дата>, содержащее вывод о том, что ФИО15 заслуживает привлечения к дисциплинарной ответственности за допущенные нарушения; учитывая, что на момент проведения служебного расследования ФИО15 не имеет действующих взысканий и допущенные им нарушения не повлекли за собой тяжких последствий, комиссия рекомендовала применить к ФИО15 дисциплинарное взыскание в виде <данные изъяты>, заключение утверждено <дата> начальником отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии.

ФИО15 ознакомлен с заключением по материалам служебного расследования <дата>.

По результатам проведенной на основании претензии заказчика служебной проверки, приказом начальника отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии от <дата><номер>/л «О применении дисциплинарного воздействия» за ненадлежащее исполнение трудовых обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией контролера, нарушение требований п. 123 Приказа ФГУП «Охрана» Росгвардии <номер> от <дата>, п. 3.1 Инструкции о пропускном и внутриобъектовом режиме на каскаде Нивских ГЭС филиала «Кольский» ПАО ТГК -1 И <номер>, Табеля постам караула команды <номер> отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии по охране Нива ГЭС-3 Каскада Нивских ГЭС, выразившихся в том, что <дата> ФИО15, находясь на посту <номер> по допуску и досмотру людей при проходе на критический элемент стации, не потребовал у работников станции, следовавших на территорию трансформаторной подстанции документы, разрешающие им допуск, не произвел досмотр личных вещей, что в итоге позволило им беспрепятственно осуществить несанкционированный проход на охраняемую территорию и произвести закладку муляжа взрывного устройства, к <данные изъяты> команды военизированной охраны <номер> ФИО15 применено дисциплинарное взыскание в виде <данные изъяты>.

Истец полагает, что указанный приказ является незаконным, ссылаясь на то, что в нем нет ссылки на нарушение трудовых обязанностей, обусловленных трудовых договором; на отсутствие у него возможности осуществить проверку документов и вещей у условных нарушителей, которые быстро пробежали мимо его поста и не предъявили документы и сумку к досмотру; выполнение им обязанности по уведомлению начальника караула о несанкционированном проходе лиц на критический элемент, а также на то, что условные нарушители должны были быть задержаны на центральном входе на территорию ГЭС, однако, к ответственности привлекли только его.

Согласно пояснениям ФИО15, данными в ходе проведения служебной проверки, <дата> в 09 час. он заступил в караул по охране ГЭС Нива на пост <номер>, перед заступлением на службу начальники караулов ФИО7 и ФИО6 довели до него, что в этот день будут проводиться учения. В период с 09.05 до 09.10 по радиостанции он слышал информацию о проводимых учениях. Примерно в 9.10 мимо поста <номер> быстрым шагом к двери критического объекта прошли три работника ГЭС, имеющие туда допуск. В 09.15 они вышли из этой двери. Ему стало ясно, что в рамках учений (тренировки) они пронесли туда объект поиска. Указал, что возможностей для досмотра указанных лиц у него не было, так как в нарушение внутриобъектового режима работники ГЭС действовали умышленно, не предоставили для осмотра переносимые предметы и пропуска. На данном посту не оборудовано место для пропуска работников, отсутствует видеокамера, а также искусственные препятствия для противодействия беспрепятственному доступу. Также отметил, что к данному критическому элементу, кроме этого прохода, есть еще неохраняемые входы-выходы, что сводит к бесполезности охрану всего критического элемента. О том, что на критический элемент работники ГЭС в рамках учений внесли искомый предмет, он сообщил посредством радиосвязи начальнику караула ФИО7. Помещение поста <номер> имеет маленькое окно, через которое своевременно невозможно заметить приближение к посту людей, а в целях личной безопасности он запирает дверь в помещение поста изнутри, помещение поста находится в непосредственной близости, около 2 метров рядом с дверью к критическому элементу.

В судебном заседании установлено, что на территории ГЭС, за основными воротами, стоит административное здание, в котором расположен пост <номер>, который охраняет вход к критическому элементу – трансформаторной подстанции, при этом входить в здание могут все лица, которые вошли на территорию ГЭС через основные ворота по пропускам, а через пост <номер> для прохода к критическому элементу (трансформаторной подстанции) могут входить только лица, имеющие специальный пропуск на данный критический элемент. Список этих людей имеется у <данные изъяты>.

Пост <номер> расположен на расстоянии 10-15 метров от входа в административное здание, к нему после фойе ведет коридор, сам пост представляет собой небольшое закрытое помещение (бывшая касса), расположенное на расстоянии 2 метров от двери к критическому элементу (трансформаторной подстанции), который и является объектом охраны, дверь для прохода к нему закрыта на ключ. Само помещение для <данные изъяты> имеет небольшое окно, <данные изъяты> несет службу с оружием, имеет при себе рацию, также имеется переносная тревожная кнопка.

В судебном заседании ФИО15 указал, что <дата> на инструктаже, который проводит командир отряда ФИО1 с 08.00, он не присутствовал, так как приходит на работу в 08.30, однако в комнате заряжания оружия перед уходом на пост начальник караула ФИО7 сказал ему о том, что сегодня будут проводиться учения. Считает, что устное ознакомление о проведении учения является ненадлежащим ознакомлением, так как с самим приказом о проведении учения в письменном виде его не ознакомили. Подтвердил, что не проверил у трех работников, которых визуально знал как работников станции, пропуска и сумку, так как они бегом пробежали мимо его поста и, открыв дверь своим ключом, вошли в помещение критического элемента. Когда они через несколько минут вышли без сумки, он понял, что они занесли муляж, в связи с чем по рации сообщил об этом начальнику караула ФИО8 и записал данные лиц в Журнал.

Будучи допрошенным в судебном заседании в качестве свидетеля, ФИО9 показал, что начальник команды ФИО1 проводила инструктаж <дата> с 08.10 до 08.30, ФИО15 прибыл на службу в 08.30. В комнате заряжения и разряжения оружия он сообщил ФИО15, что сегодня будет тренировка, проинструктировал, как надо действовать – быть одетым в бронежилет, каску, выйти из комнаты и смотреть, что происходит на посту. На что ФИО15 ответил, что «за зарплату уборщицы прыгать, бегать не собирается». Тренировка началась, через некоторое время он получил сообщение от руководителя учений ФИО2 о проникновение нарушителей на охраняемый объект и дал команду «Караул, в ружье», сообщал ли ему ФИО15 о проносе сумки через его пост, не помнит. О том, что сумка с муляжом взрывного устройства была пронесена через <данные изъяты> пост, узнал при разборе тренировки. Аналогичные показания в части инструктажа и отношения ФИО15 к проведению учений дал в судебном заседании свидетель начальник караула ФИО6

Согласно служебной записке ФИО1 от <дата>, ей стало известно о дате проведения учений <дата> путем ознакомления с соответствующим приказом директора КНГЭС, на утреннем инструктаже с заступающим караулом <дата> она довела приказ о проведении ТСУ, были рассмотрены варианты развития событий, даны указания конкретных действий на каждом посту. Начальники караулов ФИО6 и ФИО7 сообщили ей о том, что в комнате заряжания оружия ФИО15 сказал, что «…За заплату уборщицы я прыгать не буду, и знаю, что подставлю начальницу». Так как она не знала о времени и месте закладки условного взрывного устройства, то заменить ФИО15 другим <данные изъяты> не представилось возможным. В 09.00 ФИО15 заступил на пост <номер> по охране критического элемента. В 09.20 помощник директора по корпоративной защите ФИО10 по телефону дал вводную «Условное ВУ на объекте», начальник караула ФИО7 по рации дал команду «Караул, в ружье», доложил по списку оповещения, пост <номер> КПП был заблокирован, эвакуация персонала проходила через центральные ворота. От помощника директора ФИО2 она узнала, что через пост <номер> на трансформаторную площадку было пронесено взрывное устройство одним из работников объекта, которого постовой не остановил и не досмотрел. По итогам тренировки караул с задачей не справился.

Согласно докладной записке помощника директора по корпоративной защите КНГЭС ФИО2, который руководил проведением тактико-специального учения, в целях исполнения замысла учения были определены условные нарушители, сотрудники ЭМЦ-1: ФИО11, ФИО12 и ФИО13, которым был предоставлен муляж самодельного взрывного устройства (далее - сву). На первом этапе учения один из нарушителей осуществил заброс муляжа сву через ограждение охраняемого периметра, однако контролер поста <номер> заметил этот факт и муляж сву был доставлен в здание ГЭС. Далее условные нарушители ФИО11, ФИО12 и ФИО13 с муляжом сву, укрытым в сумке с инструментами, прошли на критический элемент через входные двери, находящиеся под наблюдением контролёра поста по охране критического элемента (пост <номер>) и установили муляж сву, тем самым осуществив акт незаконного вмешательства (условно).

Таким образом, материалами служебной проверки достоверно установлено, что <данные изъяты> поста <номер> ФИО15 <дата> допустил беспрепятственный проход через свой пост в помещение критического элемента работников КНГЭС, которые пронесли с собой муляж взрывного устройства, при этом ФИО15 в нарушение своих должностных обязанностей не проверил у указанных работников пропуска на доступ на трансформаторную подстанцию, и не осуществил досмотр имевшейся у них сумки.

Кроме того, факт проноса муляжа СВУ на критический элемент через пост <номер> в отсутствие какого-либо противодействия этому контролером поста ФИО15, подтверждается документами, представленными суду КНГЭС и показаниями свидетелей, допрошенных в судебном заседании.

Так, из служебной записки мастера ЭМЦ-1 КНГЭС ФИО11 следует, что <дата> проводились учения по закладке самодельного взрывного устройства на критические элементы ГЭС-3. По просьбе помощника директора по корпоративной защиты КНГЭС, заместитель начальника цеха ЭМЦ-1 ФИО14 поручил ему и двум электрослесарям (ФИО12 и ФИО13) пройти через пост охраны <номер> в распределительное устройство с сумкой с инструментом, в которой находился муляж предоставленного им самодельного взрывного устройства. Он, ФИО12 и ФИО13 беспрепятственно вошли в распределительное устройство через пост охраны <номер>, на посту охраны реакции никакой не последовало.

Будучи допрошенным в судебном заседании в качестве свидетеля ФИО11, работник КНГЭС, показал, что по просьбе помощника директора по корпоративной защите принимал участие <дата> в тренировке, попросил двух своих подчиненных взять самодельное взрывное устройство и положить в сумку с инструментами. Так как подчиненные не имеют права самостоятельно заходить в распределительное устройство, то он пошел с ними. Втроем они прошли в административное здание, спокойным шагом прошли от входа в здание до двери в распредустройство (часть критического элемента), открыли дверь ключом и беспрепятственно вошли внутрь. При этом контролер их документы и сумку не проверял, самого контролера он не видел, дверь в помещение поста была закрыта, контролер им ничего не говорил. В помещении критического элемента они провели около 3 минут, оставили сумку посередине помещения распредустройства, и вышли из помещения, при выходе контролер к ним также не вышел, их не останавливал.

Аналогичные показания в части беспрепятственного доступа к распределительному устройству через пост <номер> дал свидетель ФИО13, который вместе с ФИО11 выполнял роль условного нарушителя, также отметив, что через здание и пост они прошли спокойным шагом, не бежали, в руках была сумка с инструментами, в которой лежало сву. Он видел контролера в окне поста охраны, но контролер к ним не вышел, предъявить документы или сумку не просил, по выходу из критического элемента, где они были около 5 минут, контролер также не вышел с помещения поста.

Свидетель ФИО2, помощник директора КНГЭС по корпоративной защите, в судебном заседании показал, что к проведению тренировки им были привлечены сотрудники КНГЭС, на втором этапе тренировки им был передан муляж сву, который они положили в сумку с инструментами и три сотрудника прошли через пост охраны <номер> и пронесли взрывное устройство на критический элемент, при этом охрана не предприняла никаких мер для предупреждения и пресечения проноса. Отметил, что сотрудники охранного предприятия должны обладать только общей информацией о проведении тренировки, план проведения учений, конкретные вводные до сотрудников не доводятся. Пояснил, что если бы контролер действительно сообщил начальнику караула о проносе взрывного устройства, то согласно инструкции начальник караула должен был доложить ему, как руководителю тренировки об этом, однако такой информации не поступило. Сообщение о проносе взрывного устройства он получил от условных нарушителей, т.е. сотрудников станции, которые осуществили пронос муляжа.

Принимая решение суд учитывает, что факт того, что <дата><данные изъяты> ФИО15 в нарушение своих должностных обязанностей, предусмотренных п.п. 1.4, 3.2, 3.2.11, 3.2.12, 3.2.14 трудового договора, п.п. 1.3, 2.1, 3.1 должностной инструкции <данные изъяты> отдела по Мурманской области ЦООТЭК (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии, п.123 Положения по организации охраны объектов топливно-энергетического комплекса военизированными и сторожевыми подразделениями Центра охраны объектов топливно-энергетического комплекса (филиал) ФГУП «Охрана» Росгвардии, п. 3.1. Инструкции о пропускном и внутриобъектовом режиме на КНГЭС и особых обязанностей, отраженных в табеле постам караула команды <номер> к посту <номер> не потребовал у работников станции, следовавших на территорию трансформаторной подстанции документов, разрешающих им допуск, и не произвел досмотр личных вещей, что в итоге позволило им беспрепятственно осуществить несанкционированный проход на охраняемую контролером территорию трансформаторной подстанции и произвести закладку муляжа взрывного устройства, подтверждаются материалами служебной проверки, указанные нарушения истцом не оспариваются.

Проанализировав названные выше обстоятельства, учитывая, что при разбирательства дела в суде установлено, что применение дисциплинарного взыскания связано с нарушением трудовой дисциплины, а именно ненадлежащем исполнении по вине работника возложенных на него трудовых обязанностей, предусмотренных трудовым договором, должностными инструкциями и локальными актами работодателя по осуществлению функций по обеспечению антитеррористической защищенности и охраны объектов заказчика, охране и обороне порученного поста, обеспечения контрольно-пропускного и внутриобъектового режима, суд приходит к выводу, что в ходе служебной проверки установлены достаточные основания для применения к ФИО15 меры дисциплинарного взыскания в виде замечания.

Доводы истца о том, что приказ о проведении тактико-специального учения издан другой организацией, в которой он не работает (филиал «Кольский «ПАО ТГК-1») и поэтому он не обязан его исполнять, суд отклоняет, поскольку в заключённом между ПАО «ТГК-1» и ответчиком договоре на оказание услуг по физической охране производственных объектов филиала «Кольский» ПАО «ТГК-1» от <дата> прямо предусмотрено, что исполнитель принимает на себя обязательства по оказанию услуг по физической охране производственных объектов филиала «Кольский», в числе которых предусмотрено участие (по обращению заказчика) в учениях и тренировках, проводимых органами исполнительной власти или руководством заказчика на территории объектов.

Доводы ФИО15 о том, что информацию о проведении учений он считает представленной ему ненадлежащим образом, поскольку он не был ознакомлен с письменным распоряжением о проведении тактико-специального учения, поэтому каких-либо дополнительных мер к надлежащему несению караула не принимал, суд также отклоняет, поскольку начальник караула уведомил ФИО15 о проведении тренировки и проинструктировал о том, как надо действовать в соответствии с инструкциями, каких-либо специальных действий учение от <данные изъяты> не требовало, кроме усиления бдительности ввиду потенциальной возможности проноса взрывных устройств в ходе тренировки через любой пост и исключения эксцессов, связанных с возможным задержанием условных нарушителей.

Доводы ФИО15 о том, что в силу расположения поста он не может видеть людей, идущих от входа в здание до его поста, суд признает несостоятельными, так как в помещении поста имеется окно, через которое видно подходящих к посту людей, соответственно, контролер имеет возможность предложить им предъявить свои документы и вещи к осмотру. Однако, в данном случае, как следует из показаний свидетелей ФИО11 и ФИО13, <данные изъяты> не окликнул проходивших мимо поста трех условных нарушителей, не предложил им представить пропуска и не вышел из помещения поста, чтобы проверить их сумку. При этом суд отмечает, что от поста до входа в критический элемент имеется расстояние 2 метра, дверь к критическому элементу была закрыта на замок, который один из условных нарушителей открыл своим ключом, что свидетельствует о достаточности времени для того, чтобы контролер мог либо выйти из помещения поста при их приближении, либо обратиться к ним через окно с вопросом о предоставлении документов.

Также в судебном заседании не подтвердились доводы истца о том, что условные нарушители пробежали через холл и коридор и он не успел ничего предпринять, поскольку свидетели ФИО11 и ФИО13 указали, что прошли все расстояние спокойным шагом.

Кроме того, <данные изъяты> ФИО15 при заступлении в караул находился при исполнении своих должностных обязанностей, которые установлены должностной инструкцией <данные изъяты> и конкретизированы табелем поста, который прямо предписывает <данные изъяты> поста <номер> при несении суточного дежурства на посту по допуску на трансформаторную площадку осуществлять наблюдение за лестничной площадкой и вестибюлем административного здания ГЭС-3, что свидетельствует о том, что <данные изъяты> не должен постоянно находиться в закрытом помещении поста, поскольку тем самым обязанности <данные изъяты> практически нивелируются, а должен принимать меры к осмотру прилегающей к посту территории, о чем также указано в п. <дата> трудового договора, предусматривающей обязанность <данные изъяты> постоянно наблюдать за территорией, находящейся вблизи охраняемого объекта.

При этом суд учитывает, что ФИО15, увидев, что в помещении критического элемента прошли трое лиц, которые в нарушение Инструкции о пропускном режиме не предъявили ему пропуска, а он, как указывает, не успел их потребовать и проверить сумку, не окликнул их, не воспользовался кнопкой тревожной сигнализации и не сообщил незамедлительно о несанкционированном проходе через пост к критическому элементу начальнику караула, а сделал это, по его словам, только после того, как указанные лица вышли из критического элемента уже без сумки, при этом не осуществил никаких попыток предотвращения доступа лиц на территорию трансформаторной подстанции, после их прохода продолжал оставаться в помещении поста, мотивировав это необходимостью личной безопасности.

Позицию ФИО15 о том, что именно условные нарушители являются нарушителями Инструкции о пропускном режиме, а не он, поскольку работники обязаны самостоятельно предъявить ему пропуск и сумки, суд признает неправильной, поскольку указанные лица были привлечены к проведению организованного КНГЭС в соответствии с установленными правилами тактико-специального учения и выполняли свои роли условных нарушителей по проносу запрещенного предмета, в то время как <данные изъяты> ФИО15 находился при исполнении своих должностных обязанностей, которые установлены должностной инструкцией и конкретизированы табелем поста, который прямо предписывает <данные изъяты> поста <номер> при несении суточного дежурства на посту по допуску на трансформаторную площадку осуществлять контроль прохода работников на трансформаторную подстанцию исключительно по списку и осуществлять осмотр вносимого личного имущества, предотвращать любые попытки проникновения посторонних лиц на территорию трансформаторной подстанции.

Доводы ФИО15 о том, что условные нарушители с муляжом сву должны были быть задержаны на главном входе на территорию ГЭС, так как его пост уже находится внутри территории ГЭС, а к ответственности привлекли только его, суд признает не относящимися к делу, поскольку каждый из работников охранной организации несет свои должностные обязанности на отдельном посту и отвечает за их исполнение. Кроме того, из представленных документов следует, что контролер поста <номер> обнаружил муляж всу, который был переброшен через центральный периметр, после чего начался второй этап тренировки.

Доводы истца о том, что в связи с длительными неприязненными отношениями между ним и начальником команды ФИО1, она специально поставила его на пост <номер> и просила руководителя учений пронести взрывчатое устройство именно через этот пост, суд отклоняет, поскольку данный довод истцом ничем не подтвержден, является его субъективным мнением. При этом суд принимает во внимание, что из докладной записки ФИО1 следует, что она была ознакомлена только с приказом о проведении тактико-специального учения, однако не знала, когда и на каком посту будет попытка проноса сву, а допрошенный в судебном заседании руководитель учения ФИО2 показал, что ему неизвестно о наличии конфликтов между работниками охраны, ФИО1 никакого отношения к проведению и подготовке плана учения не имеет, где планировался пронос всу, ей не было известно.

Также не свидетельствует о незаконности или несправедливости наказания указанный истцом факт того, что к охраняемому критическому элементу имеются другие проходы, которые не охраняются, поскольку в данном случае достоверно установлено, что муляж сву пронесен именно через пост <номер>, при этом истцом не осуществлены действия по проверке пропусков и досмотре сумки условных нарушителей.

Доводы истца об отсутствии в его действиях нарушений и незаконности привлечения в связи с этим к дисциплинарной ответственности, мотивированные тем, что остановить условных нарушителей он не мог в силу того, что находился в закрытом помещении поста и не успел выйти, но при этом в соответствии с инструкцией внес ФИО лиц, которые прошли на критический элемент в соответствующий Журнал и после их выхода из критического элемента без сумки сообщил об этом по рации начальнику караула, суд признает несостоятельными, поскольку <данные изъяты> обязан бдительно охранять свой пост (п. 123 Приказа ФГУП «Охрана» Росгвардии <номер> от <дата>), предупреждать и пресекать диверсионно-террористические акты и в этих целях не допустить незаконное проникновение на охраняемый объект (путем прохода, проезда) и локальные охраняемые зоны, пронос (провоз) на охраняемый объект вооружения, взрывчатых веществ, самодельных взрывных устройств и их элементов (п. 3.2.14 трудового договора), в связи с чем выполнение им обязанности по внесению указанных лиц в Журнал не снимает с него ответственности за неисполнение обязанностей по не осуществлению проверки пропусков и досмотру сумки.

Довод истца о том, что оспариваемый приказ является незаконным, так как в нем не указано на нарушение конкретных трудовых обязанностей, обусловленных трудовым договором, суд отклоняет, поскольку в силу ч. 2 ст. 21 Трудового кодекса Российской Федерации работник обязан исполнять свои трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором. Согласно п. 1.4 трудового договора, работнику устанавливаются должностные обязанности в соответствии с должностной инструкцией, с которой работник был ознакомлен до приема на работу, т.е. с должностной инструкцией контролера, которая, в свою очередь устанавливает, что особые обязанности на каждый пост отражены в табеле постам. Пунктом 3.2.2 трудового договора, заключенного с ФИО15, установлено, что работник обязан добросовестно исполнять трудовые обязанности, возложенные на него трудовым договором, должностной инструкцией, другими локальными актами нормативными актами и распорядительными документами работодателя. В оспариваемом приказе указано на неисполнение истцом трудовых обязанностей, предусмотренных должностной инструкцией контролера, требований Приказа ФГУП «Охрана» Росгвардии <номер> от <дата>, Инструкции о пропускном и внутриобъектовом режиме каскада Нивских ГЭС, а также Табеля постам караула команды <номер> отдела по Мурманской области ЦОО ТЭК (филиала) ФГУ «Охрана» Росгварии.

Порядок применения к истцу дисциплинарного наказания ответчиком соблюден, так как перед изданием приказа была проведена служебная проверка и по ее результатам составлено заключение, письменные объяснения по факту вменяемого истцу нарушения ответчиком истребованы и получены, сроки применения дисциплинарного взыскания соблюдены.

Истцом порядок проведения в отношении него служебной проверки, порядок привлечения его к дисциплинарной ответственности, не оспаривались.

При применении к ФИО15 дисциплинарного взыскания учтены тяжесть совершенного им дисциплинарного проступка, степень его вины, обстоятельства, при которых был совершен дисциплинарный проступок, предшествующие результаты исполнения им своих должностных обязанностей, привлечен к самому мягкому виду взыскания – <данные изъяты>.

Порядок и сроки привлечения ФИО15 к дисциплинарной ответственности при вынесении приказа от <дата><номер>/л работодателем соблюдены.

Приказ о применении дисциплинарного взыскания содержит указание на допущенные истцом нарушения должностных обязанностей, ссылку на заключение служебной проверки.

Анализируя установленные по делу обстоятельства по отдельности и в совокупности, применяя указанные нормы права, суд приходит к выводу, что решение о привлечении ФИО15 к дисциплинарной ответственности было принято по результатам служебной проверки, заключением которой установлено, что в нарушение должностной инструкции <данные изъяты> в ходе проведения учения <данные изъяты> поста <номер> ФИО15 не осуществил контроль прохода работников станции на охраняемый им критический элемент ГЭС-3, не запросил для проверки пропуска работников, не произвел осмотр вносимого личного имущества, что позволило работникам станции (условным нарушителям) беспрепятственно осуществить проход на дополнительно охраняемый критический элемент ГЭС - 3 и произвести закладку муляжа взрывного устройства, тем самым установлен факт ненадлежащего исполнения им трудовых обязанностей, что в силу статьи 192 Трудового кодекса Российской Федерации квалифицируется как дисциплинарный проступок, за совершение которого работодатель вправе применять меры дисциплинарного взыскания. С учетом обстоятельств, при которых совершен проступок, степени вины истца, тяжести проступка работодатель правомерно принял решение о применении к ФИО15 дисциплинарного взыскания в виде <данные изъяты>.

Суд признает соразмерность примененного вида взыскания требованиям ст. 192 Трудового кодекса Российской Федерации и пункта 53 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса РФ», а также таким принципам дисциплинарной ответственности как справедливость, равенство, законность, соразмерность, вина, гуманизм.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что со стороны ФИО15 имело место нарушение возложенных на него должностных обязанностей, в связи с чем он был правомерно привлечен к дисциплинарной ответственности на основании оспариваемого приказа работодателя, в связи с чем требование истца о признании приказа от <дата><номер>-л незаконным и его отмене не подлежит удовлетворению.

Рассматривая требования истца о взыскании компенсации морального вреда, суд приходит к следующим выводам.

Согласно статье 352 Трудового кодекса Российской Федерации каждый имеет право защищать свои трудовые права и свободы всеми способами, не запрещенными законом. К основным способам защиты трудовых прав и свобод относится, в том числе, судебная защита. В соответствии со статьей 237 Трудового кодекса Российской Федерации, моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора.

В пункте 63 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», разъяснено, что учитывая, что Кодекс не содержит каких-либо ограничений для компенсации морального вреда и в иных случаях нарушения трудовых прав работников, суд в силу статей 21 (абзац четырнадцатый части первой) и 237 Кодекса вправе удовлетворить требование работника о компенсации морального вреда, причиненного ему любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя, в том числе и при нарушении его имущественных прав (например, при задержке выплаты заработной платы). При определении размера взыскиваемой суммы компенсации морального вреда, суд учитывает обстоятельства данного дела, объем и характер причиненных истцу нравственных страданий, степень вины ответчика и обстоятельства при которых истцу был причинен вред, а также требования разумности и справедливости.

Поскольку в ходе судебного разбирательства судом не установлено фактов нарушения трудовых прав истца, истцу отказано в удовлетворении требований об отмене дисциплинарного взыскания, то оснований для взыскания с работодателя в пользу истца компенсации морального вреда не имеется.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

иск ФИО15 к Федеральному государственному унитарному предприятию «Охрана» Федеральной Службы войск национальной гвардии Российской Федерации, Отдел по Мурманской области Центра охраны объектов топливно-энергетического комплекса, об отмене приказа от <дата><номер>/л о применении дисциплинарного взыскания в виде замечания, взыскании компенсации морального вреда, оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано в Мурманский областной суд подачей апелляционной жалобы через Кандалакшский районный суд в течение месяца со дня принятия в окончательной форме.

Судья Н.А. Шевердова