Решение № 2-833/2026 2-833/2026~М-305/2026 М-305/2026 от 29 апреля 2026 г. по делу № 2-833/2026

№ 2-833/2026

УИД № 26RS0012-01-2025-000652-24


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

20 апреля 2026 года гор. Ессентуки

Ессентукский городской суд Ставропольского края в составе:

председательствующего судьи Зацепиной А.Н.,

при секретаре судебного заседания Келасовой М.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО2 к ФИО3 в лице законного представителя ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

ФИО2 обратился в суд с настоящим иском, указав в обосновании требований, что Приговором Предгорного суда от <дата>, вступившим в законную силу 01.10.2024г. был осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ. В основу приговора в качестве доказательства виновности были положены показания свидетеля по уголовному делу ФИО5 о том, что «...<дата> в <адрес>). проходили соревнования по велоспорту, на которые она была заявлена участником... После чего около 16 часов соревнования подходили к концу и они сразу же направились домой в сторону <адрес>, как многие устали после соревнований и тренировочного процесса на трассе, остановились по причине того, что в ходе данного пути многие начали уставать и значительно замедлились, тренеру передали данный факт, и они остановились, съехав на обочину, после чего их рассадили по машинам, а именно ее посадили в автомобиль ФИО24 совместно с ФИО23, а так же в данном автомобиле расположились ФИО33 ФИО7 и ФИО25,.. .насколько она помнит, когда они отъезжали ФИО30 продолжили тренировочный процесс на велосипедах на дороге общего пользования в сторону <адрес>, после чего они уехали вперед.»

В то же время в этом же приговоре имеются показания родителя ФИО11 о том, что «.23.08.2023г. проходили соревнования по велоспорту в <адрес>, куда он сам отвез своего ребенка. После соревнований дети, в том числе и его сын колонной поехали за автомобилем ФИО13 Он на машине догнал колонну уже на выезде со <адрес>, когда дети вышли на трассу. Дети ехали по обочине в два ряда, ФИО13 ехала на аварийках за детьми на машине ФИО1, а он за ней. Затем он обогнал колону, перестроился перед детьми, и в какой-то момент колона разорвалась, часть детей вышла из его видимости, за ним ехали только его сын и ФИО26 ФИО7, спустя время, их обогнал белый седан, водитель махал, чтобы он остановился. Когда они остановились, мужчина сказал, что с детьми на велосипедах случилась беда. Он загрузил велосипеды детей в машину и затем задним ходом вернулись на место ДТП. Когда они подъехали на указанное место, то обнаружили, что в ФИО1 врезалась Газель... У ФИО13 в машине сидели дети, он забрал ее сына ФИО28 и девочку ФИО29 ФИО21, и отвез их в спортшколу».

В судебном заседании Предгорного суда по делу тренера ФИО32, ФИО5 была допрошена судьей ФИО12 по обстоятельствам ДТП, и поясняла, что «.По пути следования она и ФИО31 Александр стали отставать от группы, и тренер дало им сигнал, они остановились, и ФИО13 их посадила в свою автомашину, велосипеды погрузили на крышу.

В то время остальные продолжали движение. Ребята стали отставать и их поставили за машину тренера. ФИО17 и ФИО18 Стали уставать, поэтому придерживались за машину. После этого в них въехала машина. На месте ДТП часть велосипедов убрали на обочину. После чего их на другой машине увезли по домам», что подтверждается приговором Предгорного суда от <дата>

Возможно, понять, что свидетель ФИО5 в судебном заседании моего доверителя дала ЗАВЕДОМО ФИО9 показания, которые повлияли на исход решения Предгорного суда от 12.07.2024г. в отношении моего доверителя.

Факт заведомо ФИО9 показаний свидетеля ФИО5 подтверждается приговором Предгорного суда от <дата>. и является основанием для возмещения компенсации морального вреда.

Моральный вред был причинен моему доверителю в результате того, что заведомо ФИО9 показания свидетеля ФИО5 об обстоятельствах ДТП препятствовали суду вынести законное и обоснованное решение.

Моральный вред моего доверителя выражается в нравственных страданиях, душевных переживаниях, неврозах, на протяжении всего времени из-за несправедливости, он испытывает чувство бессонницы, тревожных снов, плохого аппетита, головных болей, артериального давления, что является причинением морального вреда.

Моральные страдания моего доверителя усугубились тем, что мать свидетеля ФИО5, будучи работником ***** *****, не только не остановила дочь от дачи заведомо ФИО9 показаний, но и сама давала следствию заведомо ФИО9 показания.

Моральный вред причиняло и осознание того, что свидетель по делу видела, что велосипедист ФИО34, перед ДТП находился впереди автомобиля тренера ФИО27, и не мог пострадать от столкновения с грузовым автомобилем моего доверителя ГАЗ С41, что подтверждается и медицинским свидетельством о смерти ФИО19 серии ***** *****, от <дата>., в котором указан ДИАГНОЗ смерти велосипедиста от легкового автомобиля.

При определении размера компенсации морального вреда, следует руководствоваться не только нормами ГК РФ, но и в силу того, что международные договоры РФ, являются частью его правовой системы (ст. 7 ГК РФ), постановлениями ЕСПЧ от <дата> по делу «Смирнова против России» (Жалобы *****), от <дата> по делу «Кабанов против России» (Жалоба *****) которые в соответствии со ст. 7 ГК РФ, и ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, являются не только составной частью ФИО6 правовой системы, действуют непосредственно, но и имеют высшую юридическую силу, по отношению к нормам ФИО6 законодательства.

ВС РФ, ссылаясь на постановление ЕСПЧ от <дата> по делу «<данные изъяты>», указал, что без мотивов и при очень маленькой компенсации можно говорить о ненадлежащем рассмотрении требований пострадавшего, признал ВС.

Просит взыскать в пользу ФИО2 с ФИО5 компенсацию морального вреда за заведомо ФИО9 показания по уголовному делу, повлекшие ухудшение положения подсудимого, в размере 500 000 рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО16, иск поддержала по основаниям, изложенным в иске и просила исковые требования удовлетворить в полном объеме.

Законный представитель ответчика ФИО3 - ФИО4 в судебном заседании заявленные исковые требования не признала, пояснила, что ее ребенок тоже является потерпевшим в той трагедии. При вынесении решения, суд дал оценку всем показаниям и никто не заявлял, что показания, которые были озвучены в суде, были ФИО9. Также при вынесении приговора суд руководствовался не только показаниями ее дочери, а в первую очередь результатами экспертизы, показаниями других свидетелей. Ребенок на момент допроса находилась в состоянии шока и получила глубокую психологическую травму. Следователь задавала вопросы, она отвечала на них так, как их понимала. Просила в иске отказать.

ФИО2, отбывающий наказание в ИК ***** УФСИН России по СК, извещен о слушании дела надлежащим образом, представил суду заявление о рассмотрении дела в его отсутствие с участием его представителя и поддержал заявленные требования.

Суд считает возможным рассмотреть дело в отсутствие ФИО2.

Заслушав участников процесса, заключение помощника прокурора <адрес> ФИО14 полагавшей, что заявленные требования ФИО2 удовлетворению не подлежат, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" в редакции постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 6 февраля 2007 г. N 6 разъяснено, что суду следует устанавливать, чем подтверждается факт причинения потерпевшему нравственных или физических страданий, при каких обстоятельствах и какими действиями (бездействием) они нанесены, степень вины причинителя, какие нравственные или физические страдания перенесены потерпевшим, в какой сумме он оценивает их компенсацию и другие обстоятельства, имеющие значение для разрешения конкретного спора (абзац 2 пункта 1). Под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина. Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др. (абзацы 1, 2 пункта 2). Одним из обязательных условий наступления ответственности за причинение морального вреда является вина причинителя. Исключение составляют случаи, прямо предусмотренные законом (абзац 1 пункта 3). Размер компенсации зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств, и не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других материальных требований. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий (п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда").

По смыслу приведенных норм, необходимыми условиями для возложения обязанности по возмещению вреда, в том числе по компенсации морального вреда, являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

Отсутствие одного из указанных обстоятельств исключает возможность для взыскания компенсации морального вреда.

Бремя доказывания фактов наступления вреда, его размера, противоправности поведения причинителя вреда, причинной связи между вредом и противоправными действиями возлагается на истца.

Как следует материалов дела, ФИО2 приговором Предгорного суда <адрес> от <дата>, вступившим в законную силу <дата>. был осужден по ч. 5 ст. 264 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы сроком на 6 лет 6 месяцев с отбыванием наказания в колонии-поселении с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами сроком на 3 года.

Из текста приговора Предгорного суда <адрес> от <дата> следует, что в ходе судебного разбирательства по указанному уголовному делу, свидетель ФИО3 не допрашивалась, а ее показания, данные ею на предварительном следствии, как и показания других свидетелей были оглашены судом.

Приговором Предгорного районного суда <адрес> от <дата> ФИО13 признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 238 УК РФ с назначением наказания в виде лишения свободы на срок 06 лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью, связанной с воспитанием и обучением несовершеннолетних. Приговор вступил в законную силу <дата>.

В указанных судебных актах дана оценка показаниям свидетеля ФИО3

Приговора, постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в связи с не достижением возврате привлечения к уголовной ответственности, которым был бы установлен состав преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 307 УК РФ, а именно заведомо ФИО9 показание свидетеля ФИО3, или ее законного представителя ФИО4 в ходе судебного разбирательства, не имеется.

Статья 46 Конституции Российской Федерации, гарантируя каждому судебную защиту его прав и свобод, право обжалования в суд решений и действий (бездействия) органов государственной власти и должностных лиц, не предусматривает возможность выбора гражданином по своему усмотрению процедур судебной защиты, особенности которых определяются федеральными законами. Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлениях от <дата> *****-П и от <дата> *****-П, применительно к уголовному судопроизводству - с учетом его стадийного построения - обжалование и проверка законности и обоснованности действий и решений, имевших место на стадиях досудебного производства, по общему правилу, осуществляется судом после передачи ему материалов уголовного дела с обвинительным заключением, а проверка действий и решений суда - вышестоящими судебными инстанциями в порядке апелляционного, кассационного, надзорного производства либо возобновления дела ввиду новых или вновь открывшихся обстоятельств.

Отказывая в удовлетворении заявленных ФИО2 требований, суд исходит из того, что показания свидетеля ФИО3, как и заключение медицинского эксперта в отношении погибшего ФИО19, являлись доказательством в уголовном деле по обвинению ФИО2, и с этой позиции уже оценивались судами первой и апелляционной инстанций, а потому не подлежат повторной судебной оценке в рамках настоящего гражданского дела.

Ссылка стороны истца на показания свидетеля ФИО3 данные в ходе рассмотрения другого уголовного дела не являются доказательствами того, что данный свидетель давал заведомо ФИО9 показания на предварительном следствии по обвинению ФИО2 в совершении преступления, предусмотренного ч. 5 ст. 264 УК РФ.

Таким образом, истцом в нарушение ст. 56 ГПК РФ не представлено доказательств, свидетельствующих, что ФИО5 дала заведомо ФИО9 показания в отношении ФИО2,, а также то, что показания свидетеля препятствовали суду вынести законное и обоснованное решение, повлияли на исход приговора Предгорного суда от <дата> по обвинению ФИО2 по ч.5 ст. 264 УК РФ и повлекли ухудшение положения подсудимого, а также отсутствие доказательств причинения истцу нравственных и физических страданий.

При таких обстоятельствах у суда нет законных оснований для взыскания с ФИО3 в лице ее законного представителя ФИО4 компенсации морального вреда.

На основании изложенного, руководствуясь ст. 194 - 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО2 о взыскании с ФИО5 в лице законного представителя ФИО4 компенсации морального вреда за заведомо ФИО9 показания по уголовному делу, повлекшие ухудшение положения подсудимого в размере 500 000 рублей, - отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в <адрес>вой суд в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения в окончательной форме путем подачи жалобы через Ессентукский городской суд.

Мотивированное решение изготовлено <дата>.

Судья А.Н. Зацепина