Решение № 2-3067/2017 2-3067/2017~М-3018/2017 М-3018/2017 от 1 ноября 2017 г. по делу № 2-3067/2017

Дело №


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

02 ноября 2017 года г. Омск

Советский районный суд г. Омска в составе

председательствующего судьи Бузуртановой Л.Б.,

при секретаре Максименко О.И.,

с участием прокурора Кирилловой Е.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Обществу с ограниченной ответственностью «Лепта» о возмещении ущерба, взыскании компенсации морального вреда,

У С Т А Н О В И Л:

Истец ФИО1 обратилась в суд с названным иском к ответчику, указав в обоснование требований, что она с 01.04.2015г. работала в ООО «Лепта» в должности кладовщика, в результате несчастного случая на производстве, произошедшего 07.04.2017г. получила травму. С травмой была доставлена в БУЗОО «ГКБ № им. ФИО4» с диагнозом «<данные изъяты>», в связи с чем находилась на больничном с 07.04.2017г. по 15.06.2017г. Ответчик акт о несчастном случае по форме Н-1 не составлял, в результате чего она была вынуждена обратиться в Государственную инспекцию труда в адрес с жалобой на бездействие работодателя. По окончании проверки Государственной инспекции труда в адрес, работодатель 26.07.2017г. составил и выслал ей акт № о несчастном случае на производстве по форме Н-1. В период лечения ответчик не оказывал истцу финансовой либо моральной помощи. Из акта о несчастном случае на производстве следует, что работодатель в ходе расследования установил время несчастного случая «12-30» в обеденный перерыв, что не соответствует действительности. Время получения травмы было рабочим, поскольку, согласно п. 4.1 трудового договора №, время перерыва для отдыха и питания с 13-00 до 14-00. Незаконными являются и заполненные работодателем пункты 9, 10 акта. Сведения о проведении с истцом инструктажа, указанные в п. 6 акта являются недостоверными, поскольку инструктаж с истцом не проводился. Считает, что указанный вред здоровью причинен в результате виновных действий работодателя, не исполнившим обязанности, предусмотренные ст. 22, 212 ТК РФ, что является основанием для компенсации морального вреда. В результате полученной травмы истец хромает на правую ногу, не может долго стоять и сидеть на одном месте, была вынуждена нести расходы на оплату массажа на сумму 7 500,00 рублей, «ортеза» стоимостью 2 147,00 рублей, на покупку костылей за 2 000,00 рублей. Поскольку ответчик посчитал, что истец не сможет выполнять работу в должности кладовщика, она была переведена на другую должность. Таким образом, в результате полученной травмы она лишилась прежнего заработка, на который могла рассчитывать до ее получения. Принимая во внимание обстоятельства несчастного случая на производстве, его основные причины, тяжесть перенесенных ею физических и нравственных страданий, связанных с длительностью лечения, с утратой профессиональной трудоспособности, лишившей ее возможности вести нормальный образ жизни, умышленное бездействие работодателя по установлению обстоятельств получения истцом травмы на производстве, попыткой работодателя скрыть реальные обстоятельства получения травмы, необходимостью обращения в инспекцию труда, оценивает моральный вред в сумме 300 000,00 рублей. В редакции уточненных требований просит взыскать с ответчика в свою пользу утраченный заработок в сумме 88 451,00 рублей, дополнительные расходы, связанные с реабилитацией, в сумме 12 147,00 рублей, компенсацию морального вреда в сумме 300 000,00 рублей.

Определением от 20.09.2017г. к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, привлечено ГУ Омское региональное отделение Фонда социального страхования РФ.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержала исковые требования в редакции уточнений, а также письменные пояснения, просила иск удовлетворить. Суду пояснила, что в момент получения производственной травмы 07.04.2017г. она состояла с ответчиком в трудовых отношениях, исполняла трудовые обязанности кладовщика, в ее обязанности входили приема товара и его отгрузка. 07.04.2017г. она спускалась по крутой лестнице неправильной формы, упала между 2 и 3 этажами, где было недостаточное освещение, в результате чего скатилась по лестнице вниз, получив травму ноги.

Представитель истца ФИО2, допущенная к участию в деле на основании устного ходатайства, поддержала заявленные требования в редакции уточнений и правовую позицию истца, также поддержала представленные по делу письменные пояснения.

Представитель ответчика ФИО3, действующий на основании доверенности, исковые требования не признал. Суду пояснил, что ответчик занимает офисные помещения в здании по адрес тракт, адрес, на основании договора субаренды. Лестница, с которой упала истец, не относится к имуществу, арендованному ответчиком, поэтому за ее содержание работодатель ответственности не несет. Ответчиком не допущено нарушений трудового законодательства, истец упала в обеденное время по своей неосторожности. Просил в иске отказать.

Представитель третьего лица ГУ-Омское региональное отделение Фонда Социального Страхования РФ ФИО5, действующий на основании доверенности, участия в судебном заседании не принимал, о рассмотрении дела извещен своевременно и надлежащим образом. В ходе рассмотрения спора по существу поддержал письменный отзыв на исковое заявление, указав, что истцу работодателем оплачен период временной нетрудоспособности с 07.04.2017г. по 15.06.2017г. в размере 19 849,70 руб., что составляет 100% оплату.

Выслушав участников процесса, заключение прокурора Кирилловой Е.А., полагавшей исковые требования подлежащими частичному удовлетворению, исследовав материалы гражданского дела, обозрев материал об отказе в возбуждении уголовного дела, материалы гражданского дела 2-3440/2017, суд приходит к следующему.

В силу ч. 1 ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

В соответствии со ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается, как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании ч. 1 ст. 57 ГПК РФ, доказательства представляются сторонами и другими лицами, участвующими в деле.

В соответствии с ч. 1 ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Статьей 1064 ГК РФ установлены общие основания ответственности за причинение вреда: вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Законом или договором может быть установлена обязанность причинителя вреда выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда. Вред, причиненный правомерными действиями, подлежит возмещению в случаях, предусмотренных законом. В возмещении вреда может быть отказано, если вред причинен по просьбе или с согласия потерпевшего, а действия причинителя вреда не нарушают нравственные принципы общества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 11 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.01.2010г. № 1 "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина", установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

Статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, возмещается по правилам, предусмотренной главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

В соответствии со ст. 212 Трудового кодекса РФ работодатель обязан обеспечить безопасность работников при эксплуатации зданий, сооружений, оборудования, осуществлении технологических процессов, а также применяемых в производстве инструментов, сырья и материалов; ознакомление работников с требованиями охраны труда; соответствующие требованиям охраны труда условия труда на каждом рабочем месте; обучение безопасным методам и приемам выполнения работ, проведение инструктажа по охране труда, стажировки на рабочем месте и проверки знания требований охраны труда; организацию контроля за состоянием условий труда на рабочих местах, а также за правильностью применения работниками средств индивидуальной и коллективной защиты; принятие мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций и ряд других мер, направленных на обеспечение безопасных условий и охраны труда.

Статья 214 Трудового кодекса РФ определяет, что работник обязан соблюдать требования охраны труда, установленные законами и иными нормативными правовыми актами, а также правилами и инструкциями по охране труда.

Согласно ст. 215 Трудового кодекса РФ проекты строительства и реконструкции производственных объектов, машин, механизмов и другого производственного оборудования, технологических процессов должны соответствовать государственным нормативным требованиям охраны труда. Машины, механизмы и другое производственное оборудование, транспортные средства, технологические процессы, материалы и химические вещества, средства индивидуальной и коллективной защиты работников, в том числе иностранного производства, должны соответствовать государственным нормативным требованиям охраны труда и иметь декларацию о соответствии и (или) сертификат соответствия.

Статьей 219 ТК РФ предусмотрено право работника на труд в условиях, отвечающих требованиям охраны труда, в частности, каждый работник имеет право на рабочее место, соответствующее требованиям охраны труда, обеспечение средствами индивидуальной и коллективной защиты в соответствии с требованиями охраны труда за счет средств работодателя; обучение безопасным методам и приемам труда за счет средств работодателя.

В соответствии со ст. 230 Трудового кодекса РФ, по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации.

В акте о несчастном случае на производстве должны быть подробно изложены обстоятельства и причины несчастного случая, а также указаны лица, допустившие нарушения требований охраны труда. В случае установления факта грубой неосторожности застрахованного, содействовавшей возникновению вреда или увеличению вреда, причиненного его здоровью, в акте указывается степень вины застрахованного в процентах, установленная по результатам расследования несчастного случая на производстве.

Судом установлено, что 01.04.2015г. ФИО1, на основании трудового договора, была принята на работу кладовщиком в ООО «Лепта» на неопределенный срок, что подтверждается приказом о приеме на работу от 01.04.2015г., трудовой книжкой на имя ФИО1, личной карточкой работника.

Из акта о несчастном случае на производстве формы Н-1 № 1 от 26.07.2017г. следует, что 07.04.2017г. в 12-30 час. кладовщик ООО «Лепта» ФИО1 спускалась по лестнице, не придерживаясь за перила, потеряла равновесие и упала на пролет между этажей, на шум падения вышла секретарь организации, которая вызвала скорую помощь, ФИО1 была госпитализирована в больницу с переломом ноги.

Согласно медицинскому заключению БУЗОО «<данные изъяты>.», ФИО1 получены повреждения в виде <данные изъяты>.

Причинами несчастного случая являются: неосторожность, допущенная при спуске по лестнице, без использования перил, что привело к потере равновесия и падению.

Лицом, допустившим нарушения требований охраны труда, является ФИО1

Актом проверки №, проведенной Государственной инспекцией труда в адрес, установлен факт нарушения ООО «Лепта» установленного порядка составления акта формы Н-1, утвержденного работодателем, в связи с чем ООО «Лепта» выдано обязательное к исполнению предписание внести в него необходимые изменения и дополнения.

Несмотря на то, что акт № формы Н-1 не содержит выводов относительно вины работодателя в причинении вреда здоровья истца, суд, оценивая основания возмещения ущерба, причиненного истцу в результате несчастного случая на производстве исходит из следующего.

Из доводов стороны истца следует, что падение ФИО1 с лестницы произошло по причине того, что лестница крутая, нестандартная, лестничные пролеты между вторым и третьим этажами отсутствуют, что не соответствует строительным нормам и правилам, а также ГОСТ 23120-78 «Лестницы маршевые, площадки и ограждения стальные». Три ступени перед вторым этажом, если спускаться сверху, представляют собой ступени, «срезанные» по диагонали, в связи с чем стопа на них полностью не помещается. Кроме того, на лестнице недостаточное освещение, так как искусственное освещение отсутствует, и лестница освещается за счет света, попадающего с 1 и 2 этажей.

Факт отсутствия лестничного пролета подтверждается представленными фотографиями места падения, откуда усматривается, что лестница здания выстроена по спирали посредством чередования лестничных маршей и площадок под прямым углом друг к другу. В месте падения истца к лестничному маршу, состоящему из ступеней прямоугольной формы, примыкают три ступени, образующие треугольник. При этом, между прямоугольными ступенями и ступенями треугольника имеется расстояние. Лестница оборудована перилами с одной стороны по открытому краю лестничного марша.

Также, указанные доводы истца подтверждаются показаниями свидетеля ФИО8, допрошенного в судебном заседании.

Судом установлено, что падение ФИО1 произошло на лестнице офисного здания по адресу: адрес в 12-30 часов.

Выводы работодателя относительно того, что несчастный случай с истцом произошел в обеденное время, «пятый час с начала работы», указанные в акте № формы Н-1, суд оценивает критически, так как они опровергаются условиями трудового договора, заключенного с истцом, откуда следует, что время начала рабочего дня работника: 09-00 часов; перерыв для отдыха и питания: с 13-00 до 14-00 часов. Таким образом, падение истца с лестницы произошло в рабочее время.

Из представленного ответчиком договора аренды № от 09.02.2017г. усматривается, что <данные изъяты> предоставил ООО «<данные изъяты>» за плату во временное возмездное пользование нежилое помещение по адресу: адрес, адрес адрес, сроком на 11 месяцев, помещение принадлежит арендодателю на праве собственности (свидетельство о государственной регистрации права № № от 12.07.2011г.). Указанным договором предусмотрено право арендатора заключать договоры субаренды в период владения имуществом на срок, не превышающий срока аренды без согласования с арендатором (п. 2.4.3 договора)

По договору субаренды №, заключенному 09.02.2017г. между ООО «<данные изъяты> и ООО «Лепта», арендодатель в лице ООО «<данные изъяты>» передал арендатору в лице ООО «Лепта» за плату во временное владение и пользование часть нежилого помещения общей площадью 127,29 кв.м., расположенного в 3х-этажном административном здании по адресу: 644034, адрес адрес адрес на срок 11 месяцев.

Из пояснений стороны ответчика в судебном заседании следует, что при заключении договора субаренды арендодателем на обозрение был предоставлен договор аренды, заключенный между ИП ФИО9 и ООО «<данные изъяты>», откуда следовало, что спорное жилое помещение принадлежит на праве собственности ИП ФИО9, согласно свидетельству о государственной регистрации права, номер которого также был указан в договоре аренды.

Согласно ч. 1 ст. 209 Гражданского кодекса РФ cобственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом. Собственник несет бремя содержания принадлежащего ему имущества, если иное не предусмотрено законом или договором (ст. 210 Гражданского кодекса РФ).

В соответствии со ст. 11 Федерального закона от .... № 384-ФЗ (ред. от ....) "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений" здание или сооружение должно быть спроектировано и построено, а территория, необходимая для использования здания или сооружения, должна быть благоустроена таким образом, чтобы в процессе эксплуатации здания или сооружения не возникало угрозы наступления несчастных случаев и нанесения травм людям - пользователям зданиями и сооружениями в результате скольжения, падения, столкновения, ожога, поражения электрическим током, а также вследствие взрыва.

Из технического паспорта нежилого строения № по адрес адрес в адрес следует, что указанное строение принадлежит ОАО «Союзторгоборудование» без правовых документов (л.д. 115).

Согласно справке № от 31.10.2017г., выданной ГП адрес «Омский центр технической инвентаризации и землеустройства», сведения о зарегистрированных правах в отношении административно-торгового комплекса по адресу: адрес, адрес адрес, отсутствуют.

Из выписки из Единого государственного реестра прав недвижимости, представленной по запросу суда 02.11.2017г., в отношении нежилого административного трехэтажного здания, расположенного по адресу: адрес, адрес адрес кадастровым номером №, следует, что сведения о принадлежности указанного объекта недвижимости отсутствуют. Год завершения строительства 2005, данные о годе ввода объекта в эксплуатацию по завершении строительства отсутствуют. Так же отсутствуют данные о кадастровых номерах иных объектов недвижимости, в пределах которых расположен объект недвижимости, виды разрешенного использования.

Таким образом, нежилое административное трехэтажное здание, расположенное по адресу: адрес, адрес адрес кадастровым номером №, в котором ответчиком были арендованы офисные помещения, по завершении строительства в эксплуатацию не вводилось, право собственности на него не зарегистрировано, что исключает основания утверждать о соответствии указанного объекта недвижимости, в частности, устройства маршевой лестницы, требованиям закона и других нормативных актов, предъявляемых к зданиям и сооружениям.

Из пояснений представителя ответчика ФИО3 следует, что ООО «Лепта» арендует офисные помещения в здании по адрес адрес адрес, на протяжении длительного времени, при этом каждый раз договоры субаренды заключаются на срок 11 месяцев, по истечении которых вновь перезаключаются.

Изложенное свидетельствует о том, что ответчик, осуществляющий деятельность в качестве юридического лица, заведомо зная, что нежилое помещение, расположенное по адресу: адрес, адрес, необходимо ему на длительный срок, заключал договоры субаренды сроком на 11 месяцев, уклоняясь тем самым от государственной регистрации договоров. При этом должных мер, направленных на исполнение требований законодательства, предусмотренных ст. 212, 219 ТК РФ, ответчик не предпринял: не убедился в наличии зарегистрированного права на объект недвижимости при заключении договора субаренды, в соответствии здания, в котором им были арендованы офисные помещения, требованиям строительных норм и правил, что привело к нарушению прав истца, являвшейся работником ООО «Лепта».

Доводы стороны ответчика о том, что при заключении договоров субаренды арендодателем предоставлялся договор аренды, заключенный с собственником здания, в котором имелась ссылка на свидетельство о регистрации права собственности, что не вызывало сомнений в наличии у арендодателя зарегистрированного права собственности на данный объект недвижимости, суд находит несостоятельными, поскольку договор аренды между ФИО9 и ООО «<данные изъяты>», представленный суду, также заключался на срок 11 месяцев и не проходил государственную регистрацию, свидетельство о регистрации права собственности на указанное здание при заключении договора субаренды не предоставлялось, что не оспаривалось стороной ответчика, сведения о собственниках административного здания до заключения договора субаренды ответчиком не были истребованы.

Таким образом, ответчик, заключая договор субаренды офисных помещений в административном здании по адресу: адрес, адрес, не принял должных мер, направленных на обеспечение безопасных условий труда работников, не убедился в соответствии здания требованиям строительных правил и норм, а также иных требований, предъявляемым к зданиям и сооружениям, что привело к несчастному случаю с работником ФИО1

При указанных обстоятельствах ответственность по возмещению ущерба, причиненного ФИО1, подлежит возложению на работодателя в лице ООО «Лепта», не обеспечившего безопасные условия труда работников.

Из медицинского заключения о характере полученных повреждений здоровья в результате несчастного случая на производстве БУЗОО «<данные изъяты>.» следует, что 07.04.2017г. пострадавшая ФИО1, .... года рождения, поступила в отделение травматологии с диагнозом: <данные изъяты>. Согласно схеме определения степени тяжести повреждения здоровья при несчастных случаях на производстве указанное повреждение относится к категории «легкая».

Из медицинской карты ФИО1 и выписки из нее, предоставленной БУЗОО «<данные изъяты> № <данные изъяты>.» следует, что ФИО1 поступила в отделение неотложной травматологии 07.04.2017г. в 13 час. 25 мин. с диагнозом: <данные изъяты>, находилась на лечении с 07.04.2017г. по 20.04.2017г. При поступлении проведено общеклиническое и рентгенологическое обследование. Произведена <данные изъяты>. Произведена <данные изъяты>. Проводилась симптоматическая терапия. На контрольных рентгенограммах стояние костных отломков удовлетворительное. Вывих стопы устранен. Больная переведена в гипсовую иммобилизацию. Выписывается под наблюдение травматолога по месту жительства в удовлетворительном состоянии. Рекомендовано: хождение с опорой на костыли, наблюдение травматолога, гипсовая иммобилизация 6-8 недель, ЛФК.

Согласно медицинской карте ФИО1 и выписке из нее, представленной БУЗОО «<данные изъяты> №», истец наблюдалась в поликлинике с 24.07.2017г. по 15.09.2017г. с диагнозом: <данные изъяты>.

Статья 1084 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что вред, причиненный жизни или здоровью гражданина при исполнении договорных обязательств, возмещается по правилам, предусмотренной главой 59 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом или договором не предусмотрен более высокий размер ответственности.

Истцом заявлены требования о взыскании расходов на оплату лечения в размере 12 147,00 руб., из которых: 7 500,00 руб. – расходы на оплату массажа, 2 147,00 руб. – приобретение ортеза, 2 000,00 руб. – приобретение костылей, 500,00 руб. – консультация травматолога.

В силу ст. 1085 ГК РФ при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежат дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

Таким образом, юридически значимыми обстоятельствами при рассмотрении требований о возмещении расходов на лечение является установление факта лечения травм и заболеваний, полученных потерпевшим в результате виновных действий ответчика; нуждаемость потерпевшего в таком лечении и отсутствие права на его бесплатное получение.

Медицинской картой ФИО1 из БУЗОО «<данные изъяты> и выпиской из нее подтверждается, что ФИО1 находилась на стационарном лечении в отделении неотложной травматологии с 07.04.2017г. по 20.04.2017г. Выписана под наблюдение травматолога по месту жительства в удовлетворительном состоянии. Рекомендовано: хождение с опорой на костыли, наблюдение травматолога, гипсовая иммобилизация 6-8 недель, ЛФК. Обеспечение средствами реабилитации не входит в ОМС (ходить при помощи костылей).

Из сведений, содержащихся в амбулаторной медицинской карте ФИО1 из БУЗОО «<данные изъяты> №», следует, что она наблюдалась в поликлинике с 24.07.2017г. по 15.09.2017г. с диагнозом: <данные изъяты>. 01.06.2017г. в результате осмотра врачебной комиссии БУЗОО «<данные изъяты> №» истцу назначено хождение в ортезе, с одним костылем.

На основании изложенного суд считает подлежащими удовлетворению требования ФИО1 о взыскании расходов на приобретение костылей в сумме 2 000,00 рублей, а также бандажа на голеностопный сустав (ортеза) в размере 2 147,00 рублей, так как полагает, что данные расходы понесены вследствие причинения вреда здоровью в результате виновных действий ответчика, назначены ей врачом и не могли быть предоставлены бесплатно. Факт несения расходов на приобретение указанных средств подтверждаются товарными и кассовыми чеками, распиской.

Однако доказательств, подтверждающих нуждаемость истца при лечении последствий травм в массаже и невозможность получения его бесплатно, а также в получении платной консультации врача-травматолога, истцом не представлено, в связи с чем оснований возмещения расходов на их приобретение и оплату суд не усматривает.

Истцом так же заявлено требование о взыскании с ответчика утраченного заработка в сумме 88 451,00 рублей.

Оценивая основания взыскания утраченного заработка, суд исходит из следующего.

Из представленных в материалы дела копий больничных листов следует, что период временной нетрудоспособности ФИО1 продолжался с 07.04.2017г. по 15.06.2017г. (л.д. 154-155).

Пунктом 1 ст. 1085 ГК РФ установлено, что при причинении гражданину увечья или ином повреждении его здоровья возмещению подлежит утраченный потерпевшим заработок (доход), который он имел либо определенно мог иметь, а также дополнительно понесенные расходы, вызванные повреждением здоровья, в том числе расходы на лечение, дополнительное питание, приобретение лекарств, протезирование, посторонний уход, санаторно-курортное лечение, приобретение специальных транспортных средств, подготовку к другой профессии, если установлено, что потерпевший нуждается в этих видах помощи и ухода и не имеет права на их бесплатное получение.

В силу п. 1 ст. 9 Федерального закона от 24.07.1998 № 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием выплачивается за весь период временной нетрудоспособности застрахованного до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности в размере 100 процентов его среднего заработка, исчисленного в соответствии с Федеральным законом от 29 декабря 2006 года № 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством".

В соответствие с ч. 1 ст. 13 Федерального закона от 29.12.2006г. № 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством" назначение и выплата пособий по временной нетрудоспособности осуществляется страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица (за исключением случаев, указанных в частях 3 и 4 настоящей статьи).

Пунктом 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.03.2011 № 2 "О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" разъяснено, что за весь период временной нетрудоспособности застрахованного начиная с первого дня до его выздоровления или установления стойкой утраты профессиональной трудоспособности за счет средств обязательного социального страхования выплачивается пособие по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100 процентов его среднего заработка без каких-либо ограничений (подпункт 1 пункта 1 статьи 8, статья 9 Федерального закона от 24 июля 1998г. № 125-ФЗ). Назначение, исчисление и выплата пособий по временной нетрудоспособности производится в соответствии со статьями 12 - 15 Федерального закона от 29.12.2006г. № 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством".

Согласно ст. 1072 Гражданского кодекса РФ юридическое лицо или гражданин, застраховавшие свою ответственность в порядке добровольного или обязательного страхования в пользу потерпевшего (статья 931, пункт 1 статьи 935), в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный вред, возмещают разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба.

Из приведенных выше нормативных положений и разъяснений Пленума Верховного суда РФ следует, что возмещение вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору осуществляется страхователем по месту работы (службы, иной деятельности) застрахованного лица, в том числе путем назначения и выплаты ему пособия по временной нетрудоспособности в связи с несчастным случаем на производстве или профессиональным заболеванием в размере 100% среднего заработка застрахованного, а также назначения региональным отделением Фонда социального страхования РФ единовременной и ежемесячной страховых выплат. Лицо, причинившее вред, возмещает разницу между страховым возмещением и фактическим размером ущерба только в случае, когда страховое возмещение недостаточно для того, чтобы полностью возместить причиненный ущерб.

Как следует из материалов дела, ФИО1 за период временной нетрудоспособности с 07.04.2017г. по 15.06.2017г. в связи с несчастным случаем на производстве работодателем выплачено пособие по временной нетрудоспособности в размере 100% ее среднего заработка в соответствии с Федеральным законом от 29.12.2006г. № 255-ФЗ "Об обязательном социальном страховании на случай временной нетрудоспособности и в связи с материнством".

Каких-либо данные, свидетельствующие о неполном возмещении работодателем утраченного ФИО6 заработка за период ее временной нетрудоспособности вследствие травмы, полученной в результате несчастного случая на производстве, в материалах дела отсутствуют.

Доводы истца о том, что фактически выплачиваемая ей в течение времени работы у ответчика до получения травмы заработная плата составляла 26 115,60 рублей, не подтверждаются достаточными и допустимыми доказательствами, и опровергаются трудовым договором № № от 01.04.2015г., приказом о приеме на работу № № от 01.04.2015г., справкой от 30.10.2017г. о размере заработной платы, откуда следует, что заработная плата истца при приеме на работу была установлена в размере 7 000,00 рублей, которая индексировалась в 2016г. и в 2017г. и на момент увольнения в августе 2017г. составила 7 800,00 руб. в месяц.

В связи с изложенным суд приходит к выводу, что заработок ФИО1, не полученный ею в период временной нетрудоспособности вследствие несчастного случая на производстве, был возмещен работодателем в полном объеме посредством выплаты ей пособия по временной нетрудоспособности в размере 100% среднего заработка, в связи с чем у суда отсутствуют основания для удовлетворения требований истца о взыскании утраченного заработка за период временной нетрудоспособности с 07.04.2017г. по 15.06.2017г.

Истцом также заявлены требования о взыскании с ответчика компенсации морального вреда за нравственные и физические страдания вследствие причиненного вреда здоровью. Моральный вред истцом оценен в 300 000,00 рублей.

Статьей 237 ТК РФ предусмотрено, что моральный вред, причиненный работнику неправомерными действиями или бездействием работодателя, возмещается работнику в денежной форме в размерах, определяемых соглашением сторон трудового договора. В случае возникновения спора факт причинения работнику морального вреда и размеры его возмещения определяются судом независимо от подлежащего возмещению имущественного ущерба.

Статья 151 Гражданского кодекса Российской Федерации определяет, что, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания), суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

Согласно ст. 1101 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется в денежной форме. Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Пункт 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994г. определяет, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.), или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и других.

Пункт 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.1994г. № 10 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда», п. 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.01.2010г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровья гражданина» устанавливают, что потерпевший в связи с причинением вреда его здоровью во всех случаях испытывает физические или нравственные страдания, факт причинения ему морального вреда предполагается. Установлению в данном случае подлежит лишь размер компенсации морального вреда. При этом размер компенсации морального вреда зависит от характера и объема причиненных истцу нравственных или физических страданий, степени вины ответчика в каждом конкретном случае, иных заслуживающих внимания обстоятельств. Степень нравственных или физических страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств причинения морального вреда, индивидуальных особенностей потерпевшего и других конкретных обстоятельств, свидетельствующих о тяжести перенесенных им страданий.

При определении размера компенсации морального вреда, причиненного истцу, суд, учитывая требования разумности и справедливости, степень вины причинителя вреда, характер и объем физических и нравственных страданий, выразившихся в причинении вреда здоровью ФИО1 при получении травм, относящихся к категории производственных, в виде <данные изъяты>, последствиями которых явилась необходимость длительного лечения, физиолечения, восстановительного лечения, учитывая общее ухудшение состояния здоровья истца, невозможность вести привычный образ жизни, а также учитывая те обстоятельства, что здоровье истца до настоящего времени не восстановилось, она продолжает лечение, которое не является окончательным в настоящее время, связанные с этим нравственные страдания, а также учитывая, что ответчик – юридическое лицо, которое обязано было обеспечить безопасность работников при выполнении работ, считает, что требования истца ФИО1 о компенсации морального вреда подлежат частичному удовлетворению в размере 120 000,00 рублей.

Доводы стороны ответчика о том, что истцу выплачена материальная помощь в сумме 25 000,00 рублей в счет компенсации морального вреда, что подтверждается расходными кассовыми ордерами № от 19.06.2017г. и № от 11.07.2017г., суд находит несостоятельными, поскольку приказ, на основании которого истцу выплачена материальная помощь, суду не представлен, что исключает возможность оценить назначение суммы, выплаченной работодателем.

В соответствии с п. 1 ст. 103 ГПК РФ государственная пошлина, от уплаты которой истец освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов, в связи с чем с ответчика подлежит к взысканию в доход местного бюджета государственная пошлина в размере 700,00 рублей (400,00+300,00=700,00), исходя из требований имущественного и неимущественного характера.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 ГПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

Исковые требования ФИО1 удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Лепта» в пользу ФИО1 в счет компенсации морального вреда, причиненного ее здоровью в результате несчастного случая на производстве, 120 000,00 рублей, дополнительно понесенные расходы в сумме 4 147,00 руб., а всего взыскать 124 147,00 (сто двадцать четыре тысячи сто сорок семь) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований, заявленных ФИО1, отказать.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Лепта» в доход местного бюджета государственную пошлину в сумме 700,00 (семьсот) рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Омский областной суд через Советский районный суд г. Омска в течение месяца со дня вынесения решения в окончательной форме.

Судья <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>