Решение № 2-1146/2024 2-133/2025 2-133/2025(2-1146/2024;)~М-1061/2024 М-1061/2024 от 16 сентября 2025 г. по делу № 2-1146/2024

Дело <номер>

УИД 74RS0<номер>-28


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

09 сентября 2025 года <адрес>

Ашинский городской суд <адрес> в составе:

председательствующего судьи Решетниковой О.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Чвановой Н.А.,

с участием старшего помощника Ашинского городского прокурора Московой Р.М.,

с участием истца ФИО1, представителя ответчика ГБУЗ «Районная больница <адрес>» ФИО2, третьего лица ФИО3,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница <адрес>» о взыскании компенсации морального вреда,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратилась в суд с иском к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница <адрес>» (далее ГБУЗ «Районная больница <адрес>») о взыскании компенсации морального вреда, причиненного некачественных оказанием медицинской помощи в размере 1 500 000 руб. 00 коп.

В обоснование иска указано, что ФИО1, <дата> года рождения, приходилась истцу дочерью. Вследствие ненадлежащего исполнения своих профессиональных обязанностей сотрудниками ГБУЗ «Районная больница <адрес>» при родоразрешении истца ФИО1 <дата> родилась ФИО4, которая впоследствии стала паллиативным ребенком и <дата> ФИО4 умерла. По факту оказания ненадлежащей медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ «Районная больница <адрес>» <дата> следственным отделом по <адрес> СУ СК России по <адрес> возбуждено уголовное дело <номер> по признакам состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации. Согласно заключению <номер> от <дата> по результатам комиссия экспертов пришла к выводам, что усматриваются недостатки оказания медицинской помощи медицинскими работниками ГБУЗ «Районная больница <адрес>» на амбулаторном и стационарном этапах оказания медицинской помощи. Впоследствии ненадлежащего оказания медицинской помощи, в том числе по причине дефектов ее оказания истец претерпевала нравственные страдания, связанные с осознанием того, что проводимое лечение не принесло своего результата, состояние здоровья дочери ухудшалось, и она умерла. Со смертью дочери истец лишилась заботы, поддержки, внимания близкого и родного человека. Учитывая, что истец испытывает нравственные страдания в связи со смертью близкого и родного человека и в настоящее время, что является тяжелым и необратимым по своим последствиям событием, по мнению истца, ответчик обязан компенсировать ей нанесенный моральный вред.

Истец ФИО1 в судебном заседании на удовлетворении требований настаивала по основаниям, указанным в исковом заявлении, указала, что с заключением экспертов согласна, во время беременности на всех исследованиях врачи говорили, что с ребенком все хорошо, полагает, что состояние ребенка ухудшилось из-за некачественно оказанной медицинской помощи в момент родоразрешения.

Представитель ответчика ГБУЗ «Районная больница <адрес>» ФИО2 в судебном заседании с исковыми требованиями согласилась частично, указала, что частично имеются недостатки оказания медицинской помощи, сумма морального вреда завышена.

Третье лицо ФИО3 в судебном заседании с исковыми требованиями не согласилась, указала, что нарушений с ее стороны в оказании медицинской помощи ФИО1 не было.

Представители третьих лиц Министерства здравоохранения <адрес> в судебное заседание не явились, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом, о причинах неявки не сообщили.

Суд, выслушав пояснения сторон и заключение прокурора Москова Р.М., полагавшей, что требования о компенсации морального вреда подлежат удовлетворению, исследовав материалы дела, приходит к выводу, что иск подлежит удовлетворению.

В соответствии со ст. 2 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ «Об основах охраны здоровья граждан в Российской Федерации» (далее Федеральный закон от <дата> №323-ФЗ) под здоровьем понимается состояние физического, психического и социального благополучия человека, при котором отсутствуют заболевания, а также расстройства функций органов и систем организма.

Медицинская помощь - комплекс мероприятий, направленных на поддержание и восстановление здоровья и включающих в себя предоставление медицинских услуг, а медицинская услуга - медицинское вмешательство или комплекс медицинских вмешательств, направленных на профилактику, диагностику и лечение заболеваний, медицинскую реабилитацию и имеющих самостоятельное законченное значение (п. 3, 4 статьи 2).

Под качеством медицинской помощи понимается совокупность характеристик, отражающих своевременность оказания медицинской помощи, правильность выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации при оказании медицинской помощи, степень достижения запланированного результата (п. 21 ст. 2 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ).

Положениями ст. 4 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ предусмотрено, что основными принципами охраны здоровья являются соблюдение прав граждан в сфере охраны здоровья и обеспечение связанных с этими правами государственных гарантий, приоритет интересов пациента при оказании медицинской помощи, приоритет охраны здоровья детей, ответственность органов государственной власти и органов местного самоуправления, должностных лиц организаций за обеспечение прав граждан в сфере охраны здоровья, доступность и качество медицинской помощи.

В соответствии с п. п. 3, 4 ст. 10 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ доступность и качество медицинской помощи обеспечиваются возможностью выбора медицинской организации и врача в соответствии с настоящим Федеральным законом и применением порядков оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи.

Согласно п. 1 ст. 22 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ каждый имеет право получить в доступной для него форме имеющуюся в медицинской организации информацию о состоянии своего здоровья, в том числе сведения о результатах медицинского обследования, наличии заболевания, об установленном диагнозе и о прогнозе развития заболевания, методах оказания медицинской помощи, связанном с ними риске, возможных видах медицинского вмешательства, его последствиях и результатах оказания медицинской помощи.

Лечащий врач организует своевременное квалифицированное обследование и лечение пациента, предоставляет информацию о состоянии его здоровья (ст. 70 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ).

В силу ст. 73 вышеуказанного Федерального закона медицинские работники обязаны оказывать медицинскую помощь в соответствии со своей квалификацией, должностными инструкциями, служебными и должностными обязанностями.

Согласно п. 9 ч. 5 ст. 19 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ пациент имеет право на возмещение вреда, причиненного здоровью при оказании ему медицинской помощи.

В силу ч. 2 и ч. 3 ст. 98 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ медицинские организации, медицинские работники и фармацевтические работники несут ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации за нарушение прав в сфере охраны здоровья, причинение вреда жизни и (или) здоровью при оказании гражданам медицинской помощи.

Вред, причиненный жизни и (или) здоровью граждан при оказании им медицинской помощи, возмещается медицинскими организациями в объеме и порядке, установленных законодательством Российской Федерации.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата><номер> «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей» к отношениям по предоставлению гражданам медицинских услуг, оказываемых медицинскими организациями в рамках добровольного и обязательного медицинского страхования, применяется законодательство о защите прав потребителей.

В соответствии с п. 1 ст. 29 Закона Российской Федерации от <дата><номер> «О защите прав потребителей» потребитель при обнаружении недостатков выполненной работы (оказанной услуги) вправе по своему выбору, в том числе потребовать соответствующего уменьшения цены выполненной работы (оказанной услуги), возмещения понесенных им расходов по устранению недостатков выполненной работы (оказанной услуги) своими силами или третьими лицами. Потребитель также вправе отказаться от исполнения договора о выполнении работы (оказании услуги), если им обнаружены существенные недостатки выполненной работы (оказанной услуги) или иные существенные отступления от условий договора. Потребитель вправе потребовать также полного возмещения убытков, причиненных ему в связи с недостатками выполненной работы (оказанной услуги). Убытки возмещаются в сроки, установленные для удовлетворения соответствующих требований потребителя.

Согласно п. 4 ст. 29 Закона Российской Федерации «О защите прав потребителей» исполнитель отвечает за недостатки работы (услуги), на которую не установлен гарантийный срок, если потребитель докажет, что они возникли до ее принятия им или по причинам, возникшим до этого момента. В отношении работы (услуги), на которую установлен гарантийный срок, исполнитель отвечает за ее недостатки, если не докажет, что они возникли после принятия работы (услуги) потребителем вследствие нарушения им правил использования результата работы (услуги), действий третьих лиц или непреодолимой силы.

Как разъяснено в п. 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата><номер> «О рассмотрении судами гражданских дел по спорам о защите прав потребителей», при разрешении требований потребителей необходимо учитывать, что бремя доказывания обстоятельств, освобождающих от ответственности за неисполнение либо ненадлежащее исполнение обязательства, в том числе и за причинение вреда, лежит на продавце (изготовителе, исполнителе, уполномоченной организации или уполномоченном индивидуальном предпринимателе, импортере) (пункт 4 статьи 13, пункт 5 статьи 14, пункт 5 статьи 23.1, пункт 6 статьи 28 Закона о защите прав потребителей, ст. 1098 Гражданского кодекса Российской Федерации). Исключение составляют случаи продажи товара (выполнения работы, оказания услуги) ненадлежащего качества, когда распределение бремени доказывания зависит от того, был ли установлен на товар (работу, услугу) гарантийный срок, а также от времени обнаружения недостатков (п. 6 ст. 18, пункты 5 и 6 ст. 19, пункты 4, 5 и 6 ст. 29 Закона).

В соответствии со ст. 151 Гражданского кодекса Российской Федерации, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу статей 151, 1064, 1099, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации моральный вред (физические или нравственные страдания) при причинении вреда здоровью гражданина, подлежит компенсации в денежной форме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Как разъяснено в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от <дата><номер> «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда» под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Судам следует учитывать, что в случаях, если действия (бездействие), направленные против имущественных прав гражданина, одновременно нарушают его личные неимущественные права или посягают на принадлежащие ему нематериальные блага, причиняя этим гражданину физические или нравственные страдания, компенсация морального вреда взыскивается на общих основаниях.

Суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении.

Определяя размер компенсации морального вреда, суду необходимо, в частности, установить, какие конкретно действия или бездействие причинителя вреда привели к нарушению личных неимущественных прав заявителя или явились посягательством на принадлежащие ему нематериальные блага и имеется ли причинная связь между действиями (бездействием) причинителя вреда и наступившими негативными последствиями, форму и степень вины причинителя вреда и полноту мер, принятых им для снижения (исключения) вреда (п.п. 25, 26 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от <дата><номер> "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В пункте 11 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата><номер> "О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина" разъяснено, что по общему правилу, установленному статьей 1064 ГК РФ, ответственность за причинение вреда возлагается на лицо, причинившее вред, если оно не докажет отсутствие своей вины. Установленная статьей 1064 ГК РФ презумпция вины причинителя вреда предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт увечья или иного повреждения здоровья, размер причиненного вреда, а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

При рассмотрении дел о компенсации морального вреда в связи со смертью потерпевшего иным лицам, в частности членам его семьи, иждивенцам, суду необходимо учитывать обстоятельства, свидетельствующие о причинении именно этим лицам физических или нравственных страданий. Указанные обстоятельства влияют также и на определение размера компенсации этого вреда. При определении размера компенсации морального вреда суду с учетом требований разумности и справедливости следует исходить из степени нравственных или физических страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, степени вины нарушителя и иных заслуживающих внимания обстоятельств каждого дела (абзацы третий и четвертый пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от <дата><номер>).

По смыслу приведенных нормативных положений гражданского законодательства и разъяснений Пленума Верховного Суда Российской Федерации, моральный вред - это нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага, перечень которых законом не ограничен. Необходимыми условиями для возложения обязанности по компенсации морального вреда являются: наступление вреда, противоправность поведения причинителя вреда (в данном случае нарушение требований законодательства, порядков оказания медицинской помощи, стандартов медицинской помощи и клинических рекомендаций (протоколов) действиями (бездействием) медицинской организации (ее работников), наличие причинной связи между наступлением вреда и противоправностью поведения причинителя вреда, вина причинителя вреда.

При этом законом установлена презумпция вины причинителя вреда, которая предполагает, что доказательства отсутствия его вины должен представить сам ответчик. Потерпевший представляет доказательства, подтверждающие факт наличия вреда (физических и нравственных страданий - если это вред моральный), а также доказательства того, что ответчик является причинителем вреда или лицом, в силу закона обязанным возместить вред.

В соответствии с п. 2 ст. 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

По данному делу существенными и подлежащим доказыванию обстоятельством, с учетом подлежащих применению норм материального права, является качество оказанной ФИО1 медицинской помощи.

Из материалов дела следует, и подтверждается представленными доказательствами, что <дата> у ФИО1, <дата> года рождения родилась дочь ФИО1, <дата> года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении IV-ИВ <номер> от <дата>, выданным Отделом ЗАГС администрации Ашинского муниципального района <адрес> (л.д. 27), актовой записью о рождении <номер> от <дата> (л.д. 77).

<дата> ФИО1, <дата> умерла, что подтверждается свидетельством о смерти IV-ИВ <номер> от <дата>, выданным Отделом ЗАГС администрации Ашинского муниципального района <адрес> (л.д. 28), актовой записью о смерти <номер> от <дата> (л.д.78).

В обоснование своей позиции истцом ФИО1 в материалы дела представлено постановление от <дата>, вынесенное следователем следственного отдела по <адрес> следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по <адрес> ФИО5 о прекращении уголовного дела <номер>, согласно которому уголовное дело <номер> прекращено по основанию предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с отсутствием в действиях медицинских работников ГБУЗ «Районная больница <адрес>» - заведующей акушерским отделением ФИО3, заместителем главного врача по медицинской части ФИО6, старшей акушеркой ФИО7, а также главного врача ГАУЗ «Челябинская областная детская клиническая больница «ФИО8, признаков преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 109 Уголовного кодекса Российской Федерации (л.д. 10-23).

В рамках уголовного дела <номер> проведена экспертиза, согласно заключению экспертов <номер> от <дата>, выполненного АНО «СИНЭО» следует, что вред здоровью ФИО1 в причинной связи с недостатками оказания медицинской помощи не был причинен. Вред здоровью ФИО4 в следствие недостатков оказания медицинской помощи не был причинен. Следует полагать, что тяжесть состояния ребенка при рождении была обусловлена особенностями и недостаточностью маточно-плацентарного кровообращения в период родовой деятельности и незначительным увеличением интервала времени второго периода родов (период изгнания - рождения плода) из-за непредвиденно возникшей дистоции плечиков в связи с объективными сложностями биомеханики родов при прохождении плода по родовым путям.

Установлены недостатки оказания медицинской помощи медицинскими работниками ГБУЗ «Районная больница <адрес>»:

Амбулаторный этап.

У ФИО1 были показания для родоразрешения в акушерском стационаре 3 группы по совокупности факторов акушерского и перинатального риска: первородящая позднего репродуктивного возраста (33 года): отягощенный гинекологический анамнез: киста яичника, поликистоз яичников; анатомически узкий таз (простой плоский таз 1 степени сужения); по данным УЗИ плода в 33 нед. <дата> выявлено двухкратное обвитие пуповины вокруг шеи, признаки правой абберантной одключичной артерии у плода.

Стационарный этап.

- Отсутствует оценка формы и степени сужения таза у первородящей позднего репродуктивного возраста. По размерам большого таза предполагается простой плоский таз 1 степени сужения. Размеры ромба Михаэлиса значительно меньше нормы 8x9 см (при норме 11x10 см). По величине наружной конъюгаты (18см-9=9 см), по величине прямого размера ромба Михаэлиса (8 см) косвенно определяют истинную конъюгату (минимальная норма которой 11 см). В данном случае 8-9 см. Исходя из приведенных данных можно сделать вывод о степени сужения простого плоского таза I -II степени. При простом плоском тазе уменьшены все прямые размеры малого таза, в том числе и плоскости выхода из малого таза. Оценка размеров выхода у беременной/роженицы ФИО1 отсутствовала.

- В случае анатомически узкого таза I степени при отсутствии крупного плода в головном предлежании показаний для планового кесарева сечения не было.

- В истории родов отсутствуют данные КТГ. протокол родов не соответствует приказу 13 РФ <номер>н от 2020г., отсутствует эпикриз родов, партограмма. Отсутствие данных документов в истории родов не позволяет дать экспертную оценку течения родов, оценить состояние, плода на каждом, этапе родов.

- Показаний к кесареву сечению в родах также не было.

- Имеются несоответствия в протоколе родов:

- родовая деятельность с 07.00 часов <дата> излитие околоплодных вод с 10.00 <дата> при раскрытии маточного зева 6 см. Несмотря на указанные данные, в диагноз выносится «преждевременное излитие околоплодных вод». Преждевременное излитие околоплодных вод - это излитие вод до начала родовой деятельности. Излитие околоплодных вод при 6 см раскрытия маточного зева считается своевременным излитием вод.

- отсутствует указание времени поэтапного рождения головки плода у первородящей женщины в потужном периоде родов: время врезывания головки плода (до рождения теменных бугров), время прорезывания головки плода (рождение теменных бугров). Указано только время рождения головки плода 14:15. От момента, когда головка плода опустилась на тазовое дно (14 час 00 мин) до ее рождения прошло 15 минут, с учетом дистоции плечевого пояса ребенок родился в 14 час 25 мин. Т.е. цотужной период (это заключительная часть второго периода родов составил 25 минут. В истории родов указана общая продолжительность второго периода родов (от полного раскрытия маточного зева до рождения плода) 35 минут. Получается быстрый темп прохождения головки плода по родовому каналу у первородящей позднего репродуктивного возраста с анатомически узким тазом и массой плода 3800г.

- после излития околоплодных вод при раскрытии маточного зева 6 см отсутствует определение вставления головки плода (расположение швов и родничков в плоскости входа в малый таз), что входит в обязательном порядке при функциональной оценке газа матери в родах с учетом риска клинически узкого таза.

- в соответствии с клиническими рекомендациями М3 РФ от 2020 «Затрудненные роды (дистоция) вследствие предлежания плечика отсутствует оказания медицинской помощи при развитии плечевого пояса (Дистоция плечиков - остановка родов после рождения головки плода вследствие отсутствия самопроизвольного опускания плечевого пояса и неэффективности лёгких вспомогательных низводящих тракций при потугах в течение более 60 с).

- отсутствует поэтапный алгоритм действий врача при развитии данного осложнения вызов дополнительной помощи персонала, указание роженице о прекращении тужиться), не указано время от момента рождения головки плода до выполнения приемов первой линии, время между применением приема Мак-Робертса и приемом Жакмира (должно быть не более 30 сек.); не применен прием «надлобкового давления»; неправильная техника приема Жакмира (если рождения (переднего плечика не происходит после выведения задней ручки необходимо выполнить внутренний поворот плода так, чтобы перевести переднее плечико в заднюю позицию. Самостоятельно не может произойти разворот плечиков); не соблюдены критерии качества медицинской помощи при дистоции плечевого пояса.

У ФИО1 не было выявлено показаний для оперативного родоразрешения (кесарево сечения), на момент начала родовой деятельности <дата>.

Тактика родов через естественные родовые пути была обоснованно выбрана врачами ГБУЗ «Районная больница <адрес>» и поэтому выбранную тактику следует считать верной.

В соответствии с акушерской ситуацией не было показаний для иной тактики ведения родов у ФИО1 с учетом анатомического, физического состояния роженицы, а также с учетом предварительно полученных параметров плода. В этой связи не усматривается нарушений установленных медицинских стандартов качества оказания медицинской помощи.

Прямая причинно-следственная связь отсутствует между дефектами, установленными в ходе оказания акушерской помощи и развившейся гипоксией новорожденной ФИО4 и ее тяжелым состоянием здоровья.Прямая причинно-следственная связь отсутствует между дефектами, установленными в ходе оказания акушерской помощи с развившейся гипоксией новорожденной ФИО4 и наступлением ее смерти, установленной врачами ГАУЗ «Челябинская детская клиническая больница» (л.д. 29-69).

Согласно ст.40 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ экспертиза качества медицинской помощи проводится в целях выявления нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценки своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

В соответствии с ч.6 ст. 40 Федерального закона от <дата> №323-ФЗ экспертиза качества медицинской помощи - выявление нарушений при оказании медицинской помощи, в том числе оценка своевременности ее оказания, правильности выбора методов профилактики, диагностики, лечения и реабилитации, степени достижения запланированного результата.

Из представленного в материалы дела акта проверки, Министерством здравоохранения <адрес><номер>вк от <дата> следует, что выявлены замечания по оформлению медицинской документации на амбулаторном этапе: ведение диспансерной книжки беременной: диагнозы установлены не в соответствии с МКБ 10. Выявлены замечания по оказанию медицинской помощи: не в полном объеме выполнены клинические рекомендации: «Затрудненные роды (дистоция) вследствие предлежания плечика», «Нормальная беременность»; приемы по оказанию медицинской помощи не должны превышать суммарный период действий 5 минут; в истории развития новорожденного нет данных об оценке пациента по шкале Сарнат, нет данных об определении газов крови и КЩР. По результатам проверки Министерством здравоохранения <адрес> в отношении ГБУЗ «Районная больница <адрес>» составлено предписание (л.д. 100-104).

Согласно представленного в материалы дела ответа Территориального фонда обязательного медицинского страхования <адрес> истец ФИО1 в 2018-2024 годах о проведении экспертизы качества медицинской помощи в учреждении ответчика в ТФОМС <адрес> не обращалась, заключения по результатам контроля объема, сроков, качества и условий оказания медицинской помощи в ТФОМС <адрес> отсутствуют. ЭКМП в отношении ФИО4, <дата> года рождения в 2021-2023 годах не проводилась. В соответствии со сведениями из регионального сегмента единого регистра застрахованных лиц, ведение которого осуществляется в соответствии с положениями ст. 44 Закона об ОМС на этапах оказания медицинской помощи указанных истцом в исковом заявлении, контроль объемов, сроков, качества и условий предоставления медицинской помощи в соответствии со ст. 40 Закона об ОМС не проводился (л.д. 111).

Допрошенный в качестве свидетеля ФИО6 пояснил, что родоразрешение ФИО1 проходило естественным путем, показаний к проведению кесарева сечения не было то, что плечики ребенка не пройдут предвидеть было невозможно. Ребенок родился на маленькое количество баллов, он позвонил в Челябинск, сообщил о ребенке, примерно через четыре - пять часов после родов ребенка ФИО1 увезли в <адрес>.

Не согласившись с заключением экспертов <номер> от <дата>, выполненного экспертами АНО «СИНЭО» представителем ответчика ГБУЗ «Районная больница <адрес>» заявлено ходатайство о назначении судебно-медицинской экспертизы.

Определением суда от <дата> по ходатайству ответчика была назначена судебно-медицинская экспертиза (л.д. 146-150).

Из заключения экспертов №М79-04/2025 от <дата> Международного бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС» следует, что при оказании медицинской помощи ФИО1 в период наблюдения в женской консультации комиссией экспертов выявлены следующие дефекты: не установлен диагноз анатомически узкого таза; не проводились дополнительные исследования (рентгенпельвиометрия, МРТ органов малого таза) для уточнения размеров таза; УЗИ почек для подтверждения диагноза и оценки состояния органов мочевыделительной системы не проведено при наличии в анамнезе хронического пиелонефрита; не проведено обследование на бета-гемолитический стрептококк группы В в 35-37 недель беременности; - обследование на краснуху; - определение группы крови и резус- фактора при 1 визите; - определение ТТГ при 1 визите; не назначена фолиевая кислота с момента постановки на учет (получала фолиевую кислоту в составе поливитаминов (компливит мама, содержание фолиевой кислоты 400 мкг) с 13-14 недели; назначение поливитаминов не обоснованно с учетом того, что ФИО1 относилась к группе низкого риска авитаминоза. Выявленные нарушения не оказали влияния на исход родов.

В период с <дата> по <дата> в сроке 30-31 неделя ФИО1 находилась на госпитализации в ГБУЗ «Районная больница <адрес>» с диагнозом: «Беременность 30-31 нед. Угроза преждевременных родов. Хр. пиелонефрит вне обострения».

Обследование и лечение при угрожающих преждевременных родах проведены правильно, в соответствии с клиническими рекомендациями, положениями специальной литературы.

При оказании медицинской помощи в указанный период допущены дефекты: в диагноз не вынесен анатомически узкий таз 2 степени сужения; не проведены дополнительные исследования (рентгенпельвиометрия, МРТ органов малого таза) для уточнения размеров таза. Дефекты, допущенные в период оказания медицинской помощи с <дата> по <дата>, не оказали влияния на исход родов.

При оказании медицинской помощи в ГБУЗ «Районная больница <адрес>» в период с <дата> по <дата> комиссией экспертов выявлены следующие дефекты:

1. Не установлен диагноз анатомически узкого таза.

2. Не проведены дополнительные исследования (рентгенпельвиометрия, МРТ органов малого таза) для уточнения размеров таза.

3. Неверно выбрана тактика ведения родов при поступлении - учитывая уменьшение всех размеров таза, а также размер истинной конъюгаты (18-9 = 9 см), у ФИО1 имел место простой плоский таз 2 степени сужения.

При второй степени сужения таза рекомендовано родоразрешение путем оперении кесарева сечения. Ведение родов через естественные родовые пути возможно только в исключительных случаях (небольшие размеры плода (вес до 3000 г), хорошая готовность родовых путей, благоприятное вставление головки).

В исследуемом случае предполагаемая масса плода: по формуле Жорданиа: 94 * 38 = 3572 г (+/-200 г); по формуле ФИО9: (38+94) * 100/4 = 132 * 25 — 3300 г; по Ланковицу: (94+38+165+72) * 10 = 3690 г; по Джонсону: (38-11) * 155=4185 г. По данным УЗИ от <дата> предполагаемая масса плода - 3850 г.

Таким образом, учитывая наличие простого плоского таза 2 степени сужения, предполагаемую массу плода более 3000 г, у ФИО1 имелись показания для родоразрешения путем кесарева сечения в плановом порядке.

4. Не проведен непрерывный кардиомониторный контроль за состоянием плода и родовой деятельностью (КТГ) (нарушения сердечного ритма плода могут быть ранним признаком клинического узкого таза). КТГ была записана однократно в период с 10:56 до 11:13.

5. На единственной пленке КТГ указано, что Критерии Доуза-Редмана не соблюдены. (К критериям Доуза-Редмана относятся: БР 116—160 уд./мин; эпизод высокой вариабельности длительностью >5 мин; по крайней мере одно шевеление или три акцелерации; STV >4 мс; отсутствие децелераций (>20 потерянных ударов); отсутствие признаков синусоидального ритма; отсутствие ошибок или медленной децелерации в конце записи.

STV - важный, но ни в коей мере не единственный показатель нормального состояния плода. Сниженная STV чаще всего наблюдается у плодов с замедлением роста или находящихся в состоянии хронического стресса. Значение STV <4 мс считается низким, <3 мс - аномальным, <2 мс – крайне аномальным. Необходимо помнить, что эти пороговые значения применимы только в том случае если измерения ведутся в течение полных 60 мин. В данном случае КТГ записана в течение 20 минут.

При изучении КТГ установлено: базальный ритм 170-140-175 ударов в минуту - патологический + 2 поздних децелерации. Следовательно, КТГ относится к сомнительному типу. Кроме того, за 20 минут записи было 12 сокращений матки - тахисистолия.

Также необходимо отметить, что, в соответствии с клиническими рекомендациями рост <= 150 см, поперечный размер пояснично-крестцового ромба Михаэлиса <= 9,5 см продольный размер пояснично-крестцового ромба Михаэлиса <= 10,5 см, межостистый размер <=10 см, отношение рост/ВДМ <= 4,7 могут свидетельствовать о формировании клинически узкого таза. В осуждаемом случае соотношение рост/ВДМ=165/38 см=4,3, ромб 8x9 см, то есть имелся риск тазово-головной диспропорции в родах.

Следовательно, у роженицы с сужением таза 2 степени, предполагаемой массой плода 3500-3800 г, риском клинически узкого таза, имела место сомнительная КТГ с тахикардией плода и чрезмерно сильная родовая деятельность.

При поступлении с учетом степени сужения таза, предполагаемой массы плода, риска клинически узкого таза ФИО1 уже было показано родоразрешение путем кесарева сечения в плановом порядке.

Учитывая сомнительный тип КТГ (тахикардия плода), чрезмерно сильную родовую деятельность, признаки тазово-головной диспропорции, необходим был пересмотр тактики ведения родов в сторону кесарева сечения. Вместо этого продолжено консервативное ведение родов.

6. В соответствии с клиническими рекомендациями влагалищное исследование должно проводиться каждые 4 часа в активную фазу первого периода родов с целью оценки динамики родов.

Влагалищное исследование проведено в 08:00, затем в 10:25 в связи с отхождением вод. При этом указано, что подтекают «светлые воды со взвесью», открытие маточного зева 6 см; неясно, какая взвесь имеется ввиду. Если это меконий, следовало это отметить в дневнике. При отхождении вод во время активной фазы родов, но до 7 см раскрытия, согласно специальным знаниям, называется не преждевременное, а раннее излитие вод. Больше влагалищное исследование не проводили в нарушение клинических рекомендаций.

7. В истории родов не отмечено начало 2 периода родов. В 13:50 указано, что головка плода уже на дне малого таза. Таким образом, все плоскости таза до плоскости выхода головка прошла без наблюдения, в то время как во 2 периоде родов согласно клиническим рекомендациям необходимо проводить выслушивание сердцебиения плода каждые 5 минут и после каждой потуги.

8. Во 2 период родов не проводилось влагалищное исследование, которое в соответствии с клиническими рекомендациями рекомендовано проводить каждый час с целью оценки продвижения головки плода по родовому каналу.

9. При диагностировании дистоции плечиков не проведено бимануальное влагалищное исследование.

10. При развитии дистоции плечиков роженице не дано указание не тужиться; врачом-акушером-гинекологом ФИО3 и врачом-неонатологом ФИО6 производилось давление на дно матки, что подтверждается протоколом допроса потерпевшей ФИО1 от <дата>. Таким образом, при развитии дистоции плечиков ФИО1 продолжала тужиться (поскольку указание не тужиться ей не было дано), а врач-акушер-гинеколог и врач-педиатр оказывали давление на дно матки в противоречие клиническим рекомендациям.

11. Согласно данным истории родов дистоция плечиков диагностирована в 14:15, время рождения ребенка - 14:25, то есть для выведения плечиков потребовалось 10 минут (вместо допустимых 5).

12. При анализе оказанной медицинской помощи ФИО1 медицинскими работниками ГБУЗ «Районная больниц <адрес>» в период родоразрешения комиссией экспертов выявлена патологическая кровопотеря, сведений о которой в истории родов не имеется.

В диагноз не вынесено послеродовое гипотоническое кровотечение, которое описано в дневнике курации от <дата> в 15:30 и по поводу которого была оказана помощь (инфузионная терапия, окситоцин, миролют, транексам).

С учетом данных протокола патологоанатомического вскрытия <номер> от <дата>, а также данных гистологического исследования, проведенного в рамках настоящей экспертизы, смерть ФИО4 наступила от заболевания - внебольничной двусторонней полисегментарной серозной пневмонии, протекавшей на крайне неблагоприятном преморбидном фоне в виде тяжёлого гипоксически-ишемического поражения ЦНС, с развитием острой легочно-сердечной недостаточности, отека головного мозга

В соответствии с данными специальной литературы синдром Денди-Y развития головного мозга, который характеризуется триадой признаков: гипоплазией червя мозжечка (и полушарий); расширением III желудочка до формирования кисты задней черепной ямки из-за ее увеличения, связанного со смещением вверх латеральных синусов и мозжечкового намета; внутренней гидроцефалией.

Пренатальная диагностика синдрома возможна во второй триместр 18-22 недели при ультразвуковом исследовании (УЗИ).

Согласно данным индивидуальной карты беременной и родильницы при скрининговом УЗИ во II триместре (<дата>) визуализирован мозжечок 22 цистерна (4,1 мм), боковые желудочки (4,1/4,8 мм), размеры которых соответствуют норме, признаков гидроцефалии не выявлено.

Согласно протоколу УЗИ в III триместре (<дата>) размеры мозжечка соответствуют гестационному возрасту (43 мм), признаков расширения ликворной системы не выявлено (большая цистерна 6,4 мм, боковые желудочки мозга по 4,0 мм, ФИО10 борозда 14 мм).

По данным МРТ головного мозга от <дата> выявлены зоны кистозно-глиозных изменений, расположенные симметрично парасагиттально в области лобных долей и в области отростков и соответствуют бассейнам кровоснабжения ветвей ПМА и СМА с вовлечением кортикоспинальных трактов, мозолистого тела; компенсаторно расширены боковые и третий желудочки головного мозга (гипотрофия вещества мозга). Данные изменения являются последствиями гипоксически-ишемического поражения головного мозга у ФИО4

Учитывая отсутствие признаков патологии головного мозга при УЗИ-скринингах во время беременности, отсутствие структурных изменений при проведении НСГ (<дата>, <дата>, <дата>), отсутствие данных за синдром Денди-Уокера на МРТ головного мозга от <дата>, а также отсутствие признаков указанного порока развития по данным протокола патологоанатомического вскрытия, аномалия Денди-Уокера у ФИО4 (описанная в протоколе МРТ головного мозга от <дата>) исключается.

При исследовании гистологического архива плаценты, плодных оболочек и пуповины в рамках настоящей экспертизы установлено, что плацента, плодные оболочки имеют нормальное строение, соответствующее 3 триместру беременности, выявлены естественные, обусловленные физиологическим «старением плаценты» инволютивно-дистрофические изменения. При гистологическом исследовании не выявлено каких-либо патологических изменений, в том числе хронической и острой плацентарной недостаточности.

В соответствии с клиническими рекомендациями при неосложненном течении второго периода родов в момент разгибания и рождения головки плода его плечики опускаются в плоскость входа в малый таз в косом или поперечном размере таза. Затем, при прохождении плечиков через полость таза, происходит их внутренний поворот. При дистоции плечиков, во время разгибания и рождения головки плода его плечики остаются в прямом или слегка в косом размере входа в таз и не опускаются в полость таза до следующей схватки-потуги. Если в последующую потугу плечики не совершают поворот, то механизм родов нарушается. Плечики плода фиксируются в этом положении, дальнейшее продвижение плода останавливается и формируется дистоция. При этом наиболее часто переднее плечико упирается в лонное сочленение, реже - заднее в крестец, очень редко препятствия встречают оба плечика. ДП может быть обусловлена несоответствием между размерами плода и таза матери (крупный плод, узкий таз).

Согласно специальным знаниям, диаметр плечиков плода 12 см. У ФИО11 было сужение таза 2 степени, прямой размер входа - истинная коньюгата, 9 см, в связи, с чем закономерно произошла дистоция плечиков, когда переднее плечико не прошло суженный вход в полость таза.

Неверная тактика ведения родов (консервативное ведение при наличии показаний для планового кесарева сечения; не изменена тактика ведения родов при сомнительной КТГ, риске тазово-головной диспропорции в родах, отсутствие контроля за продвижением головки плода, отсутствие контроля за состоянием плода) привела к развитию осложнения - дистоции плечиков. Нарушение тактики ведения родов при развитии дистоции плечиков (не дано указание не тужиться, осуществлялось давление на дно матки) способствовало усугублению ситуации, привело к затруднениям при проведении манипуляций, слишком долгому извлечению плода (10 минут вместо допустимых 5), что повлекло за собой рождение ребенка в состоянии гипоксии тяжелой степени и развитие тяжелого перинатального поражения ЦНС - постаноксической энцефалопатии (субдуральная гематома левых лобной и теменной областей, кистозно-глиозные и атрофические изменения лобных и теменных долей, области базальных ядер справа и слева).

Учитывая вышеизложенное, комиссия экспертов пришла к выводу, что дефекты при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ «Районная больница <адрес>» в период с <дата> по <дата> являлись причиной тяжелой асфиксии новорожденной ФИО4, приведшей к развитию гипоксически-ишемического поражения головного мозга и в последующем к необратимым изменениям головного мозга, то есть находятся в прямой причинно-следственной связи с неблагоприятными последствиями.

В соответствии с п. 25 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от <дата><номер>н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» ухудшение состояния здоровья человека, обусловленное дефектом оказания медицинской помощи, рассматривается как причинение вреда здоровью; в соответствии с п. <дата> причинен ТЯЖКИЙ вред здоровью по признаку опасности для жизни.

Внебольничная двусторонняя полисегментарная серозная пневмония, хотя и протекала на фоне тяжелого гипоксически-ишемического поражения ЦНС, но не является обязательным и непременным его осложнением, в связи с чем комиссия экспертов пришла к выводу, что между дефектами, допущенными при проведении родоразрешения ФИО1 в ГБУЗ «Районная больница <адрес>» в период с <дата> по <дата>, и смертью ФИО4 прямая причинно-следственная связь отсутствует.

Дефекты, допущенные в период наблюдения в женской консультации, а также в период госпитализации с <дата> по <дата>, не оказали влияния на исход родов, не состоят в причинно-следственной связи с неблагоприятным исходом родов и смертью ФИО4

В соответствии с п. 24 Приказа Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от <дата><номер>н «Об утверждении медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека» ухудшение состояния здоровья человека, вызванное характером и тяжестью травмы, отравления, заболевания, поздними сроками начала лечения, его возрастом, сопутствующей патологией и др. причинами, не рассматривается как причинение вреда здоровью (л.д. 172-225).

Суд принимает за основу заключение экспертов №М79-04/2025 от <дата> Международного бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС», поскольку эксперты были предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения, экспертам представлялись все имеющиеся материалы, в том числе материалы уголовного дела, все медицинские карты истца ФИО1, а также ФИО4, гистологический архив + плацента, данное заключение является достаточно подробным, выполнено квалифицированными экспертами, не заинтересованными в исходе дела, имеющими соответствующее образование, стаж и квалификация экспертов сомнений не вызывают, выводы экспертов носят категоричный утвердительный характер, согласуются с другими собранными по делу доказательствами и установленным по делу обстоятельствам не противоречат, в экспертном заключении содержаться исчерпывающие ответы по всем поставленным судом вопросам.

Поскольку дефекты при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ «Районная больница <адрес>» в период с <дата> по <дата> имели место, то ФИО1 причинены нравственные страдания в связи с некачественным оказанием медицинской помощи.

Определяя размер денежной компенсации морального вреда, суд принимает во внимание обстоятельства причинения вреда, наличием причинно-следственной связи между дефектами при оказании медицинской помощи ФИО1 в ГБУЗ «Районная больница <адрес>» в период с <дата> по <дата> и тяжелой асфиксией новорожденной ФИО4, приведшей к развитию гипоксически-ишемического поражения головного мозга и в последующем к необратимым изменениям головного мозга, отсутствие причинно-следственной связи между допущенными медицинским учреждением недостатками оказания медицинской помощи и смертью ФИО4, характер перенесенных истцом нравственных страданий, выразившийся в длительном лечении ФИО4, степень вины причинителя вреда в допущенных недостатках оказания медицинской помощи, и, руководствуясь принципами разумности и справедливости, пришел к выводу, что компенсация в заявленных истцом размере 1 500 000 руб. 00 коп. является завышенной.

В связи с изложенным, суд находит разумным и справедливым определить денежную компенсацию в размере 900 000 руб. 00 коп. в пользу истца ФИО1

<дата> в Ашинский городской суд <адрес> от общества с ограниченной ответственностью Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС» поступило заявление о выплате вознаграждения за выполненную экспертизу в размере 120 000 руб. 00 коп.

Определением Ашинского городского суда <адрес> от <дата> на ГБУЗ «Районная больница <адрес>» возложена обязанность в срок до <дата> внести на депозитный счет Управления Судебного департамента в <адрес> денежные средства в размере 120 000 руб. 00 коп. в счет оплаты стоимости экспертизы по гражданскому делу <номер> по иску ФИО1 к ГБУЗ «Районная больница <адрес>» о компенсации морального вреда.

<дата> ГБУЗ «Районная больница <адрес>» внесено на депозитный счет Управления Судебного департамента в <адрес> денежные средства в размере 120 000 руб. 00 коп., что подтверждается платежным поручением <номер> от <дата> (л.д. 141).

Определением Ашинского городского суда <адрес> от <дата> о назначении судебной экспертизы расходы по проведению экспертизы возложены на ответчика.

Согласно ч. 1 ст. 96 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации денежные суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам и специалистам, или другие связанные с рассмотрением дела расходы, признанные судом необходимыми, предварительно вносятся на счет, открытый в порядке, установленном бюджетным законодательством Российской Федерации, соответственно Верховному Суду Российской Федерации, кассационному суду общей юрисдикции, апелляционному суду общей юрисдикции, верховному суду республики, краевому, областному суду, суду города федерального значения, суду автономной области, суду автономного округа, окружному (флотскому) военному суду, управлению Судебного департамента в субъекте Российской Федерации, а также органу, осуществляющему организационное обеспечение деятельности мировых судей, стороной, заявившей соответствующую просьбу. В случае, если указанная просьба заявлена обеими сторонами, требуемые суммы вносятся сторонами в равных частях.

Обществом с ограниченной ответственностью Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС» выполнена экспертиза, представлено экспертное заключение № М79-04/2025 от <дата>. Стоимость, которой составила 203 600 руб. 00 коп. (л.д. 172-225,228,229).

Определением Ашинского городского суда <адрес> от <дата> Управлению Судебного департамента в <адрес> поручено перечислить денежные средства в размере 120 000 руб. 00 коп., в счет оплаты за проведение экспертизы общества с ограниченной ответственностью Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС» (л.д. 237-238).

Поскольку стоимость проведенной экспертизы - экспертное заключение № М79-04/2025 от <дата> выполненное обществом с ограниченной ответственностью Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС» составила 203 600 руб. 00 коп., ответчиком понесены расходы фактически на сумму 120 000 руб. 00 коп., требования истца удовлетворены, то суд полагает необходимым взыскать с ответчика расходы по оплате проведенной экспертизы № М79-04/2025 от <дата> в пользу экспертного учреждения общества с ограниченной ответственностью Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС» в размере 83 600 руб. 00 коп.

В силу ст. 103 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации с ответчика ГБУЗ «Районная больница <адрес>» в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина от уплаты которой истец освобождена, в размере 3 000 руб. 00 коп. за требование неимущественного характера.

Руководствуясь ст.ст.12, 194-198, 98, 94 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница <адрес>» о взыскании компенсации морального вреда, удовлетворить частично.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Районная больница <адрес>» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу ФИО1, <дата> года рождения (паспорт <номер> выдан <дата> Отделением УФМС России по <адрес> в <адрес>) компенсацию морального вреда в размере 900 000 руб. 00 коп.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО1 к Государственному бюджетному учреждению здравоохранения «Районная больница <адрес>» о взыскании компенсации морального вреда, отказать.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Районная больница <адрес>» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу общества с ограниченной ответственностью Международное бюро судебных экспертиз оценки и медиации «МБЭКС» (ИНН <***>, ОГРН <***>) неоплаченную стоимость проведенной судебной медицинской экспертизы в размере 83 600 руб. 00 коп.

Взыскать с Государственного бюджетного учреждения здравоохранения «Районная больница <адрес>» (ИНН <***>, ОГРН <***>) в доход местного бюджета государственную пошлину 3 000 руб. 00 коп.

Решение может быть обжаловано в Судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме, через Ашинский городской суд <адрес>.

Председательствующий О.В. Решетникова

Мотивированное решение изготовлено <дата>