Решение № 2-2675/2018 2-99/2019 2-99/2019(2-2675/2018;)~М-2729/2018 М-2729/2018 от 26 февраля 2019 г. по делу № 2-2675/2018

Дело № 2-99/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Иваново 27 февраля 2019 г.

Ленинский районный суд города Иваново в составе председательствующего судьи Уенковой О. Г., при ведении протокола секретарем Касаткиным А.М.,

с участием истца ФИО1, в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3, его представителя ФИО4,

представителя ответчицы адвоката Даниловой Юлии Александровны по доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ленинского районного суда города Иваново гражданское дело

по иску ФИО5 в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3 к ФИО6 о понуждении к заключению договора,

установил:

ФИО1, действиуя в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО7 обратился в суд с иском к ФИО6 о понуждении к заключению договора дарения долей жилого дома.

Иск обоснован тем, что истец вместе со своей женой – ФИО8 приобрели в долевую собственность жилой дом по адресу: г. Иваново, ул. <адрес>. Поскольку на приобретение дома был взят ипотечный кредит, дом находился в залоге у банка, кроме того, при покупке дома был использован материнский капитал.

13 октября 2017 г. истец заключил с ответчиком предварительный договор дарения долей в праве общей долевой собственности на дом детям, в целях обеспечения жильем детей.

После того, как кредит был погашен, истец предложил ответчице заключить основной договор дарения долей и передать детям по 25/100 долей в доме. Однако, поскольку брачные отношения в настоящее время прекращены, ответчица уклоняется от заключения основного договора купли-продажи.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 429, 445 ГК РФ истец просит суд понудить ответчицу заключить договор дарения доли в праве общей долевой собственности на жилой дом на условиях предварительного договора дарения доли в праве общей долевой собственности на жилой дом от 13 октября 2017 г. с дополнительным указанием на дарение 25/100 долей на земельный участок по адресу: <...> на каждого из детей – ФИО2, ФИО3

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО4 исковые требования поддержал по изложенным в иске основаниям, просил удовлетворить.

Представитель ответчицы по доверенности – адвокат Данилова Ю.В. возражала против удовлетворения требований, полагая, что реальной воли ответчицы на заключение договора дарения долей дома детям у сторон не было, ФИО6 подписала договор, находясь в крайне тяжелей жизненной ситуации, у ответчицы было выявлено не совместимое с жизнью заболевание – рассеянный склероз, кроме того, данный договор был изготовлен в целях вывода долей детей из квартиры родителей ответчика, которым там выделили доли, поскольку невозможно было продать квартиру, приобретённую на средства материнского капитала и купить спорный дом. Дом не приобретался на средства материнского капитала, а сам предварительный договор не соответствует по форме и содержанию требованиям закона. Кроме того, данный договор является ничтожной сделкой в силу норм ст. 168 ГК РФ, поскольку нарушает принцип единства судьбы земельных участков и прочно связанных с ними объектов. Кроме того, поскольку дом являлся залоговым имуществом, дарение долей в праве собственности на него, также является ничтожной сделкой.

Ответчица ФИО6 по обстоятельствам подписания договора дала объяснения о том, что подписывала договор, находясь в крайне тяжелей жизненной ситуации, кроме того, намерения дарить доли у нее не было, поскольку фактически данным договором стороны пытались вывести доли в праве собственности детей из квартиры родителей истца.

Третье лицо – ПАО «Сбербанк» России представителя в судебное заседание не направило, направило пояснения о том, что в настоящее время кредитные обязательства К-ных перед Банком отсутствуют.

Третье лицо ТУ СЗН по городу Иваново представителя в суд не направило, направило ходатайство о рассмотрении дела в отсутствие представителя, просило обратить внимание на нормы ст. 64 СК РФ.

Третье лицо – Управление Пенсионного фонда России по Ивановской области, уведомленное о времени и месте судебного заседания в установленном законом порядке в суд представителя не направило, с ходатайствами и заявлениями не обращалось.

Третье лицо – Управление Росреестра по Ивановской области направило сведения относительно спорного объекта недвижимости, отмечало, что предварительный договор имеет признаки основного договора, однако на регистрацию не поступал, просило рассмотреть дело в отсутствие своего представителя.

Выслушав участвующих в деле лиц, исследовав материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

На основании п.1 ст. 550 Гражданского кодекса Российской Федерации договор продажи недвижимости заключается в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами (п. 2 ст. 434).

В силу требований ст. 429 Гражданского кодекса Российской Федерации, по предварительному договору стороны обязуются заключить в будущем договор о передаче имущества, выполнении работ или оказании услуг (основной договор) на условиях, предусмотренных предварительным договором.

Предварительный договор заключается в форме, установленной для основного договора, а если форма основного договора не установлена, то в письменной форме. Несоблюдение правил о форме предварительного договора влечет его ничтожность.

Предварительный договор должен содержать условия, позволяющие установить предмет, а также другие существенные условия основного договора.

В предварительном договоре указывается срок, в который стороны обязуются заключить основной договор.

Если такой срок в предварительном договоре не определен, основной договор подлежит заключению в течение года с момента заключения предварительного договора.

Из содержания указанных статей следует, что предварительный договор купли-продажи недвижимости, должен быть заключен в письменной форме путем составления одного документа, подписанного сторонами. Государственной регистрации предварительного договора не требуется.

В случаях, когда сторона, заключившая предварительный договор, уклоняется от заключения основного договора, применяются положения, предусмотренные п. 4 ст. 445 настоящего Кодекса (п. п. 1 – 5).

Правилами п. 4 ст. 445 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что если сторона, для которой в соответствии с настоящим Кодексом или иными законами заключение договора обязательно, уклоняется от его заключения, другая сторона вправе обратиться в суд с требованием о понуждении заключить договор.

Судом установлено, что имеется 2 варианта предварительного договора дарения долей в праве общей долевой собственности на жилой дом по адресу: <...> – один, представленный истцом в судебном процессе – датированный 13 октября 2017 г. и предварительный договор дарения тех же долей в том же объекте недвижимости без даты, направленный ПАО Сбербанк России по запросу суда, который был представлен на согласование юридическому подразделению Банка по вопросу возможности предоставления согласия Банка на выделение доли в праве собственности на залоговый объект недвижимости.

Установлено также, что Банком было отказано в согласовании данного предварительного договора, как не соответствующего нормам действующего законодательства, а именно, не соблюдение нотариальной формы сделки – п. 3 ст. 163 ГК РФ, ст. 42 ФЗ от 13 июля 2015 г. № 218-ФЗ (ред. от 3 июля 2016 г.) «О государственной регистрации недвижимости», а также отсутствие в договоре условия о дарении долей земельного участка.

Установлено, что материнский капитал был использован сторонами для покупки квартиры по адресу: <...> д<адрес> где своим несовершеннолетним детям стороны впоследствии подарили по ? долей в праве собственности.

Впоследствии данная квартира была продана сторонами, при этом ответчица ФИО6 при продаже действовала за себя и за своих двух дочерей, в целях приобретения дома по адресу: г. Иваново, ул. <адрес>

Договор купли-продажи состоялся 6 июня 2014 г.

Установлено также, что разрешение на продажу данной квартиры, приобретенной на средства материнского капитала, в том числе, было дано распоряжением ТУ СЗН по городу Иванову от 3 июня 2014 г. при условии одновременного дарения по ? доли в праве общей долевой собственности в трехкомнатной квартире по адресу: <...> – в квартире, принадлежащей родителям истца ФИО1 – ФИО9 и ФИО10

Также 6 июня 2014 г. родители истца ФИО1 подарили доли в праве собственности на вышеуказанную квартиру детям сторон.

При указанных обстоятельствах, суд приходит к выводу о том, что фактически, составляя исследуемый в судебном процессе предварительный договор, стороны пытались вывести доли детей в праве собственности на квартиру родителей истца путем предоставления в банк такого договора, поскольку дом являлся предметом залога и должно быть получено согласие Банка на отчуждение долей.

При этом, ложной и голословной является позиция истца о том, что данный дом был приобретен с использованием средств материнского капитала, на чем построено основание исковых требований.

Анализируя версии предварительного договора в совокупности с заключением юридической службы Банка, суд приходит к выводу о том, что реальной воли на дарение своей доли в праве собственности на объект недвижимости у ответчицы, впрочем, как и у истца не было.

Согласно пунктам 3 и 4 ст. 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В соответствии с п.1 ст. 9 Гражданского кодекса Российской Федерации граждане и юридические лица по своему усмотрению осуществляют принадлежащие им гражданские права.

В целях реализации указанного выше правового принципа абз. 1 п.1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость осуществления гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иного заведомо недобросовестного осуществления гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения данного запрета суд на основании п. 2 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в п.1 постановления Пленума от 23 июня 2015 г. N 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» добросовестным поведением, является поведение, ожидаемое от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Исходя из смысла приведенных выше правовых норм и разъяснений под злоупотреблением правом понимается поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему права, сопряженное с нарушением установленных в ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, осуществляемое с незаконной целью или незаконными средствами, нарушающее при этом права и законные интересы других лиц и причиняющее им вред или создающее для этого условия.

Под злоупотреблением субъективным правом следует понимать любые негативные последствия, явившиеся прямым или косвенным результатом осуществления субъективного права.

По своей правовой природе злоупотребление правом - это всегда нарушение требований закона, в связи с чем злоупотребление правом, допущенное при совершении сделок, влечет ничтожность этих сделок, как не соответствующих закону (ст. 10 и ст. 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для установления наличия или отсутствия злоупотребления участниками гражданско-правовых отношений своими правами при совершении сделок необходимо исследование и оценка конкретных действий и поведения этих лиц с позиции возможных негативных последствий для этих отношений, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц.

Таким образом, обстоятельствами, имеющими юридическое значение для правильного разрешения спора и подлежащими установлению, являются наличие или отсутствие цели совершения сделки, отличной от цели, обычно преследуемой при совершении соответствующего вида сделок, наличие или отсутствие действий сторон по сделке, превышающих пределы дозволенного гражданским правом осуществления правомочий, наличие или отсутствие негативных правовых последствий для участников сделки, для прав и законных интересов иных граждан и юридических лиц, наличие или отсутствие у сторон по сделке иных обязательств, исполнению которых совершение сделки создает или создаст в будущем препятствия.

При этом, подписав указанные договоры в разных вариантах, ответчица как даритель, каких либо-действий, направленных на регистрацию перехода права собственности не предпринимала, что свидетельствует об отсутствии у ответчицы волеизъявления на безвозмездную передачу права собственности на недвижимое имущество одаряемым, ее дальнейшие действия, а также то обстоятельство, что фактически сделка не совершена.

По договору дарения одна сторона (даритель) безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне (одаряемому) вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом (ч.1 ст. 572 ГК РФ).

Обещание безвозмездно передать кому-либо вещь или имущественное право либо освободить кого-либо от имущественной обязанности (обещание дарения) признается договором дарения и связывает обещавшего, если обещание сделано в надлежащей форме (п. 2 ст. 574 ГК РФ) и содержит ясно выраженное намерение совершить в будущем безвозмездную передачу вещи или права конкретному лицу либо освободить его от имущественной обязанности.

Таким образом, правовой основой договора дарения является волеизъявление дарителя в соответствии со ст. 572 ГК РФ, при этом закон не предусматривает норм для понуждения к совершению такого рода сделки в будущем.

В силу норм ст. 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Буквальное толкование условий представленных вариантов договора приводит суд к выводу о том, что они не имеют признаков предварительного договора, несмотря указание в заголовке «Предварительный», а отвечают признакам основного.

Вместе с тем, истец имел возможность подарить свою долю представляемым им в данном процессе несовершеннолетним дочерям, чего он также не сделал ни ранее, ни в ходе судебного разбирательства, требуя понудить ответчицу к дарению принадлежащей ей доли.

При указанных обстоятельствах, исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 196-199 ГПК Российской Федерации,

Решил :

исковые требования ФИО5 в своих интересах и в интересах несовершеннолетних ФИО2, ФИО3 к ФИО6 о понуждении к заключению договора оставить без удовлетворения.

Решение может быть обжаловано сторонами в апелляционном порядке в Ивановский областной суд через Ленинский районный суд города Иваново в течение одного месяца со дня его изготовления в окончательной форме.

Судья подпись Уенкова О. Г.

Копия верна. Судья Уенкова О.Г.

В окончательной форме решение изготовлено 4 марта 2019 г.