Приговор № 1-346/2019 от 24 декабря 2019 г. по делу № 1-346/2019

Дело № 1-346/2019

70RS0004-01-2019-002605-70


ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

г. Томск 25 декабря 2019 года

Советский районный суд г. Томска в составе

председательствующего судьи Кайгородова А.А.

при секретаре Петкунове С.Е.,

помощнике судьи Ивановой К.С.,

с участием государственных обвинителей – помощников

прокурора Советского района г. Томска Клименко Л.Ю., ФИО1,

ФИО2,

заместителя прокурора Советского района г. Томска Сваровского Р.А.,

прокурора Советского района г. Томска Фрикеля О.А.,

потерпевшего Г.,

подсудимых ФИО3, ФИО4,

защитников Азуровой Н.Г., Марченко С.В., Марченко П.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в общем порядке материалы уголовного дела в отношении

ФИО3, ..., ранее не судимого, находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

ФИО4, ..., ранее не судимого, находящегося под подпиской о невыезде и надлежащем поведении,

обвиняемых в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч.3 ст.286 Уголовного кодекса РФ (далее - УК РФ),

у с т а н о в и л :

ФИО3 и ФИО4 совершили превышение должностных полномочий, то есть, будучи должностными лицами, совершили действия, явно выходящие за пределы их полномочий и повлекшие существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, с применением насилия и с применением специальных средств.

Преступление совершено в г. Томске при следующих обстоятельствах.

Так, ФИО3 и ФИО4, являясь на основании приказов начальника управления Министерства внутренних дел Российской Федерации по Томской области (далее - УМВД России по Томской области) № 378л/с от 31.10.2017 полицейскими отделения № взвода № роты № Отдельного батальона ППСП УМВД России по Томской области (далее – ОБ ППСП УМВД России по Томской области), имеющие специальное звание старший сержант полиции и сержант полиции соответственно, то есть должностными лицами, постоянно осуществляющими функции представителя власти и обязанными согласно ст.ст.1, 3 Федерального закона Российской Федерации от 07.02.2011 № 3-ФЗ «О полиции» (далее – Федеральный закон «О полиции») в своей деятельности руководствоваться Конституцией РФ, вышеупомянутым законом, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами, обязывающими их защищать права и свободы граждан Российской Федерации, осознавая авторитет и значимость занимаемой должности, в нарушение ст.5 Федерального закона «О полиции», ст.2 Конституции РФ, действуя умышленно, совместно и согласованно в группе лиц между собой, ложно понимая интересы службы, с целью причинения физической боли, телесных повреждений и морально-нравственных страданий Г., - 16 октября 2018 года в период с 17.00 до 20.00 часов (точное время не установлено) умышленно применили последнему физическую силу, а также средство ограничения подвижности – наручники, а ФИО3 также специальное газовое средство «Зверобой-М», не имея на то законных оснований, явно выходя за пределы своих полномочий, закрепленных в должностных регламентах № 30/18вн и № 30/41вн, утвержденных командиром ОБ ППСП УМВД России по Томской области 01.11.2017 и согласно которым, в том числе они обязаны соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан; исходить из того, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют содержание профессиональной служебной деятельности; заботиться о сохранении своих чести и достоинства; не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнения в объективности, справедливости и беспристрастности, наносящие ущерб репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти; проявлять уважение, вежливость, тактичность по отношению к гражданам, в пределах служебных полномочий оказывать им содействие в реализации их прав и свобод; проявлять спокойствие и выдержку в разговоре с гражданами, не вступать в пререкания, не терять самообладание, не отвечать грубостью на грубость и в своих действиях не руководствоваться личными неприязненными чувствами (п.п.5.1, 5.3, 5.8, 5.13, 5.14, 5.15, 5.18, 6.7.3, 6.9.5), тем самым превысив свои должностные полномочия.

Конкретные преступные действия подсудимых заключались в следующем.

В указанный период времени подсудимые, находясь совместно на дежурстве, при исполнении своих должностных полномочий, получив от сотрудников УФССП России по Томской области информацию о неправомерном поведении Г., прибыли к зданию отдела судебных приставов Ленинского района г. Томска УФССП России по Томской области по пер. Нахановича, 1 «б», возле которого находился Г. Спустя некоторое время, в тот же период времени в ответ на противоправное поведение Г., который при попытке покинуть указанную территорию сначала вырвался от хвата рукой ФИО4 за его локоть, а затем отказался на предложение ФИО3 проследовать с ними для дачи письменных пояснений по факту предполагаемого совершения им административного правонарушения на пост полиции, в том числе во время телефонного разговора с оперативным дежурным УМВД России по Томской области, - ФИО3 и ФИО4, действуя умышленно, совместно, в группе лиц, явно выходя за пределы своих полномочий, не имея каких-либо законных и достаточных оснований, применили в отношении потерпевшего физическую силу и специальные средства: сначала ФИО3 применил специальное газовое средство «Зверобой-М», распрыскав его содержимое в лицо Г., когда последний еще общался по телефону, после ФИО4 применил к нему насилие, нанеся удар коленом в живот, а затем оба подсудимых повалили его на землю лицом вниз и применили другое насилие: ФИО3 сел на него сверху и надавил коленом на спину, а ФИО4 нанес один удар ногой по телу в область правого бока, после чего применили к Г. средство ограничения подвижности – наручники и доставили его на пост полиции, расположенный на пересечении пер. Нахановича и пр. Ленина.

В результате совместных преступных действий ФИО3 и ФИО4 потерпевшему Г. были причинены телесные повреждения в виде ссадин на лице, на волосистой части головы, на наружной поверхности правого предплечья в нижней трети, на тыльной поверхности средней фаланги третьего пальца правой кисти, на передних поверхностях обоих коленных суставов; кровоподтеков на правой верхней конечности; ссадин линейной формы на левом предплечье в нижней трети; участка кожи розового цвета под прерывистыми коричневыми корочками в подбородочной области, - которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Своими преступными действиями подсудимые, являясь сотрудниками полиции, то есть представителями государственной власти, превысили свои должностные полномочия в отношении Г., существенно нарушили его конституционные права на личную неприкосновенность, на охрану достоинства личности, государственную защиту и уважение прав и свобод человека и гражданина, существенно нарушили охраняемые законом интересы общества и государства, тем самым дискредитировав и подорвав в своем лице авторитет полиции как органа государственной власти и государства в целом, гарантирующего государственную защиту, соблюдение и уважение прав и свобод человека и гражданина.

Подсудимый ФИО3 в судебном заседании вину в совершении преступления не признал и показал, что состоит на службе в ОБ ППСП № УМВД России по Томской области в должности полицейского с ноября 2017 года. С марта 2018 года нес службу на стационарном посту «Путинцев» вблизи здания по пр. Ленина, 78. 16.10.2018 совместно с сотрудником полиции ФИО4 заступил там на дежурство, при этом он (ФИО3) являлся старшим поста, находились в форме сотрудников полиции. Около 18.00-18.30 часов на пост явился судебный пристав Ж. и попросил пройти вместе с ним к зданию отдела службы судебных приставов по Ленинскому району в <...> «б». Со слов Ж., после окончания рабочего времени в двери к судебным приставам стал стучать Г. и требовать его впустить, на разъяснения приставов об окончании рабочего времени, тот стал выражаться в их адрес нецензурной бранью, на замечания и просьбы прекратить свои хулиганские действия не реагировал, снял с себя брюки и лег на асфальт рядом с входом в здание. Для пресечения нарушения общественного порядка в соответствии с Законом «О полиции» он (ФИО3) совместно с ФИО4 приняли решение пройти на место. На тот момент не было известно, имеется ли в действиях Г. состав административного правонарушения, однако они должны были проверить поступившую информацию, взять объяснение со всех участников и направить материалы в отдел полиции для дальнейшего разбирательства. На момент их с ФИО4 прибытия Г. вел себя уже неагрессивно, находился в брюках. Впоследствии слова Ж. подтвердили другие судебные приставы, о чем были позже отобраны объяснения. Он (ФИО3) и Ж. направились к сотрудникам УФССП, стоявших недалеко от Г., а ФИО4 подошел к последнему для установления его личности и выяснения обстоятельств относительно его поведения в общественном месте. В какой-то момент ФИО4 предъявил Г. удостоверение. После увидел, как Г. быстрым шагом удаляется, на требование ФИО4 остановиться не реагирует, ФИО4 попытался удержать его за руку, но тот резким движением отдернул ее и продолжил уходить. На тот момент очевидцы подтвердили слова Ж. о поведении Г. Тогда он поспешил на помощь ФИО4 По телосложению Г. - крупный мужчина, выше его ростом. Совместно с ФИО4 с обеих сторон подхватили его под руки и пресекли попытку скрыться. Пройдя не более 10 м вглубь двора ОСП, убеждали Г. подчиниться их законным требованиям пройти к опорному пункту полиции для составления в отношении него административного материала о правонарушении, на что тот отказывался, при этом явно имел намерение скрыться, отказывался предоставлять о себе сведения, о плохом самочувствии не сообщал, в том числе по телефону при разговоре с сотрудником УМВД. На какое-то время они с ФИО4 перестали к нему обращаться, предоставив возможность поговорить по телефону, но потом поняли, что со стороны Г. разговор по телефону являлся способом избежать проследование в опорный пункт полиции. В очередной раз он обратился с требованием к Г. подчиниться и пройти вместе на стационарный пост полиции, предупредив, что в противном случае к нему будут применены физическая сила и специальные средства, на что тот ответил отказом. Без применения физической силы, с учетом роста и веса Г. добровольно доставить его было невозможно. Г. был агрессивен, по его внешнему виду складывалось впечатление, что он неадекватен, психически не стабилен, может броситься на любого, в связи с чем он (ФИО3) руководствовался в своих действиях положением ст.20 Федерального закона «О полиции» - для преодоления противодействия законным требованиям сотрудников полиции. Продолжительность беседы по телефону у Г. была около 4-5 минут, при допросе на предварительном следствии (т.2 л.д.174-180) указал – около 10-15 минут, поскольку тогда казалось, что прошло больше времени. После предупреждения о возможности использования физической силы и специальных средств с целью дезориентировать Г. воспользовался газовым баллончиком, бесцельно прыснув кратковременным нажатием его содержимым в область его лица, приблизительно на расстоянии 30 см, после чего с ФИО4 предприняли попытку загиба рук за спину, что сделать не удалось, Г. сопротивлялся, удерживая свои руки усилием неподвижно, его телосложение позволяло оказывать сопротивление. О намерении применить газовый баллончик ФИО4 не сообщал в виду отсутствия на это времени. ФИО4 рефлекторно, о чем он увидел на видеозаписи, применил расслабляющий удар коленом ноги в область живота Г., после которого тот остался стоять на ногах, а он (ФИО3) и ФИО4 уложили его на асфальт лицом вниз на левую щеку. Полагает, что в этот момент Г. стер кожу об асфальт. Достав наручники, он (ФИО3) зафиксировал одно кольцо на левом запястье Г., вторую руку тот не давал окольцевать, сопротивлялся, в связи с чем ФИО4 помог, подтянув правую руку Г. ближе к левой для фиксации наручников. Лежа на асфальте, Г. выворачивался, не давая осуществить загиб руки за спину. И тогда он (ФИО3) коленом ноги зафиксировал, то есть несильно придавил его плечо для обеспечения возможности надеть наручники. Недозволенных методов применения к Г. физической силы ни с его стороны, ни со стороны ФИО4 не было. В область позвоночника Г. никто не давил и не бил. Наручники на его запястьях не затягивали. Затем они помогли Г. подняться на ноги и для оформления в отношении него административного материала сопроводили на опорный пункт полиции, где сняли наручники. Жалоб на плохое самочувствие Г. не высказывал. ФИО4 стал оформлять административный протокол, а он (ФИО3) вернулся на место произошедшего для взятия объяснений. Позже материал об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.1 Кодекса РФ об административных правонарушениях (далее - КоАП РФ), был передан вместе с Г. в дежурную часть ОМВД по Советскому району г. Томска. Полагает, что применением газового баллончика не нарушил свои должностные обязанности. Как сотрудник полиции он должен был принять меры к лицу, не выполняющему законные требования сотрудника полиции и оказывающему сопротивление. Удары Г. не наносил, сверху на него не садился, применил прием загиба руки за спину, что выполнить не получилось, в связи с чем его пришлось уложить на землю.

Подсудимый ФИО4 в судебном заседании вину в совершении данного преступления признал полностью и, воспользовавшись правом, предусмотренном ст.51 Конституции РФ, от дачи показаний отказался.

Будучи допрошенным на предварительном следствии в качестве подозреваемого 31.01.2019 и обвиняемого 28.04.2019, ФИО4 вину не признал и дал показания, схожие с показаниями подсудимого ФИО3, уточнив и дополнив следующее. По прибытии к зданию ОСП он и ФИО3 разделились. Он (ФИО4) подошел к Г., представился, назвав свою должность, звание и фамилию, и попросил того предъявить документы, удостоверяющие личность. В ответ тот потребовал от него предъявить служебное удостоверение, что им (ФИО4) было выполнено. Тогда Г. показал свой паспорт, при этом в адрес полиции и их сотрудников во всеуслышание выразился нецензурной бранью, высказывая свои возмущения. На его вопрос о таком поведении, тот сообщил, что не желает общаться с ним (ФИО4) и направился к выходу из ворот здания ОСП. Он (ФИО4) шел вслед за ним и просил остановиться, чтобы они смогли спокойно разобраться в сложившейся ситуации, но Г. игнорировал его требования, продолжал идти. Тогда он взял того под левый локоть, пытаясь удержать, в ответ на что Г. выдернул свою руку. Также дополнил, что Г. пытался звонить и с кем-то разговаривать по телефону, после чего ФИО3 принял решение предотвратить ситуацию, поскольку Г. злоупотреблял правом и специально затягивал время, видимо надеялся избежать ответственности. Уточнил, что лишь после очередного обращения ФИО3 к Г., видя у последнего агрессивный настрой, граничащий с физической расправой, направленный в их адрес, а также в отношении окружающих, его (Г.) крайне возбужденное состояние, неадекватные реакции на их (подсудимых) спокойные слова и действия, ФИО3 принял решение воспользоваться газовым баллончиком, прыснув его содержимым в область лица Г. приблизительно на расстоянии 30 см. Однако он (ФИО4) понял, в связи с чем было принято такое решение, и попытался помочь завести руки Г. за спину, но это сделать не удалось – тот сопротивлялся, удерживая свои руки усилием неподвижно, телосложение потерпевшего позволяло оказывать сопротивление. В связи с этим, руководствуясь положениями ст. ст.20, 21 Федерального закона «О полиции», для преодоления противодействия законным требованиям сотрудников полиции он (ФИО4) применил расслабляющий удар коленом ноги в область живота Г., после которого тот остался стоять на своих ногах, а они с ФИО3 уложили его на асфальт лицом вниз на правую щеку (т.2 л.д.217-223, 239-241).

Будучи дополнительно допрошенным в качестве обвиняемого 08.05.2019, ФИО4 вину признал полностью, в содеянном раскаялся, указал на то, что ранее не признавал вину, так как испугался уголовной ответственности. К ранее данным показаниям, которые поддержал, дополнил, что при задержании Г. он выполнял устные указания ФИО3, который является старшим по званию и старшим стационарного поста (т.3 л.д.4-6).

Отвечать в суде на вопросы сторон и суда, подсудимый ФИО4 также отказался.

Несмотря на непризнание своей вины ФИО3 и изначально на предварительном следствии ФИО4, их виновность в совершении установленного судом преступления подтверждается показаниями потерпевшего и свидетелей, исследованных в ходе судебного следствия.

Так, потерпевший Г. в судебном заседании показал, что 16.10.2018 после 17.00 часов явился в ОСП по <...> «б» с целью заверить документ у судебного пристава-исполнителя Н., которая, будучи на улице, на его неоднократные просьбы отвечала отказом и спустя некоторое время попросила судебных приставов не пропускать его к ней. Судебный пристав О. преграждал ему дорогу. В ходе диалога почувствовал, что теряет сознание, начал отдаляться от О., чтобы в случае падения не задеть его, и плавно упал. Что происходило далее, не помнит. Без сознания находился около 30 секунд. Очнувшись на спине на асфальте, увидел, как О. и Ж. снимают на видео происходящие события, в это же время почувствовал резкую боль в бедре от впившегося в ногу острого брелока, находившегося в правом кармане брюк. В связи с этим снял брюки, аккуратно по привычке сложил их, какое-то время находился только в плавках, после чего начал одеваться, попросил вызвать скорую помощь. В этот момент подошли двое сотрудников полиции в форме – ФИО4 и ФИО3 Последний стал общаться с сотрудниками службы судебных приставов. Он решил уйти, однако его сопровождал ФИО4, который говорил, что нужно остаться, дать пояснения. В ответ он предложил тому позвонить ему завтра в связи с плохим самочувствием. Он не отказывался от дачи объяснений, а отказывался лишь проследовать с сотрудниками полиции в опорный пункт. В этот момент ФИО4 схватил его за руку и одернул, от чего он, почувствовав боль, отмахнулся и спросил, для чего тот это делает. В этот момент, через 10-15 секунд к ним приблизился ФИО3, вместе с ФИО4 взяли его под руки. Он попросил подсудимых представиться, на что ФИО4 представился и предъявил удостоверение, а ФИО3 отказался. Затем он попросил предоставить ему право на звонок, позвонил на телефон доверия, в ходе разговора почувствовал резкое жжение в глазах – впоследствии из материалов дела понял, что ФИО3 было применено газовое средство «Зверобой-М», после чего он (Г.) оказался на земле лицом вниз, при этом до падения ему был нанесен удар ногой в область живота справа, как следует из видеозаписи – ФИО4 Затем ФИО3, сев на него сверху, надавил коленом на позвоночник, начал надевать наручники. В настоящий момент подробности не помнит. Затем его грубо подняли, взяв за цепочку, соединяющую наручники, от чего вновь почувствовал физическую боль. В полусогнутом состоянии его довели до опорного пункта полиции. Затем ФИО3 уходил брать объяснения, в этот момент он попросил ФИО4 сделать еще один звонок домой, на что последний согласился, однако он позвонил в службу безопасности. Примерно через два часа он был доставлен в ОМВД России по Советскому району г. Томска. Там он осмотрел себя, у него болели голова, глаза, испытывал боль между ребер, в конечностях, от туго застегнутых наручников опухли руки, были ссадины на лице и теле. В момент прихода в службу судебных приставов телесных повреждений на нем не было, в описываемый период имел физический контакт только с ФИО3 и ФИО4 По его просьбе, обусловленной необходимостью приема лекарственных средств, была вызвана скорая помощь, вместе с сотрудником полиции был доставлен в БСМП, был проведен ряд исследований, однако от госпитализации отказался.

Свидетель Н. – судебный пристав-исполнитель ОСП по Ленинскому району г. Томска в судебном заседании и на предварительном следствии (т.2 л.д.67-71), показания откуда частично оглашались и были ею подтверждены в суде, показала, что 16.10.2018 в конце 6-го – начале 7-го часа вечера в здание <...> «б» пришел Г., просил провести его к руководителю, однако часы приема закончились, в связи с чем его не пропускали. Последний ей был знаком с 2017 года в силу работы, являлся должником, часто вел себя агрессивно и неадекватно. Оказавшись возле нее, тот не отпускал ее, вызывающе вел себя, преграждал путь, оскорблял сотрудников. Сотрудники ОУ ПДС Ж. и О. отгораживали его от нее, и ей удалось пройти мимо него. Вернувшись, из окна увидела, как Г. нарочно лег на асфальт, затем встал, аккуратно снял штаны, разулся, оставаясь в носках и нижнем белье, ругался, вел себя неадекватно, Ж. и О. неоднократно делали ему замечания. Выйдя на улицу спустя некоторое время, увидела двух сотрудников полиции – подсудимых и потерпевшего возле здания музея, расположенного напротив здания ОСП. Сотрудники полиции предлагали Г., в руках которого находился телефон, пройти в опорный пункт полиции, тот отказывался, при этом его предупреждали, что в противном случае к нему может быть применена физическая сила. За происходящим наблюдала не постоянно, через некоторое время услышала крики Г., посмотрев в его сторону, увидела, что он лежит на асфальте, а сотрудники полиции стали его поднимать с земли, при этом его руки были замкнуты за спину в наручниках. После сотрудники полиции увели его. При этом она не слышала, чтобы Г. высказывал в адрес подсудимых какие-либо оскорбления и угрозы. О том, что подсудимые при вышеуказанных обстоятельствах применили в отношении Г. слезоточивый газ, она узнала уже после случившегося.

Свидетель О. – судебный пристав по обеспечению установленного порядка деятельности судов УФССП России по Томской области ОСП по Ленинскому району г. Томска в судебном заседании и на предварительном следствии (т.2 л.д.72-74), показания откуда частично оглашались и были им подтверждены в суде, дал схожие показания, дополнив, что применение физической силы и специальных средств в отношении Г. не видел.

Свидетель Ж., состоящий в аналогичной должности, на предварительном следствии дал показания, схожие с показаниями свидетелей Н. и О., в том числе в части появления Г. в здании ОСП и его поведения, при этом дополнил, что, когда Г. стал ходить без штанов, он (Ж.) сходил на пост полиции и пригласил двух сотрудников полиции (т.2 л.д.113-115).

Свидетель З. – судебный пристав-исполнитель ОСП по Ленинскому району г. Томска на предварительном следствии показала, что явилась очевидцем действий Г. и его общения с подсудимыми, и в этой части дала показания, схожие с показаниями свидетелей Н. и О., дополнив следующее. Когда Г. и двое сотрудников полиции во время разговора стояли возле здания музея, она отошла в сторону от входа в здание ОСП, где общалась с коллегами И. и Н. Через некоторое время услышала Г., который кричал что-то вроде: «Все мужики, я сам пойду, готов идти сам». Обратив внимание на него, увидела, что он лежит на асфальте, сотрудники полиции стали поднимать его с земли, при этом его руки были замкнуты за спину в наручниках, а после увели Г. Спустя некоторое время один из сотрудников полиции вернулся и взял у них объяснения по поводу произошедшего. По какой причине сотрудники полиции применили в отношении Г. наручники, ей неизвестно. При этом она лично не видела, чтобы Г. применял в отношении сотрудников полиции какое-либо насилие, а также не слышала, чтобы он высказывал в их адрес какие-либо оскорбления и угрозы. Не видела, чтобы потерпевший был вооружен. О том, что сотрудники полиции применили в отношении него слезоточивый газ, узнала позже от коллег (т.2 л.д.107-109).

Свидетель И. – судебный пристав-исполнитель ОСП по Ленинскому району г. Томска на предварительном следствии дала показания, схожие с показаниями свидетелей З. и Н. (т.2 л.д.110-112).

Свидетели К. и Л. – сотрудники Дежурной части ОМВД России по Советскому району г. Томска на предварительном следствии показали, что 16.10.2018 они совместно находились на суточном дежурстве, в ходе чего в вечернее время был доставлен Г., как совершивший административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст. 20.1 КоАП РФ, а сотрудниками полиции были переданы материалы соответствующего дела. У Г. были жалобы на здоровье, видели у него ссадины на лице и теле. В этой связи в 20.30 часов были вызваны медицинские работники, которые провели осмотр и в 21.15 часов потерпевший был отправлен в медицинское учреждение в сопровождении сотрудников полиции. В медицинском учреждении не госпитализировался, был доставлен обратно, и в 23.58 часов задержан, о чем свидетелем Л. был составлен протокол об административном задержании (т.2 л.д.75-78, 116-119).

Свидетель А. на предварительном следствии показал, что 16.10.2018 в период с 17.00 до 20.00 часов по просьбе сотрудника полиции участвовал в качестве понятого при личном досмотре мужчины на посту полиции, расположенному на пересечении пр. Ленина и пер. Нахановича, вместе со вторым понятым и в присутствии второго сотрудника полиции. Так, данный мужчина изначально сидел на стуле в наручниках за спиной, все документы подписывал сам, в связи со своим задержанием вел себя вызывающе (т.2 л.д.120-122).

Виновность подсудимых ФИО3 и ФИО4 в совершении данного преступления также подтверждается следующими письменными материалами дела, исследованными в ходе судебного разбирательства:

- рапортом о поступлении 16.10.2018 в 19.35 часов сообщения в дежурную часть ОМВД России по Советскому району г. Томска от Г. об избиении сотрудником полиции, применении газового баллончика (т.1 л.д.37);

- рапортом полицейского роты № ОБППСП УМВД России по Томской области ФИО3 от 16.10.2018, содержание которого аналогично его показаниям, указанным выше (т.1 л.д.41);

- рапортом от 16.10.2018 о поступлении сообщения в дежурную часть ОМВД России по Советскому району г. Томска от врача скорой медицинской помощи П. о том, что, со слов Г., он был избит сотрудниками полиции (т.1 л.д.42);

- сведениями из МО «Здоровье» от 19.10.2018, согласно которым у Г. диагностированы ушибы и ссадины (т.1 л.д.45);

- справкой ОГАУЗ «Больница скорой медицинской помощи» № 13540 от 16.10.2018, согласно которой Г. доставлен в приемное отделение 16.10.2018 в 20.40 часов с диагнозом: ушибы, ссадины лица, верхних и нижних конечностей, грудной клетки слева (т.1 л.д.46);

- копией карты вызова скорой медицинской помощи от 16.10.2018, согласно которой 16.10.2018 в 20.27 часов принят вызов к Г. по пр. Фрунзе, 119, поводом к чему, со слов Г., послужило его избиение сотрудниками полиции по пер. Нахановича, 1 «б», жалобы на головную боль, тошноту. В области лба зафиксирована гематома размером 5*5 см (т.2 л.д.85-88);

- медицинской документацией ОГАУЗ «БСМП», согласно которой 16.10.2018 у Г. диагностированы ушибы, ссадины лица, верхних и нижних конечностей, грудной клетки слева, и протокол ее осмотра (т.2 л.д.75, 98-108, 123-124);

- заявлениями Г. от 16.10.2018, от 18.10.2018 и от 22.10.2018 о противоправных действиях подсудимых, о чем указал выше в своем допросе (т.1 л.д.52-53,81, 105, т.2 л.д.2);

- заключением судебно-медицинской экспертизы № 2047-Д от 15.01.2019, согласно которому у Г. обнаружены следующие телесные повреждения: ссадины на лице, на волосистой части головы, на наружной поверхности правого предплечья в нижней трети, на тыльной поверхности средней фаланги третьего пальца правой кисти, на передних поверхностях обоих коленных суставов; кровоподтеки на правой верхней конечности; ссадины линейной формы на левом предплечье в нижней трети; участок кожи розового цвета под прерывистыми коричневыми корочками в подбородочной области, которые не влекут за собой кратковременного расстройства здоровья или незначительной стойкой утраты общей трудоспособности и расцениваются как повреждения, не причинившие вред здоровью человека. Давность причинения телесных повреждений - не более трех суток до момента осмотра от 19.10.2018, и 16.10.2018 не исключается, что подтверждается данными представленной копией акта СМИ № 2250 (т.2 л.д.151-154);

- документами, подтверждающие статус ФИО3 и ФИО4 как должностных лиц - полицейских отделения № взвода № роты № ОБ ППСП УМВД России по Томской области и их должностными регламентами (т.1 л.д.141, 142, 143-153, 156, 157, 158-168);

- протоколом осмотра места происшествия – участка местности между домами № 1 «б» (ОСП Ленинского района г. Томска УФССП России по Томской области) и № 3 (Томский областной художественный музей). На здании по пер. Нахановича № 3 установлена камера наружного наблюдения, объектив которой направлен на вход в здание № 1 «б» по пер. Нахановича. Участок местности заасфальтирован (т.2 л.д.6-9);

- протоколом осмотра дисков с видеозаписями с камер наружного наблюдения о задержании Г., диска с аудиозаписями телефонных разговоров Г. по телефону «Доверия» УМВД России по Томской области, которые также были просмотрены в судебном заседании. Зафиксированы следующие обстоятельства.

На аудиофайлах «Канал 1 (16.10.2018 17.59.40)-(16.10.2018 18.03.27)», «Канал 1 (16.10.2018 18.57.13)-(16.10.2018 18.59.53)» имеются записи телефонных разговоров мужчины, представившегося Г., с дежурными УМВД России по Томской области. При первом разговоре Г. сообщает о том, что на него «кидаются» сотрудники полиции возле здания ОСП по <...> «б», при этом слышен голос ФИО3, который предлагает Г. пройти на пост полиции для дальнейшего разбирательства, от чего Г. отказывался, после чего ФИО3 предупредил его в случае отказа о намерении применить физическую силу и специальные средства. При втором разговоре Г. сообщает о применении в отношении сотрудниками полиции газового баллончика, избиении и доставлении на стационарный пункт полиции.

На видеофайле «Улица приставы_20181016-172109-20181016-190021» зафиксирован участок местности, расположенный между зданиями № 1 «б» и № 3 по пер. Нахановича. На видеозаписи запечатлено, что из ОСП по Ленинскому району г. Томска выходят две женщины за тамбур, через непродолжительное время – Г., который также зашел за тамбур. Вслед за ним вышел мужчина. Затем все вместе заходят в здание ОСП. Через непродолжительное время из здания выходят три женщины, за ними Г. с Ж., после – О. После того, как женщины совместно с Ж. зашли в здание, Г. с О. остались на улице, Г. попытался открыть дверь здания, но дверь заперта. В это время к Г. подошел О., во время разговора с которым Г. стал пятиться назад и упал, после чего встал, снял с себя штаны, подошел к О. и стал ему что-то говорить. Затем оделся. Спустя некоторое время к ним подошли двое сотрудников полиции (ФИО3 и ФИО4) и в ходе разговора Г. стал покидать территорию ОСП. ФИО4 проследовал за ним, взял Г. за левую руку в районе локтя, на что Г. одернулся и вывернулся. В этот момент к ним подошел ФИО3, и они вдвоем взяли Г. под руки и начали вести его в сторону здания ОСП, почти сразу же отпустили. В какой-то момент Г. достал мобильный телефон и совершил телефонный звонок. Спустя некоторое время ФИО3 достал газовый баллончик и прыснул его содержимое в лицо Г. В это время ФИО4 нанес Г. удар коленом в живот, ФИО3 и ФИО4 повалили Г. на землю, ФИО3 надавил коленом на спину, а ФИО4 нанес Г. удар ногой по телу в область правого бока. Затем вдвоем надели наручники на Г. и, подняв с земли, покинули указанный участок местности (т.2 л.д.125-128, 130-132).

Кроме того в судебном заседании были исследованы следующие материалы:

- заявление Н. от 16.10.2018 о привлечении к административной ответственности Г. за совершение им мелкого хулиганства (т.1 л.д.38);

- копия протокола ЖУАП № 8616 от 16.10.2018 об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.1 КоАП РФ, составленный ФИО4 в отношении Г., согласно которому 16.10.2018 в 18.00 часов в общественном месте - у здания по пер. Нахановича, 1 «б» в г. Томске он нарушил общественный порядок: выражался нецензурной бранью в адрес Ж., пытался спровоцировать с ним драку, на замечания не реагировал (т.1 л.д.68);

- копии объяснений Н. и Ж. от 16.10.2018, опрошенных ФИО3 в рамках сбора материалов по делу об административном правонарушении в отношении Г. (т.1 л.д.69, 70);

- копия рапорта полицейского ФИО4 от 16.10.2018 по факту обращения на пост полиции «Путинцев» Б., применения к Г. физической силы и спец. средств, составления протокола об административном правонарушении и доставления Г. в дежурную часть ОМВД России по Советскому району г. Томска (т.1 л.д.71);

- копия решения Томского областного суда от 08.02.2019, согласно которому постановление Советского районного суда г. Томска от 11.01.2019, вынесенное в отношении Г. по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.1 КоАП РФ, отменено, производство по делу прекращено в связи с отсутствием состава административного правонарушения (т.2 л.д.141-143).

По ходатайству стороны защиты ФИО3 допрошены следующие свидетели.

Свидетель С. – командир роты № ОБ ППСП УМВД России по Томской области показал, что подсудимые находятся у него в подчинении. Известно, что они оформляли административный материал в отношении Г. 17.10.2018 узнал о поступлении жалобы от последнего на их действия в ОСБ, по результатам проверки нарушений в их действиях выявлено не было. Детали произошедшего известны от ФИО3, со слов которого Г. вел себя неадекватно, спец. средства были применены, поскольку сотрудники не знали, что от него можно ожидать.

Свидетели П. и Т. – фельдшер и медицинский брат ОГАУЗ «ССМП» показали, что 16.10.2018 они находились на дежурстве, и в вечернее время по вызову, поступившему в диспетчерскую службу в 20.27 часов, выезжали в ОМВД России по Советскому району г. Томска для оказания медицинской помощи задержанному Г., который жаловался на головную боль, тошноту, находился в сознании, указал, что его избили сотрудники полиции, страдает эпилепсией и ему необходимо принято лекарство, которое было у него изъято. Сотрудники полиции вернули ему лекарство – банку с парой таблеток, однако при них Г. никаких лекарств не принимал, положил их в карман, возмущался действиями сотрудников полиции. Для исключения сотрясения головного мозга было принято решение о доставлении его в больницу.

Свидетели В. и Р. – полицейские ОБ ППСП УМВД России по Томской области показали, что сопровождали Г. в больницу из ОМВД России по Советскому району г. Томска, где вел себя неадекватно, пытался симулировать потерю сознания, блистером из-под таблеток царапал себе левую руку. На попытки изъять у него блистер тот стал оказывать сопротивление, в связи с чем к нему было применено спец. средство – наручники с фиксацией рук сзади, после чего он упал с кушетки на правое колено, снова сымитировал потерю сознания, пытался высвободиться. О произошедшем В. был составлен рапорт (т.1 л.д.72). О том, что Г. выражался нецензурной бранью в больнице, в рапорте отражать не стал, поскольку счел этот инцидент незначительным.

Оценивая собранные по уголовному делу доказательства в их совокупности, суд находит их допустимыми и достаточными, а виновность ФИО3 и ФИО4 в совершении преступления, указанного в установочной части приговора, доказанной.

К показаниям подсудимых о наличии у них оснований для применения в отношении Г. физической силы и специальных средств суд относится критически и рассматривает их как избранный ими способ защиты, поскольку они опровергаются показаниями потерпевшего Г. и просмотренной в судебном заседании видеозаписью с камеры наружного наблюдения, сведения о которой зафиксированы также в соответствующем протоколе осмотра, которые суд и считает необходимым положить в основу приговора, поскольку они согласуются между собой, с другими доказательствами по делу, включая показания свидетелей – очевидцев произошедшего, заявления Г., медицинскую документацию, заключение судебно-медицинской экспертизы, согласуются с признанием ФИО4 своей вины в суде и наряду с положениями Федерального закона «О полиции» № 3-ФЗ от 07.02.2011 свидетельствуют о совершении ФИО3 и ФИО4 установленного судом должностного преступления.

Состав преступления, предусмотренного ст.286 УК РФ, предполагает совершение должностным лицом активных действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества и государства. Должностное лицо при этом должно осознавать, что действует за пределами возложенных на него полномочий.

Отграничивая превышение должностных полномочий, совершенное с применением насилия и специальных средств, от правомерных действий должностных лиц, необходимо учитывать, что основания, условия и пределы применения физической силы и специальных средств определены в соответствующих нормативных правовых актах Российской Федерации.

Действительно, статьей 12 Федерального закона «О полиции» установлены обязанности полиции, в том числе пребывать незамедлительно на место совершения административного правонарушения, документировать обстоятельства его совершения (п.2 ч.1); выявлять причины административных правонарушений и условия, способствующие их совершению (п.4 ч.1); обеспечивать безопасность граждан и общественный порядок на улицах и других общественных местах (п.5 ч.1); пресекать административные правонарушения и осуществлять производство по делам об административных правонарушениях, отнесенных законодательством об административных правонарушениях к подведомственности полиции (п.11 ч.1).

Для выполнения возложенных на полицию обязанностей ей предоставляется право, в том числе требовать от граждан прекращения противоправных действий; проверять документы, удостоверяющие личность граждан, если имеется повод к возбуждению в отношении этих граждан дела об административном правонарушении, а равно если имеются основания для их задержания в случаях, предусмотренных федеральным законом; составлять протоколы об административных правонарушениях, собирать доказательства, применять меры обеспечения производства по делам об административных правонарушениях, применять иные меры, предусмотренные законодательством об административных правонарушениях (п.п.1, 2, 8 ч.1 ст.13 Федерального закона «О полиции»).

Вместе с тем право на применение сотрудникам полиции физической силы и специальных средств предоставляют положения ст. ст.18-21 Федерального закона «О полиции».

В силу ч.3 ст.19 этого закона сотрудник полиции при применении физической силы, специальных средств или огнестрельного оружия действует с учетом создавшейся обстановки, характера и степени опасности действий лиц, в отношении которых применяются физическая сила, специальные средства или огнестрельное оружие, характера и силы оказываемого ими сопротивления. При этом сотрудник полиции обязан стремиться к минимизации любого ущерба.

В соответствии с ч.1 ст.20 Федерального закона «О полиции» сотрудник полиции имеет право применять физическую силу, в том числе боевые приемы борьбы, если несиловые способы не обеспечивают выполнения возложенных на полицию обязанностей, в следующих случаях:

1) для пресечения преступлений и административных правонарушений;

2) для доставления в служебное помещение территориального органа или подразделения полиции, в помещение муниципального органа, в иное служебное помещение лиц, совершивших преступления и административные правонарушения, и задержания этих лиц;

3) для преодоления противодействия законным требованиям сотрудника полиции.

При этом сотрудник полиции имеет право применять физическую силу во всех случаях, когда тем же Федеральным законом разрешено применение специальных средств или огнестрельного оружия (часть 2).

В силу ч.1 и ч.2 ст.21 Федерального закона «О полиции» сотрудник полиции имеет право применять специальные газовые средства в следующих случаях:

1) для отражения нападения на гражданина или сотрудника полиции;

2) для пресечения преступления или административного правонарушения;

3) для пресечения сопротивления, оказываемого сотруднику полиции;

4) для задержания лица, застигнутого при совершении преступления и пытающегося скрыться;

5) для задержания лица, если это лицо может оказать вооруженное сопротивление;

6) для освобождения насильственно удерживаемых лиц, захваченных зданий, помещений, сооружений, транспортных средств и земельных участков;

7) для пресечения массовых беспорядков и иных противоправных действий, нарушающих движение транспорта, работу средств связи и организаций.

Средства ограничения подвижности («наручники») имеет право применить сотрудник полиции в вышеуказанных третьем и четвертом случаях, а также для доставления в полицию, конвоирования и охраны задержанных лиц, лиц, заключенных под стражу, лиц, осужденных к лишению свободы, лиц, подвергнутых административному наказанию в виде административного ареста, а также в целях пресечения попытки побега, в случае оказания лицом сопротивления сотруднику полиции, причинения вреда окружающим или себе.

За вред, причиненный гражданам при применении физической силы и специальных средств, сотрудник полиции несет ответственность лишь в том случае, если им допущено превышение полномочий, что по настоящему делу судом установлено.

Как следует из видеозаписи с камеры наружного наблюдения, а также согласующейся с ней аудиозаписью телефонного разговора Г. с сотрудником УМВД России по Томской области, в момент такого разговора Г. не совершал активных действий, свидетельствующих о сопротивлении, оказываемом сотруднику полиции, и противодействии законным требованиям сотрудника полиции. Как следует из показаний подсудимого ФИО4, он (Г.) перед этим даже показал свой паспорт, то есть подсудимые могли удостовериться в его личности. Представленные суду доказательства (письменные документы, показания свидетелей) не свидетельствует, что на момент прибытия сотрудников полиции на территорию, где находился потерпевший, он совершил или совершал какие-либо преступные деяния либо административные правонарушения, которые необходимо было пресечь применением именно той физической силы и тех специальных средств, которые были установлены по делу.

В полной мере требования ч.3 ст.19 Федерального закона «О полиции» подсудимыми соблюдены не были. Несмотря на необходимость выполнения ими обязанностей, установленных в ст.12 данного закона, обстановка, при которой Г. насилия к ним не применял, своими действиями никак им не угрожал, не давала оснований для применения ФИО3 и ФИО4 установленных судом физической силы и специальных средств, а именно: для первоочередного применения ФИО3 специального газового средства путем распыления его содержимого в лицо Г., когда тот общался по телефону с сотрудником УМВД России по Томской области, для нанесения потерпевшему спустя 2 секунды после этого ФИО4 удара коленом в живот, для применения затем обоими физической силы, при которой они, взяв потерпевшего за руки, повалили его на землю лицом вниз, а также для последующих действий, в которых с учетом положения потерпевшего также не было объективной необходимости (ФИО3 сел на потерпевшего сверху и надавил коленом на спину, ФИО4 нанес один удар ногой по телу в область правого бока, а затем вдвоем надели на него средство ограничения подвижности – наручники). Не давало оснований для применения указанных специальных средств и физической силы и явившееся поводом для совершения преступления поведение Г., который до описанных событий пытался покинуть место предполагаемого административного правонарушения и вырвался от хвата рукой ФИО4 за его локоть, а также в ходе телефонного разговора с сотрудником УМВД отказался от предложения подсудимых пройти с ними в пункт полиции.

Из аудиозаписи разговора Г. с сотрудником УМВД России по Томской области вопреки указанию адвоката Азуровой Н.Г. отнюдь не следует, что этим разговором он тянул время, напротив именно данный сотрудник попросил Г. подождать, остаться «на линии», чтобы уточнить о произошедшем.

Ссылка подсудимого ФИО3 на то, что специальные средства и физическая сила были применены в отношении потерпевшего Г. с учетом его крупного телосложения, высокого роста, неадекватности поведения и сопротивления, что также было подчеркнуто и в своих показаниях подсудимым ФИО4, - свидетельствует о том, что они оба не были заинтересованы в стремлении к минимизации причиненного впоследствии вреда для потерпевшего. При этом суд учитывает, что сами подсудимые, являясь сотрудниками полиции, обязанные проходить специальную подготовку, а также периодическую проверку на профессиональную пригодность к действиям в условиях, связанных с применением физической силы, специальных средств и огнестрельного оружия (ч.4 ст.18 Федерального закона «О полиции»), - крепкого телосложения, действовали вдвоем против одного потерпевшего, не проявили спокойствие, потеряли самообладание.

Поведение Г. и его действия в отношении сотрудников ОСП Ленинского района г. Томска, о чем последние указали в своих показаниях в судебном заседании и на предварительном следствии, кроме того его действия после задержания и доставления в ОМВД России по Советскому району г. Томска, факты привлечения потерпевшего к административной ответственности за мелкое хулиганство и последующего прекращения производства по этому делу в связи с отсутствием состава административного правонарушения, - для юридической оценки действий подсудимых в отношении него значения не имеет, поскольку напрямую не связаны с ними.

Статья 5 Федерального закона «О полиции» содержит один из основных принципов деятельности полиции – соблюдение и уважение прав и свобод человека и гражданина. Так, сотруднику полиции запрещается прибегать к пыткам, насилию, другому жестокому или унижающему человеческое достоинство обращению, он обязан пресекать действия, которыми гражданину умышленно причиняются боль, физическое или нравственное страдание (часть 3). Данная обязанность также согласуется с провозглашением Конституцией Российской Федерации человека, его прав и свобод высшей ценностью.

Обозначенные выше действия подсудимых в отношении потерпевшего свидетельствуют о нарушении им указанных положений закона и превышении должностных полномочий, закрепленных в их должностных регламентах, согласно которым они обязаны соблюдать при выполнении служебных обязанностей права и законные интересы граждан; исходить из того, что признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина определяют содержание профессиональной служебной деятельности; заботиться о сохранении своих чести и достоинства; не совершать при выполнении служебных обязанностей поступки, вызывающие сомнения в объективности, справедливости и беспристрастности, наносящие ущерб репутации, авторитету федерального органа исполнительной власти в сфере внутренних дел, а также государственной власти; проявлять уважение, вежливость, тактичность по отношению к гражданам, в пределах служебных полномочий оказывать им содействие в реализации их прав и свобод; проявлять спокойствие и выдержку в разговоре с гражданами, не вступать в пререкания, не терять самообладание, не отвечать грубостью на грубость и в своих действиях не руководствоваться личными неприязненными чувствами.

Доводы подсудимого ФИО4, озвученные им при допросе в качестве обвиняемого 08.05.2019, о том, что при задержании Г. он выполнял устные указания ФИО3 как старшего по званию и старшего стационарного поста, - суд расценивает критически и рассматривает их как попытку снизить себе ответственность за содеянное, поскольку они ничем иным не подтверждаются, в том числе показаниями подсудимого ФИО3, обозначенными выше видеозаписью, аудиозаписью, показаниями потерпевшего Г., кроме того при первоначальном допросе ФИО4 также на это не указывал.

Оснований не доверять показаниям потерпевшего Г. и сведениям, изложенным в заключении судебно-медицинской экспертизы № 2047-Д от 15.01.2019, в части локализации телесных повреждений, давности их причинения и причинения их непосредственно от действий подсудимых, - не имеется, убедительных доказательств обратного стороной защиты не представлено. Показания свидетелей В. и Р. о том, что Г. в медицинском учреждении царапал себе блистером из-под таблеток левую руку, не согласуется с соответствующим рапортом В., согласно которому Г. лишь пытался это сделать (т.1 л.д.72).

Государственный обвинитель в судебных прениях предложил изменить обвинение в сторону его смягчения, исключив из него указания:

- на незаконный характер действий ФИО4, связанных с тем, что он схватил Г. за левую руку в районе локтя и одернул, требуя остановиться, а также на незаконный характер действий обоих подсудимых в части того, что они, удерживая Г. под руки, отвели его на несколько шагов в сторону входа отдела судебных приставов, где отпустили, - мотивировав тем, что подсудимые правомерно воспрепятствовали Г. покинуть место предполагаемого административного правонарушения до окончания его документирования в соответствии с положениями ст.12 Федерального закона «О полиции»;

- на то, что подсудимые не предупредили Г. о своем намерении применить в отношении него физическую силу и специальные средства, - мотивировав тем, что данное утверждение следствия опровергается аудиозаписью разговора Г. с оперативным дежурным УМВД России по Томской области, на которой отчетливо слышно, как ФИО3 заявляет потерпевшему о своих намерениях;

- на нанесение ФИО3 удара кулаком правой руки по телу в область левого бока Г. на посту полиции, - мотивировав тем, что такое указание основано исключительно на показаниях самого потерпевшего, которые являются непоследовательными.

Суд находит данное изменение обвинения обоснованным, как не ухудшающим положение подсудимым, и исключает из его описания указания на незаконный характер действий ФИО4, связанных с тем, что он схватил Г. за левую руку в районе локтя и одернул, требуя остановиться, на незаконный характер действий обоих подсудимых в части того, что они, удерживая Г. под руки, отвели его на несколько шагов в сторону входа отдела судебных приставов, где отпустили; на то, что подсудимые не предупредили Г. о своем намерении применить в отношении него физическую силу и специальные средства; а также на нанесение ФИО3 удара кулаком правой руки по телу в область левого бока Г. на посту полиции.

Кроме того суд считает необходимым исключить из обвинения указание на незаконный характер действий ФИО3, связанных с тем, что он потребовал от Г. проследовать с ними для дачи письменных пояснений по факту предполагаемого совершения им административного правонарушения; а также на незаконный характер действий обоих подсудимых, связанных с составлением в отношении Г. материала по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст.20.1 КоАП РФ. Приходя к таким выводам, суд учитывает, что, во-первых, подсудимые руководствовались при таких обстоятельствах требованиями, предъявленными к их обязанностям Федеральным законом «О полиции» (ст.12), а, во-вторых, как следует из видеозаписи, указанной выше, на момент предъявления обозначенного требования Г. ФИО3 со слов сотрудников ОСП выяснил обстоятельства предполагаемого административного правонарушения со стороны Г. и у него имелись все основания начать оформлять на последнего материал по данному делу, что впоследствии и было сделано: после доставления Г. на стационарный пункт полиции ФИО3 вернулся в отдел ОСП, взял объяснения с его сотрудников, что подтверждается показаниями свидетеля З., исследованными в суде письменными документами (объяснениями Н. и Ж.). Отсутствие достаточных доказательств для привлечения Г. к административной ответственности, что было установлено решением Томского областного суда от 08.02.2019, которым за отсутствием в действиях Г. состава данного правонарушения было прекращено производство по делу, - не свидетельствует о том, что подсудимые составлением указанного материала пытались скрыть свои незаконные действия в отношении Г.

При указанных обстоятельствах суд также исключает из обвинения указание на необоснованность задержания и водворения Г. в камеру административных задержанных ОМВД России по Советскому району г. Томска УМВД России по Томской области.

Между тем установленное судом применение подсудимыми насилия и специальных средств было совершено с превышением их должностных полномочий, о чем оценка дана выше.

С учетом изложенного, признавая обозначенные изменения обвинения не ухудшающими положение подсудимых, суд квалифицирует действия ФИО3 и ФИО4 по п.п. «а, б» ч.3 ст.286 УК РФ как превышение должностных полномочий, то есть совершение должностным лицом действий, явно выходящих за пределы его полномочий и повлекших существенное нарушение прав и законных интересов граждан и охраняемых законом интересов общества и государства, совершенное с применением насилия и с применением специальных средств.

Обсуждая вопрос о виде и мере наказания подсудимых, суд учитывает характер и степень общественной опасности преступлений, личности подсудимых, смягчающие и отягчающее наказание обстоятельства, а также влияние назначенного наказания на их исправление, а также на условия жизни их семей.

Так, ФИО3 и ФИО4 совершили тяжкое преступление против государственной власти.

Обстоятельством, отягчающим их наказание, в соответствии с п. «в» ч.1 ст.63 УК РФ является совершение преступления в составе группы лиц, поскольку при превышении должностных полномочий осознавали, что действуют совместно.

Вместе с тем они оба ранее не судимы, к уголовной ответственности не привлекались, ФИО3 – имеет, а ФИО4 – имел постоянное место работы в правоохранительных структурах МВД России, где характеризуются с положительной стороны, в том числе допрошенным в суде в качестве свидетеля С. (командиром роты № ОБ ППСП УМВД России по Томской области), на учетах в специализированных диспансерах не состоят, социально адаптированы.

Кроме того ФИО3 женат, имеет семью, положительно характеризуется своей супругой У., которая на настоящий момент находится в отпуске по уходу за ребенком до 3 лет, соседями, как отец - со стороны МАОУ «СОШ № г. Томска», МАУ ДО ДЮСШ «...», учеником которых является его сын - Д., МАДОУ «Детский сад общеразвивающего вида № г. Томска», воспитанником которого является его дочь Е.

ФИО4 вину признал, в содеянном раскаялся, положительно характеризуется своей матерью М., соседями и по прежнему месту обучения в МАОУ «... СОШ» ..., имеет благодарственные письма и почетную грамоту от УМВД России по Томской области, по итогам предварительного следствия заявил ходатайство о рассмотрении уголовного дела в особом порядке.

Обстоятельствами, смягчающими наказание обоих подсудимых, суд на основании п. «з» ч.1 ст.61 УК РФ признает противоправность поведения потерпевшего, явившегося поводом для преступления, оценка чему дана выше.

Кроме того обстоятельствами, смягчающими наказание ФИО3, суд признает наличие у него малолетних детей: Д., ДД.ММ.ГГГГ г.р., Е., ДД.ММ.ГГГГ г.р., Д., ДД.ММ.ГГГГ г.р. (п. «г» ч.1 ст.61 УК РФ), а также на основании ч.2 ст.61 УК РФ состояние здоровья дочери - Е., что подтверждается имеющимся в деле заключением на ребенка с ограниченными возможностями здоровья (т.3 л.д.118).

В связи с наличием в действиях подсудимых отягчающего наказание обстоятельства, а также учитывая установленные приговором фактические обстоятельства преступления и степень его общественной опасности, личности подсудимых, у суда отсутствуют основания для изменения категории совершенного ими преступления на менее тяжкую в соответствии с ч.6 ст.15 УК РФ.

Учитывая изложенные обстоятельства в совокупности с данными, характеризующими личности подсудимых, характер и степень общественной опасности совершенного ими преступления, его тяжесть, суд считает необходимым назначить ФИО3 и ФИО4 наказание в виде лишения свободы без его реального отбывания, то есть с применением ст.73 УК РФ. На период условного осуждения суд считает необходимым возложить на них дополнительные обязанности: не менять постоянного места жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства, куда один раз в три месяца, в дни, установленные данным органом, являться для регистрации.

Исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением виновных, которые бы существенно уменьшали степень общественной опасности содеянного ими, по делу не имеется, а, следовательно, основания для применения к обоим подсудимым положений ст.64 УК РФ отсутствуют.

Подсудимым надлежит назначить дополнительное наказание, предусмотренное в качестве обязательного санкцией ч.3 ст.286 УК РФ, - в виде лишения права занимать должности в правоохранительных органах Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти, что с учетом характера совершенного преступления будет соответствовать целям наказаниям, предусмотренным ст.43 УК РФ.

Вместе с тем с учетом личностей подсудимых, совокупности смягчающих наказание обстоятельств, применения при назначении им наказания положений ст.73 УК РФ, а также обстоятельств совершенного преступления и его тяжести суд полагает возможным не применять по настоящему делу положения ст.48 УК РФ.

При назначении наказания в отношении ФИО3 и ФИО4 суд руководствуется положениями ст. ст.6, 43, 60 УК РФ.

В соответствии со ст.1064 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) заявленный в порядке ст.250 Уголовно-процессуального кодекса РФ (далее - УПК РФ) гражданский иск к ФИО3 и ФИО4 истцом Г. о компенсации морального вреда в размере 400 000 рублей суд считает необходимым удовлетворить частично, исходя из следующего.

Согласно ч.2 ст.151 ГК РФ, при определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. В соответствии со ст.1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации должны учитываться требования разумности и справедливости, обстоятельства, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальные особенности потерпевшего.

Из искового заявления и пояснений истца в суде следует, что в результате действий ответчиков ему причинены физические и нравственные страдания, выраженные в том, что истец в результате совершения преступления испытывал чувства унижения, беспомощности и стыда, авторитет полиции, как органа государственной власти для него был подорван, появилось чувство разочарования к действующему законодательству, произошла утеря уверенности в завтрашнем дне, появилось чувство тревоги, страха за жизнь и безопасность, бессонница. Вместе с тем с учетом требований разумности и справедливости, материального и семейного положения ответчиков, поведения истца, при котором был причинен моральный вред, о чем указано выше, суд считает возможным заявленные исковые требования удовлетворить частично - в размере 10 000 (десяти тысяч) рублей, взыскав данную сумму с ответчиков в долевом порядке. Принимая во внимание конкретные действия каждого из ответчиков, связанных с совершенными в отношении истца противоправными действиями, суд считает необходимым взыскать в пользу Г.: с ФИО3 – 6 000 рублей, с ФИО4 – 4 000 рублей.

Вещественные доказательства, приобщенные к материалам дела и хранящиеся при нем: 2 диска с видеозаписью с камеры наружного наблюдения о задержании Г. 16.10.2018, диск с аудиозаписями телефонных разговоров Г. по телефону доверия УМВД России по Томской области, - подлежат оставлению при деле.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст.299, 303-304, 307-309 УПК РФ, суд

п р и г о в о р и л :

Признать ФИО3 и ФИО4 виновными в совершении преступления, предусмотренного п.п. «а, б» ч.3 ст.286 УК РФ, и назначить каждому наказание в виде 3 (трех) лет лишения свободы, с лишением права занимать должности в правоохранительных органах Российской Федерации, связанные с осуществлением функций представителя власти, сроком 1 (один) год.

На основании ст.73 УК РФ назначенное основное наказание считать условным, установив каждому испытательный срок 2 (два) года.

В целях обеспечения исправления осужденных обязать ФИО3 и ФИО4 в течение испытательного срока: не менять постоянного места жительства без уведомления уголовно-исполнительной инспекции по месту жительства, куда один раз в три месяца, в дни, установленные данным органом, являться для регистрации.

Дополнительное наказание исполнять самостоятельно.

Меру пресечения в отношении ФИО3 и ФИО4 в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении до вступления приговора в законную силу оставить без изменения, по его вступлении – отменить.

Гражданский иск Г. удовлетворить частично.

Взыскать в пользу Г. в счет компенсации морального вреда: с ФИО3 – 6 000 (Шесть тысяч) рублей, с ФИО4 – 4 000 (Четыре тысячи) рублей.

Вещественные доказательства, приобщенные к материалам уголовного дела и хранящиеся при нем: 2 диска с видеозаписью с камеры наружного наблюдения о задержании Г. 16.10.2018, диск с аудиозаписями телефонных разговоров Г. по телефону доверия УМВД России по Томской области, - оставить при деле.

Приговор может быть обжалован через Советский районный суд г. Томска: в апелляционном порядке в Томский областной суд в течение 10 суток со дня его провозглашения, в кассационном порядке в судебную коллегию по уголовным делам восьмого кассационного суда общей юрисдикции.

В случае подачи апелляционной или кассационной жалобы осужденные вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом вышестоящей инстанции.

Председательствующий: /подпись/

Приговор вступил в законную силу 12.03.2020. Опубликовать 03.04.2020.