Решение № 2-354/2018 2-36/2019 от 6 марта 2019 г. по делу № 2-354/2018

Дело № 2-36/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

07 марта 2019 года г. Белокуриха

Белокурихинский городской суд Алтайского края в составе:

председательствующего судьи Омелько Л.В.,

при секретаре Астаховой Г.Е.,

с участием представителя истицы ФИО1, ответчика ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО3 к ФИО2 о взыскании арендной платы, встречному иску ФИО2 к Индивидуальному предпринимателю ФИО3 об оспаривании договора аренды,

УСТАНОВИЛ:

ИП ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО2 о взыскании арендной платы по договору аренды медицинского оборудования за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 100000 рублей, расходов по оплате государственной пошлины, ссылалась на то, что ДД.ММ.ГГГГ, между ней, как собственником медицинского оборудования и ФИО2 был заключен договор аренды медицинского оборудования: аппарата для прессотерапии «Pulstar», нагревателя термокомпрессоров водяного НТВ-50С со столом, ингалятора «Альбедо» (комплектация ИН7), аппарата «Полимаг» -02 (вариант поставки с комплектом для организации АРМ), установленного в санатории с оздоровительным комплексом «<данные изъяты>» в <адрес>.

По условиям названного договора стоимость аренды составляет 25000 рублей в квартал, оплата производится поквартально.

Однако ответчик медицинское оборудование использовал для получения экономической выгоды, для организации лечебно-оздоровительных процедур оказываемых им, как врачом санатория, однако арендную плату не вносил.

После ДД.ММ.ГГГГ ответчик покинул санаторий, оставив медицинское оборудование на своих местах, но арендную плату до настоящего времени не внес, на претензию ответа не дал.

В судебном заседании представитель истицы ИП ФИО3 ФИО4 иск поддержала по изложенным в нем основаниям. Дополнительно суду пояснила, что ответчик являлся руководителем санатория и осуществлял лечебный процесс. Он сам лично, просил ИП ФИО3 приобрести указанное медицинское оборудование, при этом сам лично подбирал фирмы, на которых следует приобретать оборудование, сам изучал технические –характеристики этого оборудования, поясняя при этом ИП ФИО3, что при наличии такого оборудования можно будет увеличивать заселяемость санатория. Кроме того, ФИО2 сам лично просил ИП ФИО3 передать это медицинское оборудование ему по договору аренды, что и было сделано.

ИП ФИО3 в судебное заседание не явилась, просила дело рассмотреть в ее отсутствие.

Ответчик по делу ФИО2 иск не признал, полагает, что по просьбе истицы он выполнял работы по лицензированию санатория, а без указанного выше медицинского оборудования невозможно было получить лицензию. Именно поэтому истица и приобрела названное медицинское оборудование. Он, как врач мануальной терапии не имеет навыка работы на названном медицинском оборудовании. Кроме того, медицинское оборудование очень емкое и размещалось в разных кабинетах. Ключ от кабинетов находился в общем доступе и кто желал, то и мог пользоваться им. Он же на данном оборудовании отпускал процедуры не пациентам санатория, а только родственникам ИП ФИО3 Договор аренды он подписывал по просьбе ФИО3, так как она попросила его об этом. Требований о взыскании арендной платы ему не предъявляли, поэтому он потом забыл об этом договоре. Претензию он получил, но так как медицинским оборудованием не пользовался, то к претензии не отнесся серьезно.

Ответчик ФИО2 предъявил встречный иск о признании договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ незаключенным, недействительным по тем основаниям, что медицинское оборудование ему не передавалось, им не использовалось, ФИО3 ввела его в заблуждение, убеждала его что данный договор аренды это формальность.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения сторон, свидетелей, суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 420 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее по тексту – ГК РФ) договором признается соглашение двух или нескольких лиц об установлении, изменении или прекращении гражданских прав и обязанностей.

В силу положений п. 1 ст. 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора.

Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

Пунктом 2 ст. 434 Гражданского кодекса Российской Федерации, в редакции, действовавшей на момент заключения договора аренды, договор в письменной форме мог быть заключен путем составления одного документа, подписанного сторонами, а также путем обмена, позволяющей достоверно установить, что документ исходит от стороны по договору.

В соответствии с пунктом 1 статьи 166 ГК Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным данным Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка); согласно статье 167 ГК Российской Федерации она считается недействительной с момента совершения и не порождает тех юридических последствий, ради которых заключалась, в том числе перехода титула собственника к приобретателю; при этом, по общему правилу, применение последствий недействительности сделки в форме двусторонней реституции не ставится в зависимость от добросовестности сторон.

Из материалов дела следует, что ДД.ММ.ГГГГ ИП ФИО3 и ФИО2 заключен договор аренды медицинского оборудования стоимостью 698657,50 рублей: аппарат для прессотерапии «Pulstar», нагреватель термокомпрессоров водяной НТВ-50С со столом, ингалятор «Альбедо» (комплектация ИН7), аппарат «Полимаг» -02 (вариант поставки с комплектом для организации АРМ), установленные в санатории с оздоровительным комплексом «<данные изъяты>» в <адрес>.

Согласно п. 2.1. названного договора, арендодатель обязуется предоставить оборудование в состоянии, в соответствии с п. 1.3., пригодном для его нормальной эксплуатации. Обеспечить арендатора необходимой информацией, технической документацией, сертификатами на оборудование, гарантийными талонами.

Из содержания названного договора аренды следует, что договор подписан ИП ФИО3 и ФИО2, что стороны в судебном заседании не оспаривали.

Однако, ответчик ФИО2 оспаривал факт передачи ему указанного медицинского оборудования.

В соответствии с п. 3 ст. 607 ГК РФ в договоре аренды должны быть указаны данные, позволяющие определенно установить имущество, подлежащее передаче арендатору в качестве объекта аренды. При отсутствии этих данных в договоре условие об объекте, подлежащем передаче в аренду, считается не согласованным сторонами, а соответствующий договор не считается заключенным.

Если сторона приняла от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердила действие договора, она не вправе недобросовестно ссылаться на то, что договор является незаключенным (пункт 3 статьи 432 ГК РФ) (п. 6 Постановления Пленума ВС РФ от 25 декабря 2018 г. № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора»).

Свидетель ССА, бывшая супруга ФИО2, суду пояснила, что она совместно с ФИО2 выполняла работы по лицензированию санатория. Ей достоверно известно, что медицинское оборудование, аппарат для прессотерапии «Pulstar», нагреватель термокомпрессоров водяной НТВ-50С со столом, ингалятор «Альбедо» (комплектация ИН7), аппарат «Полимаг» -02 (вариант поставки с комплектом для организации АРМ), установлены в санатории «<данные изъяты>». Ей ни чего не известно о договоре аренды, так как ФИО2 ей ни чего не говорил. ССА они работали вместе, но не весь день находились в одном кабинете. Она не видела, чтобы ФИО2 пользовался этим оборудованием или отпускал процедуры на нем. Однако она из санатория уволилась раньше ФИО2, поэтому не знает чем он тм занимался после ее увольнения. Оборудование они собирали сами, включали его для ФИО3 и членов ее семьи.

Свидетель ММВ, администратор санатория «<данные изъяты>» в судебном заседании пояснил, что в санатории он работает с ДД.ММ.ГГГГ по настоящее время. Его рабочее место находится недалеко от кабинета ФИО2 В санатории из медперсонала в 2016-2017 годах было всего два человека – ФИО2 и его супруга, которые пользовались всем медицинским оборудованием, отпускали процедуры, а расчет за процедуры производили сами с пациентами. Он это знает точно, поскольку в его обязанности входит также и прием оплаты от посетителей санатория. Он неоднократно являлся свидетелем, что на процедуры к ФИО2 приходили не только гости санатория, но и посторонние граждане, при этом оплату в кассу не вносили. Однажды, мужчина из 10-го номера на вопрос об оплате, ему ответил, что он с доктором рассчитался. Ключи от кабинета, где было установлено оборудование находились у ФИО2 и он не позволял ни кому входить в кабинет и пользоваться оборудованием.

Из анализа показаний названных свидетелей следует, что ФИО2 совместно с ССА занимался сборкой оборудования, что опровергает довод ФИО2 о том, что он не умеет пользоваться медицинским оборудование.

Свидетель ССА пояснила, что в ее присутствии оборудование ФИО2 не передавалось, однако пояснила, что она выполняла свою работу и непрерывно с ФИО2 не находилась. Кроме того, после увольнения из санатория ей вообще ни чего не известно о том, чем он занимался в санатории.

Вместе с тем свидетель ММВ пояснил, что он лично видел что ФИО2 отпускал процедуры посетителям на медицинском оборудовании и ему достоверно известно, что оплату за отпускаемые процедуры получал от посетителей именно ФИО2

В судебном заседании ответчик ФИО2 пояснил, что у ММВ на него имеется обида, однако суду не представил доказательств того, что у м имеются основания для его оговора. Таким образом у суда нет оснований усомниться в достоверности показаний свидетеля ММВ

Кроме того, показания свидетеля ММВ не противоречат показаниям свидетеля ССА, а также подтверждаются представленными суду фотографиями, на которых изображен ФИО2 при отпуске процедур на медицинском оборудовании.

Ответчик ФИО2 пояснил судебном заседании, что данные фотографии постановочные и изготовлены для рекламного проспекта, однако доказательств данному доводу не представил.

Кроме того, в судебном заседании ответчик ФИО2 пояснил, что требование о взыскании арендной платы он не воспринял всерьез, при этом не отрицал факт подписания договора аренды. Кроме того, требования об оспаривании договора аренды ФИО2 заявил только после выяснения судом вопроса о намерении ФИО2 оспорить договор аренды.

Таким образом, анализируя представленные суду письменные доказательства, показания свидетелей, суд приходит к выводу о доказанности факта передачи медицинского оборудования ФИО2 ИП ФИО3 и использования оборудования ФИО2, для целей не связанных с задачами санатория «<данные изъяты> что подтверждается фотографиями и показаниями свидетеля ММВ Кроме того, факт подписания договора аренды от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО2 не оспаривал.

В нарушение положений ст. 56 ГПК РФ ответчиком ФИО2 не представлено доказательств того, что фактически медицинское оборудование, перечисленное в 1.1. договора аренды медицинского оборудования от ДД.ММ.ГГГГ ему не передавалось, т.е. доказательств того, что не состоялось исполнение договора аренды.

Таким образом, суд не находит оснований для признания договора аренды медицинского оборудования от ДД.ММ.ГГГГ незаключенным.

Кроме того, ответчик ФИО2 ссылался на то, что названный договор аренды является притворным, однако таких доказательств также суду не представлено.

Довод ответчика ФИО2 о том, что он в санатории занимался только сбором документов для лицензирования и процедурой лицензирования опровергается сведениями, содержащимися в описи документов соискателя лицензии ООО «Санаторий <данные изъяты>» о том, что представителем соискателя лицензии является ШЛА

Представитель ФИО1 суду пояснила, что для целей лицензирования была привлечена ШЛА, которая и занималась вопросами лицензирования, а не ФИО2

Кроме того, согласно свидетельству о регистрации юридического лица ООО «Санаторий <данные изъяты>» зарегистрирован ДД.ММ.ГГГГ, в то время как договор аренды медицинского оборудования заключен ДД.ММ.ГГГГ, т.е. еще до регистрации юридического лица.

Представителем истицы ФИО1 заявила ходатайства об истечении срока исковой давности, полагает, что сделка является оспоримой, течение срока началось с момента подписания договора, т.е. с ДД.ММ.ГГГГ и истек срок ДД.ММ.ГГГГ.

Ответчик ФИО2 полагает, что срок исковой давности им не пропущен, поскольку он не относился серьезно к данному договору аренды.

В соответствии с п. 1 ст. 166 ГК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Вместе с тем, по настоящему делу заявлено требование о признании сделки недействительной по основаниям ее фактического неисполнения (не передачи оборудования), в силу чего она не является оспоримой, поэтому годичный срок давности не может быть применен, а общий срок исковой давности, предусмотренный ст. 181 ГК РФ не истек.

В силу статьи 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями.

Статьей 310 Гражданского кодекса Российской Федерации установлена недопустимость одностороннего отказа от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий, за исключением случаев, предусмотренных законом. В силу п. 3 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае одностороннего отказа от исполнения договора полностью или частично, когда такой отказ допускается законом или соглашением сторон, договор считается соответственно расторгнутым или измененным.

В соответствии с ст. 606 ГК РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

В силу ч. 1 ст. 614 ГК РФ арендатор обязан своевременно вносить плату за пользование имуществом (арендную плату). Порядок, условия и сроки внесения арендной платы определяются договором аренды.

Согласно ст. 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан вернуть арендодателю имущество в том состоянии, в котором он его получил, с учетом нормального износа или в состоянии, обусловленном договором (п. 1).

Если арендатор не возвратил арендованное имущество, либо возвратил его несвоевременно, арендодатель вправе потребовать внесения арендной платы за все время просрочки (п.2).

Исходя из п.1 ст. 655 ГК РФ передача здания или сооружения арендодателем и принятие его арендатором осуществляются по передаточному акту или иному документу о передаче, подписываемому сторонами.

При прекращении договора аренды здания или сооружения арендованное здание или сооружение должно быть возвращено арендодателю с соблюдением правил, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи ( п. 2 ст. 655 ГК РФ).

Из содержания указанных норм права следует, что при прекращении договора на арендаторе лежит обязанность по возврату объекта аренды, невыполнение которой предоставляет арендодателю право требовать внесения арендных платежей за все время просрочки до момента возврата имущества арендодателю. Возвращение объекта имущественного найма собственнику подтверждается документом, обоюдно подписанным участниками сделки, который в силу требований ст. 60 ГПК РФ и п. 2 ст. 655 ГК РФ является допустимым доказательством данного факта.

В силу п.2 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 22.11.2016 № 54 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении», если односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий совершены тогда, когда это не предусмотрено законом, иным правовым актом или соглашением сторон или не соблюдены требования к их совершению, то по общему правилу такой односторонний отказ от исполнения обязательства или одностороннее изменение его условий не влекут юридических последствий, на которые они были направлены. В случае правомерного одностороннего отказа от исполнения договорного обязательства полностью или частично договор считается соответственно расторгнутым или измененным (пункт 2 статьи 450.1 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 450.1 ГК РФ право на одностороннее изменение условий договорного обязательства или на односторонний отказ от его исполнения может быть осуществлено управомоченной стороной путем соответствующего уведомления другой стороны. Договор изменяется или прекращается с момента, когда данное уведомление доставлено или считается доставленным по правилам статьи 165.1 ГК РФ, если иное не предусмотрено ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или условиями сделки либо не следует из обычая или из практики, установившейся во взаимоотношениях сторон.

Согласно п. 3.1. договора аренды от 27 мая 2016 года, стоимость аренды оборудования, указанного в п. 1.1. настоящего договора составляет 25000 рублей, в том числе НДС, в квартал.

Оплата производится поквартально, путем перечисления суммы, определенной договором, с расчетного счета арендатора на расчетный счет арендодателя.

Сторона истицы ИП ФИО3 утверждала, что арендная плата ФИО2 не вносилась с момента заключения договора аренды. Использование оборудования окончено ФИО2 после ДД.ММ.ГГГГ.

Из материалов дела следует, что 11.08.2017г. ИП ФИО3 направила ФИО2 уведомление об уплате арендной платы.

Факт не внесения арендной платы ФИО2 в судебном заседании подтвердил.

В соответствии с ч.1 ст. 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из изложенного, бремя доказывания надлежащего исполнения обязанности вернуть арендодателю имущество, являвшееся предметом договора, лежит на обязанной стороне - арендаторе.

Освобождение истцом арендованного оборудования в отсутствие соответствующего уведомления не влечет правовых последствий, предусмотренных п. 3 ст. 450 Гражданского кодекса Российской Федерации. Материалами дела не подтверждается факт расторжения договора, в судебном порядке указанный договор также не расторгался, доказательств обратного суду также не представлено.

Доказательств того, что стороны достигли соглашения о прекращении действия договора аренды в материалах дела не имеется. Также суду не представлено доказательств, свидетельствующих об уплате ответчиком в срок, предусмотренный договором, арендной платы.

Таким образом, договор аренды от ДД.ММ.ГГГГг. является действующим и должен исполняться сторонами этого договора надлежащим образом.

Между тем, досрочное освобождение арендуемого оборудования не является основанием прекращения обязательства арендатора по внесению арендной платы. Поскольку договор аренды не является расторгнутым, а досрочное освобождение арендуемого оборудования не является основанием прекращения обязательства арендатора по внесению арендной платы, то имеются основания для удовлетворения исковых требований.

Представленные истцом расчет задолженности по арендной плате судом проверен, признан верным. Ответчиком не представлено контррасчетов либо возражений относительно приведенных расчетов задолженности.

Такими образом, исходя заявленного истицей периода невнесения арендной платы, с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ, т.е. с момента заключения договора аренды и по день фактического освобождения оборудования, при размере арендной платы 25000 рублей в квартал, ежеквартально, а всего за 4 квартала 100000 рублей, требования истицы подлежат удовлетворению.

Истицей заявлено требование о взыскании суммы по оплате государственной пошлины, которое в соответствии со ст. 98 ГПК РФ подлежит удовлетворению.

Руководствуясь ст.ст.98,100, 103, 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования индивидуального предпринимателя ФИО3 удовлетворить.

Встречные исковые требования ФИО2 оставить без удовлетворения.

Взыскать с ФИО2 в пользу Индивидуального предпринимателя ФИО3 арендную плату за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 100000 рублей, расходы по оплате государственной пошлины в размере 3200 рублей, всего 103200 рублей.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке путем подачи апелляционной жалобы в Алтайский краевой суд через Белокурихинский городской суд в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 12 марта 2019 года.

Судья Белокурихинского

городского суда Л.В. Омелько