Апелляционное постановление № 22-2846/2024 от 10 июля 2024 г. по делу № 1-46/2024

Судья Бондаренко А.Н. № 22-2846/2024


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Ставрополь 11 июля 2024 года

Ставропольский краевой суд в составе:

председательствующего судьи Щербакова С.А.,

при секретаре Ньорба П.А.,

с участием:

прокурора Богданова А.С.,

защитника обвиняемого ФИО1 в лице адвоката Марченко О.В.,

представителя потерпевшего - адвоката Рожкова С.А.,

рассмотрел в открытом судебном заседании уголовное дело по апелляционному представлению заместителя прокурора Промышленного района г. Ставрополя Чуднова А.И. на постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от 3 мая 2024 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, 1 <данные изъяты>

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, возвращено прокурору Промышленного района г. Ставрополя на основании п.п.1, 6 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Изучив доводы апелляционного представления, материалы уголовного дела, выслушав мнение прокурора Богданова А.С. об отмене постановления по доводам апелляционного представления, выступление представителя потерпевшего - адвоката Рожкова С.А., поддержавшего доводы апелляционного представления, защитника обвиняемого ФИО1 - адвоката Марченко О.В. об оставлении постановления без изменения, суд

установил:

постановлением Промышленного районного суда г. Ставрополя от 3 мая 2024 года уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, возвращено прокурору Промышленного района г. Ставрополя на основании п.п.1, 6 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом.

Мера пресечения в виде домашнего ареста изменена на подписку о невыезде и надлежащем поведении.

Не согласившись с постановлением, заместитель прокурора Промышленного района г. Ставрополя Чуднов А.И. подал апелляционное представление, указал на его незаконность и необоснованность, ввиду существенных нарушений уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона. Полагает, что вопреки доводам суда в обвинительном заключении и постановлении о привлечении в качестве обвиняемого ФИО1 указаны существо обвинения, место и время совершения преступлений, его способ, мотивы, цели, последствия, суммы причиненного ущерба и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела, а также перечень доказательств, подтверждающих обвинение и доказательств, на которые ссылается сторона защиты. Доводы суда сами по себе не являются достаточным основанием для возвращения дела прокурору в порядке ст.237 УПК РФ и не свидетельствуют о нарушении права подсудимого на защиту от предъявленного обвинения, о нарушении процессуальных прав иных участников процесса и на невозможность вынесения судом окончательного решения по делу. Подробно приводит существо предъявленного обвинения ФИО1, ссылаясь на п.6 ч.1 ст.237 УПК РФ отмечает, что, возвращая уголовное дело прокурору суд в постановлении указал, что ФИО1 совершил инкриминируемое ему преступление группой лиц совместно с ФИО8 и ФИО10, квалифицировав его действия по признакам преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УКРФ, как мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору. Вместе с тем, в ходе предварительного следствия причастность ФИО8 и ФИО10 к указанному преступлению проверена, по результатам расследования следователем вынесено постановление о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО8 и ФИО10 на основании п.2 ч.1 ст.24 УПК РФ. Кроме того, в ходе судебного следствия каких-либо новых обстоятельств, указывавших бы на причастность ФИО8 и ФИО10 к совершенному ФИО1 преступлению либо об их осведомлённости о противоправной деятельности ФИО1 не получено, наоборот, допрошенный в ходе судебного следствия потерпевший ФИО9 показал, что договор субаренды подписывал при личном присутствии ФИО1, после подписания переговоры относительно предмета договора вел непосредственно с ФИО1 Допрошенный ФИО10, действовавший по поручению и в интересах ФИО8 показал, что не знал, что земельные участки не принадлежали ФИО1 указав, что ФИО1 на протяжении более 4 лет проводил на них посевные работы. В связи с чем, считает, что выводы суда о наличии в действиях ФИО1 признаков преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, как мошенничество, совершенное группой лиц по предварительному сговору и причастности к совершению инкриминируемого ему преступления ФИО8 и ФИО10 при наличии неотмененного постановления о прекращении уголовного преследования, вынесенного в соответствии с требованиями уголовного и уголовно-процессуального законов, противоречат требованиям ч.1 ст.50 Конституции Российской Федерации, ст.ст.24, 27 УПК РФ. По результатам расследования уголовного дела следователем в соответствии с требованиями ст.14 УПК РФ и ст.88 УК РФ с учетом полученных доказательств и установленных обстоятельств совершения ФИО1 преступления дана надлежащая оценка действиям ФИО10 и ФИО8, в том числе, с учетом принципа презумпции невиновности, толкуются в пользу виновного. Акцентирует внимание, что председательствующим при допросе потерпевшего выражено предубеждение в виде наводящих вопросов, содержащих ответы, противоречащие материалам уголовного дела, о совершении данного преступления ФИО1 группой лиц совместно с ФИО10 и ФИО8, являющихся свидетелями по данному уголовному делу, до исследования всех доказательств по уголовному делу, дав им оценку. Полагает, что возвращая уголовное дело прокурору суд вышел за пределы представленных полномочий, указав какой квалификации подлежат действия обвиняемого. Предъявляемые уголовно-процессуальным законом требования к содержанию обвинительного заключения органы следствия выполнили в полном объеме, каких-либо нарушений при составлении обвинительного заключения и предъявлении обвинения, исключающих возможность на его основе принять судебное решение, не допущено. Также полагает, что необоснованное принятие судом решения о возвращении уголовного дела ведет к затягиванию сроков производства по делу, а также нарушает права подсудимого, в том числе, на справедливое судебное разбирательство и защиту. Препятствий для рассмотрения уголовного дела по существу и принятия судебного решения, не имеется. Кроме того, судом при постановке вопроса о возврате уголовного дела прокурору не были указаны нарушения, на основании которых такой вопрос поставлен, в связи с чем, стороны не имели возможности выразить свою позицию надлежащим образом. Просит постановление отменить, направить уголовное дело для рассмотрения в Промышленный районный суд г. Ставрополя.

Проверив материалы дела, обсудив доводы апелляционного представления, выслушав мнение участников судебного разбирательства, суд апелляционной инстанции считает постановление суда законным и обоснованным.

В соответствии с требованиями ст.237 УПК РФ, судья по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом в случае, если обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, что исключает возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения.

Согласно п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ, в обвинительном заключении следователь указывает существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела.

В соответствии с требованиями ч.1 ст.73 УПК РФ, при производстве по уголовному делу подлежат доказыванию событие преступления (время, место, способ и другие обстоятельства совершения преступления), характер и размер вреда, причиненного преступлением.

По смыслу закона, основанием для возвращения уголовного дела прокурору также являются существенные нарушения норм уголовно-процессуального закона, допущенные на досудебной стадии производства по делу, не устранимые в ходе судебного разбирательства, в силу которых исключается возможность постановления судом приговора или иного решения.

Данные требования закона судом первой инстанции выполнены в полном объеме.

Согласно предъявленному обвинению и обвинительному заключению, ФИО1 обвиняется в мошенничестве, то есть, хищении чужого имущества путем обмана, совершенном в особо крупном размере. Его действия органом предварительного следствия квалифицированы по ч.4 ст.159 УК РФ.

Суд первой инстанции, исследовав представленные доказательства: показания потерпевшего ФИО9, показания свидетеля ФИО11, иные доказательства, пришел к выводу о том, что квалификация его действий не соответствует фактическим обстоятельствам, что было совершено более тяжкое общественно опасное деяние, чем инкриминируется.

Так, возвращая уголовное дело прокурору, суд первой инстанции, ссылаясь на фабулу предъявленного обвинения, верно указал в постановлении, что органами следствия не конкретизирован способ совершения вменяемого ФИО1 мошенничества, а именно формулировка обвинения (описательная часть) не содержит указаний на совершение непосредственно ФИО1 в отношении потерпевшего ФИО9 каких-либо конкретных действий, характерных для способа хищения в форме обмана.

Кроме того, суд обоснованно указал о вменении обвиняемому совершения преступных действий, а именно хищения чужого имущества – денежных средств в сумме <данные изъяты> рублей, поступивших в распоряжение иных лиц ФИО10 и ФИО8, которые как следует из обвинительного заключения и материалов дела ими распорядились.

Таким образом, судом первой инстанции, после исследования в судебном заседании доказательств, представленных сторонами, сделан вывод о том, что предъявленное подсудимому обвинение и квалификация его действий не соответствует фактическим обстоятельствам дела, что было совершено более тяжкое общественно-опасное деяние, чем инкриминируется по данному делу.

Вышеуказанные недостатки создали неопределенность в обвинении, что нарушило гарантированное Конституцией РФ и положениями уголовно-процессуального законодательства право обвиняемого на защиту, поскольку неконкретизированность предъявленного обвинения препятствует определению точных пределов судебного разбирательства применительно к требованиям ст.252 УПК РФ и ущемляет гарантированное обвиняемому право знать, в чем он конкретно обвиняется (ст.47 УПК РФ).

Вопреки доводам апелляционного представления, возвращая уголовное дело прокурору, суд обоснованно указал на допущенные органами следствия нарушения указанных норм уголовно-процессуального закона, препятствующих его рассмотрению судом по существу.

Суд апелляционной инстанции также отмечает, что суд не может самостоятельно устранить допущенные на досудебной стадии указанные нарушения и не является органом уголовного преследования, не обладает полномочиями формулировать и предъявлять обвинение лицу, в отношении которого возбуждено уголовное дело и вменять ему совершение конкретных действий, дополняя в этой части фактические обстоятельства обвинения.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает обоснованными выводы суда о том, что приведенные нарушения закона не могут быть восполнены и устранены в судебном заседании, являются существенными и не устранимы в ходе судебного разбирательства, поэтому суд апелляционной инстанции не может согласиться с доводами апелляционного представления, и не находит оснований для отмены или изменения судебного решения.

Изложенное дает основание судебной коллегии не согласиться с доводами апелляционного представления об отсутствии оснований для возвращения уголовного дела в отношении ФИО1 прокурору, поскольку установленные судом обстоятельства были известны и не учтены в ходе предварительного следствия.

Неправильная квалификация судом фактически совершенного деяния и неверное установление оснований уголовной ответственности влекут вынесение неправосудного решения.

Суд не вправе самостоятельно изменить существо предъявленного обвинения и дополнить его в части указания обстоятельств совершения преступления, его способов, мотивов, целей и последствий. При этом от существа обстоятельств предъявленного обвинения зависит определение пределов судебного разбирательства и порядок реализации прав всех участников уголовного судопроизводства.

В обсуждение доводов апелляционного представления о фактических обстоятельствах дела, виновности или невиновности ФИО1, квалификации его действий суд апелляционной инстанции не входит, поскольку они не подлежат обсуждению при проверке в апелляционном порядке промежуточных судебных решений, которыми уголовное дело не разрешается по существу.

При принятии постановления суд первой инстанции в соответствии с требованиями ч.3 ст.237 УПК РФ разрешил вопрос о мере пресечения ФИО1 изменив ее с домашнего ареста на подписку о невыезде и надлежащим поведении, с приведением мотивов принятого решения, не согласиться с которыми суд апелляционной инстанции оснований не находит.

Доводы апелляционного представления о наличии в материалах уголовного дела постановлений о прекращении уголовного преследования в отношении ФИО8 и ФИО10 не могут говорить о незаконности принятого судом первой инстанции решения, так как вопрос об отмене указанных постановлений, при наличии к тому законных оснований, может быть разрешен органом предварительного следствия в порядке ст.ст.214, 214.1 УПК РФ.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что судебное решение о возвращении уголовного дела прокурору для устранения препятствий его рассмотрения судом по существу, вопреки доводам представления, принято судом с соблюдением норм уголовно-процессуального законодательства, регламентирующих разрешение судом данного вопроса. При этом суд не усматривает нарушений прав участников судебного разбирательства, в том числе, нарушений ст.6.1 УПК РФ.

Руководствуясь статьями 389.13, 389.20, 389.28, 389.33 УПК РФ, суд

постановил:

постановление Промышленного районного суда г. Ставрополя от 3 мая 2024 года, которым уголовное дело в отношении ФИО1, обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.159 УК РФ, возвращено прокурору Промышленного района г. Ставрополя на основании п.п.1, 6 ч.1 ст.237 УПК РФ для устранения препятствий его рассмотрения судом, оставить без изменения, апелляционное представление - без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в порядке выборочной кассации, предусмотренном статьями 401.10 – 401.12 УПК РФ, непосредственно в Пятый кассационный суд общей юрисдикции.

При этом обвиняемый вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Судья Щербаков С.А.