Решение № 2-2152/2018 2-81/2019 2-81/2019(2-2152/2018;)~М-2093/2018 М-2093/2018 от 20 января 2019 г. по делу № 2-2152/2018

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

21 января 2019 года г. Новомосковск Тульской области

Новомосковский городской суд Тульской области в составе:

председательствующего Дувановой Н.В.,

при секретаре Быстрых П.Г.,

с участием старшего помощника Новомосковского городского прокурора Строковой А.Е.,

представителя истца по доверенности ФИО1, представителя ответчика по ордеру ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело № 2-81/2019 по иску ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда,

установил:

ФИО3 обратилась в суд с иском к ФИО4 о взыскании компенсации морального вреда. Свои требования мотивировала тем, что 20 января 2017 года примерно 7 часов 30 минут на автодороге Кашира – Серебряные пруды – Кимовск – Узловая со стороны дер. Березовка в направлении к с. Гремячее Новомосковского района Тульской области в районе 97 километра ответчик ФИО4, управляя автомобилем Mitsubishi <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, совершил наезд на пешехода – ФИО6, который приходился ей супругом. В результате дорожно – транспортного происшествия ФИО6 получил телесные повреждения и был доставлен для оказания медицинской помощи в ГУЗ «НГКБ» с диагнозом: <данные изъяты>. ДД.ММ.ГГГГ ФИО6 от полученных травм скончался. В связи со смертью супруга ФИО3 длительное время и по настоящий момент испытывает нравственные и моральные страдания, связанные с потерей близкого человека, неоднократно попадала в больницу с сердечными приступами. Просит взыскать с ответчика ФИО4 в свою пользу компенсацию морального вреда, который она оценивает в <данные изъяты> рублей.

В судебном заседании представитель истца ФИО3 по доверенности ФИО1 исковые требования поддержала в полном объеме, просила суд иск удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО4 по ордеру ФИО2 полагал требования завешенными, просил учесть отсутствие вины ФИО5 и наличие в действиях пешехода грубой неосторожности, поскольку тот двигался в темное время суток вне населенного пункта проезжей части дороги без предметов со световозвращающими элементами, чем нарушил п. 1.5, 4.1 ПДД РФ, а также учесть материальное положение ответчика и нахождение <данные изъяты>.

Истец ФИО3 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте его проведения извещена надлежащим образом, доверила представлять свои интересы представителю по доверенности ФИО7

Ответчик ФИО4 в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещен надлежащим образом, просил рассматривать дело в его отсутствие, доверил представлять свои интересы представителю по ордеру ФИО2

Третье лицо ФИО8 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом, в адресованном суду заявлении просила рассматривать дело ее отсутствие.

Исходя из положений ст. 167 ГПК РФ, суд счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Выслушав лиц, участвующих в деле, принимая во внимание заключение старшего помощника Новомосковского городского прокурора Строковой А.Е., полагавшей заявленные требования обоснованными, а размер морального вреда подлежащим определению судом с учетом обстоятельств дела и требований разумности и справедливости, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

В соответствии со ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда.

Согласно ч. 1 ст. 1079 ГК РФ юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего. Владелец источника повышенной опасности может быть освобожден судом от ответственности полностью или частично также по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 3 статьи 1083 настоящего Кодекса.

Обязанность возмещения вреда возлагается на юридическое лицо или гражданина, которые владеют источником повышенной опасности на праве собственности, праве хозяйственного ведения или праве оперативного управления либо на ином законном основании (на праве аренды, по доверенности на право управления транспортным средством, в силу распоряжения соответствующего органа о передаче ему источника повышенной опасности и т.п.).

Как следует из материалов дела и установлено судом, 20 января 2017 года около 07 часов 30 минут в темное время суток в районе 97 км автодороги Кашира - Серебряные пруды – Кимовск – Узловая, ФИО4, управляя технически исправным автомобилем Mitsubishi <данные изъяты>, государственный регистрационный знак №, принадлежащем на праве собственности ФИО12, двигаясь со скоростью 60 км/ч вне населенного пункта со стороны дер. Березовка в направлении к с. Гремячее Новомосковского района Тульской области совершил наезд на пешехода ФИО6, одетого в темную одежду, движущегося по его полосе движения.

В результате дорожно-транспортного происшествия ФИО6 получил телесные повреждения, от которых скончался в ГУЗ «Новомосковская городская клиническая больница».

Изложенное подтверждается исследованным в судебном заседании отказным материалом № по факту дорожно-транспортного происшествия, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, в результате которого погиб ФИО6 (КУСП № от 09 февраля 2017 года), свидетельством о смерти ФИО6 № (л.д. 13, 33-103).

Проведенной по факту ДТП следователем СО ОМВД по городу Новомосковску проверкой в порядке ст.ст. 144, 145 УПК РФ установлено, что в действиях ФИО4 отсутствует состав преступления, предусмотренный ч. 3 ст. 264 УК РФ, поскольку в сложившейся дорожно-транспортной ситуации согласно проведенному исследованию он не имел технической возможности при скорости движения 60 км/ч предотвратить наезд на пешехода путем своевременного применения экстренного торможения. При этом, ФИО4 ПДД РФ не нарушал.

Постановлением от 24 апреля 2017 года в возбуждении уголовного дела по сообщению о совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, в связи с отсутствием в действиях ФИО4 состава преступления, в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ, отказано.

Согласно экспертному заключению ГУЗ «Бюро судебно-медицинской экспертизы» № от ДД.ММ.ГГГГ, смерть ФИО6 наступила от сочетанной травмы с <данные изъяты>. Указанные повреждения находятся в прямой причинно-следственной связи с наступлением смерти и имеют медицинские критерии тяжкого вреда здоровью, как опасны для жизни (в соответствии с п.п. 6.2.8 приказа № 194н от 24 апреля 2008 года). Перечисленный выше комплекс повреждений характерен для автотранспортной травмы. Наиболее вероятно, что при столкновении с движущимся автотранспортным средством пострадавший находился в вертикальном положении и был обращен задней левой поверхностью тела к автотранспортному средству. При поступлении в больницу ФИО6 был трезв.

В ходе доследственной проверки не установлено нарушение водителем ФИО4 положений Правил дорожного движении РФ, состоящих в прямой причинно-следственной связи с наездом на пешехода ФИО6 и наступившими последствиями. Не представлено таких доказательств и в ходе рассмотрения дела судом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину другие нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимание обстоятельства. Суд также должен учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред.

В силу ст. 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда вред причинен жизни и здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Согласно п. 2 ст. 1101 ГК РФ, размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случае, когда вина его является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости.

Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего.

Согласно свидетельству о заключении брака ФИО6 приходится ФИО3 мужем (л.д. 14).

Из показаний свидетеля ФИО11 следует, что ее родители ФИО3 и ФИО6, прожили в браке более 40 лет, родители были привязаны друг к другу, до настоящего время ФИО11 испытывает сильные душевные переживания из-за смерти мужа.

Не доверять показаниям указанного свидетеля у суда оснований не имеется.

Согласно разъяснениям, данным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 года № 10 «О некоторых вопросах применения законодательства о компенсации морального вреда», моральный вред может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников.

Право гражданина на возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, относится к числу общепризнанных основных неотчуждаемых прав и свобод человека, поскольку является непосредственно производным от права на жизнь и охрану здоровья, прямо закрепленных в Конституции РФ.

Учитывая приведенные положения действующего законодательства, ФИО4 являющийся владельцем источника повышенной опасности и управлявший им в момент совершения дорожно-транспортного происшествия повлекшего смерть ФИО6, несет ответственность перед истцом независимо от отсутствия его вины в дорожно-транспортном происшествии.

В связи с этим суд считает исковые требования о компенсации морального вреда обоснованными, поскольку в связи с гибелью в дорожно-транспортном происшествии ФИО6, приходящегося супругом ФИО3, истец не могла не испытать моральных страданий и нравственных переживаний.

Вместе с тем доказательств того, что истец неоднократно попадала в больницу с сердечными приступами, которые были вызваны душевными переживаниям по поводу кончины супруга, суду как требует того положения ст. 56 ГПК РФ, не представлено.

При разрешении требований о компенсации морального вреда судом также учитываются требования справедливости и разумности, иные заслуживающие внимание обстоятельства, предусмотренные абз. 4 п. 32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 января 2010 года № 1, позволяющие, с одной стороны, максимально возместить причиненный моральный вред, с другой - не допустить неосновательного обогащения потерпевшего и не поставить в чрезмерно тяжелое имущественное положение лицо, ответственное за возмещение морального вреда.

Согласно ст. 1083 ГК РФ, если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

При грубой неосторожности потерпевшего и отсутствии вины причинителя вреда в случаях, когда его ответственность наступает независимо от вины, размер возмещения должен быть уменьшен или в возмещении вреда может быть отказано, если законом не предусмотрено иное. При причинении вреда жизни или здоровью гражданина отказ в возмещении вреда не допускается.

Использование в ст. 1083 ГК РФ такого оценочного понятия, как «грубая неосторожность» в качестве требования, которым должен руководствоваться суд при определении размера возмещения ущерба, не свидетельствует о неопределенности содержания данной нормы, поскольку разнообразие обстоятельств, допускающих возможность уменьшения размера возмещения или отказа в возмещении, делает невозможным установление их исчерпывающего перечня в законе, а использование федеральным законодателем в данном случае такой оценочной характеристики преследует цель эффективного применения нормы к неограниченному числу конкретных правовых ситуаций, что само по себе не может расцениваться как нарушение конституционных прав и свобод заявителя, перечисленных в жалобе. Вопрос же о том, является ли неосторожность потерпевшего грубой небрежностью или простой неосмотрительностью, не влияющей на размер возмещения вреда, разрешается в каждом конкретном случае судом с учетом конкретных обстоятельств (Определение Конституционного Суда РФ от 21 февраля 2008 года № 120-О-О).

Проверяя доводы ответчика ФИО4 о том, что в дорожно-транспортном происшествии имеется вина пешехода ФИО6, который нарушил п.п. 1.5, 4.1 Правил дорожного движения РФ, суд приходит к следующему.

Согласно акту экспертного исследования ФБУ Тульская ЛСЭ Минюста России от 21 марта 2017 года № 525, в сложившейся дорожно-транспортной ситуации пешеходу ФИО6 следовало руководствоваться абз. 1 п. 1.5, п. 4.1 ПДД РФ (л.д. 90-94).

На основании п. 1.5 ПДД РФ участники дорожного движения должны действовать таким образом, чтобы не создавать опасности для движения и не причинять вреда.

Согласно п. 4.1 ПДД РФ при переходе дороги и движении по обочинам или краю проезжей части в темное время суток или в условиях недостаточной видимости пешеходам рекомендуется, а вне населенных пунктов пешеходы обязаны иметь при себе предметы со световозвращающими элементами и обеспечивать видимость этих предметов водителями транспортных средств.

Указанные выше требования п. 1.5, п. 4.1 ПДД РФ пешеходом ФИО6 были нарушены, поскольку он двигался по проезжей части в темное время суток вне населенного пункта без наличия при себе предметов со световозвращающими элементами, тем самым не обеспечив видимость этих предметов водителю транспортного средства ФИО4, в связи с чем, суд приходит к выводу, что в данном случае имела место грубая неосторожность пешехода ФИО6, которая привела к наезду на него транспортного средства под управлением ФИО4

Имея ввиду, что жизнь и здоровье относятся к числу наиболее значимых человеческих ценностей, а их защита является приоритетной, исходя из фактических обстоятельств дела, а также обстоятельств произошедшего дорожно-транспортного происшествия исследованных судом, наличия грубой неосторожности самого ФИО6, принципа разумности и справедливости, учитывая материальное и имущественное положение ответчика, временную потерею им трудоспособности, и нахождение на его иждивении <данные изъяты> (л.д. 106-122), суд определяет размер компенсации морального вреда, подлежащей взысканию в пользу истца с ответчика ФИО4 в размере <данные изъяты> рублей.

Учитывая изложенное, суд приходит к выводу о том, что требования истца законны, обоснованы и подлежат частичному удовлетворению.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

исковые требования ФИО3 к ФИО4 о компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Взыскать с ФИО4 в пользу ФИО3 компенсацию морального вреда в размере 150000 (ста пятидесяти тысяч) рублей.

В удовлетворении остальной части исковых требований ФИО3 к ФИО4 отказать.

Решение может быть обжаловано в Тульский областной суд путем подачи апелляционной жалобы в Новомосковский городской суд в течение одного месяца со дня принятия в окончательной форме.

Мотивированное решение суда составлено 25 января 2019 года

Председательствующий