Решение № 2-1092/2017 2-1172/2017 2-1172/2017~М-1498/2017 М-1498/2017 от 3 августа 2017 г. по делу № 2-1092/2017

КОПИЯ

Дело № 2-1092/2017


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

04 августа 2017 года Ленинский районный суд г. Томска в составе:

председательствующего Ходус Ю.А.

при секретаре Чепурненко И.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании в г. Томске гражданское дело по исковому заявлению ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование денежными средствами,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 обратился в суд с исковым заявлением к ответчикам, в котором, уточнив исковые требования, просил взыскать с ответчиков солидарно сумму основного долга в размере 497058,00 руб. и проценты в размере 471623,05 руб., а всего 968681,05 руб.; взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами производить по день уплаты основного долга на остаток основного долга исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. В обоснование требований указал, что согласно имеющейся договоренности с ФИО3 истец в период с 2006 по 2008 гг. за передачу последним в собственность ФИО1 нежилых помещений, расположенных по адресу: <...>, площадью 78 кв.м. передавал денежные суммы через уполномоченное лицо ФИО3 – ФИО4, которая принятые денежные средства сдавала на расчетный счет ФИО3 Всего через ФИО2 было передано ФИО3 469058,00 руб. В счет полученных денежных средств нежилые помещения были оформлены в собственность на имя истца. Решением Кировского районного суда г. Томска от 01.02.2017 вступившим в законную силу 05.05.2017, признано право собственности за ФИО3 на нежилые помещения площадью 75 кв.м., расположенные на первом этаже кирпичного двухэтажного строения по адресу: <...>. Таким образом, в результате истец утратил право как на помещение, так и на денежные средства, тем самым, ответчики своими действиями по получению денежных средств совместно причинили истцу вред.

Истец ФИО1 в судебном заседании поддержал заявленные требования по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснил, что согласно имеющейся договоренности с гр. ФИО3 которая состоялась в начале 2000 г. ФИО1 должен выкупить у ФИО3 право на получение в собственность нежилых помещений расположенных по адресу: <...>, площадью 78 кв.м. Под эту договоренность передавались денежные суммы. Денежные суммы передавались через уполномоченное лицо ФИО3 - ФИО5, которая принятые денежные средства сдавала на расчетный счет принадлежащий ФИО3 В счет полученных денежных средств нежилые помещения были оформлены в собственность на имя истца. Решением Кировского районного суда г. Томска от 01 февраля 2017 г. вступившим в законную силу 05.05.2017 г., признано право собственности за ФИО3 на нежилые помещения площадью 75 кв.м. расположенные на первом этаже кирпичного двухэтажного строения расположенные по адресу: <...>, тем самым фактически суд признал отсутствие заключенного договора, служившего основанием для перехода права собственности на спорное имущество. Следовательно, между сторонами не был заключен договор служивший основанием для перехода права собственности. 25 марта 2009 г. подписывая соглашение стороны добросовестно заблуждаясь, оговаривали предметом передачи в собственность не имущество, а право на его получение от застройщика. При этом, и подводили определенные финансовые результаты, а именно полученные ответчиком денежные суммы за уступаемое право ФИО3 ФИО1 Так как данным соглашением предметом являлось не само имущество, а право на его получение, то его нельзя считать и основанием для смены собственника имущества. Таким образом, в результате действий ответчиков, истец утратил право как на помещение, так и на денежные средства. В результате ФИО3 без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрел денежные средства в сумме 497058,00 руб. – основной долг и проценты в сумме 471623,05 руб., а всего 968681,05 руб.

Представитель истца адвокат Смердов С.М., действующий на основании ордера № 15 от 19.06.2017 заявленные требования поддержал по основаниям, изложенным в иске, дополнительно пояснил, что основанием для передачи денежных средств явилась имеющаяся договоренность о передаче нежилых помещений в собственность истца. Поскольку в настоящее время истец лишился имущества в виде нежилых помещений, то на основании стороны ответчиков возникло неосновательное обогащение, которое подлежит возврату с начислением на указанную сумму процентов.

Ответчик ФИО2 будучи надлежащим образом уведомленной о месте и времени судебного разбирательства, в судебное заседание не явилась, представила письменные возражения, в которых исковые требования не признала, пояснила, что с ответчиком ФИО3 она знакома длительное время, с 2000 года стала работать в организациях, учредителем которых выступал ФИО3 Позже познакомилась с Храмовым А.Г, которого связывали с ФИО3 деловые отношения. В 2007 году она работала в ООО «Олтрейд», директором организации являлся ФИО1, впоследствии до 2013 года она так или иначе по роду работы была связана и с Храмовым А.Г, и с ФИО3 В 2006 году ФИО3, к тому времени переехавший в Московскую область, попросил ее оказать услугу — получать от ФИО1 денежные средства и вносить их в Томский филиал ОАО «Банк Москвы» для зачисления на вклад на имя ФИО3, для чего ФИО6 выдал ей соответствующую доверенность с правом внесения денежных средств на вклад. Начиная с августа 2006 года по январь 2008 года включительно она ежемесячно получала от ФИО1 денежные средства в сумме от 21 000 до 29 000 рублей, чаще всего - 28000 руб. и вносила их на вышеуказанный вклад, квитанции к приходным кассовым ордерам отдавала ФИО1 по его просьбе. Приблизительно в 2010-2011 годах по просьбе ФИО1 она подписала составленные им расписки в получении от него указанных сумм, количество расписок, указанные в них даты получения ею денег и суммы соответствовали квитанциям к приходным кассовым ордерам. Лично для себя она денежные средства от ФИО1 не получала. Поскольку все полученные ею от истца денежные средства поступили в собственность ФИО3, требования к ней удовлетворению не подлежат.

Представитель ответчика ФИО2 адвокат Гусаров В.Г., действующий на основании ордера № 179 от 28.06.2017 в судебном заседании исковые требования полагал не подлежащими удовлетворению по основаниям, изложенным ответчиком ФИО2 и в письменных пояснениях, согласно которым полагал, что исходя из характера деловых связей ФИО1 и ФИО3, в частности, совместного использования помещений по адресу <...>, она полагала, что передаваемые ФИО1 деньги являются арендной платой. В момент подписания расписок она не придала значения указанному в них основанию передачи денег, так как доверяла и ФИО1, и ФИО3, полагала, что те между собой все согласовали. Истец в обоснование иска ссылается на имевшуюся договоренность с ответчиком ФИО3, состоявшуюся в начале 2000 года, в соответствии с которой ФИО3 должен был продать истцу помещения площадью 78 кв.м в здании по ул. ФИО7, 10 г. Томска. Взыскиваемые истцом суммы, якобы, и являлись ценой помещений. В качестве доказательства истцом приводится «Меморандум о совместной деятельности», подписанный истцом и ответчиком ФИО3 15.07.2008. При этом в указанном документе не содержатся какие-либо обязательства сторон по передаче конкретных помещений и уплате за них денежных средств (не согласованы ни предмет договора, ни цена отчуждаемой недвижимости). Доказательств фактической передачи помещений от ФИО3 ФИО1 в собственность не представлено. Тексту расписок, по которым ответчик ФИО2 получала от истца деньги для внесения в банк на имя ФИО3, Кировским районным судом г. Томска дана оценка в решении от 01.02.2017. Ответчик ФИО2 считает, что деньги передавались в качестве арендной платы. Приговором Октябрьского районного суда г. Томска установлено, что истец ФИО1 использовал для регистрации своего права собственности на помещения поддельные документы, данный приговор суда вступил в законную силу 17.02.2014. Из указанного следует, что, во-первых, истец передавал ФИО3 денежные суммы, даже если и считал их ценой за помещения, до заключения какого-либо договора об отчуждении помещений и, в любом случае, до подписания ими Меморандума от 15.07.2008. Во-вторых, истец при передаче денежных средств ФИО3 не мог не знать, что передает деньги во исполнение несуществующего обязательства (договор купли-продажи между ними не заключался, регистрационные документы были сфальсифицированы). Кроме того, отметил, что истцом пропущен срок для обращения в суд для защиты своих прав, который следует исчислять с даты не позднее 18.02.2014, поскольку не позднее даты вступления в силу приговора Октябрьского районного суда истцу должно было стать известно об отсутствии у ответчика ФИО3 оснований для удержания денежных средств. В суд истец обратился не ранее 19.05.2017 года, то есть по истечении срока исковойдавности.

Представитель ответчика ФИО3 – ФИО8, действующая на основании доверенности серии 77 АВ № 4620329 от 06.06.2017, сроком на один год, возражала против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в письменных пояснениях и возражениях, представленных суду, в которых указала, что 26 июня 2017 года на досудебной подготовке ФИО1 пояснил суду о том, что фактически занимал помещения по ул. ФИО7, 10 в г. Томске, принадлежащие на праве собственности ФИО3 ФИО3 и ФИО1 достигли соглашение о том, что нежилые помещения площадью 78 кв.м. по адресу: <...> являются собственностью ФИО3 В подп. в пункта 6 стороны согласовали, что ФИО1 платит ФИО3 арендную плату в размере 491 рубль за один кв.м. за аренду помещения по адресу <...> площадью 78 кв.м. указанное соглашение оформлено в виде Меморандума о совместной деятельности, подписанного сторонами в 15.07.2008 года. Таким образом, подписав меморандум, стороны согласовали существенные условия договора аренды: предмет договора - нежилые помещения площадью 78 кв.м по адресу: <...>, размер арендной платы 491 рубль за один кв.м., а значит, заключили договор аренды. ФИО3 будучи собственником нежилых помещений площадью 78 кв.м. по ул. ФИО7, 10 передал указанные помещения в пользование ФИО1, который подтвердил факт пользования этими помещениями в судебном заседании 26.06.2017 года. Если суд посчитает, что между сторонами Договор аренды не заключен, ФИО1 обязан был вносить плату за фактическое пользование этими помещениями. Тем самым, ежемесячные платежи передаваемые ФИО3 через ФИО4 являются если не арендными платежами, то платежами за фактическое пользование имуществом, что исключает неосновательное обогащение ФИО3 Кроме того, истцом нарушен срок исковой давности по требованиям о взыскании неосновательного обогащения по распискам ФИО4 за период с 2006-2008 годы.

Выслушав истца, представителя истца, представителей ответчиков, исследовав материалы дела, суд приходит к следующему выводу.

В ходе судебного заседания установлено, не оспаривается сторонами и подтверждается представленными доказательствами, что в период времени в период с 2006 по 2008 ФИО1 через ФИО5 (Рапопорт на основании свидетельства о перемене имени от 12.02.2015) ФИО3 переданы денежные средства в сумме 497058,00 руб.

Указанные обстоятельства подтверждаются имеющимися в материалах дела расписками от 29.01.2008 на сумму 29058 рублей, от 28.12.2007 на сумму 28000 рублей, от 29.11.2007 на сумму 28000 рублей, от 29.10.2007 на сумму 28000 рублей, от 28.09.2007 на сумму 28000 рублей, от 29.08.2007 на сумму 28000 рублей, от 27.07.2007 на сумму 28000 рублей, от 29.06.2007 на сумму 28000 рублей, от 29.05.2007 на сумму 28000 рублей, от 28.04.2007 на сумму 28000 рублей, от 29.03.2007 на сумму 28000 рублей, от 28.02.2007 на сумму 28000 рублей, от 29.01.2007 на сумму 28000 рублей, от 29.12.2006 на сумму 28000 рублей, от 25.08.2006 на сумму 28000 рублей, от 29.09.2006 на сумму 21000 рублей, от 27.10.2006 на сумму 27000 рублей, от 29.11.2006 на сумму 28000 рублей,

Согласно текста представленных расписок ФИО5 получала от ФИО1 денежные средства с целью передачи ФИО3 в счет взаиморасчетов ФИО1 с ФИО3 за передачу в собственность нежилых помещений по адресу <...> площадью 78 кв.м.

Из пояснений представителей ответчиков ФИО3 и ФИО2 следует, что все полученные денежные средства последней вносились на счет ФИО9 в Томском филиале ОАО «Банк Москвы».

Данные обстоятельства подтверждаются имеющимися в материалах дела копиями приходных кассовых ордером № 102 от 29.01.2008, № 164 от 28.12.2007, № 137 от 29.11.2007, № 197 от 29.10.2007, № 183 от 28.09.2007, № 154 от 29.08.2007, № 216 от 27.07.2007, № 139 от 29.06.2007, № 191 от 29.05.2007, № 186 от 28.04.2007, № 214 от 29.03.2007, № 71 от 28.02.2007, № 249 от 29.01.2007, № 320 от 29.12.2006, № 181 от 29.11.2006, № 244 от 25.08.2006, № 317 от 29.09.2006, № 280 от 27.10.2006.

Согласно ч. 2 ст. 61 Гражданского процессуального кодекса РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным постановлением по ранее рассмотренному делу, обязательны для суда. Указанные обстоятельства не доказываются вновь и не подлежат оспариванию при рассмотрении другого дела, в котором участвуют те же лица.

Решением Кировского районного суда г.Томска от 01.02.2017 по иску ФИО3 к ФИО29 ФИО1, ФИО30 об истребовании имущества из чужого незаконного владения, признания права собственности на нежилые помещения, прекращении ипотеки исковые требования ФИО3 удовлетворены частично.

За ФИО3 признано право собственности на нежилые помещения площадью 75 кв.м., расположенные на первом этаже кирпичного двухэтажного строения по адресу: <...>.

Нежилое помещение истребовано из чужого незаконного владения ФИО13, на него прекращен залог. Также указано, что настоящее решение является основанием для внесения соответствующих изменений в Единый государственный реестр прав на недвижимое имущество и сделок с ним в отношении нежилых помещений площадью 75 кв.м., расположенные на первом этаже кирпичного двухэтажного строения по адресу: <...>.

В соответствии с апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Томского областного суда от 05.05.2017 данное решение вступило в законную силу.

Указанными судебными актами установлены обстоятельства, имеющие для рассмотрения данного дела преюдициальное значение.

Так, судом установлено, что 30.08.1996 между ИЧП «Деникс» и ФИО3 заключен договор долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул. ФИО7-Артема, по условиям которого ИЧП «Деникс» осуществляет строительство здания административно-торгового комплекса с пристроенным спортивным клубом и площадкой по ул.ФИО7-Артема и принимает в долевое участие на строительство данного здания заказчика ФИО3

Согласно справке от 30.03.1997, выданной директором ИЧП «Деникс» ФИО14, ФИО3 в полном объеме оплатил стоимость доли в административно-торговом комплексе с пристроенным спортивным клубом и площадкой по ул.ФИО7, 10, по договору долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема от 30.08.1996.

В соответствий с актом приёма-передачи от 12.02.2001 ИЧП «Деникс» передал, а ФИО3 принял в свою собственность нежилые помещения, расположенные на первом этаже кирпичного двухэтажного строения по адресу: <...>, общей площадью 75 кв.м, имеющие номера 26,28,49,50,51,52 на поэтажном плане тех.паспорта.

Таким образом, судом установлено, что у ФИО3 возникло право собственности на спорные нежилые помещения площадью 75 кв.м, расположенные на первом этаже кирпичного двухэтажного строения по адресу: <...>, номера на поэтажном плане 26,28,49,50,51,52, кадастровый номер 70:21:0200025:6130, не смотря на отсутствие государственно регистрации этого права в Едином государственном реестре недвижимости.

Кроме того, указанное следует из пояснений ответчика ФИО1, согласно которым после строительства, с 2001 года, спорными помещениями пользовался ФИО6, тогда как ему (ФИО1) данные помещения ИЧП «Деникс» не передавались.

Суд пришел к выводу, что за ФИО3 может быть признано право собственности на нежилые помещения, возникшее в связи с исполнением им договора долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема от 30.08.1996 и он имеет право на обращение с иском об истребование данных объектов права из чужого незаконного владения.

При этом, суд также установил, что спорные нежилые помещения выбыли из владения истца помимо его воли, поскольку приговором Октябрьского районного суда г.Томска от 13.12.2013, вступившим в законную силу 17.02.2014, установлено, что ФИО1, используя заведомо подложный документ - дополнительное соглашение № 1 от 20.10.1996 к договору долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема в г.Томске от 30.08.1996 и договор об уступке права требования по договору участия в долевом строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артёма в г.Томске от 17.08.2000, вопреки воле ФИО3, обратился с заявлением о регистрации права собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, в Управление Федеральной регистрационной службы по Томской области. В результате указанных действий ФИО1 зарегистрировал право собственности на спорные помещение на свое имя.

Таким образом, приговором установлено, что истец утратил право собственности на спорные нежилые помещения в результате совершения ответчиком ФИО1 преступных действий, которые выразились в представлении им в регистрирующий орган подложных документов в отношении имущества ФИО3 Указанные обстоятельства, а также поведение ФИО10 после получения информации о регистрации права собственности ФИО1 на принадлежащие истцу помещения, подтверждают отсутствие воли истца на отчуждение ФИО1 помещений на основании договора об уступке права требования по договору участия в долевом строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема в г.Томске от 17.08.2000.

Суд критически оценил позицию ответчика ФИО1 о том, что спорные нежилые помещения выбыли из владения истца возмездно и по его воле, на основании заключенного 17.08.2000 договора об уступке права требования по договору участия в долевом строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема в г.Томске от 17.08.2000, соглашения от 25.03.2009, а также меморандума от 15.07.2008. При этом, исходил из следующего.

В судебном заседании установлено и следует из показаний ФИО1, что спорные помещения ИЧП «Деникс» ему не передавались, в его владение они были преданы ФИО3, следовательно, соответствующий акт приёма-передачи от 12.02.2001 является фиктивным. В связи с этим, поскольку помещения после ввода их в эксплуатацию были переданы ФИО3, что было бы невозможно в результате уступки им соответствующих прав по договору долевого участия ФИО1, с учетом того, что никто из сторон указанный договор уступки не исполнил, суд приходит к выводу о незаключенноти представленного суду договора об уступке права требования по договору участия в долевом строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема в г.Томске от 17.08.2000.

Данный вывод следует также из текста меморандума (п.Б ч.3), согласно которому на момент его подписания помещения площадью 78 кв.м по ул.ФИО7, 10 в г.Томске принадлежат ФИО6, которому с 01.08.2008 должна была оплачиваться ФИО1 арендная плата в размере 491 руб. за 1 кв.м.

В соответствии с п.Б ч.3 меморандума нежилые помещения, принадлежащие истцу и ответчику ФИО11., также ФИО16 подлежала перерегистрации в долевую собственность ФИО1 и ФИО3 в размере по 50 % на каждого участника.

Кроме того, приговором Октябрьского районного суда г.Томска от 13.12.2013 установлено, что представленный ФИО1 в Управление Федеральной регистрационной службы по Томской области договор об уступке права требования по договору участия в долевом строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема в г.Томске от 17.08.2000, ФИО3 не подписывался.

Изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что у ФИО6 отсутствовало волеизъявление на передачу права собственности на нежилые помещения по ул.ФИО7, 10 в г.Томске ФИО1 на основании договора участия в долевом строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема в г.Томске от 17.08.2000.

Ссылка ФИО1 на то, что помещения были переданы ему ФИО9 фактически по меморандуму от 15.07.2008, судом отклоняется, поскольку, как указано выше, по меморандуму признавалось право собственности истца на 1/2 долю в спорных помещениях, тогда как ФИО1 зарегистрировал свое право на все помещение истца. Кроме того, иные условия меморандума в части перерегистрации права собственности на иные нежилые помещении, принадлежащие истцу и ФИО1, последними не исполнялись.

Утверждение ФИО1, что регистрация права собственности на спорные нежилые помещения на свое имя была произведена им в силу соглашения от 25.03.2009, судом оценен критически.

Согласно данному соглашению ФИО3 уступает право, возникшее в соответствии с договором долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема от 30.08.1996 на объект недвижимости площадью 75 кв.м по адресу: <...> и обязуется передать ФИО3 соответствующий договор уступки прав.

Таким образом, стороны договорились в дальнейшем заключить договор уступки прав в отношении спорных нежилых помещений. Вместе с тем, указанный договор сторонами не заключен, права на помещения ФИО3 ФИО1 не переданы, что, в свою очередь, также подтверждает отсутствие у ФИО3 волеизъявления на отчуждение спорного имущества ФИО1

Факт передачи ФИО1 ФИО5 денежных средств по распискам, где указано, что денежные средства передаются в счет уплаты стоимости нежилых помещений по ул.ФИО7, 10, не опровергает вышеуказанного вывода суда. Согласно нотариальной доверенности от 14.06.2006 ФИО3 не уполномочил ФИО5 на получение денежных средств от ФИО1 в счет стоимости спорных помещений. Кроме того, текст расписок, по которым ФИО5 получала денежные средства от ФИО1, составлялся последним.

Доказательств того, что иные денежные средства, получаемые от ФИО1 истцом являлись платой за спорные помещения, в нарушение ст. 56 ГПК РФ стороной ответчика не представлено.

Кроме того, из протокола осмотра и прослушивания фонограммы от 21.12.2012 из материалов уголовного дела в отношении ФИО1 также очевидно следует, что регистрация права собственности последнего на спорные помещения была произведена без согласия ФИО6

Указанные доказательства в совокупности свидетельствуют о том, что имущество истца - нежилые помещения площадью 75 кв.м, расположенные на первом этаже кирпичного двухэтажного строения по адресу: <...>, номера на поэтажном плане 26,28,49,50,51,52, кадастровый номер 70:21:0200025:6130, выбыло из его владения помимо воли в результате совершенного в отношении него преступления, следовательно, быть истребовано.

Заявляя в настоящем деле требования о взыскании суммы неосновательного обогащения сторона истца указывает, что вышеуказанным решением суда признано отсутствие основания для получения ответчиком по настоящему делу ФИО3 денежных средств от истца ФИО1

В силу п. 1 ст. 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных ст. 1109 ГК РФ.

В соответствии с особенностью предмета доказывания по делам о взыскании неосновательного обогащения и распределением бремени доказывания, на истце лежит обязанность доказать наличие трех условий: факта приобретения или сбережения имущества, приобретения или сбережения имущества за счет другого лица, а также отсутствия правовых оснований для приобретения или сбережения имущества одним лицом за счет другого.

В свою очередь, ответчик должен доказать отсутствие на его стороне неосновательного обогащения за счет истца, либо наличие обстоятельств, исключающих взыскание неосновательного обогащения, предусмотренных ст.1109 ГК РФ.

Возражая против заявленных требований представитель ответчика ФИО3 ссылается на заключенный между сторонами договор аренды нежилого помещения, расположенного по адресу: <...>.

Согласно ст. 12 ГПК РФ правосудие по гражданским делам осуществляется на основе состязательности и равноправия сторон.

Статья 56 ГПК РФ устанавливает, что каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Исходя из принципа состязательности сторон, а также положений статей 56, 57 ГПК РФ, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий. В силу положений статей 55, 56, 57 ГПК РФ недоказанность обстоятельств, на которые ответчик ссылается в обоснование своих возражений, является основанием для удовлетворения исковых требований.

Согласно ст. 67 ГПК РФ суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Никакие доказательства не имеют для суда заранее установленной силы.

В нарушение вышеуказанных норм стороной ответчика ФИО3 не представлено достаточных, достоверных и бесспорных доказательств наличия между сторонами договора аренды, по которому ФИО12 передавались денежные средства.

Довод о том, что указанным договором считается текст меморандума от 15.07.2008 суд не может признать обоснованным, постольку все денежные средства, являющиеся предметом настоящего спора были переданы до даты, указанной в меморандуме.

Какого-либо иного договора аренды, надлежащим образом заключенного между ФИО1 и ФИО3 в материалы дела стороной ответчика представлено не было.

Также возражая против заявленных требований сторона ответчиков ссылается на невозможность удовлетворения требований истца в силу наличия оснований, предусмотренных ч. 4 ст. 1109 ГК РФ, а именно того, что истцу в момент совершения данных действий было известно об отсутствии оснований для передачи ФИО3 денежных средств.

Так, в силу ч. 4 ст. 1109 ГК РФ предусмотрено, что не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения денежные суммы и иное имущество, предоставленные во исполнение несуществующего обязательства, если приобретатель докажет, что лицо, требующее возврата имущества, знало об отсутствии обязательства либо предоставило имущество в целях благотворительности.

Оценивая вышеуказанные доводы, суд приходит к выводу об их обоснованности по следующим причинам.

Решением Кировского районного суда г.Томска от 01.02.2017 за ФИО3 признано право собственности на нежилые помещения, возникшее в связи с исполнением им договора долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема от 30.08.1996. При этом установлено, что у ФИО6 отсутствовало волеизъявление на передачу права собственности на нежилые помещения по ул.ФИО7, 10 в г.Томске ФИО1 на основании договора участия в долевом строительстве административно-торгового комплекса по ул.ФИО7-Артема в г.Томске от 17.08.2000. Стороны договорились в дальнейшем заключить договор уступки прав в отношении спорных нежилых помещений. Вместе с тем, указанный договор сторонами не заключен, права на помещения ФИО3 ФИО1 не переданы.

Факт передачи ФИО1 ФИО5 денежных средств по распискам, где указано, что денежные средства передаются в счет уплаты стоимости нежилых помещений по ул.ФИО7, 10, не опровергает вышеуказанного вывода суда. Согласно нотариальной доверенности от 14.06.2006 ФИО3 не уполномочил ФИО5 на получение денежных средств от ФИО1 в счет стоимости спорных помещений. Кроме того, текст расписок, по которым ФИО5 получала денежные средства от ФИО1, составлялся последним.

Таким образом, на момент передачи денежных средств по спорным распискам ФИО1 было доподлинно известно об отсутствии между ним и ФИО3 каких-либо действующих обязательств по передаче нежилого помещения в собственность истца.

Указанное обстоятельство также подтверждается приговором Октябрьского районного суда г. Томска от 13.12.2013, которым ФИО1 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 327 УК РФ, и ему назначено наказание в виде штрафа в размере 40000 рублей.

Так, приговором установлено, что ФИО1, действуя умышленно и незаконно, в период времени с 01 октября 2009 г. по 13 ноября 2009 г., в целях использования заведомо подложного документа -дополнительного соглашения № 1 от 20 октября 1996 г. к договору долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул. ФИО7 — Артема в г. Томске от 30 августа 1996 г. и договора об уступке права требования по договору долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул. ФИО7 - Артема в г. Томске от 17 августа 2000 г., вопреки воли ФИО3, обратился к своему знакомому ФИО18, с просьбой выполнить роспись в указанных документах за ФИО3 с подражанием подписи последнего, мотивируя тем, что ФИО3 возражать против этого не будет, поскольку находится в г. Москва, они давние партнеры и за объект недвижимости, расположенный по адресу: <...>, произведен полный расчет. Поскольку ФИО18 также был знаком с ФИО3 и осведомлен о наличии между ФИО1 и ФИО3 доверительных отношений и давних партнерских связей, он выполнил в указанных документах подписи за ФИО3

После чего, ФИО1, 13 ноября 2009 г. в 14.27 ч. обратился с заявлением о регистрации права собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, в Управление Федеральной регистрационной службы по Томской области, расположенное по адресу: <...>, приложив к своему заявлению, в числе прочих документов, копию фиктивного дополнительного соглашения № 1 от 20 октября 1996 г. к договору долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул. ФИО7 - Артема в г. Томске от 30 августа 1996 г. и копию фиктивного договора об уступке права требования по договору долевого участия в строительстве административно-торгового комплекса по ул. ФИО7 - Артема в г. Томске от 17 августа 2000 г., завер) ФИО1, указав, что в предоставленных документах содержатся достоверные сведеш заведомо зная о подложности данных документов, так как в установленном законом порядке4" они не оформлялись, на составление и использование ФИО1 данных документов, в том числе в органах, осуществляющих регистрацию права собственности на недвижимое имущество, согласие ФИО3 не давал.

Таким образом, ФИО1 были использованы заведомо подложные документы, предоставляющие ему право рассмотрения заявления на получение права собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>, и регистрации права собственности на него.

Соответственно на момент фактической передачи денежных средств в период времени с 2006 по 2008 г.г. между сторонами не существовали какие-либо обязательства по передаче в собственность нежилых помещений по ул. ФИО7, о чем истцу не могло быть неизвестно. Доказательств обратного, ФИО1 представлено не было. Более того, как следует из приговора суда в период времени с 01.10.2009 по 13 ноября 2009 г., ФИО1 было организовано изготовление фиктивных документов и использованы заведомо подложные документы, по которым было зарегистрировано право собственности на нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>. указанные действия могли быть совершены в том числе для придания фактам передачи денежных средств вида наличия законного основания.

Также стороной ответчиков указывается на пропуск истцом срока исковой давности для обращения в суд за защитой нарушенного права.

Согласно ст. 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено. Общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Срок исковой давности не может превышать десять лет со дня нарушения права, для защиты которого этот срок установлен, за исключением случаев, установленных Федеральным законом от 6 марта 2006 года N 35-ФЗ "О противодействии терроризму". (статья 196 ГК РФ).

Статья 200 ГК РФ устанавливает, что течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В качестве возражений против заявленного ходатайства о применении срока исковой давности ФИО1 и его представитель указывают, что данный срок начал течь с момента вступления в законную силу решения Кировского районного суда г.Томска от 01.02.2017, а именно с 05.05.2017, которым было призвано право собственности ФИО3 на нежилое помещение, расположенное по адресу: <...>.

С указанным доводом суд согласится не может по следующим основаниям.

Предметом рассмотрения в Кировском районном суде было признание права собственности на спорной жилое помещение за ФИО3, а также истребование данного помещения из незаконного владения ФИО13 При этом, в качестве основания иска указано отсутствие волеизъявления ФИО3 на передачу имущества ФИО15 ввиду того, что первый не подписывал договор об уступке права требования.

Вместе с тем, указанный факт установлен еще приговором Октябрьского районного суда г.Томска от 13.12.2013, вступившим в законную силу 17.02.2014, согласно которого при использовании 13.11.2009 заведомо подложного документа ФИО1 действовал умышленно, а потому знал об отсутствии основания для передачи денежных средств, ввиду чего срок исковой давности для заявления соответствующих требований по настоящему иску, поступившему в суд 19.05.2017 истцом пропущен.

На основании вышеизложенного требования истца о взыскании с ответчиков денежных средств в качестве неосновательного обогащения удовлетворению не подлежат.

Поскольку требования о взыскании процентов за пользование денежными средствами являются производными от требования о взыскании неосновательного обогащения, то данные требования также не подлежат удовлетворению.

Руководствуясь ст. ст. 194, 198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО2, ФИО3 о взыскании неосновательного обогащения, процентов за пользование денежными средствами отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в Томский областной суд через Ленинский районный суд г. Томска в течение одного месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья (подпись) Ю.А. Ходус

Копия верна:

Судья Ю.А.Ходус

Секретарь И.В. Чепурненко