Апелляционное определение № 22-2573/2026 от 26 апреля 2026 г.

САНКТ – ПЕТЕРБУРГСКИЙ ГОРОДСКОЙ СУД

Рег. №...

Дело №... Судья Гюнтер Е.А.


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е О П Р Е Д Е Л Е Н И Е

Санкт-Петербург 27 апреля 2026 года

СУДЕБНАЯ КОЛЛЕГИЯ ПО УГОЛОВНЫМ ДЕЛАМ САНКТ-ПЕТЕРБУРГСКОГО ГОРОДСКОГО СУДА

В составе: председательствующего Весниной Н.А.,

и судей Вергасовой М.Х. и Новиковой Ю.В.

при секретаре С

с участием: прокурора К

осужденных Ту., Б

адвокатов Ш, Р,

представителя потерпевшего – адвоката Г,

переводчика КА

рассмотрела в открытом судебном заседании от 27 апреля 2026 года апелляционное представление государственного обвинителя КУ и апелляционные жалобы адвокатов Ш, Р, осужденного Ту., представителя потерпевшего Потерпевший №1у. – адвоката П на приговор Московского районного суда Санкт-Петербурга от 19 февраля 2026 года, которым

Т угли, <дата> года рождения, уроженец и гражданин Республики Узбекистан, регистрации на территории РФ не имеющий, проживающий по адресу: <адрес>, женатый, имеющий ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, официально не трудоустроенный, ранее не судимый,

ОСУЖДЕН: по ст.162 ч.2 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 200 000 (двести тысяч) рублей в доход государства.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ в срок отбытия наказания зачтено время содержания Ту. под стражей с <дата> до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Б, <дата> года рождения, уроженец и гражданин Республики Узбекистан, регистрации на территории РФ не имеющий, проживавший по адресу: <адрес>, холостой, имеющий ребенка ДД.ММ.ГГГГ года рождения, официально не трудоустроенный, ранее не судимый,

ОСУЖДЕН: по ст.162 ч.2 УК РФ к 3 годам 6 месяцам лишения свободы, с отбыванием в исправительной колонии общего режима, со штрафом в размере 200 000 (двести тысяч) рублей в доход государства.

Срок отбытия наказания в виде лишения свободы исчислен со дня вступления приговора в законную силу.

Мера пресечения в виде заключения под стражу оставлена без изменения до вступлении приговора в законную силу.

На основании п. «б» ч. 3.1 ст.72 УК РФ в срок отбытия наказания зачтено время содержания Б под стражей с 21.04.2025 года до дня вступления приговора в законную силу из расчета один день содержания под стражей за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Приговором разрешена судьба вещественных доказательств, в том числе принято решение об уничтожении газового пистолета «Вальтер» модели РРК, калибра 8 мм, производства Германии, хранящегося на складе вещественных доказательств ФКУ «ЦХ и СО» тыла ГУ МВД РФ по СПБ и ЛО квитанция №..., по вступлении приговора в законную силу.

Заслушав доклад судьи горсуда Весниной Н.А., выступление прокурора К., поддержавшей апелляционное представление и возражавшей против удовлетворения апелляционных жалоб; объяснения осужденных Ту., Б, адвокатов Ш, Р, представителя потерпевшего – адвоката П, поддержавших доводы апелляционных жалоб и не возражавших против удовлетворения апелляционного представления; судебная коллегия

У С Т А Н О В И Л А :

Приговором суда Б и Ту. (каждый) признаны виновными в том, что 11.04.2025г. совершили разбой, то есть нападение на потерпевшего Потерпевший №1у. в целях хищения чужого имущества, совершенное с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору, с применением предметов, используемых в качестве оружия, похитив 100 000 рублей.

Преступление совершено при обстоятельствах, установленных судом и изложенных в приговоре.

В апелляционном представлении государственный обвинитель КУ просит приговор суда изменить, исключить из него указание об уничтожении газового пистолета «Вальтер» модели РК, калибра 8 мм, производства Германия.

Газовый пистолет «Вальтер» модели РК, калибра 8 мм, производства Германия, хранящийся на складе вещественных доказательств ФКУ «ЦХ И СО» тыла ГУ МВД РФ по СПб и ЛО, на основании п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, конфисковать и передать ГУ МВД РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

Ссылается на положения ст. 81 УПК РФ, п. «г» ч. 1 ст. 104.1 УК РФ, ФЗ «Об оружии» и Инструкции «О порядке изъятия, учета, хранения, передачи вещественных доказательств по уголовным делам, ценностей и иного имущества органами предварительного следствия, дознания и судами», а также на разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 5 от 12 марта 2002 года, полагает, что судом принято неверное решение о судьбе вышеуказанного вещественного доказательства, которое, по мнению государственного обвинителя, подлежит конфискации и передаче ГУ УМВД РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

В апелляционной жалобе адвокат Ш, действующая в защиту осужденного Ту. просит приговор суда в отношении Ту. отменить, переквалифицировать его действия с ч. 2 ст. 162 УК РФ на ч. 2 ст. 159 УК РФ, применить положения ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ и прекратить уголовное дело с учетом полного возмещения ущерба и примирения сторон; либо изменить приговор и назначить Ту. наказание, не связанное с лишением свободы.

По мнению защитника, при постановлении приговора были допущены существенные нарушения уголовного и уголовно-процессуального закона, которые повлияли на выводы о виновности Ту. в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ.

В частности, автор апелляционной жалобы полагает, что вывод суда о наличии разбойного нападения не соответствует фактическим обстоятельствам дела, поскольку, по её мнению, материалы уголовного дела не содержат доказательств применения какого-либо физического воздействия на потерпевшего, либо активных агрессивных действий в отношении него со стороны Ту., а сам потерпевший Потерпевший №1у., как следует из его показаний, добровольно последовал к автомобилю и сел в него. При этом, как указывает адвокат, пока потерпевший находился внутри транспортного средства, его двери были все время открыты и Потерпевший №1у. мог в любой момент покинуть машину.

Ссылается на разъяснения, изложенные в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 29 от 27 декабря 2002 года, указывает, что телесных повреждений у Потерпевший №1у. не имеется, медицинские заключения или иные доказательств применения насилия в материалах дела отсутствуют.

Отмечает, что сам потерпевший в своих показаниях также не указывает на применение какой-либо физической силы со стороны Т

Адвокат также полагает, что обвинение не представило доказательств конкретных словесных угроз со стороны Ту, направленных на причинение вреда жизни или здоровью потерпевшего, в частности, указывает на отсутствие в материалах дела аудио- и видеозаписей, подтверждающих угрозы, показаний свидетелей, подтверждающие демонстрацию оружия как средства устрашения.

Таким образом, автор апелляционной жалобы считает, что вывод суда о наличии угрозы применения насилия со стороны Ту. основан исключительно на предположениях, что противоречит требованиям ст. 14 УПК РФ.

Не соглашается с выводом суда о наличии квалифицирующего признака – «с применением оружия», указывает, что в первоначальном заявлении отсутствуют указания на наличие оружия, а сведения об обратном появились лишь в последующих объяснениях потерпевшего, данных после задержания Ту. и изъятия из машины пистолета.

При этом, как отмечает адвокат, данные объяснения были получены без участия переводчика, несмотря на то, что потерпевший не владеет русским языком и дословно легли в основу протокола допроса, составленного следователем ФИО1, о чем последняя пояснила на допросе в ходе судебного следствия.

Делает вывод, что указанные обстоятельства ставят под сомнение достоверность полученных объяснений.

Ссылается на п. 23 Постановление Пленума Верховного Суда РФ № 29, а также на заключение экспертизы пистолета, проведенной на стадии предварительного следствия, указывает на установленный факт неработоспособности данного оружия, что, по её мнению, свидетельствует о невозможности применения квалифицирующего признака – «с применением оружия».

Адвокат также полагает, что суд не проверил доводы стороны защиты о недопустимости ряда доказательств, в частности показания Ту. о том, что протоколы его допросов были составлены следователем заранее, их содержание не соответствовало словам самого Ту., а подписаны им они были под давлением.

Считает, что фактически, способ завладения денежными средствами свидетельствует о введении потерпевшего в заблуждение, поскольку, как следует из показаний потерпевшего, тот воспринимал происходящее как задержание сотрудниками полиции, и именно введение в заблуждение стало причиной передачи денежных средств.

Ссылается на правовую позицию Верховного Суда РФ, полагает, что действия Т могли быть квалифицированы не более чем по ч.2 ст. 159 УК РФ.

Указывает, что потерпевший подтвердил примирение сторон, принял извинения, получил возмещение причиненного вреда и компенсацию морального вреда, после чего заявил ходатайство о прекращении уголовного дела за примирением сторон.

При этом полагает, что судом, при постановлении приговора, мнение потерпевшего учтено не было.

Считает, что изъятое у Ту. удостоверение, согласно заключению экспертизы, не соответствует бланку удостоверения сотрудника полиции, поскольку, оно, в частности, содержит печатный текст, в котором указано «Сувенирная продукция», что, по мнению адвоката, вопреки выводам суда, не образует отягчающего обстоятельства – «совершение преступления с использованием документов представителя власти».

Делает вывод, что назначенное Ту. наказание является чрезмерно суровым и не соответствует требованиям ст. ст. 6 и 60 УК РФ.

В апелляционной жалобе адвокат Р также просит обжалуемый приговор отменить, переквалифицировать действия Б на ч. 2 ст. 159. УК РФ и прекратить уголовное дело в связи с примирением сторон на основании ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ, либо смягчить БахтиёРу. наказание, как чрезмерно суровое.

Ссылается на положения УПК РФ, считает, что судом была дана неверная квалификация содеянного подсудимыми, в результате чего, необоснованно отказано в применении указанных выше положений закона, допущенные процессуальные нарушения повлекли за собой невозможность установления истины по уголовному делу

Не соглашается с выводом суда о доказанности наличия в действиях Б состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 162 УК РФ, полагает, что материалами дела не подтверждено наличие обязательных признаков разбоя.

Считает, что к оглашенным в суде показаниям Потерпевший №1у., в частности о наличии инкриминируемого признака угрозы применения насилия и применения предметов, используемых в качестве оружия, следует относится критически, в особенности, с учетом дальнейшей процессуальной позиции потерпевшего по делу.

Указывает, что обвинение, предъявленное Б в части оказания психологического давления на потерпевшего, не конкретизировано и в рамках судебного следствия своего подтверждения не нашло, а сам Потерпевший №1у. в ходе очной ставки с Б. указал, что последний ему не угрожал.

Отмечает, что из показаний свидетеля бе, подсудимых и самого потерпевшего следует, что русским языком Потерпевший №1у. владеет плохо, а сведения об угрозах и демонстрации оружия появились в материалах дела впервые в объяснениях, которые брались с него без участия переводчика и использовались следователем для дальнейшего формирования протокола допроса.

Полагает, что представителю потерпевшего в рамках судебного заседания было необоснованно отказано в приобщении протокола нотариального адвокатского опроса потерпевшего Потерпевший №1у. от 10 февраля 2026 года, содержащего, по мнению адвоката, юридически значимые факты, касающиеся дела.

Таким образом, считает, что вывод суда о наличии угрозы применения насилия основан на противоречивых и сомнительных показаниях, которым суд необоснованно придал приоритетное значение, не устранив имеющиеся противоречия.

Ссылаясь на п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 29, защитник также полагает, что факта обнаружения нерабочего газового пистолета в транспортном средстве Ту. не достаточно для вменения подсудимым его применения или демонстрации в ходе инкриминируемого деяния, поскольку, как указывает адвокат, данный предмет длительное время находился в бардачке автомобиля, что следует из показаний самих подсудимых и свидетеля Д

Отмечает, что показания оперативного сотрудника Свидетель №2, положенные в основу приговора, имеют производный характер, поскольку очевидцем преступления он не был, следовательно, по мнению адвоката, они не могут иметь доказательственного значения с точки зрения установления тех или иных юридически значимых признаков состава преступления.

Полагает, что материалами дела подтверждено, что денежные средства были переданы в результате введения потерпевшего в заблуждение относительно статуса лица и, якобы, возможных правовых последствий.

Такие действия, по мнению автора апелляционной жалобы, образуют объективную сторону мошенничества, что согласуется с разъяснениями п.п. 1-2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 30 ноября 2017 года № 48.

Считает, что при квалификации действий осужденных по ст. 159 УК РФ, имелись законные основания для прекращения уголовного дела в связи с примирением сторон, поскольку материалами дела подтверждено, что вред потерпевшему полностью возмещен, извинения принесены, а сам потерпевший заявлял ходатайство о примирении, исследованное в ходе судебного заседания.

Не соглашается с выводом суда о признании отягчающим обстоятельством использование документов представителя власти, считает его необоснованным и подлежащим исключению из приговора, ссылается на Определение Конституционного Суда РФ от 19 мая 2009 года № 575-О-О, отмечает, что «игрушечное удостоверение», на которое суд сослался в своем приговоре, реализуется в свободной продаже, не соответствует форме официальных удостоверений, не предоставляет каких-либо прав и не освобождает от обязанностей и не может признаваться документом представителя власти по смыслу п. «н» ч. 1 ст. 63 УК РФ.

Также полагает, что судом не установлено, что Б лично использовал, либо предъявлял указанное удостоверение, равно как и заранее вступил в сговор на его использование с другим лицом.

По мнению адвоката, суд формально учел смягчающие обстоятельства, однако не придал им должного значения.

В частности указывает, что судом должным образом не учтено что Б ранее не судим, положительно характеризуется, обучался в высшем учебном заведении, участвовал в общественно полезной деятельности, полностью возместил причиненный вред, принес извинения потерпевшему и фактически примирился с ним.

Считает, что с учетом положений ст. ст. 6 и 60 УК РФ, назначение реального лишения свободы, в особенности, на столь длительный срок, не является необходимым для достижения целей наказания.

В апелляционной жалобе адвокат П, действующий в защиту интересов потерпевшего Потерпевший №1у., также просит отменить обжалуемый приговор, прекратить уголовное дело в связи с примирением сторон на основании ст. 25 УПК РФ и ст. 76 УК РФ.

Соглашается с возможностью переквалификации инкриминируемого Б и Ту. преступления на ст. 159 УК РФ, указывает, что между осужденными и потерпевшим достигнуто полное примирение, в частности, возмещен причиненный вред и принесены извинения, и каких-либо претензий Потерпевший №1у. не имеет.

Представитель полагает, что указанные обстоятельства не были учтены судом при вынесении приговора по ст. 162 УК РФ и назначении наказания.

Ссылается на то, что судом не был приобщен к материалам дела представленный потерпевшей стороной опрос Потерпевший №1у., где последний показывает об обстоятельствах совершенного в отношении него преступления, в том числе об отсутствии пистолета у осужденных, а также об отсутствии угроз с их стороны.

Полагает, что данные обстоятельства свидетельствуют о том, что в отношении потерпевшего было совершено мошенничество, а суд, отказав в приобщении указанного документа, неверно квалифицировал действия осужденных, как разбой.

Делает вывод, что, с учетом вышеизложенного, а также с учетом личности осужденных, Б и Ту. не нуждаются в дальнейшей изоляции от общества.

В апелляционной жалобе осужденный Ту. просит назначить ему более мягкое наказание.

Ссылается на нормы УПК РФ, указывает, что он ранее не судим, имеет на иждивении малолетнего ребенка, добровольно возместил имущественный ущерб и моральный вред потерпевшему, положительно характеризуется, оказывает материальную помощь родственникам.Считает, что суд необоснованно не признал данную совокупность обстоятельств исключительной и существенно уменьшающей степень общественной опасности преступления и не применил положения ст. 64 УК РФ, не назначив ему наказание ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей УК РФ.

Проверив материалы уголовного дела, обсудив доводы апелляционного представления и апелляционных жалоб, заслушав выступления осужденных, адвокатов, представителя потерпевшего и прокурора, судебная коллегия приходит к выводу, что приговор суда как обвинительный является законным и обоснованным, но подлежит изменению в части квалификации, отягчающих наказание обстоятельств, срока наказания и разрешения судьбы вещественных доказательств.

Виновность Ту. и Б в совершении разбойного нападения группой лиц по предварительному сговору установлена судом на основе всесторонне, полно и объективно исследованных в ходе судебного разбирательства доказательств, приведенных в приговоре, которым дана надлежащая оценка.

Приговор соответствует требованиям, предусмотренным ст.297, 304, 307-309 УПК РФ. В нем указаны обстоятельства преступления, установленные судом, проанализированы доказательства, обосновывающие вывод суда о виновности Ту. и Б в содеянном, мотивированы выводы относительно квалификации их действий и назначенного наказания.

Выводы суда о виновности Ту. и Б в совершении разбойного нападения на потерпевшего Потерпевший №1у. основаны на согласующихся и взаимно дополняющих показаниях осужденных, данных ими на предварительном следствии; а также на показаниях потерпевшего Потерпевший №1у. на предварительном следствии, в том числе на очных ставках с осужденными, о совершенном в отношении него Ту. и Б преступления, в процессе которого Ту. представился ему сотрудником полиции, продемонстрировал какое-то удостоверение, велел сесть в машину, они отъехали и по указанию Т его (Потерпевший №1) стал досматривать Б, а затем Т, якобы, нашел пакетик с порошком и предложил его взять в руки, а когда он (Потерпевший №1) отказался, достал пистолет и сделал вид, что его заряжает и предложил взять пакетик по-хорошему, и затем направил пистолет на него (Потерпевший №1), в результате осужденным были переданы денежные средства 100 000 рублей, которые привез его земляк Свидетель №1 по его (Потерпевший №1) просьбе.

Кроме того, вина осужденных основана на показаниях свидетеля Свидетель №1у. на предварительном следствии, в том числе на очных ставках с осужденным Б; на показания свидетеля Свидетель №2 (оперуполномоченного), который принимал заявление потерпевшего Потерпевший №1 о совершенном в отношении него преступлении; на сведениях, содержащихся в протоколах следственных действий (осмотра мест происшествия, выемки удостоверения на имя Г и газового пистолета, свертка с порошкообразным веществом; осмотра удостоверения на имя ФИО2, пакета с порошком), заключении эксперта о том, что в изъятом порошке наркотических, психотропных веществ и их прекурсоров, сильнодействующих веществ не обнаружено; заключении эксперта о том, что представленный на экспертизу пистолет является газовым пистолетом «Вальтер» модели РРК, калибра 8 мм, производства Германии, проверить работу механизма не представилось возможным по причине отсутствия частей, иных допустимых и достоверных доказательствах, исследованных в судебном заседании, содержание которых изложено в приговоре.

Все исследованные в судебном заседании доказательства получены в соответствии с требованиями уголовно-процессуального закона и согласно ст.87, 88 УПК РФ, проверены и оценены судом на предмет их относимости, допустимости и достоверности, а в их совокупности – достаточности для правильного разрешения уголовного дела по существу.

Нарушений уголовно-процессуального закона в ходе расследования и рассмотрения дела судом, в том числе права осужденных на защиту, не допущено. Судебное разбирательство по уголовному делу в отношении Ту. и Б проведено в точном соответствии с требованиями уголовного и уголовно-процессуальных законов, при обеспечении состязательности и равноправия сторон, фактические обстоятельства совершенного преступления судом установлены правильно.

Доводы апелляционных жалоб о том, что осужденные не совершали разбойного нападения на потерпевшего, а совершили мошенничество, являются несостоятельными.

Суд первой инстанции обоснованно дал оценку показаниям потерпевшего Потерпевший №1у. на предварительном следствии, в том числе, на очной ставке, как достоверным показаниям и обоснованно использовал данные показания потерпевшего при установлении вины осужденных в разбойном нападении. Потерпевший на предварительном следствии был допрошен с участием переводчика, подтвердил свои показания на очных ставках с осужденными, и подтвердил, что Ту. направлял на него пистолет, в связи с чем он испугался за свою жизнь и здоровье и стал выполнять все указания осужденных, спросил на узбекском языке у Б, что ему надо сделать, на что тот ответил, что нужны деньги в сумме около 100 000 рублей. После этого по его (Потерпевший №1у.) просьбе Свидетель №1 привез деньги в указанное осужденным место и передал их, а его (Потерпевший №1у.) отпустили.

Оснований сомневаться в достоверности показаний потерпевшего на предварительном следствии не имеется. Нарушений требований уголовно-процессуального закона при допросе потерпевшего и проведении очных ставок с осужденными не установлено.

Осужденный Ту. на предварительном следствии, будучи допрошенным в качестве подозреваемого и обвиняемого, с участием адвоката, подтвердил наличие предварительного сговора с Б на похищение денежных средств у лиц, которым они будут подбрасывать под видом наркотиков пакетики с пищевой содой и представляться сотрудниками полиции, показывать сувенирное удостоверение сотрудника полиции и получать от этих лиц деньги. Указанные действия они совершили в отношении потерпевшего Потерпевший №1у., при этом подтвердил, что в машине на видном месте лежал пистолет, который он (Ту.) продемонстрировал потерпевшему с целью запугивания. В результате они получили 100 000 рублей, из которых лично он ( Ту.) получил 50 000 рублей.

Таким образом, как из показаний потерпевшего, так и показаний осужденного Ту. усматривается, что осужденные действовали совместно, для достижения единой цели – похищения денежных средств потерпевшего, демонстрировали пистолета в целях подавления воли потерпевшего. О наличии газового пистолета было известно как Ту., так и Б

Доводы представителя потерпевшего о том, что судом не был приобщен к материалам дела представленный потерпевшей стороной опрос Потерпевший №1у., где последний показывает об обстоятельствах совершенного в отношении него преступления, в том числе об отсутствии пистолета у осужденных, а также об отсутствии угроз с их стороны, являются необоснованными.

Судом были рассмотрены указанные доводы, обоснованно отказано в приобщении опроса потерпевшего адвокатом, поскольку данный опрос не соответствует требованиям уголовно-процессуального закона РФ и не может быть использован в качестве доказательств.

Доводы о том, что осужденные не угрожали потерпевшему пистолетом, не соответствуют исследованным судом доказательствам. О наличии газового пистолета и демонстрация его осужденными потерпевшему подтверждается как показаниями потерпевшего на предварительном следствии, так и осужденным Ту., а также фактом обнаружения и изъятия данного газового пистолета у Ту.

Таким образом, с учетом угрозы потерпевшему газовым пистолетом, действия осужденных Ту. и Б (каждого) правильно квалифицированы по ст.162 ч.2 УК РФ как разбойное нападение, совершенное по предварительному сговору группой лиц, с угрозой применения насилия опасного для жизни и здоровья, а не как мошенничество.

Вместе с тем, суд неверно пришел к выводу, что разбойное нападение осужденными совершено с применением предмета, использованного в качестве оружия.

Суду следовало учесть разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ № 29 от 27.12.2002г. (в редакции от 15.12.2022г.) «О судебной практике по делам о краже, грабеже и разбое». При квалификации действий виновного по ст.162 ч.2 УК РФ судам следует с учетом положений Федерального закона от 13 декабря 1996 года N 150-ФЗ "Об оружии" и на основании заключения эксперта устанавливать, является ли примененный при нападении предмет оружием.

Под предметами, используемыми в качестве оружия, понимаются любые материальные объекты, которыми могли быть причинены смерть или вред здоровью потерпевшего (перочинный или кухонный нож, топор и т.п.), а также иные предметы, применение которых создавало реальную опасность для жизни или здоровья потерпевшего.

Если лицо угрожало заведомо для него негодным или незаряженным оружием либо предметами, имитирующими оружие, например макетом пистолета, декоративным оружием, оружием-игрушкой и т.п., не намереваясь использовать эти предметы для причинения вреда, опасного для жизни или здоровья, его действия (при отсутствии других отягчающих обстоятельств, предусмотренных в качестве признаков преступления) с учетом конкретных обстоятельств дела следует квалифицировать как разбой, ответственность за который предусмотрена ст.162 ч.1 УК РФ.

Согласно заключения эксперта у газового пистолета «Вальтер» модели РРК, калибра 8 мм, производства Германии, отсутствовали части, в связи с чем эксперт не смог проверить работу механизма пистолет, т.е. ни органами следствия, ни судом не было установлено, что газовым пистолетом, которым осужденные угрожали потерпевшему, мог быть причинен вред, опасный для жизни или здоровья.

С учетом того, что потерпевшему угрожали заведомо для осужденных негодным оружием, данный квалифицирующий признак подлежит исключению из обвинения осужденных.

Доводы апелляционных жалоб об отсутствии в действиях осужденных квалифицирующего признака разбоя «применение предметов, используемых в качестве оружия» являются обоснованными и подлежат удовлетворению.

При назначении осужденным наказания суд учел характер и степени общественной опасности совершенного преступления, требования, предусмотренных ст.6, 60, 61, 63 УК РФ, данные о личности каждого из осужденных, о состоянии их здоровья, о влиянии назначенного наказания на исправление осужденных и на условия жизни их семьи.

В качестве данных о личности каждого из осужденных суд учел, что каждый из осужденных не состоит на учете в наркологическом и психоневрологическом диспансерах, не трудоустроен, является иностранным гражданином, не имеет регистрации на территории РФ, ранее не судим.

В качестве смягчающих наказание обстоятельств суд учел, что Ту. и Б (каждый) имеют малолетних детей (ст.61 ч.1 п.«г» УК РФ); добровольно возместили имущественный ущерб и моральный вред, причиненный в результате преступления (ст.61 ч.1 п. «к» УК РФ). В соответствии со ст.61 ч.2 УК РФ суд учел, что Б положительно характеризуется свидетелем, занимается благотворительной деятельностью и оказывает физическую помощь нуждающимся. В соответствии со ст.61 ч.2 УК РФ суд учел, что Ту. положительно характеризуется свидетелями, занимается благотворительной деятельностью и оказывает материальную помощь родственникам.

Суд первой инстанции пришел к выводу, что осужденные при совершении преступления использовали документы представителя власти, в связи с чем, суд при назначении наказания осужденным учел в качестве отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ст.63 ч.1 п. «н» УК РФ, совершение преступления с использованием документов представителя власти.

Между тем, удостоверение, которое осужденными было предъявлено потерпевшему, не является документом представителя власти

. Удостоверение, предъявленное потерпевшему, было изъято у Ту., исследовано экспертом-криминалистом, который в своем заключении указал, что на левой вклейке бланка служебного удостоверения имеются, в т.ч., печатный текст «сувенирная продукция», а на правой вклейке бланка удостоверения имеется печатный текст «не является официальным документом».

Таким образом, предъявленное потерпевшему удостоверение не являлось документом представителя власти. И не смотря на то, что удостоверение было показано потерпевшему, оно не может быть признано в качестве отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ст.63 ч.1 п. «н» УК РФ.

С учетом указанного, из приговора следует исключить отягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное ст.63 ч.1 п.«н» УК РФ «совершение преступления с использованием документа представителя власти».

Таким образом, отягчающих наказание обстоятельств по делу не имеется.

При назначении наказания, с учетом наличия у каждого из осужденных смягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ст.61 ч.1 п. «к» УК РФ, Судебная коллегия учитывает требования ст.62 ч.1 УК РФ.

При этом Судебная коллегия полагает, что назначенное осужденным наказание в виде лишения свободы является обоснованным с учетом совершения осужденными умышленного тяжкого преступления корыстной направленности, а также соглашается с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для применения положений ст.15 ч.6, 64, 73 УК РФ.

С учетом исключения из обвинения квалифицирующего признака разбоя « применение предмета, используемого в качестве оружия» и исключения отягчающего наказание обстоятельства, предусмотренного ст.63 ч.1 п. «н» УК РФ, Судебная коллегия полагает необходимым снизить размер наказания в виде лишения свободы и размер дополнительного наказания в виде штрафа.

Обоснованно, в соответствии со ст.58 ч.1 п. «б» УК РФ суд назначил каждому из осужденных отбывание наказания в виде лишения свободы в исправительной колонии общего режима и на основании ст.72 ч.3.1 п. «б» УК РФ зачел в срок лишения свободы время нахождения под стражей.

Также судом первой инстанции была разрешена судьба вещественного доказательства – газового пистолета, в отношении которого судом принято решение об его уничтожении.

Вместе с тем, в соответствии со ст.81 ч.3 п.1 УПК РФ, орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому, подлежат конфискации, или передаются в соответствующее учреждение, или уничтожаются.

В соответствии со ст.104.1 ч.1 п.«г» УК РФ на основании обвинительного приговора конфискации подлежит имущество: орудия, оборудование или иные средства совершения преступления, принадлежащие обвиняемому.

Таким образом, решение суда об уничтожении вещественного доказательства, являющегося средством совершения преступления, является необоснованным и подлежит отмене. В соответствии со ст.104.1 ч.1 п. «г» УК РФ, ст.81 ч.3 п. ! УПК РФ газовый пистолет «Вальтер» модели РРК, калибра 8 мм, производства Германии, хранящийся на складе вещественных доказательств ФКУ «ЦХ и СО» тыла ГУ МВД РФ по СПБ и ЛО квитанция №473, следует конфисковать и передать в ГУ УМВД РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

В остальном приговор суда следует оставить без изменения.

С учетом указанного приговор суда подлежит изменению по вышеуказанным основаниям, доводы апелляционного представления государственного обвинителя подлежат удовлетворению, доводы апелляционных жалоб адвокатов Ш, Р, осужденного Ту. подлежат удовлетворению частично., доводы апелляционной жалобы представителя потерпевшего адвоката П подлежат оставлению без удовлетворения.

На основании изложенного и руководствуясь ст.389.20 ч.1 п.9, 389.28, 389.33, 389.35 УПК РФ, судебная коллегия

О П Р Е Д Е Л И Л А :

Приговор Московского районного суда Санкт-Петербурга от 19 февраля 2026 года в отношении Т угли и Б (каждого) ИЗМЕНИТЬ:

исключить квалифицирующий признак разбоя «применение предмета, используемого в качестве оружия».

Считать Ту. и Б (каждого) осужденным по ст.162 ч.2 УК РФ за совершение разбоя с угрозой применения насилия, опасного для жизни и здоровья, группой лиц по предварительному сговору.

Исключить из приговора в отношении каждого осужденного отягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное ст.63 ч.1 п. «н» УК РФ, совершение преступления с использованием документов представителя власти.

Назначить Ту. и Б (каждому) по ст.162 ч.2 УК РФ наказание в виде 3 лет лишения свободы, со штрафом в размере 150 000 рублей в доход государства.

Вещественное доказательство - газовый пистолет «Вальтер» модели РРК, калибра 8 мм, производства Германии, хранящийся на складе вещественных доказательств ФКУ «ЦХ и СО» тыла ГУ МВД РФ по СПБ и ЛО квитанция №..., передать в ГУ УМВД РФ по Санкт-Петербургу и Ленинградской области.

В остальном приговор суда оставить без изменения..

Апелляционное представление государственного обвинителя КУ удовлетворить.

Апелляционные жалобы адвокатов Ш, Р, осужденного Ту. удовлетворить частично.

Апелляционную жалобу представителя потерпевшего адвоката П оставить без удовлетворения.

Апелляционное определение может быть обжаловано в кассационном порядке в соответствии с главой 47.1 УПК РФ в Судебную коллегию по уголовным делам Третьего кассационного суда общей юрисдикции в течение 6 месяцев со дня его вынесения, а осужденным, содержащимся под стражей в тот же срок со дня вручения ему копии приговора, вступившего в законную силу, путем подачи кассационной жалобы, представления через районный суд.

В случае подачи кассационной жалобы или кассационного представления осужденный вправе ходатайствовать об участии в рассмотрении дела судом кассационной инстанции.

Председательствующий:

Судьи: