Решение № 2А-437/2019 2А-437/2019~М-105/2019 М-105/2019 от 7 февраля 2019 г. по делу № 2А-437/2019

РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

08 февраля 2019 года г. Ханты-Мансийск

Ханты-Мансийский районный суд ХМАО – Югры в составе председательствующего судьи Ахметова Р.М.

при секретаре Валиахметовой А.Р.,

с участием представителя административного истца ФИО1, представителя административного ответчика ФИО6, действующего на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении Ханты-Мансийского районного суда административное дело № 2а – 437/2019 по административному исковому заявлению ФИО7 к УМВД России по ХМАО-Югре о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерации иностранному гражданину от ДД.ММ.ГГГГ,

УСТАНОВИЛ:

Административный истец (далее по тексту – истец) ФИО7 обратился в Ханты – Мансийский районный суд ХМАО – Югры с требованием о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерацию иностранному гражданину от ДД.ММ.ГГГГ.

Свои требования мотивирует тем, что обжалуемое решение принято без учета тяжести совершенных правонарушений, длительного проживания на территории РФ и то, что на территории Российской Федерации совместно проживает с супругой ФИО2. Супруга истца находится на №-й неделе беременности. Об обжалуемом решении истец узнал из сете «Интернет» сайта УВМ УМВД России в ДД.ММ.ГГГГ года, ранее ни каких решений о запрете въезда на территорию российскую Федерацию не получал. В результате принятого решения были нарушены вытекающие из Конституции Российской Федерации требования справедливости и соразмерности, что препятствует истцу в реализации прав и свобод на личную и семейную жизнь. Просит признать незаконным решение УМВД России по ХМАО-Югре о неразрешении въезда ФИО7 в Российскую Федерацию от ДД.ММ.ГГГГ.

Будучи надлежащим образом уведомленными о дне и месте судебного разбирательства административный истец в судебное заседание не явился по неизвестной суду причине. Ходатайств об отложении судебного заседания не заявлял.

В судебное заседание представитель административного истца требования иска поддержал по доводам, изложенным в административном исковом заявлении.

Представитель административного ответчика УМВД России по ХМАО-Югре ФИО6 возражает против удовлетворения заявленных требований по мотивам, изложенным в письменном отзыве, доводы которого поддерживает в полном объеме. Настаивает на законности обжалуемого решения, принятого в соответствии с действующим законодательством.

Заслушав стороны, изучив материалы дела, суд приходит к следующему.

Из паспорта следует, что ФИО7 является гражданином <адрес>, что подтверждается паспортом <адрес>.

В соответствии со справкой № от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 состоит на учете в женской консультации и ей поставлен диагноз: «Беременность № недель».

Согласно свидетельства о заключении брака, ДД.ММ.ГГГГ истец ФИО7 вступил в брак с гражданкой <адрес> ФИО2

Из представления от ДД.ММ.ГГГГ следует, что истец является иностранным гражданином в отношении которого имеются основания для принятия решения о неразрешении въезда в РФ до ДД.ММ.ГГГГ. Решение принято на основании ч. 2 ст. 27 ФЗ-114 в связи с нарушением ч. 1 ст. 19.27 КоАП РФ.

Согласно постановления от ДД.ММ.ГГГГ, судебным приставом-исполнителе окончено исполнительное производство фактическим исполнением исполнительного документа. Исполнительным документом являлся акт по делу об административных правонарушениях № от ДД.ММ.ГГГГ выданный Нижневартовским городским судом Тюменской области.

Из данных «Данные о гражданине-Территория» следует, что ФИО7 пребывает на территории Российской Федерации с ДД.ММ.ГГГГ года и у истца отсутствуют сведения о близких родственниках, что также подтверждается СПО «Мигрант-1». Также истец дважды привлекался к административной ответственности ДД.ММ.ГГГГ по ч. 4 ст. 18.8 КоАП РФ и ч. 1 ст. 19.27 КоАП РФ и ему было назначено наказание в виде штрафа в размере № рублей с административным выдворением за пределы Российской Федерации с помещением в Специальное учреждение временного содержания иностранных граждан УФМС России по ХМАО-Югре, что также подтверждается постановлениями по делу об административных правонарушениях от ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно постановления по делу об административном правонарушении от ДД.ММ.ГГГГ, истец привлечен к административной ответственности по ч. 1 ст. 18.8 КоАП РФ и ему назначено наказание в виде административного штрафа в размере 2 000 рублей без административного выдворения за пределы Российской Федерации.

ДД.ММ.ГГГГ истец привлекался к уголовной ответственности по ч. 1 ст. 111 УК РФ и ему было назначено наказание в виде двух лет лишения свободы условно с испытательным сроком 2 года, что подтверждается приговором Нижневартовского городского суда от ДД.ММ.ГГГГ.

Из свидетельств о рождении следует, что у истца имеются двое детей, а именно: ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ и ФИО5, ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно требования ИЦ УМВД России по ХМАО-Югре, ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения ДД.ММ.ГГГГ осужден Мировым судом судебного участка № 2 города Нижневартовска по ч. 3 ст. 327 УК РФ (четыре эпизода), ч. 2 ст. 69 УК РФ и ему назначено наказание в виде штрафа в размере № рубле, что также подтверждается приговором суда. Также ДД.ММ.ГГГГ ФИО7 Нижневартовским городским судом ХМАО-Югры по ч. 1 ст. 111 УК РФ осужден к 2-м годам лишения свободы и на основании ст. 73 УК РФ ему назначено условно испытательный срок на два года.

Действующим законодательством предусматривается возможность ограничения права иностранных граждан находиться на территории Российской Федерации. Указанное право государства является одним из основных признаков суверенитета Российской Федерации. Данные положения в полной мере соответствуют нормам международного права.

Так, пунктом 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, принятого 16 декабря 1966 года Резолюцией 2200 (XXI) на 1496-ом пленарном заседании Генеральной Ассамблеи ООН, и пунктом 3 статьи 2 Протокола N 4 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1963 год) определено, что право пребывания на территории суверенного государства может быть ограничено последним в случаях, предусмотренных законом, необходимых для охраны государственной (национальной) безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения или прав и свобод других лиц.

В соответствии со статьей 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (1950 год) допустимо вмешательство в право на уважение личной и семейной жизни, жилища и корреспонденции, когда это предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации регулируется Федеральным законом от 25 июля 2002 года N 115-ФЗ "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации", Федеральным законом от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию".

Иностранные граждане пользуются в Российской Федерации правами и несут обязанности наравне с гражданами Российской Федерации, за исключением случаев, предусмотренных федеральным законом (статья 4 Федерального закона "О правовом положении иностранных граждан в Российской Федерации").

В соответствии с пунктом 2 статьи 27 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" (в редакции от 23.07.2013 года) въезд в Российскую Федерацию иностранному гражданину или лицу без гражданства не разрешается в случае, если в отношении иностранного гражданина или лица без гражданства вынесено решение об административном выдворении за пределы Российской Федерации, о депортации либо передаче Российской Федерацией иностранному государству в соответствии с международным договором Российской Федерации о реадмиссии, - в течение пяти лет со дня административного выдворения за пределы Российской Федерации, депортации либо передачи Российской Федерацией иностранному государству в соответствии с международным договором Российской Федерации о реадмиссии.

При этом действующий в момент вынесения обжалуемого решения закон не ставит установление запрета на въезд в РФ в зависимость от степени тяжести совершенного проступка, достаточно лишь факта применения к иностранному гражданину административного наказания в виде выдворения.

В соответствии с подпунктом 2 статьи 27 Федерального закона от 15 августа 1996 года N 114-ФЗ "О порядке выезда из Российской Федерации и въезда в Российскую Федерацию" (в редакции от 23.07.2013 года) в отношении ФИО7 ДД.ММ.ГГГГ УМВД России по ХМАО-Югре принято решение о неразрешении ему въезда на территорию Российской Федерации на срок до ДД.ММ.ГГГГ в связи с тем, что истец нарушил ч. 1 ст. 19.27 КоАП РФ и к нему было применено административное выдворение.

В силу статьи 62 Кодекса административного судопроизводства РФ орган, чье решение обжалуется, должен представить доказательства законности названного решения.

В подтверждение законности принятого решения административным ответчиком представлены вышеуказанные документы.

Бремя оспаривания совершения административного правонарушения возложено на истца, как на лицо, указавшее данный довод, и в силу статьи 62 Кодекса административного судопроизводства РФ обязанное представить доказательства, его подтверждающие.

Проанализировав данные обстоятельства, а также письменные доказательства, суд усматривает в действиях административного истца нарушения миграционного законодательства, при этом временной промежуток между ними юридически значимым обстоятельством не является, что свидетельствует о явном неуважении к правопорядку, действующему на территории РФ.

Также судом учитывается, что истец неоднократно привлекался к уголовной ответственности, что характеризует истца с отрицательной стороны и свидетельствует и пренебрежительном отношении к соблюдению требований закона, действующему на территории РФ.

Доводы о том, что обжалуемое решение о неразрешении въезда в Российскую Федерацию влекут нарушение права на уважение семейной жизни, их исполнение негативно отразится на его жене, повлечь отмену обжалуемого решения не могут.

При этом, согласно части 4 статьи 15 Конституции Российской Федерации общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью ее правовой системы, а правовое положение иностранных граждан в Российской Федерации, наряду с законами Российской Федерации, определяется и международными договорами Российской Федерации.

В силу положений статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (г. Рим, 4 ноября 1950 г.) каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции. Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.

Приведенные нормативные положения в их интерпретации Европейским Судом по правам человека не препятствуют государству в соответствии с нормами международного права и своими договорными обязательствами контролировать въезд иностранцев, а равно их пребывание на своей территории; (Постановления от 28 мая 1985 г. по делу "Абдулазиз, Кабалес и Балкандали (Abdulaziz, Cabales and Balkandali) против Соединенного Королевства", § 68; от 19 февраля 1996 г. по делу "Тюль (Gul) против Швейцарии", § 38; от 10 марта 2011 г. по делу "ФИО8 (Kiutin) против России", § 53 и др.). Европейский Суд по правам человека пришел к выводу о том, что названная Конвенция не гарантирует иностранцам право въезжать в определенную страну или проживать на ее территории и не быть высланными, указав, что лежащая на государстве ответственность за обеспечение публичного порядка обязывает его контролировать въезд в страну; вместе с тем решения в этой сфере, поскольку они могут нарушить право на уважение личной и семейной жизни, охраняемое в демократическом обществе статьей 8 названной Конвенции, должны быть оправданы насущной социальной необходимостью и соответствовать правомерной цели (Постановления от 21 июня 1988 г. по делу "Беррехаб (Berrehab) против Нидерландов", § 28; от 24 апреля 1996 г. по делу "Бугханеми (Boughanemi) против Франции", § 41; от 26 сентября 1997 г. по делу "Эль-Бужаиди (El Boujaidi) против Франции", § 39; от 18 октября 2006 г. по делу "Юнер (Uner) против Нидерландов", § 54; от 6 декабря 2007 г. по делу "Лю и Лю (Liu and Liu) против России", § 49; решение от 9 ноября 2000 г. по вопросу о приемлемости жалобы "Андрей Шебашов (Andrey Shebasnov) против Латвии" и др.).

Относительно критериев допустимости высылки в демократическом обществе Европейский Суд по правам человека отметил, что значение, придаваемое тому или иному из них, будет различным в зависимости от обстоятельств конкретного дела, государство, связанное необходимостью установить справедливое равновесие между конкурирующими интересами отдельного лица и общества в целом, имеет определенные пределы усмотрения; в то же время право властей применять закрытие въезда на территорию страны может быть важным средством предотвращения серьезных и неоднократных нарушений закона, поскольку оставление их безнаказанными подрывало бы уважение к такому закону.

При этом законность проживания мигранта позволяет судить о его лояльности к правопорядку страны пребывания.

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 02 марта 2006 года N 55-О, сославшись на судебные акты Европейского Суда по правам человека, указал, что исходя из общих принципов права, установление ответственности за нарушение порядка пребывания (проживания) иностранных граждан в Российской Федерации и, соответственно, конкретной санкции, ограничивающей конституционные права граждан, должно отвечать требованиям справедливости, соразмерности конституционно закрепленным целям (статья 55 часть 3 Конституции Российской Федерации), а также отвечать характеру совершенного деяния.

Данный вывод корреспондирует международно-правовым предписаниям, согласно которым каждый человек при осуществлении своих прав и свобод должен подвергаться только таким ограничениям, какие установлены законом, необходимы для обеспечения должного признания и уважения прав и свобод других лиц, для охраны государственной (национальной) безопасности, территориальной целостности, публичного (общественного) порядка, предотвращения преступления, защиты здоровья или нравственности населения (добрых нравов), удовлетворения справедливых требований морали и общего благосостояния в демократическом обществе и совместимы с другими правами, признанными нормами международного права (статья 29 Всеобщей декларации прав человека, пункт 3 статьи 12 Международного пакта о гражданских и политических правах, пункт 2 статьи 10 и пункт 2 статьи 11 Конвенции о защите прав человека и основных свобод, а также пункт 3 статьи 2 Протокола N 4 к ней).

В соответствии с правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определениях от 05 марта 2014 года N 628-О, от 19 ноября 2015 года N 2667-О, семья и семейная жизнь, относясь к ценностям, находящимся под защитой Конституции Российской Федерации и международных договоров России, не имеют, однако, безусловного во всех случаях преимущества перед другими конституционно значимыми ценностями, а наличие семьи не обеспечивает иностранным гражданам бесспорного иммунитета от законных и действенных принудительных мер в сфере миграционной политики, соразмерных опасности миграционных правонарушений и практике уклонения от ответственности.

Кроме этого, реализация миграционным органом своих полномочий в отношении административного истца соответствовала охраняемым законом целям, необходимости соблюдения баланса частных и публичных интересов, поскольку была обусловлена его систематическим противоправным поведением, а также предотвращения совершения им умышленных преступлений против здоровья населения и против порядка управления.

Кроме этого, как установлено в ходе судебного заседания истец нигде не работает, жилья на территории РФ не имеет, налоги не оплачивает. Данные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии у истца легализовать свое пребывание на территории РФ.

При таких обстоятельствах, решение о неразрешении въезда административному истцу на территорию Российской Федерации являются обоснованной мерой государственного реагирования на противоправное поведение заявителя, его принятие не свидетельствует о вмешательстве в личную и семейную жизнь и не может расцениваться как нарушение его личных прав. В связи с чем, суд приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении заявленных требований.

При этом, правовые ограничения, вытекающие из оспариваемого решения о неразрешении въезда в РФ на срок до ДД.ММ.ГГГГ не влекут за собой запрет на проживание истца в Российской Федерации по истечении указанного срока.

Иных доводов в подтверждение незаконности оспариваемых решений административных органов истец не привел.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст. 175-180, 227 Кодекса административного судопроизводства РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении административного искового требования ФИО7 к УМВД России по ХМАО-Югре о признании незаконным решения о неразрешении въезда в Российскую Федерации иностранному гражданину от ДД.ММ.ГГГГ – отказать.

Настоящее решение может быть обжаловано в суд Ханты-Мансийского автономного округа-Югры в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Ханты-Мансийский районный суд.

Мотивированное решение изготовлено и подписано 12 февраля 2019 года.

Судья Ханты-Мансийского

районного суда подпись Р.М. Ахметов

Копия верна

Судья Ханты-Мансийского

районного суда Р.М. Ахметов