Апелляционное определение № 33-474/2026 от 2 марта 2026 г.

Судья Прохоров А.Ю.

№ 33-474/2026

10RS0014-01-2024-000224-18

№ 2-16/2025 (2-183/2024)

ВЕРХОВНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КАРЕЛИЯ


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

03 марта 2026 года

г. Петрозаводск

Судебная коллегия по гражданским делам Верховного Суда Республики Карелия в составе:

председательствующего судьи Никитиной А.В.,

судей Величко С.А., Балицкой Н.В.

при секретаре Шутовой Е.А.

рассмотрела в открытом судебном заседании гражданское дело по апелляционной жалобе ответчиков на решение Пряжинского районного суда Республики Карелия от 28 мая 2025 года по иску прокурора Пряжинского района Республики Карелия, действующего в интересах Российской Федерации и неопределенного круга лиц, к ФИО1, ФИО2 о признании права собственности на земельный участок отсутствующим, аннулировании и исключении из Единого государственного реестра недвижимости сведений о земельном участке и правах на него.

Заслушав доклад судьи Величко С.А., судебная коллегия

УСТАНОВИЛА:

прокурор Пряжинского района Республики Карелия, действующий в интересах Российской Федерации и неопределенного круга лиц, обратился в суд с вышеуказанным иском к ФИО1, ФИО2, мотивировав свои требования тем, что по результатам проверки исполнения требований природоохранного законодательства были выявлены нарушения при регистрации права собственности на земельный участок с кадастровым номером №, принадлежащий на праве общей долевой собственности ответчикам. По результатам проверки установлено, что земельный участок с кадастровым номером №, площадью 1500+/-14 кв.м, поставлен на государственный кадастровый учет ХХ.ХХ.ХХ, отнесен к категории земель населенных пунктов и имеет вид разрешенного использования «для приусадебного участка», расположен в (.....), земельный участок 3. Согласно сведениям, предоставленным Министерством природных ресурсов и экологии Республики Карелия, земельный участок с кадастровым номером № частично расположен в пределах береговой полосы водного объекта – озера Святозеро. В связи с тем, что нахождение в частной собственности земельного участка, в границах которого располагается береговая полоса водного объекта общего пользования (оз. Святозеро), нарушает публичные права Российской Федерации как его собственника и посягает на интересы неопределенного круга лиц, истец, ссылаясь на положения земельного, водного и гражданского законодательства, уточнив по результатам судебной землеустроительной экспертизы исковые требования (т.2, л.д. 208-209), просил признать отсутствующим право собственности ФИО1, ФИО2 (по (...) доле в праве общей долевой собственности у каждого) на земельный участок с кадастровым номером №, расположенный по адресу: (.....); аннулировать и исключить из ЕГРН сведения о земельном участке с кадастровым номером № и о правах на него.

Судом к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Федеральное агентство водных ресурсов, Невско-Ладожское бассейновое водное управление Федерального агентства водных ресурсов, Министерство природных ресурсов и экологии Республики Карелия, Управление Росреестра по Республике Карелия, Филиал ППК Роскадастр по Республике Карелия, администрация Пряжинского национального муниципального района, администрация Святозерского сельского поселения, ПАО «Россети Северо-Запад».

Решением Пряжинского районного суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ исковые требования удовлетворены, признано отсутствующим право собственности ФИО1, ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №. Также солидарно с ФИО1, ФИО2 в доход федерального бюджета взысканы расходы на проведение экспертизы в размере 50 000 руб.

Дополнительным решением Пряжинского районного суда Республики Карелия от ХХ.ХХ.ХХ аннулированы и исключены из Единого государственного реестра недвижимости сведения о земельном участке с кадастровым номером №.

С решением суда не согласны ответчики, в апелляционной жалобе просят решение суда отменить, принять по делу новое решение об отказе в удовлетворении заявленных исковых требований. В обоснование доводов жалобы указывают, что береговая полоса водного объекта в соответствии с действующим законодательством не устанавливалась, наблюдения с целью определения среднемноголетнего уровня воды не проводились порядка 65 лет. Заключение проведенной землеустроительной экспертизы не может быть принято в качестве надлежащего доказательства, поскольку в распоряжении эксперта отсутствовали сведения о среднемноголетнем уровне воды, а также картографический материал в допустимом масштабе. Также ссылаются на то обстоятельство, что требования прокурора основаны на нормах права, вступивших в силу после возникновения у правопредшественника ответчиков права собственности на спорный земельный участок. Кроме того полагают, что судом не установлены обстоятельства, подлежащие доказыванию, а именно отсутствие у соответчиков права собственности и фактического владения спорным земельным участком. Поскольку указанные обстоятельства не установлены, выводы суда о применении положений ст. 304 Гражданского кодекса РФ, а не статей 301, 302 Гражданского кодекса РФ, нельзя признать законными. От выяснения указанных обстоятельств также зависит разрешение вопроса об исковой давности. Также указывают, что в нарушение норм материального и процессуального права судом не привлечен в качестве истца соответствующий государственный орган, имеющий право выступать от имени Российской Федерации.

В возражениях на апелляционную жалобу прокурор Пряжинского района Республики Карелия, Федеральное агентство водных ресурсов России просят решение Пряжинского районного суда Республики Карелия от 28.05.2025 оставить без изменения, жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчиков ФИО1, ФИО2 – ФИО3, представитель ответчика ФИО1 – ФИО4, действующие на основании доверенностей, доводы апелляционной жалобы поддержали.

Прокурор отдела по обеспечению участия прокуроров в гражданском и арбитражном процессе прокуратуры Республики Карелия Барышнева Н.В., ссылаясь на доводы, изложенные в письменных возражениях, полагала решение суда первой инстанции законным и обоснованным, апелляционную жалобу ответчиков подлежащей оставлению без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, своих представителей не направили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

С учетом положений ст. 167 ГПК РФ, принимая во внимание, что участие в судебном заседании является правом, а не обязанностью лиц, участвующих в деле, судебная коллегия полагает возможным рассмотреть настоящее гражданское дело в отсутствие не явившихся лиц.

Заслушав пояснения явившихся лиц, изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы и возражений на нее, допросив эксперта ООО «Нордгеострой» ФИО5, проверив законность и обоснованность решения суда в соответствии со ст. 327.1 ГПК РФ в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и возражениях, судебная коллегия приходит к следующим выводам.

Провозглашая в преамбуле цель обеспечить благополучие нынешнего и будущих поколений, Конституция Российской Федерации закрепляет взаимообусловленные право каждого на благоприятную окружающую среду (статья 42) и обязанность сохранять природу и окружающую среду, бережно относиться к природным богатствам (статья 58), предопределяя один из основных принципов правового регулирования отношений в сфере охраны окружающей среды и обеспечения экологической безопасности - принцип приоритета публичных (общественных) интересов (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2009 № 8-П и от 29.09.2021 № 42-П). Правовые основы государственной политики в этой сфере должны определяться так, чтобы через реализацию указанной конституционной обязанности, имеющей всеобщий характер, при решении социально-экономических задач обеспечивался баланс интересов субъектов хозяйственной и иной деятельности, связанной с воздействием на окружающую среду, и интересов человека и общества в целом и гарантировались соблюдение и защита экологических прав граждан (Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2009 № 8-П, от 05.03.2013 № 5-П и др.).

Как предусмотрено абз. 3 ст. 12 Гражданского кодекса РФ, защита гражданских прав осуществляется путем восстановления положения, существовавшего до нарушения права, и пресечения действий, нарушающих право или создающих угрозу его нарушения.

В соответствии с подп. 4 п. 2 ст. 60 Земельного кодекса РФ одним из способов защиты нарушенного права на земельный участок является восстановление положения, существовавшего до нарушения права.

Согласно ст. 6 Водного кодекса Российской Федерации полоса земли вдоль береговой линии водного объекта общего пользования (береговая полоса) предназначается для общего пользования. Ширина береговой полосы водных объектов общего пользования составляет двадцать метров, за исключением береговой полосы каналов, а также рек и ручьев, протяженность которых от истока до устья не более чем десять километров. Каждый гражданин вправе пользоваться (без использования механических транспортных средств) береговой полосой водных объектов общего пользования для передвижения и пребывания около них, в том числе для осуществления любительского рыболовства и причаливания плавучих средств (ч. 8).

В соответствии с п. 3 ст. 129 Гражданского кодекса РФ земля и другие природные ресурсы могут отчуждаться или переходить от одного лица к другому иными способами в той мере, в какой их оборот допускается законами о земле и других природных ресурсах.

В силу положений п. 12 ст. 85 Земельного кодекса РФ земельные участки, занятые водными объектами, являются земельными участками общего пользования.

Согласно ч. 1 ст. 8 Водного кодекса РФ водные объекты находятся в собственности Российской Федерации (федеральной собственности), за исключением случаев, установленных ч. 2 ст. 8 указанного кодекса.

Из положений ст. ст. 15, 27 Земельного кодекса РФ следует, что земельные участки, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, могут быть предоставлены в собственность граждан и юридическим лицам, за исключением земельных участков, которые в соответствии с данным кодексом, федеральными законами не могут находиться в частной собственности.

Ограничиваются в обороте находящиеся в государственной или муниципальной собственности земельные участки, в пределах которых находятся водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности.

Запрещается приватизация земельных участков в пределах береговой полосы, установленной в соответствии с Водным кодексом Российской Федерации. Прямой запрет на приватизацию земельных участков в пределах береговой полосы также установлен ст. 28 Федерального закона от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества».

Запрет на образование и передачу в частную собственность земельных участков в границах водных объектов общего пользования и их береговой полосы действовал и до введения в действие Земельного кодекса Российской Федерации от 25.10.2001 № 136-ФЗ и Водного кодекса Российской Федерации от 03.06.2006 № 74-ФЗ.

Таким образом, приведенными выше положениями закона установлен запрет образования и передачи в собственность земельных участков на землях водного фонда, занятых водными объектами общего пользования, и в береговой полосе данных объектов, которые в силу закона являются государственной (федеральной) собственностью.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», оспаривание зарегистрированного права на недвижимое имущество осуществляется путем предъявления исков, решения по которым являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В частности, если в резолютивной части судебного акта решен вопрос о наличии или отсутствии права либо обременения недвижимого имущества, о возврате имущества во владение его собственника, о применении последствий недействительности сделки в виде возврата недвижимого имущества одной из сторон сделки, то такие решения являются основанием для внесения записи в ЕГРП. В то же время решение суда о признании сделки недействительной, которым не применены последствия ее недействительности, не является основанием для внесения записи в ЕГРП. В случаях, когда запись в ЕГРП нарушает право истца, которое не может быть защищено путем признания права или истребования имущества из чужого незаконного владения (право собственности на один и тот же объект недвижимости зарегистрировано за разными лицами, право собственности на движимое имущество зарегистрировано как на недвижимое имущество, ипотека или иное обременение прекратились), оспаривание зарегистрированного права или обременения может быть осуществлено путем предъявления иска о признании права или обременения отсутствующими.

Как установлено судом и следует из материалов дела, в ЕГРН содержатся сведения о земельном участке с кадастровым номером №, площадью 1500 +/-14 кв.м, земельный участок отнесен к категории «земли населенных пунктов», имеет вид разрешенного использования «для приусадебного участка», местоположение: (.....), земельный участок 3. Участок поставлен на кадастровый учет ХХ.ХХ.ХХ. Право общей долевой собственности на земельный участок принадлежит ФИО1, ФИО2 по (...) доли каждому (государственная регистрация права осуществлена ХХ.ХХ.ХХ и ХХ.ХХ.ХХ, соответственно).

Материалами реестрового дела в отношении земельного участка с кадастровым номером № подтверждается, что на основании свидетельства о праве собственности на землю (т. 1, л.д. 113) ФИО6 ХХ.ХХ.ХХ предоставлен земельный участок в д. Важинская пристань на праве пожизненного наследуемого владения площадью 0,15 га, в том числе пашни 0,08 га, целевое назначение – приусадебный участок.

ХХ.ХХ.ХХ между ФИО6 (даритель) и ФИО7 (одаряемый), ФИО2 (одаряемый, ответчик) заключен договор дарения, согласно которому спорный земельный участок был передан в дар одаряемым, по (...) доли в праве каждому (государственная регистрация права осуществлена ХХ.ХХ.ХХ) (т. 1, л.д. 49).

ХХ.ХХ.ХХ между ФИО7 (даритель) и ФИО1 (одаряемый, ответчик) заключен договор дарения, согласно которому (...) доли в праве общей долевой собственности на спорный земельный участок была передан в дар ФИО1 (государственная регистрация права осуществлена ХХ.ХХ.ХХ) (т. 1, л.д. 168).

Сведения о местоположении границы земельного участка с кадастровым номером № были внесены в ЕГРН ХХ.ХХ.ХХ по результатам рассмотрения заявления ФИО7 от ХХ.ХХ.ХХ, межевого плана земельного участка от ХХ.ХХ.ХХ, подготовленного ООО «ЛЭНД».

В границах спорного земельного участка расположено здание (индивидуальный жилой дом) с кадастровым номером №, принадлежащее на праве общей долевой собственности ответчикам (по (...) доле в праве за каждым).

Обращаясь в суд с данным иском, прокурор, действуя в интересах неопределенного круга лиц и Российской Федерации, ссылался на то, что земельный участок с кадастровым номером № образован с нарушением требований действовавшего земельного и водного законодательства, поскольку имеет наложение на береговую полосу водного объекта общего пользования – озеро Святозеро.

Согласно сведениям, представленным Федеральным агентством водных ресурсов от ХХ.ХХ.ХХ, озеро Святозеро внесено в государственный водный реестр (код ГВР №). Сведения об установлении береговой линии (границы водного объекта), водоохранной зоны и прибрежной защитной полосы в государственном водном реестре отсутствуют (т. 1, л.д. 72-75).

Согласно справке Управления Росреестра по Республике Карелия от ХХ.ХХ.ХХ земельный участок с кадастровым номером № расположен в границах водоохранной зоны и прибрежной защитной полосы озера Святозеро в д. Важинская пристань (.....). В ходе обследования визуально отмечено, что земельный участок с кадастровым номером № не огражден, используется в соответствии с установленным видом разрешенного использования, на участке установлен жилой дом, хозяйственная постройка, разработан огород. Часть земельного участка, ориентировочной площадью 1140 кв.м расположена в пределах береговой полосы озера Святозеро. Пересечение 20-ти метровой береговой полосы зафиксировано в следующих точках: в северной части участка в координатах: X=(...) Y=(...) и в южной части участка в координатах: X=(...) Y=(...) (т. 2, л.д. 38-41).

В целях установления юридически значимых обстоятельств по делу судом первой инстанции была назначена судебная землеустроительная экспертиза. Производство указанной экспертизы было поручено ООО «Нордгеострой».

Как следует из представленного в материалы дела заключения ООО «Нордгеострой» № от ХХ.ХХ.ХХ, экспертом определено местоположение части береговой линии (границы водного объекта) и береговой полосы озера Святозеро в районе расположения спорного земельного участка с учетом данных по среднемноголетнему уровню воды озера Святозеро, представленных Карельским ЦГМС – филиалом ФГБУ «Северо-Западное УГМС», а также с учетом фактического уреза воды данного водного объекта (приведены в приложении № к заключению).

Эксперт констатировал, что при сопоставлении местоположения береговой полосы озера Святозеро, определенного от береговой линии по среднемноголетнему уровню воды с местоположением границ земельного участка с кадастровым номером №, содержащимися в ЕГРН, выявлено наложение границ спорного земельного участка на береговую полосу озера Святозеро площадью 1036 кв.м (кратчайшее расстояние от границы земельного участка до береговой линии составляет 3,02 м) (приложение № к заключению).

При сопоставлении местоположения береговой полосы озера Святозеро, определенного от фактического уреза воды с местоположением границ земельного участка с кадастровым номером №, содержащимися в ЕГРН, экспертом выявлено наложение границ спорного земельного участка на береговую полосу озера Святозеро площадью 1069 кв.м (кратчайшее расстояние от границы земельного участка до береговой линии составляет 2,39 м) (приложение № к заключению) (т. 2, л.д. 134).

Экспертом также приведены каталоги координат характерных точек границ выявленного наложения земельного участка с кадастровым номером № на береговую полосу водного объекта оз. Святозеро, определенную от береговой линии по среднемноголетнему уровню воды, площадью 1036 кв.м, так и от уреза воды, площадью 1069 кв.м, а также каталоги координат характерных точек границ части земельного участка, расположенной за пределами береговой полосы водного объекта, площадью 464 кв.м и 431 кв.м, соответственно.

Также экспертом обнаружено расположение в границах спорного земельного участка двух объектов (жилого дома и здания бани), которые размещены в пределах береговой полосы водного объекта – оз. Святозеро по обоим вариантам ее определения.

Разрешая спор по существу, суд первой инстанции, руководствуясь ст.ст. 209, 304 Гражданского кодекса РФ, ст.ст. 6, 8, 65 Водного кодекса РФ, ст. 1 Градостроительного кодекса РФ, ст. 24 Федерального закона от 20.12.2004 № 166-ФЗ «О рыболовстве и сохранении водных биологических ресурсов», ст. 4 Федерального закона от 07.07.2003 № 112-ФЗ «О личном подсобном хозяйстве», разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 №43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», приняв во внимание заключение судебной землеустроительной экспертизы, установив факт частичного расположения спорного земельного участка в пределах двадцатиметровой береговой полосы указанного водного объекта общего пользования – озера Святозеро, признал правомерными доводы истца о нарушении прав публично-правового образования и неопределенного круга лиц на неограниченный доступ к водному объекту передачей в частную собственность береговой полосы водного объекта и пришел к выводу о наличии оснований для признания отсутствующим права собственности ФИО1, ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером №.

Не усматривая оснований для сохранения за ответчиками права собственности на часть земельного участка за пределами береговой полосы водного объекта, суд исходил, из того, что минимальный размер земельного участка, предоставляемого гражданам в собственность для ведения личного подсобного хозяйства, установленный Правилами землепользования и застройки Святозерского сельского поселения Пряжинского национального муниципального района, утвержденными решением Совета Пряжинского национального муниципального района № от ХХ.ХХ.ХХ, составляет 800 кв.м, тогда как часть спорного земельного участка, расположенная за пределами береговой полосы водного объекта, составляет не более 464 кв.м.

Отклоняя доводы ответчиков о пропуске истцом исковой давности, суд исходил из того, что на требования собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, если эти нарушения не были соединены с лишением владения, в том числе требования о признании права (обременения) отсутствующим исковая давность не распространяется.

Восполняя неполноту решения суда от ХХ.ХХ.ХХ, дополнительным решением от ХХ.ХХ.ХХ суд первой инстанции в порядке ст. 201 ГПК РФ, приняв во внимание установленные по делу обстоятельства, в том числе указывающие на невозможность сохранения части земельного участка за пределами береговой полосы водного объекта как несоответствующей минимальным значениям, установленным Правилами землепользования и застройки Святозерского сельского поселения Пряжинского национального муниципального района, пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования об аннулировании и исключении из ЕГРН сведений о земельном участке с кадастровым номером №.

С выводами суда первой инстанции судебная коллегия соглашается, поскольку они соответствуют установленным обстоятельствам дела, основаны на правильном применении и толковании норм материального права и исследованных судом доказательствах, оценка которых произведена по правилам статьи 67 ГПК РФ. Оснований для иной оценки представленных доказательств у судебной коллегии не имеется.

Удовлетворяя исковые требования прокурора, суд первой инстанции правомерно исходил из установленного законодательством запрета образования и передачи в собственность земельных участков в границах береговой полосы водных объектов общего пользования, которые в силу закона являются федеральной собственностью, в связи с чем пришел к выводу, что право собственности ответчиков на часть земельного участка с кадастровым номером №, площадью 1036 кв.м, расположенную в пределах береговой полосы озера Святозеро, ограниченную в обороте, нарушает права правообладателя (Российской Федерации) и создает предпосылки нарушения прав неопределенного круга лиц на беспрепятственный доступ к водному объекту общего пользования и его береговой полосе.

Установив, что с учетом действующих Правил землепользования и застройки территории Святозерского сельского поселения спорный земельный участок в той его части, которая находится за пределами береговой полосы водного объекта площадью 464 кв.м, не может быть использован по его целевому назначению, суд, руководствуясь разъяснениями, содержащимися в п. 52 постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав», пришел к правомерному выводу о наличии оснований для удовлетворения иска о признании отсутствующим права ФИО1, ФИО2 на земельный участок с кадастровым номером № в целом, а также об исключении из ЕГРН сведений о спорном земельном участке.

Позиция подателя жалобы относительно того, что границы водного объекта не установлены, в связи с чем выводы проведенной по делу судебной землеустроительной экспертизы не отражают фактическую площадь наложения спорного земельного участка на береговую полосу водного объекта, судебной коллегией признается несостоятельной.

Вопреки доводам апелляционной жалобы отсутствие сведений о местоположении береговой линии озера Святозеро в ЕГРН не лишает возможности определения границы водного объекта экспертным путем по результатам судебной землеустроительной экспертизы.

В силу ч. 4 ст. 5 Водного кодекса РФ береговая линия (граница водного объекта) определяется, в том числе для озера по среднемноголетнему уровню вод в период, когда оно не покрыто льдом.

Порядок определения местоположения береговой линии (границы водного объекта), случаи и периодичность ее определения устанавливаются Правительством Российской Федерации (ч. 4.1 ст. 5 Водного кодекса РФ).

Постановлением Правительства Российской Федерации от 29.04.2016 № 377 утверждены Правила определения местоположения береговой линии (границы водного объекта), случаев и периодичности ее определения.

Согласно п. 9 вышеуказанных Правил для установления местоположения береговой линии (границы водного объекта) применяется картометрический способ определения координат береговой линии (границы водного объекта) с использованием актуального картографического материала наиболее крупного масштаба, а также данных дистанционного зондирования земли, имеющихся в отношении соответствующей территории в федеральном или ведомственных картографо-геодезических фондах; установление местоположения береговой линии (границы водного объекта) рек, ручьев, каналов, озер и обводненных карьеров осуществляется картометрическим (фотограмметрическим) способом с использованием данных об уровнях воды, содержащихся в Едином государственном фонде данных о состоянии окружающей среды, ее загрязнении.

Таким образом, для установления местоположения береговой линии водного объекта применяются данные, содержащиеся в Едином государственном фонде данных о состоянии окружающей среды, ее загрязнении. Однако это не означает, что в отсутствие таких данных в отношении конкретного водного объекта местоположение береговой линии не подлежит установлению.

В силу подп. «в» п. 10 названных Правил определения местоположения береговой линии (границы водного объекта), случаев и периодичности ее определения, при уточнении местоположения береговой линии (границы водного объекта) поверхностных водных объектов береговая линия (граница водного объекта) озера и обводненного карьера определяется по среднемноголетнему уровню вод в период, когда они не покрыты льдом, с учетом морфологических особенностей водного объекта.

При применении основных методов и схем расчета определения отметок наивысших уровней воды рек и озер, содержащихся в Своде правил «СП 33-101-2003. Определение основных расчетных гидрологических характеристик», одобренном и рекомендованном к применению в качестве нормативного документа системы нормативных документов в строительстве постановлением Государственного комитета Российской Федерации по строительству и жилищно-коммунальному комплексу от 26.12.2003 № 218, имеется возможность использования расчетного способа определения среднего многолетнего весенне-летнего подъема уровня воды в озере.

При таких обстоятельствах эксперт, в отсутствие данных, содержащихся в Едином государственном фонде данных о состоянии окружающей среды, ее загрязнении, о местоположении береговой линии и береговой полосы озера Святозеро, правомерно применил имеющиеся сведения о среднемноголетнем уровне вод озера Свтозеро, представленных Карельским ЦГМС – филиалом ФГБУ «Северо-Западное УГМС».

Допрошенный в судебном заседании суда апелляционной инстанции эксперт ООО «Нордгеострой» ФИО5 подтвердил выводы, изложенные в заключении судебной экспертизы, также пояснил о невозможности использования картометрического способа (метода) определения границы водного объекта (оз. Святозеро) в виду отсутствия в государственном фонде данных пригодного для использования картографического материала, имея ввиду также тот картографический материал, который поступил по запросу суда апелляционной инстанции.

Вопреки доводам апелляционной жалобы ставить под сомнение заключение судебной землеустроительной экспертизы суд апелляционной инстанции оснований не находит, поскольку данное заключение в полной мере отвечает требованиям ст.86 ГПК РФ и Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации», предъявляемым как к профессиональным качествам эксперта, так и к самому процессу проведения экспертизы и оформлению ее результатов. Заключение судебной экспертизы дано в письменной форме, содержит подробное описание проведенного исследования, анализ имеющихся данных, результаты исследования, является полным, мотивированным, обоснованным, содержит ответы на поставленные судом вопросы, не противоречит имеющимся в материалах дела доказательствам.

Эксперт предупрежден об уголовной ответственности по ст.307 Уголовного кодекса РФ за дачу заведомо ложного заключения. Экспертиза проводилась экспертом, имеющим соответствующее образование и квалификацию, каких-либо сомнений в квалификации эксперта, его заинтересованности в исходе дела не имеется.

Данное заключение в полной мере является относимым, допустимым и достоверным доказательством.

Судебная коллегия приходит к выводу о том, что факт нахождения спорного земельного участка (частично) в пределах береговой полосы водного объекта общего пользования (озеро Святозеро) подтвержден надлежащими и достаточными доказательствами.

Само по себе несогласие ответчиков с выводами судебной экспертизы не может быть отнесено к таким недостаткам данного вида доказательства, которые влекут его недостоверность.

Не соглашаясь с выводами судебной экспертизы, ответчиками, вместе с тем, ходатайства о назначении по делу повторной либо дополнительной судебной экспертизы заявлено не было, несмотря на то, что такое право сторонам разъяснялось в судебном заседании суда апелляционной инстанции.

Наличие реестровой ошибки в местоположении границ спорного земельного участка экспертом не выявлено, доказательств наличия таковой материалы дела не содержат.

Доводы апелляционной жалобы о том, что на момент предоставления спорного земельного участка первоначальному собственнику (ФИО6) запрет на предоставление в собственность береговой полосы водного объекта установлен не был, судебной коллегией отклоняются, поскольку запрет на образование и передачу в частную собственность земельных участков в границах водных объектов общего пользования и их береговой полосы действовал и до введения в действие Земельного кодекса РФ от 25.10.2001 № 136-ФЗ и Водного кодекса РФ от 03.06.2006 № 74-ФЗ.

В силу ст. ст. 3, 4 Водного кодекса РСФСР, утвержденного ВС РСФСР 30.06.1972, реки, озера, водохранилища, другие поверхностные водоемы и водные источники, воды каналов, прудов и др. составляют Единый государственный водный фонд. В соответствии с Конституцией СССР и Конституцией РСФСР воды являются государственной собственностью - общим достоянием всего советского народа.

Воды состоят в исключительной собственности государства и предоставляются только в пользование. Действия, в прямой или скрытой форме нарушающие право государственной собственности на воды, запрещаются.

Согласно ст. 17 Водного кодекса РСФСР (1972) к прибрежным полосам (зонам) водоемов относятся первый и второй пояса зоны санитарной охраны источников водоснабжения, береговые полосы внутренних водных путей, полосы отвода магистральных и межхозяйственных каналов, а также другие полосы (зоны), предусмотренные законодательством.

Аналогичные положения закреплялись в ст. ст. 3, 4 Основ водного законодательства СССР.

Одновременно с Водным кодексом РСФСР и Основами водного законодательства СССР действовали Земельные кодексы РСФСР (1922, 1970, 1991) устанавливающие исключительную собственность государства на землю и отнесение набережных и бечевника к землям общего пользования.

В соответствии с положениями ст. 95 Земельного кодекса РСФСР, утвержденного ВС РСФСР от 25.04.1991 № 1103-1, земли, занятые водоемами, а также земли, выделенные под полосы отвода (по берегам) водоемов отнесены к землям водного фонда.

Статья 33 Водного кодекса РФ (1995 г.) предусматривала, что водные объекты находятся в собственности Российской Федерации.

Согласно ст. 7 Водного кодекса РФ (1995 г.) поверхностные воды и земли, покрытые ими и сопряженные с ними (дно и берега водного объекта), рассматриваются как единый водный объект.

Статьей 20 Водного кодекса РФ (1995 г.) установлено, что полоса суши вдоль берегов водных объектов общего пользования (бечевник) предназначается для общего пользования. Каждый вправе (без использования транспорта) пользоваться бечевником для передвижения и пребывания у водного объекта общего пользования, в том числе рыболовства и причаливания плавательных средств. Ширина бечевника не может превышать 20 метров.

Таким образом, вопреки доводам ответчиков, приведенными выше положениями закона устанавливался запрет образования и передачи в собственность земельных участков на землях водного фонда, занятых водными объектами общего пользования, и в береговой полосе данных объектов, которые в силу закона являются федеральной собственностью.

Кроме того, заслуживает внимания и то обстоятельство, что кадастровые работы по определению местоположения границ земельного участка с кадастровым номером № были проведены по инициативе прежнего правообладателя ХХ.ХХ.ХХ, сведения о местоположении границы данного земельного участка впервые внесены в ЕГРН ХХ.ХХ.ХХ.

Доводы апелляционной жалобы относительно необходимости применения к спорным правоотношениям положений ст.ст. 301302 Гражданского кодекса РФ, а также необходимости применения последствий истечения срока исковой давности, судебной коллегией отклоняются.

В соответствии с положениями абз. 3 ст. 12 Гражданского кодекса РФ, подп. 4 п. 2 ст. 60 Земельного кодекса РФ одним из способов защиты нарушенного права на земельный участок является восстановление положения, существовавшего до нарушения права.

В соответствии с правовыми позициями, изложенными в п.п. 5.1-5.3 указанного Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28.01.2025 № 3-П, защита гражданских прав, включая право собственности, осуществляется способами, указанными неисчерпывающим образом в ст. 12 Гражданского кодекса РФ. Условия применения тех или иных способов защиты устанавливаются законодателем с учетом специфики защищаемого права и особенностей его нарушения. При этом выбор способа защиты прав принадлежит правообладателю, который своей волей и в своем интересе может воспользоваться как одним из них, так и несколькими. Вместе с тем выбор способа защиты предопределяется правовыми нормами с учетом характера нарушения и фактических обстоятельств дела, которые должны быть установлены судом при решении вопроса о том, выбран ли истцом надлежащий способ защиты прав (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 06.12.2017 № 37-П и др.; определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21.09.2017 № 1791-О и № 1792-О и др.).

Соответственно, способы защиты гражданских прав конкретизируются и дифференцируются законодательством и его судебным толкованием. В частности, различие материально-правового положения ответчиков в судебных формах защиты гражданских прав по соответствующим искам может быть основано на таком объективном критерии, как характер нарушения права собственности (иного права на имущество).

Требование о признании зарегистрированного права отсутствующим обеспечивает достоверность, непротиворечивость содержащихся в ЕГРН публичных сведений о существовании, принадлежности и правовом режиме объектов недвижимости (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2109-О, от 28.01.2016 № 140-О, от 07.07.2016 № 1421-О и др.).

Статья 208 Гражданского кодекса РФ, определяющая требования, на которые исковая давность не распространяется, относит к таковым требование собственника или иного владельца об устранении всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения не были соединены с лишением владения, отсылая при этом к статье 304 Гражданского кодекса РФ. В судебной практике иск о признании зарегистрированного права отсутствующим рассматривается на основании последней. Это обусловливает не только неприменение к нему срока исковой давности, но и отсутствие, в отличие от виндикационного иска, учета каких-либо обстоятельств фактического или юридического характера при принятии решения о его удовлетворении в случае установления соответствующего нарушения.

Важной предпосылкой такого подхода является то, что реализация права публичной собственности на земельные участки имеет значительную специфику, состоящую, в частности, в том, что владение публично-правового образования зачастую – с учетом характера земель, находящихся в публичной собственности, и самого объема находящегося в собственности публично-правового образования земельного ресурса, одновременное фактическое господство над которым установить затруднительно, – не может повсеместно выражаться в тех же формах, в которых осуществляется владение частного лица. Во многом именно это обстоятельство, наряду с одновременным отсутствием реализуемого ответчиком фактического господства над земельным участком, выразившегося в его освоении, в ограничении доступа к нему других лиц и подобных действиях, позволяет рассматривать иск о признании зарегистрированного права отсутствующим, поданный в защиту интересов публично-правового образования, как не обусловленный лишением истца владения, т.е. подпадающий под действие ст. 304 Гражданского кодекса РФ.

При этом именно презюмируемому владению со стороны публично-правового образования придается в данном случае превалирующее значение.

Подход, состоящий в том, что заявленное в защиту интересов Российской Федерации требование о признании отсутствующим зарегистрированного за гражданином или отраженного в ЕГРН в качестве ранее возникшего у гражданина права на земельный участок, предоставленный для личных нужд, частично или полностью находящийся в границах особо охраняемой природной территории федерального значения либо на землях лесного фонда, рассматривается по правилам ст. 304 Гражданского кодекса РФ, не лишен некоторых оснований. Со стороны истца ситуация, когда при наличии у Российской Федерации в силу закона права федеральной собственности на соответствующую землю (которое нередко и зарегистрировано в ЕГРН) также имеется указание в ЕГРН на наличие у гражданина права на земельный участок на той же территории, может рассматриваться как не связанное с лишением владения (особенно если гражданином участок не осваивается) препятствие в осуществлении права федеральной собственности, которое должно быть устранено.

Таким образом, государственная регистрация права на участок, во всяком случае, не начинает, безусловно, течения срока исковой давности для предъявления направленного на защиту права собственности публично-правового образования требования о признании зарегистрированного за гражданином права на участок отсутствующим.

Изложенное, а также то, что иск заявлен также в защиту интересов неопределенного круга лиц, учитывая, что нахождение в частной собственности части береговой полосы озера Святозеро, предназначенной для передвижения граждан около водного объекта общего пользования, использование береговой полосы водного объекта для личных и бытовых нужд со стороны собственника, в данном случае ответчиков, влечет за собой нарушение законных прав, свобод и интересов неопределенного круга лиц на равный доступ к природным ресурсам, позволяет применить в данном деле положения ст.ст. 304, 208 Гражданского кодекса РФ.

Доводы ответчиков со ссылкой на добросовестность своего поведения, а равно поведения правопредшественников в отношении спорного земельного участка, полагавшихся на то обстоятельство, что уполномоченными федеральными государственными учреждениями не выявлено нарушений при постановке спорного земельного участка на кадастровый учет, на наличие оснований к отказу в удовлетворении иска не указывают.

Согласно правовой позиции, изложенной в п. 6 Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 28.01.2025 № 3-П, добросовестность участников гражданских правоотношений оценивается судом с учетом обстоятельств конкретного дела. Особенности конкретного объекта гражданских прав также могут налагать дополнительные требования к разумности и осмотрительности поведения лица. Так, при нахождении земельного участка в местности, о расположении на которой особо охраняемой природной территории федерального значения было известно или должно было быть известно гражданину или которая имеет явные признаки наличия на ней леса, содержание требований разумности и осмотрительности (добросовестности) предполагает, что гражданин должен уделить повышенное внимание подтверждению законности предоставления и использования соответствующего участка. Следовательно, одно лишь то обстоятельство, что гражданин, например, полагался на сведения ЕГРН, в совокупности с иными фактическими обстоятельствами при наличии таких особенностей участка может и не свидетельствовать о его должной разумности и осмотрительности.

Применительно к настоящему спору нахождение большей части спорного земельного участка (около 2/3) в пределах двадцатиметровой береговой полосы водного объекта общего пользования (озеро Святозеро) с очевидностью должно было быть известно как ответчикам, так и их правопредшественникам, учитывая, что согласно выводам судебной экспертизы кратчайшее расстояние от границы земельного участка до уреза воды озера Святозеро составляет 2,39 м.

Доводы подателя жалобы относительно непривлечения в качестве истца соответствующего государственного органа, выступающего от имени Российской Федерации, судебной коллегией признаются несостоятельными.

По настоящему спору материально-правовым истцом выступает публично-правовое образование – Российская Федерация, его интересы, вопреки доводам жалобы, в судебном процессе в силу положений п. 1 ст. 125 Гражданского кодекса РФ представляло Федеральное агентство водных ресурсов (п. 5.1.5 Положения о Федеральном агентстве водных ресурсов, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 16.06.2004 № 282), что согласуется с правовыми подходами, изложенным в Определениях Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда РФ 29.05.2018 № 5-КГ18-121 и от 04.09.2018 № 4-КГ18-54.

Кроме того судебной коллегией отмечается следующее.

Нормами ст. 1 Водного кодекса РФ определено понятие водного объекта, как природного или искусственного водоема, водотока либо того объекта, постоянное или временное сосредоточение вод в котором имеет характерные формы и признаки водного режима.

В соответствии с п. 3 ч. 2 ст. 5 Водного кодекса РФ к поверхностным водным объектам относятся, в том числе озера.

В силу ч. ч. 1 - 3 ст. 6 Водного кодекса РФ поверхностные водные объекты, находящиеся в государственной или муниципальной собственности, являются водными объектами общего пользования, то есть общедоступными водными объектами, если иное не предусмотрено данным Кодексом.

Каждый гражданин вправе иметь доступ к водным объектам общего пользования и бесплатно использовать их для личных и бытовых нужд, если иное не предусмотрено указанным Кодексом, другими федеральными законами.

Использование водных объектов общего пользования осуществляется в соответствии с правилами охраны жизни людей на водных объектах, утверждаемыми в порядке, определяемом уполномоченным федеральным органом исполнительной власти, а также исходя из устанавливаемых органами местного самоуправления правил использования водных объектов для личных и бытовых нужд.

В силу ч. 1 ст. 65 Водного кодекса РФ водоохранными зонами являются территории, которые примыкают к береговой линии (границам водного объекта) морей, рек, ручьев, каналов, озер, водохранилищ и на которых устанавливается специальный режим осуществления хозяйственной и иной деятельности в целях предотвращения загрязнения, засорения, заиления указанных водных объектов и истощения их вод, а также сохранения среды обитания водных биологических ресурсов и других объектов животного и растительного мира.

Таким образом, установление водоохранной зоны береговой полосы и ограничение на предоставление относящихся к ней земель в частную собственность и осуществление там хозяйственной деятельности связано, прежде всего, с необходимостью защиты и сохранения окружающей среды, то есть осуществления личных неимущественных прав неопределенного круга лиц, в том числе права на благоприятную окружающую среду, гарантированного ст. 42 Конституции Российской Федерации.

В соответствии с ч. 1 ст. 45 ГПК РФ прокурор вправе обратиться в суд с заявлением в защиту прав, свобод и законных интересов граждан, неопределенного круга лиц или интересов Российской Федерации, субъектов Российской Федерации, муниципальных образований.

Исходя из изложенного, обращение прокурора с иском в интересах, в том числе неопределенного круга лиц, является надлежащим способом защиты прав.

Доводы представителя ответчика ФИО1 о возможности сохранения за ответчиками права собственности на часть спорного земельного участка, площадью 464 (431) кв.м, которая расположена за пределами береговой полосы водного объекта, судебной коллегией отклонены в силу вышеприведенного обоснования, учитывая, что минимальный размер земельного участка, предоставляемого гражданам в собственность для ведения личного подсобного хозяйства, установленный Правилами землепользования и застройки Святозерского сельского поселения Пряжинского национального муниципального района, утвержденными решением Совета Пряжинского национального муниципального района № от ХХ.ХХ.ХХ, составляет 800 кв.м (т. 3, л.д. 28), тогда как часть спорного земельного участка, расположенная за пределами береговой полосы водного объекта, составляет в максимальном значении 464 кв.м.

Иные доводы апелляционной жалобы правовых оснований к отмене обжалуемого решения суда и дополнительного решения не содержат, по существу сводятся к изложению обстоятельств, являвшихся предметом исследования и оценки суда первой инстанции, тогда как основания для переоценки доказательств отсутствуют.

Вопрос о распределении судебных расходов разрешен судом по правилам главы 7 ГПК РФ.

При указанных обстоятельствах судебная коллегия считает, что решение суда и дополнительное решение суда являются правильными, оснований для их отмены применительно к положениям ст. 330 ГПК РФ по доводам апелляционной жалобы не имеется.

Предусмотренных ч. 4 ст. 330 ГПК РФ оснований для отмены решения суда первой инстанции вне зависимости от доводов, содержащихся в апелляционной жалобе, по данному делу судебная коллегия также не усматривает.

Руководствуясь ст.ст. 328, 329 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, судебная коллегия

ОПРЕДЕЛИЛА:

решение Пряжинского районного суда Республики Карелия от 28 мая 2025 года, дополнительное решение Пряжинского районного суда Республики Карелия от 28 октября 2025 года по настоящему делу оставить без изменения, апелляционную жалобу ответчиков – без удовлетворения.

Апелляционное определение вступает в законную силу со дня его принятия.

Вступившие в законную силу судебные акты могут быть обжалованы в кассационном порядке в течение трех месяцев со дня изготовления мотивированного апелляционного определения в Третий кассационный суд общей юрисдикции через суд первой инстанции, принявший решение.

Председательствующий

Судьи

дата изготовления мотивированного

апелляционного определения – 06 марта 2026 года