Решение № 12-704/2018 5-249/2018 от 4 июня 2018 г. по делу № 12-704/2018

Дело № 12-704/18

(в районном суде дело № 5-249/18) Судья Бердикова О.В.


Р Е Ш Е Н И Е

Судья Санкт-Петербургского городского суда Куприк С.В., при секретаре Труфановой Н.А., рассмотрев 05 июня 2018 года в открытом судебном заседании в помещении суда дело об административном правонарушении по жалобе на постановление судьи Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 06 мая 2018 года в отношении

ФИО1, <дата> года рождения, уроженца <...>, зарегистрированного и проживающего по адресу: <адрес>;

УСТАНОВИЛ:

Постановлением судьи Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 06 мая 2018 года ФИО1 признан виновным в совершении административного правонарушения, предусмотренного ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ, подвергнута административному наказанию в виде административного ареста сроком 2 суток.

Вина ФИО1 установлена в том, что он, совершил неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции в связи с исполнением им обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а именно:

05 мая 2018 года в период времени с 14 часов 15 минут до 16 часов 18 минут добровольно участвовал в проведении несогласованного публичного мероприятия в виде шествия, двигаясь по заранее определенному маршруту: от дома 1 по Адмиралтейскому проезду Санкт-Петербурга в сторону Невского проспекта, далее по Невскому проспекту до дома 46 по Невскому проспекту, в составе группы лиц, состоящей из не менее 1000 человек, скандирующей лозунги: «Он нам не царь», «ФИО2 - вор», «Четвертый срок тюремный», «Мы здесь власть», «Свободу политзаключенным», и демонстрирующей плакаты с надписью: «С меня хватит!», «Он нам не царь», «Не хочу как в Северной Корее», «Он нам не царь - уходи», таблички с надписью «Навальный», на тему: «ОН НАМ НЕ ЦАРЬ» с целью публичного выражения своего мнения и формирования мнения окружающих по поводу актуальных проблем общественно-политического характера, направленного на дискредитацию и срыв проведения инаугурации. Являясь участником несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия в виде шествия, двигаясь по заранее определенному маршруту от дома 1 по Адмиралтейскому проезду Санкт-Петербурга в сторону Невского проспекта, далее по Невскому проспекту до дома 46 по Невскому проспекту, проведение которого не было согласовано с органом исполнительной власти Санкт-Петербурга в указанное время по указанному маршруту, то есть фактически шествие проводилось с нарушением требований Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях».

В связи с допущенными нарушениями установленного порядка проведения публичного мероприятия, информация о нарушении требований п. 1 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях» была доведена до участников мероприятия, в том числе и до гражданина ФИО1 сотрудником полиции - старшим инспектором ОООП У МВД России по Центральному району Санкт-Петербурга старшим лейтенантом полиции <...> Р.Б., осуществлявшим в соответствии со ст. 2, 12 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах и предупреждению и пресечению преступлений и административных правонарушении, который неоднократно публично уведомил всех лиц, участвующих в данном митинге, в том числе и ФИО1, и посредством громко-усиливающей аппаратуры потребовал прекратить шествие и разойтись.

Данное законное требование ФИО1 проигнорировал, несмотря на то, что на прекращение данных противоправных действий у участников данного несогласованного шествия, в т.ч. и у гражданина ФИО1 было не менее 1 минуты, однако в указанный промежуток времени ФИО1 продолжал нарушать требования п. 1 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», а именно целенаправленно добровольно продолжил свое участие в шествии в составе группы лиц, состоящей из не менее 1000 человек, скандирующей указанные выше лозунги, попыток покинуть место проведения шествия не предпринимал.

Своими действиями ФИО1 нарушил требования п. 1 ч. 3 ст. 6, ч. 4 ст. 17 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», оказал неповиновение законному требованию сотрудника полиции в лице инспектора ОООП УМВД России по Центральному району Санкт-Петербурга старшего лейтенанта полиции <...> Р.Б., в связи с исполнением им обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ.

ФИО3 обратился в Санкт-Петербургский городской суд с жалобой об отмене постановления судьи районного суда, прекращении производства по делу.

В обоснование жалобы указал, что вынесенное постановление является незаконным и необоснованным, в ходе рассмотрения дела не были установлены фактические обстоятельства дела, а в основу виновности положены недопустимые доказательства, составленные с процессуальными нарушениями. Так, в материалах дела не содержится указаний на то, в чем якобы выразилось продолжение участия ФИО3, неисполнения требования сотрудника полиции прекратить участие в публичном мероприятии. Требование сотрудника полиции имело чисто формальный характер и имело своей реальной целью создание условий для вменения ФИО1 административного правонарушения. Судьей не установлено в чем именно выразились вредные последствия в результате действий ФИО1, что свидетельствует о его невиновности. Сотрудником полиции при предъявлении требования к участникам публичного мероприятия не выполнены требования п.1 ч.1 ст. 5 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ, что является существенным нарушением. Заявитель жалобы просит учесть, что он фактически привлечен к ответственности дважды за одно и то же правонарушение по ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ и ч.5 ст. 20.2 КоАП РФ, что недопустимо. ФИО4 полагает, что его вина материалами дела не установлена, и ему необоснованно назначено чрезмерно суровое наказание. В ходе рассмотрения дела не учтено, что протокол об административном правонарушении составлен должностным лицом, которое не принимало участия в событиях на Невском проспекте, в том числе он не может быть принят в качестве доказательства, поскольку предрешает виновность лица, в отношении которого он составлен. Судом не была исследована видеозапись, имеющаяся в материалах дела, не были допрошены сотрудники полиции, составившие рапорта, а дело рассмотрено в отсутствии прокурора, что влечет отмену вынесенного судебного решения. Задержание и привлечение ФИО1 к административной ответственности представляет собой необоснованное вмешательство в его права, гарантированные требованиями Конвенции о защите прав человека и основных свобод, мотивы задержания ФИО1 в протоколе об административном задержании не разъяснены.

В судебном заседании ФИО1 и его защитник Багров Ю.Д. доводы жалобы поддержали в полном объеме.

Проверив материалы дела, доводы жалоб, выслушав участников процесса, нахожу жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Административная ответственность по ч. 1 ст. 19.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях наступает за неповиновение законному распоряжению или требованию сотрудника полиции, военнослужащего либо сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы либо сотрудника войск национальной гвардии Российской Федерации в связи с исполнением ими обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, а равно воспрепятствование исполнению ими служебных обязанностей, что влечет наложение административного штрафа в размере от пятисот до одной тысячи рублей или административный арест на срок до пятнадцати суток.

Согласно п. "б" ч. 1 ст. 2 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. N 3-ФЗ "О полиции", одним из основных направлений деятельности полиции является обеспечение правопорядка в общественных местах

В силу п. 5 ч. 1 ст. 12 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. N 3-ФЗ на полицию возлагается обязанность обеспечивать безопасность граждан и общественный порядок на улицах, площадях, стадионах, в скверах, парках, на транспортных магистралях, вокзалах, в аэропортах, морских и речных портах и других общественных местах.

Положениями ч. 7 ст. 13 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. N 3-ФЗ предусмотрено, что полиции для выполнения возложенных на нее обязанностей представляется право обращаться к группам граждан, нахождение которых в общественных местах не связано с проводимыми на законных основаниях публичными и массовыми мероприятиями, с требованием разойтись или перейти в другое место, если возникшее скопление граждан создает угрозу их жизни и здоровью, жизни и здоровью других граждан, объектам собственности, нарушает работу организаций, препятствует движению транспорта и пешеходов.

Согласно частям 3 и 4 ст. 30 Федерального закона от 07 февраля 2011 г. N 3-ФЗ, законные требования сотрудника полиции обязательны для выполнения гражданами и должностными лицами. Воспрепятствование выполнению сотрудником полиции служебных обязанностей, оскорбление сотрудника полиции, оказание ему сопротивления, насилие или угроза применения насилия по отношению к сотруднику полиции в связи с выполнением им служебных обязанностей либо невыполнение законных требований сотрудника полиции влечет ответственность, предусмотренную законодательством Российской Федерации.

Из материалов дела следует, что 05 мая 2018 года в период времени с 14 часов 15 минут до 16 часов 18 минут добровольно участвовал в проведении несогласованного публичного мероприятия в виде шествия, двигаясь по заранее определенному маршруту: от дома 1 по Адмиралтейскому проезду Санкт-Петербурга в сторону Невского проспекта, далее по Невскому проспекту до дома 46 по Невскому проспекту, в составе группы лиц, состоящей из не менее 1000 человек, скандирующей лозунги: «Он нам не царь», «ФИО2 - вор», «Четвертый срок тюремный», «Мы здесь власть», «Свободу политзаключенным», и демонстрирующей плакаты с надписью: «С меня хватит!», «Он нам не царь», «Не хочу как в Северной Корее», «Он нам не царь - уходи», таблички с надписью «Навальный», на тему: «ОН НАМ НЕ ЦАРЬ» с целью публичного выражения своего мнения и формирования мнения окружающих по поводу актуальных проблем общественно-политического характера, направленного на дискредитацию и срыв проведения инаугурации. Являясь участником несогласованного в установленном порядке публичного мероприятия в виде шествия, двигаясь по заранее определенному маршруту от дома 1 по Адмиралтейскому проезду Санкт-Петербурга в сторону Невского проспекта, далее по Невскому проспекту до дома 46 по Невскому проспекту, проведение которого не было согласовано с органом исполнительной власти Санкт-Петербурга в указанное время по указанному маршруту, то есть фактически шествие проводилось с нарушением требований Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях».

В связи с допущенными нарушениями установленного порядка проведения публичного мероприятия, информация о нарушении требований п. 1 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях» была доведена до участников мероприятия, в том числе и до гражданина ФИО1 сотрудником полиции - старшим инспектором ОООП У МВД России по Центральному району Санкт-Петербурга старшим лейтенантом полиции <...> Р.Б., осуществлявшим в соответствии со ст. 2, 12 Федерального закона от 07 февраля 2011 года № 3-ФЗ «О полиции» обязанности по обеспечению правопорядка в общественных местах и предупреждению и пресечению преступлений и административных правонарушении, который неоднократно публично уведомил всех лиц, участвующих в данном митинге, в том числе и ФИО1, и посредством громко-усиливающей аппаратуры потребовал прекратить шествие и разойтись.

Данное законное требование ФИО1 проигнорировал, несмотря на то, что на прекращение данных противоправных действий у участников данного несогласованного шествия, в т.ч. и у гражданина ФИО1 было не менее 1 минуты, однако в указанный промежуток времени ФИО1 продолжал нарушать требования п. 1 ч. 3 ст. 6 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», а именно целенаправленно добровольно продолжил свое участие в шествии в составе группы лиц, состоящей из не менее 1000 человек, скандирующей указанные выше лозунги, попыток покинуть место проведения шествия не предпринимал.

Своими действиями ФИО1 нарушил требования п. 1 ч. 3 ст. 6, ч. 4 ст. 17 Федерального закона от 19 июня 2004 года № 54-ФЗ «О собраниях, демонстрациях, митингах, шествиях и пикетированиях», оказал неповиновение законному требованию сотрудника полиции в лице инспектора ОООП УМВД России по Центральному району Санкт-Петербурга старшего лейтенанта полиции <...> Р.Б., в связи с исполнением им обязанностей по охране общественного порядка и обеспечению общественной безопасности, то есть совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Таким образом, ФИО1 совершил административное правонарушение, предусмотренное ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Факт совершения административного правонарушения и виновность ФИО1 подтверждены совокупностью доказательств, достоверность и допустимость которых сомнений не вызывают, а именно: протоколом об административном правонарушении от 05.05.2018 г. с описанием события правонарушения; протоколом ДЛ САП от 05.05.2018 г.; письменными объяснениями и рапортами сотрудников полиции <...> Р.Б., <...> А.С., <...> И.А.; копией сообщения из Комитета по вопросам правопорядка и безопасности; и иными доказательствами, исследованными при рассмотрении дела.

Совокупность исследованных доказательств является достаточной для установления вины ФИО1 совершении правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Довод жалобы о том, что судом не исследована представленная видеозапись подлежит отклонению, поскольку из текста постановления следует, что данная видеозапись была судом исследована наряду с иными представленными по делу доказательствами.

Действия ФИО1 правильно квалифицированы по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ.

Исходя из положений ст. 26.11 КоАП РФ, судья, осуществляющий производство по делу об административном правонарушении, наделен правом оценивать доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном и объективном исследовании всех обстоятельств дела в их совокупности.

Оснований для признания рапортов сотрудников полиции, недопустимыми доказательствами не имеется, поскольку изложенные в них обстоятельства согласуются между собой и с изложенным в протоколе об административном правонарушении событием административного правонарушения.

Данные документы отвечают требованиям, предъявляемым к доказательствам ст. 26.2 КоАП РФ.

Установив, что рапорта были составлены должностными лицами в рамках их должностных обязанностей, причиной составления рапортов послужило выявление совершения административного правонарушения, при этом порядок их составления был соблюден, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о допустимости такого доказательства по данному делу.

Обстоятельства, указанные в рапортах, данные сотрудники полиции подтвердили, дав подробные письменные объяснения, при даче которых они были предупреждены об административной ответственности за дачу заведомо ложных показаний по ст. 17.9 КоАП РФ.

При рассмотрении дел о привлечении лиц к ответственности за административное правонарушение, а также по жалобам и протестам на постановления по делам об административных правонарушениях в случае необходимости не исключается возможность вызова в суд должностных лиц для выяснения возникших вопросов. Вместе с тем, учитывая, что доказательства являются допустимыми, относимыми, сведения, указанные в них, непротиворечивы, оснований для допроса сотрудников полиции, представивших доказательства, не имеется.

В силу положений ст. 26.2 КоАП РФ доказательствами по делу об административном правонарушении являются любые фактические данные, на основании которых судья, орган, должностное лицо, в производстве которых находится дело, устанавливают наличие или отсутствие события административного правонарушения, виновность лица, привлекаемого к административной ответственности, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела.

Все доказательства, имеющиеся в материалах дела, получили надлежащую оценку в соответствии с требованиями ст. 26.11 КоАП РФ.

Протокол об административном правонарушении в отношении ФИО1 составлен в соответствии с требованиями ст. 28.2 КоАП РФ, уполномоченным на то должностным лицом, содержит все необходимые сведения для рассмотрения дела, в том числе в нем полно описано событие вмененного административного правонарушения, предусмотренного ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ, права ФИО1 разъяснены, в связи с чем, также отвечает признакам допустимости доказательства по делу.

Довод жалобы о том, что протокол об административном правонарушении составлен должностным лицом, не принимавшим участие в событиях на Невском проспекте подлежит отклонению, поскольку, исходя из совокупного толкования положений ст. 28.2 КоАП РФ п.1 ч.2 ст. 28.3 КоАП РФ, протокол об административном правонарушении составляется должностным лицом, уполномоченным на его составление, при этом зависимости о того выявило ли должностное лицо самостоятельно правонарушение или составило его по собранным по делу доказательствам, действующим законодательством не установлено. Учитывая, что протокол об административном правонарушении составлен на основании представленных в дело доказательств и обобщает изложенное в них, оснований для признания протокола недопустимым доказательством по делу не имеется.

Оснований ставить под сомнение достоверность содержания протокола об административном правонарушении, составленного в отношении ФИО1, представленного наряду с иными письменными документами в материалах дела об административном правонарушении, не имеется.

Каких-либо противоречий или неустранимых сомнений, влияющих на правильность вывода судьи о доказанности вины ФИО1 в совершении описанного выше административного правонарушения, материалы дела не содержат.

Нарушений Конституции Российской Федерации, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, при рассмотрении дела в отношении ФИО1, а также норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которые могли бы послужить основанием отмены постановления судьи, по делу не установлено.

Вопреки доводам жалобы, протоколы применения мер обеспечения производства по делу об административном правонарушении составлены в соответствии с требованиями закона, все сведения, необходимые для правильного разрешения дела, в них отражены, а потому нет оснований для признания их недопустимыми доказательствами.

В соответствии с ч.1 ст. 27. 3 КоАП РФ Административное задержание, то есть кратковременное ограничение свободы физического лица, может быть применено в исключительных случаях, если это необходимо для обеспечения правильного и своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, исполнения постановления по делу об административном правонарушении.

Учитывая необходимость своевременного рассмотрения дела об административном правонарушении, то обстоятельство, что санкцией ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ предусмотрено административное наказание в виде административного ареста, к ФИО1 обосновано применена мера обеспечения по делу об административном правонарушении в виде административного задержания. Каких-либо процессуальных нарушений при составлении протокола об административном задержании или недостаточных сведений в нем не усматривается.

Довод жалобы о том, что сотрудником полиции при предъявлении требования к участникам публичного мероприятия не выполнены требования п.1 ч.1 ст. 5 Федерального закона «О полиции» от 07.02.2011 № 3-ФЗ, не является основанием к отмене постановленного по делу решения, поскольку законность требований сотрудников полиции, предъявленных ФИО1 при осуществлении ими полномочий по охране общественного порядка в связи проведением не согласованного в установленном законом порядке публичном мероприятии сомнений не вызывает. Каких-либо доказательств, свидетельствующих о неправомерности действий сотрудников полиции, в деле не имеется и с жалобой не представлено.

В ходе рассмотрения данного дела судьей районного суда Санкт-Петербурга в соответствии с требованиями статьи 24.1 КоАП РФ были всесторонне, полно, объективно и своевременно выяснены обстоятельства совершенного административного правонарушения. В соответствии с требованиями статьи 26.1 КоАП РФ судом установлено наличие события административного правонарушения, лицо, его совершившее, виновность указанного лица в совершении административного правонарушения, иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, а также причины и условия совершения административного правонарушения.

По существу доводы жалобы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта.

Доводы жалобы об отсутствии события административного правонарушения, и об отсутствии доказательств вины ФИО1 в его совершении, являлись предметом проверки суда первой инстанции, и обоснованно отклонены.

Все заявленные ходатайства разрешены в порядке, установленном ст. 24.4 КоАП РФ, с вынесением соответствующих определений. Правильность выводов суда первой инстанции не вызывает никаких сомнений.

Так же прихожу к выводу о том, что довод об обязательности привлечения прокурора рассмотрению дела для поддержания стороны обвинения является несостоятельным, поскольку в соответствии со ст. 25.11 КоАП РФ, прокурор извещается по делам об административных правонарушениях, возбужденных в отношении несовершеннолетних, а так же по делам, возбужденным по инициативе прокурора. Учитывая, что ФИО1 является совершеннолетним лицом, то, что дело не было возбуждено прокурором, а так же то обстоятельство, что сторона обвинения нормами КоАП РФ не предусмотрена, оснований для вызова прокурора в судебное заседание не имеется.

Административные санкции сопровождались полноценным, независимым и беспристрастным судебным разбирательством, судебное постановление является мотивированным.

Никаких неустранимых сомнений, которые должны бы трактоваться в пользу ФИО1 материалы дела не содержат.

При рассмотрении настоящего дела судьей районного суда не нарушены требования ст. 1.5 Кодекса РФ об административных правонарушениях, каких-либо данных, которые могли бы свидетельствовать о предвзятости судьи, в материалах дела не имеется, принцип презумпции невиновности судьей не нарушен, неустранимых сомнений по делу не усматривается.

Нарушений Конституции Российской Федерации, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, при рассмотрении дела в отношении ФИО1 а также норм Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, которые могли бы послужить основанием отмены постановления судьи, по делу не установлено.

Доводы о том, что ФИО1 дважды привлечен к административной ответственности на основании одних и тех же фактических обстоятельств, поскольку по данному же факту он привлечен к административной ответственности по ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ, подлежит отклонению, поскольку административная ответственность по ч. 5 ст. 20.2 КоАП РФ наступает за нарушение участником публичного мероприятия установленного порядка проведения собрания, митинга, демонстрации, шествия или пикетирования, в то время как ответственность по ч. 1 ст. 19.3 КоАП РФ наступает за неповиновение законному распоряжению сотрудника полиции, военнослужащего, сотрудника органов федеральной службы безопасности, сотрудника органов государственной охраны, сотрудника органов, осуществляющих федеральный государственный контроль (надзор) в сфере миграции, либо сотрудника органа или учреждения уголовно-исполнительной системы либо сотрудника войск национальной гвардии Российской Федерации.

В соответствии с общими правилами назначения административного наказания, предусмотренными ч. 1 ст. 4.1 КоАП РФ, административное наказание за совершение административного правонарушения назначается в пределах, установленных законом, предусматривающим ответственность за данное административное правонарушение, в соответствии с КоАП РФ.

При назначении административного наказания физическому лицу учитываются характер совершенного им административного правонарушения, личность виновного, его имущественное положение, обстоятельства, смягчающие административную ответственность, и обстоятельства, отягчающие административную ответственность (ч. 2 ст. 4.1 КоАП РФ).

Согласно ч. 1 ст. 3.9 КоАП РФ, административный арест заключается в содержании нарушителя в условиях изоляции от общества и устанавливается на срок до пятнадцати суток. Административный арест назначается судьей. Административный арест устанавливается и назначается лишь в исключительных случаях за отдельные виды административных правонарушений и не может применяться к беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до четырнадцати лет, лицам, не достигшим возраста восемнадцати лет, инвалидам I и II групп, военнослужащим, гражданам, призванным на военные сборы, а также к имеющим специальные звания сотрудникам органов внутренних дел, органов и учреждений уголовно-исполнительной системы, Государственной противопожарной службы, органов по контролю за оборотом наркотических средств и психотропных веществ и таможенных органов. (ч. 2 ст. 3.9), срок административного задержания включается в срок административного ареста. (часть 3).

Материалы дела не содержат сведений о том, что ФИО1 относится к лицам, указанным в ч. 2 ст. 3.9 КоАП РФ.

Наказание в виде административного ареста назначено ФИО1 с учетом вышеизложенных требований действующего законодательства, оснований для отмены или изменения назначенного наказания не усматривается.

Каких-либо данных, свидетельствующих о малозначительности правонарушения, а также наличии исключительных обстоятельств, связанных с характером совершенного административного правонарушения и его последствиями, личностью и имущественным положением привлекаемого к административной ответственности физического лица, ФИО1 не представлено.

Постановление о привлечении ФИО1 к административной ответственности вынесено в пределах срока давности привлечения к административной ответственности, установленного ч. 1 ст. 4.5 КоАП РФ для данной категории.

По существу доводы жалобы не содержат правовых аргументов, ставящих под сомнение законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, поскольку направлены на переоценку имеющихся в деле доказательств, которые были исследованы судьей районного суда при рассмотрении дела об административном правонарушении.

Нарушений норм материального и процессуального права, влекущих отмену или изменение постановления судьи по делу не имеется.

С учетом изложенного, руководствуясь ст. 30.7 КоАП РФ,

Р Е Ш И Л :

Постановление судьи Калининского районного суда Санкт-Петербурга от 06 мая 2018 года, вынесенное в отношении ФИО1 по делу об административном правонарушении, предусмотренном ч.1 ст. 19.3 КоАП РФ, - оставить без изменения, жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Судья Куприк С.В.