Решение № 2-2646/2020 2-2646/2020~М-2695/2020 М-2695/2020 от 2 сентября 2020 г. по делу № 2-2646/2020

Дело №2-2646/2020


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

02 сентября 2020 года г. Белгород

Октябрьский районный суд г. Белгорода в составе:

председательствующего судьи Орловой Е.А.,

при секретаре Ермолиной К.Е.,

с участием представителя истца ФИО1 – ФИО2 (по доверенности от 31.07.2018),

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда,

установил:

23.06.2020 истец ФИО1 обратился в суд с вышеуказанным иском, ссылаясь на наличие права на реабилитацию, просит взыскать с Министерства финансов Российской Федерации в лице Управления федерального казначейства по Белгородской области компенсацию морального вреда в размере 500 000 руб. (л.д. 4, 5).

В судебное заседание истец ФИО1, обеспечивший участие в деле своего представителя ФИО2, представитель ответчика Министерства финансов РФ, представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, прокуратуры Белгородской области, СУ СК России по Белгородской области, третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований, следователь первого отдела СУ СК России по Белгородской области ФИО3 не явились, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом: истец - смс-извещением, остальные лица - по электронной почте (л.д. 141-144, 148 оборот). Представитель ответчика Министерства финансов РФ участвовал в судебном заседании до перерыва, извещен о времени и месте судебного заседания, представил в материалы дела возражения на иск (л.д. 41-45, 54-58, 140 оборот). Представитель третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований, прокуратуры Белгородской области ходатайствовал о рассмотрении дела без его участия, представив возражения на иск (л.д. 154-156).

В силу ст. 167 ГПК РФ неявка лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного заседания, не препятствует рассмотрению гражданского дела.

Представитель истца ФИО1 – ФИО2 настаивал на удовлетворении иска.

Изучив материалы гражданского дела, выслушав объяснения представителя истца ФИО1 – ФИО2, показания свидетелей К.О.А. К.А.Ю. суд приходит к следующему выводу.

В соответствии со ст. 53 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц.

Применительно к п. 1 ст. 1099 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ) основания и размер компенсации гражданину морального вреда определяются правилами, предусмотренными главой 59 ГК РФ (обязательства вследствие причинения вреда) и ст. 151 ГК РФ.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права, либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Как следует из п. 1 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, возмещается за счет казны Российской Федерации, а в случаях, предусмотренных законом, за счет казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования в полном объеме независимо от вины должностных лиц органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры и суда в порядке, установленном законом.

В силу п. 2 ст. 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконной деятельности органов дознания, предварительного следствия, прокуратуры, не повлекший последствий, предусмотренных п. 1 настоящей статьи, возмещается по основаниям и в порядке, которые предусмотрены ст. 1069 ГК РФ.

Согласно ст. 1069 ГК РФ вред, причиненный гражданину или юридическому лицу в результате незаконных действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления либо должностных лиц этих органов, в том числе в результате издания не соответствующего закону или иному правовому акту акта государственного органа или органа местного самоуправления, подлежит возмещению за счет соответственно казны Российской Федерации, казны субъекта Российской Федерации или казны муниципального образования.

В соответствии с п.п. 34, 35, 55 ст. 5 УПК РФ реабилитация - порядок восстановления прав и свобод лица, незаконно или необоснованно подвергнутого уголовному преследованию, и возмещения причиненного ему вреда; реабилитированный - лицо, имеющее в соответствии с данным Кодексом право на возмещение вреда, причиненного ему в связи с незаконным или необоснованным уголовным преследованием; уголовное преследование - процессуальная деятельность, осуществляемая стороной обвинения в целях изобличения подозреваемого, обвиняемого в совершении преступления.

Право на реабилитацию включает в себя, в том числе и право устранения последствий морального вреда. Вред, причиненный гражданину в результате уголовного преследования, возмещается государством в полном объеме независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда (ч. 1 ст. 133 УПК РФ).

Частями 2 и 3 ст. 133 названного Кодекса установлено, что право на реабилитацию, в том числе на возмещение вреда, имеют лица, по уголовным делам, в отношении которых был вынесен оправдательный приговор или уголовное преследование в отношении которых было прекращено в связи с отказом государственного обвинителя от обвинения, за отсутствием события преступления, отсутствием состава преступления, за непричастностью лица к совершению преступления и по некоторым другим основаниям, а также лица, в отношении которых было отменено незаконное или необоснованное постановление суда о применении принудительной меры медицинского характера.

Как следует из п.п. 13, 14 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 (ред. от 02.04.2013) «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве» - с учетом положений статей 133 УПК РФ и 1070 ГК РФ вред, причиненный гражданину в результате незаконного или необоснованного уголовного преследования, например, незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного задержания, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу и иных мер процессуального принуждения, незаконного применения принудительных мер медицинского характера, возмещается государством в полном объеме (в том числе с учетом требований статьи 15 ГК РФ) независимо от вины органа дознания, дознавателя, следователя, прокурора и суда за счет казны Российской Федерации.

К участию в делах по требованиям реабилитированных о возмещении имущественного вреда в качестве ответчика от имени казны Российской Федерации привлекается Министерство финансов Российской Федерации. Интересы Министерства финансов Российской Федерации в судах представляют по доверенности (с правом передоверия) управления Федерального казначейства по субъектам Российской Федерации.

Таким образом, гражданским законодательством установлены дополнительные гарантии для защиты прав граждан и юридических лиц от незаконных действий (бездействия) органов государственной власти, направленные на реализацию положений ст. ст. 52, 53 Конституции РФ, согласно которым каждый имеет право на возмещение государством вреда, причиненного незаконными действиями (или бездействием) органов государственной власти или их должностных лиц, в том числе злоупотреблением властью.

Исходя из разъяснений, данных в п. 21 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 29.11.2011 №17 «О практике применения судами норм главы 18 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, регламентирующих реабилитацию в уголовном судопроизводстве», при определении размера денежной компенсации морального вреда реабилитированному судам необходимо учитывать степень и характер физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями лица, которому причинен вред, иные заслуживающие внимания обстоятельства, в том числе продолжительность судопроизводства, длительность и условия содержания под стражей, вид исправительного учреждения, в котором лицо отбывало наказание, и другие обстоятельства, имеющие значение при определении размера компенсации морального вреда, а также требования разумности и справедливости.

Применительно к приведенным положениям закона и разъяснениям Пленума Верховного Суда Российской Федерации в ходе судебного заседания установлено, что ФИО1 проходил службу в органах внутренних дел. С февраля 2015 года по 28.07.2016 он состоял в должности дежурного изолятора временного содержания подозреваемых ОМВД России по Краснояружскому району Белгородской области.

Приказом и.о. начальника УМВД России по Белгородской области от № он уволен со службы в органах внутренних дел по п. 6 ч. 2 ст. 82 Федерального закона №3420-ФЗ от 30.11.2011 «О службе в органах внутренних дел Российской Федерации и внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», т.е. в связи с грубым нарушением служебной дисциплины. Приказ доведен до сведения личного состава ОМВД России по Краснояружскому району (л.д. 12, 13).

Апелляционным определением судебной коллегии по гражданским делам Белгородского областного суда от 27.11.2018 отменено решение Октябрьского районного суда г. Белгорода от 15.08.2018 по делу по иску ФИО1 к УМВД России по Белгородской области о признании незаконным заключения по результатам служебной проверки, приказа об увольнении и восстановлении на работе, постановлено: принять по делу новое решение, которым признать незаконными заключение по результатам служебной проверки от 21.07.2016, приказ врио начальника УМВД России по Белгородской области № от ДД.ММ.ГГГГ об увольнении ФИО1 со службы в органах внутренних дел РФ; восстановить ФИО1 на службе в должности дежурного группы режима изолятора временного содержания подозреваемых и обвиняемых ОМВД России по Краснояружскому району Белгородской области с 29.07.2016 (л.д. 21-26).

Приказом УМВД России по Белгородской области от 28.12.2018 ФИО1 восстановлен на службе в органах внутренних дел (л.д. 27).

Также в ходе судебного заседания установлено, что 30.06.2016 в отношении ФИО1 было возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291 УК РФ (л.д. 82).

28.07.2016 в отношении ФИО1 избрана мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке (л.д. 95).

Следует отметить, что избранная в отношении истца мера принуждения в виде обязательности явки не ограничивало его право на свободу передвижения, поскольку ее содержание заключается лишь в обязательстве явки по вызову следователя (ст. 112 УПК РФ).

30.11.2016 постановлением следователя по особо важным делам первого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Белгородской области З.К.В. ФИО1 привлечен в качестве обвиняемого по данному уголовному делу с предъявлением ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ (л.д. 97, 98).

05.12.2016 уголовное преследование в отношении ФИО1 в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291 УК РФ, прекращено по основанию, предусмотренному п. 2 ч. 1 ст. 24 УПК РФ в связи с отсутствием в действиях состава преступления. Уголовное преследование в отношении него по факту дачи взятки по признакам преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ продолжено (л.д. 101, 102).

ФИО1 обвинялся в даче взятки во время прохождения медосвидетельствования его дочери ФИО4, которую он сопровождал при прохождении медицинского освидетельствования в период с 18.03.2016 по 30.06.2016.

Так, исходя из приговора мирового судьи судебного участка №7 Восточного округа г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ, ФИО1 обвинялся в том, что <данные изъяты>

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Действия ФИО1 квалифицированы органом предварительного следствия по ч. 1 ст. 291.2 УК РФ – мелкое взяточничество, дача взятки лично в размере, не превышающем 10 000 руб.

Приговором мирового судьи судебного участка №7 Восточного округа г. Белгорода от 02.06.2017 установлено, что ФИО1 знаком с Р.О.Л. несколько лет, у них сложились приятельские отношения.

<данные изъяты>

Суд указал, что предъявленное обвинение не нашло своего подтверждения в судебном заседании, ввиду отсутствия доказательств совершения ФИО1 вышеуказанного преступления при обстоятельствах, изложенных в его обвинении, а равно самого факта наличия события этого преступления. При наличии общих и неконкретных показаний свидетелей, данных ими в ходе следствия и в суде, иных доказательств по факту дачи ФИО1 мелкой взятки Р.О.Л. <данные изъяты>

Органом дознания и государственным обвинителем не было представлено доказательств, подтверждающих обоснованность обвинения ФИО1 в инкриминируемом ему преступлении, в соответствии с ч. 3 ст. 14 УПК РФ все сомнения в виновности обвинения, которые могут быть устранены в порядке, установленном УПК РФ толкуются в пользу обвиняемого. Изложенные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии в материалах уголовного дела достаточной совокупности доказательств, подтверждающих вину подсудимого ФИО1 в совершении преступления, предусмотренном ч. 1 ст. 291.2 УК РФ, наличия в его действиях такого состава преступления.

Приговором мирового судьи судебного участка №7 Восточного округа г. Белгорода от ДД.ММ.ГГГГ постановлено: признать невиновным ФИО1 по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 291.2 УК РФ и оправдать его в связи с отсутствием в его деянии состава преступления, на основании п. 3 ч. 2 ст. 302 УПК РФ; признать за ФИО1 право на реабилитацию и возмещение имущественного, морального вреда, восстановление трудовых, пенсионных, жилищных и иных прав в порядке, предусмотренном ст. ст. 135, 136 и 138 УПК РФ, в части его оправдания по предъявленному обвинению в совершении преступления, предусмотренному ч. 1 ст. 291.2 УПК РФ; до вступления приговора в законную силу ФИО1 меру пресечения в виде подписки о невыезде и надлежащем поведении отменить (л.д. 14-18).

17.07.2017 апелляционным постановлением приговор мирового судьи судебного участка №7 Восточного округа г. Белгорода от 02.06.2017 оставлен без изменения (л.д. 19, 20).

После отмены упомянутого апелляционного постановления апелляционным постановлением Свердловского районного суда г. Белгорода от 25.12.2017 указанный приговор вновь отставлен без изменения (л.д. 123-125).

Таким образом, уголовное преследование в отношении ФИО1 длилось с 30.06.2016 по 25.12.2017.

Доводы представителя истца о переживаниях ФИО1 по поводу истребования УМВД России по Белгородской области личного дела его дочери - ФИО4 и недопуску ее к экзамену из-за уголовного преследования в отношении него, нашли частичное подтверждение в ходе судебного заседания.

Согласно ответу Белгородского юридического института МВД России им. И.Д. Путилина личное дело кандидата К.А.Ю. возвращено институтом ДД.ММ.ГГГГ в УМВД России по Белгородской области по запросу от ДД.ММ.ГГГГ по причине проведения проверки законности прохождения К.А.Ю. военно-врачебной комиссии. Во вступительных и дополнительных вступительных испытаниях при приеме на обучение в институт в 2016 и 2017 годах она не принимала участия (л.д. 138).

Исходя из ответа УМВД России по Белгородской области, ДД.ММ.ГГГГ из Белгородского юридического института им. И.Д. Путилина истребовано личное дело абитуриентки К.А.Ю. которое ДД.ММ.ГГГГ получено Оперативно-разыскной частью собственной безопасности УМВД России по Белгородской области. ДД.ММ.ГГГГ личное дело возвращено в Управление по работе с личным составом УМВД России по Белгородской области, откуда ДД.ММ.ГГГГ направлено в территориальный орган, формировавший личное дело абитуриента – ОМВД России по Краснояружскому району. Причину истребования личного дела ФИО4 в 2016 году не могут установить, ссылаясь на давность событий (л.д. 145).

Как следует из показаний свидетелей К.О.А. (жена истца) и К.А.Ю. (дочь истца), которым разъяснены положения ст. 51 Конституции РФ, уголовная ответственность за дачу заведомо ложных показаний по ст. 307 УК РФ (л.д. 173), в период уголовного преследования ФИО1, будучи ответственным человеком, не имеющим нареканий, дисциплинарных взысканий, был морально подавлен, сильно переживал ввиду его увольнения со службы, уголовного преследования, ввиду чего в семье происходили конфликты. Свидетели подтвердили, что лишь после возвращения личного дела К.А.Ю. из УМВД России по Белгородской области ей было предложено сдать экзамен, данным правом она воспользовалась, но экзамен не прошла.

Суд принимает показания свидетелей, поскольку они соответствуют материалам уголовного дела, оснований сомневаться в их достоверности у суда не имеется.

В соответствии с нормами гражданского законодательства одним из обязательных условий наступления ответственности за вред, причиненный действиями (бездействием) государственного органа (должностных лиц государственного органа), является неправомерность действий причинителя вреда, которая устанавливается только в судебном порядке.

Согласно пункту 2 статьи 1101 ГК РФ размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред.

Определяя размер компенсации морального вреда, суд, применяя положения статьи 1101 ГК РФ, исходит не только из того, что истец, как лицо, в отношении которого имело место незаконное уголовное преследование, имеет право на выплату компенсации морального вреда, но и из обязанности суда не допустить неосновательного его обогащения.

Обязанность по соблюдению предусмотренных законом требований разумности и справедливости должна обеспечить баланс частных и публичных интересов с тем, чтобы выплата компенсации морального вреда одним категориям граждан не нарушала бы права других категорий граждан, учитывая, что казна Российской Федерации формируется в соответствии с законодательством за счет налогов, сборов и платежей, взимаемых с граждан и юридических лиц, которые распределяются и направляются как на возмещение вреда, причиненного государственными органами, так и на осуществление социальных и других значимых для общества программ, для оказания социальной поддержки гражданам, на реализацию прав льготных категорий граждан.

Проанализировав всю совокупность представленных сторонами и исследованных судом доказательств, оценивая их в соответствии с правилами статей 12, 56, 67 ГПК РФ и с учетом всех фактических обстоятельств дела, привлечения истца к уголовной ответственности, вида и продолжительности избранной меры процессуального принуждения и всего уголовного преследования в целом (1 год 5 месяцев 25 дней), в том числе видов процессуальных действий по уголовному делу (включая допросы истца в качестве подозреваемого, обвиняемого, допросы его дочери, жены в качестве свидетелей), переживаний истца относительно обстоятельств уголовного преследования; оглашения сослуживцам причины его увольнения, болезнь жены истца, негативного психологического климата в семье истца во время уголовного преследования, усложнившего взаимоотношения с близкими, оснований, послуживших прекращению уголовного преследования, категории преступления, в котором обвинялся ФИО1, принимая во внимание его возраст, должность, степень и характер нравственных страданий, причиненных ему незаконным уголовным преследованием, положительно характеризирующие данные его личности, наличия медали «За отличие в службе» III степени, а также восстановление истца на работе, суд приходит к выводу о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства финансов РФ в пользу истца компенсацию морального вреда в размере 200 000 руб., что вполне соответствует критерию разумности и справедливости и будет способствовать восстановлению прав, нарушенных в результате незаконного уголовного преследования.

Доказательств причинения морального вреда истцу на сумму, заявленную в просительной части иска, не представлено.

Следственные действия не были направлены на нарушение гражданских прав истца, предусмотренных Конституцией РФ и нормами международного права, но преследовали цель раскрытия преступления путем совершения процедур, предусмотренных нормами уголовного права и процесса.

На основании изложенного суд приходит к выводу об удовлетворении заявленных требований в части, а именно о взыскании с Российской Федерации в лице Министерства Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсации морального вреда в размере 200 000 руб., отказав в удовлетворении остальной части исковых требований.

Руководствуясь ст. ст. 194 – 199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковое заявление ФИО1 к Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации о взыскании компенсации морального вреда удовлетворить в части.

Взыскать с Российской Федерации в лице Министерства финансов Российской Федерации за счет казны Российской Федерации в пользу ФИО1 компенсацию морального вреда в размере 200 000 (двести тысяч) руб.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в судебную коллегию по административным делам Белгородского областного суда в течение месяца с момента изготовления мотивированного решения суда путем подачи апелляционной жалобы через Октябрьский районный суд г. Белгорода.

<данные изъяты>

<данные изъяты>

Судья Е.А. Орлова