Решение № 2-4326/2018 2-563/2019 2-563/2019(2-4326/2018;)~М-3835/2018 М-3835/2018 от 6 марта 2019 г. по делу № 2-4326/2018

Дело №2-563/2019


Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

07 марта 2019 года г. Челябинск

Ленинский районный суд города Челябинска в составе:

председательствующего Пашковой А.Н.,

при секретаре Гумеровой А.И.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью предприятие «КРОТ» к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения,

У С Т А Н О В И Л :

ООО Предприятие «КРОТ» обратилось в суд с иском к ФИО1 о взыскании суммы неосновательного обогащения, указав что ответчику в период с ДД.ММ.ГГГГ года было передано в аренду имущество - бульдозер Б-170М01ЕН, буровая установка БМ 205 13 государственный номер № и бригадный вагон-домик «Кедр». ФИО1 от заключения договора аренды данного имущества уклонился, денежные средства за аренду не оплачивал, до настоящего времени не вернул имущество ООО Предприятие «КРОТ». Истец просит взыскать с ответчика ФИО1 сумму неосновательного обогащения в виде стоимости аренды переданного ему имущества за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ в размере 4 133 000 рублей с учетом произведенного расчета специалистом ООО «Негосударственное экспертное учреждение «ЭСКОНС».

Представитель истца ФИО2 в судебном заседании наставал на удовлетворении исковых требований по изложенным в иске основаниям, пояснил что доказательства нахождения имущества у ответчика ФИО1 являются пояснения лиц, опрошенных в ходе доследственной проверки правоохранительными органами, а также то обстоятельство, что имущество до настоящего времени не находится в распоряжении истца. Представитель истца возражал относительно применения последствий пропуска срока исковой давности по ходатайству, заявленному ответчиком.

Ответчик ФИО1 в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом о дне, времени и месте слушания дела, представил письменные пояснения по делу.

Представитель ответчика ФИО3, действующая на основании доверенности (л.д. 88-89 том 1), в судебном заседании исковые требования не признала, просила в удовлетворении исковых требований отказать, пояснила что имущество, указанное истцом не передавалось ФИО1, надлежащие доказательства данного обстоятельства стороной истца не представлены, поддержала доводы, изложенные в письменном отзыве на исковое заявление и дополнении к отзыву на исковое заявление (л.д. 221-222, 236-238 том 1), заявила о применении судом последствий пропуска истцом срока исковой давности в части требований о взыскании суммы неосновательного обогащения за период с ДД.ММ.ГГГГ.

Суд, заслушав представителя истца, представителя ответчика, исследовав материалы дела, дав оценку представленным сторонами доказательствам, приходит к выводу о необходимости отказа в удовлетворении иска ООО Предприятие «КРОТ».

В соответствии со ст. 606 Гражданского кодекса РФ по договору аренды (имущественного найма) арендодатель (наймодатель) обязуется предоставить арендатору (нанимателю) имущество за плату во временное владение и пользование или во временное пользование.

На основании ч. 1 ст. 607 Гражданского кодекса РФ в аренду могут быть переданы земельные участки и другие обособленные природные объекты, предприятия и другие имущественные комплексы, здания, сооружения, оборудование, транспортные средства и другие вещи, которые не теряют своих натуральных свойств в процессе их использования (непотребляемые вещи).

Согласно ч. 1 ст. 609 Гражданского кодекса РФ договор аренды на срок более года, а если хотя бы одной из сторон договора является юридическое лицо, независимо от срока, должен быть заключен в письменной форме.

В обоснование своих исковых требований ООО Предприятие «КРОТ» ссылается на то обстоятельство, что по договору аренды, от заключения которого ФИО1 уклонился, в пользование ответчика ФИО1, было передано имущество, принадлежащее ООО Предприятие «КРОТ».

В своем исковом заявлении истец указывает на переданное имущество - бульдозер Б-170М01ЕН, буровую установку БМ 205 13 государственный регистрационный номер № и вагон-домик «Кедр».

В соответствии с п. 3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года №49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» несоблюдение требований к форме договора при достижении сторонами соглашения по всем существенным условиям (пункт 1 статьи 432 ГК РФ) не свидетельствует о том, что договор не был заключен. В этом случае последствия несоблюдения формы договора определяются в соответствии со специальными правилами о последствиях несоблюдения формы отдельных видов договоров, а при их отсутствии - общими правилами о последствиях несоблюдения формы договора и формы сделки (статья 162, пункт 3 статьи 163, статья 165 ГК РФ)… Договор аренды движимого имущества на срок более года, а если хотя бы одной из сторон договора является юридическое лицо, независимо от срока, должен быть заключен в письменной форме, при несоблюдении которой стороны не вправе ссылаться на свидетельские показания в подтверждение договора и его условий (пункт 1 статьи 162 ГК РФ).

Стороной истца в обоснование своих доводов представлено письменное доказательство - акт от ДД.ММ.ГГГГ, отражающий обстоятельства передачи ООО Предприятие «КРОТ» ДД.ММ.ГГГГ бульдозера марки Б-17М01ЕН, ДД.ММ.ГГГГ буровой установки БМ 20513 государственный номер №, ДД.ММ.ГГГГ вагона-домика «Кедр» в пользу ФИО1 для эксплуатации на строительстве завода в городе Коркино. Данный акт составлен и подписан руководителем, сотрудником и учредителем ООО Предприятие «КРОТ» (л.д. 65 том 1).

Представленный стороной истца акт не подписан со стороны ФИО1, не признается им, и не может служить допустимым доказательством передачи спорного имущества ответчику в рамках настоящего дела, поскольку по своей природе, не является элементом сделки, а носит характер подтверждения передачи имущества лицами, заинтересованными в исходе рассмотрения настоящего спора, фактически аналогом свидетельских показаний, которые при отсутствии соблюдения письменной формы сделки, не могут быть использованы в качестве доказательств.

Также истец в подтверждение своих доводов о передаче движимого имущества ответчику ФИО1 ссылается на объяснения ФИО4, ФИО5, ФИО6 и ФИО7, отобранные оперуполномоченным отделения экономической безопасности и противодействия коррупции ОП «Советский» в рамках проверки по устному заявлению ООО Предприятие «КРОТ» о преступлении (л.д. 12-19 том 1).

На данные пояснения сторона истца ссылается как на свидетельские показания в обоснование своих доводов о передаче спорного имущества в аренду, однако в силу п. 1 ст. 162 Гражданского кодекса РФ, сторона истца лишена права ссылаться на свидетельские показания в обоснование доводов в подтверждение сделки и ее условий.

Более того, при анализе объяснений, данных в ходе доследственной проверки, следует вывод, что опрошенные ФИО4, ФИО5 и ФИО6 указывают на то обстоятельство, что в период, который они не могут указать однозначно (примерно ДД.ММ.ГГГГ год или ДД.ММ.ГГГГ год), они работали в ООО «КРОТ», их руководитель ФИО8 предложил им работу на объекте, на котором находился ФИО1 с использованием спецтехники ООО «КРОТ», которая была доставлена с Предприятия. Ни одно из опрошенных лиц не указывает на индивидуальные признаки спецтехники, которая находилась в ДД.ММ.ГГГГ года на строительном объекте, возглавляемом ФИО1 Более того, указанные лица поясняют о работе трактора Т 170, при том, что в обоснование своего иска истец ссылается на передачу ФИО1 бульдозера Б-170М01ЕН.

Следует отметить, что ФИО5 дает пояснения о том, что заработную плату ему оплачивал ФИО8 в течении двух месяцев в период работы на объекте у «знакомого ФИО8 Качалабы».

При таких обстоятельствах, а также учитывая принцип непосредственности судебного разбирательства, данные пояснения не могут быть расценены судом, как доказательства заключения договора аренды, или доказательства передачи спорного имущества ФИО1

Более того, из пояснений указанных лиц в любом случае не следует передача спорного имущества ФИО1 в пользование на длительный период времени на каком либо праве, поскольку в них содержаться сведения о проведении работ работниками ООО Предприятие «КРОТ» не позднее ДД.ММ.ГГГГ года с использованием спецтехники, принадлежащей Предприятию.

Из взаимосогласованных пояснений сторон настоящего спора, а также материалов дела следует, что между ООО Предприятие «КРОТ» и ФИО1 в нарушение ст. 609 Гражданского кодекса РФ договор аренды движимого имущества - бульдозера Б-170М01ЕН, буровой установки БМ 20513 и вагона-домика «Кедр» не заключался.

Как разъяснено в пункте 12 Пленума ВАС РФ Постановление от 17 ноября 2011 года №73 «Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса РФ о договоре аренды» споры по искам собственников, имущество которых было сдано в аренду неуправомоченным лицом, о взыскании стоимости пользования этим имуществом за период его нахождения в незаконном владении подлежат разрешению в соответствии со ст. 303 ГК РФ. Положения данной статьи являются специальными для регулирования отношений, связанных с извлечением доходов от незаконного владения имуществом, и в силу ст. 1103 ГК РФ имеют приоритет перед общими правилами о возврате неосновательного обогащения (ст. 1102, п. 2 ст. 1105 ГК РФ). Ст. 303 ГК РФ подлежит применению как при истребовании имущества в судебном порядке, так и при добровольном его возврате во внесудебном порядке невладеющему собственнику лицом, в незаконном владении которого это имущество фактически находилось.

Представитель истца указывает, что ФИО1, находясь в дружеских отношениях с ФИО8, получил от него спецтехнику и вагон-домик «Кедр».

Между тем, ООО Предприятие «КРОТ», не заявляя требований в рамках настоящего спора об истребовании имущества из чужого незаконного владения, требует взыскать сумму арендной платы, настаивая на заключении ООО Предприятие «КРОТ» с ФИО1 договора аренды. И требования о взыскании арендной платы заявлены как требования о взыскании суммы неосновательного обогащения.

Фактически ООО Предприятие «КРОТ» ссылается на то обстоятельство, что принадлежащее им имущество было предоставлено в пользование ФИО1 по незаключенному договору аренды.

Судом в ходе подготовки дела к судебному разбирательству в ходе предварительного судебного заседания (л.д. 224-226 том 1) разъяснялось представителю истца, что на истце лежит бремя доказывания принадлежности имущества, переданного по не заключенному договору аренды ФИО1, обязанность указать идентификационные признаки переданного имущества, позволяющие определить предмет аренды или неправомерного пользования, как индивидуально определенную вещь, а также доказать обстоятельства передачи в пользование ФИО1 спорного имущества.

Со стороны представителя истца было указано лишь на индивидуальные признаки буровой установки, находящейся на государственном регистрационном учете.

Представитель истца указывает что поскольку со стороны ФИО1 отсутствуют доказательства возврата техники, то они опираются на данное обстоятельство, как на материальную основу иска и полагают, что таким образом доказаны обстоятельства нахождения спорной техники у ФИО1

Однако, судом на ответчика ФИО1 не может быть возложена бремя доказывания отрицательного факта, данное не допустимо с точки зрения поддержания баланса процессуальных прав и гарантий их обеспечения.

Бремя доказывания стороной своих требований и возражений должно быть потенциально реализуемым исходя из объективно существующих возможностей в собирании тех или иных доказательств с учетом характера правоотношения и положения в нем соответствующего субъекта, а также добросовестной реализации процессуальных прав.

ФИО1 заявляя о том, что правоотношения в рамках договора аренды между ним и ООО Предприятие «КРОТ» не возникли, а также что он не владеет заявленным истцом имуществом, не имеет объективной возможности доказывать данные обстоятельства.

Исходя из характера заявляемых истцом правоотношений и субъективных особенностей стороны, заявляющей о принадлежности ей спорного имущества, доказательства наличия обстоятельств передачи такого имущества, как самоходная техника и транспортное средства, должны быть представлены со стороны ООО Предприятие «КРОТ», как собственника.

На основании сведений, представленных Министерством сельского хозяйства Челябинской области следует, что собственником буровой машины БМ-205В, ДД.ММ.ГГГГ года выпуска, заводской №, государственный регистрационный знак № является ООО Предприятие «КРОТ». Представить информацию по бульдозеру Б-170М01ЕН не представляется возможным, так как для идентификации техники необходимо указать заводские номера (рамы, двигателя), либо государственный регистрационный знак (л.д. 101-102 том 1).

Заявленный истцом бригадный вагон-домик «Кедр» по мнению стороны истца вообще не имеет индивидуальных признаков, в связи с чем они не указаны суду.

Суд разъяснял представителю истца необходимость предоставить доказательства нахождения в собственности ООО Предприятие «КРОТ» заявленных объектов, но в отношении бригадного вагона-домика «Кедр» и бульдозера Б-170М01ЕН не представлено каких либо доказательств принадлежности, не указаны индивидуальные признаки.

Вопреки доводам представителя истца у ООО Предприятие «КРОТ» имелась такая возможность, в том числе путем предоставления доказательств наличия имущества на балансе юридического лица, указания его года производства, года приобретения объектов Предприятием, сведений о балансовой и (или) инвентаризационной стоимости имущества.

В отношении бульдозера Б-170М01ЕН, который исходя из пояснений представителя истца, является понятием идентичным понятию трактор, со стороны ООО Предприятие «КРОТ» представлены формуляры четырех тракторов (л.д. 113-220 том 1) и разъяснено что трактора, формуляры которых сохранились не Предприятии, в настоящее время утилизированы без оформления документов со стороны ООО Предприятие «КРОТ», как собственника тракторов, поскольку трактора не находились на государственном регистрационном учете, все, кроме того трактора, который был передан ФИО1 При этом указать какой именно формуляр принадлежит трактору, переданному ФИО1 представитель истца не смог.

В п. 1 Пленума Верховного Суда РФ постановление от 23 июня 205 года №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса РФ» разъяснено, что согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. В силу пункта 4 статьи 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Со стороны истца неоднократно в ходе судебного разбирательства давались пояснения о том, что имущество передано ФИО1 руководителем ООО Предприятие «КРОТ» - ФИО8 в связи с наличием между ним и ФИО1 дружеских доверительных отношений.

Данные доводы со стороны ФИО1 не подтверждены, ответчик отрицает сам факт передачи ему спорного имущества в пользование.

По мнению суда, со стороны ООО Предприятие «КРОТ» усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Так, действуя разумно и добросовестно, ООО Предприятие «КРОТ», передавая имущество в пользование физическому лицу, имело возможность заключения письменного договора, в зависимости от права, на котором данное имущество было передано, в котором были бы определены условия использования имущества.

Представитель истца в своих пояснениях ссылается, что буровая установка, трактор и вагон-домик, были переданы ФИО1 в ДД.ММ.ГГГГ году, а ответчик ФИО1 уклонился от заключения договора аренды.

Между тем, исковое заявление о взыскании суммы неосновательного обогащения ООО Предприятие «КРОТ» заявлено в ДД.ММ.ГГГГ года, указывая что юридическое лицо более трех лет не получает дохода от данного имущества, лишено возможности его использовать, требуя выплаты стоимости аренды имущества.

Представитель истца указывал, что столь длительный период истребования платы за пользование имуществом в настоящее время, обусловлен попыткой истребования имущества через правоохранительные органы.

Однако, данная ссылка не состоятельна, поскольку в правоохранительные органы с заявлением о совершении преступления ФИО1 с целью завладения имущества ООО Предприятие «КРОТ» обратилось в январе 2018 года, что следует из протокола принятия устного заявления о преступлении.

Представляется сомнительным то обстоятельство, что не владея имуществом, не получая от его использования прибыли, ООО Предприятие «КРОТ», которое создано как коммерческая организация с целью извлечения прибыли, заявила требования о возврате имущества по истечении более чем трех лет.

Следует отметить, что надлежащих и допустимых доказательств истребования имущества у ФИО1, суду не было представлено.

Также представляется не добросовестным поведение ООО Предприятие «КРОТ», которым не были поставлены на государственный регистрационный учет принадлежащие им трактора.

Представитель истца настаивал на отсутствии у ООО Предприятие «КРОТ» обязанности по постановке на регистрационный учет принадлежащих им четырех тракторов.

Однако, такие выводы представителя истца основаны на неверном толковании закона.

В соответствии с Положением о государственном надзоре за техническим состоянием самоходных машин и других видов техники в Российской Федерации от 13 декабря 1993 года N 1291 и вышеуказанным Постановлением Правительства Российской Федерации от 12 августа 1994 года №938 «О государственной регистрации автомототранспортных средств и других видов самоходной техники на территории Российской Федерации» разработаны Правила государственной регистрации тракторов, самоходных дорожно-строительных и иных машин и прицепов к ним органами Гостехнадзора, утвержденные первым заместителем Министра сельского хозяйства и продовольствия РФ 16 января 1995 года (далее по тексту Правила).

Данные Правила обязательны для исполнения на всей территории Российской Федерации (пункт 1.3).

В силу п. 1.10. Правил регистрация машин является обязанностью их владельцев и осуществляется государственными инспекциями гостехнадзора национально-государственных и административно-территориальных образований.

В силу п. 1 ст. 358 Налогового кодекса РФ объектом налогообложения признаются автомобили, мотоциклы, мотороллеры, автобусы и другие самоходные машины и механизмы на пневматическом и гусеничном ходу, самолеты, вертолеты, теплоходы, яхты, парусные суда, катера, снегоходы, мотосани, моторные лодки, гидроциклы, несамоходные (буксируемые суда) и другие водные и воздушные транспортные средства (далее в настоящей главе - транспортные средства), зарегистрированные в установленном порядке в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Таким образом, у ООО Предприятие «КРОТ» возникла обязанность по постановке на регистрационный учет тракторов, в том случае, если, как настаивает истец, трактора являются собственностью юридического лица.

Более того, представленный формуляр трактора Б-170М.01 ЕР хозяйственный номер КБ-17 содержит информацию о дате его изготовления ДД.ММ.ГГГГ, то есть после утверждения Правил государственной регистрации тракторов, самоходных дорожно-строительных и иных машин и прицепов к ним органами Гостехнадзора (л.д. 190-206 том 1).

Исходя из ответа ИФНС по Советскому району г. Челябинска (л.д. 103 том 1) за период ДД.ММ.ГГГГ года ООО Предприятие «КРОТ» такие транспортные средства как трактора Б-170М01ЕН или трактора Т-170.01, формуляры на которые представлены истцом, не были включены в налоговые декларации.

Таким образом, заявляя иск о взыскании суммы неосновательного обогащения с ФИО1 в виде стоимости аренды трактора, истец фактически пытается извлечь прибыль из имущества, в отношении которого, в том случае, если это имущество ему принадлежит, не исполнил возложенную на него обязанность по постановке на государственный регистрационный учет и по уплате законно установленного налога, что в свою очередь привело к отсутствию возможности идентификации заявленного истцом объекта аренды.

В соответствии с п. 2 ст. 1105 Гражданского кодекса РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого пользования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Сторона истца, заявляя на том, что обязанность по возмещению суммы неосновательного обогащения по правилам п. 2 ст. 1105 Гражданского кодекса РФ должна быть возложена на ответчика, не представила суду надлежащих достоверных и допустимых доказательств передачи спорного имущества ФИО1, нахождения у ФИО1 имущества за заявленный период - по ДД.ММ.ГГГГ, не представила доказательств принадлежности имущества в виде бульдозера и вагона-домика ООО Предприятие «КРОТ», в связи с чем основания для удовлетворения иска и взыскании суммы неосновательного обогащения у суда отсутствуют.

Одновременно, ответчиком заявлено ходатайство о применении последствий пропуска срока исковой давности по требованиям о взыскании сумм арендных платежей как неосновательного обогащения, заявленного истцом в период с ДД.ММ.ГГГГ, которое по мнению суда подлежит применению.

В соответствии со ст. ст. 195, 199 Гражданского кодекса РФ исковой давностью признается срок защиты права по иску лица, право которого нарушено. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Согласно положениям ст. ст. 196, 197 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года. Для отдельных видов требований законом могут устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более длительные по сравнению с общим сроком.

В рассматриваемом случае на требования о взыскании суммы неосновательного обогащения, распространяется правило об общем сроке исковой давности равном трем годам.

В силу ст. 200 Гражданского кодекса РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права. Изъятия из этого правила устанавливаются настоящим Кодексом и иными законами.

По смыслу пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

Исковое заявление ООО Предприятие «КРОТ» подано непосредственно в суд согласно входящему штемпелю ДД.ММ.ГГГГ (л.д. 3 том 1).

Таким образом, истец в силу ст. 199 Гражданского кодекса РФ утратил право на предъявление требований о взыскании суммы неосновательного обогащения, взыскиваемых в виде суммы арендных платежей, поскольку такие платежи рассчитаны как помесячная плата, за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ. Поэтому при наличии заявления со стороны ответчика о пропуске установленного законом пресекательного процессуального срока, возможность удовлетворения рассматриваемых исковых требований в данной части (за пределами установленного законом срока исковой давности) у суда также отсутствует.

Определением Ленинского районного суда г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ в рамках гражданского дела по рассматриваемому иску ООО Предприятие «КРОТ» к ФИО1 о взыскании сумм неосновательного обогащения, было удовлетворено ходатайство ООО Предприятие «КРОТ» и принято решение о наложении ареста на принадлежащее ответчику ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, и находящееся у него или иных лиц имущество в пределах цены иска 4 133 000 рублей (л.д. 75).

В соответствии с ч. ч. 1, 3 ст. 144 ГПК РФ, обеспечение иска может быть отменено тем же судьей или судом по заявлению ответчика либо по инициативе судьи или суда. Судья или суд одновременно с принятием решения суда или после его принятия может вынести определение суда об отмене мер по обеспечению иска.

Поскольку суд пришел к выводу о необходимости отказа в удовлетворении исковых требований ООО Предприятие «КРОТ», то основания для сохранения обеспечительных мер отсутсвуют.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-198 Гражданского процессуального кодекса РФ, суд

Р Е Ш И Л :

Исковое заявление общества с ограниченной ответственностью Предприятие «КРОТ» к ФИО1 о взыскании сумм неосновательного обогащения, оставить без удовлетворения.

Отменить меры по обеспечению гражданского иска общества с ограниченной ответственностью Предприятие «КРОТ» к ФИО1 о взыскании сумм неосновательного обогащения, в виде наложения ареста на принадлежащее ответчику ФИО1, и находящееся у него или иных лиц имущество в пределах цены иска 4 133 000 (четыре миллиона сто тридцать три тысячи) рублей, принятые определением Ленинского районного суда г. Челябинска от ДД.ММ.ГГГГ.

На решение суда может быть подана апелляционная жалоба в судебную коллегию по гражданским делам Челябинского областного суда через Ленинский районный суд города Челябинска в течение месяца со дня изготовления решения в окончательной форме.

Председательствующий А.Н. Пашкова