Приговор № 1-157/2020 от 29 сентября 2020 г. по делу № 1-157/2020

ПРИГОВОР

Именем Российской Федерации

г. Ростов-на-Дону 29 сентября 2020 года

Судья Ленинского районного суда города Ростова-на-Дону ФИО1, при секретаре Кузюба С.А.,

с участием государственного обвинителя – старшего помощника прокурора Ленинского района города Ростова-на-Дону Напалковой И.В.,

подсудимого ФИО2,

защитника подсудимого, адвоката Попова А.Е.,

представителей потерпевших: А.В., И.Г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела в отношении

ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, уроженца <адрес> гражданина <адрес>, имеющего среднее образование, разведенного, имеющего на иждивении двух малолетних детей и одного несовершеннолетнего ребенка, являющего индивидуальным предпринимателем, военнообязанного, зарегистрированного по адресу <адрес>, <адрес>, до задержания проживающего по адресу: <адрес><адрес>, ранее не судимого,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ,

УСТАНОВИЛ:

Подсудимый ФИО2 в июле 2016 года, находясь в помещении квартиры Л.В. по адресу: <адрес><адрес>, реализуя свой преступный умысел на совершение мошеннических действий, сообщил Л.В. в ходе общения с ней, что в случае передачи через него неупомянутым должностным лицам прокуратуры <адрес> г. Ростова-на-Дону и прокуратуры <адрес> денежных средств в сумме 3 000 000 рублей, возможно повлиять на назначение Октябрьским районным судом г. Ростова-на-Дону Л.В. наказания, не связанного с лишением свободы. При этом в действительности ФИО2 собирался обратить полученные денежные средства в свою пользу и распорядиться ими по своему усмотрению.

В своих действиях ФИО2 руководствовался корыстной целью, осознавал общественную опасность своих действий, направленных на противоправное безвозмездное изъятие чужого имущества в особо крупном размере и обращение его в свою пользу путем злоупотребления доверием, предвидел неизбежность наступления общественно опасных последствий в виде нарушения общественных отношений в сфере права собственности, своего незаконного обогащения и причинения имущественного ущерба собственнику, желая их наступления. При этом ФИО2 заведомо не намеревался исполнять свое обещание, поскольку осознавал, что в действительности не может осуществить указанные действия ввиду отсутствия у него такой возможности.

Л.В. сообщила о предложении ФИО2 своему отцу В.Н., который согласился помочь Л.В. и предоставить денежные средства для передачи ФИО2, о чем последний был уведомлен посредством телефонного звонка примерно в конце июля 2016 года.

Примерно 27-ДД.ММ.ГГГГ ФИО2, продолжая реализовывать свой преступный умысел на хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием в особо крупном размере, создавая видимость мнимого посредничества во взяточничестве, продолжая вводить в заблуждение В.Н., прибыл в <адрес> по адресу: <адрес> где получил от В.Н. в соответствии с ранее достигнутой между ними договоренностью денежные средства в общей сумме 3 000 000 рублей, образующие особо крупный размер.

Денежными средствами в размере 3 000 000 рублей, полученными от В.Н., ФИО2 распорядился по своему усмотрению, чем причинил В.Н. имущественный вред на указанную сумму.

Подсудимый ФИО2, будучи допрошенным в судебном заседании, в предъявленном ему обвинении виновным себя признал в полном объеме и пояснил, что с 1996 года он знаком с Д., с которым они обучались в одном военном училище. Позднее он познакомился с членами семьи Ф, с которыми у него сложились дружеские и доверительные отношения. В 2015 году подсудимому стало известно о том, что в отношении Л.В. возбуждено уголовное дело по факту мошеннических действий, которое было связано с ее мужем. Каждый раз, когда он был в гостях у Ф, Ильину рассказывали по поводу сложившейся ситуации, но его это мало интересовало, никто его не просил о помощи. Кроме того, он не обладал опытом и связями в решении таких дел.

ДД.ММ.ГГГГ на телефон подсудимого пришло сообщение от Д.В., проживающего в Дубаи, который попросил денег для решения вопроса, связанного с уголовным делом его сестры Л.В.. Также Д.В. просил ФИО2, чтобы тот нашел людей, которые как–то посодействовали в разрешении данного вопроса. Д.В. непосредственно привлек подсудимого к решению вопроса о назначении его сестре наказания, не связанного с лишением свободы. ФИО2 обзвонил своих знакомых с целью «выхода на суд». У ФИО2 был знакомый по прозвищу «Утиль», (фамилия данного знакомого А). ФИО2 располагал информацией о том, что, что у А много знакомых, связей в судах и правоохранительных органах. Ильин позвонил ему и рассказал обстоятельства дела, а также переслал через WhatsApp данные по делу, которые ему предоставил Д.В.. После этого А позвонил Ильину и договорился о встрече, которая в последующем состоялась на площади <адрес>, в кафе <адрес> А сообщил подсудимому, что у него есть знакомые, и через сотрудника прокуратуры З, который знает судью В, можно разрешить данный вопрос. Данную информацию Ильин передал Д.В., сказав, чтобы последний сам приезжал и общался с ними, поскольку не хотел участвовать в этом. Но Д.В. попросил, чтобы Ильин сам все сделал. О данной ситуации сообщили Л.В., которая стала оказывать давление на подсудимого, чтобы Ильин решил поскорее этот вопрос. Затем начались сборы денег, Ильин также в этом участвовал, а именно занимался продажей автомобиля В.Н., занимался обменом денег, переведенных Д.В. в рубли. Затем ФИО2 приехал в квартиру Ф, дома были Л.Ю. и В.Н.. В.Н. высыпал деньги из пакета, деньги были 5000 купюрами в количестве шести пачек, деньги подсудимый не пересчитал. Также подсудимый уточнил, что В.Н. на тот момент знал, кому предназначались деньги и для чего, а именно то, что было это для сотрудников прокуратуры, чтобы они посодействовали при решении вопроса по делу в отношении Л.В. Указанные деньги ФИО2 привез домой, затем созвонился с А. Они договорились с ним о встрече, которая состоялась около того же кафе. Приехав на место, А сел в машину ФИО3, через некоторое время приехал автомобиль <данные изъяты>, в который Ильин и А пересели. А представил ФИО2 мужчину по имени С, как работника прокуратуры, который был правой рукой З Были оговорены обстоятельства, после чего подсудимый передал деньги в том же пакете, в котором забрал их у Ф. А, достав деньги, пересчитал их. Забрал из них 100 000 рублей и передал Ильину, сказав, что это за работу. Ильину сказали, что вопрос будет решен, нужно только ждать.

Однако после судебного заседания ДД.ММ.ГГГГ Л.В. взяли под стражу. Ильин попытался выяснить у А, почему так произошло, на что А сказал, что будет узнавать, решать, поскольку у него имеется знакомая зам.председателя Областного Суда – Т, поэтому вопрос будет решен в апелляции. Далее подсудимый пытался поддержать семью Ф: организовывал им поездки за свой счет, переводил деньги Л.В., посылал ей посылки и т.д. После того как Л.В. освободилась из мест лишения свободы, Ильин поддерживал с семьей Ф хорошие отношения, возил в больницу Ф, привозил лекарства, помогал с детьми, помогал в бытовых вопросах: платил коммунальные платежи, налоги, продавал их участок, сдавал квартиру Л.В.. В качестве возмещения материального ущерба мать подсудимого ФИО3 передала семье Ф 600 000 рублей.

Вина подсудимого ФИО2 в объеме обвинения, изложенного в описательной части приговора, установлена и подтверждается совокупностью собранных и исследованных в судебном заседании доказательств, а именно:

- показаниями потерпевшего В.Н., оглашенными государственным обвинителем на основании ч.2 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в 2014 году отделом полиции № СУ МВД России по г. Ростову-на-Дону в отношении его дочери Л.В. и её бывшего супруга С.А. было возбуждено уголовное дело по ст. 159 УК РФ. После окончания расследования ДД.ММ.ГГГГ уголовное дело было передано в Октябрьский районный суд г. Ростова-на-Дону для рассмотрения. В начале июля 2016 году Л.В. рассказала ему, что общалась с давним другом семьи ФИО2, который предложил ей помощь за 3 000 000 рублей в том, чтобы судебное решение по уголовному делу в отношении Л.В. не было связано с реальным лишением свободы. Деньги он должен был передать через своего друга из прокуратуры <адрес> для сотрудников прокуратуры <адрес> и Ростовского областного суда. Они обсудили данный вопрос в кругу семьи и приняли решение согласиться с данным предложением, так как все переживали за судьбу Л.В. Для передачи указанной суммы они собрали все их семейные сбережения, в том числе от ранее проданного автомобиля, а также продали его автомобиль марки <данные изъяты> примерно за 900 000 рублей (по договору за 250 000 рублей). После того как деньги были собраны, они уведомили об этом ФИО2, но кто конкретно с ним разговаривал, Ф не помнит. Они не сомневались в порядочности ФИО2, так как он являлся близким другом семьи, крестным его внучки, был вхож в их семью. В конце августа, примерно 27-31 числа, согласно их договоренности ФИО2 приехал к ним по месту жительства по адресу: <адрес>, <адрес>, где в присутствии его супруги Л.Ю. получил от В.Н. требуемую сумму – 3 000 000 рублей. ФИО2 при них пересчитал денежные средства и сложил их в пакет. Л.В. при передаче денежных средств не присутствовала, так как находилась дома с маленьким ребенком. Переданная ФИО2 сумма полностью принадлежала В.Н. ДД.ММ.ГГГГ Л.В. приговорили к наказанию в виде лишения свободы сроком на 3 года 8 месяцев с отбытием наказания в колонии общего режима, и её взяли под стражу в зале суда. Сразу же после судебного заседания Ф позвонил ФИО2 и сказал, что Л.В. взяли под стражу. Впоследствии ФИО2 говорил Ф, что судью накажут из-за того, что он не выполнил договоренности. Затем защитником Л.В. – адвокатом Е.Д. была подана апелляционная жалоба на приговор Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону. ДД.ММ.ГГГГ по результатам рассмотрения апелляционной жалобы <адрес> судом срок наказания Л.В. был изменен до 03 лет 02 месяцев лишения свободы с отбытием наказания в колонии общего режима. ДД.ММ.ГГГГ Л.В. была условно-досрочно освобождена от отбытия наказания и вернулась в г. Ростов-на-Дону. В.Н. известно, что после освобождения в апреле 2019 года Л.В. встретилась с ФИО2 и потребовала вернуть денежные средства, на что получила отказ. Разговор с ФИО2 Л.В. записала на диктофон (т. 2 л.д. 140-145; т. 4 л.д. 254-258);

- показаниями свидетеля Л.Ю., оглашенными государственным обвинителем на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ, которые по своей сути и содержанию аналогичны показаниям потерпевшего В.Н. и свидетельствуют о получении ФИО3 3 000 000 рублей для решения вопроса о назначении ФИО4 районным судом г. Ростова-на-Дону наказания, не связанного с лишением свободы (т. 2 л.д. 151-154);

- показаниями свидетеля Д.В., который, будучи допрошенным в судебном заседании посредством видеоконференц-связи, подтвердил показания, данные им при производстве предварительного расследования, оглашенные государственным обвинителем с согласия участников процесса на основании ч.3 ст. 281 УПК РФ, из которых следует что с 1996 года он знаком с ФИО2, с указанного времени они поддерживали дружеские отношения, дружили семьями. С 2011 по 2017 год Д.В. на постоянной основе жил за границей в связи с тем, что работал в ОАЭ. В г.Ростов-на-Дону приезжал редко. В июле 2016 года Д.В. позвонила его сестра Л.В. и сказала, что ей нужны денежные средства для судебного процесса, так как в отношении нее рассматривалось уголовное дело по ч. 4 ст. 159 УК РФ. В связи с тем, что Д.В. жил за границей, а в России у него не имелось никаких счетов, он обратился к ФИО2 и поинтересовался, есть ли у него деньги, на что Ильин ответил отрицательно. Со слов его сестры Л.В. ему стало известно, что примерно в конце августа 2016 года их отец – В.Н. передал по месту своего жительства ФИО2 3000000 рублей, так как последний пообещал помочь Л.В. решить вопрос в судебных органах о назначении ей наказания, не связанного с лишением свободы. Она рассказывала, что ФИО2 должен был передать денежные средства сотруднику областной прокуратуры. Д.В. в подробности и достоверность данной информации не вдавался, так как думал, что все под контролем и судебный процесс завершится положительно. В августе 2016 года он перевел отцу 7 тыс. долларов для расходов, связанных с уголовным делом в отношении Л.В., а именно на оплату адвокатов и других расходов. Переводы осуществлялись через систему платежей «WesternUnion». О том, что деньги должны были отдать сотруднику прокуратуры, он действительно слышал от Л.В., но в действительности он не знал весь механизм и в него не вдавался. ДД.ММ.ГГГГ Д.В. позвонил родителям, так как знал, что в отношении Л.В. должен был быть вынесен приговор. В.Н. сообщил ему, что Л.В. приговорили к реальному сроку. Д.В. сразу же связался с ФИО2, так как он должен был контролировать данный вопрос. В переписке ФИО2 писал Д.В. о том, что о приговоре в отношении Л.В. должны были договориться с заместителем председателя областного суда Н.Н., как впоследствии Д.В. узнал, с ней должен был договариваться сотрудник прокуратуры <адрес> С.А. В реальность слов ФИО2 Д.В. верил мало, так как сомневался в том, что в данном вопросе должна помогать Н.Н. На протяжении последующей недели после вынесения приговора Д.В. ежедневно переписывался с Ильином А.Л., и он ему говорил о том, что С. должен встретиться с сотрудником прокуратуры, который договаривался о вынесении в отношении Л.В. приговора, но встреча по различным причинам не происходила. В начале декабря 2016 года Д.В. прилетел в г. Ростов-на-Дону и сразу же встретился с ФИО2, чтобы обсудить все вопросы. В ходе встречи Ильин уверял Ф, что денежные средства в сумме 3000000 рублей он лично передал Утилевскому У), который должен был их передать сотруднику прокуратуры <адрес> С.А. Д.В. неоднократно настаивал на встречах с Утилевским У, так как лично хотел выяснить все вопросы, но ФИО2 все время находил какие-то отговорки. Впоследствии, когда никаких изменений не происходило, и ФИО2 не мог ничего рассказать о том, куда пропали деньги и что по этому поводу может пояснить Утилевский, Д.В. попросил ФИО2 направить ему номер С.А. ФИО2 отправил Д.В. номер телефона, но Д.В. не стал звонить, так как его знакомые, сказали, что С.А. вряд ли может быть причастен к получению денежных средств. После данной ситуации Д.В. практически прекратил общение с ФИО2, так как считает, что он повел себя не порядочно (т. 3 л.д. 9-12; т. 4 л.д. 113-116);

- показаниями свидетеля Е.Д., оглашенными государственным обвинителем с согласия участников процесса на основании ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что в апреле 2014 года ею было заключено соглашение с Л.В. на защиту её законных прав и интересов при рассмотрении в отношении нее уголовного дела Октябрьским районным судом г. Ростова-на-Дону. Впоследствии ей стало известно, что уголовное дело в отношении Л.В. по ч. 4 ст. 159 УК РФ находилось на рассмотрении федерального судьи С.Г. ДД.ММ.ГГГГ по результатам рассмотрения уголовного дела Л.В. была приговорена к 3 годам и 8 месяцам лишения свободы с отбытием наказания в колонии общего режима и взята под стражу в зале суда. При оглашении приговора никто из родственников и знакомых Л.В. в зале суда не присутствовал. В течение 10 суток ею была подготовлена и подана в Октябрьский районный суд г. Ростова-на-Дону краткая апелляционная жалоба на приговор в отношении ФИО5 подачи полного текста жалобы определялись родственниками Л.В. После согласования с ними, полный текст апелляционной жалобы был подан ДД.ММ.ГГГГ. На второе судебное заседание апелляционной инстанции отец Л.В. В.Н. явился в присутствии мужчины по имени А, которого он представил как друга семьи. Также он сообщил, что А является другом Д.В. брата Л.В. Указанный мужчина, пройдя в помещение Ростовского областного суда, сфотографировал расписание судебных заседаний на свой мобильный телефон. Е.Д. обратила внимание на то, что после начала судебного процесса мужчина по имени А включил диктофон и записывал все на свой мобильный телефон. Судебное заседание было отложено, после чего рассмотрение апелляционной жалобы на приговор в отношении Л.В. было поручено другому судье. По результатам рассмотрения апелляционной жалобы срок наказания Л.В. был изменен до 3 лет и 2 месяцев лишения свободы. О том, что Л.В. либо её родственники передавали кому-либо денежные средства для решения вопроса о назначении Ф наказания, не связанного с лишением свободы, Е.Д. ничего неизвестно (т. 3 л.д. 76-79);

- показаниями свидетеля С.В., который, будучи допрошенным в судебном заседании пояснил, что ему знаком ФИО2, с которым он в близких отношениях никогда не состоял. Л.В., Д.В., В.Н., Л.Ю. ему не знакомы. Ни с кем из числа сотрудников органов прокуратуры <адрес>, в том числе и с Затварницким, он не знаком. Какую-либо помощь ФИО2 в достижении соглашения с сотрудниками органов прокуратуры о назначении Л.В. наказания, не связанного с лишением свободы, он не оказывал. ФИО2 с вопросом об оказании такой помощи к нему не обращался. В присутствии С.В. ФИО2 кому-либо крупные денежные суммы не передавал;

- показаниями свидетеля Л.Э., оглашенными государственным обвинителем с согласия участников процесса на основании ч.2 ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что она состоит в браке с С.В. Л.Э. никогда не слышала, чтобы С.В. общался с кем-либо из сотрудников прокуратуры, в том числе обсуждал какие-либо вопросы, связанные с «решением вопросов» за незаконные денежные вознаграждения. ДД.ММ.ГГГГ она узнала о том, что у С.В. были произведены обыски в рамках уголовного дела в отношении ФИО2, который дал показания в отношении С.В., сообщив о якобы причастности С.В. к даче взятке сотрудникам прокуратуры. После этого Л.Э. разговаривала с С.В., который в категоричной форме ей пояснил, что ФИО2 его оговаривает, и он ни с кем переговоров о каких-либо взятках не вел. Л.Э. с ФИО2 не знакома, в связи с чем он указывает о причастности С.В. к даче взятки сотрудникам прокуратуры, ей неизвестно (т. 4 л.д. 180-183);

- показаниями Л.В., которая, будучи допрошенной в судебном заседании, подтвердила показания, данные при производстве предварительного расследования, оглашенные государственным обвинителем с согласия участников процесса на основании ст. 281 УПК РФ, из которых следует, что с ФИО2 Л.В. знакома более 20 лет. У них были доверительные и дружеские отношения. В 2014 году в отношении Л.В. и ее бывшего супруга было возбуждено уголовное дело по ч.4 ст. 159 УК РФ. Дело рассматривалось в Октябрьском суде г. Ростова-на-Дону. В июле 2016 года он сообщил Л.В., что в отношении нее будет вынесено наказание в виде лишения свободы. Он сказал, что может договориться по поводу этого вопроса. Л.В., понимая, что у нее есть малолетние дети, была в твердой уверенности, что суд разберется, и ей не будет назначено наказание в виде реального лишения свободы. В июле 2016 года ФИО2 сообщил, что ему необходимо передать 3000 000 рублей в прокуратуру. В конце августа, примерно 27-31 числа ФИО6 приехал по месту жительства ее родителей по адресу: <адрес><адрес>, где получил от ее родителей требуемую сумму - 3 000 000 рублей. Л.В. там не присутствовала в связи с тем, что находилась с годовалым ребенком дома. После этого у нее состоялась встреча с ФИО6, в ходе которой он сообщил, что передал полученные от ее родителей 3 000 000 рублей своему знакомому из прокуратуры <адрес><адрес> и заверил, что в отношении нее будет вынесено судебное решение, не связанное с лишением свободы. Л.В. полностью доверяла ФИО6 В ходе неоднократных встреч она созванивалась с ФИО6 ДД.ММ.ГГГГ по результатам рассмотрения уголовного дела по существу Л.В. была приговорена Октябрьским районным судом г. Ростова-на-Дону к наказанию в виде 3 лет и 8 месяцев лишения свободы с отбытием наказания в колонии общего режима, ее взяли под стражу в зале суда, затем Л.В. была условно-досрочно освобождена от отбытия наказания и вернулась в г. Ростов-на-Дону. В ходе встречи с ФИО3 он не смог объяснить, в связи с чем не получилось выполнить договоренность (т. 2 л.д. 116-120, 127-133; т. 3 л.д. 133-137).

Также вина подсудимого ФИО2 подтверждается исследованными в судебном заседании письменными материалами уголовного дела, а именно:

- вещественными доказательствами: аудиофайлы, содержание которых свидетельствует о передаче В.Н. ФИО2 денежных средств в сумме 3 000 000 рублей в интересах Л.В., (т. 1 л.д. 66, т. 2 л.д. 236-237); мобильный телефон марки Apple Iphone XR, содержащий переписки ФИО2 с Л.В. и Д.В., свидетельствующие о передаче В.Н. ФИО2 денежных средств в сумме 3 000 000 рублей (т. 2 л.д. 236-237); оптический диск с телефонными соединениями ФИО7 (т. 1 л.д. 191, 193; 203); оптический диск, содержащий переписки в приложении «Whats`up» (т. 2 л.д. 40, т. 3 л.д. 130-131);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрены оптические диски, содержащие сведения о телефонных соединениях фигурантов уголовного дела (т. 1 л.д. 194-202);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрена флеш-карта марки «SanDisk», объемом 16 GB (т. 2 л.д. 4-21);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен мобильный телефон марки AppleIphone4, принадлежащий Л.В. (т. 2 л.д. 36-39);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен мобильный телефон марки AppleIphone XR, принадлежащий ФИО2 (т. 2 л.д. 211-235);

- протоколом осмотра предметов (документов) от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому осмотрен оптический диск с информацией, восстановленной из телефона Л.В. (т. 3 л.д. 91-128);

- протоколом выемки от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому у свидетеля Е.В. изъят мобильный телефон марки «Texet» (т. 4 л.д. 6-8);

- справкой о результатах проведенного ОРМ «исследование предметов и документов» от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которой исследованы аудиозаписи, свидетельствующие о незаконном получении ФИО2 денежных средств от В.Н. в размере 3 000 000 рублей (т. 1 л.д. 55-65);

- копией приговора Октябрьского районного суда г. Ростова-на-Дону от ДД.ММ.ГГГГ и апелляционного определения судебной коллегии по уголовным делам Ростовского областного суда от ДД.ММ.ГГГГ, согласно которому Л.В. признана виновной в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ и осуждена к лишению свободы (т. 1 л.д. 81-160, 161-173);

- детализацией телефонных соединений с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ (т. 1 л.д. 211-217).

Анализируя совокупность вышеприведенных доказательств на предмет их относимости, допустимости, достоверности и достаточности, суд приходит к выводу о виновности подсудимого ФИО2 в совершении преступления, указанного в описательно-мотивировочной части приговора.

Суд считает приведенные в приговоре показания потерпевшего В.Н. и свидетелей обвинения Л.Ю., Д.В., Е.Д., С.В., Л.Э., данные ими в ходе предварительного расследования, судебного следствия, оглашенные в судебном заседании в порядке ст. 281 УПК РФ, об обстоятельствах совершенного преступления достоверными, правдивыми, объективными, соответствующими истинным обстоятельствам, так как показания этих лиц являются стабильными в период всего производства по делу, согласуются между собой, содержат в себе как прямые, так и косвенные данные о доказанности вины подсудимого ФИО2, взаимно дополняют друг друга и объективно подтверждаются письменными материалами дела. Показания потерпевшего и свидетелей не содержат существенных противоречий, которые ставили бы их под сомнение, получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона и процессуальных прав потерпевшего и свидетеля. Материалы дела не содержат также объективных данных о том, что потерпевший или же кто-либо из вышеуказанных свидетелей, которые к тому же предупреждались об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний, прямо или косвенно были заинтересованы в неблагоприятном исходе дела для подсудимого либо имели основания оговаривать подсудимого; не установлены такие обстоятельства и в ходе судебного следствия.

Данные в судебном заседании признательные показания подсудимого ФИО2, по мнению суда, полностью подтверждают предъявленное подсудимому обвинение в совершении преступления, указанного в описательной части настоящего приговора, и могут быть положены в основу приговора. При этом суд критически относится к показаниям подсудимого ФИО2 в части указания на то, что денежные средства он передал А и «С» для решения вопроса Л.В., поскольку в этой части показания подсудимого проверялись как в ходе предварительного расследования путем проведения следственных и процессуальных действий, так и в судебном заседании, и не нашли свое подтверждение.

Показания свидетеля М.В., оглашенные государственным обвинителем с согласия участников процесса на основании ст. 281 УПК РФ, суд не указывает в приговоре, поскольку они не имеют какого-либо доказательственного значения по делу.

Свидетель обвинения Е.В. в судебном заседании не допрошена, поскольку в ходе судебного следствия государственный обвинитель отказался от вызова и допроса данного свидетеля.

Показания Е.В., допрошенной в качестве свидетеля защиты, и показания свидетеля защиты И.В.., не опровергают обстоятельств совершения ФИО2 преступления, установленного судом и приведенного в описательной части приговора, и не содержат в себе объективных данных о непричастности ФИО2 к вышеуказанному преступлению, поскольку показания данных свидетелей о том, что ФИО2 передал полученные денежные средства в размере 3000 000 рублей иным лицам базируются, как это следует из содержания показаний, лишь на предположениях. По твердому убеждению суда, показания данных свидетелей преследуют лишь одну цель - помочь подсудимому ФИО2 избежать уголовной ответственности за фактически содеянное, либо смягчить наказание.

Данные, содержащиеся в иных перечисленных доказательствах, не только не противоречат показаниям подсудимого, потерпевшего и свидетелей, но и дополняют их. Совокупность представленных стороной обвинения прямых и косвенных доказательств, которые отвечают требованиям допустимости, позволяют сделать однозначный вывод о том, что ФИО2 причастен к совершению вышеуказанного преступления.

Органом предварительного расследования Л.В. признана потерпевшей по данному уголовному делу, однако суд полагает, что Л.В. ошибочно признана потерпевшей.

Согласно ч.1 ст.42 УПК РФ потерпевшим является физическое лицо, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред.

Вместе с тем, согласно действующему законодательству под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна и т.п.) или нарушающими его личные неимущественные права либо нарушающими имущественные права гражданина. Таким образом, моральный вред может быть причинен в результате нарушения личных неимущественных прав гражданина либо принадлежащих гражданину других нематериальных благ.

Как следует из заявления Л.В. от ДД.ММ.ГГГГ о признании ее потерпевшей (т.2 л.д.110), в августе 2016 года ее отец В.Н. для решения вопроса о назначении Л.В. наказания, не связанного с лишением свободы, передал ФИО2 3000000 рублей. Однако Л.В. ДД.ММ.ГГГГ была взята под стражу в связи с назначением реального наказания в местах лишения свободы. Таким образом, Л.В. полагает, что ей причинен моральный вред, поскольку она отбывала наказание, в то время как у нее на иждивении находились несовершеннолетние дети.

Суд считает доводы Л.В. о том, что в результате преступных действий ФИО2 ей был причинен моральный вред, несостоятельными, поскольку не усматривает причинно-следственной связи между совершенными противоправными действиями подсудимого и наступившими в результате отбывания наказания в виде лишения свободы нравственными страданиями Л.В., так как инкриминируемое ФИО2 преступное деяние не повлияло и не могло никаким образом повлиять на психологическое состояние потерпевшей, в виду неотвратимости наказания за преступление, совершенное Л.В.

Согласно разъяснениям, изложенным в п. 4 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 июня 2010 года № 17 (ред. от 16.05.2017) «О практике применения судами норм, регламентирующих участие потерпевшего в уголовном судопроизводстве», когда по поступившему в суд уголовному делу будет установлено, что лицо признано потерпевшим без достаточных к тому оснований, предусмотренных ст. 42 УПК РФ, суд выносит постановление о том, что такое лицо ошибочно признано потерпевшим по данному делу.

Таким образом, суд полагает, что Л.В. признана потерпевшей органом предварительного расследования без достаточных к тому оснований, предусмотренных статьей 42 УПК РФ, в связи с чем считает необходимым исключить Л, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, признанную на основании постановления старшего следователя Г.В. от ДД.ММ.ГГГГ потерпевшей, из числа таковых.

При этом суд полагает возможным положить в основу приговора показания Л.В., данные ею в процессуальном статусе потерпевшей, поскольку показания Л.В. об обстоятельствах совершенного ФИО2 преступления суд считает достоверными, правдивыми, объективными, соответствующими истинным обстоятельствам дела. При проведении допросов, как в ходе предварительного следствия, так и в ходе судебного следствия, Л.В. разъяснилось право предусмотренное ст. 51 Конституции РФ. Кроме того, Л.В. предупреждалась об уголовной ответственности за дачу заведомо ложных показаний и за отказ от дачи показаний. Таким образом, показания Л.В. получены с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, в связи с чем являются допустимым доказательством по данному уголовному делу.

Суд, последовательно оценив собранные по делу доказательства, всесторонне исследованные в судебном заседании, проанализированные и оцененные в соответствии с требованиями ст.ст. 87, 88 УПК РФ с точки зрения их относимости, допустимости и достоверности, и в совокупности признанные достаточными для разрешения уголовного дела по существу, приходит к убеждению, что виновность подсудимого ФИО2 в деяниях, изложенных в описательно-мотивировочной части настоящего приговора, доказана в полном объеме, а обстоятельства, подлежащие доказыванию по уголовному делу, предусмотренные ст.73 УПК РФ, установлены в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, суд квалифицирует действия подсудимого ФИО2 по ч. 4 ст. 159 УК РФ - мошенничество, то есть хищение чужого имущества путем злоупотребления доверием, совершенное в особо крупном размере.

При назначении ФИО2 наказания суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного им преступления, данные о личности подсудимого.

Обстоятельств, отягчающих ФИО2 наказание в соответствии со ст.63 УК РФ, судом не установлено.

В качестве обстоятельств, смягчающих подсудимому ФИО2 наказание, суд в соответствии с п.п.«г, и, к» ч. 1 ст. 61 УК РФ учитывает наличие у ФИО2 двоих малолетних детей и одного несовершеннолетнего ребенка (т. 2 л.д. 256, л.д. 257, 258); активное способствование раскрытию и расследованию преступления; добровольное, частичное возмещение имущественного вреда, причиненного преступлением. В соответствии с ч. 2 ст. 61 УК РФ суд учитывает полное признание ФИО2 своей вины, раскаяние в содеянном.

В качестве данных о личности подсудимого ФИО2 суд учитывает его состояние здоровья; возраст 40 лет (том 2, л.д. 175); ранее не судим, к уголовной ответственности привлекается впервые (том 2, л.д. 33); на учете у врача-нарколога не состоит (том 2 л.д. 24), на учете у врача-психиатра не состоит (том2 л.д. 26), положительно характеризуется (том 2 л.д. 30, том 3 л.д. 90, том 5, л.д. 48,53), оказывал благотворительную помощь детям-инвалидам (том 5, л.д. 47).

С учетом изложенных обстоятельств, исходя из критериев назначения наказания, установленных ст.ст. 6, 60 УК РФ, принимая во внимание характер и степень общественной опасности совершенного подсудимым ФИО2 умышленного преступления, конкретные обстоятельства дела, влияние назначенного наказания на исправление подсудимого и на условия жизни его семьи, суд пришел к твердому убеждению, что исправлению подсудимого ФИО2 и достижению целей уголовного наказания, указанных в части 2 статьи 43 УК РФ, будет соответствовать назначение ему наказания в виде реального лишения свободы, поскольку именно такое наказание будет способствовать его исправлению. Суд считает, что применение к подсудимому менее строгого вида наказания из числа предусмотренных санкцией части 4 статьи 159 УК РФ, а также положений ст. 73 УК РФ не сможет обеспечить достижение целей наказания, и не будет отвечать принципу справедливости. При этом каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления и дающих основания для применения к подсудимому ФИО2 положений ст. 64 УК РФ, судом не установлено.

Суд также не усматривает каких-либо исключительных обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, дающих основание для применения в отношении ФИО2 положений ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Определяя размер наказания подсудимому ФИО2, суд применяет положения ч. 1 ст. 62 УК РФ, согласно которой срок или размер наказания не могут превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК РФ, поскольку в действиях подсудимого ФИО2 установлены обстоятельства, смягчающие наказание, предусмотренные п.п. «и,к» ч. 1 ст. 61 УК РФ.

Суд считает возможным не назначать подсудимому ФИО2 дополнительные виды наказаний в виде штрафа, ограничения свободы, предусмотренные санкцией части 4 статьи 159 УК РФ.

На основании п. «б» ч. 1 ст. 58 УК РФ отбывание наказания в виде лишения свободы подсудимому ФИО2 должно быть определено в исправительной колонии общего режима.

Уточненный гражданский иск, заявленный на стадии судебного следствия, потерпевшим В.Н. в части взыскания с подсудимого ФИО2 в счет возмещения причиненного ему имущественного ущерба в размере 2400 000 рублей основан на законе и на основании ст. 1064, 1080, 1099 ГК РФ подлежит удовлетворению, поскольку он доказан материалами уголовного дела, ущерб был причинен умышленными противоправными действиями подсудимого ФИО2

Гражданский иск, заявленный потерпевшим В.Н., в части взыскания с ФИО2 10000 000 рублей в счет компенсации морального вреда удовлетворению не подлежит.

Абзацем 2 п. 9 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 20 декабря 1994 г. N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" установлено, что применительно к ст. 44 УПК РФ потерпевший, то есть лицо, которому преступлением причинен моральный, физический или имущественный вред (ст. 42 УПК РФ), вправе предъявить гражданский иск о компенсации морального вреда при производстве по уголовному делу.

Частью 4 ст. 42 УПК РФ установлено, что по иску потерпевшего о возмещении в денежном выражении причиненного ему морального вреда размер возмещения определяется судом при рассмотрении уголовного дела или в порядке гражданского судопроизводства.

Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 20 декабря 1994 года N 10 "Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда" под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага (жизнь, здоровье, достоинство личности, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, личная и семейная тайна ит.п.) или нарушающими его личные неимущественные права (право на пользование своим именем, право авторства и другие неимущественные права в соответствии с законами об охране прав на результаты интеллектуальной деятельности) либо нарушающими имущественные права гражданина.

Моральный вред, в частности, может заключаться в нравственных переживаниях в связи с утратой родственников, невозможностью продолжать активную общественную жизнь, потерей работы, раскрытием семейной, врачебной тайны, распространением не соответствующих действительности сведений, порочащих честь, достоинство или деловую репутацию гражданина, временным ограничением или лишением каких-либо прав, физической болью, связанной с причиненным увечьем, иным повреждением здоровья либо в связи с заболеванием, перенесенным в результате нравственных страданий и др.

Из анализа вышеуказанных норм следует, что право гражданина на компенсацию морального вреда возможно лишь в случае нарушения его личных неимущественных прав либо принадлежащих гражданину других нематериальных благ. В иных случаях компенсация морального вреда может иметь место при наличии указания об этом в законе.

При отсутствии указания в законе на возможность компенсации морального вреда, причиненного преступлением, объектом которого является имущество гражданина, а также при недоказанности истцом заявленного требования, у суда отсутствуют основания для удовлетворения названного требования.

При таких обстоятельствах, учитывая, что было похищено имущество В.Н. - его денежные средства, оснований для взыскания компенсации морального вреда у суда не имеется.

С учетом того, что Л.В. ошибочно признана потерпевшей по данному делу, гражданский иск, заявленный Л.В. о взыскания с ФИО2 10000 000 рублей в счет компенсации морального вреда, рассмотрению в рамках уголовного не подлежит.

В отношении ареста, наложенного на имущество ФИО2, суд пришел к следующему выводу.

Арест на имущество был наложен в соответствии с ч. 1 ст. 115 УПК РФ для обеспечения исполнения приговора и других имущественных взысканий.

Согласно Определению Конституционного Суда от 29.11.2012 года N 2227-О, поскольку наложение ареста на имущество относится к мерам процессуального принуждения, применяемым в целях обеспечения установленного уголовно-процессуальным законодательством порядка уголовного судопроизводства, надлежащего исполнения приговора (п. 4 ч. 1 ст. 111 УПК РФ), и в качестве таковой носит временный характер, постольку наложение ареста на имущество в целях обеспечения гражданского иска в уголовном деле не может выходить за временные рамки уголовно-процессуальных отношений, связанных с расследованием и разрешением данного уголовного дела, что предполагает возможность сохранения названной меры процессуального принуждения (наложения ареста на имущество) лишь на период предварительного расследования и судебного разбирательства по уголовному делу, сроки которых установлены законом (ст. ст. 162, 223, 227 и 233 УПК РФ), но не после окончания судебного разбирательства по уголовному делу и вступления приговора в законную силу. Иное приводило бы к подмене частно-правовых механизмов разрешения споров о собственности уголовно-процессуальными средствами, причем выходящими за временные рамки уголовно-процессуальных отношений.

Кроме того, сумма причиненного ущерба потерпевшему В.Н. в настоящее время составляет 2 (два) миллиона 400 (четыреста) тысяч рублей. При этом общая стоимость арестованного имущества составляет 11 (одиннадцать) миллионов 613 (шестьсот тринадцать) тысяч 10 (десять) копеек. Таким образом, суд пришел к выводу о несоразмерности стоимости арестованного имущества и размера причиненного ущерба. В связи с вышеизложенным суд считает необходимым частично снять арест с принадлежащего ФИО2 имущества.

На основании изложенного и руководствуясь ст. ст. 307, 308, 309 УПК РФ, суд

ПРИГОВОРИЛ:

Признать ФИО2 виновным в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст. 159 УК РФ, и назначить ему наказание в виде лишения свободы сроком на 2 (два) года 3 (три) месяца с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

Меру пресечения осужденному ФИО2 до вступления приговора в законную силу оставить прежнюю - в виде заключения под стражу, исчисляя срок наказания с ДД.ММ.ГГГГ, засчитав в срок отбытия наказания время содержания ФИО2 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до дня судебного разбирательства, то есть по ДД.ММ.ГГГГ включительно.

На основании п. «б» ч.3.1 ст. 72 УК РФ (в ред. Федерального закона от 03 июля 2018 года № 186 – ФЗ) время содержания ФИО2 под стражей с ДД.ММ.ГГГГ до вступления приговора в законную силу зачесть в срок лишения свободы из расчета один день за полтора дня отбывания наказания в исправительной колонии общего режима.

Взыскать с осужденного ФИО2 в пользу потерпевшего В.Н. 2400 000 (два миллиона четыреста тысяч) рублей, в счет возмещения имущественного ущерба, причиненного в результате преступления.

В удовлетворении гражданского иска потерпевшего В.Н. о взыскании с ФИО2 морального вреда отказать.

В целях обеспечения исполнения приговора в части гражданского иска после вступления настоящего приговора в законную силу сохранить арест, наложенный на следующее имущество:

- жилое помещение, площадью 76 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, с кадастровым номером: №, кадастровой стоимостью 4 557 478,32 руб.;

- автомобиль марки «<данные изъяты>» идентификационный номер (VIN) №, регистрационный знак №, стоимость 2 094 000 рублей.

Арест, наложенный на имущество ФИО2, а именно:

- земельный участок площадью 703 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, <адрес>, с кадастровым номером: №, кадастровой стоимостью 236 798,52 руб.;

- 1/2 доли в праве на нежилое помещение, площадью 111 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, <адрес>, с кадастровым номером: №, кадастровой стоимостью 2 521 064,19 руб. (стоимость доли – 1 260 532,1 руб.);

- жилое здание площадью 19,6 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, <адрес>, с кадастровым номером: №, кадастровой стоимостью 119 648,98 руб.;

- 1/4 доли в праве на земельный участок площадью 572 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, земельный участок №, с кадастровым номером: № кадастровой стоимостью 2 341 287,52 руб. (стоимость доли – 585 321,88 руб.);

- 1/4 доли в праве на земельный участок площадью 500 кв.м., расположенный по адресу: <адрес>, уч. №, с кадастровым номером: №, кадастровой стоимостью 2 333 595 руб. (стоимость доли – 584 398,75 руб.);

- 1/4 доли в праве на жилое здание площадью 316,5 кв.м., расположенное по адресу: <адрес>, уч. №, с кадастровым номером№, кадастровой стоимостью 8 699 326,18 руб. (стоимость доли – 2 174 831,54 руб.), после вступления настоящего приговора в законную силу снять.

Вещественные доказательства, указанные в постановлениях следователя от ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, ДД.ММ.ГГГГ, хранящиеся при материалах уголовного дела, после вступления настоящего приговора в законную силу, продолжить хранить при материалах уголовного дела в течение всего срока его хранения (т. 1 л.д. 191, 193; 203; т. 2 л.д. 40, т. 3 л.д. 130-131; т. 1 л.д. 66, т. 2 л.д. 236-237).

Вещественное доказательство, указанное в постановлении следователя от ДД.ММ.ГГГГ, а именно мобильный телефон марки «AppleIphone XR» (том 2л.д. 236-237), после вступления настоящего приговора в законную силу возвратить по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Ростовский областной суд через Ленинский районный суд г. Ростова-на-Дону в течение 10 суток со дня провозглашения, а осужденным, содержащимся под стражей, - в тот же срок со дня вручения ему копии приговора. В случае подачи апелляционной жалобы, осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции лично либо изложить свою позицию путем использования систем видеоконференц-связи. Вопрос о форме участия осужденного в судебном заседании решается судом.

Председательствующий: