Решение № 2-1218/2023 2-1218/2023(2-7537/2022;)~М-8717/2022 2-7537/2022 М-8717/2022 от 20 октября 2023 г. по делу № 2-1218/2023

копия

дело №

УИД: 16RS0№-98


РЕШЕНИЕ

именем Российской Федерации

20 октября 2023 года <адрес>

Приволжский районный суд <адрес> в составе

председательствующего судьи Уманской Р.А.,

при секретаре ФИО6,

при участии представителя прокуратуры – старшего помощника прокурора <адрес> ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО3, к ФИО2, ФИО4 о признании права пользования жилым помещением, признании недействительной сделки купли-продажи жилого помещения, применении последствий ее недействительности,

по встречному иску ФИО4 к ФИО1, действующей в своих и в интересах несовершеннолетней ФИО3, о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета и выселении,

У С Т А Н О В И Л:

ФИО1, действующая в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО3, обратилась в суд с иском к ФИО2 о признании права пользования жилым помещением.

В обоснование иска указано, что ответчик ФИО2 является собственником квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, что подтверждается выпиской из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним. В указанной квартире, кроме ответчика, проживает истец и общая с ответчиком дочь ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения. В квартире зарегистрированы ответчик ФИО2 и ФИО3, что подтверждается выпиской из домовой книги. В настоящее время ФИО2 обвиняется в совершении уголовного преступления и содержится под стражей в ФКУ СИЗО-2 УФСИН России по РТ. Истцу стало известно, что ответчик намерен продать спорную квартиру, в связи с чем, выдал доверенность на третьих лиц. Истец считает, что она и ее дочь приобрели право пользования указанной квартирой, поскольку изначально ФИО1 была вселена в квартиру в качестве члена семьи собственника. С момента вселения истца, они с ответчиком проживали единой семьей и вели общее хозяйство. В квартире находятся все ее личные вещи, а также вещи дочери, иного жилья они не имеют. На основании изложенного, просит суд признать за ФИО1 и несовершеннолетней ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

В ходе рассмотрения дела истец уточнила заявленные требования ввиду того, что квартира, расположенная по адресу: <адрес>, ДД.ММ.ГГГГ была продана ФИО2 ФИО4, в связи с чем, просила суд признать за ФИО1 и несовершеннолетней ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>; признать договор купли – продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4 недействительным с применением последствий недействительности сделки в виде восстановления в ЕГРН права собственности ФИО2 на объект недвижимости.

Протокольным определением суда от ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 привлечен к участию в деле в качестве соответчика.

Истец и его представитель в судебном заседании иск поддержали в полном объеме и просили его удовлетворить.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО8 в суде иск не признала.

Ответчик ФИО4 заявленные требования не признал, предъявив к ФИО1, действующей в своих и в интересах несовершеннолетней ФИО3, встречные исковые требования о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета и выселении. Встречные требования мотивировал тем, что ДД.ММ.ГГГГ ФИО4 у собственника ФИО2, от имени которого действовала ФИО9, была приобретена квартира, расположенная по адресу: <адрес>. Право собственности зарегистрировано в установленном законом порядке ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из ЕГРН. Вместе с тем, в квартире незаконно проживают ФИО1 со своей несовершеннолетней дочерью ФИО3, последняя имеет регистрацию по указанному адресу. Указанные лица членами его семьи не являются, какого-либо соглашения о пользовании жилым помещением стороны не заключали. Согласно п.9 договора купли-продажи, продавец гарантирует, что квартира до подписания договора не заложена, в споре и под арестом не состоит, не обременена третьими лицами. Таким образом, ответчики нарушают его права пользования, владения и распоряжения, как собственника жилого помещения. В настоящее время у ФИО1 и ФИО3 отсутствуют правовые основания для дальнейшего пользования жилым помещением вопреки воле собственника, в связи с чем, он просит суд признать ФИО1 и ФИО3 утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>, снять ФИО3 с регистрационного учета по указанному адресу и выселить их из занимаемого жилого помещения.

Истец ФИО1 и ее представитель ФИО10 встречный иск не признали.

Представитель ответчика ФИО2 – ФИО8 встречные исковые требования поддержал.

Представитель органа опеки и попечительства Вахитовского и <адрес>ов <адрес> в суд не явился, просил рассмотреть дело в его отсутствие.

Третье лицо – представители ООО «УК БРиОР +К», Управление Росрестра по РТ в суд не явились, извещены.

Суд, выслушав лиц, участвующих в деле, показания свидетелей ФИО11, ФИО9, ФИО12, заключение прокурора, полагавшего подлежащими удовлетворению требования истца о признании за ней и несовершеннолетней ФИО3 права пользования жилым помещением, изучив и проанализировав представленные доказательства, приходит к следующему.

Согласно статье 56 Гражданско-процессуального кодекса РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

На основании статей 153, 154 Гражданского кодекса РФ сделками признаются действия граждан, направленные на установление, изменение или прекращение гражданских прав и обязанностей, договоры являются их разновидностью.

В силу пункта 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации право собственности на имущество, которое имеет собственника, может быть приобретено другим лицом на основании, в частности, договора купли-продажи.

В соответствии с положениями статьи 432 Гражданского кодекса Российской Федерации договор считается заключенным, если между сторонами, в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение.

По правилам части 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. Лицо, которое знало или должно было знать об основаниях недействительности оспоримой сделки, после признания этой сделки недействительной не считается действовавшим добросовестно.

Положениями статьи 166 Гражданского кодекса РФ предусмотрено, что требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено стороной сделки или иным лицом, указанным в законе.

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.

Согласно требованиям статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

В соответствии со статьей 35 Конституции РФ каждый вправе иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами.

В силу части 1 статьи 40 Конституции Российской Федерации каждый имеет право на жилище. Никто не может быть произвольно лишен жилища.

Согласно части 2 статьи 1 Жилищного Кодекса РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права, в том числе распоряжаются ими. Граждане свободны в установлении и реализации своих жилищных прав в силу договора и (иных) предусмотренных жилищным законодательством оснований. Граждане, осуществляя жилищные права и исполняя вытекающие из жилищных отношений обязанности, не должны нарушать права, свободы и законные интересы других граждан.

Пунктом 1 статьи 209 Гражданского кодекса РФ установлено, что собственнику принадлежат права владения, пользования и распоряжения своим имуществом.

В силу п. 2 ст. 209 Гражданского кодекса РФ собственник вправе по своему усмотрению совершать в отношении принадлежащего ему имущества любые действия, не противоречащие закону и иным правовым актам и не нарушающие права и охраняемые законом интересы других лиц, в том числе отчуждать свое имущество в собственность другим лицам, передавать им, оставаясь собственником, права владения, пользования и распоряжения имуществом, отдавать имущество в залог и обременять его другими способами, распоряжаться им иным образом.

В соответствии со статьей 288 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник осуществляет права владения, пользования и распоряжения принадлежащим ему жилым помещением в соответствии с его назначением.

Согласно статье 304 Гражданского кодекса Российской Федерации собственник может требовать устранения всяких нарушений его права, хотя бы эти нарушения и не были соединены с лишением владения.

В соответствии с ч. 1 ст. 30 Жилищного кодекса РФ собственник жилого помещения осуществляет права владения/пользования, распоряжения принадлежащим ему на праве собственности жилым помещением в соответствии с его назначением и пределами его использования, которые установлены настоящим кодексом.

Судом установлено, что ФИО1 и ФИО2 являются родителями несовершеннолетней ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается свидетельством о рождении III-ЕР № (л.д.6).

Согласно выписке из домовой книги ООО «УК БРиОР+К» в <адрес> зарегистрированными значатся: ФИО2 с ДД.ММ.ГГГГ, ФИО3 с ДД.ММ.ГГГГ (л.д.8).

Приговором Приволжского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО2 признан виновным по ст.132 ч.4 п. «б» УК РФ, ст.135 ч.1 УК РФ и ему назначено наказание в виде лишения свободы сроком на 13 лет 6 месяцев.

Апелляционным определением Верховного Суда Республики Татарстан от ДД.ММ.ГГГГ приговор суда изменен, наказание снижено до 9 лет лишения свободы.

Как установлено судом, в настоящее время в <адрес> проживают ФИО1 со своей несовершеннолетней дочерью ФИО3

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2, от имени которого действовала ФИО9 (продавец) и ФИО4 (покупатель) заключен договор купли-продажи квартиры, по условиям которого продавец продал, а покупатель купил в собственность недвижимое имущество- <адрес> общей площадью 64.7 кв.м., расположенную на 8-ом этаже жилого дома по адресу: <адрес>, кадастровый № (л.д.47).

Согласно пункту 3 договора цена квартиры составляет ФИО14 рублей.

В пункте 16 договора купли-продажи указано, что на момент подписания настоящего договора в квартире зарегистрированы ФИО2, ФИО3 Продавец снимается с регистрационного учета сам и обязуется обеспечить снятие указанного лица в течение 25 дней со дня подписания договора.

Право собственности на квартиру по адресу: <адрес>, зарегистрировано за ФИО4 ДД.ММ.ГГГГ, что подтверждается выпиской из единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним (л.д.48,49).

Как указывает в своих доводах истец ФИО1, договор купли-продажи, заключенный ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4, является недействительным, поскольку указанной сделкой нарушаются права истца и несовершеннолетней ФИО3 - дочери продавца квартиры, т.к. спорная квартира является единственным жильем как для несовершеннолетней ФИО3, так и ФИО1, в которую они были вселены на законных основаниях в качестве членов семьи собственника.

Из материалов дела следует, что вступившим в законную силу заочным решением Приволжского районного суда <адрес> от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1, ФИО13, ФИО3 признаны утратившими право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес> со снятием их с регистрационного учета по данному адресу.

По сведениям Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по <адрес> какие-либо права на недвижимое имущество за ФИО3 и ФИО1 не зарегистрированы. Данные обстоятельства не оспаривались сторонами в суде.

Суд соглашается с доводами ФИО1 в силу следующего.

Согласно преамбуле Декларации прав ребенка, принятой Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ, ребенок ввиду его физической и умственной незрелости нуждается в специальной охране и заботе, включая надлежащую правовую защиту, как до, так и после рождения.

В силу положений статьи 3 Конвенции ООН «О правах ребенка», одобренной Генеральной Ассамблеей ООН ДД.ММ.ГГГГ, во всех действиях в отношении детей независимо от того, предпринимаются они государственными или частными учреждениями, занимающимися вопросами социального обеспечения, судами, административными или законодательными органами, первоочередное внимание уделяется наилучшему обеспечению интересов ребенка.

Государства-участники признают право каждого ребенка на уровень жизни, необходимый для физического, умственного, духовного, нравственного и социального развития ребенка (пункт 1 статьи 27 Конвенции).

Конституционный Суд Российской Федерации в абзаце первом пункта 3 постановления от ДД.ММ.ГГГГ №-П указал на то, что забота о детях, их воспитание как обязанность родителей, по смыслу статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации, предполагают, что ущемление прав ребенка, создание ему немотивированного жизненного дискомфорта несовместимы с самой природой отношений, исторически сложившихся и обеспечивающих выживание и развитие человека как биологического вида.

В силу статей 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 17 (часть 3), согласно которой осуществление прав и свобод человека и гражданина не должно нарушать права и свободы других лиц, родители при отчуждении принадлежащего им на праве собственности жилого помещения не вправе произвольно и необоснованно ухудшать жилищные условия проживающих совместно с ними несовершеннолетних детей, и во всяком случае их действия не должны приводить к лишению детей жилища. Иное означало бы невыполнение родителями - вопреки предписанию статьи 38 (часть 2) Конституции Российской Федерации - их конституционных обязанностей и приводило бы в нарушение статей 55 (части 2 и 3) и 56 (часть 3) Конституции Российской Федерации к умалению и недопустимому ограничению права детей на жилище, гарантированного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 38 (часть 2) (абзац первый пункта 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

По смыслу статей 17 (часть 3), 38 (часть 2) и 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьей 35 (часть 2), при отчуждении собственником жилого помещения, в котором проживает его несовершеннолетний ребенок, должен соблюдаться баланс их прав и законных интересов. Нарушен или не нарушен баланс прав и законных интересов при наличии спора о праве в конечном счете по смыслу статей 46 и 118 (часть 1) Конституции Российской Федерации во взаимосвязи с ее статьями 38 (часть 2) и 40 (часть 1), должен решать суд, который правомочен, в том числе с помощью гражданско-правовых компенсаторных или правовосстановительных механизмов, понудить родителя - собственника жилого помещения к надлежащему исполнению своих обязанностей, связанных с обеспечением несовершеннолетних детей жилищем, и тем самым к восстановлению их нарушенных прав или законных интересов (абзац третий пункта 4 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

Согласно пункту 1 статьи 65 Семейного кодекса Российской Федерации родительские права не могут осуществляться в противоречии с интересами детей. Обеспечение интересов детей должно быть предметом основной заботы их родителей.

Если родитель, сознательно не проявляющий заботу о благосостоянии детей и фактически оставляющий их без попечения, совершил сделку по отчуждению жилого помещения (доли в праве собственности на жилое помещение) с целью ущемления прав детей, действия родителя могут свидетельствовать о несовместимом с основами правопорядка и нравственности характере сделки и о злоупотреблении правом.

Статья 169 Гражданского кодекса Российской Федерации, направленная на поддержание основ правопорядка и нравственности и недопущение совершения соответствующих антисоциальных сделок, позволяет судам в рамках их полномочий на основе фактических обстоятельств дела определять цель совершения сделки (определения Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О, от ДД.ММ.ГГГГ №-О и др.).

В абзаце 2 пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П указано на то, что применительно к реализации закрепленного статьей 40 (часть 1) Конституции Российской Федерации права на жилище, которое рассматривается международным сообществом в качестве одного из элементов права на достойный жизненный уровень (статья 25 Всеобщей декларации прав человека, статья 11 Международного пакта об экономических, социальных и культурных правах), правовое регулирование отношений по владению, пользованию и распоряжению объектами жилищного фонда должно обеспечивать каждому гарантированную статьями 45 (часть 1) и 46 Конституции Российской Федерации государственную, в том числе судебную, защиту данного конституционного права, которая должна быть полной и эффективной.

Регулирование прав на жилое помещение, в том числе при переходе права собственности на жилое помещение, должно осуществляться на основе баланса прав и охраняемых законом интересов всех участников соответствующих правоотношений; в тех случаях, когда имущественные права на спорную вещь имеют другие, помимо собственника, лица, этим лицам также должна быть гарантирована государственная защита их прав при этом гарантии прав членов семьи собственника жилого помещения должны рассматриваться в общей системе действующего правового регулирования как получающие защиту наряду с конституционным правом собственности; признание приоритета прав собственника жилого помещения либо проживающих в этом помещении нанимателей, как и обеспечение взаимного учета их интересов зависят от установления и исследования фактических обстоятельств конкретного спора, т.е. не исключается необходимость учета особенностей конкретных жизненных ситуаций при разрешении соответствующих гражданских дел (абзац 7 пункта 2 постановления Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П).

Согласно п. 2 ст. 54 СК РФ каждый ребенок имеет право жить и воспитываться в семье, насколько это возможно, право знать своих родителей, право на их заботу, право на совместное с ними проживание, за исключением случаев, когда это противоречит его интересам.

Ребенок имеет право на защиту своих прав и законных интересов. Защита прав и законных интересов ребенка осуществляется родителями (лицами, их заменяющими), а в случаях, предусмотренных названным кодексом, органом опеки и попечительства, прокурором и судом (п. 1 ст. 56 СК РФ).

Родители имеют право и обязаны воспитывать своих детей. Родители несут ответственность за воспитание и развитие своих детей. Они обязаны заботиться о здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии своих детей. Родители имеют преимущественное право на обучение и воспитание своих детей перед всеми другими лицами (п. 1 ст. 63 СК РФ).

В соответствии с п. 2 ст. 20 ГК РФ местом жительства несовершеннолетних детей, не достигших четырнадцати лет, признается место жительства их законных представителей - родителей, усыновителей или опекунов.

Согласно пункту 2 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации переход права собственности на жилой дом или квартиру к другому лицу является основанием для прекращения права пользования жилым помещением членами семьи прежнего собственника, если иное не установлено законом.

Пункт 4 статьи 292 Гражданского кодекса Российской Федерации закрепляет правовые гарантии для находящихся под опекой или попечительством членов семьи собственника жилого помещения и оставшихся без родительского попечения несовершеннолетних членов семьи собственника жилого помещения, в котором они проживают.

При этом, как следует из позиций, выраженных в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-П, при разрешении конкретных дел, связанных с отчуждением жилых помещений, в которых проживают несовершеннолетние, необходимо обеспечивать эффективную государственную, в том числе судебную, защиту прав тех из них, кто формально не отнесен к находящимся под опекой или попечительством или к оставшимся (по данным органа опеки и попечительства на момент совершения сделки) без родительского попечения, но либо фактически лишен его на момент совершения сделки по отчуждению жилого помещения, либо считается находящимся на попечении родителей, притом, однако, что такая сделка - вопреки установленным законом обязанностям родителей - нарушает права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего.

Данная правовая позиция изложена в Определении Конституционного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №-О.

В соответствии со статьей 55 Семейного кодекса РФ ребенок имеет право на общение с обоими родителями, дедушкой, бабушкой, братьями, сестрами и другими родственниками. Расторжение брака родителей, признание его недействительным или раздельное проживание родителей не влияют на права ребенка.

В силу положений Семейного кодекса Российской Федерации об ответственности родителей за воспитание и развитие своих детей, их обязанности заботиться об их здоровье, физическом, психическом, духовном и нравственном развитии, расторжение брака родителей, признание его недействительным или раздельное проживание родителей не влияют на права ребенка (пункт 1 статьи 55, пункт 1 статьи 63 СК РФ), в том числе на жилищные права. Поэтому прекращение семейных отношений между родителями несовершеннолетнего ребенка, проживающего в жилом помещении, находящемся в собственности одного из родителей, не влечет за собой утрату ребенком права пользования жилым помещением в контексте правил части 4 статьи 31 ЖК РФ (п. 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ № «О некоторых вопросах возникших в судебной практике при применении жилищного кодекса Российской Федерации»).

Таким образом, исходя из приведенных норм семейного и жилищного законодательства, правовых позиций Конституционного Суда Российской Федерации и Верховного Суда Российской Федерации и принципов реализации права каждого на жилище, закрепленных в Конституции Российской Федерации и Жилищном кодексе Российской Федерации, суд, принимая во внимание то обстоятельство, что несовершеннолетняя ФИО3 постоянно зарегистрирована и проживает со своей матерью в спорном жилом помещении, права на другое жилое помещение не имеет, денежными средствами для приобретения иного жилья ее мать ФИО1 не обладает, приходит к выводу о том, что сделкой купли-продажи квартиры, одним из участников которой является отец несовершеннолетней – ФИО2, нарушены права и охраняемые законом интересы несовершеннолетнего ребенка – ФИО3 на проживание в жилом помещении.

Следует также отметить, что несмотря на то, что несовершеннолетняя ФИО3 находилась на попечении родителей на момент совершения сделки купли-продажи спорной квартиры, однако такая сделка была совершена, вопреки установленным законом обязанностям родителей по защите прав несовершеннолетней, отцом ребенка – ФИО2 в отношении квартиры, где зарегистрирована и проживает не имеющая прав на другое жилое помещение его несовершеннолетняя дочь ФИО3, следовательно, данная сделка является заведомо противной основам правопорядка и нравственности, поскольку нарушает права и законные интересы несовершеннолетнего ребенка на проживание в спорном жилом помещении.

При указанных обстоятельствах, требования ФИО1, действующей в своих и в интересах несовершеннолетней ФИО3, о признании договора купли – продажи квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенного ДД.ММ.ГГГГ между ФИО2 и ФИО4, недействительным, а также применении последствий недействительности данной сделки, в виде прекращения права собственности на данную квартиру ответчика ФИО4, восстановлении права собственности ответчика ФИО2, подлежат удовлетворению.

Поскольку факт законного и постоянного проживания несовершеннолетней ФИО3 в <адрес> нашел свое подтверждение в суде, требование истца о признании за ФИО3 права пользования указанным жилым помещением также подлежит удовлетворению, в части сохранения за ней указанного права.

При этом, учитывая, что спорная квартира является постоянным и единственным местом жительства ФИО1 и несовершеннолетней ФИО3, которая в силу малолетнего возраста лишена возможности самостоятельно определять свое место жительства и не может проживать без законного представителя, суд для реализации возложенных на нее законом родительских обязанностей по воспитанию, содержанию несовершеннолетней дочери, осуществлению ежедневной заботы о ней, считает необходимым признать за ФИО1, как законным представителем несовершеннолетней, права пользования указанным жилым помещением до достижения дочери совершеннолетия.

При этом, данные в ходе рассмотрения дела показания свидетелей ФИО9, ФИО12 о том, что спорная квартира была продана ФИО2 в связи с необходимостью погашения существующих долгов и оплаты услуг адвоката в уголовном процессе, не могут служить основанием для отказа в иске ФИО1.

Кроме того, суд критически относится к показаниям, допрошенных в суде свидетелей, поскольку указанные лица, являются близкими знакомыми ответчика ФИО2, в том числе часть из них испытывает неприязнь к ФИО1, что не отрицалось в судебном заседании. Судом также принимается во внимание установление факта приятельских отношений ФИО4 с ФИО2.

Встречные исковые требования ФИО4 к ФИО1, действующей в своих и в интересах несовершеннолетней ФИО3, о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета и выселении, удовлетворению не подлежат по изложенным выше основаниям.

Вступившее в законную силу решение суда будет являться основанием для внесения соответствующих изменений регистрирующим органом.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 12, 56, 194-198, Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Исковое заявление ФИО1, действующей в своих интересах и в интересах несовершеннолетней ФИО3, к ФИО2, ФИО4 о признании права пользования жилым помещением, признании недействительной сделки, применении последствий ее недействительности, удовлетворить.

Признать недействительной сделку купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ квартиры, расположенной по адресу: <адрес>, заключенную между ФИО2 и ФИО4, применив последствия недействительности сделки.

Прекратить зарегистрированное за ФИО4 зарегистрированное право собственности право собственности на объект недвижимости с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Восстановить в ЕГРН право собственности ФИО2 на объект недвижимости с кадастровым номером №, расположенный по адресу: <адрес>.

Признать за ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес> до наступления совершеннолетия ФИО3, ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Сохранить за ФИО3 право пользования жилым помещением, расположенным по адресу: <адрес>.

Встречный иск ФИО4 к ФИО1, действующей в своих и в интересах несовершеннолетней ФИО3, о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета и выселении, оставить без удовлетворения.

Настоящее решение суда является основанием для внесения соответствующих изменений регистрирующим органом.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Татарстан через Приволжский районный суд <адрес> в течение месяца со дня изготовления мотивированного решения суда.

Копия верна

Судья: подпись

Судья Приволжского

районного суда <адрес> Р.А.Уманская