Апелляционное определение № 33-187/2026 33-4106/2025 от 28 января 2026 г.

УИД 58RS0017-01-2025-001848-11 1 инстанция № 2-1042/2025

Судья Паняев А.Н. № 33-187/2026 (№ 33-4106/2025)


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ

29 января 2026 г. г. Пенза

Судебная коллегия по гражданским делам Пензенского областного суда в составе:

председательствующего Гошуляк Т.В.,

судей Богатова О.В., Черненок Т.В.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Ибрагимовой Е.С.,

с участием прокурора Ивлиевой Е.В.,

рассмотрела в открытом судебном заседании в здании Пензенского областного суда гражданское дело по иску ФИО1, ФИО2 к ФИО5 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением,

по апелляционной жалобе ФИО5 в лице представителя ФИО4 на решение Кузнецкого районного суда Пензенской области от 24 сентября 2025 г., которым постановлено:

Исковые требования ФИО1, ФИО2 к ФИО5 о возмещении морального вреда, причиненного преступлением, удовлетворить.

Взыскать с ФИО5 (ИНН №) в пользу ФИО1 (ИНН № компенсацию морального вреда в размере <данные изъяты> руб.

Взыскать с ФИО5 (ИНН №) в пользу ФИО2 (ИНН №) компенсацию морального вреда в размере 1 <данные изъяты> руб.

Взыскать с ФИО5 (ИНН №) в доход местного бюджета государственную пошлину в размере <данные изъяты> рублей.

Заслушав доклад судьи Богатова О.В., объяснения представителя ответчика ФИО5 – ФИО6, поддержавшего доводы апелляционной жалобы, возражения истца ФИО1, заключение прокурора, изучив материалы гражданского дела, доводы апелляционной жалобы, судебная коллегия

у с т а н о в и л а :

ФИО1 и ФИО2 обратились в суд с настоящим иском, указав, что ДД.ММ.ГГГГ в результате дорожно-транспортного происшествия погиб их сын ФИО20 В указанный день в период <данные изъяты> водитель ФИО5, управляя мотоциклом марки «IRBIS ТТR250», VIN: №, без регистрационного знака, следовал по автомобильной дороге «Кузнецк - Траханиотово» со стороны <адрес> в направлении <адрес>. Двигаясь в данном направлении, проезжая <адрес> указанной автомобильной дороги, он в нарушение требований Правил дорожного движения Российской Федерации (далее –ПДД РФ) не выбрал скорость, обеспечивающую безопасность и возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, при возникновении опасности – велосипедиста ФИО19 имея возможность предотвращения ДТП путем заблаговременного увеличения бокового интервала для объезда, своевременных мер к снижению скорости не принял, совершил с ним попутное столкновение. В результате ДТП ФИО18. были причинены телесные повреждения, квалифицирующиеся по признаку опасности для жизни как тяжкий вред здоровью, повлекшие его смерть, которая наступила ДД.ММ.ГГГГ в 02:32 в ГБУЗ «Клиническая больница № 6 им. Г.А. Захарьина» г. Пензы. Действия водителя ФИО5 были квалифицированы по ч. 3 ст. 264 УК РФ, приговором <данные изъяты> ему было назначено наказание в виде 3 лет лишения свободы, с отбыванием наказания в колонии – поселении, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с управлением транспортными средствами, сроком на 2 года. В результате виновных действий ответчика им как родителям погибшего причинен моральный вред, поскольку трагическая, преждевременная и мучительная гибель родного человека, привела к нравственным страданиям и переживаниям, и негативного сказалась на психологическом состоянии. Гибель родного ребенка является для них невосполнимой утратой, с которой невозможно смириться.

Просили взыскать с ответчика ФИО5 в счет компенсации морального вреда, причиненного в результате преступления, денежные средства в размере <данные изъяты> руб. в пользу ФИО1, в размере <данные изъяты> руб. – в пользу ФИО2

<данные изъяты> постановил вышеуказанное решение.

В апелляционной жалобе представитель ответчика ФИО5 – ФИО4 считает решение суда необъективным и несправедливым. Приговором суда установлено, что вина ответчика в данном ДТП является фактически обоюдной, наряду с водителем велосипеда погибшим ФИО17 При рассмотрении уголовного дела потерпевшая ФИО1 отказалась заявлять исковые требования о взыскании с ФИО5 морального вреда и материального ущерба, поясняя, что данное обстоятельство не является для нее принципиальным вопросом. В судебном заседании по настоящему гражданскому делу представителем ответчика был признаны исковые требования на сумму <данные изъяты> руб., то есть по <данные изъяты> руб. в пользу каждого истца. Считает, что с учетом обстоятельств ДТП данная сумма исковых требований являлась разумной и справедливой. Кроме того, ответчик ФИО3 находится в местах лишения свободы, кроме заработной платы, которую он получает в исправительной колонии, других источников дохода не имеет. Просит решение районного суда изменить, взыскать с ФИО5 компенсацию морального вреда в общем размере <данные изъяты> руб.

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель ответчика ФИО5 – ФИО4, действующий на основании доверенности, поддержал доводы апелляционной жалобы.

Истец ФИО1 в судебном заседании полагала решение суда законным и не подлежащим отмене.

Истец ФИО2 и ответчик ФИО5 в судебное заседание суда апелляционной инстанции не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом.

С учетом изложенного, на основании ст. ст. 167, 327 ГПК РФ судебная коллегия определила возможным рассмотрение дела в отсутствие указанного лица.

При таких обстоятельствах, с учетом положений ч. 3 ст. 167 ГПК РФ, судебная коллегия не усматривает процессуальных препятствий для рассмотрения дела в отсутствие неявившихся лиц по делу.

Изучив материалы настоящего гражданского дела, заслушав объяснения лиц, участвующих в деле, прокурора, полагавшего решение суда законным и обоснованным, проверив законность и обоснованность принятого по делу решения в пределах доводов жалобы в соответствии с требованиями ч. 1 ст. 327.1 ГПК РФ, судебная коллегия приходит к следующему.

Как установлено судом и следует из материалов дела, приговором <данные изъяты>., вступившим в законную силу, ФИО3 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного ч. 3 ст. 264 УК РФ, и ему назначено наказание в виде <данные изъяты>

Преступление совершено им при следующих обстоятельствах: ДД.ММ.ГГГГ ДД.ММ.ГГГГ водитель ФИО5, управляя мотоциклом марки «IRBIS ТТR250», VIN: №, без регистрационного знака, следовал по автомобильной дороге <адрес> вне населенного пункта, со стороны <адрес> в направлении <адрес>. Двигаясь в указанном направлении, проезжая участок 0 км + 650 м указанной автомобильной дороги, в нарушение требований ПДД РФ ФИО5 не выбрал скорость, обеспечивающую безопасность и возможность постоянного контроля за движением транспортного средства, при возникновении опасности – велосипедиста ФИО7, который, находясь в поле его зрения, следовал впереди него в попутном направлении по правой стороне проезжей части, имея возможность предотвращения ДТП путем заблаговременного увеличения бокового интервала для объезда, своевременных мер к снижению скорости не принял, совершил с ним попутное столкновение.

В результате ДТП велосипедисту ФИО21 были причинены следующие телесные повреждения: головы: перелом затылочной кости слева, кровоизлияние над твердой мозговой оболочкой в задней черепной ямке слева, кровоизлияния под твердой мозговой оболочкой во всех отделах, кровоизлияния под мягкой мозговой оболочкой правого и левого полушарий мозжечка, затылочных долей, лобных долей, височных долей правого и левого полушарий как на сферической, так и на нижней поверхности, кровоизлияния с деструкцией вещества мозга лобной, височной и теменной долей левого полушария, кровоизлияния в веществе левой затылочной доли и полушарий мозжечка, кровоизлияния в мозолистом теле, в проекции ствола и моста, кровоизлияния в мягких покровах головы, ссадина головы; позвоночника: компрессионный перелом Т11 позвонка; ушибленная рана поясничной области справа; конечностей: перелом левой вертлужной впадины, вывих головки левой бедренной кости, ссадина в проекции левого плечевого сустава, ссадина на задней поверхности левого плеча в нижней трети с переходом на локтевой сустав и на предплечье, ссадина на наружной поверхности левого голеностопного сустава, кровоподтек на передней и внутренней поверхности правой голени в средней и нижней трети, оценивающиеся в совокупности, как тупая сочетанная травма головы, груди, живота, таза, конечностей, и по признаку опасности для жизни квалифицирующиеся как тяжкий вред здоровью, на основании п.п. 6.1.2, 6.1.3 раздела II «Медицинских критериев определения степени тяжести вреда, причиненного здоровью человека», утвержденных приказом Министерства здравоохранения и социального развития РФ от 24 апреля 2008 г. № 194н, и состоящие в причинной связи со смертью, то есть повлекли по неосторожности его смерть, которая наступила ДД.ММ.ГГГГ в 02:32 в ГБУЗ «Клиническая больница № им. ФИО12» <адрес>.

Истцы ФИО1 и ФИО2 являются родителями умершему ФИО16., что подтверждается свидетельством о рождении от ДД.ММ.ГГГГ I-ИЗ №.

Разрешая настоящий спор, руководствуясь положениями ст. ст. 151, 1064, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), разъяснениями постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда», постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 октября 2010 г. № 1 «О применении судами гражданского законодательства, регулирующего отношения по обязательствам вследствие причинения вреда жизни или здоровью гражданина», суд первой инстанции исходил из наличия оснований для удовлетворения исковых требований ФИО1 и ФИО2 о взыскании с ответчика компенсации морального вреда, причиненного в результате гибели их сына в ДТП.

Судебная коллегия соглашается с обоснованностью выводов суда первой инстанции, поскольку они основаны на совокупном исследовании имеющихся в деле доказательств, не противоречат действующему законодательству, подробно аргументированы в обжалуемом судебном акте.

Разрешая заявленные требования, суд первой инстанций правильно определил характер правоотношений сторон и нормы закона, которые их регулируют, исследовал обстоятельства, имеющие значение для разрешения спора.

В силу ст. 1064 ГК РФ вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред.

Согласно ст. ст. 1099 и 1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от подлежащего возмещению имущественного вреда и независимо от вины причинителя вреда в случае, если вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности.

Факт ДТП, имевшего место ДД.ММ.ГГГГ, ответчиком не оспаривается, подтверждается имеющимися в материалах дела доказательствами, в частности, вступившим в законную силу приговором <данные изъяты>. в отношении ФИО5, который в силу ч. 4 ст. 61 ГПК РФ имеет преюдициальное значение при рассмотрении данного дела по вопросам, имели ли место эти действия, совершены ли они данным лицом.

Выводы суда о размере компенсации морального вреда мотивированы, основаны на оценке имеющихся в деле доказательств, в том числе доводов истцов, приведенных в исковом заявлении и непосредственно в судебном заседании, о перенесенных ими нравственных страданиях в связи со смертью сына, с которым истцы поддерживали теплые отношения. При определении размера компенсации судом учтены фактические обстоятельства причинения вреда, вина ответчика, его поведение после ДТП, принципы разумности и справедливости. Грубой неосторожности в действиях погибшего судом первой инстанции не установлено.

Доводы апелляционной жалобы представителя ответчика о завышенном размере компенсации морального вреда не влекут отмену принятого по делу судебного акта, поскольку данный довод направлен на переоценку доказательств, исследованных судом в соответствии с требованиями ст. 67 ГПК РФ.

Доводы апелляционной жалобы о несогласии с размером компенсации морального вреда ввиду нарушения ПДД РФ погибшим, не могут быть приняты во внимание по следующим основаниям.

В рамках рассмотрения уголовного дела судом исследовались обстоятельства, связанные с виновностью участников ДТП и наступившими последствиями.

Установлено, что согласно выводам заключения судебной автотехнической экспертизы от ДД.ММ.ГГГГ №, 2081/2-1, 2082/2-1 действия как ФИО5, не соответствующие требованиям п. 9.10, п. 10.1 абз. 1 ПДД РФ, так и ФИО7, не соответствующие требованиям п. 24.2 абз. 1 ПДД РФ, находятся в причинной связи с ДТП. Однако именно действия мотоциклиста ФИО5 по предотвращению столкновения с велосипедистом полностью зависели от него, от безусловного выполнения им требований пунктов 9.10, п. 10.1 абз. 1 ПДД РФ. Как следует из заключения эксперта, при заданных исходных данных водитель мотоцикла ФИО5 располагал технической возможностью предотвратить столкновение с велосипедом под управлением ФИО7 путем своевременного и безусловного выполнения требований пунктов 9.10, п. 10.1 абз. 1 ПДД РФ, однако, как показали события ДТП, не сделал этого.

В целях проверки доводов жалобы суд апелляционной инстанции с учетом положений ст. ст. 327 и 327.1 ГПК РФ и разъяснений, содержащихся в п. 43 постановления Пленума Верховного Суда РФ от ДД.ММ.ГГГГ № «О применении судами норм гражданского процессуального законодательства, регламентирующих производство в суде апелляционной инстанции», приобщил дополнительные доказательства, необходимые для установления юридически значимых обстоятельств с учетом соблюдения принципа полного, всестороннего и объективного рассмотрения дела, а именно, документы, касающиеся имущественного положения ответчика.

Из приобщенных документов следует, что размер заработной платы ФИО5 за период с ДД.ММ.ГГГГ по ДД.ММ.ГГГГ составляет <данные изъяты> коп. В собственности ответчика имеется <данные изъяты> доли жилого здания и земельного участка, расположенных по адресу: <адрес>, а также транспортное средство «Лада Веста», 2016 г. выпуска, рег. знак №.

Из анализа ст. ст. 151, 1101 ГК РФ следует, что размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При этом характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего. Оценка разумности и справедливости размера компенсации морального вреда относится к прерогативе суда первой инстанции.

Таким образом, данная категория дел носит оценочный характер, и суд вправе при определении размера компенсации морального вреда, учитывая вышеуказанные нормы закона, с учетом степени вины ответчика и индивидуальных особенностей потерпевшего, определить размер денежной компенсации морального вреда по своему внутреннему убеждению, исходя из конкретных обстоятельств дела.

Законодатель, закрепляя право на компенсацию морального вреда, не устанавливает единого метода оценки физических и нравственных страданий, не определяет конкретный размер компенсации, а предоставляет определение размера компенсации суду.

Сумма компенсации морального вреда, подлежащая взысканию с ответчика, должна быть соразмерной последствиям нарушения и компенсировать потерпевшему перенесенные им физические или нравственные страдания, устранить эти страдания либо сгладить их остроту (абзац 2 п. 30 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 15 ноября 2022 г. № 33 «О практике применения судами норм о компенсации морального вреда»).

По мнению судебной коллегии, определенный судом размер компенсации морального вреда в связи со смертью близкого истцам человека является соразмерным причиненному вреду, и согласуется с принципами конституционной ценности жизни, здоровья и достоинства личности, а также с принципами разумности и справедливости.

Оснований для уменьшения размера компенсации морального вреда судебная коллегия не находит.

Оснований полагать, что суд первой инстанции не учел требований закона и неверно определил размер компенсации морального вреда с учетом фактических обстоятельств, не имеется, поскольку судом могут быть приняты во внимание при определении размера компенсации морального вреда любые заслуживающие внимание обстоятельства.

При проверке законности и обоснованности решения по настоящему делу в апелляционном порядке судебная коллегия не установила нарушений норм материального или процессуального законодательства, являющихся основанием к отмене обжалуемого решения.

Таким образом, судебная коллегия считает, что обжалуемое решение, постановленное в соответствии требованиями закона, подлежит оставлению без изменения, а апелляционная жалоба – оставлению без удовлетворения.

Руководствуясь ст. ст. 328-329 ГПК РФ, судебная коллегия

о п р е д е л и л а:

решение Кузнецкого районного суда Пензенской области от 24 сентября 2025 г. оставить без изменения, апелляционную жалобу ФИО5 в лице представителя ФИО6 – без удовлетворения.

Мотивированное апелляционное определение изготовлено в окончательной форме 11 февраля 2026 г.

Председательствующий

Судьи