Решение № 2-4/2018 2-4/2018(2-78/2017;)~М-75/2017 2-78/2017 М-75/2017 от 14 ноября 2018 г. по делу № 2-4/2018

Дело №2-4/2018


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

15 ноября 2018 года с.Тиличики Олюторского района Камчатского края

Олюторский районный суд Камчатского края в составе:

председательствующего судьи Белоусовой Е.В.,

при секретаре Сивак А.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4, ФИО5 к ФИО6, администрации Олюторского муниципального района, администрации Петропавловск-Камчатского городского округа о признании сделки приватизации по договору о передаче на праве собственности жилья недействительной, возложении обязанности на администрацию Олюторского муниципального района и отдел по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации Олюторского муниципального района ходатайствовать перед администрацией Петропавловск-Камчатского городского округа об обеспечении истцов жильем по договору социального найма с возможным предоставлением жилья, о взыскании морального вреда, судебных расходов,

встречному исковому заявлению администрации Олюторского муниципального района к ФИО5, ФИО4 о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, ФИО5 обратились в суд с иском к ФИО6, администрации Олюторского муниципального района, администрации Петропавловск-Камчатского городского округа о признании сделки приватизации по договору о передаче на праве собственности жилья недействительной, возложении обязанности на администрацию Олюторского муниципального района и отдел по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации Олюторского муниципального района ходатайствовать перед администрацией Петропавловск-Камчатского городского округа об обеспечении истцов жильем по договору социального найма с возможным предоставлением жилья, о взыскании морального вреда, судебных расходов.

В обоснование иска указано на то, что в 1981 году истцы с сыном ДД.ММ.ГГГГ г.р. приехали на постоянное место жительства в <адрес>. В ДД.ММ.ГГГГ году у истцов родились две дочери. 05.01.1987 года истцу ФИО4, с учетом состава его семьи – супруги ФИО5 и троих детей, выдан ордер на право занятия квартиры по адресу: <адрес> Семья истцов, включая детей, вселилась в указанное жилое помещение. В июле 1987 года ФИО5 вместе с детьми выехала в <адрес>. В январе 1988 года ФИО5 с детьми вернулась в <адрес>, продолжали проживать всей семьей по указанному адресу. В марте 1992 года истцы месте с детьми, всей семьей выехали в <адрес> в отпуск и по семейным, материальным обстоятельствам не смогли вернуться после отпуска в <адрес>, остались проживать в Киргизии. В дальнейшем ФИО4 получил гражданство <данные изъяты>, а ФИО5 – гражданство РФ. В 2014 году истцам стало известно, что квартира, которая была предоставлена им по адресу: <адрес>, 01.02.1996 года приватизирована ответчиком ФИО6 В мае 2014 года истец ФИО5 вернулась в <адрес> и стала проживать в <адрес>, а члены ее семьи остались проживать в <адрес>. Полагают, что предоставляемое им на основании ордера спорное жилое помещение было необоснованно приватизировано ответчиком ФИО6 На основании изложенного, просят признать сделку приватизации по договору о передаче на праве собственности жилья №92 от 01.02.1996 года, заключенному между администрацией Олюторского муниципального района и ФИО6 – недействительной; обязать администрацию Олюторского муниципального района и отдел по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации Олюторского муниципального района ходатайствовать перед администрацией Петропавловск-Камчатского городского округа об обеспечении истцов жильем по договору социального найма с возможным предоставлением жилья с правом регистрации по месту жительства в жилищном фонде, относящемся к малосемейным общежитиям (не коридорного типа); взыскать с ответчика ФИО6 в пользу истца ФИО5 расходы на оплату юридических услуг и расходы по оплате госпошлины, в пользу истца ФИО4 – компенсацию морального вреда в сумме 100 000 руб.

Администрация Олюторского муниципального района обратилась со встречным иском к ФИО5, ФИО4 о признании утратившими право пользования жилым помещением и снятии с регистрационного учета.

В обоснование встречного иска администрация Олюторского муниципального образования указывает, что ФИО4 и ФИО5 добровольно выехали из жилого помещения по адресу: <адрес> Данная квартира предоставлялась семье истцов (по первоначальному иску) по ордеру от 05.01.1987 года в связи с работой на «Корфском рыбокомбинате». После добровольного выезда семьи ФИО7 и ФИО5 из спорной квартиры, 18.10.1991 года указанная квартира была предоставлена по ордеру ФИО6 На основании ч.2 ст.89 ЖК РСФСР, просит признать ФИО5, ФИО4 утратившими право пользования квартирой, расположенной по адресу: <адрес> снять их с регистрационного учета по указанному адресу.

По первоначальному иску истец ФИО4, его представитель по доверенности ФИО5, являющаяся также истцом, представитель по доверенности ФИО5 – ФИО8 в судебное заседание не явились, извещены о времени и месте рассмотрения дела надлежащим образом. На встречное исковое заявление от ФИО5 и ФИО8 поступили письменные возражения, из которых следует, что ФИО4 и ФИО5 из спорного жилого помещения выехали не постоянно, а временно, при этом у их родственника находился ключ от квартиры, при этом они были не намерены отказываться от жилого помещения. Полагают, что администрацией Олюторского муниципального района не представлено доказательств в обоснование доводов встречного искового заявления, в связи с чем просят встречные исковые требования оставить без удовлетворения.

Ответчик по первоначальному иску ФИО6 неоднократно извещалась о рассмотрении дела посредством направления почтового отправления с судебной повесткой, исковым заявлением по адресу ее регистрации, имеющемуся в деле. Почтовые отправления не получены. Согласно отметкам на почтовых конвертах почтовые отправления возвращены в суд в связи с истечением срока хранения. Сотрудниками почтового отделения принимались необходимые попытки для вручения корреспонденции.

В соответствии с ч.3 ст.167 ГПК РФ суд вправе рассмотреть дело в случае неявки кого-либо из лиц, участвующих в деле и извещенных о времени и месте судебного заседания, если ими не представлены сведения о причинах неявки или суд признает причины их неявки неуважительными.

Действия ответчика по первоначальному иску ФИО6, выразившиеся в неисполнении обязанности по получению почтовой корреспонденции, направляемой по всем адресам, имеющимся в материалах дела, являются злоупотреблением правом, что недопустимо в соответствии со ст.10 ГК РФ.

В связи с чем, суд признает извещение ответчика по первоначальному иску ФИО6 надлежащим.

Представитель ответчика по первоначальному иску и истца по встречному иску – администрации Олюторского муниципального района – ФИО9 в судебном заседании первоначальные исковые требования не признала, настаивала на встречном исковом заявлении. В обоснование своей позиции по первоначальному и по встречным искам пояснила, что ФИО4 являлся работником «<данные изъяты>», в связи с чем 05.01.1987 года ему с учетом его супруги ФИО5 и троих детей было предоставлено жилое помещение – квартира по адресу: <адрес>9. В дальнейшем семья добровольно освободила квартиру, уволившись с «<данные изъяты>», всей семьей выехали из <адрес> в <адрес>. Только после этого 18.10.1991 года на данное жилое помещение был выдан ордер ФИО6 Сведений о том, имелась ли задолженность по коммунальным услугам за ФИО4 и ФИО5, какие акты принимались «<данные изъяты> или администрацией <адрес>, свидетельствующих о том, что спорная квартира освобождена ФИО4 и ФИО5, в настоящее время не сохранилось в связи с давностью и реорганизацией «Корфского рыбокомбината». Вместе с тем, поскольку 18.10.1991 года по ордеру указанная квартира предоставлена другой семье, следовательно, жилое помещение было свободным. Также заявила о пропуске срока исковой давности по требованию первоначального иска о признании приватизации недействительной. На вопросы суд представитель пояснила, что в настоящее время в связи с давностью событий, истечением сроков хранения различных документов, реорганизацией юридических лиц, где осуществляли трудовую деятельности истцы и ответчик по первоначальному иску, землетрясением и в дальнейшем закрытием <адрес>, не представляется возможности установить каким именно образом предоставлялось жилье работникам организаций, являлось ли жилье ведомственным, предоставлялось ли на период работы, каким образом выселялись лица, прекратившую трудовую деятельность в <адрес> и.т.п. Решения Корфского исполкома и президиума совета народных депутатов, документы завода, сведения о том, у кого на балансе стоял жилой дом по <адрес>, и подобные документы за период 1980-1995 годов, в настоящее время обнаружить или восстановить невозможно. Вывод о том, что истцами по первоначальному иску спорная квартира была освобождена, сделан на основании имеющихся архивных документов, из которых следует, что в октябре 1991 года ордер на указанное жилье выдан другому лицу.

Суд считает извещение неявившихся в судебное заседание участников процесса надлежащим и полагает на основании ст.167 ГПК РФ возможным рассмотреть дело при имеющейся явке.

Выслушав пояснения представителя ответчика (истца – по встречному иску) администрации Олюторского муниципального района – ФИО9, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Из материалов дела следует, что 05.01.1987 года на основании решения исполкома Корфского Совета народных депутатов от 26.12.1986 года №74 ФИО4, как очереднику рыбозавода, выдан ордер №1254 на право занятия 3-комнатной квартиры, жилой площадью 38,4 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>9. Указанное жилое помещение предоставлено с учетом состава семьи, состоящей из 5 человек: ФИО4 – квартиросъемщик, ФИО5 – жена, ФИО10 – сын, ФИО11 и ФИО12 – дочери (том 1 л.д.164, том 2 л.д.25).

Согласно сведениям УФМС России по Камчатскому краю от 16.08.2013 года ФИО5 и ФИО4 с 04.12.1987 по настоящее время зарегистрированы по адресу: <адрес>9 (том 1 л.д.166).

В своем исковом заявлении ФИО4 и ФИО5 ссылаются на то, что их семья выехала из спорного жилого помещения в марте 1992 года. Вместе с тем, из копии трудовой книжки ФИО4 следует, что в период с 14.05.1981 года по 04.11.1981 года, с 22.03.1982 года по 10.12.1987 года ФИО4 осуществлял трудовую деятельность на <данные изъяты><данные изъяты>, с 11.12.1987 года по 22.11.1990 года – <данные изъяты> Уволен по собственному желанию – 22.11.1990 года. 22.03.1991 года принят на работу в <данные изъяты> Дальнейшие записи – о периодах работы в иных организациях <адрес>. То есть, начиная с 22.03.1991 года ФИО4 постоянно работал в <адрес>.

Из копии трудовой книжки ФИО5 следует, что ФИО5 работала в период с 04.08.1982 года по 29.09.1982 года в <данные изъяты>, с 2.09.1982 года по 01.07.1987 года – на <данные изъяты>, с 11.01.1988 года по 24.01.1991 года – в <данные изъяты>. 24.01.1991 года – уволена. 10.09.1991 года – принята в <данные изъяты> Из копии трудовой книжки не усматривается место нахождения <данные изъяты>», однако, запись от 27.01.1992 года о переводе и от 08.12.1992 года об увольнении из данной организации свидетельствует, что основанием для увольнения служили нормы КЗОТ <адрес>. В период с 14.01.1994 года – в <данные изъяты>. Таким образом, суд приходит к выводу, что начиная с 10.09.1991 года ФИО5 постоянно работала в <адрес>.

18.10.1991 года на основании решения Президиума Корфского совета народных депутатов от 11.10.1991 года (Протокол №12, параграф 124) ФИО6, как очереднику <данные изъяты>, выдан ордер № на право занятия 3-комнатной квартиры, жилой площадью 38,4 кв.м., расположенной по адресу: <адрес>9, в доме, принадлежащем Корфскому рыбозаводу. Указанное жилое помещение предоставлено с учетом состава семьи, состоящей из 5 человек: ФИО6 – основной квартиросъемщик, ФИО13 – муж, ФИО14 – сын, ФИО15 и ФИО16 – дочери (том 2 л.д.31).

В период с июня 1992 года по август 1994 года семья ФИО6 зарегистрирована по месту жительства (прописана, согласно действующему в тот период законодательству), в спорной квартире, что следует из сведений о семье, поквартирной карточки (том 2 л.д.26, 31).

На основании договора 92/95 передачи жилой квартиры в собственность от 01.02.1996 года, <адрес> в <адрес>, общей площадью 67, 8 кв.м., получена в собственность (приватизирована) ФИО6, с учетом членов ее семьи: ФИО13, ФИО15, ФИО16 (том 2 л.д.27).

При этом в декабре 1995 года ФИО17 обращалась в Корфский сельский Совет народных депутатов с соответствующим заявлением о передаче в собственность семье из 4 человек <адрес> в <адрес>, жилой площадью 38,4 кв.м. (том 2 л.д.30), супруг ФИО6 – ФИО13 ДД.ММ.ГГГГ подал заявление о том, что согласен на приватизацию указанной квартиры его женой ФИО6 (том 2 л.д.32), Отдел опеки и попечительства Олюторского отдела образования в декабре 1995 года за № дал разрешение на приватизацию квартиры по адресу <адрес>9 ФИО6, имеющей на иждивении двоих несовершеннолетних детей – ФИО15 и ФИО16 (том 2 л.д.34).

Согласно ч.1 ст.166 КК РФ сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В силу ч.3 ст.166 ГК РФ требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки вправе предъявить сторона сделки, а в предусмотренных законом случаях также иное лицо.

В соответствии со ст.168 Гражданского кодекса РФ за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. (п.1).

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (п. 2).

Обращаясь в суд с исковыми требованиями о признании недействительной сделки приватизации по договору о передаче на праве собственности жилья от 01.02.1996 года №92, ФИО4 и ФИО5 ссылаются на то, что до марта 1992 года их семья проживала в спорной квартире, после чего выехали временно, намереваясь вернуться, а за квартирой осуществлял уход брат ФИО4, ФИО18 и ее семья незаконно вселены в квартиру, впоследствии по непонятным причинам незаконно в приватизации не участвовали несовершеннолетние дети и супруг ФИО18, при приватизации в документах необоснованно изменена площадь спорной квартиры.

В соответствии со ст.2 Закона РФ от 04.07.1991 №1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции от 11.08.1994, действовавшей на период приватизации ФИО6 квартиры по адресу: <адрес>9) граждане, занимающие жилые помещения в домах государственного и муниципального жилищного фонда, включая жилищный фонд, находящийся в полном хозяйственном ведении предприятий или оперативном управлении учреждений (ведомственный фонд), по договору найма или аренды, вправе с согласия всех совместно проживающих совершеннолетних членов семьи, а также несовершеннолетних в возрасте от 15 до 18 лет приобрести эти помещения в собственность на условиях, предусмотренных настоящим Законом, иными нормативными актами Российской Федерации и республик в составе Российской Федерации. Жилые помещения передаются в общую собственность (совместную или долевую) либо в собственность одного из совместно проживающих лиц, в том числе несовершеннолетних.

Согласно п.1 ст.6 указанного закона в указанной редакции, передача в собственность граждан жилых помещений осуществляется соответствующим Советом народных депутатов или его исполнительным органом.

Передача жилья в собственность граждан оформляется договором передачи, заключаемым местной администрацией, предприятием, учреждением с гражданином, получающим жилое помещение в собственность в порядке, установленном соответствующим Советом народных депутатов. При этом нотариального удостоверения договора передачи не требуется и государственная пошлина не взимается. В договор передачи жилого помещения в собственность включаются несовершеннолетние, имеющие право пользования данным жилым помещением и проживающие совместно с лицами, которым это жилое помещение передается в общую с несовершеннолетними собственность, или несовершеннолетние, проживающие отдельно от указанных лиц, но не утратившие право пользования данным жилым помещением. Право собственности на приобретенное жилье возникает с момента регистрации договора в исполнительном органе местного Совета народных депутатов. (Статья 7 Закона РФ от 04.07.1991 №1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции от 11.08.1994 года).

Из исследованных в судебном заседании материалов дела следует, что ФИО4 не позднее 22.03.1991 года, а ФИО5 не позднее 10.09.1991 года выехали из квартиры, расположенной по адресу: <адрес>9. Данное обстоятельство подтверждается копиями трудовых книжек истцов по первоначальному иску, из которых следует, что в указанный период ими постоянно начата трудовая деятельность в <адрес>.

В материалах дела отсутствуют документы, свидетельствовавшие бы о том, что истцы намерены были возвратиться в спорное жилье, продолжали нести бремя содержания указанной квартиры. Также не представилось возможным установить каким образом разрешался вопрос об освобождении истцами спорной квартиры.

Вместе с тем, из корешка ордера №1886 от 18.10.1991 года следует, что уже после отъезда ФИО1 и ФИО2 и начала ими трудовой деятельности в <адрес>, на основании решения Президиума Корфского совета народных депутатов от 11.10.1991 года ФИО6, как очереднику Корфского рыбозавода, выдан ордер на право занятия спорной квартиры в доме, принадлежащем Корфскому рыбозаводу.

При таких обстоятельствах, довод истцов по первоначальному иску о том, что они проживали в спорном жилом помещении до марта 1992 года и намеревались в дальнейшем вернуться в <адрес>, не нашел своего подтверждения и опровергается материалами дела.

В связи с тем, что не сохранились решения Президиума Корфского совета народных депутатов, документы, подтверждающие принадлежность дома по <адрес> в <адрес> – <данные изъяты>, не представляется возможным установить по какой причине ФИО1 и ФИО2 после выезда из <адрес> в <адрес> остались прописанными (согласно действовавшему в указанный период законодательству, термин «прописка» подразумевал регистрацию по месту жительства) по адресу: <адрес>9. Тот факт, что наличие их прописки по данному адресу опровергается поквартирной карточкой на указанную квартиру, суд полагает, связан с тем, что в утраченных в настоящее время документах <данные изъяты>, семья истцов на период выдачи ордера на спорную квартиру ФИО6, не являлась прописанной в данной квартире, однако сведения об этом не были представлены надлежащим образом в орган, осуществлявший внесение данных в базу МВД РФ. При этом, суд приходит к выводу, что не смотря на наличие подтвержденной справкой УФМС России по Камчатскому краю от 16.08.2013 года регистрации по месту жительства ФИО5 и ФИО4 с 04.12.1987 по настоящее время по адресу: <адрес>9, фактически установлено, что по указанному адресу истцы не проживали с 1991 года, добровольно выехав из спорной квартиры, предварительно уволившись с постоянных мест работы в <адрес> и впоследствии трудоустроившись в указанном году на работу в <адрес>.

Таким образом, суд не находит подтверждёнными исследованными доказательствами, доводы истцов о незаконной выдаче ФИО6 ордера на спорную квартиру, о незаконном вселении ФИО6 и ее семьи в указанную квартиру.

Также, при приватизации указанной квартиры ФИО6, Президиумом Корфского совета народных депутатов, администраций <адрес> соблюдены установленные Законом РФ от 04.07.1991 №1541-1 «О приватизации жилищного фонда в Российской Федерации» (в редакции от 11.08.1994, действовавшей на период приватизации ФИО6 спорной квартиры) требования к приватизации квартиры по адресу: <адрес>9. А именно: декабре 1995 года ФИО17 обратилась в Корфский сельский Совет народных депутатов с соответствующим заявлением о передаче в собственность семье из 4 человек <адрес> в <адрес>, супруг ФИО6 – ФИО13 05.12.1995 года подал заявление о том, что согласен на приватизацию указанной квартиры его женой ФИО6, Отдел опеки и попечительства Олюторского отдела образования в декабре 1995 года за № дал разрешение на приватизацию квартиры по адресу <адрес>9 ФИО6, имеющей на иждивении двоих несовершеннолетних детей – ФИО15 и ФИО16 На основании договора 92/95 передачи жилой квартиры в собственность от 01.02.1996 года, заключенного администрацией <адрес> и ФИО3, <адрес> в <адрес>, получена в собственность (приватизирована) ФИО6

Довод истцов о том, что при приватизации необоснованно изменена площадь спорной квартиры, также не нашел своего подтверждения. В имеющихся в материалах дела копиях ордеров, корешков к ордерам – указана жилая площадь квартиры – 38, 4 кв.м. В договоре о передаче квартиры в собственность от 01.02.1995 года указана общая площадь квартиры 67, 8 кв.м. Согласно выписке из ЕГРН об основных характеристиках и зарегистрированных правах на объект недвижимости (том 2 л.д.70), общая площадь квартиры по адресу: <адрес>9, составляет 67,8 кв.м. Из плана помещения, содержащегося в данной выписке, следует, что квартира состоит из трех комнат, площадью 16, 2 кв.м., 9, 2 кв.м. и 13, 0 кв.м. Таким образом, жилая площадь спорной квартиры составляет 38, 4 кв.м, что соответствует указанному в ордерах размеру жилой площади.

При изложенных обстоятельствах, суд не находит оснований для удовлетворения требования истцов по первоначальному иску о признании недействительной сделки приватизации по договору о передаче на праве собственности жилья от 01.02.1996 года №92.

Кроме того, в соответствии с ч.2 ст.181 ГК РФ срок исковой давности по требованию о признании оспоримой сделки недействительной и о применении последствий ее недействительности составляет один год. Течение срока исковой давности по указанному требованию начинается со дня прекращения насилия или угрозы, под влиянием которых была совершена сделка (пункт 1 статьи 179), либо со дня, когда истец узнал или должен был узнать об иных обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной.

В соответствии со ст.195 ГК РФ, исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Как следует из п.1 ст.200 ГК РФ, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало, или должно было узнать о нарушении своего права.

Исковое заявление первоначально поступило в суд 04.08.2016 года. При этом истцы указывают, что о нарушении их права им стало известно 14.08.20014 года – при получении ответа Министерства ЖКХ и энергетики Камчатского края от 27.06.2014 года №20.14-2517-06.

Истцы по первоначальному иску указывают ряд обстоятельств, послуживших причиной пропуска ими срока исковой давности при обращении в суд с данным иском (отсутствие материальной возможности, болезнь детей, болезнь и смерть родителей, болезнь и инвалидность ФИО4, длительность процедуры получения гражданства РФ ФИО5, переезд ФИО5 в <адрес> лишь в 2014 году, после чего оказание ей юридических услуг ненадлежащего качества и ее юридическая безграмотность, обращение в <данные изъяты> городской суд с иском, требования которого не восстанавливали ее права, переезд ее с одного места жительства в другое в <адрес>). В связи с данными обстоятельствами просят восстановить срок исковой давности, указывая, что о том, что только в августе 2014 года им стало известно, что квартира, предоставленная им на основании указанного ранее ордера, передана в собственность в 1996 году другому лицу, т.е. нарушено их право.

К данным доводам истцов суд относится критически по следующим обстоятельствам.

Истцы в 1991 году уволились в постоянной работы в <адрес>, выехали в <адрес>, где трудоустроились, дети истцов посещали образовательные учреждения, истец ФИО4 получил гражданство <данные изъяты>, где регулярно получал также медицинскую помощь. В соответствии со ст.56 ГПК РФ истцами по первоначальному иску не представлено доказательств, что они предпринимали попытки получить информацию о ранее предоставленной им спорной квартире, т.е. направляли различные обращения в <адрес>, в т.ч. на <данные изъяты>, администрацию <адрес>, интересовались судьбой спорной квартиры посредством Интернет или СМИ, а также несли бремя содержания спорной квартиры. Тот факт, что бремя содержания квартиры (оплату коммунальных услуг) они не несли, истцы указывают в своем исковом заявлении. Представленная истцами переписка до 2014 года связана лишь с вопросами получения гражданства РФ.

По мнению суда, изложенные обстоятельства свидетельствуют о том, что в 1991 году истцы выехали из <адрес> в Республику <адрес>, где проживали, утратив интерес к спорной квартире на срок более 23 лет (с 1991 года по 2014 год).

Довод о том, что в 2014 году истец ФИО5 обратилась в юридическую консультацию, где ей были оказаны услуги ненадлежащего качества, в результате чего она 25.08.2014 года обратилась в Петропавловск-Камчатский городской суд с иском, который был составлен неверно, также не нашел своего подтверждения, поскольку ФИО5 не представлено доказательств того, что в дальнейшем она предпринимала попытки защитить ее нарушенные права как потребителя юридических услуг.

Таким образом, истцами по первоначальному иску ФИО4 и ФИО5 не представлено доказательств уважительности причины пропуска срока исковой давности при обращении в суд с иском

В силу ч.2 ст.199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Рассматривая требование ФИО4 и ФИО5 о возложении обязанности на администрацию Олюторского муниципального района и отдел по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации Олюторского муниципального района ходатайствовать перед администрацией Петропавловск-Камчатского городского округа об обеспечении истцов ФИО4 и ФИО5 жильем по договору социального найма с возможным предоставлением жилья с правом регистрации по месту жительства в жилищном фонде, относящимся к малосемейным общежитиям (не коридорного типа), суд приходит к следующему.

Согласно преамбуле к Федеральному закону от 21 декабря 1994 года №68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» данный федеральный закон определяет общие для Российской Федерации организационно-правовые нормы в области защиты граждан Российской Федерации, иностранных граждан и лиц без гражданства, находящихся на территории Российской Федерации, всего земельного, водного, воздушного пространства в пределах Российской Федерации или его части, объектов производственного и социального назначения, а также окружающей среды от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

В соответствии с пунктом 1 статьи 18 Федерального закона от 21 декабря 1994 года №68-ФЗ граждане Российской Федерации имеют право на возмещение ущерба, причиненного их здоровью и имуществу вследствие чрезвычайных ситуаций. В пункте 2 данной статьи определено, что порядок и условия, виды и размеры компенсаций и социальных гарантий, предоставляемых гражданам Российской Федерации в соответствии с пунктом 1 этой статьи, устанавливаются законодательством Российской Федерации и законодательством субъектов Российской Федерации.

В целях оказания помощи гражданам Российской Федерации, лишившимся жилого помещения в результате чрезвычайных ситуаций и стихийных бедствий, Правительством Российской Федерации 7 июня 1995 года принято постановление №561 «О государственных жилищных сертификатах, выдаваемых гражданам Российской Федерации, лишившимся жилого помещения в результате чрезвычайных ситуаций и стихийных бедствий».

Пунктом 1 названного постановления для граждан Российской Федерации, лишившихся жилого помещения в результате чрезвычайных ситуаций, стихийных бедствий, террористических актов или при пресечении террористических актов правомерными действиями, признан необходимым выпуск государственных жилищных сертификатов. Государственные жилищные сертификаты выдаются на основании решения Правительства Российской Федерации (абзац второй пункта 1 постановления Правительства Российской Федерации от 7 июня 1995 года №561).

Право на получение государственного жилищного сертификата имеют лица, являвшиеся гражданами Российской Федерации на момент чрезвычайной ситуации, в результате которой они лишились жилого помещения.

Государственные жилищные сертификаты выдаются гражданам, постоянно проживавшим и зарегистрированным в утраченном жилом помещении на момент чрезвычайной ситуации, стихийного бедствия, террористического акта или пресечения террористического акта правомерными действиями (абзац второй пункта 2 постановления Правительства Российской Федерации от 7 июня 1995 года №561).

Исходя из изложенного, с учетом «Обзора судебной практики по делам, связанным с реализацией гражданами, лишившимися жилого помещения в результате чрезвычайной ситуации, права на получение государственного жилищного сертификата, рассмотренным в 2009 - 2014 годах» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 21.10.2015), право на его получение и, следовательно, выделение государством помощи в связи с утратой жилого помещения имеют граждане Российской Федерации при одновременном наличии следующих условий:

- постоянного проживания на момент чрезвычайной ситуации, стихийного бедствия в утраченном жилом помещении;

- регистрации на момент чрезвычайной ситуации, стихийного бедствия в утраченном жилом помещении;

- утраты единственного жилого помещения в результате стихийного бедствия.

В суде установлено и подтверждается материалами дела, что истцы по первоначальному иску в 1991 году добровольно выехали из <адрес> в Республику <адрес>, где постоянно проживали – ФИО4 – по настоящее время, а ФИО5 до 2014 года.

На момент землетрясения в апреле 2006 года истца на территории Олюторского района фактически не проживали, а лишь были зарегистрированы по месту жительства. Данное обстоятельство истцами по первоначальному иску не оспаривается.

В соответствии с п.1 ст.18 Федерального закона от 21 декабря 1994 года №68-ФЗ «О защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера» Граждане Российской Федерации имеют право: на защиту жизни, здоровья и личного имущества в случае возникновения чрезвычайных ситуаций; в соответствии с планами действий по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций использовать средства коллективной и индивидуальной защиты и другое имущество органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления и организаций, предназначенное для защиты населения от чрезвычайных ситуаций; быть информированными о риске, которому они могут подвергнуться в определенных местах пребывания на территории страны, и о мерах необходимой безопасности; обращаться лично, а также направлять в государственные органы и органы местного самоуправления индивидуальные и коллективные обращения по вопросам защиты населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, в том числе обеспечения безопасности людей на водных объектах; участвовать в установленном порядке в мероприятиях по предупреждению и ликвидации чрезвычайных ситуаций; на возмещение ущерба, причиненного их здоровью и имуществу вследствие чрезвычайных ситуаций; на медицинское обслуживание, компенсации и социальные гарантии за проживание и работу в зонах чрезвычайных ситуаций; на получение компенсаций и социальных гарантий за ущерб, причиненный их здоровью при выполнении обязанностей в ходе ликвидации чрезвычайных ситуаций; на пенсионное обеспечение в случае потери трудоспособности в связи с увечьем или заболеванием, полученным при выполнении обязанностей по защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, в порядке, установленном для работников, инвалидность которых наступила вследствие трудового увечья; на пенсионное обеспечение по случаю потери кормильца, погибшего или умершего от увечья или заболевания, полученного при выполнении обязанностей по защите населения и территорий от чрезвычайных ситуаций, в порядке, установленном для семей граждан, погибших или умерших от увечья, полученного при выполнении гражданского долга по спасению человеческой жизни, охране собственности и правопорядка; на получение бесплатной юридической помощи в соответствии с законодательством Российской Федерации.

ФИО4 является гражданином <данные изъяты>, гражданином РФ не являлся. ФИО5 является гражданкой РФ с 2014 года. данные обстоятельства подтверждаются копиями паспортов исцов и не оспариваются самими истцами.

В соответствии с п.3 Порядка и условий выдачи государственных жилищных сертификатов от 10 июля 1995 года, получение государственного жилищного сертификата носит заявительный характер.

С заявлением о выдаче государственного жилищного сертификата в органы исполнительной власти истцы также не обращались. Доказательств того, что установленный порядок истцами не был соблюден по уважительной причине, суду не представлено.

При таких обстоятельствах, требование истцов по первоначальному иску ФИО4 и ФИО5 о возложении обязанности на администрацию Олюторского муниципального района и отдел по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации Олюторского муниципального района ходатайствовать перед администрацией Петропавловск-Камчатского городского округа об обеспечении истцов ФИО4 и ФИО5 жильем по договору социального найма с возможным предоставлением жилья с правом регистрации по месту жительства в жилищном фонде, относящимся к малосемейным общежитиям (не коридорного типа) – не подлежит удовлетворению.

Разрешая требование о взыскании с ФИО6 в пользу ФИО4 компенсации морального вреда в сумме 100 000 руб., суд пришел к следующему.

В соответствии со ст.151 ГК РФ если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда.

При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

На основании ст.1100 ГК РФ компенсация морального вреда осуществляется независимо от вины причинителя вреда в случаях, когда:

вред причинен жизни или здоровью гражданина источником повышенной опасности;

вред причинен гражданину в результате его незаконного осуждения, незаконного привлечения к уголовной ответственности, незаконного применения в качестве меры пресечения заключения под стражу или подписки о невыезде, незаконного наложения административного взыскания в виде ареста или исправительных работ;

вред причинен распространением сведений, порочащих честь, достоинство и деловую репутацию;

в иных случаях, предусмотренных законом.

Заявляя требование о взыскании с ФИО6 компенсации морального вреда в пользу ФИО4 в первоначальном иске указано, что ФИО4 причинены моральные и нравственные страдания тем, что ФИО6 незаконно стала собственником квартиры, на которую был выдан правоустанавливающий документ (ордер) ФИО4

При рассмотрении дела судом установлено, что оснований для бесспорного взыскания компенсации морального среда, указанных в ст.1100 ГК РФ, не имеется.

Также установлено, что ФИО6 обоснованно предоставлена по ордеру квартира по <адрес>9 в <адрес>. В действиях ФИО6 не усматривается действий, нарушающих какие-либо права и законные интересы ФИО4

В связи с чем суд находит требование о компенсации морального вреда необоснованным.

В соответствии со ст.98 ГПК РФ стороне, в пользу которой состоялось решение суда, суд присуждает возместить с другой стороны все понесенные по делу судебные расходы. В случае, если иск удовлетворен частично, указанные судебные расходы присуждаются истцу пропорционально размеру удовлетворенных судом исковых требований, а ответчику пропорционально той части исковых требований, в которой истцу отказано.

Согласно ст.88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В силу ст.94 ГПК РФ к издержкам, связанным с рассмотрением дела, относятся, в том числе расходы на оплату услуг представителей и суммы, подлежащие выплате свидетелям, экспертам, специалистам и переводчикам.

Поскольку исковые требования ФИО4, ФИО5 о признании сделки приватизации по договору о передаче на праве собственности жилья недействительной, возложении обязанности на администрацию Олюторского муниципального района и отдел по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации Олюторского муниципального района ходатайствовать перед администрацией Петропавловск-Камчатского городского округа об обеспечении истцов жильем по договору социального найма с возможным предоставлением жилья, о взыскании морального вреда – удовлетворению не подлежат, также отсутствуют основания и для взыскания в пользу ФИО5 расходов на оплату юридических услуг, расходов на оплату госпошлины.

Разрешая встречное исковое заявление администрации Олюторского муниципального района к ФИО5, ФИО4 о признании утратившими право пользования жилым помещением, снятии с регистрационного учета, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии с п.32 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.07.2009 года №14 «О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при применении Жилищного кодекса Российской Федерации» если отсутствие в жилом помещении указанных лиц не носит временного характера, то заинтересованные лица (наймодатель, наниматель, члены семьи нанимателя) вправе потребовать в судебном порядке признания их утратившими право на жилое помещение на основании части 3 статьи 83 ЖК РФ в связи с выездом в другое место жительства и расторжения тем самым договора социального найма. …Отсутствие у гражданина, добровольно выехавшего из жилого помещения в другое место жительства, в новом месте жительства права пользования жилым помещением по договору социального найма или права собственности на жилое помещение само по себе не может являться основанием для признания отсутствия этого гражданина в спорном жилом помещении временным, поскольку согласно части 2 статьи 1 ЖК РФ граждане по своему усмотрению и в своих интересах осуществляют принадлежащие им жилищные права.

В соответствии с ч.3 ст.83 ЖК РФ в случае выезда нанимателя и членов его семьи в другое место жительства договор социального найма жилого помещения считается расторгнутым со дня выезда, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Согласно п.1 ч.4 ст.83 ЖК РФ расторжение договора социального найма жилого помещения по требованию наймодателя допускается в судебном порядке в случае невнесения нанимателем платы за жилое помещение и (или) коммунальные услуги в течение более шести месяцев.

В силу ч.5 ст. 83 ЖК РФ договор социального найма жилого помещения прекращается в связи с утратой (разрушением) жилого помещения.

В силу положений ст.5 ФЗ №189-ФЗ от 29.12.2004 года «О введении в действие Жилищного кодекса РФ» к жилищным отношениям, возникшим до введения в действие Жилищного кодекса РФ, ЖК РФ применяется в части тех прав и обязанностей, которые возникнут после введения его в действие, за исключением случаев, предусмотренных настоящим ФЗ.

Отношения по пользованию жилым помещением по адресу: <адрес>9, у ФИО4, ФИО5 возникли на основании ордера от 1987 года, т.е. в период действия ЖК РСФСР, следовательно, подлежат применению нормы ЖК РСФСР.

В соответствии со ст.89 ЖК РСФСР наниматель жилого помещения вправе с согласия членов семьи в любое время расторгнуть договор найма.

В случае выезда нанимателя и членов его семьи на постоянное жительство в другое место договор найма считается расторгнутым со дня выезда.

Договор найма жилого помещения в домах государственного и общественного жилищного фонда может быть расторгнут по требованию наймодателя лишь по основаниям, установленным законом, и только в судебном порядке, кроме случаев выселения из домов, грозящих обвалом.

При рассмотрении дела установлено и подтверждается материалами дела, что ФИО4, ФИО5 в 1991 году, добровольно выехали из спорной квартиры, предварительно уволившись с постоянных мест работы в <адрес> и впоследствии трудоустроившись в указанном году на работу в <адрес>, где постоянно проживали (ФИО4 – по настоящее время, а ФИО5 – до 2014 года).

При таких обстоятельствах, суд находит требование встречного иска администрации Олюторского муниципального района о признании ФИО4 и ФИО5 утратившими право пользования квартирой по адресу: <адрес>9, подлежащими удовлетворению на основании п.2 ст.89 ЖК РСФСР.

Согласно подп. «е» п.31 Правил регистрации и снятия граждан Российской Федерации с регистрационного учета по месту пребывания и по месту жительства в пределах Российской Федерации, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 17 июля 1995 года №713, в случае признания утратившим право пользования жилым помещением гражданин подлежит снятию с регистрационного учета на основании вступившего в законную силу решения суда.

Таким образом, требование встречного иска администрации Олюторского муниципального района суд расценивает не как самостоятельное исковое требование, а как производное требование, вытекающее из требования о признании ФИО4 и ФИО5 утратившими право пользования квартирой по адресу: <адрес>9.

Поскольку ФИО4 и ФИО5 утратили право пользования жилым помещением по адресу: <адрес>9, настоящее решение является основанием для снятия их с регистрационного учета по указанному выше адресу.

Руководствуясь ст.ст.194-198 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Исковые требования ФИО4, ФИО5 к ФИО6, администрации Олюторского муниципального района, администрации Петропавловск-Камчатского городского округа о признании сделки приватизации по договору о передаче на праве собственности жилья недействительной, возложении обязанности на администрацию Олюторского муниципального района и отдел по управлению муниципальным имуществом и земельным отношениям администрации Олюторского муниципального района ходатайствовать перед администрацией Петропавловск-Камчатского городского округа об обеспечении истцов жильем по договору социального найма с возможным предоставлением жилья, о взыскании морального вреда, судебных расходов – оставить без удовлетворения в полном объеме.

Встречные исковые требования администрации Олюторского муниципального района к ФИО5, ФИО4 – удовлетворить.

Признать ФИО4, ФИО5 утратившими право пользования квартирой, расположенной по адресу: <адрес>.

Решение суда является основанием для снятия ФИО4, ФИО5 с регистрационного учета органом, ответственным за регистрацию граждан по месту жительства.

Решение может быть обжаловано сторонами в Камчатский краевой суд в апелляционном порядке через Олюторский районный суд Камчатского края в течение месяца со дня изготовления в окончательной форме.

Мотивированное решение изготовлено 20 ноября 2018 года.

Судья Е.В. Белоусова