Приговор № 1-471/2022 1-50/2023 от 5 июля 2023 г. по делу № 1-471/2022

ПРИГОВОР

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

05 июля 2023 года г. Иркутск

Куйбышевский районный суд г. Иркутска в составе председательствующего судьи Ивановой Л.Ю.,

с участием государственного обвинителя – помощника прокурора Куйбышевского района г. Иркутска Поляковой Е.А.,

защитника – адвоката Беловой М.В.,

подсудимого ФИО1,

при секретаре судебного заседания Зайцевой А.С.,

рассмотрев в открытом судебном заседании материалы уголовного дела № 1-50/2023 в отношении:

ФИО1 , родившегося <дата> в <адрес>, гражданина РФ, <данные изъяты> ранее не судимого,

находящегося с мерой процессуального принуждения в виде обязательства о явке,

обвиняемого в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст.199 Уголовного Кодекса Российской Федерации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 совершил уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию, заведомо ложных сведений, совершенное в особо крупном размере, при следующих обстоятельствах.

Общество с ограниченной ответственностью «<данные изъяты>» (далее – ООО «<данные изъяты>», Общество) создано на основании решения № 1 от 06.11.2012 единственного учредителя Общества ФИО1, имеющего долю участия в уставном капитале Общества в размере 100 %.

Общество зарегистрировано 30.11.2012 в Межрайонной ИФНС России № 17 по Иркутской области по юридическому адресу: <адрес>, организации присвоен идентификационный номер налогоплательщика (<номер>, в Единый государственный реестр юридических лиц внесена запись за основным государственным регистрационным номером <номер>

С 30.11.2012 Общество состояло на учете в инспекции Федеральной налоговой службы России по Октябрьскому округу г. Иркутска (далее по тексту – ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутска), расположенной по адресу: <...>, а с 09.01.2019 расположенной по адресу: <...>.

Согласно Уставу ООО <данные изъяты>» (утвержденному решением №1 единственного участника Общества от 02.11.2012) единоличным исполнительным органом, к компетенции которого отнесены вопросы руководства текущей деятельностью Общества, а также ответственность за своевременное и правильное исчисление и уплату налогов и сборов, в период 2018-2020 гг. являлся генеральный директор, к исполнению обязанностей которого с 06.11.2012 на основании решения № 1 от 06.11.2012 единственного учредителя Общества приступил ФИО1

Ведение бухгалтерского учета Общества, составление налоговой и бухгалтерской отчетности и отправку налоговой отчетности Общества в период с 01.07.2017 по 29.04.2020, более точное время в ходе следствия не установлено, осуществляла ФИО3 №4

В период с 10.07.2020 по 25.01.2021 ведение бухгалтерского и налогового учета и составление налоговой отчетности ООО <данные изъяты>» осуществляло ООО «<данные изъяты>» ИНН <номер> (директор <ФИО>35) в лице исполнительного директора ФИО3 №5, на основании заключенного договора между организациями. В период с 10.07.2020 по 25.01.2021 ФИО1 самостоятельно осуществлял отправку налоговой отчетности ООО <данные изъяты>» в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутск.

Налоговая и бухгалтерская отчетность ООО «<данные изъяты>» направлялась в указанный период в налоговый орган за электронно-цифровой подписью (далее – ЭЦП) ФИО1, которая в период с 01.07.2017 по 29.04.2020 находилась единолично в распоряжении <ФИО>116 а в период с 30.04.2020 по 25.01.2021 находилась единолично в распоряжении ФИО1

Для осуществления финансово-хозяйственной деятельности в период 3,4 квартал 2018 года, 1-4 квартал 2019 года, 1,3,4 квартал 2020 года ООО <данные изъяты>» использовало расчетные счета, которыми мог распоряжаться только ФИО1 - в <данные изъяты>» №<номер>, 40<номер>, 40<номер>, 40<номер>, в ПАО «<данные изъяты>» <номер>. ЭЦП на распоряжение денежными средствами ООО <данные изъяты>» оформлена на ФИО1 и его сестру <ФИО>36, но фактически, в указанный период ФИО1, единолично распоряжался денежными средствами по указанным расчетным счетам.

В соответствии со ст. ст. 6, 7, 13 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ (с изменениями и дополнениями), на ФИО1 как на руководителя организации возлагалась обязанность по организации ведения бухгалтерского учета предприятия, дающего достоверное представление о финансовом положении экономического субъекта на отчетную дату, финансовом результате его деятельности и движении денежных средств за отчетный период.

Таким образом, ФИО1 как учредитель и генеральный директор ООО «<данные изъяты>» выполнял управленческие функции в коммерческой организации (являлся единоличным исполнительным органом и обладал организационно-распорядительными и административно-хозяйственными функциями), а также нес ответственность за ведение бухгалтерского учета и достоверность налоговой отчетности Общества.

В соответствии со ст. 57 Конституции Российской Федерации, ст. 3 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ) каждый обязан уплачивать законно установленные налоги.

ФИО1, являясь в соответствии со ст. 19 НК РФ руководителем организации-налогоплательщика, согласно ч. 1 ст. 23 НК РФ был обязан уплачивать законно установленные налоги, вести в установленном порядке учет своих доходов (расходов) и объектов налогообложения, представлять в налоговый орган по месту учета в установленном порядке налоговые декларации по тем налогам, которые организация обязана уплачивать.

Согласно п. 5 ст. 23 НК РФ за невыполнение или ненадлежащее выполнение возложенных на него обязанностей налогоплательщик (плательщик сборов) несет ответственность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

В соответствии с п. 2 ст. 44 НК РФ обязанность по уплате конкретного налога возлагается на налогоплательщика с момента возникновения установленных законодательством о налогах и сборах обстоятельств, предусматривающих уплату данного налога.

Согласно п. 1 ст. 45 НК РФ налогоплательщик обязан самостоятельно исполнить обязанность по уплате налога, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах.

В соответствии с п. 1 ст. 54 НК РФ налогоплательщики-организации исчисляют налоговую базу по итогам каждого налогового периода на основе данных регистров бухгалтерского учета и (или) на основе иных документально подтвержденных данных об объектах, подлежащих налогообложению либо связанных с налогообложением.

Согласно п.1 ст. 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

При отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 ст. 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий:

1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога;

2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В период 3,4 квартал 2018 года, 1-4 квартал 2019 года, 1,3,4 квартал 2020 года ООО «<данные изъяты>» применяло общую систему налогообложения и в соответствии со ст.ст. 12-17, 143 НК РФ являлось плательщиком налога на добавленную стоимость (далее по тексту – НДС).

В соответствии с п. 1 ст. 146 НК РФ, объектом налогообложения по НДС признаются, в том числе, операции по реализации товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, в том числе реализации предметов залога и передаче товаров (результатов выполненных работ, оказание услуг) по соглашению о предоставлении отступного или новации, а также передаче имущественных прав.

В соответствии с п. 1 ст. 153 НК РФ налоговая база по НДС при реализации товаров (работ, услуг) определяется налогоплательщиком в зависимости от особенностей реализации произведенных или приобретенных им на стороне товаров (работ, услуг).

В соответствии со ст. 163 НК РФ налоговый период НДС устанавливается как квартал.

Согласно п. 3 ст. 164 НК РФ (в ред. Федерального закона от 07.07.2003 №117-ФЗ) налогообложение в период 3,4 квартал 2018 года производилось по налоговой ставке 18% при реализации товаров (работ, услуг) в случаях, не указанных в пунктах 1, 2 и 4 ст.164 НК РФ.

Согласно п. 3 ст. 164 НК РФ (в ред. Федерального закона от 03.08.2018 №303-ФЗ) налогообложение в период 1-4 квартал 2019 года, 1,3,4 квартал 2020 года производилось по налоговой ставке 20% при реализации товаров (работ, услуг) в случаях, не указанных в пунктах 1, 2 и 4 ст.164 НК РФ.

Согласно п. 1 ст. 166 НК РФ сумма налога при определении налоговой базы в соответствии со статьями 154-159 и 162 НК РФ исчисляется как соответствующая налоговой ставке процентная доля налоговой базы.

В соответствии с п. 4 ст. 166 НК РФ общая сумма налога исчисляется по итогам каждого налогового периода применительно ко всем операциям, признаваемым объектом налогообложения в соответствии с под. 1-3, п. 1 ст. 146 НК РФ, дата реализации (передачи) которых относится к соответствующему налоговому периоду, с учетом всех изменений, увеличивающих или уменьшающих налоговую базу в соответствующем налоговом периоде.

В соответствии с п. 1 ст. 169 НК РФ – счет-фактура является документом, служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ, услуг), имущественных прав, сумм налога к вычету.

В соответствии с п. 3 ст. 169 НК РФ - налогоплательщик обязан составить счет-фактуру, вести книги покупок и книги продаж:

1) при совершении операций, признаваемых объектом налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ (за исключением операций, не подлежащих налогообложению (освобождаемых от налогообложения) в соответствии со статьей 149 НК РФ.

2) иных случаях, определенных в установленном порядке.

В соответствии с п. 8 ст. 169 НК РФ - форма счета-фактуры и порядок ее заполнения, формы и порядок ведения журнала учета полученных и выставленных счетов-фактур, книг покупок и книг продаж устанавливаются Правительством Российской Федерации.

Порядок ведения журнала учета полученных и выставленных счетов-фактур книг покупок и книг продаж установлен Постановлением Правительства РФ от 26.12.2011 № 1137 «О формах и правилах заполнения (ведения) документов, применяемых при расчетах НДС». Согласно правил ведения книги покупок, применяемой при расчетах по НДС покупатели ведут на бумажном носителе либо в электронном виде книгу покупок, применяемую при расчете по НДС, предназначенную для регистрации счетов-фактур, выставленных продавцами, в целях определения суммы НДС, предъявленной к вычету (возмещению) в установленном порядке.

В соответствии с письмом ФНС России от 21.10.2013 № ММВ-20-3/96@ «Об отсутствии налоговых рисков при применении налогоплательщиками первичного документа, составленного на основе формы счета-фактуры» хозяйствующие субъекты могут применять в работе новую форму документа – универсальный передаточный документ (далее – УПД), который содержит все обязательные реквизиты счета-фактуры и первичного учетного документа, что позволяет использовать УПД как для отражения факта хозяйственной жизни в целях бухгалтерского учета, так и для принятия НДС к вычету.

Согласно ст. 10 Федерального закона «О бухгалтерском учете» от 06.12.2011 № 402-ФЗ (с изменениями и дополнениями) не допускается регистрация мнимых и притворных объектов бухгалтерского учета в регистрах бухгалтерского учета, т.е. несуществующих объектов, отраженных в бухгалтерском учете лишь для вида (в том числе неосуществленные расходы, несуществующие обязательства, не имевшие места факты хозяйственной жизни), либо объектов, отраженных в бухгалтерском учете вместо другого объекта с целью прикрыть его (в том числе притворные сделки).

В соответствии с п.п. 1, 2 ст. 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога на налоговые вычеты, при этом вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг).

Согласно п.п. 1, 3 ст. 172 НК РФ налоговые вычеты производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), на момент определения налоговой базы.

В соответствии с п. 1 ст. 173 НК РФ сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, исчисляется по итогам каждого налогового периода, как уменьшенная на сумму налоговых вычетов.

Согласно п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ (в ред. Федерального закона от 29.11.2014 № 382-ФЗ) уплата налога производится по итогам каждого налогового периода равными долями не позднее 25-го числа каждого из трех месяцев, следующего за истекшим налоговым периодом, если иное не предусмотрено главной 21 НК РФ; сумма налога, подлежащая уплате в бюджет, по операциям реализации (передачи, выполнения, оказания для собственных нужд) товаров (работ, услуг) на территории Российской Федерации, уплачивается по месту учета налогоплательщика в налоговых органах; налогоплательщики обязаны представить в налоговые органы по месту своего учета соответствующую налоговую декларацию по установленному формату в электронной форме по телекоммуникационным каналам связи через оператора электронного документооборота в срок не позднее 25-го числа месяца, следующего за истекшим налоговым периодом.

В соответствии с п. 5.1. ст. 174 НК РФ - в налоговую декларацию по НДС подлежат включению сведения, указанные в книге покупок и книге продаж налогоплательщика.

Согласно п. 1 ст. 80 НК РФ налоговая декларация представляет собой письменное заявление или заявление, составленное в электронном виде и переданное по телекоммуникационным каналам связи с применением усиленной электронной цифровой подписи об объектах налогообложения, о полученных доходах и произведенных расходах, об источниках доходов, о налоговой базе, налоговых льготах, об исчисленной сумме налога и (или) о других данных, служащих основанием для исчисления и уплаты налога. Налоговая декларация представляется каждым налогоплательщиком по каждому налогу, подлежащему уплате этим налогоплательщиком, если иное не предусмотрено законодательством о налогах и сборах.

В соответствии с п. 3 ст. 80 НК РФ налоговая декларация представляется в налоговый орган по месту учета налогоплательщика по установленной форме на бумажном носителе или по установленным форматам в электронном виде вместе с документами, которые в соответствии с НК РФ должны прилагаться к налоговой декларации. В соответствии с п. 4 ст. 80 НК РФ налоговая декларация может быть представлена налогоплательщиком в налоговый орган лично или через представителя, направлена в виде почтового отправления с описью вложения или передана в электронном виде по телекоммуникационным каналам связи.

На основании п. 5 ст. 80 НК РФ налогоплательщик или его представитель подписывает налоговую декларацию, подтверждая достоверность и полноту сведений, указанных в налоговой декларации. В соответствии с п. 6 ст. 80 НК РФ налоговая декларация представляется в установленные законодательством о налогах и сборах сроки.

Согласно п. 6 ст. 52 НК РФ сумма налога исчисляется в полных рублях. Сумма налога менее 50 копеек отбрасывается, а сумма налога 50 копеек и более округляется до полного рубля.

Согласно п. 7 ст. 6.1 НК РФ в случаях, когда последний день срока приходится на день, признаваемый в соответствии с законодательством Российской Федерации выходным и (или) нерабочим праздничным днем, днем окончания срока считается ближайший следующий за ним рабочий день.

В период 3,4 квартал 2018 года, 1-4 квартал 2019 года, 1,3,4 квартал 2020 года ООО «Титан-Строй» выполняло работы по строительству жилых и нежилых зданий, используя в ходе выполнения работ материалы и различные комплектующие (далее - ТМЦ).

Однако, в нарушении вышеуказанных норм налогового законодательства, в период не позднее 02.04.2018 (дата заключения договора поставки с <данные изъяты>»), более точные дата и время следствием не установлены, у ФИО1, имеющего значительный опыт предпринимательской деятельности, находящегося в неустановленном следствием месте, из корыстных побуждений возник преступный умысел, направленный на уклонение от уплаты налогов с организации путем создания фиктивного документооборота и включения в налоговые декларации по НДС заведомо ложных сведений.

Реализуя свой преступный умысел на уклонение от уплаты налогов с деятельности Общества, ФИО1 решил приискать организации, не осуществляющие реальной финансово-хозяйственной деятельности, а также использовать реквизиты знакомого ему <данные изъяты>»), для составления фиктивных бухгалтерских документов и последующего отражения сведений о них в бухгалтерском и налоговом учете ООО «<данные изъяты>», с целью уменьшения налогооблагаемой базы при исчислении и уплате НДС в бюджет РФ.

В результате такого отражения в период с 26.12.2018 (дата предоставления уточненной (корректировка 2) декларации по НДС за 2 квартал 2018 года) по 25.01.2021 (дата предоставления первичной налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2020 года) бухгалтером ФИО3 №4 по распоряжению и согласованию с ФИО1, а также самим ФИО1 в налоговый орган последовательно предоставлялись соответствующие первичные и корректирующие налоговые декларации, содержащие заведомо ложные для ФИО1 сведения о затратах Общества, в том числе, по якобы имевшим место сделкам Общества с <данные изъяты>, приисканными ФИО1 при неустановленных следствием обстоятельствах для использования сведений о них в учете Общества. При этом ФИО1 знал, что указанные организации зарегистрированы как предприятия, применяющую общую систему налогообложения (т.е. являлись плательщиками НДС) и материальной базы, управленческого и технического персонала, а также транспортных средств, механизмов, оборудования, и иных условий, необходимых для осуществления финансово-хозяйственной деятельности по выпонению работ, оказанию услуг и поставке товаров не имели.

Кроме того, воспользовавшись реквизитами <данные изъяты>», ФИО1 достоверно знал, что, хотя указанное общество фактически и осуществляло финансово - хозяйственную деятельность, однако сделок с <данные изъяты>» не заключало.

Во исполнение своего преступного умысла, осознавая незаконность своих действий, предвидя неизбежность причинения реального материального ущерба бюджетной системе РФ (в виде не поступления причитающихся сумм НДС), и желая наступления этих последствий, действуя умышленно с целью создания видимости наличия условий для возникновения у <данные изъяты>» права на налоговый вычет по НДС (в соответствии со ст. 171 НК РФ), для придания видимости реальности взаимоотношений с вышеуказанными организациями ФИО1 единолично принял решение о предоставлении в период с 02.04.2018 по 29.04.2020, более точное время не установлено, документов первичного бухгалтерского учета по взаимоотношениям с вышеперечисленными организациями бухгалтеру ФИО3 №4 для отражения в бухгалтерском и налоговом учете Общества, а также в период с 30.04.2020 по 25.01.2021, более точное время в ходе следствия не установлено, самостоятельно отражал в бухгалтерском и налоговом учете ООО <данные изъяты>» документы первичного бухгалтерского учета по взаимоотношениям с вышеперечисленными организациями.

ФИО1 достоверно знал, что в случае отражения в бухгалтерском и налоговом учете <данные изъяты>», причитающиеся к уплате в бюджет РФ денежные средства в виде налоговых платежей по НДС будут оставаться в его полном распоряжении и желал этого.

Реализуя преступный умысел, направленный на уклонение от уплаты налогов, ФИО1 в период с 02.04.2018 по 25.01.2021 более точные даты и время в ходе следствия не установлены, организовал изготовление фиктивных документов первичного бухгалтерского учета (договоры, счета-фактуры) по взаимоотношениям ООО «<данные изъяты>» с вышеуказанными организациями (свидетельствующих о якобы поставленных ими в адрес Общества материалах) и предоставление их бухгалтеру ФИО3 №4 (не осведомленной о его преступных намерениях на уклонение от уплаты налогов), для отражения в бухгалтерском и налоговом учете <данные изъяты>», а также самостоятельно отражал такие документы в бухгалтерском и налоговом учете Общества.

При этом ФИО1 было достоверно известно, что фактически вышеуказанные организации поставок материалов для ООО «<данные изъяты>» не осуществляли (т.к. необходимые материалы в том числе приобретались Обществом за наличный расчет без учета НДС), работ не выполняли, услуг не оказывали.

Более того, ФИО1, зная о том, что <данные изъяты> материалов для <данные изъяты>» не поставляли, работ не выполняли, услуг не оказывали, денежные средства на их расчетные счета за якобы поставленные материалы не перечислил, понимая, что никаких претензий со стороны указанных организаций (их должностных лиц) в его адрес об отсутствии каких-либо расчетов за якобы поставленные материалы, выполненные работы, оказанные услуги, не последует.

Так, в период с 02.04.2018 по 25.01.2021 с целью уклонения от уплаты налогов с деятельности ООО <данные изъяты> ФИО1 организовал изготовление и подписание в том числе следующих фиктивных договоров:

- договор поставки № 17/01-19 от 17.01.2019, заключенный между <данные изъяты>

- договор поставки № ТОВ-03/12/18-03 от 03.12.2018 между <данные изъяты>

- договор поставки 02/04-18 от 02.04.2018 между <данные изъяты>

- договор поставки № ТОВ-28-06/19 от 28.06.2019, заключенный между <данные изъяты> (покупатель), а также иные договоры по взаимоотношениям <данные изъяты> которые в ходе предварительного следствия не установлены.

Далее, с целью реализации преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов, в период с 02.04.2018 по 25.01.2021, получая от неустановленных в ходе следствия лиц фиктивные документы, свидетельствующие о выполненных работах, оказанных услугах, товарах, якобы поставленных <данные изъяты> ФИО1, зная о том, что вышеуказанные организации в действительности поставок материалов для ООО <данные изъяты>» не осуществляли, работ не выполняли, услуг не оказывали, в период с 01.07.2018 (дата начала налогового периода за 3 квартал 2018 года) по 29.04.2020, более точное время не установлено (период времени, оказания ФИО3 №4 бухгалтерских услуг ООО «<данные изъяты>»), ФИО1 предоставил бухгалтеру ФИО3 №4, неосведомленной о его умысле на уклонение от уплаты налогов, первичные бухгалтерские документы, свидетельствующие о товарах, якобы поставленных вышеуказанными организациями в адрес Общества, выполненных работах, оказанных услугах которые фактически ими не поставлялись, не выполнялись, не оказывались.

На основании полученных от ФИО1 фиктивных документов <ФИО>37 в период с 01.07.2018 по 29.04.2020, более точное время в ходе предварительного следствия не установлено, находясь дома по адресу: <адрес> «А» и в неустановленном следствием месте на территории Иркутской области (более точно место не установлено), систематически собственноручно вносила заведомо ложные для ФИО1 сведения о приобретении товаров у <данные изъяты> в бухгалтерский учет <данные изъяты>» (в том числе в книги покупок) за период 3,4 квартал 2018 года, 1-4 квартал 2019 года, 1 квартал 2020 года, а затем и в налоговые декларации <данные изъяты>» по НДС за указанные периоды, в том числе в налоговую декларацию по НДС за 3 квартал 2018 (корректировка № 2 от 26.12.2018), за 4 квартал 2018 (корректировка № 2 от 30.05.2019), за 1 квартал 2019 (первичная декларация от 25.04.2019), за 2 квартал 2019 (корректировка № 2 от 26.01.2020), за 3 квартал 2019 (корректировка № 1 от 03.12.2019), за 4 квартал 2019 (первичная декларация от 21.01.2020), за 1 квартал 2020 (первичная декларация от 15.05.2020).

Кроме того, в период с 30.04.2020 по 25.01.2021, более точное время в ходе предварительного следствия не установлено, ФИО1 находясь в офисе по адресу: <адрес> и в неустановленном следствием месте на территории Иркутской области (более точно место не установлено), систематически собственноручно вносил заведомо ложные сведения о приобретении товаров у <данные изъяты>» в бухгалтерский учет Общества (в том числе в книги покупок) за период 3,4 квартал 2020 года, на основании которых ФИО3 №5, будучи не осведомленный о преступном умысле ФИО1 на уклонение от уплаты налогов, отражал заведомо ложные для ФИО1 сведения о приобретении товаров у указанных организаций в налоговых декларациях <данные изъяты>» по НДС за 3 квартал 2020 года (первичная декларация от 26.10.2020), за 4 квартал 2020 года (первичная декларация от 25.01.2021).

Так, в период с 01.07.2018 по 26.12.2020 (дата подачи 2 уточненной налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2018 года) более точное время и дата следствием не установлены, бухгалтер ФИО3 №4, неосведомленная о преступном умысле ФИО2 на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>», на основании фиктивных документов по взаимоотношениям Общества с <данные изъяты>», <данные изъяты>» предоставленных ФИО1, отразила в Книге покупок <данные изъяты>» за 3 квартал 2018 года заведомо ложные для ФИО1 сведения по взаимоотношениям Общества с ООО <данные изъяты> а именно счета-фактуры:

- № 216 от 02.04.2018 на сумму 344 794,96 руб. в том числе НДС 52 595,84 руб.;

- № 341 от 20.04.2018 на сумму 9 062 400 руб. в том числе НДС 1 382 400 руб.;

- № 353 от 23.04.2018 на сумму 1 097 400 руб. в том числе НДС 167 400 руб.;

- № 366 от 24.04.2018 на сумму 101 952 руб. в том числе НДС 15 552 руб.;

- № 381 от 26.04.2018 на сумму 458 002,55 руб. в том числе НДС 69 864,80 руб.;

- № 418 от 03.05.2018 на сумму 1 092 928,98 руб. в т.ч. НДС 166 717,98 руб.;

- № 426 от 04.05.2018 на сумму 947 221,99 руб. в т.ч. НДС 144 491,49 руб.;

- № 35 от 28.09.2018 на сумму 1 914 900 руб. в т.ч. НДС 292 103,38 руб.;

Всего в Книге покупок <данные изъяты>» за 3 квартал 2018 года отражен НДС к вычету по деятельности с <данные изъяты>» в размере 2 291 125,49 руб., тогда как фактически, указанные организации товаров для <данные изъяты>» не поставляли, работ не выполняли, услуг не оказывали.

После чего ФИО3 №4 включила указанную сумму НДС в размере 2 291 125 руб. в состав налоговых вычетов по НДС в уточненную налоговую декларацию по НДС <данные изъяты>» за 3 квартал 2018 года (корректировка № 2) в строку 3 190 03 «Общая сумма НДС, подлежащая вычету» раздела № 3, согласовала показатели налоговой декларации с ФИО1, находящимся в неустановленном следствием месте, и 26.12.2018, подписав указанную декларацию ЭЦП ФИО1, находившейся в ее распоряжении, представила декларацию по телекоммуникационным каналам связи (далее - ТКС) в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутска, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с представленной декларацией общая сумма НДС, подлежащая вычету, составила 6 104 323 руб., в том числе по контрагентам <данные изъяты>» - 1 999 022,11 руб., <данные изъяты>» - 292 103,38 руб., сумма НДС, исчисленная к уплате в бюджет РФ - 965 576 руб.

Однако, фактически с учетом того, что <данные изъяты>» для <данные изъяты>» товаров не поставляли, работ не выполняли, услуг не оказывали, в уточненной налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2018 год необходимо было отразить сумму НДС, подлежащую вычету в размере 3 813 198 руб., и отразить сумму НДС, которую <данные изъяты>» должно было исчислить и уплатить в бюджет РФ, в размере 3 256 701 руб.

В результате умышленного занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 3 квартал 2018 года, ФИО1 уклонился от уплаты НДС за 3 квартал 2018 года в сумме 2 291 125 руб. (3 256 701– 965 576) по сроку уплаты до 25.12.2018, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, чем нарушил п. 1 ст. 45, п. 1 ст. 54, п. 1 ст. 54.1 п. 1, 4 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 171, п.п. 1, 3 ст. 172, п. 1 ст. 173, п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ.

Кроме того, ФИО1, продолжая реализацию единого преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>», в период с 03.10.2018 (дата первой счет-фактуры по взаимоотношениям с <данные изъяты>» за 4 квартал 2018 года) по 30.05.2019 (дата направления уточненной корректировка № 2 налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2018 года), более точное время и дата следствием не установлены, предоставил ФИО3 №4 фиктивные документы по взаимоотношениям Общества с <данные изъяты>», для отражения в бухгалтерском и налоговом учете ООО <данные изъяты> за период 4 квартала 2018 года. ФИО3 №4 (неосведомленная о его преступном умысле на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>» и о фиктивности представленных ей ФИО1 документов), отразила в книге покупок Общества за 4 квартал 2018 года заведомо ложные для ФИО1 сведения по взаимоотношениям Общества с вышеперечисленными организациями, а именно счет-фактуры:

- № 39 от 03.10.2018 на сумму 5 900 000 руб. в т.ч. НДС 900 000,02 руб.;

- № 43 от 05.10.2018 на сумму 5 900 000 руб. в т.ч. НДС 900 000 руб.;

- № 48 от 10.10.2018 на сумму 6 450 000 руб. в т.ч. НДС 983 898,30 руб.;

- № 56 от 15.10.2018 на сумму 6 450 000 руб. в т.ч. НДС 983 898,32 руб.;

- № 76 от 09.11.2018 на сумму 5 930 000 руб. в т.ч. НДС 904 576,27 руб.;

- № 78 от 12.11.2018 на сумму 5 930 000 руб. в т.ч. НДС 904 576,27 руб.;

- № 85 от 20.11.2018 на сумму 4 506 000 руб. в т.ч. НДС 687 355,94 руб.;

- № 87 от 21.11.2018 на сумму 4 506 000 руб. в т.ч. НДС 687 355,94 руб.;

- № 92 от 26.11.2018 на сумму 4 508 000 руб. в т.ч. НДС 687 661,02 руб.;

- № 99 от 10.12.2018 на сумму 6 110 000 руб. в т.ч. НДС 932 033,92 руб.;

- № 102 от 13.12.2018 на сумму 6 000 000 руб. в т.ч. НДС 915 254,26 руб.;

- № 104 от 15.12.2018 на сумму 6 230 000 руб. в т.ч. НДС 950 338,98 руб.;

- № 107 от 17.12.2018 на сумму 6 590 000 руб. в т.ч. НДС 1 005 254,24 руб.;

- № 113 от 24.12.2018 на сумму 6 590 000 руб. в т.ч. НДС 1 005 254,25 руб.;

- № 118 от 28.12.2018 на сумму 6 590 000 руб. в т.ч. НДС 1 005 254,23 руб.;

- № 54 от 23.10.2018 на сумму 5 004 541 руб. в т.ч. НДС 763 404,54 руб.

Всего в Книге покупок <данные изъяты>» за 4 квартал 2018 года отражен НДС к вычету по деятельности с <данные изъяты>» и <данные изъяты>» в размере 14 216 116,50 руб., тогда как фактически, указанные организации работ для <данные изъяты>» не выполняли, услуг не оказывали, товаров не поставляли.

После чего ФИО3 №4 включила указанную сумму НДС в размере 14 216 117 руб. в состав налоговых вычетов по НДС в уточненную налоговую декларацию по НДС <данные изъяты>» за 4 квартал 2018 года в строку 3 190 03 «Общая сумма НДС, подлежащая вычету» раздела № 3, согласовала показатели налоговой декларации с ФИО1, находящимся в неустановленном следствием месте, и 30.05.2019, подписав указанную декларацию ЭЦП ФИО1, находившейся в ее распоряжении, представила декларацию по ТКС в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутск, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с представленной декларацией общая сумма НДС, подлежащая вычету, составила 18 525 501 руб., в том числе по контрагентам <данные изъяты>» - 13 452 711,96 руб., <данные изъяты>» - 763 404,54 руб., сумма НДС, исчисленная к уплате в бюджет РФ - 912 294 руб.

Однако, фактически с учетом того, что <данные изъяты>» для <данные изъяты>» товаров не поставляли, работ не выполняли, услуг не оказывали, в налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2018 год необходимо было отразить сумму НДС, подлежащую вычету в размере 4 309 385 руб., и отразить сумму НДС, которую <данные изъяты>» должно было исчислить и уплатить в бюджет РФ, в размере 15 128 411 руб.

В результате умышленного занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 4 квартал 2018 года, ФИО1 уклонился от уплаты НДС за 4 квартал 2018 года в сумме 14 216 117 руб. (15 128 411- 912 294) по сроку уплаты до 25.03.2019, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, чем нарушил п. 1 ст. 45, п. 1 ст. 54, п. 1 ст. 54.1 п. 1, 4 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 171, п.п. 1, 3 ст. 172, п. 1 ст. 173, п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ.

Кроме того, ФИО1, продолжая реализацию единого преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>», в период с 16.01.2019 (дата первой счет-фактуры по взаимоотношениям с <данные изъяты>» за 1 квартал 2019 года) по 25.04.2019 (дата направления первичной налоговой декларации по НДС за 1 квартал 2019 года), более точное время и дата следствием не установлены, предоставил ФИО3 №4 фиктивные документы по взаимоотношениям Общества с ООО «<данные изъяты>», ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>», для отражения в бухгалтерском и налоговом учете ООО «<данные изъяты>Строй» за период 1 квартала 2019 года. ФИО3 №4 (неосведомленная о его преступном умысле на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>» и о фиктивности представленных ей ФИО1 документов), отразила в книге покупок Общества за 1 квартал 2019 года заведомо ложные для ФИО1 сведения по взаимоотношениям Общества с вышеперечисленными организациями, а именно счет-фактуры:

- № 2 от 16.01.2019 на сумму 7 350 200 руб. в т.ч. НДС 1 225 033,33 руб.;

- № 3 от 28.01.2019 на сумму 18 773 574 руб. в т.ч. НДС 3 128 929 руб.;

- № 8 от 18.02.2019 на сумму 4 434 110 руб. в т.ч. НДС 739 018,33 руб.;

- № 14 от 15.03.2019 на сумму 2 114 700 руб. в т.ч. НДС 352 450 руб.;

- № 21 от 25.03.2019 на сумму 6 627 416 руб. в т.ч. НДС 1 104 569,33 руб.;

- № 9 от 11.03.2019 на сумму 1 865 901,15 руб. в т.ч. НДС 310 983,53 руб.

Всего в Книге покупок <данные изъяты>» за 1 квартал 2019 года отражен НДС к вычету по деятельности с <данные изъяты>», <данные изъяты>» и <данные изъяты>» в размере 6 860 983,52 руб., тогда как фактически, указанные организации работ для <данные изъяты>» не выполняли, услуг не оказывали, товаров не поставляли.

После чего ФИО3 №4 включила указанную сумму НДС в размере 6 860 984 руб. в состав налоговых вычетов по НДС в налоговую декларацию по НДС <данные изъяты>» за 1 квартал 2019 года в строку 3 190 03 «Общая сумма НДС, подлежащая вычету» раздела № 3, согласовала показатели налоговой декларации с ФИО1, находящимся в неустановленном следствием месте, и 25.04.2019, подписав указанную декларацию ЭЦП ФИО1, находившейся в ее распоряжении, представила декларацию по ТКС в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутск, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с представленной декларацией общая сумма НДС, подлежащая вычету, составила 9 680 897 руб., в том числе по контрагентам <данные изъяты>» - 4 353 962,33 руб., <данные изъяты>» - 2 196 037,66 руб., <данные изъяты>» - 310 983,53 руб., сумма НДС, исчисленная к уплате в бюджет РФ - 339 165 руб.

Однако, фактически с учетом того, что <данные изъяты>», <данные изъяты>» и <данные изъяты>» для <данные изъяты>» товаров не поставляли, работ не выполняли, услуг не оказывали, в налоговой декларации по НДС за 1 квартал 2019 год необходимо было отразить сумму НДС, подлежащую вычету в размере 2 819 913 руб., и отразить сумму НДС, которую <данные изъяты>» должно было исчислить и уплатить в бюджет РФ, в размере 7 200 149 руб.

В результате умышленного занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 1 квартал 2019 года, ФИО1 уклонился от уплаты НДС за 1 квартал 2019 года в сумме 6 860 984 руб. (7 200 149 - 339 165) по сроку уплаты до 25.06.2019, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, чем нарушил п. 1 ст. 45, п. 1 ст. 54, п. 1 ст. 54.1 п. 1, 4 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 171, п.п. 1, 3 ст. 172, п. 1 ст. 173, п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ.

Кроме того, ФИО1, продолжая реализацию единого преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>», в период с 01.04.2019 (дата первой счет-фактуры по взаимоотношениям с <данные изъяты>» за 2 квартал 2019 года) по 26.01.2020 (дата направления уточненной корректировка № 2 налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2019 года), более точное время и дата следствием не установлены, предоставил ФИО3 №4 фиктивные документы по взаимоотношениям Общества с <данные изъяты>» и <данные изъяты>», для отражения в бухгалтерском и налоговом учете ООО <данные изъяты> за период 2 квартала 2019 года. ФИО3 №4 (неосведомленная о его преступном умысле на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>» и о фиктивности представленных ей ФИО1 документов), отразила в книге покупок Общества за 2 квартал 2019 года заведомо ложные для ФИО1 сведения по взаимоотношениям Общества с вышеперечисленными организациями, а именно счет-фактуры:

- № 15 от 01.04.2019 на сумму 2 850 300 руб. в т.ч. НДС 475 050,01 руб.;

- № 18 от 05.04.2019 на сумму 2 770 260 руб. в т.ч. НДС 461 710,01 руб.;

- № 19 от 08.04.2019 на сумму 4 540 200 руб. в т.ч. НДС 756 700 руб.;

- № 23 от 17.04.2019 на сумму 1 230 100 руб. в т.ч. НДС 205 016,68 руб.;

- № 24 от 23.04.2019 на сумму 2 517 300 руб. в т.ч. НДС 419 550 руб.;

- № 26 от 29.04.2019 на сумму 718 000 руб. в т.ч. НДС 119 666,67 руб.;

- № 29 от 22.05.2019 на сумму 2 718 500 руб. в т.ч. НДС 453 083,33 руб.;

- № 32 от 30.05.2019 на сумму 1 580 000 руб. в т.ч. НДС 263 333,33 руб.;

- № 34 от 03.06.2019 на сумму 3 275 250 руб. в т.ч. НДС 545 875 руб.;

- № 38 от 21.06.2019 на сумму 2 851 220 руб. в т.ч. НДС 475 203,34 руб.;

- № 5 от 13.05.2019 на сумму 4 730 150 руб. в т.ч. НДС 788 358,33 руб.

Всего в Книге покупок <данные изъяты>» за 2 квартал 2019 года отражен НДС к вычету по деятельности с <данные изъяты>» и <данные изъяты>» в размере 4 963 546,70 руб., тогда как фактически, указанные организации работ для <данные изъяты>» не выполняли, услуг не оказывали, товаров не поставляли.

После чего ФИО3 №4 включила указанную сумму НДС в размере 4 963 547 руб. в состав налоговых вычетов по НДС в уточненную корректировка № 2 налоговую декларацию по НДС <данные изъяты>» за 2 квартал 2019 года в строку 3 190 03 «Общая сумма НДС, подлежащая вычету» раздела № 3, согласовала показатели налоговой декларации с ФИО1, находящимся в неустановленном следствием месте, и 26.01.2020, подписав указанную декларацию ЭЦП ФИО1, находившейся в ее распоряжении, представила декларацию по ТКС в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутск, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с представленной декларацией общая сумма НДС, подлежащая вычету, составила 7 970 134 руб., в том числе по контрагентам <данные изъяты>» - 4 175 188, 37 руб., <данные изъяты>» - 788 358,33 руб., сумма НДС, исчисленная к уплате в бюджет РФ - 260 302 руб.

Однако, фактически с учетом того, что <данные изъяты>» и <данные изъяты>» для <данные изъяты>» товаров не поставляли, работ не выполняли, услуг не оказывали, в уточненной корректировка № 2 налоговой декларации по НДС за 2 квартал 2019 год необходимо было отразить сумму НДС, подлежащую вычету в размере 3 006 587 руб., и отразить сумму НДС, которую <данные изъяты>» должно было исчислить и уплатить в бюджет РФ, в размере 5 223 849 руб.

В результате умышленного занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 2 квартал 2019 года, ФИО1 уклонился от уплаты НДС за 2 квартал 2019 года в сумме 4 963 547 руб. (5 223 849 - 260 302) по сроку уплаты до 25.09.2019, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, чем нарушил п. 1 ст. 45, п. 1 ст. 54, п. 1 ст. 54.1 п. 1, 4 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 171, п.п. 1, 3 ст. 172, п. 1 ст. 173, п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ.

Кроме того, ФИО1, продолжая реализацию единого преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>», в период с 01.07.2019 (дата первой счет-фактуры по взаимоотношениям с <данные изъяты>» за 3 квартал 2019 года) по 03.12.2019 (дата направления уточненной корректировка № 1 налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2019 года), более точное время и дата следствием не установлены, предоставил ФИО3 №4 фиктивные документы по взаимоотношениям Общества с <данные изъяты>», для отражения в бухгалтерском и налоговом учете <данные изъяты>» за период 3 квартала 2019 года. ФИО3 №4 (неосведомленная о его преступном умысле на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>» и о фиктивности представленных ей ФИО1 документов), отразила в книге покупок Общества за 3 квартал 2019 года заведомо ложные для ФИО1 сведения по взаимоотношениям Общества с вышеперечисленными организациями, а именно счет-фактуры:

- № 10 от 01.07.2019 на сумму 4 320 500 руб. в т.ч. НДС 720 083,35 руб.;

- № 13 от 10.07.2019 на сумму 3 952 339,70 руб. в т.ч. НДС 658 723,30 руб.;

- № 15 от 18.07.2019 на сумму 2 989 116,10 руб. в т.ч. НДС 498 186,03 руб.;

- № 16 от 22.07.2019 на сумму 3 533 707,15 руб. в т.ч. НДС 588 951,20 руб.;

- № 18 от 26.07.2019 на сумму 2 839 332,21 руб. в т.ч. НДС 473 222,04 руб.;

- № 21 от 05.08.2019 на сумму 3 660 201,33 руб. в т.ч. НДС 595 709,22 руб.;

- № 22 от 12.08.2019 на сумму 3 262 250,10 руб. в т.ч. НДС 543 708,35 руб.;

- № 24 от 16.08.2019 на сумму 2 850 375 руб. в т.ч. НДС 475 062,50 руб.;

- № 27 от 23.08.2019 на сумму 6 345 200,10 руб. в т.ч. НДС 1 027 400,02 руб.;

- № 28 от 28.08.2019 на сумму 3 302 143 руб. в т.ч. НДС 550 357,17 руб.;

- № 31 от 03.09.2019 на сумму 4 485 549 руб. в т.ч. НДС 747 591,49 руб.;

- № 32 от 06.09.2019 на сумму 4 490 100 руб. в т.ч. НДС 748 350 руб.;

- № 33 от 10.09.2019 на сумму 3 220 900 руб. в т.ч. НДС 536 816,67 руб.;

- № 34 от 13.09.2019 на сумму 3 600 034,60 руб. в т.ч. НДС 600 005,76 руб.;

- № 36 от 18.09.2019 на сумму 3 590 203 руб. в т.ч. НДС 598 367,17 руб.;

- № 38 от 23.09.2019 на сумму 3 456 870 руб. в т.ч. НДС 576 145,01 руб.;

- № 39 от 26.09.2019 на сумму 3 341 181,71 руб. в т.ч. НДС 556 863,62 руб.

Всего в Книге покупок <данные изъяты> за 3 квартал 2019 года отражен НДС к вычету по деятельности с <данные изъяты>» в размере 10 495 542,90 руб., тогда как фактически, указанная организация работ для ООО «<данные изъяты>» не выполняла, услуг не оказывала, товаров не поставляла.

После чего ФИО3 №4 включила указанную сумму НДС в размере 10 495 543 руб. в состав налоговых вычетов по НДС в уточненную корректировка № 1 налоговую декларацию по НДС <данные изъяты>» за 3 квартал 2019 года в строку 3 190 03 «Общая сумма НДС, подлежащая вычету» раздела № 3, согласовала показатели налоговой декларации с ФИО1, находящимся в неустановленном следствием месте, и 03.12.2019, подписав указанную декларацию ЭЦП ФИО1, находившейся в ее распоряжении, представила декларацию по ТКС в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутск, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с представленной декларацией общая сумма НДС, подлежащая вычету, составила 13 269 588 руб., сумма НДС, исчисленная к уплате в бюджет РФ - 299 309 руб.

Однако, фактически с учетом того, что <данные изъяты> для <данные изъяты>» товаров не поставляло, работ не выполняло, услуг не оказывало, в уточненной корректировка № 1 налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2019 год необходимо было отразить сумму НДС, подлежащую вычету в размере 2 774 045 руб., и отразить сумму НДС, которую ООО <данные изъяты>» должно было исчислить и уплатить в бюджет РФ, в размере 10 794 852 руб.

В результате умышленного занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 3 квартал 2019 года, ФИО1 уклонился от уплаты НДС за 3 квартал 2019 года в сумме 10 495 543 руб. (10 794 852 - 299 309) по сроку уплаты до 25.12.2019, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, чем нарушил п. 1 ст. 45, п. 1 ст. 54, п. 1 ст. 54.1 п. 1, 4 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 171, п.п. 1, 3 ст. 172, п. 1 ст. 173, п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ.

Кроме того, ФИО1, продолжая реализацию единого преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>», в период с 28.06.2019 (дата первой счет-фактуры по взаимоотношениям с <данные изъяты>» за 4 квартал 2019 года) по 21.01.2020 (дата направления первичной налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2019 года), более точное время и дата следствием не установлены, предоставил ФИО3 №4 фиктивные документы по взаимоотношениям Общества с <данные изъяты>» и <данные изъяты>», для отражения в бухгалтерском и налоговом учете <данные изъяты>» за период 4 квартала 2019 года. ФИО3 №4 (неосведомленная о его преступном умысле на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>» и о фиктивности представленных ей ФИО1 документов), отразила в книге покупок Общества за 4 квартал 2019 года заведомо ложные для ФИО1 сведения по взаимоотношениям Общества с вышеперечисленными организациями, а именно счет-фактуры:

- № 46 от 15.10.2019 на сумму 3 785 000 руб. в т.ч. НДС 630 833,33 руб.;

- № 52 от 30.10.2019 на сумму 4 217 500 руб. в т.ч. НДС 702 916,67 руб.;

- № 58 от 12.11.2019 на сумму 4 550 200 руб. в т.ч. НДС 758 366,67 руб.;

- № 60 от 26.11.2019 на сумму 3 521 100 руб. в т.ч. НДС 586 850 руб.;

- № 63 от 02.12.2019 на сумму 5 721 200 руб. в т.ч. НДС 953 533,33 руб.;

- № 67 от 13.12.2019 на сумму 4 832 300 руб. в т.ч. НДС 805 383,33 руб.;

- № 70 от 25.12.2019 на сумму 1 258 207 руб. в т.ч. НДС 209 701,17 руб.;

- № 72 от 26.12.2019 на сумму 1 287 700 руб. в т.ч. НДС 214 616,67 руб.;

- № 73 от 30.12.2019 на сумму 1 012 300 руб. в т.ч. НДС 168 716,67 руб.;

- № 28 от 28.06.2019 на сумму 319 148,05 руб. в т.ч. НДС 53 191,34 руб.;

- № 40 от 15.11.2019 на сумму 1 489 646,10 руб. в т.ч. НДС 248 274,35 руб.;

- № 67 от 15.11.2019 на сумму 160 257,96 руб. в т.ч. НДС 26 709,66 руб.;

- № 68 от 02.12.2019 на сумму 1 772 689,39 руб. в т.ч. НДС 295 448,23 руб.;

- № 69 от 27.12.2019 на сумму 1 269 880,65 руб. в т.ч. НДС 211 646,78 руб.

Всего в Книге покупок <данные изъяты>» за 4 квартал 2019 года отражен НДС к вычету по деятельности с <данные изъяты>» и <данные изъяты> в размере 5 866 188,20 руб., тогда как фактически, указанные организации работ для <данные изъяты>» не выполняли, услуг не оказывали, товаров не поставляли.

После чего ФИО3 №4 включила указанную сумму НДС в размере 5 866 188 руб. в состав налоговых вычетов по НДС в первичную налоговую декларацию по НДС <данные изъяты>» за 4 квартал 2019 года в строку 3 190 03 «Общая сумма НДС, подлежащая вычету» раздела № 3, согласовала показатели налоговой декларации с ФИО1, находящимся в неустановленном следствием месте, и 21.01.2020, подписав указанную декларацию ЭЦП <ФИО>2, находившейся в ее распоряжении, представила декларацию по ТКС в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутск, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с представленной декларацией общая сумма НДС, подлежащая вычету, составила 11 949 846 руб., в том числе по контрагентам <данные изъяты>» - 5 030 917, 84 руб., <данные изъяты>» - 835 270,36 руб., сумма НДС, исчисленная к уплате в бюджет РФ - 401 235 руб.

Однако, фактически с учетом того, что <данные изъяты>» и <данные изъяты>» для <данные изъяты>» товаров не поставляло, работ не выполняло, услуг не оказывало, в первичной налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2019 год необходимо было отразить сумму НДС, подлежащую вычету в размере 6 083 658 руб., и отразить сумму НДС, которую <данные изъяты>» должно было исчислить и уплатить в бюджет РФ, в размере 6 267 423 руб.

В результате умышленного занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 4 квартал 2019 года, ФИО1 уклонился от уплаты НДС за 4 квартал 2019 года в сумме 5 866 188 руб. (6 267 423 - 401 235) по сроку уплаты до 25.03.2020, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, чем нарушил п. 1 ст. 45, п. 1 ст. 54, п. 1 ст. 54.1 п. 1, 4 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 171, п.п. 1, 3 ст. 172, п. 1 ст. 173, п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ.

Кроме того, ФИО1, продолжая реализацию единого преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>», в период с 15.01.2020 (дата первой счет-фактуры по взаимоотношениям с <данные изъяты> за 1 квартал 2020 года) по 15.05.2020 (дата направления первичной налоговой декларации по НДС за 1 квартал 2020 года), более точное время и дата следствием не установлены, предоставил ФИО3 №4 фиктивные документы по взаимоотношениям Общества с <данные изъяты>», для отражения в бухгалтерском и налоговом учете <данные изъяты>» за период 1 квартала 2020 года. ФИО3 №4 (неосведомленная о его преступном умысле на уклонение от уплаты налогов с деятельности ООО <данные изъяты> и о фиктивности представленных ей ФИО1 документов), отразила в книге покупок Общества за 1 квартал 2020 года заведомо ложные для ФИО1 сведения по взаимоотношениям Общества с вышеперечисленными организациями, а именно счет-фактуры:

- № 13 от 15.01.2020 на сумму 4 500 000 руб. в т.ч. НДС 750 000 руб.;

- № 26 от 27.02.2020 на сумму 3 500 000 руб. в т.ч. НДС 583 333,33 руб.;

- № 31 от 16.03.2020 на сумму 900 000 руб. в т.ч. НДС 150 000 руб.

Всего в Книге покупок <данные изъяты>» за 1 квартал 2020 года отражен НДС к вычету по деятельности с <данные изъяты>» в размере 1 483 333,33 руб., тогда как фактически, указанная организация работ для <данные изъяты>» не выполняла, услуг не оказывала, товаров не поставляла.

После чего ФИО3 №4 включила указанную сумму НДС в размере 1 483 333 руб. в состав налоговых вычетов по НДС в первичную налоговую декларацию по НДС <данные изъяты>» за 1 квартал 2020 года в строку 3 190 03 «Общая сумма НДС, подлежащая вычету» раздела № 3, согласовала показатели налоговой декларации с ФИО1, находящимся в неустановленном следствием месте, и 15.05.2020, подписав указанную декларацию ЭЦП ФИО1, находившейся в ее распоряжении, представила декларацию по ТКС в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутск, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с представленной декларацией общая сумма НДС, подлежащая вычету, составила 2 115 837 руб., сумма НДС, исчисленная к уплате в бюджет РФ - 102 588 руб.

Однако, фактически с учетом того, что <данные изъяты>» для ООО <данные изъяты>» товаров не поставляло, работ не выполняло, услуг не оказывало, в первичной налоговой декларации по НДС за 1 квартал 2020 год необходимо было отразить сумму НДС, подлежащую вычету в размере 632 504 руб., и отразить сумму НДС, которую <данные изъяты>» должно было исчислить и уплатить в бюджет РФ, в размере 1 585 921 руб.

В результате умышленного занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 1 квартал 2020 года, ФИО1 уклонился от уплаты НДС за 1 квартал 2020 года в сумме 1 483 333 руб. (1 585 921 - 102 588) по сроку уплаты до 25.06.2020, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, чем нарушил п. 1 ст. 45, п. 1 ст. 54, п. 1 ст. 54.1 п. 1, 4 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 171, п.п. 1, 3 ст. 172, п. 1 ст. 173, п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ.

Кроме того, ФИО1, продолжая реализацию единого преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>», в период с 24.07.2020 (дата первой счет-фактуры по взаимоотношениям с ООО «<данные изъяты>» за 3 квартал 2020 года) по 26.10.2020 (дата направления первичной налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2020 года), более точное время и дата следствием не установлены, отразил в бухгалтерском учете, в книге покупок <данные изъяты>» фиктивные документы по взаимоотношениям Общества с <данные изъяты>» за период 3 квартала 2020 года, а именно счет-фактуры:

- № 30 от 24.07.2020 на сумму 1 100 000 руб. в т.ч. НДС 183 333,33 руб.;

- № 32 от 20.08.2020 на сумму 700 000 руб. в т.ч. НДС 116 666,67 руб.;

- № 34 от 14.09.2020 на сумму 500 000 руб. в т.ч. НДС 83 333,33 руб.

Всего в Книге покупок <данные изъяты>» за 3 квартал 2020 года отражен НДС к вычету по деятельности с <данные изъяты>» в размере 383 333,33 руб., тогда как фактически, указанная организация работ для <данные изъяты>» не выполняла, услуг не оказывала, товаров не поставляла.

После чего ФИО3 №5 (неосведомленный о преступном умысле ФИО1 на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>» и о фиктивности документов, отраженных ФИО1 в бухгалтерском учете Общества и в книги покупок) включил указанную сумму НДС в размере 383 333 руб. в состав налоговых вычетов по НДС в первичную налоговую декларацию по НДС <данные изъяты>» за 3 квартал 2020 года в строку 3 190 03 «Общая сумма НДС, подлежащая вычету» раздела № 3, уведомил ФИО1 о суммах НДС, подлежащих уплате в бюджет РФ и готовности налоговой декларации к отправке, после чего ФИО1, находящийся по адресу: <адрес>, подписал указанную декларацию своей ЭЦП, и 26.10.2020 представил ее по ТКС в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутск, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с представленной декларацией общая сумма НДС, подлежащая вычету, составила 1 181 049 руб., сумма НДС, исчисленная к уплате в бюджет РФ - 162 404 руб.

Однако, фактически с учетом того, что <данные изъяты>» для <данные изъяты>» товаров не поставляло, работ не выполняло, услуг не оказывало, в первичной налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2020 год необходимо было отразить сумму НДС, подлежащую вычету в размере 797 716 руб., и отразить сумму НДС, которую <данные изъяты>» должно было исчислить и уплатить в бюджет РФ, в размере 545 737 руб.

В результате умышленного занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 3 квартал 2020 года, ФИО1 уклонился от уплаты НДС за 3 квартал 2020 года в сумме 383 333 руб. (545 737 - 162 404) по сроку уплаты до 25.12.2020, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, чем нарушил п. 1 ст. 45, п. 1 ст. 54, п. 1 ст. 54.1 п. 1, 4 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 171, п.п. 1, 3 ст. 172, п. 1 ст. 173, п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ.

Кроме того, ФИО1, продолжая реализацию единого преступного умысла, направленного на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>», в период с 05.10.2020 (дата первой счет-фактуры по взаимоотношениям с <данные изъяты>» за 4 квартал 2020 года) по 25.01.2021 (дата направления первичной налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2020 года), более точное время и дата следствием не установлены, отразил в бухгалтерском учете, в книге покупок <данные изъяты>» фиктивные документы по взаимоотношениям Общества с <данные изъяты>» за период 4 квартала 2020 года, а именно счет-фактуры:

- № 13 от 05.10.2020 на сумму 5 743 150 руб. в т.ч. НДС 957 191,67 руб.;

- № 14 от 16.10.2020 на сумму 1 620 700 руб. в т.ч. НДС 270 116,67 руб.;

- № 15 от 26.10.2020 на сумму 5 055 123 руб. в т.ч. НДС 842 520,50 руб.;

- № 16 от 02.11.2020 на сумму 1 755 117 руб. в т.ч. НДС 292 519,50 руб.;

- № 17 от 20.11.2020 на сумму 2 163 700 руб. в т.ч. НДС 360 616,67 руб.;

- № 18 от 10.12.2020 на сумму 1 684 020 руб. в т.ч. НДС 280 670 руб.;

- № 19 от 15.12.2020 на сумму 3 076 786 руб. в т.ч. НДС 512 797,67 руб.;

- № 20 от 20.12.2020 на сумму 2 136 000 руб. в т.ч. НДС 356 000 руб.

Всего в Книге покупок <данные изъяты>» за 4 квартал 2020 года отражен НДС к вычету по деятельности с <данные изъяты>» в размере 3 872 432,68 руб., тогда как фактически, указанная организация работ для <данные изъяты>» не выполняла, услуг не оказывала, товаров не поставляла.

После чего ФИО3 №5 (неосведомленный о преступном умысле ФИО1 на уклонение от уплаты налогов с деятельности <данные изъяты>» и о фиктивности документов, отраженных ФИО1 в бухгалтерском учете Общества и в книги покупок) включил указанную сумму НДС в размере 3 872 433 руб. в состав налоговых вычетов по НДС в первичную налоговую декларацию по НДС <данные изъяты>» за 4 квартал 2020 года в строку 3 190 03 «Общая сумма НДС, подлежащая вычету» раздела № 3, уведомил ФИО1 о суммах НДС, подлежащих уплате в бюджет РФ и готовности налоговой декларации к отправке, после чего ФИО1, находящийся по адресу: <адрес>, подписал указанную декларацию своей ЭЦП, и 25.01.2021 представил ее по ТКС в ИФНС России по Октябрьскому округу г. Иркутск, расположенную по адресу: <...>.

В соответствии с представленной декларацией общая сумма НДС, подлежащая вычету, составила 4 781 153 руб., сумма НДС, исчисленная к уплате в бюджет РФ - 590 533 руб.

Однако, фактически с учетом того, что <данные изъяты>» для <данные изъяты>» товаров не поставляло, работ не выполняло, услуг не оказывало, в первичной налоговой декларации по НДС за 4 квартал 2020 год необходимо было отразить сумму НДС, подлежащую вычету в размере 908 720 руб., и отразить сумму НДС, которую <данные изъяты>» должно было исчислить и уплатить в бюджет РФ, в размере 4 462 966 руб.

В результате умышленного занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 4 квартал 2020 года, ФИО1 уклонился от уплаты НДС за 4 квартал 2020 года в сумме 3 872 433 руб. (4 462 966 - 590 533) по сроку уплаты до 25.03.2021, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, чем нарушил п. 1 ст. 45, п. 1 ст. 54, п. 1 ст. 54.1 п. 1, 4 ст. 166, п.п. 1, 2 ст. 171, п.п. 1, 3 ст. 172, п. 1 ст. 173, п.п. 1, 2, 5 ст. 174 НК РФ.

Действия ФИО1, объединенные единым умыслом, в своей совокупности, повлекли неуплату НДС за период 3,4 квартал 2018 г., 1-4 квартал 2019 г., 1,3,4 квартал 2020 г. в общей сумме 50 432 603 руб. (2 291 125 + 14 216 117 + 6 860 984 + 4 963 547 + 10 495 543 + 5 866 188 + 1 483 333 + 383 333 + 3 872 433), что согласно примечанию 1 к ст. 199 УК РФ является особо крупным размером, поскольку за период в пределах трех финансовых лет подряд превышает сорок пять миллионов рублей.

В судебном заседании подсудимый ФИО1 свою вину в предъявленном обвинении признал полностью, дал показания соответствующие описательной части приговора о том, что он, являясь генеральным директором <данные изъяты>» уклонился от уплаты НДС за период 3,4 квартал 2018 г., 1-4 квартал 2019 г., 1,3,4 квартал 2020 г. в общей сумме 50 432 603 руб. (2 291 125 + 14 216 117 + 6 860 984 + 4 963 547 + 10 495 543 + 5 866 188 + 1 483 333 + 383 333 + 3 872 433) путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений по контрагентам <данные изъяты>, которые фактически для <данные изъяты>» товаров не поставляли, работ не выполняли, услуг не оказывали. Таким образом, в результате занижения к уплате в бюджет РФ НДС за 3,4 квартал 2018 г., 1-4 квартал 2019 г., 1,3,4 квартал 2020 г. уклонился от уплаты НДС. В содеянном раскаялся, указал, что не оспаривает тот факт, что должен был контролировать бухгалтерскую деятельность, чего не сделал должным образом. В будущем планирует возмещать причиненный преступлением ущерб.

Помимо признания подсудимым своей вины в совершении преступления, указанного в описательной части приговора, его вина в совершении данного преступления подтверждается совокупностью иных доказательств по делу.

Так, допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 №2 суду показала, что при проведении камеральной налоговой проверки налоговых деклараций по НДС за 3-4 кварталы 2018 года установлено, что <данные изъяты>» применена схема, в результате которой у общества формально возникает право на налоговый вычет по НДС без фактического оказания услуг (выполнения работ, приобретения товаров). Установлено, что <данные изъяты>» необоснованно заявлены вычеты по НДС за 3-4 квартал 2018 года по организациям <данные изъяты>», т.е. в отношении данных организаций установлено, что они обладают признаками спорных контрагентов. При проведении камеральной налоговой проверки налоговых деклараций по НДС за 1-4 кварталы 2019 года установлено, что <данные изъяты>» применена схема, в результате которой у общества формально возникает право на налоговый вычет по НДС без фактического оказания услуг (выполнения работ, приобретения товаров). Установлено, что <данные изъяты> необоснованно заявлены вычеты по НДС за 1-4 кварталы 2019 года по организациям <данные изъяты>.е. в отношении данных организаций установлено, что они обладают признаками спорных контрагентов. При проведении камеральной налоговой проверки налоговых деклараций по НДС за 1, 3-4 кварталы 2020 года установлено, что <данные изъяты>» применена схема, в результате которой у общества формально возникает право на налоговый вычет по НДС без фактического оказания услуг (выполнения работ, приобретения товаров). Установлено, что <данные изъяты>» необоснованно заявлены вычеты по НДС за 1, 3-4 кварталы 2020 года по организациям ООО <данные изъяты>, т.е. в отношении данных организаций установлено, что они обладают признаками спорных контрагентов. Налогоплательщик на вышеуказанные составленные акты налоговых проверок возражений не подавал. В рамках мероприятий налогового контроля он подтверждал реальность взаимоотношений <данные изъяты>» с вышеуказанными спорными контрагентами, однако, налоговым органом было установлено обратное. Действия налогоплательщика по уклонению от уплаты налогов квалифицируются налоговым органом как умышленные, поскольку установлено, что основной целью заключения налогоплательщиком вышеуказанных сделок являлось не получение результатов предпринимательской деятельности, а неправомерное применение налоговых вычетов. Для этого налогоплательщик использовал формальный документооборот в целях неправомерного учета расходов и заявления налоговых вычетов по спорным сделкам. Отсутствие основных средств, объектов недвижимости, транспортных средств, в совокупности с другими обстоятельствами свидетельствует об отсутствии ведения вышеуказанными организациями реальной хозяйственной деятельности. С учетом вышеуказанных обстоятельств налоговым органом сделан вывод о фиктивном характере взаимоотношений <данные изъяты>» с вышеуказанными спорными контрагентами.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 №3 суду показала, что ею проводилась камеральная налоговая проверка в <данные изъяты>» (директор <ФИО>2) по уточненной (корректировка 5) налоговой декларации по НДС за 3 квартал 2018 года. В ходе проверки выявлено неправомерное предъявление налоговых вычетов в отношении контрагентов <данные изъяты><данные изъяты>. Всего за указанный период <данные изъяты>» представлено 9 уточненных налоговых деклараций. <данные изъяты>» включены во второй уточненной налоговой декларации, представленной в налоговый орган 26.12.2018. Сумма вычетов по НДС по <данные изъяты>» составила 1 999 022,11 руб., по <данные изъяты>» сумма вычетов по НДС составила 292 103,38 руб. Третья уточненная налоговая декларация в налоговый орган не предоставлялась. В четвертой уточненной налоговой декларации <данные изъяты>» исключает все вычеты по <данные изъяты>», а также уменьшает вычеты по НДС по <данные изъяты>» на сумму 138 012, 64 руб. (по <данные изъяты>» осталось 1 861 009,47 руб.), заменяя их реальными контрагентами. В пятой уточненной налоговой декларации изменения в отношении вычетов по <данные изъяты>» отсутствуют, сумма к вычетам остается неизменной, добавлены вычеты по НДС по <данные изъяты>» на сумму 292 103,38 руб., а также меняются только реальные контрагенты (одного убирает, другого добавляет). В шестой уточненной налоговой декларации исключен один УПД по <данные изъяты>» на сумму НДС 167 400 руб. (осталось 1 693 609, 47 руб.). В седьмой уточненной налоговой декларации изменения в отношении вычетов по <данные изъяты>» отсутствуют, исключены УПД по ООО «Т.Б.М.». В восьмой уточненной налоговой декларации уменьшена сумма вычета по НДС по <данные изъяты>» на сумму НДС 100 000 руб. (осталось 1 593 609, 47 руб.), при этом общая стоимость по счет-фактуре не меняется. В девятой уточненной налоговой декларации исключен один УПД по <данные изъяты>» на сумму НДС 44 491,49 руб., а также уменьшен другой УПД на сумму НДС в размере 60 000 руб. (осталось 1 489 117, 98 руб.). Нереальность взаимоотношений с <данные изъяты>» установлена следующими обстоятельствами. В апреле - мае 2018 года ООО <данные изъяты>» якобы приобретает у <данные изъяты>» муфты кабельные подземные, кабеля, емкости, зажимы, изоляторы, скобы, гайки, швеллер. Нереальность поставки подтверждается отсутствием оплат в адрес ООО <данные изъяты>», у которой на момент сделок отсутствовали открытые расчетные счета. Во 2 квартале 2018 года у <данные изъяты>» указан единственный поставщик <данные изъяты>», который предоставил налоговую декларацию по НДС с нулевыми показателями, тем самым у <данные изъяты>» отсутствует источник поставки материалов для дальнейшей реализации в адрес <данные изъяты>». В 2018 году ФИО1 обналичивает через банкомат 12 534 015 руб., а в адрес ИП ФИО1 перечисляется 15 020 000 руб., в связи с чем ФИО1 приобретал материалы за наличные денежные средства. Во 2 квартале 2019 года в уточненной (корректировка 2) налоговой декларации по НДС <данные изъяты>» включены вычеты НДС в отношении транзитных контрагентов <данные изъяты>» (сумма вычетов НДС 4 175 188,37 руб.), ООО <данные изъяты> (сумма вычетов НДС 788 358,33 руб.), в связи с чем проведена камеральная налоговая проверка. В ходе налоговой проверки <данные изъяты>» не представили документы по взаимоотношениям, в настоящее время <данные изъяты> ликвидировано. <данные изъяты>» не могло поставить товары, выполнить работы, оказать услуги <данные изъяты>», т.к. оплата в адрес <данные изъяты>» отсутствует. По расчетному счету ООО «Парус» осуществляет оплату за материалы на сумму 6 200 руб., за аренду 2 000 руб., иных оплат нет. На расчетный счет ООО «Парус» денежные средства поступают от ООО «Черметпром» за разгрузочные услуги на сумму 48 700 руб., иных поступлений по дату ликвидации организации нет. Во 2 квартале 2019 года <данные изъяты>» в уточненных налоговых декларациях 1,2,4,5 заявлены вычеты по контрагентам <данные изъяты>», а данные организации представляют декларации с нулевыми показателями. В уточненной налоговой декларации (корректировка 7) <данные изъяты>» в разделе 8 заявлены налоговые вычеты по ООО «Титан-Строй» на сумму 4,90 руб. Таким образом, у ООО «Парус» отсутствует входной НДС, который можно выставить в адрес <данные изъяты> якобы приобретает у ООО <данные изъяты>» во 2 квартале 2019 года бардюр магистральный, профиль, рамы, электроды, проволоку, плиты, арматуру, провода, фанеру, фурнитуру для окон, штапики. В отношении <данные изъяты>» установлено, что денежные средства, которые поступают от <данные изъяты>» во 2 квартале 2019 года на расчетный счет в размере 440 000 руб. в дальнейшем перечисляются в адрес <данные изъяты>» с назначением платежа «за продукцию» и в дальнейшем обналичиваются, часть денежных средств снимаются в банкомате с расчетного счета <данные изъяты>». Всего <данные изъяты>» должно было перечислить во 2 квартале 2019 года в адрес <данные изъяты>» 25 051 130 руб. По оприходованию товара <данные изъяты>» и УПД с <данные изъяты>» имеются противоречия. Так по оприходованию стоимость товара выше и составляет 8 900 259, 65 руб., а по УПД составляет 3 941 791, 67 руб. ОКВЭДы у <данные изъяты>» не связаны с поставкой товаров. Работники <данные изъяты>» не знают такую организацию. Бухгалтер ООО <данные изъяты>» ФИО3 №4 дала показания, что <данные изъяты>» сомнительная организация и сообщала об этом ФИО1, который настоял на включении <данные изъяты>» в бухгалтерский учет <данные изъяты>». У ООО <данные изъяты>» во 2 квартале 2019 года заявлен основной поставщик <данные изъяты>», в адрес которого отсутствует оплата от <данные изъяты>». <данные изъяты>» представлена налоговая декларация, в которой отсутствуют сведения об <данные изъяты>». Таким образом, товарные и денежные потоки не совпадают. В 3 квартале 2019 года <данные изъяты>» подана первичная налоговая декларация по НДС и одна уточненная налоговая декларация (корректировка 1). В уточненной (корректировка 1) налоговой декларации по НДС налогоплательщиком включены вычеты НДС в отношении транзитного контрагента ООО «Проводник» (сумма вычетов НДС 10 495 542,92 руб.). В отношении <данные изъяты>» установлено, что в <данные изъяты>» осуществляет оплату в адрес <данные изъяты>» на сумму 300 000 руб., часть из которых <данные изъяты>» перечисляет в адрес ИП <ФИО>39 и в адрес ООО «<данные изъяты>», которые в свою очередь обналичивают денежные средства. В договоре № ТОВ-28-06/19 от 28.06.2019 между ООО «<данные изъяты> указан несуществующий расчетный счет <данные изъяты>». Обе организации не представили налоговому органу ТН, ТТН и путевые листы, подтверждающие доставку. ООО <данные изъяты> якобы реализует <данные изъяты>» стекло, сито, планку, фурнитору, профили, герметик, створки, электроды, швеллер, рамы, кабели и др. В ходе налоговой проверки установлены реальные поставщики части товаров – <данные изъяты>». В 3 квартале 2019 года по расчетным счетам ООО <данные изъяты>» установлено снятие денежных средств в размере 14 477 000 руб., авансовые отчеты налоговому органу не представлены. Работники ООО «<данные изъяты>» не знают такую организацию. Бухгалтер <данные изъяты>» ФИО3 №4 дала показания, что <данные изъяты>» сомнительная организация и сообщала об этом ФИО1, который настоял на включении <данные изъяты>» в бухгалтерский учет <данные изъяты>». В налоговой декларации НДС <данные изъяты>» отражены 3 контрагента – <данные изъяты>», при этом денежные средства в адрес данных контрагентов не перечислялись. У ООО «<данные изъяты>» отсутствуют какие-либо поставщики. ООО «<данные изъяты> ликвидированы. Иных поставщиков у <данные изъяты>» не было. В 4 квартале 2019 года <данные изъяты>» подана только 1 первичная налоговая декларация по НДС, по которой проверка камеральная проверка. В указанной декларации заявлены вычеты НДС по <данные изъяты>» на сумму НДС 5 030 917,84 руб. и <данные изъяты>» на сумму 835 270,36 руб. В отношении <данные изъяты>» стороны документы не представили. <данные изъяты>» в ответ на истребование документов по взаимоотношениям в 4 квартале 2019 года предоставило документы по взаимоотношениям с <данные изъяты>» за 3 квартал 2019 года, за исключением 1 УПД на сумму 1 012 300 руб., сумму НДС 168 716, 68 руб. Согласно данному УПД ООО «<данные изъяты>» приобретает у <данные изъяты>» стекло, раму, герметик, пластину, угол для стеклопакета. В отношении <данные изъяты>» установлены полностью идентичные обстоятельства, что в и 3 квартале. В 4 квартале 2019 года реальными поставщиками перечисленных материалов для <данные изъяты>» являлись <данные изъяты>». В 4 квартале 2019 года ФИО1 в подотчет снимаются денежные средства с расчетного счета <данные изъяты>» на сумму 5 078 999,98 руб. Скорее всего на указанные денежные средства ФИО1 приобретал материалы за наличные денежные средства. Дальнейшая реализация указанных товаров <данные изъяты> не установлена. В 4 квартале 2019 года ООО <данные изъяты>» осуществляет оплату в адрес <данные изъяты>» на сумму 1 970 000 руб., часть из которых <данные изъяты>» перечисляет в адрес <данные изъяты>», которые в свою очередь обналичивают денежные средства через снятие в банкомате. Согласно анализа движения денежных средств в 3 квартале 2019 года <данные изъяты>» перечислено в адрес <данные изъяты>» 300 000 рублей, за 2019 год 2 270 000 руб., однако налоговые вычеты в 3 квартале 2019 года приняты по счет-фактурам на общую сумму 63 240 003 руб., в том числе НДС 10 459 542.90 руб., в 4 квартале 2019 года вычеты на сумму 30 185 507 руб., в том числе НДС 5 030 917,84 руб., т.е. <данные изъяты> должно <данные изъяты>» порядка 90 000 000 руб., претензионная работа со стороны <данные изъяты>» не проводилась. В отношении <данные изъяты> (применяет ОСНО) установлено, что <данные изъяты>» осуществляет оплату в адрес <данные изъяты>» на сумму 2 583 828 руб., который в свою очередь перечисляет их в адрес <данные изъяты> (применяет УСН) или обналичивает путем снятия с расчетного счета через банкомат. В вычетах <данные изъяты>» заявлен основным поставщиком <данные изъяты>», его доля составляет 54%. В свою очередь <данные изъяты>» является транзитной организацией, что описано выше по тексту. Оплата от <данные изъяты>» в адрес <данные изъяты>» по расчетным счетам отсутствует, обе организации документы по сделке не представили. У <данные изъяты> есть реальные поставщики <данные изъяты>», которые поставляют готовые оконные конструкции (<данные изъяты>», указанные организации составляют 20% вычетов от общей суммы). Иными словами <данные изъяты>» не мог поставить <данные изъяты>» различные материалы, т.к. у него нет реальных поставщиков на тот объем, который заявлен в УПД с ООО <данные изъяты>». Также у <данные изъяты>» отсутствуют складские помещения. Денежные средства, поступившие от <данные изъяты>» на расчетный счет <данные изъяты>» снимаются через терминал, либо перечисляются в адрес <данные изъяты>», который не является плательщиком НДС. В обеих организациях <данные изъяты> (ОСНО) и <данные изъяты>»(УСН) ФИО3 №18 является директором. Таким образом, движение денежных потоков у <данные изъяты>» не соответствует заявленным вычетам в налоговой декларации НДС в 4 квартале 2019 года. В 1 квартале 2020 года <данные изъяты>» представлена только первичная налоговая декларация, в которой заявлены вычеты в отношении транзитной организации <данные изъяты>» на сумму вычетов НДС 1 483 333 руб., в связи с чем проведена камеральная налоговая проверка. Проверкой установлено, что оплата по расчетным счетам от <данные изъяты>» в адрес <данные изъяты>» отсутствует, документы по взаимоотношениям организациями не представлены. <данные изъяты>» не находится по месту регистрации, что подтверждено протоколом осмотра. Денежные средства, поступающие на расчетный счет <данные изъяты>» снимаются в банкомате директором <ФИО>44 В книгах покупок <данные изъяты> заявляет вычеты по самому себе, стоимость по НДС составляет 1 руб., т.е. у <данные изъяты>» отсутствуют поставщики. В 4 квартале 2020 года в уточненной (корректировка 1) налоговой декларации <данные изъяты>» заявлены вычеты в отношении транзитной организации <данные изъяты>» на сумму вычетов НДС 3 872 432,68 руб., в связи с чем проведена камеральная налоговая проверка. По взаимоотношениям с <данные изъяты> налогоплательщик представил договор поставки и УПД. Согласно договора поставки № 48 от 04.10.2020 расчетный счет у <данные изъяты>» открыт в ПАО Банк «ФК Открытие», но в данном банке указанная организация расчетные счета не открывала, т.е. указан несуществующий расчетный счет. Оплата с расчетных счетов от <данные изъяты>» в адрес <данные изъяты>» отсутствует. Летом 2021 проведена оплата в адрес <данные изъяты>» в размере 370 000 руб., которые в дальнейшем в полном объеме перечислены ИП ФИО3 №9 с назначением платежа «за материалы без НДС». Сам ФИО3 №9 также является директором ООО «<данные изъяты>». Директор <данные изъяты>» ФИО3 №10 пояснил, что не осуществлял руководство организацией и документы с <данные изъяты>» не подписывал. В книге покупок <данные изъяты>» отражен контрагент <данные изъяты>», который в свою очередь заявляет вычеты по единственному поставщику <данные изъяты>», а у <данные изъяты> отсутствуют поставщики, т.е. у <данные изъяты>» отсутствует реальный поставщик. Все три организации являются транзитными. <данные изъяты>» якобы приобретая материалы у <данные изъяты>» в дальнейшем их никому не реализует.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 №41 суду показала, что с <данные изъяты>» (директор ФИО1) был заключен муниципальный контракт 17.10.2019, предметом контракта являлось выполнение работ по демонтажу старого деревянного забора и установке нового забора из металлической сетки по периметру <данные изъяты>» по адресу: <адрес> и по адресу второго здания садика по <адрес>. Площадь садика по <адрес> составляет 1 250 кв.м., а по <адрес> составляет 1777 кв.м. Периметр устанавливаемого забора по <адрес> составлял 100,8 кв.м., а по <адрес>, составлял 40,32 кв.м. ФИО1 ни разу не видела, только разговаривала с ним по телефону. Фактически старый забор разобрали буквально за 1 день. На демонтаж приезжали 4 человека из г. Иркутска – работники <данные изъяты>», в октябре – ноябре 2020 года устанавливали и бетонировали столбы, на установку забора уже приезжала другая бригада из числа работников <данные изъяты>» в количестве 2-3 человек. Со слов ФИО1 задержки в работе были из-за того, что забор он заказал где-то в Красноярске, что поставщик долго поставляет забор. Забор привезли в октябре 2020 года. Работы по контракту выполнялись собственными силами <данные изъяты> без привлечения субподрядных организаций.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 №39 суду показала, что с <данные изъяты>» (директор ФИО1) был заключен муниципальный контракт № 3382701211019000003 от 22.10.2019 года, согласно которого данная организация выполняла работы по демонтажу забора и установке нового забора(металлическая сетка) вокруг садика - <данные изъяты>». Длина забора составляла порядка 154 погонных метра. В период выполнения работ несколько раз ФИО1 сам приезжал к нам, смотрел за ходом выполнения работ. Выполненные работы сдавал ФИО1 лично. Работы по контракту выполнялись собственными силами <данные изъяты>» без привлечения субподрядных организаций. Кроме того, ранее 23.07.2019 с <данные изъяты>» был заключен еще один контракт на выполнение работ по ремонту оконных и дверных проемов. Данный вид работ также самостоятельно выполняли только работники <данные изъяты>».

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 №35 суду показала, что с марта 2019 года по конец декабря 2019 года работала в <данные изъяты>» в должности директора по развитию, фактически выполняла обязанности менеджера, куда ее пригласил ФИО1 В <данные изъяты>» была трудоустроена официально с первого дня. Трудовой договор был заключен с директором организации ФИО1 Ее заработная плата составляла порядка 40 000 руб. Заработную плату получала как от <данные изъяты>», так и переводили ее на карту, какую сумму официальной заработной платы получала, уже не помнит. Помнит, что приходили денежные переводы на ее карту от физических лиц, кто являлся отправителем денег не помнит. В ее обязанности входило заключение договоров с физическими лицами, контроль исполнения заказа клиента. У <данные изъяты>» было собственное производство по изготовлению стеклопакетов и оконных конструкций из пластика и алюминия, дверей. Цех располагался по адресу: <адрес>, там же и располагался офис-склад. Ее рабочее место располагалось по адресу: <адрес>. Физические лица за оказанные услуги осуществляли с ними расчет как наличными денежными средствами, так и по терминалу, клиентам выдавался кассовый чек. Наличные денежные средства в конце рабочего дня забирал ФИО1 <данные изъяты>» в основном выполняло работы по установке окон, где закупали материалы она не знает. <данные изъяты> ей не знакомы, с их представителями никогда не контактировала.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 №33 суду показал, что ранее до августа 2021 года работал в <данные изъяты>», директором которого был ФИО1 Компания занималась производством и установкой окон, был свой производственный цех, собственное производство по адресу: <адрес>. О том, где закупались материалы ему неизвестно, закупками занимались ФИО3 №25 и <ФИО>104. Всеми расчетами также занимался ФИО1 Он работал с клиентами, производил замеры окон. ООО <данные изъяты><данные изъяты> ему не знакомы, с их представителями никогда не контактировал, в процессе разговора названия слышал.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 №48 суду показала, что в начале 2019 года, ее школа <данные изъяты>» подала заявку о необходимости проведения капитального ремонта спортивного зала нашей школы. Указанный проект реализовывался в рамках национального проекта «Образование». После того, как администрация района одобрила их проект, служба единого заказчика МО выставила данный контракт на электронный аукцион, который был выигран <данные изъяты>», в связи с чем она подписала данный контракт на выполнение работ, контракт подписывала непосредственно с ФИО1 Контракт был подписан 23.07.2019, срок исполнения 30 суток, то есть 23.08.2019 они должны были сдать объект, однако фактически он был сдан в 26 или 27.12.2019 года. Кто именно от ООО <данные изъяты>» выполнял работы она не знает, на демонтаже работала одна бригада, по монтажу панелей другая бригада, по канализации и системе отопления третья бригада. На строительной площадке от ООО <данные изъяты>» достаточно часто приезжал сам ФИО1, а также приезжал его инженер, по имени <ФИО>19, который давал указания для строителей. Задержку проведенных работ ФИО1 пояснял тем, что при ремонте по смете необходим специальный материал, который изготавливается в подмосковье, материал «Гербофлекс» и отделочные панели, завод не справляется с заказами, так как он единственный в России, со слов ФИО1, в связи с чем была такая большая задержка, транспортными компаниями данные материалы завозились к ним. То есть все материалы по строительству были <данные изъяты>». Отдавал кому-то работы на субподряд <данные изъяты>» ей не известно, но все работы он контролировал лично, минимум раз в неделю приезжал на объект.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 №4 суду показала, что ранее работала бухгалтером в <данные изъяты>» до февраля 2020 года, в ее обязанности входило внесение информации в программу 1С, составление финансовых отчетов. ФИО1 предоставлял ей все сведения, она вносила их по реестрам. Такие организации как <данные изъяты> ей знакомы, <данные изъяты>» сотрудничали с ними, это поставщики, с кем именно заключались договоры и на поставку чего конкретно она сказать не может. Она видела, что от каких-то из этих организаций поступали товарные накладные. В период ее работы в штате ООО <данные изъяты>» числилось 10-11 человек. Также кроме офиса, у <данные изъяты>» имелся производственный цех, где также были работники. За период ее работы имелись факты заключения договоров и их неисполнение в срок по причине нехватки денежных средств. Фиктивность некоторых договоров, например с <данные изъяты>» она замечала, говорила об этом ФИО1, но он ничего не пояснял по данному поводу.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 №25 суду показал, что с 2005 года работал в <данные изъяты>», сначала монтажником, потом инженером. В его обязанности входил выезд на объект, где делали замеры, которые передавал в цех, для изготовления готовых изделий (свето-прозрачных конструкций), то есть витражей. Он работал только по остеклению. Его рабочее место, на протяжении последних примерно 5 лет было по адресу: <адрес> – где у их организации находилось производство, а именно цеха по изготовлению готовой продукции. Менеджеры по продажам сидели отдельно от них по адресам: <адрес>, в офисе по <адрес>. <данные изъяты> было исполнителем, при выполнении работ по контрактам с муниципалитетами, ремонтируя школы, детские сады, больницы, при этом на данных объектах выполнялся различный объем работ, но он всегда касался только выполнения работ относительно остекления, к другим видам работ никакого отношения не имел. С данными контрактами работал непосредственно ФИО1 Относительно приобретения товаров и материалов для выполнения работ ООО «Титан-Строй» пояснил, что аллюминий приобретался для изготовления профилей, а именно приобретался в основном у <данные изъяты>», пластик приобретается у <данные изъяты>», в этих же компаниях приобретались все комплектующие для изготовления пластиковых окон и витражей, это их основные поставщики касательно оконной, витражной тематики. <данные изъяты>» руководит ФИО1, который является генеральным директором, непосредственно полностью контролирует данное предприятие, принимает все решения по данной организации, распоряжается расчетными счетами, выплачивает заработную плату.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 №23 суду показал, что он с 2016 по 2018 годы был директором <данные изъяты>», учредителем которого был его знакомый ФИО3 №49 Директором ООО «<данные изъяты> стал по просьбе своего знакомого ФИО3 №49 Фактически никакого отношения к финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты>» не имел, никакими распорядительными или управленческими функциями в <данные изъяты>» не обладал и их не реализовывал. Предпринимательской деятельностью никогда не занимался и не занимается, такого опыта и навыков у него нет. Он только числился директором и учредителем <данные изъяты>». Фактическое руководство деятельностью <данные изъяты>» осуществлял ФИО3 №49 Кроме того, к руководству деятельностью <данные изъяты>» имел отношение <ФИО>40 Несмотря на то, что он являлся номинальным директором <данные изъяты>», документы по финансово-хозяйственной деятельности общества подписывались им по просьбе ФИО3 №49, при этом в суть и содержание подписываемых документов он не вникал. Документы по деятельности с какими конкретно организациями он подписывал, не знает. С какими организациями у <данные изъяты>» были финансово-хозяйственные взаимоотношения, в т.ч. в период с 2018-2020 гг. ему неизвестно, поскольку он фактически никакого отношения к финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты>» не имел. Организация <данные изъяты>» и ее руководитель ФИО1 ему не знакомы. О взаимоотношениях <данные изъяты>» с <данные изъяты>» ему ничего не известно, поскольку он являлся номинальным руководителем <данные изъяты>» и никакого отношения к руководству деятельностью <данные изъяты>» не имел. Возможно, он мог подписать документы по финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты>» с <данные изъяты>», но если подписывал их, то не вникал в суть и содержание документов.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 №18 суду показал, что в марте 2015 года зарегистрировал <данные изъяты>» для осуществления строительных работ. Бухгалтерскими навыками не владеет, бухгалтерию у него ведет бухгалтер на аутсорсинге. Ранее бухгалтерию в 2019 году у вела ИП ФИО3 №22, в настоящее время бухгалтерию ведет ООО «Бухучет Иркутск». С <данные изъяты>» взаимодействовал с 2017 по 2019 года. При этом у <данные изъяты>» брал в основном окна», а ему поставлял материалы, для производства окон, электрику, и другие строительные материалы, кондиционеры, а также даже и сами окна, так как ФИО1 примерно в 2018-2019 годах зашел на муниципальные контракты, где нужен был большой объем окон, однако мощностей ООО <данные изъяты>» не хватало, а он тогда параллельно работал с ООО <данные изъяты> где у него были отсрочки платежей, в связи с чем он поставлял ФИО1 указанные материалы, а тот уже впоследствии с ним рассчитывался. При этом материалы, забирали самостоятельно <данные изъяты>», так как у него нету своих машин. По факту они с ФИО1 взаимодействовали только по поставкам товаров. Если изначально он брал у ФИО1 окна, примерно в 2016 году, то позднее, получилось наоборот, что он ФИО1 уже поставлял товары и материалы, так как у того были строительные объекты, а денег на их проведение у ФИО1 не было, по этой причине он поставлял ФИО1 товары в долг, используя свои отсрочки. Так как обороты у <данные изъяты>» не большие, в среднем не более 7-8 миллионов рублей, то когда его заказчики перечисляют ему деньги на счет, он их тут же перечисляет в адрес организаций, которые поставили ему данные материалы, так как практически все материалы берет по отсрочкам и дилерским скидкам. С полученной прибыли платит все налоги, однако прибыль не такая большая. Фактически бывает, что прибыль и вовсе отсутствует. <данные изъяты>» ему знакомо, между <данные изъяты>» была одна поставка, какого-то строительного материала. Что-то из данной поставки он поставил <данные изъяты>», что –то оставил себе для своих работ, а также кому-то еще реализовал данный товар. С <данные изъяты>» никакие договора не составлялись, составляли только бухгалтерские документы, счета фактуры, ТТН, другие документы не составляли. С <данные изъяты>» вполне возможно был договор, так как с этой организацией взаимодействовал всего единожды. <данные изъяты> ему не знакомы.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 №11 суду показал, что примерно три года назад работал на должности генерального директора в <данные изъяты>», предложили ему эту работу в ходе застолья, со своими друзьями, где присутствовали <ФИО>5, Виталя, Валера. Как он понял, данная организация должна была заниматься поставками строительных материалов, а также непосредственно самим строительством, но в небольших объемах. При этом со слов ребят, на сколько помнит, ранее у них уже была такая организация, но они ее ликвидировали, в связи с чем ему и предложили создать на свое имя новую фирму <данные изъяты>», так как он человек старой закалки и будет работать честно. Никакого вознаграждения ему не обещали, то есть он не был так называемым номинальным директором, фирма действительно должна была работать и впоследствии работала. Как именно зарегистрировал данную организацию он не помнит, но нанимал какого-то юриста, который составил для него пакет документов, для регистрации общества в налоговом органе. Юридический адрес <данные изъяты>» был по адресу: <адрес>, номер дома не помнит, но фактически по данному адресу был только почтовый адрес. Как такового офиса у него не было, работников у него фактически не было, то есть единственным работником числился он. Его знакомые предлагали выполнить ту или иную работу, он соглашался, после чего заключал договор с заказчиком, он перечислял ему предоплату, после чего он нанимал бригаду работников. Оборот у его организации был не большой, примерно несколько миллионов рублей в год, не больше, больших объектов у них не было. Ведением бухгалтерии них занимались различные бухгалтера, к которым он обращался по мере необходимости, все налоги, по документам, которые они оформляли, платились в полном объеме и исправно. <данные изъяты>» и ее директор ФИО1 ему не знакомы. С данной организацией <данные изъяты>» точно не работал.

Допрошенная в судебном заседании свидетель ФИО3 №22 суду показала, что с февраля 2017 года является индивидуальным предпринимателем, оказывает бухгалтерские услуги по аутсорсингу, в том числе по обращению ФИО3 №18, который предложил заключить с ним договор по оказанию бухгалтерских услуг для его компаний <данные изъяты>». Она общалась с бухгалтером <данные изъяты>» по вопросу документооборота, видела первичную документацию с данной организацией. Помимо бухгалтера <данные изъяты>» из данной организации больше никого не знает. Предмет взаимоотношений между ООО <данные изъяты> не помнит, взаимоотношения связаны с какими-то работами.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 №10 суду показал, что в 2020 году ему предложили стать номинальным директором фирмы <данные изъяты>» за 5000 рублей в месяц, он согласился, предоставил свой паспорт. Фактически он только числился директором данной организации, всеми вопросами деятельности <данные изъяты>» занимался <ФИО>5 Никаких документов по финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты>» не подписывал, ни договоры, ни акты, ни счета-фактуры. Эти документы ему на подпись никто никогда не привозил, но допускает, что когда приезжал к бухгалтеру в офис на <адрес>, то подписывал какие - то документы, что это за документы не знает. Организация <данные изъяты>» и ее руководитель ФИО1 ему не знакомы. О взаимоотношениях <данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты> ему ничего не известно. Никаких документов по финансово-хозяйственным взаимоотношениям <данные изъяты>» не подписывал.

Допрошенный в судебном заседании свидетель ФИО3 №27 суду показал, что в <данные изъяты>» работал с 2019 года, на работу его принимал ФИО1 в качестве монтажника, сколько человек было трудоустроено в данной организации ему неизвестно. Кто именно осуществлял расчет с работниками не знает, либо ФИО1, либо бухгалтерия. <данные изъяты>», <данные изъяты>» ему не знакомы.

Допрошенный в судебном заседании свидетель <ФИО>41 суду показал, что <данные изъяты>» было зарегистрировано на его имя для ведения бизнеса в сфере ремонта офисных помещений, квартир. Кто осуществлял ведение бухгалтерского и налогового учета <данные изъяты>», на каких объектах <данные изъяты>» выполняло работы, какую систему налогообложения применяло <данные изъяты>» не помнит. Были ли между <данные изъяты>» и <данные изъяты>» взаимоотношения, он не помнит.

Из показаний свидетеля ФИО3 №5, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что согласно которым в мае 2020 года к нему обратился ФИО1 для переоформления оборотно-сальдовых ведомостей, которые были нужны для получения кредита для <данные изъяты>». 10 июля 2020 года ФИО1 обратился к нему с целью заключения договора для формирования бухгалтерской отчетности его организации <данные изъяты>». В этот же день был заключен договор между директором <данные изъяты>» в лице директора <ФИО>35 и ООО «<данные изъяты>» в лице ФИО1 на оказание бухгалтерских услуг. Первичную документацию по взаимоотношениям с контрагентами они не составляли, этим занимался менеджер <данные изъяты>» по имени Герасим. Бухгалтерский учет <данные изъяты>» формировал лично он, в т.ч. формировал налоговые декларации по НДС и налогу на прибыль <данные изъяты>» за 2,3,4 квартал 2020 года, за 1-4 квартал 2021 года. На сегодняшний день договор между <данные изъяты>» и <данные изъяты>» не расторгнут. Его рабочее место располагалось по адресу: <адрес>, оф. 5, где при помощи системы удаленного рабочего стола «AmmyAdmin», а впоследствии «Anydesk» им формировались декларации <данные изъяты>» в 1 С «Бухгалтерия, Предприятие» версии 8.3 и подготавливались в 1 С к отправке в налоговый орган. Как правило, за день до отправки налоговых деклараций он звонил <данные изъяты> и говорил, что тот может направлять налоговые декларации в налоговый орган. ЭЦП ФИО1 для отправки налоговой отчетности у него не было. ФИО1 отправлял налоговую отчетность самостоятельно с офиса <данные изъяты> который располагался по адресу: <адрес>, номера офиса там нет. В указанном офисе за столом руководителя ФИО1 стоял компьютер, который служил сервером, на котором хранилась вся информация и ключ электронно-цифровой подписи ФИО1 ФИО1 с данного компьютера подключался к 1 С «Бухгалтерия, Предприятие», где заходил в раздел отчетность и видел декларации, в этом же разделе нажимал кнопку «отправить» и тем самым налоговые декларации по НДС и налогу на прибыль за вышеуказанные периоды направлялись в налоговый орган. ФИО1 видел суммы, подлежащие к уплате в бюджет, а также суммы вычетов по НДС. Также 20 числа месяца перед отправкой налоговых деклараций ФИО1 спрашивал его суммы налогов подлежащих к уплате в бюджет. Первичную документацию по взаимоотношениям ООО «<данные изъяты>» с контрагентами в 1 С «Бухгалтерия, Предприятие» вносил сам ФИО1, он с первичной документацией не работал. ФИО1 формировал вычеты по НДС <данные изъяты>» исходя из тех первичных документов, которые он вносил в 1 С «Бухгалтерия, Предприятие». Осенью 2020 года ФИО1 обратился к нему с просьбой что-то придумать, т.к. у <данные изъяты> проблемы с налоговой службой за 3 квартал 2018 года, при встрече передал ему требования из налогового органа. Он посоветовал ФИО1 обратиться к аудитору, где тому посоветовали платить денежные средства в бюджет, а проблема заключалась в отражении в бухгалтерском учете <данные изъяты>» неблагонадежных контрагентов, помнит <данные изъяты>». В дальнейшем по просьбе ФИО1 им готовились уточненные налоговые декларации по НДС за 3 квартал 2018 года <данные изъяты>», помнит, что было несколько корректировок, в которых он исключал из учета некоторые счет-фактуры, в т.ч. по <данные изъяты> Декларации направлял в налоговый орган сам ФИО1 по схеме, описанной выше. Помнит, что в той же программе он готовил платежные поручения на суммы НДС, исключенные по проблемным контрагентам, суммы были в районе 100 000 руб., после чего ФИО1 производил оплату в бюджет, у него доступа к расчетным счетам <данные изъяты>» не было. Банк-клиент был установлен на личном сотовом телефоне ФИО1, который пользовался расчетным счетом <данные изъяты>», открытом в банке ПАО Банк «ФК Открытие», это был основной счет. Также был открыт расчетный счет в ПАО «Сбербанк», куда поступали денежные средства от выполненных контрактов. Он спрашивал ФИО1 про <данные изъяты>», но про ООО <данные изъяты>» ФИО1 ничего не ответил, а про ООО «<данные изъяты>» сказал, что это поставщик алюминиевых конструкций. При каких обстоятельствах ФИО1 нашел вышеуказанные организации и заключил с ними договор он не знает. С представителями данных организаций он не контактировал. В полном ли объеме <данные изъяты>» оплатило услуги данных организаций он не знает. По одной из данных компаний (какая из них не помнит) в 2021 году было требование налогового органа о предоставлении документов и информации. У ФИО1 по одной из компаний он запросил первичную документацию по взаимоотношениям с <данные изъяты>», однако документы ему не были представлены, в связи с чем он не ответил на требование налоговой. Из поставщиков <данные изъяты> он знает <данные изъяты> (она же <данные изъяты>), ООО <данные изъяты>» (пластиковые элементы для окон), <данные изъяты>» (уплотнитель для окон), также организация, название которое не помнит, она поставляла стекла для окон, <данные изъяты>» (резиновые элементы, герметик для окон), <данные изъяты>» поставляли какой-то крепеж, остальные не помнит (т.16 л.д.171-175).

Из показаний свидетеля ФИО3 №8, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что она работает в должности административного директора в ИП <ФИО>42 с 2018 года, по адресу: <адрес>. В обязанности входит заключение договоров аренды, работа с арендаторами. До 2018 года данное здание, с момента постройки, примерно с 2005 года, принадлежало ИП <ФИО>43, у которого также работала на данной должности. <данные изъяты>» ей не знакомо, то есть не является арендатором их помещений и никогда ранее не снимала у них помещение. До 2020 года у них были случаи, когда они выдавали гарантийное письмо организациям, для регистрации в налоговом органе, однако в последующем организации не заключали договора аренды и не перечисляли денежные средства на их расчетный счет. Никаких документов по взаимоотношениям с <данные изъяты>» у нее нет. Руководитель ООО <данные изъяты>» ФИО3 №9 ей не знаком, никогда его не видела. В ходе опроса у сотрудников полиции, ей предъявлялась фотография ФИО3 №9, но данного человека она никогда не видела. Ни <данные изъяты>» ни ее руководитель ФИО3 №11 ей не знакомы, арендаторами помещений они никогда не были. Никаких гарантийных писем им не выдавали. Таким образом, <данные изъяты>» у них по адресу: <адрес> никакой деятельности не вели, так как не снимали у них офисных помещений (т.15 л.д.90-93).

Из показаний свидетеля ФИО3 №14 (<ФИО>112), оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что в феврале 2019 года она попросила <ФИО>44 за денежное вознаграждение зарегистрировать на себя <данные изъяты>». После того как данная организация была зарегистрирована, то <ФИО>44 передал ей все документы на данную организацию в т.ч. печать и банковские ключи из банков ПАО «Сбербанк» и ПАО «ВТБ». В банке ПАО «Сбербанк» <ФИО>44 выдал на нее и ФИО3 №15 доверенности на право распоряжения денежными средствами. Фактически <ФИО>44 являлся номинальным руководителем и деятельности от имени данной организации никогда не осуществлял. <данные изъяты>» использовалась ей только для обналичивания денежных средств и никакой реальной предпринимательской деятельности не осуществляла. <данные изъяты>» и ее директор ФИО1 у нее на слуху, но детали и суммы денежных средств, которые она обналичивала для <данные изъяты>» в первом квартале 2020 года уже не помнит. Также не помнит с кем именно контактировала с данной организации по вопросу возврата денежных средств. Возврат денежных средств осуществлялся следующим образом, т.е. <данные изъяты>» перечисляло денежные средства на расчетный счет <данные изъяты>» (какой именно не помнит), после чего данные денежные средства она переводила на другие подконтрольные ей организации и в дальнейшем снимала денежные средства по бизнес картам этих организаций и возвращала их представителям <данные изъяты>» за вычетом ее процента. За данную услугу брала 8% от общей суммы денежных средств, поступившей на расчетный счет <данные изъяты>». Фактически никаких взаимоотношений между <данные изъяты>» и <данные изъяты>» не было, если составлялись документы между организациями, то чисто для придания видимости реальности взаимоотношений и не более того. Составлялись ли фактически документы между <данные изъяты>» и <данные изъяты>» она не помнит. ФИО3 №15 в своей деятельности контактировала с банками в части передачи и получения документов по ее просьбе. Виды работ, услуг, поставки товаров для оформления документов по взаимоотношениям с <данные изъяты>» выбирали непосредственно ее клиенты. В настоящее время в отношении нее <данные изъяты> расследуется уголовное дело по ч. 2 ст. 172 УК РФ, дело расследует следователь <ФИО>45 (т.16 л.д.209-211).

Из показаний свидетеля ФИО3 №15, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что у нее есть знакомая <ФИО>98, с которой они знакомы с 2019 года. Документы от имени <данные изъяты>»: запрос от 22.09.2020 в ПАО «Сбербанк» о предоставлении выписки по расчетному счету организации, приказ № 13 от 22.07.2019, приказ № 3-к от 15.03.2019, доверенности от 08.02.2019, от 22.06.2020, карточка с образцами подписей и оттиска печати в ПАО «Сбербанк» от 25.07.2019, подписаны ей по просьбе <ФИО>98, обстоятельства и цель подписания данных документов она не помнит. <ФИО>44 она не знает и никогда не видела. Никакой деятельности от имени <данные изъяты> никогда не осуществляла. <ФИО>5, ФИО1, <данные изъяты>» ей не знакомы. Не помнит, посещала ли она ПАО «Сбербанк». Чем занимается <данные изъяты>» и какое к нему отношение имеет <ФИО>98 ей неизвестно (т.15 л.д.233-237).

Из показаний свидетеля ФИО3 №16, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с апреля 2015 года до 21.12.2021 состояла в должности ведущего специалиста по обслуживанию корпоративных клиентов ПАО «Сбербанк», в ее обязанности входило обслуживание юридических лиц, в части снятия/пополнения денежных средств, выдаче справок, переводов денежных средств, оформление карточек с образцами подписей и оттиска печати. Представленная на обозрение карточка с образцами подписей и оттиска печати ООО «<данные изъяты>» от 25.07.2019 подписана ей, правом первой подписи исходя из карточки, наделены <ФИО>44 и ФИО3 №15 Карточка заполнялась исключительно в присутствии двух указанных лиц в ее присутствии. Представленная на обозрение доверенность <данные изъяты>» от 22.06.2020, согласно которой <ФИО>44 наделил полномочиями ФИО3 №15 открывать/закрывать расчетные счета, распоряжаться денежными средствами <данные изъяты>» в ПАО «Сбербанк», оформляется банковским сотрудником в присутствии клиентов, в данном случае <ФИО>44 и ФИО3 №15 Заполняется она от руки генеральным директором ООО «<данные изъяты> только в присутствии банковского сотрудника в офисе банка. Представленная на обозрение копия доверенности <данные изъяты>» от 08.02.2019, согласно которой <ФИО>44 наделил ФИО3 №15 правом представлять интересы организации в государственных органах, подписна ей, она получила ее от самого <ФИО>44 в офисе банка. Согласно доверенности <ФИО>44 наделил до 31.12.2019 полномочиями ФИО3 №15 - открывать/закрывать расчетные счета, распоряжаться денежными средствами <данные изъяты>» в ПАО «Сбербанк». На представленный на обозрение запрос <данные изъяты>» от 22.09.2020 за подписью ФИО3 №15, о предоставлении ей выписки по расчетному счету <данные изъяты>» за период с 01.09.2019 по 05.08.2020, пояснила что выписку по расчетному счету <данные изъяты>» ФИО3 №15 получила лично в банке на бумажном носителе, за что расписалась на запросе, т.е., что действительно получила в руки выписку (т.15 л.д.238-241).

Из показаний свидетеля ФИО3 №17, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что <ФИО>44 приходится ему дядей. В 2019 году он работал в ПАО «Сбербанк» в должности старшего кредитного аналитика. Примерно в июле 2019 года решил поискать в социальных сетях его дядю. Введя в поиске «Яндекс» анкетные данные <ФИО>46 поиск показал, что тот является директором и учредителем <данные изъяты>». На тот момент дядя работал разнорабочим, место его работы не знает. Он понимал, что дядя не может являться реальным руководителем данной организации, т.к. не имеет ни опыта ведения предпринимательской деятельности ни денег для начала ведения бизнеса. Он прекрасно понимал, что <ФИО>44 является номинальным руководителем и его просто использовали, а организацию используют для обналичивания денежных средств и сам <ФИО>44 этого не понимает, в связи с чем он приехал к дому дяди. Когда встретился с дядей, то начал задавать тому вопросы по поводу регистрации <данные изъяты>», на что дядя пояснил, что за денежное вознаграждение зарегистрировал на свое имя указанную организацию, является номинальным учредителем и директором <данные изъяты>». Он уговорил дядю связать его с лицами, которые оформили на него <данные изъяты>», дядя со своего телефона набрал номер телефона какой-то <ФИО>27, трубку взял молодой человек (судя по голосу), которому он начал предлагать в добровольном порядке нотариально произвести продажу <данные изъяты>» на какое-то другое лицо, на что парень требовать к телефону <ФИО>44 и бросил трубку, затем выключил телефон. Дядя пояснил, что парень сын <ФИО>27. Затем дядя позвонил какой-то <ФИО>21 и дал ей телефон. По телефону <ФИО>21 сказал тоже самое, что и парню, на что та пояснила, что не понимает о чем идет речь и попросила <ФИО>44 к телефону, в чем он отказал ей, она бросила трубку и отключила телефон. Относительно регистрации <данные изъяты>» дядя пояснил, что способ заработка в виде регистрации на свое имя <данные изъяты> за денежное вознаграждение ему предложил какой-то мужчина, который предоставил его номер телефона <ФИО>27 и <ФИО>21. Впоследствии <ФИО>44 с <ФИО>27 и <ФИО>21 зарегистрировали организацию, открыл расчетные счета в банках, в т.ч. в ПАО «Сбербанк» и все документы по регистрации <данные изъяты>» передал указанным женщинам. В ПАО «Сбербанк» на имя дяди выдана бизнес карта на <данные изъяты>», которая дает право снимать денежные средства на личные цели, а также снимать деньги для предпринимательской деятельности. На его вопросы, где карта, <ФИО>44 сказал, что не знает и он никакой карты не получал. Наличие документов по <данные изъяты>» он проверял сам, также пропал паспорт дяди, который со слов <ФИО>44 тот потерял на стройке, где работал разнорабочим, адрес стройки не называл. Дядя говорил, что кроме как на бумаге к <данные изъяты>» не имеет никакого отношения. Далее <ФИО>44 предложили восстановить паспорт и самостоятельно ликвидировать <данные изъяты>», на что тот согласился. Затем дядя в паспортном столе написал заявление на замену паспорта, уплатил штраф об его утере. После того, как дядя получил паспорт, то передал его <ФИО>21 или <ФИО>27, об этом он узнал из ЕГРЮЛ, что внесены изменения в учредительные документы. На тот момент дядя проживал совместно с его мамой, он сообщил маме о том, что дядя передал вновь полученный паспорт третьим лицам. В дальнейшем мама <ФИО>47 устроила <ФИО>44 скандал и выгнала того из дома. Где в настоящее время находится дядя им неизвестно, т.к. прекратил с ними общение. У дяди психическое заболевание, а именно проблемы с памятью, эмоционально не стабилен, постоянно подавлен (т.15 л.д.224-227).

Из показаний свидетеля ФИО3 №19, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с середины 2018 года знаком с ФИО3 №18, который занимался монтажом электрики и вентиляции. Примерно в марте-апреле 2019 года ФИО3 №18 предложил выполнять работы совместно с ним, на что он согласился. У ФИО3 №18 была организация <данные изъяты> в которою тот трудоустроил его для того, чтобы шел трудовой стаж к пенсии. За период работы с ФИО3 №18 он выполнял работы в фитнес центре в мкр. Крылатый и в торговом помещении по <адрес> двух объектах монтировали вентиляцию и электрику, ФИО3 №18 наряду с ним выполнял работы. Совместно с ними работали 2 монтажника. С ФИО3 №18 он проработал пол года, после чего тот перестал звонить и не отвечал на звонки. В какой период времени ФИО3 №18 уволил его из <данные изъяты>» он не знает. <данные изъяты>» применяло общую систему налогообложения, о чем ему известно со слов ФИО3 №18 Заказчики из фитнес-центра и торгового помещения за выполненные работы рассчитывались с <данные изъяты>» по расчетному счету, между организациями были заключены договора подряда. За выполненные работы с ними ФИО3 №18 рассчитывался наличными денежными средствами, в среднем за 1 объект он получил 30 000 руб. В указанный период времени у ФИО3 №18 были еще какие-то объекты (квартиры), где выполнялись работы по электрике и сантехнике, но кто работал на этих объектах он не знает. Где располагались объекты ему также неизвестно. Вообще ФИО3 №18 выполнял работы только по электрике, сантехнике и монтажу вентиляции. Материалы для выполнения работ закупал лично ФИО3 №18, где именно закупал ему неизвестно. Занимался ли ФИО3 №18 куплей-продажей материалов ему неизвестно. Был ли склад у <данные изъяты>» он не знает. Он не слышал, чтобы ФИО3 №18 занимался работами по установке окон и ворот. Был ли офис у <данные изъяты>» он не знает, т.к. встречался с ФИО3 №18 только на объектах. Он не предоставлял ФИО3 №18 объекты для выполнения работ. <данные изъяты>» и ее директор <ФИО>2 ему не знакомы. <данные изъяты>» и ее директор ФИО3 №9 ему не знакомы. Где ФИО3 №18 брал наличные денежные средства для выплаты заработной платы он не знает. Из транспортных средств у ФИО3 №18 была только тойота Королла. Материалы привозили на наемном транспорте (т.15 л.д.151-154).

Из показаний свидетеля <ФИО>48, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с 2015 года инвалид 2 группы, из дома выходит редко при помощи посторонних лиц. Он не являлся учредителем и директором <данные изъяты>». С 29.11.2018 по 03.01.2019 находился на стационарном лечении в БУЗ ВО ВГКБ <номер>. Свой паспорт никому не предоставлял, доверенности от своего имени не составлял, но допускает, что копии его паспорта могли быть у кого-либо. Кто осуществлял руководство <данные изъяты>» ему неизвестно, он не осуществлял от данной организации финансово-хозяйственную деятельность. О видах деятельности <данные изъяты>» ему ничего неизвестно. Уставной капитал <данные изъяты>» ему неизвестен. <данные изъяты>» и ее директор ФИО1 ему не знакомы, никогда о них не слышал. О взаимоотношениях между <данные изъяты>» и <данные изъяты>» ему ничего неизвестно, т.к. он не осуществлял никакой деятельности от ООО <данные изъяты> (т.16 л.д.4-17).

Из показаний свидетеля <ФИО>49, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с 2015 года стал одним из трех учредителей <данные изъяты>», директором которого являлся <ФИО>50 Стать учредителем <данные изъяты>» его попросил ФИО3 №49 При регистрации <данные изъяты>» было три учредителя: он, ФИО3 №23 и <ФИО>50 Почти сразу, примерно в августе 2015 года, ФИО3 №49 из-за возникшего между ними конфликта, без его ведома вывел его из состава учредителей <данные изъяты>». В дальнейшем ФИО3 №49 несколько раз вводил его в состав учредителей и выводил, точные даты принятых решений ему не известны, поскольку ФИО3 №49 самостоятельно делал все необходимые документы, подписывая документы за него. Основной целью создания <данные изъяты> было изготовление и реализация животных кормов. В процессе деятельности, <данные изъяты>» переквалифицировалось на выполнение строительных и отделочных работ, также у предприятия имелись допуски СРО. В штате <данные изъяты>» в среднем состояло около 5 человек. В основном работы выполнялись наемными рабочими по договорам субподряда. Как учредитель он никаких функций в <данные изъяты>» не выполнял, фактически руководство <данные изъяты>» осуществлял ФИО3 №49 ФИО3 №49 является главным выгодоприобретателем от деятельности <данные изъяты> заработную плату в <данные изъяты>» он никогда не получал, бухгалтерскими документами, направлением налоговой отчетности занимался исключительно ФИО3 №49 Стать учредителем <данные изъяты>» ему предложил ФИО3 №49 пояснив, что предприятие будет действительно выполнять работы и осуществлять деятельность, однако после того, как прошла регистрация предприятия учредители каких-либо денег от деятельности ООО «<данные изъяты> не получали, прибыль <данные изъяты>» в полном объеме получал ФИО3 №49, который документально не был ни директором, ни учредителем, но осуществлял руководство <данные изъяты>». ФИО3 №49 обналичивал денежные средства от имени указанной организации. Кроме того, по просьбе ФИО3 №49 на него было зарегистрировано около 25 предприятий, которые использовались ФИО3 №49 для обналичивания денежных средств, при чем он никаких денежных средств от этого не получал (т.15 л.д.59-64).

Из показаний свидетеля ФИО3 №24, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что в период с весны 2017 года по август 2019 года работал водителем в <данные изъяты>». Принимал на работу его непосредственно сам ФИО1, который и проводил с ним собеседование. Собеседование проходило на базе, по <адрес>, где у их предприятия был цех по производству пластиковых окон, а также гараж для автомобилей. В основном ФИО1 находился в офисе на базе, по указанному выше адресу, также у <данные изъяты>» был офис по <адрес>. Все вопросы финансирования решались непосредственно с ФИО4, либо в очень редких случаях, если не мог найти ФИО1, то финансовые вопросы решались с его заместителем ФИО3 №25, который является начальником производства. На территории цеха работает в среднем 6 человек. Все комплектующие для изготовления конструкций он приобретал самостоятельно, согласно накладных, которые выдавало руководство <данные изъяты>», когда ФИО1, когда ФИО3 №25, либо он получал указание от руководства в телефонном режиме приехать к постоянным поставщикам, и забрать необходимые материалы. В основном приобретал материалы в следующих магазинах: «ТБМ-Маркет», «Новопласт», «Крепеж24», «ГУ поликом», а также в других магазинах, наименование не помнит, но в таких магазинах приобретали материалы в небольших количествах. В основном доставку осуществлял он, если доставка превышала габариты машины, то доставка осуществлялась силами продавца, либо нанимали кого-то из частников по объявлениям с Авито, данными вопросами уже занимался непосредственно ФИО1 либо его заместитель. В последующем готовую продукцию он развозил по адресам, заказчикам. Объемы у них были разные, от маленьких до больших. Установку окон, балконов, осуществляли монтажники, которые регулярно менялись. <данные изъяты>» ему не знакомы, у этих организаций они никакие материалы не закупали. В <данные изъяты>» он работал как ему кажется официально, но по факту за три года он всего один раз был в отпуске, трудовой договор с ним не заключался, никакие табели учета рабочего времени не велись, когда вез материалы, у него была накладная только для клиента (либо акт приема-передачи), в которой клиент расписывался, после чего данную накладную он отдавал ФИО1 либо его заместителю (т.15 л.д.94-98).

Из показаний свидетеля ФИО3 №26, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с августа 2019 года работал в <данные изъяты>» водителем – экспедитором, был официально трудоустроен до весны 2020 года, после чего продолжил оказывать услуги <данные изъяты>», но уже не официально. Работал на автомобиле Мицубици Кантер, когда не было второго водителя, то также мог ездить на автомобиле Тойота Таунайс. В обязанности входила доставка материалов на базу <данные изъяты>» по адресу: <адрес>, а также доставка готовой продукции по адресам, указанным в накладных. Руководителем организации <данные изъяты>» был и есть ФИО1 На работу его принимал непосредственно ФИО1 Заработную плату ФИО1 платил ему на карту, также мог отдавать и наличными денежными средствами. Если заработную плату ФИО1 отдавал наличкой, то работники ее получающие, расписывались в ведомостях. Заработная плата составляла от 30 до 40 тысяч рублей в месяц. Ранее офис <данные изъяты>» находился по адресу: <адрес>, там сидели менеджеры по приему заказов, замерщик ФИО3 №33. В настоящее время офис <данные изъяты>» находится по <адрес>. На базе постоянно находился начальник производства <ФИО>10. А также в цехах находились рабочие, в стекольном цехе 2 человека. В цехе ПВХ – 2 человека, также на базе периодически находился и сам ФИО1 Основными поставщиками для <данные изъяты>» были ООО «<данные изъяты> металл приобретали на металлобазе «<данные изъяты> металлические отливы приобретали в конторе в сторону ФИО5, в <данные изъяты>» брали герметики, металл, в <данные изъяты>» приобретали все, начиная от краски, заканчивая металлом и утеплителем. На рынке <данные изъяты> приобретали гладкий металл, шурупы, инструменты, электроды, доски, бруски – если на рынке приобретался товар, то изначально ФИО1 давал ему список, скидывал деньги на карту, он приобретал необходимые товары, чеки, товарные чеки которые ему давали, он передавал ФИО1 как подотчетные, тоже самое касалось и солярки, которую он приобретал на АЗС заправляя там автомобиль. Накладные на груз он также отдавал ФИО1, в таких организациях деньги сам не платил, а приезжал туда, когда уже товары были оплачены <данные изъяты>», в таких случаях на него выписывалась доверенность, либо ему давали печать, и он ставил печать в документах, указывая, что он водитель и забирал груз. Также были случаи, достаточно редкие, когда он приобретал в указанных организациях товары для производства для себя, как для физического лица, ФИО1 скидывал ему деньги на карту, и он оплачивал товары, после чего все чеки, накладные сдавались ФИО1 Также ими приобретались пиломатериалы на различных пилорамах в окрестностях г. Иркутска, там он сам деньги не платил, а к его приезду уже все было оплачено ФИО1, там его автомобиль загружали, отдавали накладные, которые он впоследствии привозил ФИО1 В его обязанности входила доставка материалов и готовой погрузки по объектам, закупка материалов, обслуживание автомобиля. В основном доставкой материалов и готовой продукции занимался он. Чаще всего готовую продукцию увозили на маленьком грузовике, так как на нем установлена пирамида, для пластиковых конструкций, то есть он больше работал на поставках материалов. Если грузов было много, то привлекали частных водителей на грузовиках, как с ними рассчитывался ФИО1 ему неизвестно. <данные изъяты> ему не знакомы, у этих организаций они никакие материалы не закупали. <данные изъяты>» выполняло работы в <данные изъяты>. Кто был прорабами на данных объектах он не знает, так как они постоянно менялись. Одним из основных бригадиров у ФИО1 был <ФИО>99 Помимо того, что он привозил материалы, поставщики перечисленных им организаций сами привозили к ним материалы, но это было редко, из организаций которые сами привозили материалы были <данные изъяты>», либо ФИО1 привлекал частных водителей, которые привозили товары от данных поставщиков к ним на базу. Кто вел бухгалтерию он не знает, по всем финансовым вопросам разговаривал с ФИО1 Весь объем материалов всегда согласовывался с ФИО1 <ФИО>10 делал заявку на ФИО1, тот ее одобрял, после чего он уже ехал за материалами. Материалы приобретались в разных объемах (в день могло быть по несколько рейсов), особенно по началу, в настоящее время работы практически нет. Также помнит, что у них был объект в <адрес>, там ремонтировали спортзал, работы выполняли иностранные граждане. Все материалы для данного объекта брали в <данные изъяты>», а также в фирме <данные изъяты> там брали достаточно много материалов для указанного объекта, и для Тырети, там брали вентиляцию, лакокраску, линолеумы. Кондиционеры на сколько помнит, он не завозил. Фанеру и ЛДСП приобретали в <данные изъяты>», на рынках <адрес>, трубы брали по <адрес>, перед поворотом на <адрес>, там большая база, наименование не помнит. Уголки и металлические листы брали в <данные изъяты>», если большой объем. Если объем был не большой, то металл приобретался на рынках (т.15 л.д.180-185).

Из показаний свидетеля ФИО3 №28, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что слесарем-сборщиком в <данные изъяты>» работает с 2015 года, до 2018 года работал неофициально, по какой причине не трудоустраивали официально он не знает, не предлагали и все. В 2018 году директор ООО <данные изъяты> ФИО1 предложил ему официальное трудоустройство в указанную организацию, на что он согласился. При трудоустройстве в 2015 году собеседование с ним проводил ФИО1, в 2018 году ФИО1 предложил трудоустроить его официально, на что по просьбе ФИО1 он передал свою трудовую книжку <ФИО>36 <ФИО>36 занималась кадровыми вопросами, ее рабочее место располагалось: <адрес>, в указанном помещении находился офис продаж <данные изъяты>», а именно продавали окна. Его рабочее место располагалось и располагается в цехе по адресу: <адрес>, где изготавливали алюминиевые и ПВХ окна. Примерно с начала 2020 года заработную плату стал получать непосредственно от ФИО1 путем перевода с банковской карты ФИО1 на его, заработная плата зависила от количества заказов, т.е. он не уверен, что с указанного периода был официально трудоустроен в <данные изъяты>», т.к. до начала 2020 года получал заработную плату путем перечисления ему денежных средств с расчетного счета <данные изъяты>». При изготовлении окон используется: профиль, фурнитура, уплотнители, стеклопакеты, саморезы. Данные материалы в период 2018-2020 гг. заказывал сам ФИО1, например алюминиевый профиль приобретал у <данные изъяты>», ПВХ профиль брал у <данные изъяты>», фурнитуру приобретал у <данные изъяты>», стекла брал в <данные изъяты>», иных поставщиков нет и не было. Указанные материалы от поставщиков забирали водители <данные изъяты>». В ООО «<данные изъяты> официально трудоустроены были только два водителя из пяти - ФИО3 №24 и ФИО3 №26, остальные работали неофициально. В организации были 2 грузовика. В период 2018-2020 гг. <данные изъяты> выполняло строительно-монтажные работы: ремонт школы <номер> в 2018-2019 гг. <адрес>, в 2019-2020 гг. ремонтировали дом культуры в <адрес>, примерно в 2018-2019 гг. ремонтировали школу в <адрес>, ремонтировали школу в <адрес>, с 2020 года по настоящее время осуществляют замену окон в доме культуры в <адрес>. В 2019-2020 гг. осуществляли замену окон в школах и садиках <адрес>. Указанные работы выполняли наемные бригады, кто именно и в каком количестве он не знает. Кто привлекал наемных рабочих для выполнения работ яон не знает, т.к. на объекты не ездит. О привлечении наемных рабочих ему известно от водителей ФИО3 №24 и ФИО3 №26. Кто и где в 2018-2020 гг. приобретал материалы для выполнения строительно-монтажных работ ему неизвестно. За изготовление окон в максимально сжатые сроки ФИО1 давал ему и ФИО3 №29 премию в размере от 1000 до 2000 руб., которые выдавал наличными денежными средствами. <данные изъяты>» ему не знакомы. Они не приобретали товары у таких поставщиков, работы им сотрудники данных организаций так же не выполняли (т.15 л.д.190-193).

Из показаний свидетеля ФИО3 №29, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что слесарем-сборщиком в <данные изъяты>» работает примерно с конца 2018 года, трудоустроен официально. На работу его пригласил ФИО3 №28, собеседование с ним проводил директор ФИО1, который принимал решение о принятии его на работу. Также с ним беседу проводил ФИО3 №25, последний состоял в должности либо начальника сборочного цеха, либо главного инженера, последний руководил их деятельностью. До середины 2019 года заработную плату он получал наличными денежными средствами каждую пятницу от ФИО1, либо последний банковским переводом со своей личной карты осуществлял перевод заработной платы его и ФИО3 №28 на банковскую карту ФИО3 №28, а тот уже переводил ему его заработную плату. Также периодически ФИО1 со своей карты переводил ему напрямую заработную плату, либо она поступала со счета <данные изъяты>», но чаще всего заработную плату ФИО1 переводил со своей банковской карты. С середины 2019 года он стал получать заработную плату со счета ООО <данные изъяты>» очень редко, последний перевод был весной или летом 2021 года. В <данные изъяты>» он трудоустроен официально по настоящее время. За получение заработной платы нигде не расписывался. По какой причине получал заработную плату с банковской карты ФИО1 он не знает, ФИО1 по данному поводу он ничего не пояснял. Когда он устроился в <данные изъяты>», то такой порядок расчетов с работниками уже существовал. В период 2018-2020 гг. офис продаж <данные изъяты>» располагался по адресу: <адрес>, в указанном помещении работали <ФИО>36, и еще 2 девушки. <ФИО>36, если не ошибается, работала в должности менеджера. В период с 2018 по настоящее время работает в цехе <данные изъяты>» по изготовлению ПВХ конструкций и алюминиевых конструкций. Цех располагался и располагается по адресу: <адрес>. В указанном цехе находится <данные изъяты>», фактически обе организации принадлежат ФИО1 В период 2018-2020 гг. совместно с ним в цехе работал ФИО3 №28, <ФИО>13, <ФИО>26, были еще ученики слесаря сборщика. <ФИО>13, <ФИО>26 и ученики слесаря сборщика работали не официально, расчет заработной платы с ними происходил вышеуказанным образом. При изготовлении окон используется профиль, арматура, фурнитура, профиль для стеклопакетов, несколько видов саморезов, уплотнители, стекло. При изготовлении алюминиевых конструкций используется все тоже самое, только профиль алюминиевый. Данные материалы в период 2018-2020 гг. заказывал ФИО3 №25, либо ФИО1 ФИО6 профиль и арматуру приобретали у <данные изъяты> профиль брали у <данные изъяты>», стекла брали в <данные изъяты>». Указанные материалы получали их водители, но когда водители не успевали, то ФИО1 привлекал частных лиц для перевозок, кого не знает. В организации у них были 2 грузовика. В период 2018-2020 гг. <данные изъяты>» выполняло строительно-монтажные работы: в 2018 году ставили лоджии, окна, двери в здании, расположенном в центральной части г. Иркутска, в конце 2019, начале 2020 года устанавливали алюминиевый витраж, дверь на автомойку, расположенную в Ново-Ленино, в 2020 году ремонтировали психиатрическую больницу <адрес>, остальные объекты не помнит. Указанные работы выполняли их монтажники, а также бригады наемников, которых привлекал ФИО1, кого именно не знает. Сейчас в <данные изъяты>» работает менеджер <ФИО>24, который в то время был бригадиром одной из наемных бригад. Расчет с наемными работниками происходил либо наличными денежными средствами, либо ФИО1 переводил деньги на карту бригадиров. В 2018-2020 гг. приобретали материалы замерщик ФИО3 №33, ФИО3 №25 и ФИО1, но у кого не знает. В период 2018-2020 гг. в <данные изъяты>» он получал сверхурочные за работу в позднее время суток, вне рабочего графика. Доплачивал ФИО1 от 1000 до 2000 руб. Премий не было. <данные изъяты>» ему не знакомы. С ними <данные изъяты> не работало, т.е. они для <данные изъяты>» работ не выполняли, товаров не поставляли, услуг не оказывали (т.15 л.д.194-197).

Из показаний свидетеля ФИО3 №30, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что в период с января 2019 года по середину ноября 2021 года работал в <данные изъяты>», в должности сборщика стеклопакетов, работал непосредственно в цехе, по адресу: <адрес>. Генеральным директором является ФИО1, на работу принимал его непосредственно ФИО1 Работал у ФИО1 как наемный рабочий, то есть без трудового договора, заработную плату ФИО1 платил либо наличными денежными средствами, либо отправлял на банковскую карту, переводы на карту были непосредственно с карты самого ФИО1, размер заработной платы оговаривался с последним. Перед трудоустройством, когда с ним проводил собеседование ФИО1, также там присутствовал и ФИО3 №25, который на тот период времени был начальником производства. В его обязанности входила сборка стеклопакетов, которые вставляли в рамы <ФИО>14 и <ФИО>19. <ФИО>14 и <ФИО>19 в ООО «<данные изъяты>» были трудоустроены официально, а он с <ФИО>26 нет. ФИО1 предлагал ему официальное трудоустройство, только он не привез свои документы для официального трудоустройства, <ФИО>26 не предлагали официальное трудоустройство. За получение заработной платы он нигде не расписывался. Его рабочее место располагалось по адресу: <адрес>, офис <данные изъяты>» находился по <адрес> в <адрес>, точный адрес не знает, т.к. никогда не был там. Летом или осенью прошлого года офис ООО «<данные изъяты>» стал располагаться по <адрес>, номер дома не знает. Кто работал в офисе ООО <данные изъяты>» он не знает. ООО «<данные изъяты>» в период 2019-2020 гг. выполняло строительно-монтажные работы, а именно в 2019 году в <адрес> реставрировали больницу, детские сады, остальные объекты не помнит. На вышеуказанных объектах работали наемные физические лица, ФИО1 нанимал бригады, соответственно людей официально не трудоустраивал в ООО «<данные изъяты>». Об этом ему известно от водителей ООО <данные изъяты>» <ФИО>23, <ФИО>23, полные анкетных данные их не знает. Также ООО «<данные изъяты>» устанавливали окна в коттеджах, квартирах, т.е. выполняли частные заказы. На такие объекты ездил стекольщик <данные изъяты>» <ФИО>26, а также несколько наемных рабочих, которые также в ООО «<данные изъяты>» не были трудоустроены официально. Наемных работников искал сам ФИО1, о чем сам и рассказывал. Заявки на необходимые материалы он составлял для ФИО3 №25, где и что купить и сколько оплатить, после чего ФИО1 оплачивал счета по безналичному расчету. За наличные денежные средства приобретали материалы в небольших количествах – профиль, фурнитуру, саморезы. Деньги на приобретение материалов выдавал ФИО1 путем перечисления их со своей карты на карту ФИО3 №25, либо банковские карты водителей. Среди поставщиков помнит ООО «<данные изъяты>», где приобретались материалы на реставрацию больницы и детского сада, стекло для стеклопакетов приобретали в ООО «<данные изъяты>», остальных поставщиков не помнит. В период 2019-2021 гг. премии в ООО «<данные изъяты>» он не получал, один раз ФИО1 давал 2 000 руб. за то, что он работал после 18 час. 00 мин. ООО <данные изъяты>» ему не знакомы. Таких поставщиков материалов у них точно не было. Если бы были знакомые названия организаций, то он точно бы вспомнил таких поставщиков, но эти организации им ничего не поставляли, также работ не выполняли (т.15 л.д.198-201).

Из показаний свидетеля ФИО3 №31, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что в период с апреля 2019 года по 31.01.2020 состояла в должности менеджера в ООО «<данные изъяты>» (директор ФИО1). На работу ее принимала заместитель директора по производству <ФИО>113., с ней же оговаривала размер своей заработной платы. На работе было официальное трудоустройство, трудовой заключала с <ФИО>2 В ее обязанности входил обзвон клиентов, заключение договоров с физическими лицами, ведение графика работ по заявкам, т.е. чтобы вовремя выполнялись работы. Ее рабочее место располагалось по адресу: <адрес>. Физические лица за оказанные услуги осуществляли с ними расчет как наличными денежными средствами, так и по банку, у них стоял аппарат «Эватор», который отправлял данные в налоговую, также у них стояла кассовая техника. Наличные денежные средства в конце рабочего дня у него забирал ФИО1, либо <ФИО>36 Совместно с ней в офисе работала ФИО3 №35 и <ФИО>36 В обязанности ФИО3 №35 входила работа с персоналом ООО «<данные изъяты>» (выполняла функции кадровика), составляла договора с юридическими лицами на предмет поставки и установки окон. Также она ездила в цех ООО «<данные изъяты>» по производству окон, который располагался по адресу: <адрес>, там же находилось рабочее место ФИО1 Что входило в обязанности <ФИО>36 не знает, т.к. та сидела отдельно в соседнем кабинете, иногда к ней приходили какие-то люди, заключали какие-то договора, что являлось их предметом ей неизвестно. ООО «<данные изъяты>» в основном выполняло работы по установке окон, помнит объект в <адрес>, также устанавливали окна в <адрес>, уже не помнит, кому именно оказывали услуги. Закупкой материалов занимался начальник производства ФИО3 №25, кто еще закупал материалы, она не знает. Поставщиков материалов для ООО «<данные изъяты>» не знает, за исключением ТБМ-Маркет. Ежемесячно она получала 19 800 руб., но была и заработная плата в «конверте», которую перечислял ФИО1 со своей банковской карты, в среднем она составляла от 5 000 до 10 000 руб. в месяц, сумма всегда была разная. Черную заработную плату, как понимает, в бухгалтерии никто не проводил, за ее получение нигде не расписывалась. Бухгалтерские услуги ООО «<данные изъяты>» оказывала девушка по фамилии <ФИО>105, которая работала на дому. Как она понимает, что все сотрудники ООО «<данные изъяты>» получали черную заработную плату, т.к. у всех официальная заработная плата составляла 19 800 руб., производственники за такую оплату труда не работали бы точно. С ФИО1 контактировала только по вопросам задержки изготовления изделий, по остальным вопросам контактировала с ФИО3 №35 Названия организаций ООО «<данные изъяты>» слышит впервые. Иногда бухгалтер приезжала в офис и забирала документы со стола, на который документы ложили ФИО1, <ФИО>36, какие именно это были документы, она не знает. Как именно еще передавались документы бухгалтеру, она не знает (т.15 л.д.202-205).

Из показаний свидетеля ФИО3 №32, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что весной 2019 года трудоустроился в ООО «<данные изъяты>». На работу его по поручению директора ФИО1 принимала <ФИО>36 На тот момент ООО «<данные изъяты>» выполняло строительно-монтажные работы в здании <данные изъяты>, где демонтировали фасад, утепляли его. ООО «<данные изъяты>» в срок не успевало выполнить работы, в связи с чем привлекли его и <ФИО>100 На данном объекте работали примерно около 1 месяца. Кто работал на данном объекте совместно с ними не помнит, но это были наемные работники, он уволился с организации в январе 2021 года. После библиотеки ООО «<данные изъяты>» выполняло работы по отделке окон в новостройке, расположенной недалеко от кинотеатра Баргузин. На данном объекте выполняли работы с <ФИО>100, также с ними работали монтажники ООО «<данные изъяты>» Анатолий и <ФИО>26, при необходимости ФИО1 привлекал им на помощь наемных рабочих, анкетные данные их не помнит. После данного объекта ООО <данные изъяты>» выполняло работы по отделке окон в новостройке, расположенной недалеко от остановки общественного транспорта «Восточная». На данном объекте выполняли работы с <ФИО>100, также с ними работали монтажники ООО <данные изъяты>» Анатолий и <ФИО>26, при необходимости ФИО1 привлекал им на помощь наемных рабочих. Следующий объект был в <адрес>, а именно <данные изъяты>», где они производили отделку и восстановление домиков. На данном объекте он работал с <ФИО>100, а также <ФИО>2 нашел бригаду в составе 4 человек – помнит Марата, который являлся бригадиром. После данного садика выполняли работы в женском психиатрическом отделении в <адрес>. На данном объекте выполнялись работы по отделке по всему 1-му этаже, демонтаж и установка окон (1,2 этаж). Он с <ФИО>100 выполняли работы по демонтажу и установке окон, работы по отделке выполняли местные жители (примерно 16 человек), которых привлек ФИО1, электрику прокладывали электрики (примерно 4 человека) из <адрес>, которых также нашел ФИО1 Кроме того, ООО «<данные изъяты>» выполняло работы в здании детского сада в <адрес>, а именно выполняли отделку, отделка фасада, кровельные работы, они с <ФИО>100 также выполняли работы по отделке окон, остальные работы выполняли наемные работники, которых привлекал ФИО1, как производился расчет с наемными работниками он не знает. Также помнит, что ООО «<данные изъяты>» выполняло работы по установке окон в здании <данные изъяты>, где работы выполняли они с <ФИО>100, а также наемные работники, привлекаемые ФИО1 Даты выполнения работ на указанных объектах не помнит, как и в каких годах выполнялись эти работы. Уточнил, что 3 месяца он работал ООО «<данные изъяты> неофициально, потом они с <ФИО>100 попросили ФИО1 трудоустроить их официально и тот согласился. По трудовому договору у него был оклад порядка 19 800 руб., которые ему на банковскую карту перечислялись со счета ООО <данные изъяты> остальную заработную плату выплачивал ФИО1 переводом со своей банковской карты на его. Неофициальная заработная плата была сдельная и зависела от объема выполненных работ. Материалы для выполнения работ привозил материалы водитель ООО «<данные изъяты>» <ФИО>23. Поставщиков материалов не знает. Также <ФИО>23 привозил им окна для установки, кто их изготавливал он не знает. Арматура при выполнении перечисленных работ не использовалась. Где ООО <данные изъяты>» приобретало листы стальные, уголки, трубы, электроды он не знает, т.к. не работал с железом. В его присутствии наемные рабочие также не работали с железом. Кто подавал заявки на материалы он не знает. Монтажную пену, диски для болгарки, клей и.т.д. приобретало ООО «<данные изъяты>», их привозил <ФИО>23. Названия организаций ООО <данные изъяты>» слышит впервые. Он не слышал, чтобы ООО «<данные изъяты>» как-то сотрудничало с данными организациями. Он не участвовал при подписании актов выполненных работ, при приемке всегда присутствовал ФИО1 (т.15 л.д.206-209).

Из показаний свидетеля ФИО3 №36, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с августа 2017 года по предложению <ФИО>101 трудоустроился в ООО «<данные изъяты>» на должность монтажника. Собеседование при трудоустройстве с ним проводил ФИО1, который является директором ООО «<данные изъяты>». С ним же оговаривался размер заработной платы. ООО «<данные изъяты>» занимается изготовлением окон, стеклопакетов, их установкой и монтажом. В ООО «<данные изъяты>» с августа 2017 года до сентября 2018 года работал неофициально. Затем ФИО1 сказал, чтобы он готовил документы на официальное трудоустройство. В указанное время получал заработную плату следующим образом: ФИО1 со своей банковской карты переводил <ФИО>101 и ему на двоих заработную плату на карту <ФИО>101, а уже последний переводил ему часть заработанных денег. После того, как трудоустроился официально, то с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» ему начали платить заработную плату в размере порядка 19 000 руб. ежемесячно, остальную часть ФИО1 отдавал наличными денежными средствами, либо переводил деньги со своей банковской карты на его карту. Официально заработную плату с расчетного счета ООО «<данные изъяты>» получил примерно 7 раз, в остальном получал наличными, либо переводом с карты ФИО1 и так до его увольнения. ООО «<данные изъяты>» осуществляло монтаж оконных конструкций как для физических, так и для юридических лиц. С момента трудоустройства он работал с <ФИО>101 до января 2019 года, потом <ФИО>101 уволился и он стал работать в паре с <ФИО>102 Доставку оконных конструкций осуществляли водители ООО «<данные изъяты>», было 2 водителя (оба <ФИО>23), один осуществлял доставку до частных заказчиков, другой осуществлял доставку на дальние расстояния, например в <адрес>. Если водители не успевали, то ФИО1 искал наемных водителей, с которыми расплачивался лично. В период с 2018 года по 2020 год ООО «<данные изъяты>» выполняло работы в администрации <адрес>, в банке(название не помнит), который располагался недалеко от сквера имени Кирова, в больнице в <адрес> устанавливали двери, в доме культуры в <адрес>. Также для выполнения работ ФИО1 привлекал наемных рабочих (физических лиц), которые выполняли работы в <адрес>, где было несколько объектов, дом культуры в <адрес>, школа в <адрес>, библиотека имени ФИО3 №8, остальные объекты не помнит. Анкетные данные наемных работников не знает, где ФИО1 их находил ему неизвестно. ФИО1 давал рекламу в 2Гис, в автобусах и по телевизору, о найме рабочих. Наемников было порядка 10 человек. Материалы в ООО «<данные изъяты> закупал инженер ООО «<данные изъяты>» ФИО3 №25, либо он. Деньги на покупку материалов переводил ФИО1 со своей банковской карты. Материалы приобретались на базе «Комплект»(сендвич панели, профиль на окна, подоконники, откосы, монтажная пена, анкера, мусорные мешки, саморезы), РТД (профиль на окна), названия остальных поставщиков не помнит, были поставщики на <адрес> в Ново-Ленино(профиль на окна). Арматуру покупали водители, она хранилась на базе по <адрес>. Где именно покупали арматуру, он не знает. Арматура использовалась при изготовлении пластиковых окон. <данные изъяты>» ему не знакомы. Представителей и работников данных организаций не знает. Листы стальные, уголки, трубы, электроды покупали на Покровском рынке у частников. Деньги на приобретение материалов переводил ФИО1 со своей банковской карты. Данные материалы закупались водителями. Перечисленные материалы использовались для установки балконов у частных лиц. ФИО1 сдавал работы всегда сам, с собой брал ФИО3 №33, на случай если нужно что-то доделать. Данные показания даны применительно к 2018-2020 гг. (т.16 л.д.26-29).

Из показаний свидетеля <ФИО>51, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что она выполняла трудовые функции в ООО «<данные изъяты>» с 01.07.2018 по май 2020 года. Состояла в должности тендерного специалиста. На работу ее пригласил директор ООО «<данные изъяты>» ФИО1, который и проводил с ней собеседование, с которым оговарила размер своей заработной платы. В трудовом договоре размер заработной платы был указан в размере порядка 18 000 руб., фактически получала 40 000 руб. Она находилась в непосредственном подчинении у ФИО1 Работала удаленно – у себя дома. ООО «<данные изъяты>» выполняло строительные работы, наименования объектов, на которых выполнялись работы она не помнит. ООО «<данные изъяты>» ей не знакомы (т.16 л.д.246-250).

Из показаний свидетеля ФИО3 №37, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с ООО «<данные изъяты>» (директор ФИО1) был заключен муниципальный контракт № 3382100694619000019 от 19.08.2019 на выполнение работ по ремонту кровли, замены дверных проемов в <данные изъяты> Ремонт кровли (примерно 1 800 квадратных метров) подразумевал демонтаж шиферной кровли, замена обрешетки, установка профильного листа. Также должны были заменить 19 дверных проемов, т.е. осуществить демонтаж дверных коробок, выполнить монтаж новых коробок и установить металло-пластиковые двери. Материалы при выполнении работ самостоятельно закупало ООО «<данные изъяты>». Профильный лист закупался в организации «<данные изъяты>» в <адрес>, о чем ей говорил сам ФИО1, насчет коробов и дверей сотрудник ООО <данные изъяты>» <ФИО>114. говорил, что у них собственное производство по изготовлению дверей. Работы от ООО <данные изъяты>» выполняли работы иностранные граждане в количестве 5-6 человек ежедневно, были ли они трудоустроены в ООО «<данные изъяты>» ей неизвестно. Мусор ООО «<данные изъяты>» вывозили на автомобилях марки «Камаз», профлист, доски для обрешетки привозили партиями на кран-борту. Кому принадлежала техника, она не знает. ФИО1 часто приезжал на место выполнения работ и следил за ходом выполнения работ, с ним он постоянно контактировала по телефону. При приемке выполненных работ присутствовал непосредственно ФИО1, который подписывал акты выполненных работ (т.16 л.д.120-123).

Из показаний свидетеля ФИО3 №38, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с ООО «<данные изъяты>» (директор ФИО1) 23.11.2020 был заключен муниципальный контракт № 206/110 на выполнение работ по выборочному капитальному ремонту здания ОГБУЗ <данные изъяты>». В ходе данного контракта ООО «Титан-Строй» выполняло работы по замене оконных блоков, т.е. демонтаж старых блоков и установка новых окон в одноэтажном здании. Работы по данному контракту выполняли русские мужчины (анкетные данные не помнит), ежедневно работало 4 человека. Со слов ФИО1 ей известно, что окна, которые ООО «<данные изъяты>» устанавливали, были их собственного производства. Окна привозили на грузовике импортного производства. Были ли работники, выполнявшие работы, трудоустроены в ООО «<данные изъяты>» она не знает. С ООО «<данные изъяты>» (директор <ФИО>2) 23.11.2020 был заключен муниципальный контракт № 204/106 на выполнение работ по выборочному капитальному ремонту здания <данные изъяты> ходе данного контракта ООО «<данные изъяты>» выполняло работы по замене оконных блоков, т.е. демонтаж старых блоков и установка новых окон в трех этажном здании неврологического корпуса, работы выполнялись на всех этажах здания. На указанном объекте ежедневно выполняло работы 6 человек, все русские, анкетные данные не знает. На двух объектах были бригадиры – <ФИО>13 и <ФИО>23. Со слов ФИО1 ей известно, что работы по обоим контрактам выполнялись собственными силами ООО «<данные изъяты>» без привлечения субподрядных организаций. Доставка окон осуществлялась на том же автомобиле, что и по первому контракту. Работы по контрактам выполнялись одновременно. При выполнении работ по контрактам использовались сами окна, монтажная пена, шпаклевка, штукатурка, все материалы ООО «<данные изъяты>» закупало самостоятельно, где именно это все приобреталось, она не знает. С ФИО1 она контактировала по телефону, он интересовался ходом и качеством выполнения работ, спрашивал имеются ли какие-либо замечания. Работы на объектах сдавали бригадиры <ФИО>13 и <ФИО>23. Документы на сдачу работ – УПД, счета на оплату в подписанном виде от имени ФИО1 ей передали бригадиры (т.16 л.д.124-127).

Из показаний свидетеля ФИО3 №40, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что ООО <данные изъяты> в рамках муниципального контракта № 3382701196719000004 от 22 октября 2019 года выполняло работы по устройству ограждения в <данные изъяты> В ходе выполнения работ ООО <данные изъяты>» выполняло работы по демонтажу старого деревянного забора и установке нового забора из металлической сетки вокруг школы, общая длина забора составляла порядка 750 погонных метра. Согласно контракта подрядчик должен был за свой счет приобрести материалы для выполнения работ. Работы от имени выполнял Даниил, который являлся бригадиром и привозил материалы для выполнения работ. В среднем в одной бригаде было 3-4 человека. В период выполнения работ постоянно менялись работники, которые выполняли работы, т.к. одни пили, дрались, в связи с чем вызывали полицию. Даниил говорил, что забор заказали на заводе изготовителе в <адрес>. Для заливки бетоном столбов приезжала бетономешалка, которую привлекал Даниил. Столбы для забора и заборную сетку привезли одновременно с крепежами к забору на грузовиках, кто являлся перевозчиком не знает. Также использовался бетон, кто его поставлял не знает. Больше никаких материалов не использовалось. Со слов Данила ей известно, что он работает в ООО «<данные изъяты>» и все работники, которые приезжали к ним, также являются сотрудниками данной организации, т.е. ООО «<данные изъяты> самостоятельно выполняло работы без привлечения субподрядных организаций. Директор ООО «<данные изъяты>» ФИО1 приезжал к ним во время заливки бетона и на приемку выполненных работ. Первичную документацию привозил сам ФИО1 ООО «<данные изъяты> ей не знакомы, ее школе они никаких услуг не оказывали. Их названия слышит впервые (т.16 л.д.132-135).

Из показаний свидетеля ФИО3 №42, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что между МКУ <данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» 08.04.2020 был заключен муниципальный контракт на выполнение работ по капитальному ремонту здания муниципального бюджетного учреждения культуры «<данные изъяты>». В рамках данного контракта должна была быть проведена замена инженерных сетей, ремонт кабинетов и лестничных маршей, замена кровли, ремонт отмостки, укладка тротуарной плитки, замена оконных и дверных проемов. Фактически ООО «<данные изъяты>» в рамках данного контракта установило окна и витражи без отделки, сняли старую штукатурку, демонтировали крышу, демонтировали полы, частично отштукатурили внутреннее помещение, частично забетонировали полы, частично заменили стропилы и частично постелили профлист(примерно 2500 кв.м. из 3400 кв.м.). Ввиду неисполнения план-графика выполнения работ с ООО «<данные изъяты>» был расторгнут контракт 30.06.2021. Акты приемки выполненных работ с ООО «<данные изъяты> он не подписывал. В ходе исполнения контракта ООО «<данные изъяты>» осуществляло капитальный ремонт за свой счет. Данной организацией завозились материалы к ним на объект – профлист, пиломатериал, электрика и лампы освещения, конструкции подвесных потолков, плинтуса, водосточная система. Поставщиков материалов он не знает. Материал привозили на маленьких грузовиках. За материалами ездил прораб ООО «<данные изъяты>» - <ФИО>103, фамилию точно не помнит. В ходе исполнения контракта работы выполняло примерно около 10 работников ООО <данные изъяты>», анкетные данные их не знает. Как он понял, то работники не были официально трудоустроены в данную организацию. С директором ООО «<данные изъяты>» ФИО1 он знаком лично, тот спрашивал его, где найти работников на выполнение работ по ремонту кровли. Ему известно, что ФИО1 нашел работников в р<адрес>, которые ремонтировали кровлю и штукатурили стены. Сколько всего было работников из <адрес> он не знает. Затем с декабря 2020 года работники ООО «<данные изъяты>» перестали выходить на работу, на что ФИО1 пояснил, что у того нет денег на выплату заработной платы рабочим, т.е. с декабря 2020 года до июня 2021 года не выполнялись никакие работы. ООО «<данные изъяты>» выполняло самостоятельно без привлечения субподрядных организаций. ООО <данные изъяты>», ему не знакомы, им они никаких услуг не оказывали. Их названия слышит впервые. ООО «<данные изъяты>» залили бетоном примерно 300-400 кв.м. Как именно заливали бетон не видел, может покупали готовый. ФИО1 говорил, что профлист тот покупал где-то в <адрес>, а <ФИО>24 он предоставлял контакты людей, которые могут продать пиломатериал в <адрес>, скорее всего пиломатериал и был приобретен в <адрес>, но у кого именно он не знает. Где ООО «<данные изъяты>» закупало электрику (проводка, гофры, кабель каналы) и лампы освещения, конструкции подвесных потолков (направляющие и плитка ПВХ), пластиковые плинтуса, водосточную систему (крашеный белый металл) он не знает (т.16 л.д.140-143).

Из показаний свидетеля ФИО3 №43, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с ООО «<данные изъяты>» (директор <ФИО>2) был заключен муниципальный контракт в июле 2019 года, предметом контракта являлось выполнение работ по замене деревянных оконных проемов на ПВХ в здании <данные изъяты> В ходе исполнения контракта работники указанной организации произвели замену 12 оконных проемов. С самим директором ООО «<данные изъяты> он не знаком и насколько помнит не общался. Для выполнения работ приезжали работники указанной организации 2-3 человека, анкетные данные работников не знает, по работе общался с их бригадиром, анкетные данные которого не помнит. По окончании работ первичную документацию (акты выполненных работ) на подпись ему передавал бригадир указанной организации, она была уже подписана от имени ФИО1 В ходе выполнения работ работники ООО «Титан<данные изъяты> использовали пену монтажную, подоконники, крепеж, облицовочные панели, отливы из оцинкованной стали, штукатурку. Блоки оконные были из ПВХ профилей системы класса ELEX, KBE, VEKA, Новотекс. Кто являлся производителем окон, он не знает. Окна привозили сотрудники данной организации, которые их и устанавливали. Больше никакие материалы данной организацией не использовались. Где закупали материалы сотрудники <данные изъяты>» он не знает. По условиям контракта ООО <данные изъяты>» должно было осуществлять закупку материалов за свой счет. Выполненные работы им сдавал бригадир ООО <данные изъяты>», претензий к качеству работ не было. Работы по контракту выполнялись собственными силами ООО «<данные изъяты>» без привлечения субподрядных организаций. ООО <данные изъяты>», ему не знакомы (т.16 л.д.144-147).

Из показаний свидетеля ФИО3 №44, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с ООО «<данные изъяты>» (директор <ФИО>2) был заключен муниципальный контракт в октябре 2020 года, предметом контракта являлось выполнение работ по замене деревянных оконных проемов на ПВХ в здании <данные изъяты>. В ходе исполнения контракта ООО «<данные изъяты>» произвело замену 14 оконных проемов. Работы выполняло 3 человека, двое из них являлись жителями пгт. <адрес>, о чем рассказывали сами работники. Из разговора с ФИО1 ей известно, что окна производили у него в цеху. Выполненные работы сдавались бригадиром <ФИО>24, первичную документацию подписывал ФИО1 В ходе выполнения работ использовались металлические отливы, подоконники, облицовочные панели, монтажная пена. Где ООО «<данные изъяты>» закупало материалы ей неизвестно. Материалы принадлежали ООО «<данные изъяты>». Работы по контракту выполнялись собственными силами ООО «<данные изъяты>» без привлечения субподрядных организаций. ООО «<данные изъяты>», ей не знакомы (т.16 л.д.148-151).

Из показаний свидетеля ФИО3 №45, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что12.08.2019 с ООО «<данные изъяты>» был заключен муниципальный контракт на выполнение работ по выборочному капитальному ремонту здания (замена оконных блоков, ремонт полов коридора 2 этажа) «<данные изъяты> 5» по адресу: <адрес>. Замена окон осуществлялась на трех этажах всей школы полностью, а именно демонтировали все старые окна и устанавливали пластиковые стеклопакеты, количество установленных окон не помнит. В фойе на втором этаже осуществляли демонтаж старого деревянного пола, вместо него производили утепление пола «пеноплексом», заливали стяжку, поверх которой клали плитку. Длина пола примерно 40 м., ширина около 15 м. Окна устанавливали сотрудники ООО «<данные изъяты>» в количестве примерно 10 человек, их списки не сохранились. Ремонт полов производили примерно 3-4 человека (иностранные граждане). За ремонт полов отвечал <ФИО>12. Бригадиром в ООО «<данные изъяты>» был ФИО3 №33. Все работники, которые выполняли работы, проживали в <адрес>, каждый день приезжали в <адрес>. Директор ООО «<данные изъяты>» ФИО1 приезжал к ним в школу примерно 2 раза, в первый раз при ремонте пола, когда появились скрытые работы и нужно было составлять дополнительную смету, второй раз приезжал при подписании актов выполненных работ. Акты выполненных работ составляли представители ООО «<данные изъяты>». Со слов ФИО3 №33 ей известно, что окна изготавливали на собственном заводе ООО «<данные изъяты>» в <адрес>. Окна привозили на автомобилях ООО «<данные изъяты>», на них же вывозили строительный мусор. Все материалы, которые использовались для выполнения работ: плитка, клей для плитки, металлическая арматура, цемент в мешках, пеноплекс, подоконники, облицовочные панели, монтажная пена, штукатурка, очиститель пластика, саморезы закупали представители ООО «<данные изъяты>» за свой счет, где закупались материалы и кто именно их закупал, она не знает. Выполненные работы им сдавал ФИО3 №33. Первичная документация подписывалась ФИО1 Работы по контракту выполнялись собственными силами ООО «<данные изъяты>» без привлечения субподрядных организаций. ООО «<данные изъяты>», ей не знакомы (т.16 л.д.159-162).

Из показаний свидетеля ФИО3 №47, оглашенных в судебном заседании в порядке ч. 1 ст. 281 УПК РФ по ходатайству государственного обвинителя при согласии участников процесса, следует, что с ООО <данные изъяты>» (директор <ФИО>2) был заключен муниципальный контракт 05.08.2019, предметом контракта являлось выполнение работ по замене деревянных оконных проемов на ПВХ в здании <данные изъяты>». В ходе исполнения контракта ООО «<данные изъяты>» произвели замену около 8 оконных блоков. От имени ООО «<данные изъяты>» данные работы выполняли 3 человека. С ФИО1 никогда не общалась и не видела его, но первичная документация по выполненным работам подписана от его имени. Акты выполненных работ были подписаны 13.09.2019, т.е. к данному времени работы были выполнены. Кто именинно сдавал работы, не помнит. При выполнении работ использовались только материалы ООО «<данные изъяты>», какие именно не знает, поставщиков этих материалов также не знает. Кто являлся производителем оконных конструкций не знает, их привозили из <адрес>. Материалы и окна привозили сотрудники ООО «<данные изъяты>» на автотранспорте. Работы по контракту выполнялись собственными силами ООО «<данные изъяты>» без привлечения субподрядных организаций. ООО «<данные изъяты>, ей не знакомы (т.16 л.д.167-170).

Из показаний свидетеля <ФИО>5, оглашенных в судебном заседании в порядке п. 5 ч. 2 ст. 281 УПК РФ следует, что в 2016 году он был назначен на должность генерального директора <данные изъяты>». Учредителем данной организации была ее знакомая ФИО3 №12 Данная фирма изначально планировала строительство <данные изъяты>», примерно с 2013 года. Строительство данного ЖК и его окончание планировалось в период 2015-2018 гг. Строительство данного ЖК планировалось с привлечением инвесторов – китайской фирмы, которая должна была предоставить строительные материалы (название этой фирмы в настоящее время не помнит). Когда проходили вопросы согласования с инвесторами, одним из условий инвесторов было то, что он должен был быть участником в данном ООО, а не просто наемным руководителем, в связи с чем он вошел в состав учредителей данной организации наряду с ФИО3 №12, а после ФИО3 №12 и вовсе вышла из состава учредителей, так как она перестала принимать участие в деятельности компании. Примерно с 2017-2018 года, начали подготовку к строительству, на свой участок, а также же соседний от него участок по адресу: <адрес>, всего на данных участках было около 40 соток, начали привозить строительные материалы, арматура, металлические конструкции, наименования организаций не помнит. В 2019 году реализация проекта остановилась, так как закончилось финансирование, инвесторы решили выйти из проекта, а с 2018 года, у банков изменились условия кредитования строительных компаний по строительству жилья, в связи с чем проект был заморожен. В этот период времени организация работала, но объемы были небольшими, то есть они осуществляли ремонты, реализовывали строительные материалы. В должности генерального директора <данные изъяты>» он состоял до осени 2019 года, более точно не помнит. После него на данную должность была назначена <ФИО>52 Он продолжает являться учредителем данной организации. Относительно <ФИО>52 пояснил, что его сотрудник <ФИО>53 в 2019 году позвонил ему и сказал, что был в <адрес>, предложил поучаствовать в проекте от имени <данные изъяты>», связанном со строительством, на что он дал свое согласие. Изначально <ФИО>53 сказал, что строительство будет в <адрес>, и нужно будет постоянно находиться там, потом <ФИО>53 сказал, что проект будет в Татарстане. Подробностей данного проекта он не знает, так как не вдавался в него, так как этот проект был <ФИО>53 Когда <ФИО>53 сказал, что нужно постоянно будет находиться в Татарстане, он ответил, что туда не поедет, тогда <ФИО>53 предложил переоформить фирму на него. Он был не против этого. Переоформление учредительных документов <данные изъяты>» занималась какая-то юридическая фирма, название этой фирмы не помнит. Он обратился в эту фирму, предоставил необходимые данные, которые ему в свою очередь предоставил <ФИО>53, который в дальнейшем уже и занимался вопросами переоформления учредительных документов <данные изъяты>». Как стало известно в процессе этого, <ФИО>53 не стал оформлять на себя ООО <данные изъяты> а нашел <ФИО>52, которая была назначена на должность руководителя <данные изъяты>». <ФИО>52 также была включена в состав учредителей <данные изъяты>» наряду с ним. <ФИО>53 объяснил, что для заключения тендеров требовалось, чтобы хотя бы один учредитель был из Татарстана. <ФИО>52 как раз была жительницей Татарстана. Лично он с ней не виделся и не общался, что это за человек, ему неизвестно. Также <ФИО>53 объяснил, что после того, как <данные изъяты>» получит тендеры, то <ФИО>53 исключит его полностью из состава учредителей <данные изъяты>», за что он получит денежное вознаграждение. Последний раз общался с <ФИО>53 в конце 2019 года. С февраля 2020 года пытался выйти с ним на связь, но его прежний номер телефона не доступен. Где может находиться <ФИО>53 ему не известно. В период деятельности <данные изъяты>» пока он был руководителем данной организации: основными видами деятельности <данные изъяты>» являлись: производство строительных работ, торговля различными строительными материалами. Юридическим и фактическим адресом <данные изъяты>» являлся: <адрес>. Штат организации состоял примерно из 10 человек. Кроме него в штат работников <данные изъяты>» входил <ФИО>53, других работников не помнит. Ведением бухгалтерского и налогового учета <данные изъяты>» занималась компания <данные изъяты>». Обязанности главного бухгалтера <данные изъяты>» по документам были возложены на него, однако функции главного бухгалтера он не выполнял. К ведению бухгалтерского и налогового учета никакого отношения не имел. Кто конкретно из работников <данные изъяты>» занимался ведением бухгалтерского и налогового учета деятельности <данные изъяты>», он не помнит. В период, когда являлся руководителем <данные изъяты>», электронно-цифровая подпись (ЭЦП) была оформлена на него, и за его ЭЦП налоговая и бухгалтерская отчетность <данные изъяты>» направлялась в налоговый орган. Кто именно из работников <данные изъяты>» составлял бухгалтерскую и налоговую отчетность <данные изъяты>», кто ее с ним согласовывал, он не помнит. Насколько помню, отчетность <данные изъяты>» с ним согласовывалась, как по телефону, так и посредством электронной почты. Он, как руководитель <данные изъяты>», полностью контролировал финансово-хозяйственную деятельность организации. Все вопросы финансово-хозяйственной деятельности согласовывались с ним. Он подписывал документы по финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты>» (договоры, счета-фактуры, акты и пр.), также принимал участие в решении кадровых вопросов деятельности <данные изъяты>» (увольнение и прием работников). Денежными средствами и расчетными счетами <данные изъяты> распоряжался лично он. Операции по счетам осуществлял лично, ни на кого из третьих лиц доверенностей на право распоряжения денежными средствами и расчетными счетами <данные изъяты>» не выписывал. Оборот денежных средств <данные изъяты>» за период с 2016-2018 гг., насколько помнит, был около 350-400 миллионов рублей, в большей степени данный оборот был связан с подготовкой строительства <данные изъяты>». С осени 2019 года никакого отношения к <данные изъяты>» не имеет. Какую деятельность осуществляет <данные изъяты>» в настоящее время и где, ему не известно. Все документы по финансово-хозяйственной деятельности <данные изъяты>» за весь период деятельности организации, в т.ч. за 2018 год, были переданы им <ФИО>115. Также, он являлся учредителем и руководителем ООО «<данные изъяты> ООО <данные изъяты>» изначально создавалось для проведения различных творческих проектов, мероприятий – а именно кинофестивалей. Проведение кинофестивалей планировалось на 2013-2014 гг., однако, из-за проблем с финансированием провести кинофестиваль не получилось. В связи с этим ООО <данные изъяты>» решило сменить направление деятельности и стало заниматься производством строительных работ, торговлей различными строительными материалами (общество стало заниматься этим примерно с 2015-2016 гг.). Розничной торговлей строительными материалами общество не занималось. Обществом использовались участки по адресу: <адрес> и по <адрес>. В основном строительные материалы поставлялись напрямую покупателю, иногда, даже не разгружая контейнер или машину, покупатель забирал товар. Поскольку эти события были давно, более конкретно и подробно механизм поставки товаров указать не может. Постоянных сотрудников в штате ООО «<данные изъяты>» не было, как правило привлекали наемных работников, либо организации для выполнения каких-либо видов работ, разово. Конкретных работников и организаций, которых привлекали в настоящее время указать не может, т.к. не помнит. Своих бухгалтеров в штате ООО «<данные изъяты>» не было, бухгалтера были наемные, то есть на аутсорсинге, изначально было ООО <данные изъяты> потом другие бухгалтера, в частности была бухгалтер <ФИО>18, которая также вела бухгалтерию <данные изъяты> ЭЦП была оформлена на него. Ключ ЭЦП всегда хранился у него, он его выдавал бухгалтеру для отправки налоговой и бухгалтерской отчетности. Налоговая и бухгалтерская отчетность согласовывалась с ним в очень редких случаях. В основном бухгалтера отправляли отчетность в налоговую самостоятельно, главное, чтобы она направлялась своевременно и со стороны налоговой не было штрафных санкций. Денежными средствами и расчетными счетами ООО «<данные изъяты>» распоряжался только он, на третьих лиц никаких доверенностей на право распоряжения денежными средствами и расчетными счетами не выписывал. Расчетные счета для общества были открыты им. Он, как руководитель ООО «<данные изъяты> полностью контролировал финансово-хозяйственную деятельность организации. Все вопросы финансово-хозяйственной деятельности согласовывались с ним. Он подписывал документы по финансово-хозяйственной деятельности ООО «БТО <данные изъяты> (договоры, счета-фактуры, акты и пр.). В настоящее время ООО «<данные изъяты>» ликвидировано, уже около 1 года назад по инициативе налоговой. Вторым учредителем ООО «<данные изъяты>» был <ФИО>54, который в финансово-хозяйственной деятельности общества, связанной со строительством и продажей строительных материалов, никакого участия не принимал, т.е. просто числился учредителем общества. По поводу взаимоотношений ООО «<данные изъяты>» и ООО <данные изъяты>» с ООО «<данные изъяты>» пояснил, что его организации осуществляли поставку строительных материалов и комплектующих для ООО «<данные изъяты>», то есть поставляли именно те товары, которые изначально предназначились для постройки <данные изъяты>», которые хранились на участке по месту его жительства и соседнем участке, то есть большая часть товаров уходила от ООО <данные изъяты>», а от <данные изъяты>» реализовывались товары, которые поставлялись уже позднее, для данной стройки и проходили непосредственно через ООО «<данные изъяты>». Вообще ООО «Титан<данные изъяты>» это организация которая занималась установкой окон. Какие именно строительные материалы и комплектующие ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>» поставляли для ООО «<данные изъяты>» он не помнит. Каким именно образом была организована поставка строительных материалов и комплектующих для ООО «<данные изъяты>» он не помнит. Строительные материалы и комплектующие могли поставляться напрямую покупателю, иногда, даже не разгружая контейнер или машину, покупатель забирал товар сам. Как именно этот процесс был организован с ООО «<данные изъяты>», не помнит.

Руководителем и учредителем ООО «<данные изъяты> являлся ФИО2 Кто являлся инициатором взаимоотношений между их организациями, он не помнит. Кто составлял документацию (договоры, акты, счета-фактуры и пр.) по взаимоотношениям между организациями (составлялась либо с их стороны, либо с его стороны), также не помнит, в виду давности событий. Подписание всех документов происходило только при личном присутствии его и ФИО2, где именно, в чьем офисе, подписывались документы, он не помнит. Оплату ООО «<данные изъяты>» осуществляло безналичным способом. У ООО «<данные изъяты>» имеется задолженность перед ООО «<данные изъяты> и ООО «<данные изъяты>», однако, сумму задолженности не помнит. Взыскивать задолженность с ООО «<данные изъяты>» не стал, поскольку это стало не актуальным, в виду передачи ООО «<данные изъяты>» другим лицам, а ООО «<данные изъяты>» в связи ликвидацией, а также в связи с трудным финансовым положением ООО «<данные изъяты>». Задолженность ООО «<данные изъяты>» была более нескольких миллионов. Взаимоотношения между ООО «<данные изъяты> ООО «<данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты>» были реальными. Его организации действительно осуществляли поставку строительных материалов и комплектующих для ООО «<данные изъяты>». Однако, деталей взаимоотношений между организациями не помнит, в виду давности событий. Офис ООО «<данные изъяты>» был по одному адресу с ними, то есть по <адрес>, у них были соседние офисы. ООО «<данные изъяты> поставляло товары ООО «<данные изъяты>», реализуя товары, которые были у него изначально, кроме того, поставки товаров осуществлялись постепенно, то есть сначала был ООО <данные изъяты>», потом когда у него уже не осталось товаров от ООО «<данные изъяты>» и он перестал быть директором, то начал осуществлять поставки товаров от имени ООО <данные изъяты><данные изъяты>» ему знакомы. При каких именно обстоятельствах ему стали знакомы данные организации, он не помнит. Были ли у него взаимоотношения с данными организациями, точно сказать не может, т.к. не помнит. Не помнит, знаком ли он с руководителями данных организаций. Сам никакого отношения к данным организациям не имеет, руководителей не назначал, к управлению данными организациями не причастен, скорее всего у него были какие-то взаимоотношения с данными организациями (т.15 л.д.157-165).

Подсудимый в судебном заседании высказал согласие с оглашенными показаниями свидетелей, также не оспорил показания допрошенных свидетелей.

При этом суд не приводит в приговоре показания допрошенных в судебном заседании свидетелей ФИО3 №21, ФИО3 №34, ФИО3 №20, ФИО3 №46, поскольку изложенные ими обстоятельства не имеют доказательственного значения по уголовному делу, не подтверждают и не опровергают виновность подсудимых.

Кроме того, вина подсудимого в совершении преступления, изложенного в описательной части приговора, подтверждается и совокупностью письменных доказательств по делу:

- рапортом об обнаружении признаков преступления от 03 августа 2021 года, зарегистрированным в КРСП СУ СК РФ по Иркутской области 03 августа 2021 года №201/4-59пр-2021, согласно которому в действиях должностных лиц ООО «<данные изъяты>» усматриваются признаки преступления, предусмотренного ч.1 ст.199 УК РФ, для принятия законного и обоснованного правового решения по данному факту необходимо провести проверку в порядке ст.ст.144-145 УПК РФ (т.1 л.д.47);

- протоколом выемки от 28 апреля 2022 года, согласно которому в МИФНС России № 16 по Иркутской области по адресу: <...> изъяты: материалы камеральных налоговых проверок в отношении ООО «<данные изъяты>» ИНН <номер> на основании которых вынесены акты налоговых проверок за 3 квартал 2018 года, 2,3,4 квартал 2019 года, 1,4 квартал 2020 года, дополнения к актам налоговых проверок, налоговые декларации по НДС (первичные и корректирующие) за 3,4 кварталы 2018 года, 1-4 кварталы 2019 года, 1,3,4 кварталы 2020 года, представленные ООО «<данные изъяты>» в налоговый орган, а также книги покупок и книги продаж к налоговым декларациям по налогу на добавленную стоимость (первичным, уточненным) по НДС (т. 13 л.д.6-11);

- протоколом осмотра документов от 07 мая 2022 года, согласно которому осмотрены документы, изъятые в ходе выемки 28 апреля 2022 года в МИФНС России № 16 по Иркутской области, в том числе налоговые декларации ООО «<данные изъяты>», книги покупок/продаж к налоговым декларациям, акты налоговых проверок и дополнения к ним. В ходе осмотра установлено, что в книги покупок, налоговые декларации по НДС ООО «<данные изъяты>» внесены заведомо ложные сведения о приобретении услуг (работ, товаров) у ООО <данные изъяты>», что подтверждается актами камеральных налоговых проверок, дополнениям к ним, которыми подтверждается нереальность взаимоотношений указанных организаций с ООО «<данные изъяты>». После осмотра документы признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 13 л.д. 12-25, 26-28, 29-245, т. 14 л.д. 1-183);

- протоколом выемки от 14 октября 2021 года, согласно которому в Банке <данные изъяты> по адресу: <адрес>, изъяты предметы и документы по распоряжению расчетными счетами ООО <данные изъяты>» (т.11 л.д. 148-153);

- протоколом осмотра документов от 14 октября 2021 года, согласно которому осмотрены предметы и документы, изъятые в ходе выемки 14 октября 2021 года в Банке «ВТБ» ПАО. В ходе осмотра установлено, что единственным лицом, наделенным правом распоряжения расчетным счетом ООО <данные изъяты>» <номер> является <ФИО>44, а распоряжаться расчетным счетом ООО «<данные изъяты>» <номер> может только ФИО3 №18; выписками по расчетным счетам ООО <данные изъяты>» подтверждается оплата контрагентам, сведения об IP адресах указывают на место выхода в сеть при подключении к дистанционному банковскому обслуживанию. После осмотра документы и оптический диск признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 11 л.д. 154-158, 159-160, 161-189);

- протоколом выемки от 13 января 2022 года, согласно которому в <данные изъяты>» по адресу: <адрес>, изъяты: предметы и документы по распоряжению расчетными счетами ООО <данные изъяты>», ООО «<данные изъяты>», выписки о движении денежных средств по счетам и сведения об IP адресах (т. 10 л.д. 75-80);

- протоколом осмотра предметов и документов от 15 января 2022 года, согласно которому осмотрены предметы и документы, изъятые в ходе выемки 13 января 2022 года в <данные изъяты>». В ходе осмотра установлено, что денежные средства, поступившие в том числе от ООО «<данные изъяты>» на расчетный счет ООО «<данные изъяты>», в последующем течение нескольких операционных дней снимаются в банкомате, либо перечисляются в адрес одних и тех же контрагентов - ОО «<данные изъяты><данные изъяты> с назначением платежей «за различные материалы, за автоуслуги, за выполненные работы, за продукцию»; выпиской по расчетному счету ООО «<данные изъяты>» установлено поступление денежных средств в основном от <данные изъяты>. Через несколько операционных дней поступившие денежные средства снимаются наличными в банкомате, либо перечисляются в адрес: <данные изъяты>. После осмотра документы и оптический диск признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 10 л.д. 81-95, 96-98, 99-235, т. 11 л.д. 1-138);

- протоколом выемки от 18 октября 2021 года, согласно которому в <данные изъяты>» по адресу: <адрес>, изъяты документы по распоряжению расчетными счетами <данные изъяты>», выписки о движении денежных средств по счетам и сведения об IP адресах (т. 10 л.д. 32-37);

- протоколом осмотра документов от 20 октября 2021 года, согласно которому осмотрены документы, изъятые в ходе выемки 18 октября 2021 года в <данные изъяты>». В ходе осмотра установлено, что единственное лицо, наделенное правом распоряжения расчетными счетами ООО «<данные изъяты>» является ФИО1, при этом в ходе анализа выписок по расчетным счетам ООО «<данные изъяты><номер> и 40<номер> установлено отсутствие перечислений в адрес спорных контрагентов ООО <данные изъяты>». В ходе осмотра банковского (юридического) дела ООО <данные изъяты>» установлено, что расчетный счет был открыт генеральным директором <ФИО>44, при этом в карточке с образцами подписи и оттиска печати имеется право второй подписи у бухгалтера – ФИО3 №15 При анализе расчетного счета <данные изъяты>» установлено, что на него с расчетного счета ООО <данные изъяты>» <номер> 26 мая 2020 года перечислено 240 000 руб., 19 июня 2020 года перечислено 100 000 руб., перечислений в адрес других спорных контрагентов не установлено. После осмотра документы и оптический диск признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т.10 л.д. 39-44, 45-46, 47-68);

- протоколом выемки от 30 ноября 2021 года, согласно которому в <данные изъяты> по адресу: <адрес>, изъяты документы по распоряжению расчетным счетом ООО <данные изъяты>», выписки о движении денежных средств по счету и сведения об IP адресах (т. 10 л.д. 7-11);

- протоколом осмотра документов от 01 декабря 2021 года, согласно которому осмотрены документы, изъятые в ходе выемки 30 ноября 2021 года <данные изъяты>» <данные изъяты>». В ходе осмотра установлено, что расчетным счетом ООО «<данные изъяты>» <номер>, может распоряжаться только генеральный директор <ФИО>55, установлен номер телефона, привязанный к системе дистанционного банковского обслуживания, название операционного офиса, в котором открывался расчетный счет ООО «<данные изъяты>», сведения о контрагентах, в адрес которых осуществлялись перечисления денежных средств. После осмотра документы признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 10 л.д. 12-15, 16, 17-25);

- протоколом осмотра предметов и документов от 11 сентября 2021 года, согласно которому осмотрены материалы, полученные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, представленные ГУ МВД РФ по Иркутской области. В ходе осмотра установлено, что материалы ОРМ содержат сведения о проведенных налоговым органом камеральных проверок по НДС, установленных суммах недоимки по НДС неуплаченных ООО «<данные изъяты>», показания руководителей фирм «однодневок», а также исследование по документам, согласно которому установлена сумма недоимки, а также первичные документы по взаимоотношениям ООО <данные изъяты>» с фирмами «однодневками», налоговые декларации по НДС, книги покупок ООО «<данные изъяты>». После осмотра документы и оптический диск признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 2 л.д. 39-57, 58-63, 64-250, т. 3 л.д. 1-236, т. 4 л.д.1-59);

- протоколом осмотра документов от 18 мая 2022 года, согласно которому осмотрены материалы, полученные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, представленные 13 мая 2022 года ГУ МВД РФ по Иркутской области. После осмотра документы и оптический диск признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 14 л.д. 219-232, 233-234, 235, 185-217);

- протоколом обыска от 05 октября 2021 года, согласно которому в производственном цехе ООО <данные изъяты> по адресу: <адрес>, изъяты предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела (т. 11 л.д. 193-202);

- протоколом обыска от 05 октября 2021 года, согласно которому в офисе «<данные изъяты>)» по адресу: <адрес>, изъяты предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела (т. 11 л.д.207-215);

- протоколом обыска от 05 октября 2021 года, согласно которому в офисе ООО «<данные изъяты> по адресу: <адрес>, изъяты предметы и документы, имеющие значение для уголовного дела (т. 11 л.д. 220-228);

- протоколом осмотра документов от 10 октября 2021 года, согласно которому осмотрены предметы, изъятые в ходе обысков 05 октября 2021 года по адресу: <адрес>; <адрес>, на электронных носителях обнаружена первичная бухгалтерская документация и информация по взаимоотношениям ООО <данные изъяты>». После осмотра предметы (SSD диск APACER, НЖМД TOSHIBA, SSD диск Smartbuy, НЖМД Seaqate Barracuda, USB флеш-накопитель серебристого цвета, с наименованием «TECHKEY») признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 11 л.д. 229-237, 238-239);

- протоколом осмотра документов от 10 октября 2021 года, согласно которому осмотрены предметы, изъятые в ходе обысков 05 октября 2021 года по адресу: <адрес>; <адрес>; <адрес>. В ходе осмотра осмотрена первичная документация ООО «<данные изъяты> После осмотра документы и предметы признаны вещественными доказательствами и приобщены к материалам уголовного дела (т. 12 л.д. 1-74, 75-78, 79-245);

- ответом на запрос из Межрайонной ИФНС России № 16 по Иркутской области от 22 февраля 2022 года, согласно которому общая задекларированная налогооблагаемая сумма доходов ФИО1 за 2018-2020 гг. составила 525 616,50 рублей (т. 17 л.д. 109-112);

- ответом на запрос из Межрайонной ИФНС России № 16 по Иркутской области от 06 мая 2022 года, согласно которому общая сумма задекларированных доходов и уплаченных налогов ИП ФИО1 за 2018-2020 гг. составила 0 рублей (т. 18 л.д. 82);

- справкой старшего специалиста-ревизора об исследовании документов ФИО1 № 209 от 23 мая 2022 года, согласно выводам которой: <данные изъяты>

- заключением эксперта судебной бухгалтерской экспертизы № 113-19/01-18/136-2022 от 16 мая 2022 года, согласно выводам которого: ООО «<данные изъяты>» перечислило денежные средства на расчетный счет <данные изъяты>» в общей сумме 2 188 700 руб.; ООО <данные изъяты>» перечислило денежные средства на расчетные счета ООО «<данные изъяты>» в общей сумме 2 661 000 руб.; ООО «<данные изъяты>» перечислило денежные средства на расчетный счет ООО «<данные изъяты> в общей сумме 13 796 964,30 руб.; ООО «<данные изъяты>» перечислило денежные средства на расчетный счет ООО «<данные изъяты>» в общей сумме 340 000 руб.; ООО «<данные изъяты> перечислило денежные средства на расчетный счет <данные изъяты>» в общей сумме 370 000 руб.; ООО «<данные изъяты>» не перечисляло денежные средства в адрес ООО «<данные изъяты>» (т. 19 л.д. 141-165);

- заключением эксперта судебной налоговой экспертизы № 113/19/02-18/445-2021 от 08 ноября 2021 года, согласно выводам которого включение в состав налоговых вычетов сумм НДС, предъявленных от имени контрагентов ООО <данные изъяты> уменьшило налог на добавленную стоимость, подлежащий уплате в бюджет РФ ООО «<данные изъяты>» за 3, 4 кварталы 2018 года, 1-4 кварталы 2019 года, 1, 3, 4 кварталы 2020 года на общую сумму 50 027 190,00 руб., в том числе по налоговым периодам: 3 квартал 2018 г. в сумме 1 885 713,00 руб., 4 квартал 2018 г. в сумме 14 216 117,00 руб., 1 квартал 2019 г. в сумме 6 860 984,00 руб., 2 квартал 2019 г. в сумме 4 963 547,00 руб., 3 квартал 2019 г. в сумме 10 495 543,00 руб., 4 квартал 2019 г. в сумме 5 866 188,00 руб., 1 квартал 2020 г. в сумме 1 483 333,00 руб., 3 квартал 2020 г. в сумме 383 333,00 руб., 4 квартал 2020 г. в сумме 3 872 433,00 руб. (т. 18 л.д. 145-158);

- заключением эксперта судебной налоговой экспертизы № 113-19/02-18/153-2022 от 18 мая 2022 года, согласно выводам которого включение в состав налоговых вычетов сумм налога на добавленную стоимость, от контрагентов ООО <данные изъяты> в 3,4 кварталах 2018 г., 1-4 кварталах 2019 г., 1,3,4 кварталах 2020 г., при исчислении к уплате в бюджет налога на добавленную стоимость ООО <данные изъяты>» за 3,4 кварталы 2018 г., 1-4 кварталы 2019 г., 1,3,4 кварталы 2020 г. привело к уменьшению суммы налога на добавленную стоимость, подлежащей исчислению к уплате в бюджет, на общую сумму 50 432 603,00 руб., в т.ч. по налоговым периодам: 3 квартал 2018 г. в сумме 2 291 125,00 руб., 4 квартал 2018 г. в сумме 14 216 117,00 руб., 1 квартал 2019 г. в сумме 6 860 984,00 руб., 2 квартал 2019 г. в сумме 4 963 547,00 руб., 3 квартал 2019 г. в сумме 10 495 543,00 руб., 4 квартал 2019 г. в сумме 5 866 188,00 руб., 1 квартал 2020 г. в сумме 1 483 333,00 руб., 3 квартал 2020 г. в сумме 383 333,00 руб., 4 квартал 2020 г. в сумме 3 872 433,00 руб. (т. 18 л.д. 174-183);

- заключением эксперта судебной почерковедческой экспертизы №1668/2-1 от 17 декабря 2021 года, согласно выводам которого: подписи № 1 - № 27 (изображения) от имени ФИО3 №11, расположенные:

в разделе: «По данным ООО <данные изъяты> в графе: «от <данные изъяты>»» перед строкой с рукописной записью «ФИО3 №11» в строке: « » в копии Акта сверки взаимных расчетов за период: 2 квартал 2019 г. между ООО «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 34 от 03.06.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 15 от 01.04.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11 О.А.» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 19 от 08.04.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11 О.А.» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 37 от 17.06.2019 продавец «<данные изъяты> в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11 О.А.» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 18 от 05.04.2019 продавец «Эдельвейс»;

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 38 от 21.06.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11 О.А.» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 29 от 22.05.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 23 от 17.04.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 26 от 29.04.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактура № 36 от 12.06.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 28 от 13.05.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» (подпись № 24); в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)» (подпись № 25) в копии Счет-фактуры № 24 от 23.04.2019 продавец «<данные изъяты>

в графе: «Руководитель организации или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный бухгалтер или иное уполномоченное лицо» перед строкой «ФИО3 №11) в строке: «(подпись)» в копии Счет-фактуры № 32 от 30.05.2019 продавец «<данные изъяты> выполнены одним лицом.

Эти подписи, вероятно, выполнены не самим ФИО3 №11, а другим лицом.

Подписи № 28 - № 63 (изображения) от имени ФИО3 №11, каждая в отдельности, расположенные:

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 37 от 17.06.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 34 от 03.06.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 32 от 30.05.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 36 от 12.06.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 24 от 23.04.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 18 от 05.04.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 23 от 17.04.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 15 от 01.04.2019;

в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 28 от 13.05.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 38 от 21.06.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 29 от 22.05.2019;

на 2-ом листе в графе: «Отпуск груза разрешил» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Главный (старший) бухгалтер» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)»; в графе: «Отпуск груза произвел» после строки: «Ген. директор» перед строкой «ФИО3 №11» в строке: «(подпись)» в копии Товарной накладной № 19 от 08.04.2019, каждая в отдельности, вероятно, выполнены не самим ФИО3 №11, а другим лицами (т. 19 л.д. 69-86);

- заключением эксперта судебной почерковедческой экспертизы №1666/2-1 от 24 декабря 2021 года, согласно выводам которого: подписи от имени ФИО3 №18 в УПД к счет-фактуре № 9 от 11.03.2019; УПД к счет-фактуре № 21 от 28.06.2019; письме «исх. б/н в адрес ООО «<данные изъяты>» от 05.04.2019 ; УПД к счет-фактуре № 40 от 15.11.2019; на двух экземплярах УПД к счет-фактуре № 44 от 31.10.2017; на одном экземпляре УПД к счет-фактуре № 46 от 03.11.2017 и три подписи на втором экземпляре УПД к счет-фактуре № 46 от 03.11.2017; УПД к счет-фактуре № 67 от 15.11.2019; УПД к счет –фактуре № 68 от 02.12.2019; УПД к счет –фактуре № 69 от 27.12.2019 выполнены самим ФИО3 №18 Подпись в графе 13 УПД к счет-фактуре № 46 от 03.11.2017 на экземпляре, имеющем видимое загрязнение на лицевой стороне листа (иллюстрация 9 приложения), вероятно, выполнена ФИО3 №18 (т. 19 л.д. 93-102);

- заключением эксперта судебной почерковедческой экспертизы №1669/2-1 от 15 декабря 2021 года, согласно выводам которого: подпись от имени <ФИО>5, расположенная в графе: «От ООО <данные изъяты>» в строке: «____» перед строкой «<ФИО>5» в экземпляре Акта сверки взаимных расчетов за период 2018г. между ООО <данные изъяты>» и ООО «<данные изъяты> по договору поставки 01-10/18 от 01.10.2018 (выполненная красящим веществом синего цвета - подпись № 1), вероятно, выполнена <ФИО>5 (т. 19 л.д. 108-117);

- заключением эксперта судебной почерковедческой экспертизы №118/2-1 от 31 марта 2022 года, согласно выводам которого: Подписи № 1 - № 16 (изображения) от имени ФИО3 №10, расположенные:

на 2-ом листе в графе: «Товар (груз) передал/услуги, результаты работ, права сдал» в строке: «(подпись)» (подпись № 1); в графе: «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни» (подпись № 2) в копии Универсального передаточного документа № 16 от 02.11.2020;

на 2-ом листе в графе: «Товар (груз) передал/услуги, результаты работ, права сдал» в строке: «(подпись)» (подпись № 3); в графе: «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни» (подпись № 4) в копии Универсального передаточного документа № 13 от 05.10.2020;

на 2-ом листе в графе: «Товар (груз) передал/услуги, результаты работ, права сдал» в строке: «(подпись)» (подпись № 5); в графе: «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни» (подпись № 6) в копии Универсального передаточного документа № 18 от 10.12.2020;

на 2-ом листе в графе: «Товар (груз) передал/услуги, результаты работ, права сдал» в строке: «(подпись)» (подпись № 7); в графе: «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни» (подпись № 8) в копии Универсального передаточного документа № 19 от 15.12.2020;

на 2-ом листе в графе: «Товар (груз) передал/услуги, результаты работ, права сдал» в строке: «(подпись)» (подпись № 9); в графе: «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни» (подпись № 10) в копии Универсального передаточного документа № 14 от 16.10.2020;

на 2-ом листе в графе: «Товар (груз) передал/услуги, результаты работ, права сдал» в строке: «(подпись)» (подпись № 11); в графе: «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни» (подпись № 12) в копии Универсального передаточного документа №20 от 20.12.2020;

на 2-ом листе в графе: «Товар (груз) передал/услуги, результаты работ, права сдал» в строке: «(подпись)» (подпись № 13); в графе: «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни» (подпись № 14) в копии Универсального передаточного документа № 17 от 20.11.2020;

на 2-ом листе в графе: «Товар (груз) передал/услуги, результаты работ, права сдал» в строке: «(подпись)» (подпись № 15); в графе: «Ответственный за правильность оформления факта хозяйственной жизни» (подпись № 16) в копии Универсального передаточного документа № 15 от 26.10.2020, выполнены одним лицом, не самим ФИО3 №10, а другим лицом.

Подписи № 1 - № 4 (изображения) от имени ФИО3 №10, расположенные:

на 2-ом листе в графе: «Генеральный директор <данные изъяты>» в строке: «ФИО3 №10» (подпись № 1) в копии Претензии от 02.02.2021;

на 3-ем листе в абзаце: «8. Адреса, реквизиты и подписи сторон» в графе: «Генеральный директор» в строке: «ФИО3 №10» (подпись № 2) в копии Договора об уступке права (требования) (Цессия) от 01.06.2021;

в разделе: «Первоначальный кредитор (цедент) ООО <данные изъяты>» в графе: ««Генеральный директор» в строке: «ФИО3 №10» (подпись № 3) в копии Акта приемки-передачи документации по соглашению уступки права (требования) от 01.06.2021;

в графе: «Генеральный директор» в строке: «ФИО3 №10» (подпись № 4) в копии Доверенности от 15.05.2021, вероятно, выполнены самим ФИО3 №10 (т. 19 л.д. 122-135);

- заключением эксперта судебной компьютерно-технической экспертизы № 1602/4-1 от 26 января 2022 года, согласно выводам на представленных на исследование накопителях информации имеются файлы, содержащие искомые ключевые слова и словосочетания. Сведения об обнаруженных файлах приведены в приложениях № 1, 2 к настоящему заключению эксперта. Файлы записаны с сохранением структуры каталогов на DVD-диск с обозначением вокруг посадочного кольца «0642304200444», прилагающийся к настоящему заключению эксперта (далее, диск № 1).

В случае, если имя пользователя, создавшего или редактировавшего документ последним, соответствует имени учетной записей пользователей операционной системы (приведены в приложении № 3), то имеются основания полагать, что документ, вероятно, был создан (отредактирован) на представленных на исследование накопителях информации. Данный вывод носит вероятный характер по причинам, указанным в исследовательской части настоящего заключения.

2. Сведения об учетных записях пользователей, имеющихся на представленных на исследование накопителях информации, приведены в приложении № 3 к настоящему заключению эксперта.

3, 5, 6. На представленном на исследование накопителе № 4 имеется установочный пакет программного обеспечения «1С: Предприятие 8.3» подверсии «8.3.7.1759». Иного искомого программного обеспечения и баз данных к нему на представленных на исследование накопителях информации не имеется.

При этом, на представленном на исследование накопителе информации № 1 имеются сведения о посещении пользователем систем дистанционного банковского обслуживания («ДБО») посредством интернет браузера «Microsoft Edge» по адресам: «https://www.avangard.ru/», «https://sbi.sberbank.ru:9443/». Установить то, к каким счетам получал доступ пользователь и какие операции им были совершены, не представляется возможным в рамках настоящего исследования, по причине того, что указанные системы ДБО не хранят подобные сведения локально на компьютере пользователя.

7. На представленных на исследование накопителях информации файлов с названием «налоговые декларации по НДС», «налоговые декларации по налогу на прибыль организаций» (либо с элементами указанных названий) организаций ООО <данные изъяты> за период финансово-хозяйственной деятельности с 01.01.2018 по 31.12.2020 не обнаружено (т. 18 л.д. 197-253);

- протоколом осмотра предметов от 04 февраля 2022 года, согласно которому осмотрен оптический диск с информацией – приложение к заключению эксперта № 1602/4-1 от 26.01.2022 (т. 19 л.д. 1-39).

Оценивая показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании, а также оглашенных в судебном заседании, письменные доказательства по делу в их совокупности суд принимает их в качестве относимых, допустимых и достоверных доказательств, поскольку они получены в соответствии с требованиями закона, на протяжении производства по делу последовательны, взаимно дополняют друг друга, а также согласуются между собой.

Вместе с тем, к показаниям свидетеля <ФИО>5 об осуществлении им реальной предпринимательской деятельности от имени <данные изъяты>» суд относится критически, так как он не помнит детали взаимоотношений с ООО <данные изъяты>» и что именно поставлял данной организации. Кроме того, в указанной части показания свидетеля <ФИО>5, опровергаются показаниями ФИО3 №12, ФИО3 №2, ФИО3 №3 и ФИО3 №4, согласно которым указанные организации использовались только для транзита и обналичивания денежных средств ООО <данные изъяты>

Показания подсудимого ФИО1, данные им в судебном заседании, признаются в качестве относимых, допустимых и достоверных доказательств в той части, которая не противоречит иным доказательствам по делу, признанным судом достоверными.

В своей совокупности показания свидетелей и письменные доказательства по делу изобличают подсудимого в совершении преступления. При этом никаких объективных оснований для оговора подсудимого со стороны свидетелей по делу судом не установлено. Не указали на данные объективные обстоятельства подсудимый и его защитник.

Заключения экспертов суд считает объективными, соответствующими действительности, так как они научно-обоснованы, мотивированы, выполнены компетентными специалистами, обладающими специальными познаниями, в связи с чем берет их в основу приговора.

Указанные доказательства не содержат существенных противоречий, согласуются между собой, дополняют друг друга, соответствуют установленным в судебном заседании фактическим обстоятельствам дела. Их совокупность суд находит достаточной для признания подсудимого виновным в совершении преступления при обстоятельствах, изложенных в описательной части приговора.

При установленных в судебном заседании фактических обстоятельствах, Действия ФИО1 суд квалифицирует по п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ, как уклонение от уплаты налогов, подлежащих уплате организацией, путем включения в налоговую декларацию заведомо ложных сведений, совершенное в особо крупном размере.

Решая вопрос о том, может ли ФИО1 нести уголовную ответственность за содеянное, суд исходит из поведения подсудимого в ходе предварительного расследования и судебного заседания – вел себя адекватно, а также данных о его личности: имеет высшее образование, на учете у врачей нарколога и психиатра не состоит, в связи с чем суд не находит оснований сомневаться в психической полноценности ФИО1 и признает его вменяемым как на момент совершения преступления, так и на момент рассмотрения уголовного дела судом (т.16 л.д. 239-241, т.19 л.д.182-183).

В соответствии со ст. 60 УК РФ, при назначении наказания подсудимому ФИО1, суд учитывает характер и степень общественной опасности совершенного умышленного преступления, относящегося, согласно ст. 15 УК РФ, к категории преступлений средней тяжести, а также личность виновного, обстоятельства смягчающие наказание и отсутствие отягчающих, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного, условия его жизни и жизни его семьи.

Учитывает суд, что подсудимый ранее не судим, имеет постоянное место жительства и регистрацию, где проживает <данные изъяты>, со стороны УУП <номер> МУ МВД России «Иркутское» характеризуется удовлетворительно (т.19 л.д.187), работает, <данные изъяты>

В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, в соответствии со ст. 61 УК РФ, суд учитывает полное признание подсудимым своей вины, раскаяние в содеянном, <данные изъяты>, добровольное частичное возмещение ущерба.

Обстоятельств, отягчающих наказание подсудимому, судом не установлено.

Оценив совокупность обстоятельств, смягчающих наказание, данные о личности подсудимого, условия жизни его семьи, суд приходит к выводу, что достижение целей, закрепленных в ст. 43 УК РФ возможно без изоляции ФИО1 от общества, при определении ему только основного наказания в виде лишения свободы, предусмотренного санкцией ч. 2 ст. 199 УК РФ, с учетом требований ч.1 ст.62 УК РФ, которое в силу ст. 73 УК РФ, считать условным.

Учитывая фактические обстоятельства совершенного преступления, личность подсудимого ФИО1, суд не находит оснований для изменения категории преступления, в соответствии с ч. 6 ст. 15 УК РФ.

Оснований для применения ст. 64 УК РФ суд не находит, так как исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, поведением ФИО1 во время и после совершения преступления, других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, в судебном заседании не установлено.

Суд находит возможным не применять к ФИО1 дополнительные виды наказаний в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, с учетом совокупности смягчающих обстоятельств и ввиду контроля за подсудимым в период испытательного срока со стороны специализированного органа.

На период испытательного срока суд считает необходимым возложить дополнительные обязанности на подсудимого.

Вопрос о наличии оснований для замены наказания в виде лишения свободы принудительными работами в порядке, установленном статьей 53.1 УК РФ, не обсуждается судом, поскольку последний пришел к выводу о возможности исправления подсудимого без реального отбывания наказания в местах лишения свободы, назначив наказание в виде лишения свободы условно с испытательным сроком.

Процессуальные издержки не заявлены.

Учитывая, что в рамках уголовного дела исковые требования к ФИО1 предъявлены не было суд снимает арест, наложенный на имущество ФИО1

Судьбу вещественных доказательств по делу следует определить в соответствии с требованиями ст.81 УПК РФ.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 307-309 УПК РФ,

ПРИГОВОРИЛ:

ФИО1 признать виновным в совершении преступления, предусмотренного п. «б» ч. 2 ст. 199 УК РФ и назначить ему наказание в виде 02 (двух) лет 06 (шести) месяцев лишения свободы.

В соответствии со ст. 73 УК РФ наказание, назначенное ФИО1 считать условным с испытательным сроком 02 (два) года.

Возложить на условно-осужденного ФИО1 обязанности - явиться в государственный специализированный орган, ведающий исправлением осужденных (по месту жительства) для постановки на учет, ежемесячно являться на регистрацию в соответствии с предписанием контролирующего органа, не менять постоянного места жительства без уведомления контролирующего органа.

Контроль за исполнением приговора возложить на филиал ФКУ УИИ ГУФСИН России по Иркутской области по месту жительства осужденного.

Испытательный срок исчисляется с момента вступления приговора в законную силу. В испытательный срок засчитывается время, прошедшее со дня провозглашения приговора.

Меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке ФИО1 отменить - по вступлении приговора в законную силу.

Отменить арест, наложенный на имущество ФИО1 постановлениями Октябрьского районного суда г.Иркутска от 17 марта 2022 года, 17 мая 2022 года.

Процессуальные издержки не заявлены.

По вступлению приговора в законную силу вещественные доказательства:

- материалы камеральной налоговой проверки, изъятые в ходе выемки в Межрайонной ИФНС России № 16 по Иркутской области; документы из юридических досье ООО <данные изъяты> изъятые в ходе выемок из банков: <данные изъяты>»; материалы, полученные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, представленные ГУ МВД РФ по Иркутской области; материалы, полученные в ходе проведения оперативно-розыскных мероприятий, представленные ГУ МВД РФ по Иркутской области; документы, изъятые в ходе проведения обысков, хранящиеся в материалах уголовного дела – хранить в материалах уголовного дела в течение всего срока хранения последнего;

- SSD диск APACER, НЖМД TOSHIBA, SSD диск Smartbuy, НЖМД Seaqate Barracuda, USB флеш-накопитель серебристого цвета, с наименованием «TECHKEY», печать ООО <данные изъяты>», печать ООО «<данные изъяты>», USB флеш-карта Kinqston, хранящиеся в камере хранения четвертого отдела по расследованию особо важных дел СУ СК России по Иркутской области – вернуть по принадлежности.

Приговор может быть обжалован в апелляционном порядке в Иркутской областной суд через Куйбышевский районный суд г. Иркутска в течение 15 суток со дня его провозглашения. В случае подачи апелляционной жалобы осужденный вправе ходатайствовать о своем участии в рассмотрении уголовного дела судом апелляционной инстанции.

Судья Л.Ю. Иванова