Решение № 2-1640/2025 2-1640/2025~М-1182/2025 М-1182/2025 от 8 сентября 2025 г. по делу № 2-1640/2025

УИД: 18RS0011-01-2025-002287-12

Дело № 2-1640/2025


Решение

Именем Российской Федерации

09 сентября 2025 года г.Глазов

Глазовский районный суд Удмуртской Республики в составе председательствующего судьи Григорьевой Т.В., при ведении аудиозаписи хода судебного заседания и протокола судебного заседания помощником судьи Урасиновым А.А.,

с участием:

- представителей истца – адвоката Максимовой С.Р. и Золотарева А.А., действующего на основании устного ходатайства,

- представителей ответчика БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР» - ФИО1 и ФИО2, действующих на основании доверенности,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО3 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская межрайонная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о признании незаконными действия, выразившиеся в изменении существенных условий трудового договора, признании незаконным уведомления от 12.05.2025 года и компенсации морального вреда,

установлено:

ФИО3 обратилась в суд с исковым заявлением к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская межрайонная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» (далее БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР»), в котором просила суд признать уведомление об изменении места работы от 12.05.2025 года незаконным и взыскании компенсации морального вреда в размере 20 000 рублей.

Требования мотивированы тем, что между сторонами 31.12.2015 года был заключен трудовой договор, в соответствии с которым истец была принята на работу в должности медицинского статистика Отдела медицинской статистики БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» с осуществлением работы по адресу: <адрес>. 13.05.2025 года истцу было выдано уведомление об изменении места работы, датированное 12.05.2025 года, в котором было указано о том, что в связи с оптимизацией деятельности медицинского учреждения, определенные сторонами условия трудового договора подлежат изменению с 14.07.2025 года в части места осуществления должностных обязанностей. Кроме этого, в уведомлении содержится информации о том, что при отказе от продолжения работы на новом месте трудовой договор будет расторгнут в соответствии с п.7 ч.1 с.77 ТК РФ. Истец находит данные действия ответчика незаконными и неправомерными, поскольку направленное в адрес истца уведомление в нарушение ч. 2 ст. 74 ТК РФ не содержит в себе никаких сведений о причинах, связанных с изменениями организационных или технологических условий труда, из-за которых не может быть сохранено рабочее место. В качестве правового обоснования истцом указано на положения ст.ст. 74, 77 ТК РФ и ст. 151 ГК РФ и ст.ст. 1101, 237 ТК РФ, постановления Пленума Верховного Суда РФ № 2 от 17.03.2004 года «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации» и № 10 от 20.12.1994 «Некоторые вопросы применения законодательства о компенсации морального вреда».

В процессе рассмотрения дела истец увеличил исковые требования в порядке ст. 39 ГПК РФ, дополнительно к ранее заявленным просил суд признать незаконными действия БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР», выразившиеся в изменении существенных условий трудового договора, заключенного между сторонами.

В судебное заседание истец ФИО3 не явилась, будучи надлежащим образом извещенной о дате и времени судебного заседания, представила заявление с просьбой рассмотреть дело в ее отсутствие с участием Золотарева А.А. и адвоката Максимовой Ж.Р.

Представители истца Максимова С.Р. и Золотарев А.А. в судебном заседании на удовлетворении исковых требований настаивали в полном объеме по доводам и основаниям, изложенным в исковом заявлении, дополнительно в обоснование своих доводах указали, что нарушение прав истца выразилось в фактическом изменении рабочего места истца, при этом причины необходимости изменения места работы в уведомлении не указаны, а та, которая указана не является основанием для изменения условий договора, доказательства в обоснование причины изменения места работы не представлены. Представленными в материалы дела распоряжением Минздрава УР ответчик манипулирует, поскольку в распоряжении не указано какая именно поликлиника подлежит реорганизации. В соответствии с Постановлением Конституционного Суда от 20.01.2022 № 3-П работодатель не может в одностороннем порядке изменить трудовую функцию работника, условия трудового договора, определяющие структурное подразделение, в котором работает, в том числе условия трудового договора о месте работы работника. В настоящем случае осуществление трудовой функции в ином обособленном структурном подразделении, отличном от указанного в трудовом договоре, следует рассматривать как перевод на другую работу, который допускается только с согласия работника в соответствии со ст. 72 ТК РФ. Действующим законодательством, Приказом Минздрава России № 543н от 15.05.2012, установлено, что на определенное количество сотрудников поликлиники полагается определенное количество работников медицинской статистики, соответственно, при количестве работников поликлиники более 20 человек, должен быть закреплен как минимум один медицинский статистик, что в настоящее время и имеет место. Поликлиника № 2 является обособленным структурным подразделением БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР», в связи с чем, в данном случае имеет место перевод, который требовал от истца согласия. В поликлинике множество свободных кабинетов, где есть возможность истцу осуществлять свои трудовые функции, работодателем не обосновано изменение рабочего места истца и определение его по адресу <адрес>. Законность действий истца не доказана, между тем доказано, что рабочее место согласно трудовому договору является по <адрес>, а уведомление свидетельствует об изменении существенных условий трудового договора, поскольку изменение рабочего места без изменения места работы невозможно. Сторона истца считает, что работодатель таким образом пытается уволить работника, поскольку иным способом будет сложно уволить работника, который является руководителем первичной профсоюзной организации.

Представитель ответчика ФИО1 в процессе рассмотрения дела исковые требования признала частично, а именно в части предупреждения работника о возможном увольнении, отраженном в уведомлении от ДД.ММ.ГГГГ. В остальной части исковые требования находит необоснованными и не подлежащими удовлетворению. В обоснование своих возражений по ходу рассмотрения дела указала, что все работники отдела статистики находятся в равных условиях. В настоящее время работодатель проводит реорганизацию, это является значимым проектом. В постановлении Конституционного Суда РФ, приведенном стороной истца, говориться о переводе в другое обособленное структурное подразделение, в нашем случае имеет место изменение рабочего места в рамках одного учреждения, в связи с чем, нарушение прав истца не влечет. В настоящем случае работодателем обособленное структурное подразделение не изменяется. Обособленными структурными подразделениями являются, например. Работодатель изменяет рабочее место без изменения трудовых функций и без изменения существенных условий трудового договора. Первоначально договор был заключен с <адрес>ной больницей, адрес места нахождения которой действительно был <адрес>, в настоящее время работодателем истца является Глазовская межрайонная больница, местонахождения которой определено по <адрес>. Работодателем по <адрес>, созданы все условия для продолжения осуществления истцом своих функций. Изменение рабочего места является правом работодателя, истец же саботирует рабочий процесс. Представитель ответчика согласилась, что количество работников отдела медицинской статистики зависит от количества сотрудников поликлиники, однако, при осуществлении трудовых функций медицинским статистиком, согласно его должностной инструкции, он не привязан к кому-либо из докторов, его рабочее место не обусловлено нахождением по месту оказания медицинской помощи. Работодатель самостоятельно проводит свою кадровую и штатную политику. ФИО3 является одним из многих работников Отдела медицинской статистики, на которую распространяются общие правила.

Изучив доводы сторон, исследовав письменные материалы дела, суд приходит к следующему.

Согласно трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенному между БУЗ УР «Глазовская центральная районная больница МЗ УР» и истцом ФИО5, с 16.07.2012 года истец была принята на должность «медицинский статистик», работа подлежала осуществлению в Отделении медицинской статистики БУЗ УР «Глазовская центральная районная больница МЗ УР».

Соглашением от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ стороны трудового договора в соответствии с программой поэтапного совершенствования системы оплаты труда в государственных (муниципальных) учреждениях за 2012-2018 годы, утвержденной распоряжением Правительства РФ от 26.11.2012 года № 2190-р, рекомендациям по оформлению трудовых отношений с работником государственного (муниципального) учреждения при ведении «эффективного контракта», утвержденным приказом Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации от ДД.ММ.ГГГГ №н, пришли к соглашению о внесении изменений в трудовой договор, изложив его в новой редакции, согласно Приложению № 1 к соглашению, которая вступает в силу с ДД.ММ.ГГГГ.

Согласно данному Приложению № к соглашению от ДД.ММ.ГГГГ, между БУЗ Р «Глазовская районная больница МЗ УР» и ФИО3 был заключен трудовой договор, по условиям которого работник был принят на должность «Медицинский статистик» в Отдел медицинской статистики. Согласно пункту 2 работник осуществляет работу в Отделе медицинской статистики БУЗ УР «Глазовская районная больница МЗ УР» по адресу: <адрес>

Согласно распоряжению Правительства Удмуртской Республики № 811-р от 06.06.2016 года «О реорганизации бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская городская больница № 1 Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» в целях эффективности деятельности учреждений здравоохранения Удмуртской Республики было решено реорганизовать БУЗ УР «Глазовская городская больница № 1 МЗ УР» в форме присоединения к нему БУЗ УР «Городская районная больница МЗ УР». Данным распоряжением принято решение о сохранении главной цели деятельности реорганизуемого учреждения и дополнительного возложения обязанности по реализации целей деятельности БУЗ УР «Глазовская районная больница МЗ УР», изменении наименования БУЗ УР «Глазовская городская больница № 1 МЗ УР» на БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР», об утверждении по согласованию с Министерством имущественных отношений Удмуртской Республики соответствующих изменений в устав БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР».

Согласно уставу БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР», утвержденному распоряжением Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» 1104 от 23.08.2016 года, местом нахождения учреждения определено: <адрес>.

В последствие между работодателем и работником были неоднократно заключены дополнительные соглашения, касающиеся условий оплаты труда, от 29.09.2017, 09.01.2018. Согласно дополнению № от ДД.ММ.ГГГГ к трудовому договору № от ДД.ММ.ГГГГ, заключенного между работодателем БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР», <данные изъяты>, в лице главного врача ФИО9, действующей на основании Устава, и работником ФИО3, место заключения указано <адрес>, в реквизитах сторон адресом работодателя указан: Удмуртская Республика, г.Глазов, <адрес>.

Согласно должностной инструкции медицинского статистика Отдела медицинской статистики, утвержденной приказом главного врача БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» от ДД.ММ.ГГГГ №, работник осуществляет следующие должностные обязанности:

Проводит сбор, систематизацию и обработку статистических учетно-отчетных данных медицинской организации.

При отсутствии или не полном объеме статистической информации докладывает по подотчетности.

Обеспечивает хранение, поиск и использование информации о медицинской деятельности учреждения (количество пролеченных больных и результаты их лечения, заболеваемость, полученные процедуры, и т.д.) использует ПЭВМ для составления отчетности и решения производственных задач.

Участвует в шифровке в соответствии с международной классификацией болезней статистических документов (статистических талонов, карт выбывших из стационара, карт вызовов скорой помощи и т.д.).

Определяет статистические показатели, характеризующие работу организации.

Инструктирует работников структурных подразделений организации о правилах ведения учетных норм и составления статистических данных.

Осуществляет контроль за правильностью ведения и заполнения статистической документации, достоверностью данных годового статистического отчета, участвует в организации и проведении инструктивно-методических семинаров по медицинской статистике в структурных подразделениях организации.

Составляет годовой статистический отчет о работе учреждения.

Участвует в проведении анализа и оценки результатов деятельности учреждения с использованием основных статистических методов (статистические таблицы различных видов, графические изображения, относительные и средние величины).

Подготавливает различные справки на основе данных статистического учета.

Изучает действующие нормативные документы по статистике.

Квалифицированно и своевременно исполняет приказы, распоряжения и поручения руководства учреждения, а также нормативно-правовые акты по своей профессиональной деятельности.

При обработке персональных данных пациентов (ФИО, дата рождения, паспортные данные, адреса места жительства, контактные телефоны, реквизиты полиса ОМС/ДМС, СНИЛС, факта обращения за медицинской помощью, данные о состоянии здоровья., заболевания, об обследовании и лечении, результаты анализов), медицинский статистик не должен разглашать информацию о пациенте, в связи с исполнением своих трудовых обязанностей.

Соблюдает правила внутреннего трудового распорядка для рабочих и служащих учреждения, противопожарной безопасности и технике безопасности, санитарно-эпидемиологического режима, в установленные сроки проходит медицинский осмотр.

Оперативно принимает меры, включая своевременное информирование руководства, по устранению нарушений техники безопасности, противопожарных и санитарных правил, создающих угрозу деятельности учреждения здравоохранения, его работникам, пациентам и посетителям.

Обеспечивает полную сохранность вверенного ему имущества. Бережно относится к имуществу учреждения и принимает срочные меры по предотвращению ущерба.

Содержит свое рабочее место в чистоте и порядке.

Систематически повышает свою квалификацию.

Соблюдает морально-правовые нормы профессионального общения.

Проводит санитарно-просветительскую работу.

Оказывает доврачебную помощь при неотложных состояниях.

Согласно листку ознакомления с данной должностной инструкцией работник ФИО3 ознакомлена 30.12.2016 года, что подтверждается ее личной подписью.

Распоряжением Минздрава Удмуртии № 1635 от 25.09.2024 года «Об организации отделений для оказания медицинской помощи по профилю «медицинская реабилитация» главному врачу БУЗ УР «Глазовская межрайонная больница МЗ УР» было поручено: организовать отделения медицинской реабилитации пациентов с нарушением функции центральной нервной системы в условиях стационара на 30 коек в срок до 20.12.2024 года; организовать отделения медицинской реабилитации взрослых с нарушением функции периферической нервной системы и костно-мышечной системы в условиях стационара на 16 коек в срок до 20.12.2024 года: организовать дневной стационар медицинской реабилитации на 30 пациенто-мест в срок до 20.12.2024 года; укомплектовать кадрами структурных подразделений, оказывающих медицинскую помощь по профилю «медицинская реабилитация», не менее 70% к 20.12.2024; внести изменения в штатное расписание с учетом организации структурных подразделений, оказывающих медицинскую помощь по профилю медицинская реабилитация. В срок до 27.11.2024 года.

12.05.2025 года работодателем БУЗ «ФИО4 МЗ УР» работнику ФИО3 было адресовано уведомление об изменении места работы, согласно которому работодатель сообщает, что в связи с оптимизацией деятельности медицинского учреждения, определенные сторонами условия трудового договора от ДД.ММ.ГГГГ № подлежат изменению с 14.07.2025 года, в части места осуществления должностных обязанностей. Новое место работы было определено – помещение работодателя по адресу: <адрес>, остальные условия заключенного с работником трудового договору не меняются. Работнику предложено заключить дополнительное соглашение к трудовому договору об изменении места работы. В случае согласия, работнику предложено представить подписанное соглашение в кабинет отдела кадров в срок до 14.05.2025 года. На случай отказа от продолжения работы на новом месте, работодателем было указано на расторжение трудового договора в соответствии с п.7 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

Данное уведомление работодателя работником ФИО3 с одновременным списком вакантных должностей БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» было получено 13.05.2025 года.

Находя действия работодателя по изменению существенных условий трудового договора незаконными в отсутствие тому оснований, необходимости согласия работника на перевод его на новое место работы, истец обратился в суд с настоящим иском.

В процессе рассмотрения дела ответчик исковые требования в части предупреждения работника о возможном расторжении трудового договора в соответствии с п.7 ч.1 ст. 77 ТК РФ признал, полагая, что у него не было на то оснований. Дополнительно указал, что данным уведомлением работодатель фактически известил работника об изменении его рабочего места, без изменения условий трудового договора, без смены профессии, режима работы и системы оплаты, в связи с чем, на предупреждение об увольнении, в случае отказа работника от изменения рабочего места, было указано ошибочно.

Разрешая данные требования, суд исходит из следующего.

Статьей 72 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что изменение определенных сторонами условий трудового договора, в том числе перевод на другую работу, допускается только по соглашению сторон трудового договора, за исключением случаев, предусмотренных этим кодексом. Соглашение об изменении определенных сторонами условий трудового договора заключается в письменной форме.

В отступление от общего правила об изменении определенных сторонами условий трудового договора только по соглашению сторон частью первой статьи 74 данного кодекса предусмотрена возможность одностороннего изменения таких условий работодателем.

В соответствии со ст. 74 Трудового кодекса Российской Федерации в случае, когда по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда (изменения в технике и технологии производства, структурная реорганизация производства, другие причины), определенные сторонами условия трудового договора не могут быть сохранены, допускается их изменение по инициативе работодателя, за исключением трудовой функции работника.

Частью второй статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации предусмотрено, что о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, работодатель обязан уведомить работника в письменной форме не позднее чем за два месяца, если иное не предусмотрено данным кодексом.

Если работник не согласен работать в новых условиях, то работодатель обязан в письменной форме предложить ему другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом его состояния здоровья. При этом работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать вакансии в других местностях работодатель обязан, если это предусмотрено коллективным договором, соглашениями, трудовым договором. При отсутствии указанной работы или отказе работника от предложенной работы трудовой договор прекращается в соответствии с пунктом 7 части первой статьи 77 названного кодекса (части третья и четвертая статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 7 части 1 статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации отказ работника от продолжения работы в связи с изменением определенных сторонами условий трудового договора (часть четвертая статьи 74 настоящего Кодекса) является основанием прекращения трудового договора.

Таким образом, гарантируя защиту от принудительного труда, законодатель предусмотрел запрет на одностороннее изменение определенных сторонами условий трудового договора по инициативе работодателя без согласия работника, а также предоставил работнику ряд других гарантий, в том числе минимальный двухмесячный срок (если иной срок не предусмотрен Трудовым кодексом Российской Федерации) уведомления работника работодателем о предстоящих изменениях и о причинах, их вызвавших.

Такое правовое регулирование направлено на обеспечение баланса прав и законных интересов сторон трудового договора, имеет целью обеспечить работнику возможность продолжить работу у того же работодателя либо предоставить работнику время, достаточное для принятия решения об увольнении и поиска новой работы (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 28 сентября 2017 года N 2052-О, от 25 мая 2017 года N 1041-О, 25 сентября 2014 года N 1853-О, от 29 сентября 2011 года N 1165-О-О).

Доводы ответчика сводятся к тому, что место работы истца осталось прежним: БУЗ УР «ФИО4 МЗ У», трудовая функции работника осталась неизменной, перемена места работы истца в связи с проводимой реорганизацией имеет статус смены рабочего места в рамках одного Отдела медицинской статистики, которое территориально находится в другом структурном подразделении работодателя, но в той же местности, без изменения трудовых функций, что в силу части 3 статьи 72.1 ТК РФ не требует согласия работника..

Основываясь на конституционных предписаниях о свободе труда (статья 37, часть 1, Конституции Российской Федерации), Трудовой кодекс Российской Федерации предоставляет как работнику, так и работодателю право заключать, изменять и расторгать трудовые договоры в порядке и на условиях, установленных названным Кодексом и иными федеральными законами (абзац второй части первой статьи 21, абзац второй части первой статьи 22), а также определяет трудовой договор как соглашение между работодателем и работником, в соответствии с которым работодатель обязуется предоставить работнику работу по обусловленной трудовой функции, обеспечить условия труда, предусмотренные трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами и данным соглашением, своевременно и в полном размере выплачивать работнику заработную плату, а работник обязуется лично выполнять определенную этим соглашением трудовую функцию в интересах, под управлением и контролем работодателя и соблюдать правила внутреннего трудового распорядка, действующие у работодателя (часть первая статьи 56).

Конкретизируя эти положения, указанный Кодекс закрепляет требования к содержанию трудового договора, определяет перечень обязательных для включения в него условий и относит к таковым, в первую очередь, место работы (в случае, когда работник принимается для работы в филиале, представительстве или ином обособленном структурном подразделении организации, расположенном в другой местности, - место работы с указанием обособленного структурного подразделения и его местонахождения) и трудовую функцию (работу по должности в соответствии со штатным расписанием, профессии, специальности с указанием квалификации; конкретный вид поручаемой работнику работы) (абзацы второй и третий части второй статьи 57).

В то же время в Трудовом кодексе Российской Федерации не раскрывается содержание понятия "место работы". В правоприменительной практике под местом работы, как правило, понимается расположенная в определенной местности (населенном пункте) конкретная организация (за исключением случаев, когда работодателем выступает физическое лицо, в том числе индивидуальный предприниматель и т.п.). В необходимых случаях место работы может быть уточнено путем указания филиала, представительства, иного обособленного структурного подразделения, в котором осуществляется трудовая деятельность конкретного работника.

Вместе с тем Трудовой кодекс Российской Федерации допускает включение в трудовой договор - наряду с обязательными условиями, предусмотренными законом, - дополнительных условий, не ухудшающих положение работника по сравнению с установленным трудовым законодательством и иными нормативными правовыми актами, содержащими нормы трудового права, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами (абзацы первый и второй части четвертой статьи 57). К числу такого рода дополнительных условий относится, в частности, условие о рабочем месте, под которым понимается место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой, и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя (часть седьмая статьи 209).

Тем самым включение в трудовой договор условия о рабочем месте не является обязательным, но возможно исключительно как результат согласованного волеизъявления его сторон. При этом если условие о рабочем месте было включено по соглашению сторон в трудовой договор, то последующее изменение данного условия - как и любого другого определенного сторонами условия трудового договора - возможно, по общему правилу, только по соглашению его сторон, заключенному в письменной форме (статья 72 Трудового кодекса Российской Федерации). Иное не согласовывалось бы с общеправовыми принципами добросовестного исполнения сторонами договора своих обязательств и стабильности договора, которые в сфере трудовых отношений призваны обеспечить реализацию принципов свободы труда, уважения человека труда, а также права каждого свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию (статья 37, часть 1; статья 75.1 Конституции Российской Федерации).

Между тем из общего правила о необходимости достижения взаимного согласия сторон трудового договора на изменение его условий Трудовой кодекс Российской Федерации предусматривает определенные исключения, в качестве одного из которых выступает изменение работодателем таких условий (за исключением трудовой функции работника) в одностороннем порядке в случаях объективной невозможности сохранения прежних условий трудового договора вследствие изменений организационных или технологических условий труда (часть первая статьи 74). При этом работодатель обязан, во-первых, уведомить работника в письменной форме о предстоящих изменениях определенных сторонами условий трудового договора, а также о причинах, вызвавших необходимость таких изменений, не позднее чем за два месяца (если иной срок не предусмотрен данным Кодексом) и, во-вторых, - если работник не согласен работать в новых условиях - предложить ему, также в письменной форме, другую имеющуюся у работодателя работу (как вакантную должность или работу, соответствующую квалификации работника, так и вакантную нижестоящую должность или нижеоплачиваемую работу), которую работник может выполнять с учетом состояния его здоровья. В данном случае работодатель обязан предлагать работнику все отвечающие указанным требованиям вакансии, имеющиеся у него в данной местности. Предлагать же вакансии в других местностях работодатель обязан лишь при условии, что такая обязанность предусмотрена коллективным договором, соглашениями, трудовым договором (части вторая и третья статьи 74).

Приведенное правовое регулирование, как ранее уже указывал Конституционный Суд Российской Федерации, наделяя работодателя правом изменять условия трудового договора (за исключением трудовой функции работника) без согласия самого работника, призвано обеспечить работодателю возможность реализации полномочий по организации и управлению трудом, которыми он как самостоятельный хозяйствующий субъект должен обладать в силу предписаний статей 8, 34 (часть 1) и 35 (часть 2) Конституции Российской Федерации. Однако, допуская изменение работодателем в одностороннем порядке условий трудового договора лишь в случаях, когда они - в силу объективных причин, связанных с изменением организационных или технологических условий труда, - не могут быть сохранены, данное регулирование в то же время призвано обеспечить соблюдение в отношении работника принципа свободы труда, провозглашенного Конституцией Российской Федерации (статья 37, часть 1), и, как следствие, гарантировать неизменность обусловленной трудовым договором трудовой функции работника (должности, профессии, специальности или квалификации, конкретного вида порученной работнику работы). Такое правовое регулирование направлено на предоставление работнику как экономически более слабой в трудовом правоотношении стороне защиты от произвольного изменения работодателем условий трудового договора.

В этом смысле названные положения статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации, предоставляя работнику время, достаточное для принятия решения о продолжении работы у того же работодателя в новых условиях (но при выполнении им прежней трудовой функции), а также возлагая на работодателя - в случае отказа работника от продолжения работы в новых условиях - обязанность принять меры, направленные на сохранение с ним трудовых отношений, не только согласуются с конституционными предписаниями о свободе труда (статья 37, часть 1), но и обеспечивают защиту конституционно значимого интереса работника в стабильной занятости.

В свою очередь, часть четвертая статьи 74 Трудового кодекса Российской Федерации, предусматривающая прекращение трудового договора с работником при отсутствии у работодателя другой работы, которую работник мог бы выполнять с учетом имеющейся у него квалификации и состояния здоровья, либо при отказе работника от предложенной работы, во взаимосвязи с пунктом 7 части первой статьи 77 данного Кодекса, закрепляющим соответствующее основание увольнения, - по своему буквальному смыслу и целевому предназначению - призвана учитывать объективную невозможность сохранения трудовых отношений при несогласии работника с изменением определенных сторонами условий трудового договора по причинам, связанным с изменением организационных или технологических условий труда, а также обеспечивать определенность правового положения работника в возникшей ситуации. При этом в качестве специальной гарантии для работника, увольняемого по пункту 7 части первой статьи 77 Трудового кодекса Российской Федерации, выступает выплата ему выходного пособия в размере двухнедельного среднего заработка (часть седьмая статьи 178 того же Кодекса). Сама же законность увольнения работника по указанному основанию в любом случае может быть проверена в судебном порядке (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20 января 2022 года N 3-П).

Что же касается изменения рабочего места работника, то в силу части третьей статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации такое изменение, по общему правилу, является не переводом на другую работу, а перемещением на другое рабочее место, если это не влечет за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора. Из этого следует, что изменение рабочего места (перемещение на другое рабочее место) работника в одностороннем порядке работодателем, как правило, возможно лишь тогда, когда это не сопряжено с изменением условий трудового договора.

Как следует из содержания данной нормы в системной связи с другими положениями Трудового кодекса Российской Федерации, она допускает перемещение работника без его согласия лишь постольку, поскольку работник продолжает выполнять обусловленную трудовым договором работу (трудовую функцию) и никакие установленные по соглашению сторон условия трудового договора не изменяются.

В настоящем случае, судом установлено, что условия трудового договора, заключенного с истцом, не изменяются, истец продолжает выполнять обусловленную трудовым договором работу - медицинский статистик Отдела медицинской статистики БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР».

Как следует из материалов дела, рабочее место истца в трудовом договоре по должности медицинский статистик не указано, имеется указание только на место работы Отдел медицинской статистики БУЗ УР «Глазовская районная больница МЗ УР» (после реорганизации БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР») по адресу: <адрес>, данные понятия не являются идентичными.

В абзаце третьем пункта 16 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 г. N 2 даны разъяснения о том, что под структурными подразделениями следует понимать как филиалы, представительства, так и отделы, цеха, участки и т.д., а под другой местностью - местность за пределами административно-территориальных границ соответствующего населенного пункта.

Стороной истца не оспаривается, что трудовые функции истца осуществляются в Отделе медицинской статистики БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР», соответственно изменение структурного подразделения данным уведомлением не предполагалось.

Учитывая данное обстоятельство, изменение рабочего места истца в пределах одного города (в пределах одних административно-территориальных границ) по смыслу статьи 72.1 Трудового кодекса Российской Федерации не является изменением условий трудового договора, при котором требуется согласие работника, внесение изменений в трудовой договор.

В подтверждение намерения работодателя спорным уведомлением изменить рабочее место истца, представитель в судебном заседании признал необоснованность предупреждения работодателем работника о возможном увольнении по основаниям п.7 ч.1 ст. 77 ТК РФ.

Исходя из положений статей 22, 72.1 ТК РФ закон не ограничивает право работодателя самостоятельно и под свою ответственность принимать необходимые кадровые решения (подбор, расстановка, увольнение персонала) в целях эффективной экономической деятельности и рационального управления имуществом.

В данном случае, работодатель не имел намерения перевести истца на другую работу, требующее, в силу части 1 статьи 72.1 ТК РФ, согласия работника, а планировал перемещение истца у того же работодателя на другое рабочее место, расположенное в той же местности (часть 3 той же статьи), что не могло повлечь за собой изменения определенных сторонами условий трудового договора, в том числе трудовой функции.

Трудовой договор не определяет рабочее место истца, работодатель находится в г. Глазов, перемещение работника в другое структурное подразделение, расположенное в той же местности, является правом работодателя, предусмотренным действующим законодательством и не требует получение согласия работника, а перемещение истца на иное рабочее место трудовую функцию истца не изменяет, положениям должностной инструкции истца не противоречит.

Доводы истца о том, что в настоящем случае имеет место запланированное перемещении истца в другое обособленное структурное подразделение работодателя, суд находит несостоятельными, поскольку в силу согласно 1 пункту 2 статьи 11 НК РФ под обособленным подразделением организации понимается любое территориально обособленное от нее подразделение, по месту нахождения которого оборудованы стационарные рабочие места.

С учетом указанного, принимая во внимание, что уведомление работодателем работника о предстоящем изменении рабочего места является правом работодателя, основания для признания данного уведомления в указанной части отсутствуют.

Кроме этого, с учетом работы истца на сегодняшний день на прежнем рабочем месте признание уведомления в данной части незаконным, нарушающим права истца, суд признает преждевременным и основанным на предположениях истца, поскольку на момент разрешения спора какого-либо решения относительно отказа работника от работы на новом рабочем месте не принято, никаких правовых последствий не повлекло.

В части предупреждения работника о возможном расторжении трудового договора в соответствии с п.7 ч.1 ст. 77 ТК РФ, с учетом установленных по делу обстоятельств, суд находит его необоснованным, и находит исковые требования о признании уведомления незаконным подлежащими удовлетворению в указанной части.

Доводы стороны истца о необходимости в соответствии с Приказом Минздравсоцразвития России от 15.05.2012 N 543н "Об утверждении Положения об организации оказания первичной медико-санитарной помощи взрослому населению", действовавшим на день вручения уведомления, наличия в структурном подразделении работодателя по <адрес>, как минимум одного работника – медицинского статистика, с учетом количества работников структурного подразделения, суд с учетом предмета и оснований настоящего спора не может принять во внимание. Так, указанный приказ устанавливает рекомендуемое количество работников, в том числе, должностей «медицинский статистик», в зависимости от числа врачебных должностей, при этом не определяет порядок его территориального закрепления за структурным подразделением. В настоящем случае работа медицинского статистика определена в Отделе медицинской статистики, распределение же штатных должностей между структурными подразделениями является прерогативой работодателя. Согласно представленной стороной истца в материалы дела копии штатного расписания БУЗ УР «ФИО4 МЗ УР» по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, Отдел медицинской статистики относится к административно-управленческому и вспомогательному персоналу, местом нахождения которого является: <адрес>. Данные, отраженные в представленной стороной ответчика выписке из штатного расписания по состоянию на ДД.ММ.ГГГГ, сведения по Отделу медицинской статистики полностью согласуются с данными, предоставленными стороной истца, связи с чем, суд считает возможным установить указанные обстоятельства по представленным сторонами сведениям, без подтверждения сторонами, представивших их, подлинности и целостности данных доказательств, при наличии в них пороков: документ, представленный стороной истца, не содержит сведений об утверждении содержащихся в нем сведений, не прошит не скреплен печатью, представленный стороной ответчика – не позволяет с достоверностью определить первичный документ, из которого представлена выписка.

В Трудовом кодексе Российской Федерации не содержится положений, касающихся понятия морального вреда и определения размера компенсации морального вреда. Такие нормы предусмотрены гражданским законодательством.

Пунктом 1 статьи 150 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что жизнь и здоровье, достоинство личности, личная неприкосновенность, честь и доброе имя, деловая репутация, неприкосновенность частной жизни, неприкосновенность жилища, личная и семейная тайна, свобода передвижения, свобода выбора места пребывания и жительства, имя гражданина, авторство, иные нематериальные блага, принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона, неотчуждаемы и непередаваемы иным способом.

В соответствии со ст. 151 ГК РФ, если гражданину причинен моральный вред (физические или нравственные страдания) действиями, нарушающими его личные неимущественные права либо посягающими на принадлежащие гражданину нематериальные блага, а также в других случаях, предусмотренных законом, суд может возложить на нарушителя обязанность денежной компенсации указанного вреда. При определении размеров компенсации морального вреда суд принимает во внимание степень вины нарушителя и иные заслуживающие внимания обстоятельства. Суд должен также учитывать степень физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями гражданина, которому причинен вред.

Размер компенсации морального вреда определяется судом в зависимости от характера причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий, а также степени вины причинителя вреда в случаях, когда вина является основанием возмещения вреда. При определении размера компенсации вреда должны учитываться требования разумности и справедливости. Характер физических и нравственных страданий оценивается судом с учетом фактических обстоятельств, при которых был причинен моральный вред, и индивидуальных особенностей потерпевшего (п. 2 ст. 1101 ГК РФ).

В п. 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что под моральным вредом понимаются нравственные или физические страдания, причиненные действиями (бездействием), посягающими на принадлежащие гражданину от рождения или в силу закона нематериальные блага или нарушающими его личные неимущественные права (например, жизнь, здоровье, достоинство личности, свободу, личную неприкосновенность, неприкосновенность частной жизни, личную и семейную тайну, честь и доброе имя, тайну переписки, телефонных переговоров, почтовых отправлений, телеграфных и иных сообщений, неприкосновенность жилища, свободу передвижения, свободу выбора места пребывания и жительства, право свободно распоряжаться своими способностями к труду, выбирать род деятельности и профессию, право на труд в условиях, отвечающих требованиям безопасности и гигиены, право на уважение родственных и семейных связей, право на охрану здоровья и медицинскую помощь, право на использование своего имени, право на защиту от оскорбления, высказанного при формулировании оценочного мнения, право авторства, право автора на имя, другие личные неимущественные права автора результата интеллектуальной деятельности и др.) либо нарушающими имущественные права гражданина.

По общему правилу, моральный вред компенсируется в денежной форме (п. 1 ст. 1099 и п. 1 ст. 1101 ГК РФ) (п. 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда").

В соответствии с п. 25 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" суду при разрешении спора о компенсации морального вреда, исходя из статей 151, 1101 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающих общие принципы определения размера такой компенсации, необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимания фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении. Размер компенсации морального вреда не может быть поставлен в зависимость от размера удовлетворенного иска о возмещении материального вреда, убытков и других имущественных требований.

Согласно п. 46 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" работник в силу статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации имеет право на компенсацию морального вреда, причиненного ему нарушением его трудовых прав любыми неправомерными действиями или бездействием работодателя (незаконным увольнением или переводом на другую работу, незаконным применением дисциплинарного взыскания, нарушением установленных сроков выплаты заработной платы или выплатой ее не в полном размере, неоформлением в установленном порядке трудового договора с работником, фактически допущенным к работе, незаконным привлечением к сверхурочной работе, задержкой выдачи трудовой книжки или предоставления сведений о трудовой деятельности, необеспечением безопасности и условий труда, соответствующих государственным нормативным требованиям охраны труда, и др.).

В п. 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15.11.2022 N 33 "О практике применения судами норм о компенсации морального вреда" разъяснено, что суду при определении размера компенсации морального вреда в связи с нарушением работодателем трудовых прав работника необходимо учитывать, в числе других обстоятельств, значимость для работника нематериальных благ, объем их нарушения и степень вины работодателя. В частности, реализация права работника на труд (статья 37 Конституции Российской Федерации) предопределяет возможность реализации ряда других социально-трудовых прав: на справедливую оплату труда, на отдых, на безопасные условия труда, на социальное обеспечение в случаях, установленных законом, и др.

Таким образом, основанием для удовлетворения данных требований работника является установление в судебном заседании факта нарушения трудовых прав работодателем.

В судебном заседании нашло подтверждение необоснованное предупреждение истца о возможном увольнении по основаниям п.7 ч.1 ст. 77 ТК РФ. Указанное свидетельствует о том, что ответчиком были нарушены трудовые права истца, что влечет за собой материальную ответственность работодателя в соответствии со ст.237 ТК РФ.

Определяя размер суммы подлежащей взысканию с ответчика в пользу ФИО3 в счет компенсации морального вреда, суд приходит к следующему.

Соглашением сторон трудового договора размер компенсации морального вреда не определен. Исходя из обстоятельств дела изложенных выше, учитывая объем и характер причиненных ФИО3 нравственных страданий, степени вины работодателя, отсутствие негативных последствий в связи с направлением спорного уведомления, а также требований разумности и справедливости, суд считает размер компенсации морального вреда, заявленный истцом, несоответствующим его реальному объему, неподтвержденным бесспорными доказательствами испытываемых физических и нравственных страданий, и считает возможным взыскать с ответчика в пользу истца в счет компенсации морального вреда денежную сумму в размере 5 000,00 руб.

В соответствии с ч. 1 ст. 88 ГПК РФ судебные расходы состоят из государственной пошлины и издержек, связанных с рассмотрением дела.

В соответствии с ч. 1 ст. 103 ГПК РФ издержки, понесенные судом в связи с рассмотрением дела, и государственная пошлина, от уплаты которых истец был освобожден, взыскиваются с ответчика, не освобожденного от уплаты судебных расходов в местный бюджет пропорционально удовлетворенной части исковых требований.

В соответствии со ст. 103 ГПК РФ с ответчика подлежит взысканию государственная пошлина в доход местного бюджета в размере 6 000 (3 000+3 000) руб., поскольку истец в силу ст. 333.36 НК РФ при обращении в суд с иском освобожден от уплаты государственной пошлины.

На основании изложенного, руководствуясь ст. ст. 194-199 ГПК РФ, суд

решил:

Исковые требования ФИО3 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская межрайонная больница министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о признании незаконными действия, выразившиеся в изменении существенных условий трудового договора, признании незаконным уведомления от 12.05.2025 года и компенсации морального вреда удовлетворить частично.

Признать уведомление Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская межрайонная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» от 12.05.2025 года незаконным в части предупреждения о расторжении трудового договора в соответствии с пунктом 7 части 1 статьи 77 Трудового договора российской Федерации.

В остальной части исковые требования ФИО3 к Бюджетному учреждению здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская межрайонная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» о признании незаконными действия, выразившиеся в изменении существенных условий трудового договора, признании незаконным уведомления от ДД.ММ.ГГГГ оставить без удовлетворения.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская межрайонная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» в пользу ФИО3, <данные изъяты>, компенсацию морального вреда в размере 5 000 руб.

Взыскать с Бюджетного учреждения здравоохранения Удмуртской Республики «Глазовская межрайонная больница Министерства здравоохранения Удмуртской Республики» в бюджет государственную пошлину в размере 6 000 руб.

Решение суда может быть обжаловано в Верховный Суд Удмуртской Республики в течение месяца со дня принятия его в окончательной форме путем подачи апелляционной жалобы через Глазовский районный суд Удмуртской Республики.

Мотивированное решение изготовлено 12.09.2025 года.

Судья Т.В. Григорьева