Решение № 2-918/2020 2-918/2020~М-807/2020 М-807/2020 от 11 ноября 2020 г. по делу № 2-918/2020

Дело № 2-918/2020


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

г. Сокол 12 ноября 2020 года

Вологодская область

Сокольский районный суд Вологодской области в составе:

председательствующего судьи Поповой Е.Б.,

при секретаре Янгосоровой Е.В.,

с участием представителя истца ФИО4 – ФИО5,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по исковому заявлению ФИО4 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Сокол Вологодской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении, признании незаконным решения, назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца,

УСТАНОВИЛ:

ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, обратилась в суд с иском к Государственному учреждению – Управлению Пенсионного фонда Российской Федерации в Сокол Вологодской области (межрайонное) (далее УПФР в г. Сокол) об установлении факта нахождения на иждивении, признании незаконным решения, назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, мотивировав требования тем, что 05 апреля 2020 года умер её отец ФИО6, проживающий в г. Вологде. Она 17 июня 2020 года обратилась с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца в УПФР в г. Сокол в соответствии со статьей 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях». Решением от 29 июня 2020 года № 151885/20 УПФР в г. Сокол ей отказано в установлении страховой пенсии по случаю потери кормильца, поскольку не установлен факт нахождения истца на иждивении отца после 18 лет. С данным решением она не согласна, так как получала от своего отца ФИО6 помощь, которая являлась для неё постоянным и основным источником средств к существованию.

С 3 августа 2019 года она является студентом ФГАОУ ВО «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого», в настоящее время она обучается на 1 курсе университета, с января по июнь 2020 года стипендии она не получала, при этом с августа 2019 года и фактически до дня смерти она находилась на иждивении своего отца ФИО6 Ранее она проживала с мамой и папой, после расторжения брака проживала с мамой по месту регистрации, отец уехал в г. Вологду, где проживал отдельно, вместе с тем, они встречались в п. Вожега и в г. Вологде. Она приезжала в г. Вологду на выходные дни и в каникулы, они с отцом ходили по магазинам, в которых он покупал ей необходимые вещи, одежду и обувь, дарил подарки, с августа 2019 года по февраль 2020 года, во время учебы в Санкт-Петербурге она встречалась с отцом 3 раза – август, ноябрь, январь, в августе по её просьбе он купил дорожную сумку стоимостью 2 500 рублей, куртку 3 000 рублей, сапоги 3 500 рублей, в ноябре на день рождения отец подарил ей микроволновую печь, на Новый год отец передал ей 10 000 рублей, на которые она приобрела телефон, кроме того, ФИО6 передавал ей через её мать ФИО5 продукты питания и деньги на её содержание в сумме от 3 000 до 5 000 рублей в месяц. До 2 июля 2020 года она осуществляла уход за нетрудоспособным ФИО7, который приходится ей дедушкой и совместно проживает с ними с мая 2016 года, является инвалидом 2 группы, для деда она покупала продукты питания, осуществляла за ним уход, оказывала помощь, получателем пенсий или социальных выплат от ПФР не является. Её отец ФИО6 имел высшее педагогическое образование, когда они проживали вместе в пос. Вожега, отец работал в администрации района председателем спорткомитета, далее тренером в физкультурно-оздоровительном комплексе, затем переехал в г. Вологду, где осуществлял уход за престарелой матерью ФИО8, работал преподавателем в педагогическом университете. С 2012 года и до дня смерти являлся индивидуальным предпринимателем, оказывал ей материальную помощь, которая являлась для неё постоянным и основным источником средств к существованию.

Просит признать незаконным решение от 29 июня 2020 года № 151885/20 УПФР в г. Сокол об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца; установить факт нахождения ФИО4 на иждивении ФИО6, умершего 05 апреля 2020 года; возложить на УПФР в г. Сокол обязанность назначить ФИО4 страховую пенсию по случаю потери кормильца с 05 апреля 2020 года.

Истец ФИО4 в судебное заседание не явилась, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещена надлежащим образом.

Представитель истца ФИО4 по доверенности ФИО5 в судебном заседании заявленные требования поддержала в полном объеме по доводам, изложенным в обоснование иска, пояснила, что 05 апреля 2020 года умер отец истца ФИО6, пенсионным органом истцу отказано в назначении пенсии по случаю потери кормильца, с 03 августа 2019 года ФИО4 является студенткой ФГАОУ ВО «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого», обучается на 2 курсе, находилась на содержании отца, после расторжения брака он переехал в г. Вологду, однако дочери помогал, дарил подарки, передавал денежные средства на ее содержание, с июня 2018 года по 01 июля 2020 года она осуществляла уход за нетрудоспособным дедом, являющимся инвалидом, сын учился в аспирантуре на платной основе, занимался научной деятельностью, она материально содержала сына до исполнения ему 26 лет, стипендия дочери составляет 2 200 рублей в месяц, доход деда составляет 28 000 рублей, ее заработная плата за 3 месяца – 162 645 рублей, доход умершего ФИО6 составлял 35 000 – 40 000 рублей, который являлся ИП с 2012 года, брак между ними расторгнут с 2006 года, он подарил дочери квартиру. Просила иск удовлетворить.

Представитель ответчика УПФР в г. Сокол в судебное заседание не явился, о дате, времени и месте рассмотрения дела извещён надлежащим образом, ходатайствовал о рассмотрении дела в отсутствие представителя, в отзыве на исковое заявление указал, что решением УПФР в г. Сокол от 29 июня 2020 года № 151885/20 ФИО4 отказано в установлении страховой пенсии по случаю потери кормильца, поскольку истец на момент смерти отца достигла возраста 18 лет, юридически значимым обстоятельством по данному делу является установление факта нахождения истца на иждивении своего умершего отца. Однако, истец документально факт нахождения на иждивении отца после достижения ею 18 лет и получения от него материальной помощи по достижении 18 лет, которая служила бы основным источником средств к её существованию, не подтвердила. На момент смерти ФИО6 с 2012 года по день смерти числился индивидуальным предпринимателем, с 2017 года уплату страховых взносов не производил, достоверных сведений о наличии у него постоянного и стабильного заработка и его размера, дающих основания полагать, что оказываемая дочери помощь являлась постоянным и основным источником средств к её существованию, не представлено, сведений о совместном проживании не имеется. Поскольку отсутствуют сведения о размере доходов всех членов семьи, следовательно, невозможно сделать вывод о том, находилась ли на иждивении ФИО4 у отца ФИО6 Кроме того, истец на момент смерти по 01 июля 2020 года являлась лицом, осуществляющим уход за нетрудоспособным лицом (период ухода приравнивается к трудовой деятельности и входит в страховой стаж), в связи с чем просил отказать истцу в исковых требованиях.

Свидетель ФИО1. в судебном заседании пояснила, что умерший ФИО6 являлся ее братом, он любил своих детей, общался с ФИО4, дарил ей подарки, передавал денежные средства, являлся ИП, осуществлял деятельность в сфере торговли и строительства, каким строительством он занимался, она не знает, магазинов он не имел, употреблял спиртное, состоял ли на учете, ей неизвестно, получал доход 30 000 – 40 000 рублей, передавал дочери по 3 000 – 5 000 рублей, алименты с него не взыскивались, иногда ездил к дочери в г. Санкт-Петербург.

Свидетель ФИО2 в судебном заседании пояснил, что он является мужем ФИО1., ее брат ФИО6 приходил к ним в гости каждый месяц, являлся предпринимателем, сфера деятельности его ему неизвестна, имел доход, передавал детям 5 000 рублей, приносил фрукты, полагал требования обоснованными.

Суд, руководствуясь статьей 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее - ГПК РФ), счел возможным рассмотреть дело в отсутствие не явившихся участников процесса.

Суд, заслушав представителя истца, свидетелей, исследовав материалы дела, приходит к следующему.

Материалами дела подтверждено, что родителями ФИО4, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, являются ФИО6 – отец, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, ФИО5 – мать, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, что подтверждается записью акта о рождении № 514 от 24 апреля 1993 года, свидетельством о рождении <...> от 23 ноября 2001 года.

ФИО6 умер 05 апреля 2020 года согласно записи акта о смерти №170209350000101232004 от 10 апреля 2020 года, свидетельства о смерти II -ОД № 615612 от 10 апреля 2020 года.

ФИО4 согласно справке отделения адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Вологодской области зарегистрирована по адресу: <адрес>.

ФИО4 с 01 сентября 2019 года обучается в ФГАОУ ВО «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого» по очной форме обучения, за счет средств бюджетных ассигнований федерального бюджета, уровень программы обучения - специалитет, является студентом 2 курса, нормативный период обучения с 01 сентября 2019 года по 31 августа 2025 года (приказ о зачислении № 2774-ск от 03 августа 2019 года), что подтверждается справкой ФГАОУ ВО «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого».

Согласно справке о стипендии и других доходах от 26 октября 2020 года, выданной ФГАОУ ВО «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого», размер стипендии ФИО4 составляет 2 200 рублей 00 копеек в месяц, за период с 01 сентября 2019 года по 26 октября 2020 года размер выплат составил 19 800 рублей.

ФИО4 зарегистрирована по месту пребывания № 6747 по адресу: <адрес> с 19 ноября 2019 года по 15 июля 2025 года, что подтверждается свидетельством о регистрации по месту пребывания. По указанному адресу ФИО4 проживает на основании договора найма жилого помещения в общежитии № 4 № СТГ-0000042/19.

17 июня 2020 года ФИО4 обратилась в УПФР в г. Сокол с заявлением о назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Решением УПФР в г. Сокол от 29 июня 2020 года № 151885/20 ФИО4 отказано в установлении страховой пенсии по случаю потери кормильца за умершего кормильца ФИО6, поскольку по представленным ФИО4 документам оснований для подтверждения факта нахождения на иждивении умершего отца не имеется.

Статья 39 Конституции Российской Федерации гарантирует каждому социальное обеспечение по возрасту, в случае болезни, инвалидности, потере кормильца, для воспитания детей и в иных случаях, установленных законом, определяет, что государственные пенсии и социальные пособия устанавливаются законом.

ФИО4, воспользовавшись предоставленным ей законом правом на обжалование решения Пенсионного фонда, обратилась в суд с исковым заявлением об установлении факта нахождения на иждивении и назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца.

Согласно части 1 статьи 264 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) суд устанавливает факты, от которых зависит возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав граждан, организаций. Суд рассматривает дела об установлении факта нахождения на иждивении (пункт 2 части 2 статьи 264 ГПК РФ).

Суд устанавливает факты, имеющие юридическое значение, только при невозможности получения заявителем в ином порядке надлежащих документов, удостоверяющих эти факты, или при невозможности восстановления утраченных документов (статья 265 ГПК РФ).

В соответствии со статьей 267 ГПК РФ в заявлении об установлении факта, имеющего юридическое значение, должно быть указано, для какой цели заявителю необходимо установить данный факт, а также должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения заявителем надлежащих документов или невозможность восстановления утраченных документов.

Из содержания приведенных положений процессуального закона следует, что одним из обязательных условий для установления факта, имеющего юридического значения, является указание заявителем цели, для которой необходимо установить данный факт в судебном порядке, а именно зависит ли от установления указанного факта возникновение, изменение, прекращение личных или имущественных прав заявителя, заявителем должны быть приведены доказательства, подтверждающие невозможность получения надлежащих документов, удостоверяющих этот факт, или невозможность их восстановления.

При обращении в суд с требованиями о признании незаконным решения пенсионного органа об отказе в назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца ФИО4 просила установить факт нахождения ее на иждивении отца ФИО6, умершего 05 апреля 2020 года, указав в качестве правовых последствий установления названного факта наличие у нее права на получение пенсии по случаю потери кормильца, выплачиваемой членам семьи умершего кормильца на основании Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях».

Федеральным законом от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» установлены виды страховой пенсии, в частности, страховая пенсия по случаю потери кормильца.

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Федерального закона от 28 декабря 2013 года № 400-ФЗ «О страховых пенсиях» (далее Федеральный закон «О страховых пенсиях»), право на страховую пенсию по случаю потери кормильца имеют нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, состоявшие на его иждивении (за исключением лиц, совершивших уголовно наказуемое деяние, повлекшее за собой смерть кормильца и установленное в судебном порядке). Одному из родителей, супругу или другим членам семьи, указанным в пункте 2 части 2 настоящей статьи, указанная пенсия назначается независимо от того, состояли они или нет на иждивении умершего кормильца. Семья безвестно отсутствующего кормильца приравнивается к семье умершего кормильца, если безвестное отсутствие кормильца удостоверено в порядке, установленном законодательством Российской Федерации.

Как указано в пункте 1 части 2 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях», нетрудоспособными членами семьи умершего кормильца признаются, в том числе дети умершего кормильца, не достигшие возраста 18 лет, а также дети умершего кормильца, обучающиеся по очной форме обучения по основным образовательным программам в организациях, осуществляющих образовательную деятельность, в том числе в иностранных организациях, расположенных за пределами территории Российской Федерации, до окончания ими такого обучения, но не дольше чем до достижения ими возраста 23 лет или дети умершего кормильца старше этого возраста, если они до достижения возраста 18 лет стали инвалидами.

Согласно части 3 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях» члены семьи умершего кормильца признаются состоявшими на его иждивении, если они находились на его полном содержании или получали от него помощь, которая была для них постоянным и основным источником средств к существованию.

Иждивение детей умерших родителей предполагается и не требует доказательств, за исключением указанных детей, объявленных в соответствии с законодательством Российской Федерации полностью дееспособными или достигших возраста 18 лет (часть 4 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

Нетрудоспособные члены семьи умершего кормильца, для которых его помощь была постоянным и основным источником средств к существованию, но которые само получали какую-либо пенсию, имеют право перейти на страховую пенсию по случаю потери кормильца (часть 6 статьи 10 Федерального закона «О страховых пенсиях»).

По смыслу названных норм Федерального закона «О страховых пенсиях» понятие «иждивение» предполагает как полное содержание лица умершим кормильцем, так и получение от него содержания, являющегося для этого лица основным, но не единственным источником средств к существованию, то есть не исключает наличие у лица (члена семьи) умершего кормильца какого-либо собственного дохода (получение пенсии). Факт нахождения на иждивении либо получения существенной помощи от умершего кормильца членом его семьи может быть установлен, в том числе в судебном порядке путем определения соотношения между объемом помощи, оказываемой умершим кормильцем, и его собственными доходами, и такая помощь может быть признана постоянным и основными источником средств к существованию семьи умершего кормильца.

Такое толкование понятия «иждивение» согласуется с правовой позицией Конституционного Суда РФ, изложенной в определении от 30 сентября 2010 года № 1260-О-О.

Таким образом, в связи с достижением истцом совершеннолетия юридически значимым обстоятельством по делу является нахождение ее на иждивении умершего отца.

Для вывода о нахождении на иждивении необходимо установление одновременно наличия следующих условий: нетрудоспособности лица, постоянности источника средств к существованию и установления факта того, что такой источник является основным для существования лица. Отсутствие одного из указанных условий исключает возможность признания лица иждивенцем.

Под полным содержанием умершим кормильцем членов семьи понимаются действия умершего кормильца, направленные на обеспечение членов семьи всеми необходимыми благами (питание, жилье, одежда, обувь и другие предметы жизненной необходимости).

Постоянный характер помощи означает, что она не была случайной, единовременной, а оказывалась систематически, в течение некоторого периода и что умерший взял на себя заботу о содержании данного члена семьи.

Понятие основной источник средств к существованию предполагает, что помощь кормильца должна составлять основную часть средств, на которые жили члены семьи. Она должна по своим размерам быть такой, чтобы без нее члены семьи, получившие ее, не смогли бы обеспечить себя необходимыми средствами жизни.

Документами, подтверждающими факт нахождения на иждивении, то есть на полном содержании умершего кормильца или получение от него помощи, которая была постоянным и основным источником средств к существованию, являются справки, выдаваемые жилищными органами или органами местного самоуправления, справки о доходах всех членов семьи и иные документы, содержание требуемые сведения, а в необходимых случаях – решение суда об установлении данного юридического факта.

В соответствии с пунктом 3 части 5 статьи 22 Федерального закона «О страховых пенсиях» страховая пенсия по случаю потери кормильца назначается со дня смерти кормильца, если обращение за указанной пенсией последовало не позднее чем через 12 месяцев со дня его смерти, а при превышении этого срока - на 12 месяцев раньше того дня, когда последовало обращение за указанной пенсией.

В соответствии со статьей 56 ГПК РФ каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основания своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральным законом.

Судом установлено, что ФИО4 является дочерью умершего ФИО6, на день смерти отца являлась и по настоящее время является студенткой ФГАОУ ВО «Санкт-Петербургский политехнический университет Петра Великого», не достигла возраста 23 лет, не трудоустроена, получателем пенсии или социальных выплат от ПФР не является, является получателем стипендии.

Вместе с тем, ФИО4 по сведениям УПФР в г. Сокол на момент смерти ФИО6 по 01 июля 2020 года являлась лицом, осуществляющим уход за нетрудоспособным лицом ФИО7, что приравнивается к трудовой деятельности и входит в трудовой стаж, компенсационная выплата неработающему трудоспособному лицу, осуществляющему уход за нетрудоспособным гражданином ФИО7, прекращена 01 июля 2020 года, составляет 1 380 рублей в месяц.

ФИО7, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, является дедом ФИО4, имеет 2 группу инвалидности, зарегистрирован по адресу: <адрес> 5, страховая пенсия которого в 2020 году составляет 23 991 рубль 86 копеек в месяц, пенсия по инвалидности – 2 782 рубля 67 копеек. Истцом представлены документы, подтверждающие приобретение для нетрудоспособного ФИО7 лекарственных препаратов, консультативной медицинской помощи. В судебном заседании представитель истца ФИО5 пояснила, что ФИО9 проживает вместе с ними с 2016 года.

Материалами дела подтверждено, что умерший ФИО6 постановлением администрации Вожегодского района от 18 октября 1993 года № 252 был назначен председателем комитета по физической культуре и спорту администрации района, распоряжением от 25 марта 1998 года № 61-р уволен по собственному желанию; в период с 09 июля 1992 года по 01 февраля 1993 года работал на Предприятии Тепловых сетей города Вологды слесарем 4 разряда в службе по ремонту газового оборудования; с 31 октября 1999 года по 31 декабря 2000 года осуществлял трудовую деятельность в Управлении образования Вожегодского муниципального района; затем работал в МБУ ДО «Вожегодская детско-юношеская спортивная школа имени олимпийской чемпионки А.И. Богалии», в МБУ «Физкультурно-оздоровительный комплекс» Вожегодского муниципального района, в БУ Спортивная школа «Олимп» Вологодского муниципального района, в ООО «Сельскохозяйственное предприятие «Куркино», в ФГБО ВПО «Вологодский государственный педагогический университет». При этом, в 2019 году ФИО6 работал в БУ Спортивная школа «Олимп» Вологодского муниципального района, его доход составил: в январе – 4 057 рублей 38 копеек, в феврале – 17 243 рубля 93 копейки, в марте – 4 310 рублей 99 копеек, 3 007 рублей 15 копеек, что подтверждается справкой 2-НДФЛ о доходах за 2019 год, представленной Межрайонной ИФНС России № 9 по Вологодской области.

Из Выписки из ЕГРИП следует, что ФИО6 с 10 октября 2012 года состоял на учете в качестве индивидуального предпринимателя в Межрайонной ИФНС России № 11 по Вологодской области, основным видом деятельности указано строительство жилых и нежилых зданий, дополнительными видами являются – производство электромонтажных работ, работы строительные отделочные, торговля оптовая за вознаграждение или на договорной основе. Вместе с тем, по сведениям УПФР в г. Сокол с 2017 года ФИО6, как индивидуальный предприниматель, страховых взносов в пенсионный орган не производил.

Согласно адресной справке отделения адресно-справочной работы УВМ УМВД России по Вологодской области ФИО6 имел регистрацию по адресу: <адрес>, снят с регистрационного учета 10 апреля 2020 года по причине смерти.

Из справки администрации Вожегодского городского поселения следует, что ФИО5, являющаяся матерью истца ФИО4, зарегистрирована по адресу: <адрес>, вместе с ней имеют регистрацию дочь ФИО4 и сын ФИО10

Согласно справке о доходах 2-НДФЛ ФИО5, ее доход за 2019 год составляет 887 296 рублей 44 копейки, среднемесячный доход – 73 941 рубль 37 копеек, за январь, февраль 2020 года доход ФИО5 составляет 185 932 рублей 57 копеек, среднемесячный доход - 92 966 рублей 28 копеек.

Истцом представлены документы на брата ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, который проходил обучение с 29 сентября 2017 года по 28 сентября 2020 года в аспирантуре Негосударственного образовательного частного учреждения высшего образования «Московского финансово-промышленного университета «Синергия» на очной форме обучения по направлению «экономика» на платной основе (г. Москва), 27 июля 2020 года получил диплом об окончании аспирантуры. При этом сведений о получении ФИО10 доходов, источнике доходов за указанный период обучения не представлено.

Также ФИО4 представлены сведения о расходах семьи, которые состоят из оплаты за коммунальные услуги в размере 10 000 - 11 000 рублей (подтвержденные документально), перечисление ФИО5 денежных средств на содержание ФИО10 в размере 35 000 рублей без документального подтверждения, расходы на дополнительный уход за ФИО7 в размере 10 502 рублей 44 копеек.

В судебном заседании представитель ФИО4 – ФИО5 подтвердила данные факты, пояснила, что содержанием дочери занимался ее отец ФИО6, который передавал ей денежные средства, приобретал продукты, одежду, дарил подарки, она оказывала материальную помощь сыну ФИО10 и несла расходы на уход за нетрудоспособным отцом ФИО7

Свидетели ФИО3 в суде пояснили, что ФИО6 осуществлял предпринимательскую деятельность, при этом конкретный источник и сумма дохода ФИО6 им неизвестна, передавал дочери денежные средства, дарил подарки, при этом подтверждающих факт передачи денежных средств документов на постоянной основе у них не имеется.

Вместе с тем, документального подтверждения, как источника и размера дохода умершего ФИО6, так и доказательств перечисления дочери либо передачи денежных средств, приобретения одежды, продуктов, иных необходимых предметов жизненной необходимости на постоянной основе, что явилось полным содержанием умершим кормильцем своей дочери, истцом и ее представителем не представлено.

Принимая во внимание изложенное, учитывая совокупный доход семьи Л-вых, значительным из которого является доход ФИО5 – матери истца, стипендию истца, доход ФИО7, при этом, учитывая, что сведений о доходе ФИО10, достигшего возраста 26 лет, не представлено, учитывая осуществление ФИО4 ухода за нетрудоспособным лицом на момент смерти отца ФИО6, то есть фактически осуществления ею трудовой деятельности в данный период, непроживание ее с отцом в течение длительного периода времени в связи с расторжением между родителями брака и переездом ФИО6 в иное место жительства в г. Вологду, отсутствие доказательств достаточного дохода у умершего и оказания им материальной помощи дочери при его жизни, являющегося постоянным и основным источником средств ФИО4 к существованию, как и доказательств, что размер собственных доходов истца и доходов членов семьи не был достаточным для обеспечения необходимых жизненных потребностей, что является юридически значимым обстоятельством, суд приходит к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований истца в полном объеме, поскольку документов, подтверждающих нахождение на полном содержании у умершего или получение от него помощи, которая является постоянным и основным источником средств к существованию, истцом не представлено.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

в удовлетворении исковых требований ФИО4 к Государственному учреждению – Управление Пенсионного фонда Российской Федерации в г. Сокол Вологодской области (межрайонное) об установлении факта нахождения на иждивении, признании незаконным решения, назначении страховой пенсии по случаю потери кормильца, отказать.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Вологодский областной суд через Сокольский районный суд Вологодской области в течение месяца со дня принятия решения суда в окончательной форме.

Судья Е.Б. Попова

Мотивированное решение изготовлено 19 ноября 2020 года.