Апелляционное постановление № 22-1386/2024 от 17 сентября 2024 г. по делу № 1-98/2024

Судья Чепкая С.А. Дело №22-1386/2024


А П Е Л Л Я Ц И О Н Н О Е П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г.Южно-Сахалинск 18 сентября 2024 года

Сахалинский областной суд в составе председательствующего судьи Исаева М.Н.,

рассмотрев в открытом судебном заседании с помощником судьи Трищенко И.Н., ведущей по поручению председательствующего протокол и аудиозапись судебного заседания, с участием прокурора отдела прокуратуры Сахалинской области Алексеевой О.В.

уголовное дело с апелляционной жалобой потерпевшей Потерпевший №1 на постановление Поронайского городского суда Сахалинской области от 29 июля 2024 года о возвращении в порядке ст.237 УПК РФ Поронайскому городскому прокурору уголовного дела в отношении обвиняемого по ч.4 ст.111 УК РФ Ф.И.О.1,

У С Т А Н О В И Л:

В апелляционной жалобе потерпевшая Потерпевший №1 просит постановление отменить и дело направить в тот же суд для продолжения судебного разбирательства.

В обоснование жалобы автор, подробно описывая содержание постановления о привлечении Ф.И.О.1 в качестве обвиняемого и собранные следователем по делу доказательства, утверждает, что обвинительное заключение составлено с соблюдением требований уголовно-процессуального закона, поскольку в обвинении следователем использована формулировка: «..умышленно нанёс Ф.И.О.2 клинком данного ножа не менее одного удара в область жизненно-важных органов», после чего со ссылкой на объективное доказательство по уголовному делу - заключение судебно-медицинской экспертизы трупа потерпевшего следователь конкретизировал место телесного повреждения - «колото-резаное ранение передней стенки живота, проникающего в брюшную полость с повреждением правой доли печени, желчевыводящих путей», а поэтому ходатайство стороны защиты и вывод суда о не конкретизации здесь предъявленного Ф.И.О.1 обвинения являются необоснованными.

Проверив поступившее на апелляцию уголовное дело, изучив доводы апелляционной жалобы потерпевшей Потерпевший №1 и высказанные на них возражения участвующего в апелляции прокурора Алексеевой О.В., суд второй инстанции не усматривает оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, поскольку находит постановление нижестоящего суда законным и обоснованным.

Согласно ч.1,ч.2 ст.1 Уголовно-процессуального кодекса РФ порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации, установленный этим Кодексом, является обязательным для судов, органов прокуратуры, органов предварительного следствия и органов дознания, а также иных участников уголовного судопроизводства.

В соответствии с ч.1 ст.21 УПК РФ уголовное преследование от имени государства по уголовным делам публичного и частно-публичного обвинения осуществляют прокурор, а также следователь и дознаватель.

В силу ст.171, ст.172, ст.175 УПК РФ прерогатива выдвижения от имени государства обвинения привлеченному к уголовной ответственности лицу принадлежит следователю, который обязан по окончании расследования составить обвинительное заключение, соответствующее требованиям ст.220 УПК РФ, в котором согласно п.3 и п.4 ч.1 должны быть указаны: существо обвинения, место и время совершения преступления, его способы, мотивы, цели, последствия и другие обстоятельства, имеющие значение для данного уголовного дела. В то же время ч.3 ст.15 УПК РФ гласит: «Суд не является органом уголовного преследования, не выступает на стороне обвинения или стороне защиты. Суд создаёт необходимые условия для исполнения сторонами их процессуальных обязанностей и осуществления предоставленных им прав.»

При этом ст.252 УПК РФ устанавливает пределы судебного разбирательства: «1. Судебное разбирательство проводится только в отношении обвиняемого и лишь по предъявленному ему обвинению. 2. Изменение обвинения в судебном разбирательстве допускается, если этим не ухудшается положение подсудимого и не нарушается его право на защиту.» В соответствии с п.1, п.2, п.3 ч.1 ст.299 УПК РФ при постановлении приговора суд в совещательной комнате разрешает вопросы, связанные с проверкой состоятельности предъявленного подсудимому обвинения, как то: 1) доказано ли, что имело место деяние, в совершении которого обвиняется подсудимый; 2) доказано ли, что деяние совершил подсудимый; 3) является ли это деяние преступлением и какими пунктом, частью, статьёй Уголовного кодекса Российской Федерации оно предусмотрено.

При этом законодателем предусмотрено, что в случае выявления судом того, что обвинительное заключение составлено с нарушением требований УПК РФ, исключающим возможность постановления судом приговора или вынесения иного решения на основе данного заключения, суд по ходатайству стороны или по собственной инициативе возвращает уголовное дело прокурору для устранения препятствий его рассмотрения (п.1 ч.1 ст.237 УПК РФ).

Согласно Постановлению Конституционного Суда РФ №18-П от 8 декабря 2003 года, Постановлению Пленума Верховного Суда РФ №1 от 5 марта 2004 года «О применении судами норм Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации» в тех случаях, когда существенное нарушение закона, допущенное в досудебной стадии и являющееся препятствием к рассмотрению уголовного дела, выявлено на судебной стадии, суд, если он не может устранить такое нарушение самостоятельно, по ходатайству сторон или по своей инициативе возвращает дело прокурору для устранения указанного нарушения в соответствии со ст.237 УПК РФ.

В данном случае, выявив в ходе судебного разбирательства по инициативе стороны защиты ДД.ММ.ГГГГ по уголовному делу в отношении Ф.И.О.1 факт процессуальной порочности формулировки предъявленного ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного ч.4 ст.111 УК РФ, Поронайский городской суд пришёл к правильному выводу о необходимости возвращения в порядке п.1 ч.1 ст.237 и ст.256 УПК РФ этого уголовного дела Поронайскому городскому прокурору.

Оспариваемый потерпевшей Потерпевший №1 вывод суда о не конкретизации выдвинутого против Ф.И.О.1 обвинения в умышленном причинении поздним вечером ДД.ММ.ГГГГ на лестничной площадке третьего этажа в подъезде <адрес> Ф.И.О.2 тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни человека, повлёкшее по неосторожности смерить потерпевшего, достаточно мотивирован, основан на нормах уголовного, уголовно-процессуального законов и материалах уголовного дела, из которых видно, что изложив в обвинительном заключении фабулу обвинения в совершении им преступления, предусмотренного ч.1 ст.111 УК РФ, объектом посягательства которого является здоровье человека, орган предварительного следствия не указал должным образом подлежащие в силу ст.73 УПК РФ доказыванию обстоятельства обязательных элементов объективной стороны состава этого уголовно-наказуемого деяния, а именно – не отражена причинно-следственная связь неправомерного, по версии гособвинения, действия Ф.И.О.1 по нарушению телесной целостности организма потерпевшего Ф.И.О.2, на трупе которого лишь потом судебной экспертизой было выявлено телесное повреждение, от которого он скончался. Когда как описание такой связи должно быть конкретным и очевидным, особенно для привлекаемого к уголовной ответственности лица, что в соответствии с п.1 ч.1 ст.73, п.4 ч.2 ст.171 и п.3 ч.1 ст.220 УПК РФ надлежит отражать в постановлении о привлечении в качестве обвиняемого и затем в обвинительном заключении, и чего в данном случае органом предварительного следствия сделано не было, ограничившись лишь фразой о нанесении Ф.И.О.1 клинком ножа «не менее одного удара в область жизненно-важных органов», что, в свою очередь, никак не указывает на причинение этим самым потерпевшему тяжкого вреда здоровью, опасного для жизни, поскольку не всякий ножевой удар влечёт последствия, указанные в ст.111 УК РФ.

Ссылка автора апелляционной жалобы на последующий абзац в постановлении о привлечении Ф.И.О.1 в качестве обвиняемого, в котором изложено содержание заключений судебно-медицинской экспертиз трупа Ф.И.О.2 с описанием обнаруженных у него телесных повреждений, юридически несостоятельна, поскольку судебная экспертиза как доказательство (п.3 ч.2 ст.74, ст.80 УПК РФ) не является фактическим обстоятельством инкриминированного Ф.И.О.1 преступного события, тем более, что в ходе производства по уголовному делу возможно проведение и других аналогичных экспертиз, результаты которых могут быть приняты во внимание судом, но это не означает, что новые экспертные заключения должны вновь включаться в фабулу обвинения, в которой они просто не должны быть в силу установленной ст.220 УПК РФ структуры составления обвинительного заключения, когда доказательства сторон (пп.5,6) указываются лишь после изложения существа обвинения (п.3) и формулировки предъявленного обвинения (п.4).

Более того, само по себе описание содержания названных экспертиз никак не указывают, что тяжкий вред здоровью потерпевшего, опасного для жизни, был причинён именно при вышеизложенных в тексте обвинения обстоятельствах, а не при иных обстоятельствах и даже другого события.

Рассуждения автора апелляционной жалобы о том, что имел ввиду следователь, не указывая локализацию нанесения обвиняемым ножевого удара потерпевшему, сводятся лишь к предполагаемому умозаключению, сделанному на основании анализа доказательств, который суд правомочен делать лишь в совещательной комнате при постановлении по делу итогового решения в порядке гл.39 УПК РФ, но никак в ходе судебного разбирательства.

Таким образом, не описав должным образом определённые действия Ф.И.О.1 свете требования вышеупомянутых норм уголовно-процессуального законодательства, орган предварительного следствия и прокуратура тем самым предложили суду не только исследовать не описанные в обвинительном заключении обстоятельства события, свидетельствующие об их незаконности, но и дать им (обстоятельствам) правовую оценку, т.е. сформулировать за них (орган предварительного следствия и прокуратуру) более чёткое обвинение, что явно нарушает требования ч.3 ст.15 и ст.252 УПК РФ, и что верно по сути констатировал суд первой инстанции в своём постановлении, придя к выводу о наличии здесь процессуального препятствия к вынесению итогового судебного решения ввиду того, что такие допущенные на досудебной стадии нарушения уголовно-процессуального закона создают неопределённость в сформулированном органами следствия обвинении, нарушают право подсудимого на защиту, лишая его и адвоката возможности определить объем обвинения, от которого он вправе защищаться, являются существенными и неустранимыми в ходе судебного разбирательства, исключающими возможность принятия судом первой инстанции решения по существу дела на основании данного обвинительного заключения.

Вопреки доводам потерпевшей существенных нарушений уголовно-процессуального закона, влекущих отмену обжалованного постановления, городским судом не допущено.

На основании изложенного, руководствуясь ст.389.13, ст.389.20, ст.389.28, ст.389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции

П О С Т А Н О В И Л:

Постановление Поронайского городского суда Сахалинской области от 29 июля 2024 года в отношении Ф.И.О.1 оставить без изменения, а апелляционную жалобу потерпевшей Потерпевший №1 – без удовлетворения.

Апелляционное постановление может быть обжаловано в предусмотренном главой 47.1 УПК РФ порядке в судебную коллегию по уголовным делам Девятого кассационного суда общей юрисдикции в г.Владивостоке, куда кассационные жалобы подаются непосредственно для рассмотрения в соответствии со стст.401.10-401.12 УПК РФ.

Судья Сахалинского областного суда Исаев М.Н.

«Копия верна»,- судья Сахалинского областного суда Исаев М.Н.