Решение № 2-1122/2019 2-1122/2019~М-181/2019 М-181/2019 от 6 февраля 2019 г. по делу № 2-1122/2019

Дело № 2-1122/2019


РЕШЕНИЕ

Именем Российской Федерации

7 февраля 2019 года город Чебоксары

Московский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики в составе председательствующего судьи Михайловой А.Л., при секретаре судебного заседания Солдатовой Н.В., с участием истца ФИО1, его представителя ФИО2, ответчика ФИО3, ее представителя – адвоката Павловой А.В., представителя третьего лица ФИО4, рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО1 к ФИО3 о признании договора дарения недействительным,

установил:

ФИО1 обратился в суд с иском к ФИО3 о признании договора дарения недействительным.

Требования мотивированы тем, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор дарения транспортного средства <данные изъяты>

Указанную сделку по безвозмездному отчуждению имущества истец считает недействительной, поскольку она совершена без цели создания юридических последствий. Договор подписан истцом по просьбе ФИО3 в связи с приобретением ею автомобиля <данные изъяты> в качестве гарантии по обязательствам совместного погашения кредита за этот автомобиль.

Из текста договора дарения не следует, что ФИО3 приняла от ФИО1 автомобиль, акт приема-передачи транспортного средства между ними не составлялся. Автомобиль <данные изъяты> всегда находился в собственности и пользовании истца.

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ООО «Союз-Гарант» (далее также Общество) заключен договор № купли-продажи указанного автомобиля за 677 000 руб. Согласно пункту 3.1.4 договора автомобиль не находится под арестом, в залоге, в доверительном управлении, в аренде, не передан в качестве вклада в простое товарищество (совместную деятельность) или в уставной капитал юридического лица, не является предметом исков третьих лиц и не обременен какими-либо иными правами третьих лиц.

В этот же день автомобиль вместе с документами и ключами был передан истцом Обществу по акту приема-передачи, тем самым у ФИО1 возникло право требования денежных средств от ООО «Союз-Гарант» в размере 677 000 руб.

По договору от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уступил ФИО3 право требования от ООО «Союз-Гарант» денежных средств в размере 677 000 руб. Неотъемлемой частью этого договора является договор № купли-продажи автомобиля <данные изъяты>, о наличии которого ответчику было известно.

Денежные средства в размере 677 000 руб. были учтены по взаимному зачету при приобретении ФИО3 у Общества автомобиля марки <данные изъяты>.

Поскольку при составлении оспариваемого договора передача предмета договора не происходила, то и применить последствия недействительности сделки в виде реституции не представляется возможным.

Просят признать недействительным заключенный между сторонами договор от ДД.ММ.ГГГГ дарения транспортного средства <данные изъяты>

В судебном заседании истец ФИО1 и его представитель ФИО2 поддержали исковые требования, дополнительно пояснив, что договор дарения подписан истцом без какого-либо давления со стороны ФИО3, в интересах последней и в целях приобретения на имя ответчика автомобиля <данные изъяты>.

Ответчик ФИО3, ее представитель – адвокат Павлова А.В., представитель третьего лица ООО «Союз-Гарант» ФИО4 возражали против удовлетворения исковых требований ввиду их необоснованности.

Заслушав пояснения сторон, изучив материалы дела, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из пункта 1 статьи 572 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору дарения одна сторона безвозмездно передает или обязуется передать другой стороне вещь в собственность либо имущественное право (требование) к себе или к третьему лицу либо освобождает или обязуется освободить ее от имущественной обязанности перед собой или перед третьим лицом.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В ходе рассмотрения дела установлено, что ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 и ФИО3 был заключен договор дарения транспортного средства <данные изъяты>

ДД.ММ.ГГГГ между ФИО1 (продавец) и ООО «Союз-Гарант» (покупатель) заключен договор № купли-продажи указанного автомобиля за 677 000 руб.

По договору от ДД.ММ.ГГГГ ФИО1 уступил ФИО3 право требования от ООО «Союз-Гарант» денежных средств в размере 677 000 руб.

ДД.ММ.ГГГГ между ООО «Союз-Гарант» (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор № купли-продажи автомобиля <данные изъяты>. При этом по их соглашению от этой же даты были прекращены взаимные обязательства ООО «Союз-Гарант» и ФИО3 друг перед другом по договору уступки и договору купли-продажи от ДД.ММ.ГГГГ в размере 677 000 руб.

Таким образом, денежные средства, полученные от продажи автомобиля Рено Колеос, были направлены в счет частичной оплаты стоимости автомобиля Ford Kuga.

Оспаривая договор дарения, истец ссылается на отсутствие намерений создать соответствующие ему правовые последствия. Фактически он указывает на мнимый характер совершенной сделки.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимой является сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия. Мнимая сделка ничтожна.

Согласно договору дарения даритель ФИО1 передает автомобиль ФИО3 в дар, а одаряемая принимает его (пункт 2.1).

Как указано в пункте 3.2 договора стороны полностью понимают смысл договора, не заблуждаются относительно его существа; заключают договор не вследствие стечения тяжелых обстоятельств, крайне невыгодных для себя условиях; договор не является для них кабальной сделкой.

Из буквального значения содержащихся в договоре слов и выражений (статья 431 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует, что стороны заключали именно договор дарения автомобиля, осознавая все вытекающие из этого последствия.

Как пояснили в судебном заседании стороны, целью заключения договора дарения автомобиля Рено Колеос было последующее приобретение ФИО3 на свое имя автомобиля <данные изъяты> и частичное погашение его стоимости за счет денежных средств от продажи автомобиля <данные изъяты>.

Из изученных в ходе рассмотрения дела документов следует, что реальные правовые последствия оспариваемого договора наступили, о чем свидетельствуют действия ФИО1 и ФИО3 по уступке права требования от ООО «Союз-Гарант» денежных средств в размере 677 000 руб. за автомобиль <данные изъяты> и по приобретению автомобиля <данные изъяты>.

Оспариваемый договор дарения, заключенный между истцом и ответчиком, не содержит признаков мнимой сделки, поскольку воля сторон была достигнута, по форме и содержанию соответствует закону.

Согласно статье 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации каждая сторона должна доказать те обстоятельства, на которые она ссылается как на основание своих требований и возражений, если иное не предусмотрено федеральными законами.

На основании части 1 статьи 67 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Истцом не представлены доказательства, в достаточной степени подтверждающие обстоятельства того, что при совершении спорной сделки стороны не намеревались ее исполнять, оспариваемая сделка не была исполнена, не породила правовых последствий.

В связи с изложенным суд не усматривает законных оснований для признания недействительным заключенного между ФИО1 и ФИО3 договора от ДД.ММ.ГГГГ дарения транспортного средства марки <данные изъяты>.

Руководствуясь статьями 194-198 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, суд

решил:

отказать в удовлетворении исковых требований ФИО1 к ФИО3 о признании недействительным договора от ДД.ММ.ГГГГ дарения транспортного средства <данные изъяты>

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Чувашской Республики через Московский районный суд г. Чебоксары Чувашской Республики в течение одного месяца со дня вынесения мотивированного решения.

Председательствующий судья А.Л. Михайлова

Мотивированное решение составлено 11 февраля 2019 года.