Решение № 2-649/2024 2-649/2024~М-372/2024 М-372/2024 от 21 июля 2024 г. по делу № 2-649/2024

Дело № 2-649/2024

УИД12RS0008-01-2024-000589-64


РЕШЕНИЕ

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

п. Медведево 22 июля 2024 года

Медведевский районный суд Республики Марий Эл в составе

председательствующего судьи Яковлева А.С.,

при секретаре судебного заседания Караваевой Ю.С.,

с участием прокурора Бахтиной О.В.,

рассмотрев в открытом судебном заседании гражданское дело по иску ФИО10, ФИО11, действующей также в интересах несовершеннолетнего ФИО1, к обществу с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Интер» о признании несчастного случая связанным с производством, компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение, единовременной денежной компенсации,

УСТАНОВИЛ:

ФИО10, ФИО11, действующая также в интересах несовершеннолетнего ФИО1, обратились в суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Интер» (далее – ООО ЧОП «Интер»), с учетом уточнения требований просили признать несчастный случай, произошедший 8 марта 2022 года с ФИО2 при исполнении трудовых обязанностей, связанным с производством, обязать ответчика составить акт о несчастном случае на производстве, взыскать с ответчика компенсацию морального вреда в размере 1500000 руб. в пользу каждого из истцов в связи со смертью близкого человека, взыскать в пользу ФИО11 в счет понесенных расходов на погребение ФИО2 71556 руб., взыскать в пользу ФИО11 единовременную денежную компенсацию в размере 1068550 руб.

В обоснование заявленных требований указано, что ФИО2 был трудоустроен в ООО ЧОП «Интер» на должности охранника. 8 марта 2022 года в ходе исполнения трудовых обязанностей на рабочем месте ФИО2 получил тяжкие телесные повреждения несовместимые с жизнью, после чего скончался. Приказом ООО «ЧОП «Интер» №12 от 8 марта 2022 года трудовой договор с ФИО2 прекращен в связи со смертью работника. Между тем, по настоящее время акт о несчастном случае на производстве не составлен, на письменный запрос ответчик не отреагировал. Смертью близкого человека истцам причинен моральный вред. Также ФИО11 понесены расходы на проведение погребения ФИО2, которые подлежат взысканию с ответчика. С ответчика также подлежит взысканию денежная компенсация в соответствии с п.4.10 Московского трехстороннего соглашения на 202-2024 годы от 30 декабря 2021 года.

Стороной ответчика представлены письменные возражения на иск, в котором с заявленными требованиями ответчик не согласился, указал, что смерть ФИО2 наступила в результате действий третьего лица ФИО3, который не являлся сотрудником ЧОП, то есть вне рамок трудовых правоотношений, вина работодателя в причинении вреда ФИО2 отсутствует, в материалах дела отсутствуют доказательства смерти ФИО2 на рабочем месте, поскольку на территории, где произошла смерть ФИО2 функционировали две организации. Также истцами не представлены доказательства каких-либо нарушений трудового законодательства со стороны ответчика, истцы вправе обратиться с требованиями к непосредственному причинителю вреда. ФИО2 в полном объеме выплачена заработная плата, родственникам произведена выплата пособия на погребение и материальная помощь. В момент конфликта с ФИО3 ФИО2 находился за пределами своего рабочего места, которое он оставил самовольно.

Определением Медведевского районного суда Республики Марий Эл от 22 июля 2024 года принят отказ ФИО10, ФИО11, действующей также в интересах несовершеннолетнего ФИО1, от иска к обществу с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Интер» в части требований о возложении обязанности составить акт о несчастном случае, производство по делу в данной части прекращено.

Представитель третьего лица Отделение фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации по г.Москве и Московской области в судебное заседание не явился, извещен надлежащим образом, представил письменные возражения на иск, в которых указано, что материалы расследования несчастного случая от работодателя не поступали, в связи с чем отсутствовали основания для проведения экспертизы несчастного случая.

Истец ФИО10 в судебное заседание не явилась, извещалась надлежащим образом, просила рассмотреть дело в свое отсутствие.

С учетом положений ст. 167 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации (далее ГПК РФ) суд считает возможным рассмотреть дело без участия неявившихся лиц.

Истец ФИО11 в судебном заседании уточненные требования поддержала, в ходе рассмотрения дела по существу пояснила, что работодателем была оказана материальная помощь в размере 10000 руб., а также выплачены погребальные в размере 6900 руб.

Представитель истца ФИО12 в судебном заседании требования поддержал, дополнил, что с учетом наличия в исковом заявлении арифметической ошибки в расчете расходов на погребение, а также произведенной ответчиком выплаты взысканию подлежат расходы на погребение в размере 63496,32 руб.

Представитель ответчика ФИО13 в судебном заседании, с иском не согласилась, поддержала доводы отзывов на исковое заявление, дополнила, что смерть ФИО2 наступила в результате преступных действий третьего лица, нарушений условий труда материалами дела не установлено, ФИО2 нарушил инструкцию, покинув место работы.

Изучив материалы гражданского дела, заслушав участников процесса, заключение прокурора Бахтиной О.В., полагавшей исковые требования законными и обоснованными, суд приходит к следующему.

Как следует из материалов дела, 31 июля 2004 года между ФИО2 и ФИО14 заключен брак, актовая запись №123, после заключения брака ФИО14 присвоена фамилия ФИО15.

ФИО2 является отцом ФИО1, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно свидетельству о рождении от 27 марта 2015 года и ФИО10, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, согласно свидетельству о рождении от 30 ноября 2004 года.

В соответствии с копией трудовой книжки 12 ноября 2021 года ФИО2 принят в отдел физической охраны на должность охранника ООО ЧОП «Интер», трудовой договор прекращен 8 марта 2022 года в связи со смертью работника. Указанное также подтверждается трудовым договором от 12 ноября 2021 года, приказом от 12 ноября 2021 года №28, приказом от 8 марта 2022 года №12.

Постановлением Московского городского суда от 19 июня 2023 года, вступившим в законную силу 6 июля 2023 года, признано доказанным совершение ФИО3 запрещенных уголовным законом общественно опасных деяний, подпадающих под признаки преступлений, предусмотренных ч.1 ст.166, ч.1 ст.119, п. «а» ч.2 ст.105 УК РФ. Из указанного постановления следует, что ФИО3 8 марта 2022 года в период времени с 8 часов 15 минут до 8 часов 18 минут, находясь на строительной площадке вблизи дома, расположенного по адресу: ..., беспричинно нанес ранее ему незнакомому ФИО2 туристическим ножом 13 ударов в область расположения жизненно важных органов – головы, груди и туловища, причинив ФИО2 телесные повреждения. Смерть ФИО2 наступила в результате перечисленных действий ФИО3 в период времени с 9 часов 50 минут до 11 часов 35 минут 8 марта 2022 года на месте происшествия в автомобиле скорой медицинской помощи от острой кровопотери, развившейся вследствие колото-резаных ранений туловища с повреждениями левого легкого, сердца, диафрагмы и левой почки, сопровождавшейся наружным и внутренним кровотечением.

Указанные обстоятельства смерти ФИО2 также подтверждаются копиями постановления следователя следственного отдела по расследованию преступлений на метрополитене, особо режимных объектах и в экологической сфере Главного СУ СК по г.Москве от 9 февраля 2023 года и заключения эксперта № ... от 9 марта 2022 года, которые стороной ответчика не оспаривались, как и факт трудовых отношений с ФИО2 и его нахождение 8 марта 2022 года на смене.

В соответствии с частью 2 статьи 22 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан обеспечивать безопасность и условия труда, соответствующие государственным нормативным требованиям охраны труда. Работодатель обязан возмещать вред, причиненный работникам в связи с исполнением ими трудовых обязанностей, а также компенсировать моральный вред в порядке и на условиях, которые установлены Трудовым кодексом Российской Федерации, федеральными законами и иными нормативными правовыми актами.

Частью 1 статьи 212 Трудового кодекса Российской Федерации определено, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Федеральный закон от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ «Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», как следует из его преамбулы, устанавливает в Российской Федерации правовые, экономические и организационные основы обязательного социального страхования от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний и определяет порядок возмещения вреда, причиненного жизни и здоровью работника при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях.

Несчастным случаем на производстве в силу абзаца десятого статьи 3 Федерального закона от 24 июля 1998 года № 125-ФЗ признается событие, в результате которого застрахованный получил увечье или иное повреждение здоровья при исполнении им обязанностей по трудовому договору и в иных установленных данным федеральным законом случаях как на территории страхователя, так и за ее пределами либо во время следования к месту работы или возвращения с места работы на транспорте, предоставленном страхователем, и которое повлекло необходимость перевода застрахованного на другую работу, временную или стойкую утрату им профессиональной трудоспособности либо его смерть.

В связи с этим для правильной квалификации события, в результате которого причинен вред жизни или здоровью пострадавшего, необходимо в каждом случае исследовать юридически значимые обстоятельства, в частности, имели ли место обстоятельства, при наличии которых несчастные случаи могут квалифицироваться как не связанные с производством, исчерпывающий перечень таких обстоятельств содержится в части 6 статьи 229.2 Трудового кодекса Российской Федерации.

По смыслу приведенных правовых норм несчастный случай на производстве образует любое повреждение здоровья, смерть, полученные работником при исполнении им трудовых обязанностей или выполнении иной работы по поручению работодателя, а также при осуществлении других правомерных действий, вытекающих из трудовых отношений.

В силу части 1 статьи 91 Трудового кодекса Российской Федерации рабочее время - время, в течение которого работник в соответствии с правилами внутреннего трудового распорядка и условиями трудового договора должен исполнять трудовые обязанности, а также иные периоды времени, которые в соответствии с данным кодексом, другими федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации относятся к рабочему времени.

Статьей 209 Трудового кодекса Российской Федерации установлено, что рабочее место - место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17 марта 2004 года № 2 «О применении судами Российской Федерации Трудового кодекса Российской Федерации», если в трудовом договоре, заключенном с работником, либо локальном нормативном акте работодателя (приказе, графике и т.п.) не оговорено конкретное рабочее место этого работника, то в случае возникновения спора по вопросу о том, где работник обязан находиться при исполнении своих трудовых обязанностей, следует исходить из того, что в силу части шестой статьи 209 Кодекса рабочим местом является место, где работник должен находиться или куда ему необходимо прибыть в связи с его работой и которое прямо или косвенно находится под контролем работодателя.

В соответствии со статьей 230 Трудового кодекса Российской Федерации по каждому несчастному случаю, квалифицированному по результатам расследования как несчастный случай на производстве и повлекшему за собой необходимость перевода пострадавшего в соответствии с медицинским заключением, выданным в порядке, установленном федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, на другую работу, потерю им трудоспособности на срок не менее одного дня либо смерть пострадавшего, оформляется акт о несчастном случае на производстве по установленной форме в двух экземплярах, обладающих равной юридической силой, на русском языке либо на русском языке и государственном языке республики, входящей в состав Российской Федерации. При групповом несчастном случае на производстве акт о несчастном случае на производстве составляется на каждого пострадавшего отдельно.

Согласно разъяснениям, данным в пункте 8 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 марта 2011 года № 2 «О применении судами законодательства об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний», надлежит учитывать, что положениями Трудового кодекса Российской Федерации), регулирующими вопросы расследования несчастных случаев на производстве (статьями 227 - 231), предусматривается возможность квалификации в качестве несчастных случаев, связанных с производством, и составление актов по форме Н-1 по всем несчастным случаям, имевшим место при исполнении работниками их трудовых обязанностей, даже если в причинении вреда работнику виновно исключительно третье лицо, не являющееся работодателем этого работника.

По смыслу статьи 2 Конституцией Российской Федерации, человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства, а также со статьей 212 Трудового кодекса Российской Федерации о том, что обязанности по обеспечению безопасных условий и охраны труда возлагаются на работодателя.

Согласно статье 214 Трудового кодекса Российской Федерации работодатель обязан принять мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи, а также создать безопасные условия труда исходя из комплексной оценки технического и организационного уровня рабочего места, а также исходя из оценки факторов производственной среды и трудового процесса, которые могут привести к нанесению вреда здоровью работников.

Разрешая требования, суд исходит из того, что факт несчастного случая на производстве и обстоятельства несчастного случая подтверждены пояснениями истца, результатами судебно-медицинской экспертизы, постановлением Московского городского суда от 19 июня 2023 года, копией материалов уголовного дела в отношении ФИО3, представленного по запросу суда.

В части доводов ответчика о самовольном оставлении ФИО2 своего рабочего места 8 марта 2022 года суд отмечает следующее.

В соответствии с договором №275Ф/21 на оказание охранных услуг от 31 августа 2021 года между ООО «Грузинский вал» и ООО ЧОП «Интер» последний обязался оказать охранные услуги по организации и обеспечению охраны «Объекта» и имущества Заказчика, находящегося в собственности либо пользовании Заказчика, находящегося на «Объекте». По смыслу п.1.3 договора «Объектом» по договору является территория общей площадью 1237 кв.м из состава земель населенных пунктов, кадастровый номер квартала № ..., имеющая адресные ориентиры: ..., в границах, определенных приложением №1 к Договору на размещение некапитального объекта № ... от 11 сентября 2018 года.

Согласно приложению №2 к Договору №275Ф/21 на оказание охранных услуг от 31 августа 2021 года сторонами определен план «Объекта» с описанием его границ в части координат и длин линий. Исходя из указанной схемы «Объект» представляет собой земельный участок, схематически похожий на букву «L», верхняя часть которой расположена между ....

В соответствии с приложением №1 к Договору №275Ф/21 на оказание охранных услуг от 31 августа 2021 года сторонами согласована и утверждена должностная инструкция частного охранника на объекте охраны, с которой 12 ноября 2021 года был ознакомлен ФИО2, принадлежность подписи которого подтвердила в судебном заседании ФИО11

Согласно разделу 3.10 должностной инструкции частному охраннику запрещается самовольно покидать пост и охраняемый «Объект» до окончания дежурства, отвлекаться от дежурства.

В соответствии с протоколом осмотра места происшествия от 8 марта 2022 года после осмотра трупа ФИО2 следственно-оперативная группа перемещается на территорию строительного объекта через КПП№1 (согласно план-схеме), оборудованного контрольно-пропускной системой. При проходе через вышеуказанное КПП и при движении вперед на 40 метров обнаруживается участок местности, площадью примерно 15 кв.м, огороженный красно-белой лентой. Слева от указанного участка расположен экскаватор желтого цвета, на противоположной стороне от экскаватора находится ограждение из шлакоблока и металлических труб. Поверхность осматриваемого участка состоит из песка со снегом. На участке обнаружены след следообразующей поверхности, капли вещества бурого цвета, погон черного цвета, окурок от сигареты, пачка из под сигарет и прозрачные пластиковые стаканчики. К протоколу приложена план-схема, на которой отмечено место происшествия и фототаблица указанного места, на которой также стрелкой красного цвета указано место совершения преступления (фото №27).

Согласно протоколу осмотра места происшествия от 4 ноября 2022 года, составленного с участием свидетеля ФИО5, определены географические координаты места конфликта ФИО3 и ФИО2 – <данные изъяты>.

В соответствии с протоколом осмотра предметов и документов от 8 марта 2022 года старшим следователем следственного отдела по Тверскому району следственного управления по Центральному административному округу Главного следственного управления СК РФ по г.Москве в присутствии понятых произведен осмотр дискового носителя выданного старшим смены ЧОО «Барс» ФИО6 в ходе допроса по уголовному делу № ..., в ходе осмотра на диске установлено наличие 6 файлов, которые были воспроизведены и сделаны скриншоты видеозаписей. На скриншотах файла с названием № ... запечатлен момент конфликта между ФИО2 и неизвестным мужчиной, совершившего на него нападение и нанесшего ножевые ранения. Конфликт произошел на участке местности между экскаватором и ограждением из шлакоблоков и металлических труб, который совпадает с описанием места происшествия, изложенного в протоколе осмотра места происшествия от 8 марта 2022 года.

Указывая на то, что данное место конфликта находится за пределами «Объекта», то есть за пределами рабочего места ФИО2, сторона ответчика не представила надлежащих, допустимых и бесспорных доказательств данного довода. Соотнеся план-схему, приложенную к протоколу осмотра места происшествия от 8 марта 2022 года, скриншоты видеозаписей из протокола осмотра предметов и документов от 8 марта 2022 года с планом «Объекта» (Приложение №2 к Договору на оказание охранных услуг №275Ф/21 от 31 августа 2021 года) суд не может прийти к однозначному выводу о нахождении места происшествия за пределами охраняемой территории.

При этом суд отмечает, что вопреки доводам представителя ответчика о том, что каждому из сотрудников охраны были на местности показаны границы «Объекта», из представленных материалов уголовного дела с очевидностью следует отсутствие ограждения «Объекта», а также каких-либо визуальных опознавательных знаков границ охраняемой территории, которые позволяли бы сотрудникам ответчика с достоверностью их определять в ходе исполнения служебных обязанностей. Данные обстоятельства по мнению суда не позволяют прийти к выводу об оставлении ФИО2 своего рабочего места даже в случае если нападение ФИО3 произошло в нескольких метрах от формальных границ охраняемого «Объекта». Доказательств умышленного оставления рабочего места ФИО2, а также выхода за пределы охраняемой территории вследствие грубой неосторожности с учетом вышеприведенных обстоятельств определения границ рабочего места стороной ответчика не представлено.

Также стороной ответчика не представлены сведения о надлежащем обеспечении безопасных условий и охраны труда сотрудников на охраняемом объекте, принятии мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников с учетом установленных обстоятельств отсутствия каких-либо ограждений охраняемой территории, наличия мер по предотвращению доступа третьих лиц на охраняемый объект. Доводы представителя ответчика о том, что если бы ФИО2 находился на территории «Объекта», то есть на расстоянии нескольких метров от места нападения, то нападения бы не было, являются предположением и надлежащими доказательствами не подтверждены.

Стороной ответчика представлена служебная записка начальника охраны ФИО7 от 9 марта 2022 года, в соответствии с которой до руководства ООО ЧОП «Интер» доводятся сведения о происшествии 8 марта 2022 года. Из текста документа следует, что по результатам опроса сотрудников ЧОП происшествие произошло на территории, прилегающей к охраняемому объекту, за пределами места осуществления трудовых функций ФИО2 – Пост №3 (КПП), а именно на общедоступной территории г.Москва. ФИО2 покинул территорию охраняемого объекта и вступил в конфликт с неустановленным мужчиной, который ранее предпринимал попытки прохода на объект. Просит прекратить служебное разбирательство о факте нарушения должностных обязанностей в отношении ФИО2 прекратить в связи с его гибелью.

Между тем, к указанному доказательству суд относится критически. Согласно пояснениям представителя ответчика ФИО7 в день происшествия отсутствовал на рабочем месте, изложенные в служебной записке обстоятельства установлены по результатам опроса сотрудников ЧОП. При этом письменные опросы указанных сотрудников, либо же письменные объяснения данных лиц стороной ответчика не представлены. Тогда как из протоколов допроса свидетелей ФИО8, ФИО4, ФИО9, ФИО5 (являющихся очевидцами вышеуказанных событий и коллегами ФИО2) от 8 марта 2022 года не следует, что ФИО2 после того как заступил на смену, покинул свое рабочее место. Также из протоколов допроса свидетелей не следует, что кто-либо видел или пресекал попытки ФИО3 пройти на объект, в соответствии с показаниями свидетеля ФИО5 высказано предположение, что данный мужчина мог перелезть через забор до момента происшествия, так как заборы не несущие, и перелезть через них не составляет сложностей. Также стороной ответчика не приводились доводы о проведении какого-либо служебного разбирательства по поводу произошедшего происшествия, суду какие-либо результаты разбирательства не представлены.

Таким образом, стороной ответчика не представлено допустимых и неоспоримых доказательств отсутствия ФИО2 на рабочем месте 8 марта 2022 года, его самовольном оставлении рабочего места в спорный период.

Доводы ответчика о причинении смерти ФИО2 в результате действий исключительно третьего лица ФИО3, который не состоял с ООО ЧОП «Интер» в трудовых отношениях, не свидетельствуют об отсутствии оснований для отказа в удовлетворении заявленных требований, поскольку возможность квалификации в качестве несчастных случаев, связанных с производством, всех несчастных случаев, имевших место при исполнении работниками их трудовых обязанностей, даже если в причинении вреда работнику виновно исключительно третье лицо, не являющееся работодателем этого работника, прямо предусмотрено действующим законодательством. Кроме того, постановление Московского городского суда от 19 июня 2023 года в отношении ФИО3 не влияет на правоотношения ФИО2 и ООО ЧОП «Интер», возникших из трудового и гражданского законодательства.

При этом именно на работодателе лежит обязанность по обеспечению безопасных условий и охраны труда, принятии мер по предотвращению аварийных ситуаций, сохранению жизни и здоровья работников при возникновении таких ситуаций, в том числе по оказанию пострадавшим первой помощи согласно положениям статьи 214 Трудового кодекса Российской Федерации. Между тем, стороной ответчика не представлены сведения о надлежащем обеспечении безопасных условий труда ФИО2, в том числе в части организации пропускного режима на территории, на которой осуществлялись трудовые функции ФИО2, и принятии мер по предотвращению доступа на указанную территорию посторонних лиц.

Повреждение здоровья ФИО2, повлекшее его смерть, имело место при осуществлении последним действий, обусловленных трудовыми отношениями с работодателем, во время осуществления ФИО2 работ в интересах работодателя на рабочем месте, что само по себе свидетельствует о неисполнении ответчиком надлежащим образом обязанностей по обеспечению безопасных условий труда, в связи с чем суд приходит к выводу о наличии оснований для удовлетворения требований о признании несчастного случая связанным с производством. Сведения о наличии в действиях ФИО2 грубой неосторожности отсутствуют.

Разрешая требования истцов о компенсации морального вреда в связи с гибелью близкого человека, суд отмечает следующее.

Из части первой статьи 21, части второй статьи 22, части первой статьи 210, статьи 214, части первой статьи 216, части первой статьи 237 Трудового кодекса Российской Федерации в их системной взаимосвязи следует, что работник имеет право на труд в условиях, отвечающих государственным нормативным требованиям охраны труда, включая требования безопасности. Это право работника реализуется исполнением работодателем обязанности создавать такие условия труда. При получении работником во время исполнения им трудовых обязанностей травмы или иного повреждения здоровья ему в установленном законодательством порядке возмещается материальный и моральный вред. В случае смерти работника в результате несчастного случая на производстве право на такое возмещение вреда имеют названные в законе лица, которым причинен ущерб в результате смерти кормильца. Моральный вред работнику, получившему трудовое увечье, и, соответственно, членам семьи работника, если смерть работника наступила вследствие несчастного случая на производстве, возмещает работодатель, не обеспечивший работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности (п. 12 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 25 ноября 2020 года).

Поскольку работодатель обязан обеспечить работнику охрану труда, в том числе в виде безопасных условий работы, а в случае смерти работника в результате несчастного случая, квалифицированного как несчастный случай на производстве, возместить причиненный по его вине вред, в том числе моральный, членам семьи работника, которые имеют право на возмещение работодателем, не обеспечившим работнику безопасные условия, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности, морального вреда, причиненного утратой члена семьи, суд с учетом того, что несчастный случай с ФИО2 8 марта 2022 года произошел на производстве, приходит к выводу о возложении на работодателя ответственности в виде обязанности компенсировать моральный вред членам семьи ФИО2: супруге ФИО11 и детям – ФИО10, ФИО1

При этом суд отмечает, что обстоятельства касаемо несчастного случая, приведшего к гибели ФИО2, подразумевают не подлежащим доказыванию сам факт причинения нравственных страданий истцам, связанных со смертью близкого родственника, в связи с чем страдания истцов носят неоспоримый характер ввиду невосполнимой утраты близкого им человека, поэтому сама гибель ФИО2 является для них необратимым обстоятельством, поскольку утрата самого близкого человека рассматривается в качестве наиболее сильного переживания, препятствующего социальному функционированию и адаптации лица к новым жизненным обстоятельствам, а также нарушает неимущественное право на родственные и семейные связи, что свидетельствует о причинении истцам нравственных страданий.

При разрешении исковых требований о компенсации морального вреда, причиненного повреждением здоровья или смертью работника при исполнении им трудовых обязанностей вследствие несчастного случая на производстве суду в числе юридически значимых для правильного разрешения спора обстоятельств надлежит установить, были ли обеспечены работодателем работнику условия труда, отвечающие требованиям охраны труда и безопасности. Бремя доказывания исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работников лежит на работодателе, в том числе, если вред причинен в результате неправомерных действий (бездействия) другого работника или третьего лица, не состоящего в трудовых отношениях с данным работодателем (пункт 46 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Размер компенсации морального вреда, присужденный к взысканию с работодателя в случае причинения вреда здоровью работника вследствие профессионального заболевания, причинения вреда жизни и здоровью работника вследствие несчастного случая на производстве, в том числе, в пользу члена семьи работника, должен быть обоснован, помимо прочего, с учетом степени вины работодателя в причинении вреда здоровью работника в произошедшем несчастном случае (абзац 2 пункта 47 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2022 года № 33).

Из изложенного следует, что, поскольку, предусматривая в качестве способа защиты нематериальных благ компенсацию морального вреда, закон устанавливает лишь общие принципы для определения размера такой компенсации, суду при разрешении спора о компенсации морального вреда необходимо в совокупности оценить конкретные незаконные действия причинителя вреда, соотнести их с тяжестью причиненных потерпевшему физических и нравственных страданий и индивидуальными особенностями его личности, учесть заслуживающие внимание фактические обстоятельства дела, а также требования разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушения прав пострадавшей стороны как основополагающие принципы, предполагающие установление судом баланса интересов сторон. При этом соответствующие мотивы о размере компенсации морального вреда должны быть приведены в судебном постановлении во избежание произвольного завышения или занижения судом суммы компенсации.

При этом суд отмечает, что стороной ответчика доказательства исполнения возложенной на него обязанности по обеспечению безопасных условий труда и отсутствия своей вины в необеспечении безопасности жизни и здоровья работника не представлено, сведения о каких-либо нарушениях трудовых обязанностей, техники безопасности, а также неосторожности в действиях ФИО2 в материалах дела отсутствуют. При этом судом учитывается добровольно оказанная ответчиком материальная помощь членам семьи погибшего ФИО2 в размере 10000 руб.

Оценив представленные по делу доказательства в их взаимной связи, учитывая, что, по смыслу действующего правового регулирования, размер компенсации морального вреда определяется исходя из установленных при разбирательстве дела характера и степени понесенных истцами физических и нравственных страданий, связанных с индивидуальными особенностями их личности, период времени, прошедший с момента гибели ФИО2, принимая во внимание требования разумности и справедливости, суд приходит к выводу, что исковые требования о компенсации морального вреда в связи со смертью близкого человека подлежат удовлетворению в размере 900000 руб. в пользу каждого из истцов.

По мнению суда такой размер компенсации морального вреда соответствует характеру причиненного вреда, требованиям разумности и справедливости.

ФИО11 также понесены расходы по организации погребения ФИО2 в общем размере 72556 руб., что подтверждается товарным и кассовым чеком от 9 марта 2022 года на сумму 13430 руб., товарным и кассовым чеком от <...> года на сумму 21166 руб., а также договором № ... от 17 марта 2022 года, актом приемки-сдачи оказанных услуг от 17 марта 2022 года и кассовым чеком на общую сумму 37990 руб.

В соответствии с платежным поручением № ... от 18 марта 2022 года ООО ЧОП «Интер» перечислило ФИО11 пособие на погребение ФИО2 в размере 6964,68 руб.

По смыслу ст.184 Трудового кодекса Российской Федерации при повреждении здоровья или в случае смерти работника вследствие несчастного случая на производстве либо профессионального заболевания работнику (его семье) возмещаются его утраченный заработок (доход), а также связанные с повреждением здоровья дополнительные расходы на медицинскую, социальную и профессиональную реабилитацию либо соответствующие расходы в связи со смертью работника.

С учетом установленного факта несения соответствующих расходов в связи со смертью ФИО2 суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу ФИО11 расходов по организации погребения ФИО2 в размере 63496,32 руб., с учетом размера требований, поддерживаемых стороной истца на момент рассмотрения дела по существу.

В соответствии с общими правилами обязательств вследствие причинения вреда установлено, что вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред (ч. 1 ст. 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Этой же нормой предусмотрено, что законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда, кроме того, законом может быть установлена обязанность лица, не являющегося причинителем вреда, выплатить потерпевшим компенсацию сверх возмещения вреда.

Пунктом 4.10 Московского трехстороннего соглашения на 2022 - 2024 годы между Правительством Москвы, московскими объединениями профсоюзов и московскими объединениями работодателей от 30 декабря 2021 года предусмотрена обязанность работодателей обеспечивать выплату единовременной денежной компенсации, сверх предусмотренной федеральным законодательством, семье в результате смерти работника, наступившей от несчастного случая на производстве, в размере не менее 50-кратного размера минимальной заработной платы в г.Москве. По смыслу пункта 3.1 данного соглашения размер минимальной заработной платы в городе Москве устанавливается ежегодно в размере величины прожиточного минимума трудоспособного населения города Москвы на соответствующий год. В случае снижения величины прожиточного минимума в городе Москве размер минимальной заработной платы сохраняется на прежнем уровне.

Согласно Постановлению Правительства Москвы от 12 октября 2021 года №1597-ПП установлена величина прожиточного минимума в Москве на 2022 год для трудоспособного населения в размере 21371 руб.

В соответствии с частью 9 статьи 12 Закона г. Москвы от 11 ноября 2009 года № 4 «О социальном партнерстве в городе Москве», действие Московского трехстороннего соглашения распространяется на все организации в городе Москве, не подавшие в Московскую трехстороннюю комиссию в течение 30 календарных дней после официального опубликования текста соглашения письменное мотивированное заявление о своем несогласии с данным соглашением в целом или его конкретными обязательствами.

Представитель ответчика в ходе рассмотрения дела по существу пояснил, что ответчик не обращался с заявлением о своем несогласии с вышеуказанным соглашением, доказательства обратного отсутствуют, местом нахождения ООО ЧОП «Интер» является г.Москва, в связи с чем на ответчика распространяется действие Московского трехстороннего соглашения.

Поскольку спорная единовременная денежная компенсация является выплатой в связи со смертью работника, наступившей от несчастного случая, сверх предусмотренной федеральным законодательством, суд приходит к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу ФИО11 единовременной денежной компенсации в размере 1068550 руб. (21371 руб. * 50).

На основании положений ст. 103 ГПК РФ, ст. 333.19 НК РФ с ответчика в доход местного бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в размере 14460 руб. с учетом оплаченной истцом государственной пошлины в размере 600 руб.

С учетом изложенного, руководствуясь статьями 194-199 ГПК РФ, суд

РЕШИЛ:

исковые требования ФИО10 (паспорт № ...), ФИО11 (паспорт № ...), действующей также в интересах несовершеннолетнего ФИО1, к обществу с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Интер» (ИНН № ...) о признании несчастного случая связанным с производством, компенсации морального вреда, взыскании расходов на погребение, единовременной денежной компенсации удовлетворить частично.

Признать несчастный случай, произошедший с ФИО2, ДД.ММ.ГГГГ года рождения, работником общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Интер», 8 марта 2022 года, связанным с производством.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Интер» в пользу ФИО10, ФИО11, ФИО1 в лице законного представителя ФИО11 компенсацию морального вреда по 900000 руб. каждому.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Интер» в пользу ФИО11 расходы по организации погребения в размере 63496,32 руб., единовременную денежную компенсацию в размере 1068550 руб.

В удовлетворении остальной части требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Частное охранное предприятие «Интер» (ИНН № ...) в доход местного бюджета расходы по уплате государственной пошлины в размере 14460 руб.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Верховный Суд Республики Марий Эл через Медведевский районный суд Республики Марий Эл в течение месяца со дня принятия решения в окончательной форме.

Судья А.С. Яковлев

Мотивированное решение составлено 23 июля 2024 года