Апелляционное постановление № 1-13/2020 22-562/2020 от 17 мая 2020 г. по делу № 1-13/2020

Судья Баринов В.П.

№ 1-13/2020 Дело № 22-562/2020

УИД 67RS0007-01-2019-000492-20


АПЕЛЛЯЦИОННОЕ ПОСТАНОВЛЕНИЕ

18 мая 2020 года город Смоленск

Суд апелляционной инстанции Смоленского областного суда в составе:

судьи Кива Г.Е.

при помощнике судьи Силаенковой И.Н.

с участием прокурора Шишковой Н.А.

адвоката Шефаровича В.П.

рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференц-связи в порядке главы 45.1 УПК РФ уголовное дело по апелляционным жалобам осужденной ФИО19 и её адвоката Шефаровича В.П., а также апелляционное представление прокурора Холм- Жирковского района Смоленской области Лихачева В.А. на приговор Сафоновского районного суда Смоленской области от (дата) , которым

ФИО19, ...

осуждена по ч.2 ст.293 УК РФ к 2годам лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ условно, с испытательным срокомна 2года.

Мера процессуального принуждения в виде обязательства о явке оставлена без изменения до вступления приговора в законную силу.

По делу разрешена судьба вещественных доказательств.

Наряду с приговором (дата) вынесено частное постановление, которым обращено внимание руководителя Департамента Смоленской области по образованию и науке на нарушения законодательства Российской Федерации, допущенные отделами по образованию администраций муниципальных образований «Холм-Жирковский район» и «Починковский район» Смоленской области.

Доложив содержание итогового решения по делу, существо апелляционных жалоб и представления, а также возражений на них, выслушав мнение адвоката Шефаровича В.П. в защиту интересов осужденной ФИО19, поддержавшего аргументы поданных жалоб, позицию прокурора Шишковой Н.А., полагавшей приговор подлежащим изменению по доводам принесенного представления, суд апелляционной инстанции,

УСТАНОВИЛ:

ФИО19 признана виновной в совершении халатности, то есть в ненадлежащем исполнении должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, повлекшем существенное нарушение прав и законных интересов граждан, охраняемых законом интересов общества и государства, а также повлекшем по неосторожности смерть человека.

Преступление совершено в период времени и при обстоятельствах, изложенных в приговоре.

В судебном заседании вину в инкриминируемом деянии она не признала.

Не соглашаясь с состоявшимся приговором, осужденная ФИО19 подала апелляционную жалобу, где ставит вопрос о его отмене и вынесении по делу оправдательного приговора. Указывая на ошибочность осуждения по признакам преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, повторяет позицию, изложенную в суде, отрицая своювиновность. Приводя собственный анализ отдельным доказательствам по уголовному делу, утверждает, что отсутствует причинная связь между её действиями и наступившими последствиями. Без приведения конкретных мотивов пишет, что ненашли отражения юридически значимые обстоятельства, необходимые для постановления обвинительного приговора. Полагает, что дети переданы подопекув соответствии с законом, которым не урегулирована возможность учитывать заключение по результатам психологической диагностики. Отмечает, что причин, препятствующих стать приемным родителем, не имелось, и кандидат и её супруг обладали качествами, позволяющими взять детей в семью на воспитание, они были положительно охарактеризованы, жалоб на них не поступало, и Стебливская, и ФИО20 имели временную регистрацию, а последним был заключен договор найма жилого помещения во временное владение и пользование. Таким образом, на момент подписания договора о приёмной семье права несовершеннолетних детей были соблюдены. Ни гражданский, ни семейный кодекс не обязывают опекуна иметь в собственности жилое помещение, отвечающее санитарным и техническим нормам и правилам. В связи с этим оспаривает выводы суда.

В апелляционной жалобе адвокат Шефарович В.П., действующий в интересах ФИО19, высказывает согласованную с осужденной позицию несогласия с приговором ввиду несоответствия выводов суда фактическим обстоятельствам дела, допущенных существенных нарушений уголовно-процессуального закона и неправильного применения уголовного закона. Автор жалобы приводит те же доводы, что и в суде первой инстанции относительно невиновности подзащитной в совершении вменённого преступления, отсутствия в её действиях состава должностного преступления, подмены понятий, содержащихся в законодательстве. Настаивает на том, что суд не учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на сделанные выводы. По мнению защиты, при определении объективной стороны преступной халатности обязательным является установление конкретных обязанностей, ненадлежащее исполнение которых ставится в вину, возложенных на данное должностное лицо, а также какие из них не исполнены либо исполнены ненадлежащим образом. При этом общего, неконкретизированного указания на ненадлежащее исполнение обязанностей недостаточно. Применительно к настоящему делу, формально сославшись на наделение ФИО19 полномочиями организационно-распорядительного и административно-хозяйственного характера, суд не раскрыл в приговоре характер выполняемых ею функций, в чём выразились допущенные нарушения и достаточен ли был их объём для признания виновной. Кроме того, по смыслу закона состав преступления, предусмотренный ст. 293 УК РФ, имеет место лишь случае, когда по делу установлена прямая причинная связь между противоправными действиями должностного лица и наступившими последствиями. Однако в приговоре не указано, невыполнение каких законов и нормативных правовых актов повлекло по неосторожности наступление смерти малолетней. Ссылаясь на то, что приоритетное значение при работе с семьей придаётся сохранению права ребенка на жизнь в семье, цитирует, что подразумевается под непосредственной угрозой жизни и здоровью детей и в каких случаях они изымаются из семьи. Излагает установленные по делу обстоятельства, нормы действующего законодательства во взаимосвязи с ведомственными документами и правоприменительной практикой, подробно анализируя письменные доказательства и содержание показаний свидетелей, даёт им собственнуюоценку. Останавливаясь на происходящих событиях, описывает их последовательность, в том числе действия самой ФИО19, являвшиеся предметом проверки. Недоволен тем, что суд проигнорировал заявленное ходатайство о признании недопустимым доказательством показаний несовершеннолетней ФИО1, оглашенных в судебном заседании при наличии возражений стороны защиты и отсутствии возможности оспоритьеё показанияв ходе следствия, поскольку допрос малолетней производился без видеофиксации, что может повлиять на доказанность вины осужденной. Как полагает адвокат, суд занял сторону обвинения, формально переписав предъявленное ей обвинение, не исследовав в полном объёме все доказательства по делу, фрагментарно изложил показания ряда свидетелей о случившемся, представив доказательства в выгодномдля себя свете, исказив важные детали. Обращаясь к тексту приговора, акцентирует внимание на том, что в основу обвинения, легла неправильная оценка показаний свидетелей ФИО2, ФИО3 и ФИО4 о соблюдении порядка и периодичности проведения обследования жизни приемной семьи. Находит ошибочными выводы суда, так как законных оснований для отказа в заключении со ФИО5 договора о приемной семье не установлено. Перед присвоением статуса приемной семьи был собран необходимый пакет документов и соблюдены правовые основы, формального подхода не допущено, что подтверждено свидетельскими показаниями ФИО6. Свидетель ФИО7 разъяснила, что закон не требует прилагать к личному делу заключение психолога. Кандидат в приёмные родители и её супруг соответствовали предъявляемым требованиям. Возвращаясь к показаниям ФИО8, подчеркивает, что изначально ФИО9, имеющая педагогическое образование, назначалась опекуном по распоряжению другой администрации - муниципального образования «Починковский район» Смоленской области, а после освобождения ФИО10 из мест лишения свободы, дети были переданы матери. Как сообщила свидетель ФИО11, показания которой согласуются с показаниями свидетеля ФИО12, сотрудники прониклись сочувствием и отнеслись с пониманием к семье ФИО13, у супругов выявлен достаточный родительскийпотенциал, который они хотели реализовать, являлись ресурсной семьёй, способной принять на воспитание несколько детей. При этом ФИО14 негативной реакции при общении не вызывал, каких-либо признаков опасности не обнаруживал, что соотносится с показаниями свидетеля ФИО15, подтвердившей, что в поведении ФИО16 произошли положительные перемены. ФИО17 тоже производила хорошее впечатление, компенсировала прежнее отставание в развитии. О создании благоприятной обстановке в семье свидетельствовали ФИО18 и ФИО27, а последняя отметила некоторые положительные моменты при посещениях. Опираясь на показания ФИО28, обращает внимание, на беспечное поведение самой ФИО29, уехавшей за пределы области, не поставившей об этом в известность орган опеки, нарушившей договорные обязательства. Рассуждает о возможности отреагировать в сложившейся ситуации, с учётом того, что с момента отъезда ФИО30 до убийства приемным родителем ФИО31 прошёл короткий промежуток времени. Суд безмотивно отверг показания ФИО32, ФИО33 и ФИО34, исходя из того, что они не располагали данными о поведении ФИО35 и ФИО36 и не владели информацией относительно их проживания на территории Холм-Жирковского района Смоленской области. Отчего вызывают сомнения в достоверности показания ФИО37 и ФИО38, столько же наблюдавших приёмную семью, как и ФИО39. Предполагает, что показания ФИО40 - законного представителя несовершеннолетних потерпевших некорректно приведены в приговоре для того, чтобы подтвердить версию обвинения. Этим же объясняет необъективное изложение показаний ФИО41 о формировании взаимоотношений между детьми и её супругом. В поддержание выстроенной линии защиты, констатирует, что в приговоре не сопоставлены показания всех участников очных ставок по делу. Показания свидетеля ФИО42 о том, что дети взяты под опеку с целью обогащения, основаны на предположениях. Показания свидетеля ФИО43 в судебном заседании, дословно скопированы с её показаний, данных на предварительномследствии. Напоминает о показаниях свидетеля ФИО44, заверившей суд, что нарушений требований законодательства в деятельности отдела по образованию администрации муниципального образования «Холм-Жирковский район» не выявлено. Схожие показания дал свидетель ФИО45, дополнивший, что выводы проверки носили произвольный и не конкретный характер. О добросовестном подходе ФИО46 к исполнению своих обязанностей подтвердили свидетели ФИО47 и ФИО48. Аналогичной позиции придерживается и его подзащитная, которая на все аргументы обвинения, привела свои контрдоводы, чему не дано оценки. Голословными считает показания свидетелей ФИО49 и ФИО50, позиционирующими себя лицами, более проницательными, чем другие люди. В части приведенных показаний свидетель ФИО51 не смогла назвать источник своей осведомленности. Желание привлечь повышенное внимание к своим личностям привело ФИО52 и ФИО53 на телевизионную программу, посвященную обстоятельствам убийства ФИО54. Приходит к выводу, что по делу не имеется доказательств, отвечающих критериям достоверности и допустимости, а в совокупности - достаточности для разрешения дела. В приговоре не содержится выводов о причинах, по которым суд принял одни доказательства и отверг другие, прослеживается противоречивость суждений. Дав оценку представленным стороной обвинения доказательствам в отдельности, суд не принял достаточных мер к их проверке путем сопоставления каждого с другими доказательствами и имеющейся совокупностью по делу. Просит приговор отменить, вынести новый, оправдав ФИО19 в связи с отсутствием состава преступления.

Возражая на апелляционную жалобу ФИО19, прокурор Холм-Жирковского района Смоленской области Лихачев В.А., указывает на неубедительность доводов осужденной и предлагает оставить жалобу без удовлетворения, не усматривая оснований для отмены итогового решения по делу, поскольку вывод о её виновности в совершении преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, не вызывает сомнений в своей объективности и подтверждён достаточной совокупностью доказательств, полученных с соблюдением закона.

Государственный обвинитель Киргизов А.М., опровергая в своих возражениях доводы апелляционной жалобы адвоката Шефаровича В.П., просит оставить их без удовлетворения, а постановленный в отношении ФИО19 приговор без изменения, поскольку судом правильно установлены фактические обстоятельства, которые соотносятся с исследованными доказательствами, её действиям дана правильная правовая оценка и назначено справедливое наказание. Аргументы о недоказанности предъявленного обвинения, о невиновности осужденной, о неверном истолковании рассматриваемых событий, несостоятельны и сводятся к иной оценке собранных по делу доказательств, которые в достаточной степени подтверждают виновность ФИО19, обладающей в силу занимаемой должности правами и обязанностями по защите прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, допустившей в юридически значимый период вследствие ненадлежащего исполнения и небрежного отношения к ним, передачу под опеку ФИО55 с нарушением норм действующего законодательства четырёх малолетних детей, что привело к длительному существенному нарушению прав и законных интересов подопечных, а также охраняемых законом интересов общества и государства, выразившихся в нахождении ФИО56, ФИО57, ФИО58 и ФИО59 в социально опасном положении в связи с несоответствием обстановки в приемной семье требованиям к их содержанию и воспитанию. Суд правомерно отнесся критически к показаниям заинтересованных в исходе дела свидетелей ФИО60 ФИО61 и ФИО62. Избранная линия защиты не соответствует действительности, так как в приговоре отражены должностные полномочия, которые не исполнила ФИО19, а также приведены базовые нормативные документы, регулирующие её деятельность как должностного лица. Каких-либо нарушений норм уголовно-процессуального закона, влекущих отмену приговора, не определено.

В апелляционном представлении прокурор Холм-Жирковского района Смоленской области Лихачев В.А., не оспаривая выводов суда о виновности и юридической квалификации действий осужденной, находит приговор подлежащим изменению, исходя из того, что, назначая ФИО19 наказаниев виде лишения свободы с применением ст. 73 УК РФ с конкретным испытательным сроком, суд не учел положения части 5 названной нормы закона, согласно которой, с учетом возраста, трудоспособности и состояния здоровья, суд возлагаетнаусловно осужденногоисполнение определенных обязанностей, в том числе: не менять постоянного места жительства без уведомления специализированного государственного органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного. При этом суд может возложить на условно осужденного исполнение и других обязанностей, способствующих его исправлению. Однако суд, назначив ФИО19 наказаниев виде лишения условно, в нарушение ч. 5 ст. 73 УК РФ невозложил исполнение таких обязанностей, что является обязательным и свидетельствует о неправильном применении уголовного закона. В остальной части, по его мнению, приговор надлежит оставить без изменений.

Проверив материалы настоящего дела, обсудив доводы апелляционных жалоб и представления, а также возражений на них, выслушав мнения участников процесса, суд второй инстанции приходит к следующему выводу.

В силу п. 1 ст.389.15УПК РФ основанием отмены судебногорешения в апелляционном порядке является несоответствие выводовсуда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судомпервой инстанции.

На основании ст.389.16 УПК РФприговор признается не соответствующим фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленнымсудомпервой инстанции, еслисудне учел обстоятельств, которые могли существенно повлиять на выводысуда.

Согласно ст.297 УПК РФприговор признается законным, обоснованным и справедливым, если он постановлен в соответствии с требованиями УПК и основан на правильном применении уголовного закона.

Исходя из положений ст. 307 УПК РФописательно-мотивировочная часть обвинительного приговора должна содержать описание преступного деяния, признанного судом доказанным, с указанием места, времени, способа его совершения, формы вины, мотивов, целей и последствий преступления, а также доказательства, на которых основаны выводы суда в отношении подсудимого, и мотивы, по которым суд отверг другие доказательств. В приговоре необходимо привести всесторонний анализ доказательств, на которых суд основал выводы, при этом должны получить оценку все доказательства, как уличающие, так и оправдывающие подсудимого.

Между тем, указанные требования закона по настоящему делу выполнены судом не в полном объёме.

Как видно из приговора, с учетом установленных фактических обстоятельств дела, суд пришел к выводу о том, что ФИО19, состоящая в должности начальника отдела по образованию администрации муниципального образования «Холм-Жирковский район» Смоленской области, будучи должностным лицом, наделенным служебными полномочиями организационно-распорядительного и административно-хозяйственного характера,обязана была осуществлять свою деятельность в соответствии с требованиями, вытекающими из Конституции Российской Федерации, Семейного кодекса РФ, Федерального закона Российской Федерации от 24 апреля 2008 года № 48-ФЗ «Обопеке и попечительстве» (с последующими изменениями), иных федеральных законов и законов субъектов Российской Федерации, халатно относясь к исполнению своих обязанностей, в нарушение Положения об отделе по образованию и требований должностной инструкции, не организовала должным образом и не проконтролировала работу подчинённых ей сотрудников по проверке личности кандидата в опекуны Стебливской, не приняла мер по изучению результатов собеседования психологической диагностики и обучения специалистами для детей, нуждающихся в психолого-педагогической и медико-социальной помощи, не учла в полном объёме личность и условия проживания последней, отсутствие у неё постоянного места жительства на территории Российской Федерации, наличие рисков семьи, подтвержденных результатами собеседования, (дата) в дневное время, находясь в здании администрации, расположенном по адресу: ..., имея достаточный опыт и квалификацию, предвидя наступление последствий в виде нарушения прав и законных интересов несовершеннолетних, а также охраняемых законом интересов общества и государства, утвердила заключение о возможности ФИО63 быть кандидатом в приёмные родители четверых детей при наличии договора аренды жилого помещения; не приняла должных мер к надлежащей проверке личности, материального положения, условий и места проживания малолетних ФИО64, ФИО65, ФИО66 и ФИО67; она же в период времени с (дата) по (дата) не исполнила надлежащим образом должностные обязанности вследствие недобросовестного и небрежного отношения к службе, не приняла должных мер к организации работы возглавляемого отдела по своевременному выявлению несовершеннолетних, находящихся в социально опасном положении, не провела планирование и работу по профилактике жестокого обращения с детьми, с подчинёнными сотрудниками, не являющимися должностными лицами, для надлежащего проведения проверок условий жизни малолетних подопечных, оказавшихся в социально опасном положении в связи с несоответствием обстановки в приёмной семье требованиям к их содержанию и воспитанию, обладая полномочиями по отстранению опекунов от исполнения обязанностей при несоблюдении требований действующего законодательства. Акты проверок, проводимых органом опеки, были идентичны и носили формальный характер.

В результате неполучения сведений о состоянии здоровья, внешнем виде детей, взятых под опеку, необеспечения их безопасности проживания в семье, поставила ФИО68, ФИО69, ФИО70 и ФИО71 в обстановку, представляющую опасность для их жизни и здоровья. Длительное существенное нарушение прав и законных интересов малолетних подопечных способствовало тому, что (дата) с ... часа до ... часов ... минут ФИО72 (до изменения фамилии ФИО73), проживающий в доме по адресу: ..., воспользовавшись отсутствием супруги, уехавшей в другой регион и оставившей ему под присмотр четырёх приёмных детей, в целях удовлетворения своей половой потребности совершил изнасилование и иные действия сексуального характера в отношении ФИО74 ((дата) ), а затем опасаясь последствий и привлечения к уголовной ответственности совершил убийство малолетней, заведомо находящейся для него в беспомощном состоянии, путём сдавливания органов шеи, смерть которой наступила на месте происшествия.

Указанныедействияквалифицированы судом по ч. 2 ст. 293 УК РФ.

Однако, признавая ФИО19 виновной в халатности, повлекшей существенное нарушение охраняемых законом интересов общества и государства, суд не принял во внимание все обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, не дал им надлежащей оценки, котораямогласущественноповлиятьнаеговыводы.

Так, диспозиция части 2 статьи 293 УК РФ определяетхалатностькак неисполнение или ненадлежащее исполнение должностным лицом своих обязанностей вследствие недобросовестного или небрежного отношения к службе, если это повлекло причинение крупного ущерба или существенное нарушение прав и законных интересов граждан или организаций либо охраняемых законом интересов общества или государства.

Объективной стороной преступления является неисполнение должностным лицом своих обязанностей либо ненадлежащее исполнение своих обязанностей, наступление указанных в законе последствий и причинно-следственная связь между деянием и последствием. При этом должностное лицо должно иметь реальную возможность выполнить надлежащим образом возложенные на него обязанности.

Неисполнение должностным лицом своих обязанностей заключается в фактическом бездействии при наличии обязанности действовать тем или иным образом. Ненадлежащееисполнениеобязанностей - этоисполнение обязанностей с нарушением требований, предъявляемых к деятельности должностного лица (допущение ошибок, неточностей и т.п.).

И неисполнение, и ненадлежащее исполнение обязанностей должно являться следствием недобросовестного или небрежного отношения должностного лица к службе.

Следовательно, при определении объективной стороны преступления обязательным является установление, какие конкретно обязанности, неисполнениеилиненадлежащееисполнениекоторых ставится в вину, были возложены на данное должностное лицо; что именно из них не выполненоиливыполненоненадлежащимобразом; имело ли должностное лицо реальную возможность (объективную и субъективную) для исполнения (надлежащегоисполнения) своих обязанностей.

Применительно к рассматриваемому случаю недостаточно просто общего, неконкретизированного указания на бездействие лица или ненадлежащееисполнение,обязательнымявляется установление и описание круга конкретных нарушений формально закрепленных за ним обязанностей.

Таким образом, заслуживают внимание утверждения в жалобе защиты о том, что вопреки диспозициист. 293 УК РФ и требованиям 307 УПК РФ, при описании преступного деяния, суд недостаточно раскрыл в приговоре какие конкретно действия не выполнены ФИО19 при наличии обязанности действовать тем или иным образом либо что именно ею сделано не так, как предписывает круг формально закрепленных за ней обязанностей. При этом судом не разграничены данные действия осужденной с должностным проступком.

Не содержит приговор и мотивированного опровержения доводов об отсутствии в её действиях квалифицированного состава халатности, последствием которой явилась смерть малолетней, на что справедливо обращено внимание в жалобе.

То есть, анализируя собранные стороной обвинения доказательства, суд, в первую очередь, должен установить, подтверждаются ли признаки состава преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 293 УК РФ, представленными доказательствами.

Кроме того, причинная связь между действием (бездействием) лица и наступившими последствиями имеется лишь в том случае, если установлено, что надлежащееисполнениеимсвоихдолжностныхобязанностейисключало бы наступление вредных последствий.

Вместе с тем, при постановлении приговора должны получить оценку все рассмотренные в судебном заседании доказательства, как подтверждающие выводы суда по вопросам, разрешаемым при постановлении приговора, так и противоречащие этим выводам. Суд в соответствии с требованиями закона должен указать в приговоре, почему одни доказательства признаны им достоверными, а другие отвергнуты.

Эти обстоятельства в должной мере не учтены судом первой инстанции.

Позиция, сформулированная защитой, как об этом ставится вопрос в жалобе Шефаровича, надлежащей оценки не получила.

Более того, согласно протоколам судебных заседаний в качестве секретарей по делу участвовали супруги ФИО75 (вначале жена, а затем муж), о наличии родственных связей суду следовало сообщить всем участникам процесса при выполнении требований ст. 266 УПК РФ и дополнительно разъяснить право заявления отвода в соответствии с главой 9УПКРФ и выяснить вопрос о наличии у сторон таких заявлений (т. ... л.д. ...).

Невыполнение судом предусмотренной законодателем процедуры при замене секретаря судебногозаседания исключило возможность реализации закрепленного за участниками уголовного судопроизводства права на отвод, что не позволяет констатировать, что обвинительный приговор в отношении ФИО19 отвечает критериям правосудности.

Учитывая, что приведенные обстоятельства могли существенно повлиять на правильность установления фактических обстоятельств дела и выводы суда при решении вопроса о виновности ФИО19, обжалуемый приговор не может быть признан законным и обоснованным и подлежит отмене с направлением дела на новое судебное разбирательство.

В силу ч. 1 ст. 389.24 УПК РФ суд апелляционной инстанции не вправе ухудшить положение осужденной в сторону увеличения объема обвинения установленного судом первой инстанции в приговоре, при отсутствии апелляционного представления прокурора или жалобы потерпевшей стороны.

Согласованные доводы Шефаровича и его подзащитной о том, что имеется основание для постановления по делу оправдательного приговора, в связи отменой обвинительного приговора ввиду установления по делу существенных нарушений норм уголовно-процессуального закона, неустранимых в суде апелляционной инстанции, рассмотрены быть не могут.

При новом разбирательстве необходимо устранить допущенные нарушения, принять все предусмотренные законом меры для всестороннего, полного и объективного исследования обстоятельств дела, тщательно проверить доводы, изложенные в жалобах стороной защиты, и в зависимости от добытого принять законное, обоснованное и справедливое решение.

В связи с отменой состоявшегося приговора по указанным основаниям суд вышестоящей инстанции не входит в обсуждение по существу доводов представления, которые следует учесть в случае осуждения ФИО19.

С учетом совокупности данных о личности лица, привлекаемого к уголовной ответственности, суд второй инстанции полагает необходимым избрать в отношении неё меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке, которую она не нарушала.

Наряду сприговоромподлежитотменеи производное постановление, вынесенное судом по итогам судебного разбирательства.

На основании изложенного и руководствуясь стст. 389.13, 389.15, 389.16, 389.20, 389.22, 389.28 и 389.33 УПК РФ, суд апелляционной инстанции,

ПОСТАНОВИЛ:

Приговор Сафоновского районного суда Смоленской области от (дата) в отношении осужденной ФИО19 отменить.

Уголовное дело направить на новое судебное разбирательство в тот же суд, в ином составе суда со стадии судебного разбирательства.

Избрать ФИО19 меру процессуального принуждения в виде обязательства о явке.

Частное постановление того же суда от (дата) отменить.

Настоящее апелляционное постановление может быть обжаловано в суд вышестоящей инстанции в порядке, установленном главой 47.1 УПК РФ.

Судья (подпись) Г.Е. Кива

Копия верна:

Судья Смоленского областного суда Г.Е. Кива